Глава 30. Отношения Моргота с телери

Как я уже говорил, сразу после Первой Великой битвы отношения орков с телери были прохладными. Конечно, откуда сразу после войны возьмётся любовь? Тогда телери казалось, что страшнее кошки зверя нет, а война с эльфами тьмы – самое неприятное, что может с ними случиться. Но вот пришли нолдоры, и до телери стала медленно доходить вся глубина их заблуждений. Тингол спрятался за завесу Мелиан. Кирдан корабел укрепил свои города и перенёс столицу на остров Балар. Зелёные эльфы укрылись в своих дремучих лесах.
Ангбанд был в осаде. Орков никто не боялся, а потому, никто из телери не заключал союзов, ни с орками, ни против них.
Но вот осада Ангбанда прорвана, орки захватили Дортонион и Минас Тиррит. Перед Маэдросом они «бежали», как это сказано в Сильмариллионе, но победить их сыновья Феанора не могли. Телери начали уважать и побаиваться гоблинов, но на сближение с ними не шли. Причина тут простая: Телери привыкли крепко держаться друг за друга. Кирдан, Тингол, зелёные эльфы поддерживали друг дружку. Этих сил, казалось, было достаточно, чтоб противостоять жадным до власти нолдорам. Моргот сражается с нолдорами, ослабляет их? Прекрасно! Чем слабее будут нолдоры, тем меньше угроза от них исходящая. Сговориться с Морготом о союзе, нолдоры не могут, значит, опасности для телери нет. И телери, по-прежнему, занимают позицию нейтралитета.
Когда холопы Тингола, под видом несчастного случая на охоте, прикончили Берена, а Тингол завладел Сильмариллом, сближение орков и телери стало ещё более затруднительным. Король Дориата неправедно завладел светоносным камнем, и чувствовал себя немножко вором. Чтобы оправдать свой поступок, он начал измышлять всякие вины для Моргота. В этом он стал солидарен с нолдорской пропагандой.
Он, вероятно, рассуждал так: «Да, я стибрил драгоценный камушек. Да, прав у меня на обладание им нет никаких, даже таких сомнительных, как у Маэдроса. Но ведь я обокрал нехорошую личность. Он – отец лжи, всеобщий враг, вор и всё такое. А обокрасть вора, это как бы уже и не воровство. Это наполовину честно! Если бы я вернул камень сынам Феанора, то это был бы уже совсем честный и бескорыстный поступок! Но сделать этого я не могу по двум причинам: Во-первых, они сами как бы, вроде, не совсем законные владельцы. Во-вторых, они вырезали наших родичей в Альквалондэ. Что, я должен премию им за это дать? Так, что, волей-неволей, придётся мне оставить этот камень у себя! Придётся быть честным на пятьдесят процентов».
Если бы он знал, что Берен не украл камень, а честно его попросил, то он, возможно, более разумно отнёсся бы к альянсу с Морготом. Но откуда ему знать? Берен вряд ли стал бы рассказывать. А если об этом объявили бы орки, то Тингол не поверил бы им.
Нолдоры, ради союза с Дориатом, могли бы отказаться от камня в пользу Тингола. Возможно, в таком случае, последний пошёл бы на союз с ними. Но, поскольку сыны Феанора таких предложений не делали, то и Тингол сохранял нейтралитет.
Кирдан же ничего ни у кого не крал, но портить отношения с нолдорами не хотел. Поймите его правильно. Его государство жило морской торговлей. А торговцу нужны хорошие отношения со своими клиентами. Маэдрос просит помощи против Моргота? Ладно, дадим ему маленький отряд добровольцев, широко улыбнёмся и пообещаем в лучшие времена дать больше.
Но лучшие времена скоро наступили. После Пятой Великой битвы, когда орки захватили Хитлум и Дор Ломин, политическое равновесие в Белерианде рухнуло, как пьяный со стремянки. Телери казалось невероятным, что орки смогли выстоять против такой могучей коалиции. Моргот получил новое прозвище: Бауглир – Поднимающийся в мощи! По Средиземью начал ползти суеверный страх перед ним. Нолдоры потеряли треть своих владений, следовательно, на треть ослабели. Что будет, если усилившийся Моргот их сокрушит? Что станет делать Моргот, когда пожрёт все их владения? Не настанет ли тогда черёд телери? Этим вопросом терзались тогда и Кирдан, и Тингол. Но Тингол не мог поддержать нолдоров, ибо краденый Сильмарилл держал его в плену. А вот Кирдан счёл, что политическое равновесие нужно срочно восстанавливать. И он круто поменял политический галс, на открытую поддержку нолдоров. Он решительно бросил свои войска на их чашу весов и проиграл. Не хочу бросаться громкими словами. Но ничего кроме слова предательство, не идёт мне на ум. Судите сами.
Итак, Кирдан стал активно поддерживать нолдоров.
В чём же заключалась эта поддержка? Заглянем в главу 20 Сильмариллиона:
«Многие бежали в Гавани и нашли убежище в стенах твердынь Кирдана, а мореходы между тем, плавая вдоль побережья, донимали врага молниеносными вылазками. Однако на следующий год, с приходом зимы, Моргот послал войска через Хитлум и Невраст: они спустились по Британу и Неннингу, опустошили весь Фалас и взяли в осаду Бритомбар и Элгарест. С собою они привели кузнецов, копателей и мастеров огнемечущих орудий, и, как доблестно ни сражались защитники, стены в конце концов рухнули. Гавани были разорены, Башню Барад Нимрас обрушили, а подданных Кирдана большей частью убили либо увели в рабство. Многие, однако, взошли на корабль и спаслись морем: и среди них Эйренион Гил Гэлад, сын Фингона, которого отец отослал в Гавани после Дагор Бреголлах».
