Властелин неба

   Мощные крылья уверенно несли его в упругих потоках прозрачного воздуха. Он прекрасно чувствовал каждую клеточку могучего тела, каждый коготь на поджатых ногах и каждый шип, выпирающий из роговой брони, в которую был облачен. Раздувшиеся ноздри жадно хватали студеный воздух, в груди гулко колотилось сердце. Аскор слегка повернул голову. Его верные друзья Аркаип и Уртиль летели рядом, крыло к крылу. Под драконами проносились клубящиеся облака, живописно подсвеченные солнцем, а внизу простирались безбрежные джунгли, рядом с которыми изредка мелькали человеческие селения.
   Время неслось с быстротой горной реки. Кажется, только вчера он учился летать.  Сначала его сопровождала мать. За легкость, с которой он поднимался в воздух, она ласково окрестила его легким ветерком. Взлохмаченные облака напоминали малышу огромные снежные шапки, венчающие вершины величественных гор. В их холодных, неприступных пещерах, расположенных под самими звездами, поселились драконы.
   Однажды он попытался, сложив крылья, плюхнуться на пуховое облако, но, к своему удивлению, рухнул вниз. Оказывается, оно состояло из густого и влажного тумана замысловатых форм.
   Тогда его внимание перекочевало на бескрайние джунгли, бегущие гигантскими зелеными волнами до самого горизонта. Хорошо бы, спикировав с неба, улечься и покачаться на упругой сети из вершин вековых деревьев,  сцепившихся между собой.
   Но мать горько разочаровала его, объяснив, что это крайне опасно, ибо, можно было напороться на острый сук или, потеряв опору, свалиться вниз, получить увечья и стать легкой добычей безжалостных обитателей зарослей.
   Если домом дракону могла служить земля, то стихией его было небо. Лишь там его ждала безграничная свобода, мятежный свист ветра и безопасность.
   Скованное скалистыми ледяными пещерами, огромное и неуклюжее тело становилось, иногда, уязвимым. Не только крупные пещерные медведи или снежные барсы пытались, при случае, его завалить, но даже крошечный человек. Да, да! Этот слабый и хрупкий, словно лесной цветок, человек, специально охотился на дракона. Конечно, столь нахального „клопа“ можно было стереть в порошок одним движением когтистой лапы или сжечь в пламени одного выдоха.
   Но проблема состояла в том, что человек был умен, коварен и отважен до безумия. Клыки и когти ему заменяли меч, копьё и лук, которыми он владел в совершенстве. Справедливости ради надо признать, что таких случаев давно не было. Благодатная земля давала богатые урожаи и изобиловала дичью, так что люди в трудах своих процветали. Конечно, внезапно налететь на тучное стадо и задрать корову мог любой дракон, но негласный драконий кодекс запрещал это. Во-первых, потому, что нельзя было плодить среди людей непримиримых врагов, а во-вторых, следовало самому проявлять больше расторопности, чтобы не остаться голодным. Джунгли кишели дичью, в горах водились снежные барсы и мохнатые яки, вооруженные острыми рогами.
   Время беспечных игр для Аскора быстро сменилось на взрослые заботы. Свой первый случай на охоте он запомнил до мельчайших подробностей. Его добычей стала крупная, с десяток метров, проворная змея, которая умела менять окраску, приспосабливаясь к местности. Эти пресмыкающиеся были злейшими врагами людей, которых они безжалостно губили в своих железных мышечных объятиях. Человек пытался сражаться с драконом или охотился на большого, как лошадь, пятнистого тигра, но перед холодной, виртуозной в своем ремесле змеёй, был беззащитен.
   Аскор неожиданно обрушился на неё с высоты, опалил пламенем приплюснутую голову и, ловко подхватив острыми когтями, взмыл в небо. Даже оказавшись в таком незавидном положении, змея пыталась захлестнуть стальными кольцами шею врага, но тщетно. Молодой дракон оказался прилежным учеником. Над скалистой поверхностью гор он разжал когти и добыча полетела в бездну. Ему оставалось только приземлиться и спокойно поесть.   
   В последующем он научился выслеживать больших крокодилов, которые могли часами сидеть в тихой заводи и подстерегать жертву. Как только таковая приближалась, эти монстры, отталкиваясь могучими задними лапами, яростно нападали на неё.