Не стану оспаривать ни единой буквы, написанной в этой цитате. Всё это – святая, истинная правда! Кирдан корабел, в самом деле, стал «донимать» побережье Хитлума пиратскими рейдами. Эти рейды отличались ужасной жестокостью. Подумайте сами, на кого нападали фаласские пираты? Орки были хорошо вооружены и укрыты в крепостях. Конечно же, от пиратов страдало мирное население. Целые деревни угонялись на корабли и вывозились в Фалас. Телери называли это эвакуацией, а орки рабством. Если кто из крестьян отказывался от эвакуации, его объявляли пособником Моргота и убивали. После показательных казней, всё население, совершенно добровольно, может быть даже с песнями, шло в тёмные душные трюмы. Их дома и имущество сжигались, посевы и скот уничтожались, ибо увезти всё это с собой было невозможно.
Поймать пиратов орки не могли, ибо орлы Манвэ предупреждали разбойников о приближении карателей. «Мореходы» быстро садились на корабли и отплывали от берега на безопасное расстояние. А когда наши карательные отряды добирались до берега, пираты с воодушевлением показывали им голые зады и уплывали прочь.
Поставить в каждой деревне сильный гарнизон, орки не могли. Иногда пиратов высаживалось до пятисот. Что же нам в каждой деревне, состоявшей из десятка домиков, следовало держать по пятьсот воинов? Но это бы означало, что каждого хлебопашца караулило бы полсотни солдат. А сможет ли один мужик прокормить такую ораву?
Можно было бы построить собственный флот. Но телери были искушены в кораблестроении, а орки имели о нём самые смутные представления. Опыта морских путешествий у орков не было. Что толку гоняться за телери по морям, если их корабли быстроходнее наших, мореходы искуснее  наших, да и сам Ульмо им помогает. А если на море появятся корабли Моргота, что с ними сделает Оссэ? Не надо забывать, что топить корабли – его любимая забава, а показать валарам как он ненавидит Моргота – его заветная мечта. Нет, на море нам путь был закрыт.
Как ни крути, а наказать наглецов и прекратить их набеги можно было только одним способом – сокрушить их крепости. Зимнее время для похода против них было выбрано вовсе не из мистических, а из практических соображений. Бритомбар и Элгарест находились на островах в дельтах двух рек Британа и Неннинга. Подойти к крепостным стенам по льду было гораздо легче, чем насыпать дамбы под стрелами врагов; а двигать осадные лестницы на полозьях по снегу легче, чем по песку на колёсах.
Теперь пара слов о «мастерах огнемечущих орудий». Гортхаур, будучи майаром земли, отлично знал, где следует искать полезные ископаемые. Когда Хитлум стал нашим, он организовал там рытьё чрезвычайно глубоких колодцев и докопался до земляного масла, которое ещё называют кровью земли. Масло это, как говорят, чёрного цвета и совершенно не годится в пищу. Запах его неприятен, но зато оно отлично горит. И вот Гортхаур велел изготовить многие сотни глиняных сосудов и наполнить их земляным маслом. Потом, по его чертежам были построены хитроумные метательные машины. И, с помощью этих машин, орки забрасывали сосуды с пылающим маслом в крепости врага.
Бритомбар штурмом не брали. Его просто сожгли огнемечущими орудиями. А вот Элгарест пришлось штурмовать, ибо запасы зажигательного масла кончились, а подвоз его из Хитлума – дело долгое и небезопасное. Обоз с новой партией земной крови мог подвергнуться нападению нарготрондцев.
По сути, поход орков на Фалас есть действие наступательное. Но наступательное – не значит агрессивное. Эта мера была вынужденной, ибо у Моргота не было иного способа покончить с дерзкими морскими набегами. Моргот просто обязан был защищать своё население от морских разбойников. Кто смеет его за это осуждать?
Знаю, знаю! Сторонники нолдоров сей же час скажут, что морские набеги были для Моргота только удобным предлогом, чтоб начать войну, а истинной причиной была его неуёмная жажда власти! Что тут ответить? Предлагаю снова обратиться к здравому смыслу.
Если бы Моргот жаждал новых захватов, то он после победы восстановил бы одну из этих крепостей и разместил бы там свой гарнизон, дабы держать Фалас под контролем. Так и только так он мог бы удовлетворить свою жажду власти. Но в том-то и дело, что ничего подобного он не сделал! Напротив, он разрушил оба города и увёл войска обратно в Хитлум. О чём это говорит? О том, что у Моргота не было захватнических планов.
Цель операции была чисто карательная. Удержать захваченный Фалас Моргот либо не мог, либо не хотел. Да и откуда у него могли взяться силы для этого, всего через один год после самой кровопролитной из битв Белерианда?
Отсюда – мораль: если бы телери не совершали пиратских рейдов, то их города не превратились бы в руины, а воины в мертвецов. Что посеешь, то и пожнёшь.
А чем в это время занимались нолдоры? Почему они не пришли на выручку своим союзникам? Почему они равнодушно взирали на то, как орки стирают с лица Арды их города? Ведь телери ввязались в эту войну только ради нолдоров.
Не смею навязывать Вам своё мнение, но сдаётся мне – не тех союзников выбрал себе Кирдан! Ох, не тех!

http://www.proza.ru/2014/11/02/1321


Рецензии
Добрый день, Михаил.

В связи с прочитанным вспомнились строки Роберта Бернса: "Прикрытый лаврами разбой - и сухопутный и морской, не стоит славословья".

Да, конечно, с точки зрения орков все выглядит вполне обосновано. Но я думаю, что и у телери нашлись бы столь же веские аргументы, как и у орков, которые в одной из прошлых глав также обосновывали "экспроприацию" излишков скота и провианта у местного населения. А вот с точки зрения тех же жителей как прибрежных, так и материковых деревень, которые разоряли как эльфы, так и орки, и те и другие были просто разбойниками и мародерами. Вот если бы местное население добровольно отдавало свое имущество тем или другим из-за симпатии или желания поддержать ту или иную из сторон - тогда другое дело. А так, все это лишь попытки оправдать собственный разбой.

Я не оправдываю ни тех, ни других. И орки, обирающие мирных жителей, и нолдор, разоряющие своих соплеменников, и телери, подавшиеся в пираты - одного поля ягоды. И если послушать любого из них - у всех найдутся оправдания высокими и благородными целями.

Рута Неле   13.09.2018 15:37     Заявить о нарушении
В фильме "Свадьба в Малиновке" есть такая фраза:
-С тебя честный человек сапоги снял, а с меня бандит!

Михаил Сидорович   13.09.2018 17:24   Заявить о нарушении
Вот-вот, и я об этом же)))

Рута Неле   14.09.2018 13:30   Заявить о нарушении
На это произведение написано 6 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.