   Высшей доблестью для дракона считалась удачная охота на огромного пятнистого тигра, клыкастый оскал которого наводил панику на обитателей зеленой мглы. Он редко показывался в открытых местах, предпочитая густые заросли, в которых был недоступен. Первый раз Аскор атаковал «короля джунглей» при необычных обстоятельствах.
   Паря высоко в небе, он заметил на окраине джунглей небольшую группу людей из ближайшей деревни. Крестьяне заготавливали широкие пальмовые листья. Вдруг они, срываясь на крик, объятые ужасом, бросились прочь. Молодой дракон, снизившись, разглядел острым глазом человека, забравшегося на ствол пальмы. У её подножия, стоя на задних лапах, вытянулся в длину грозный пятнистый тигр. Его челюсти безжалостным капканом сомкнулись на левой ноге несчастного. Зверь был спокоен и не торопился, будучи уверенным, что добыча никуда не денется. Крестьянин зашелся в отчаянном крике, со всех сил цепляясь за шероховатый, бугристый ствол. Дерево стало для него последним бастионом жизни. Но, всё равно, он неуклонно сползал вниз, оставляя на коре кровь и полоски кожи.
   Аскор бесшумной тенью ринулся вниз. Тело могучего зверя до холки утонуло в потоке пламени. Это было для хищника настолько неожиданным, что он невольно разжал пасть и обернулся. Во взгляде его светилась боль и удивление. То, что происходило, было не по правилам и не укладывалось в голове у монстра. Если жертва оказалась в пасти, никто не смел мешать! Передние лапы тигра уже находились на пути к боевой стойке, как последовал чудовищный удар. Его нанес своим длинным хвостом, унизанным острыми шипами, дракон. «Король джунглей» взлетел в воздух, взвыл от боли и ярости, и, коснувшись земли, бросился  на врага. Тот увернулся, высоко подпрыгнув, и, изогнувшись, нанёс ещё один сокрушительный удар хвостом.
   Покатившегося по земле зверя вновь объяли языки пламени. Когда пятнистое чудовище встало на ноги, оно было уже основательно помято. Тело его дымилось и кровоточило, остро пахло паленой шерстью. С кровавой пеленой перед глазами раненый тигр метнулся к обидчику. Аскор, как тореадор,  проворно отскочил в сторону и нанёс третий удар. В то время, как его противник пытался подняться, острые когти дракона подхватили его за спину и подняли в воздух. Подлетев к деревне, он разжал когти. Не переставая рычать, тигр грузно рухнул вниз. К телу хозяина джунглей с радостным криками бежали крестьяне. Аскор сделал над деревней прощальный круг и растворился в лучистом сиянии небес.
   За кружевной облачной пеной его нагнал Аркаип, случайно увидевший битву. Было бы опрометчиво упрекать его в том, что он не помог своему другу одолеть монстра. Обычно драконы всегда сражались один на один, и только судьба определяла победителя.
-  Здорово ты отделал этого монстра! – одобрительно заметил он. 
-  У меня не было выбора, - повернул к нему голову Аскор, - либо я его, либо он меня.
-  А  почему  ты бился  так  необычно,  хвостом?  Разве  недостаточно  нашей  мощи,  зубов и пламени?
-  Этот зверь хорошо знал наши повадки. Его зубы и когти не хуже моих, а опыта в сражениях не занимать. Так почему же не использовать хвост в качестве дубины?
   Он привычно приземлился перед просторной горной пещерой, которая служила домом его предкам. У дальней стены её серебрилось небольшое озеро студеной воды, просочившейся с вершин гор.
-  Я слыхала, что ты сегодня отнял добычу у пятнистого тигра? – деликатно поинтересовалась его мать.
-  Да, мама, было дело.
-  Почему?
-  Это была не добыча, а человек. Слабый и беззащитный.
-  Ты атаковал тигра не с верху, а с земли. Это было опасно.
-  Ты  сама утверждала, что  на  людей  нападают только старые  и больные тигры, которые не в состоянии добыть пропитание в джунглях. Верно, у моего противника один из клыков был сломан, а второй стерт. Но опыт, сила  и мощь оставались при нем.
-  Неужели ты считаешь, что вмешательство было необходимо?
-  Да. Несчастный  крестьянин  был  обречен.  Уж слишком  неравны были силы,  мне это не понравилось.
-  Мой милый сын, - мать пристально взглянула на него, - вот и произошло то, чего я так боялась.
-  Что именно? – с недоумением взглянул на нее Аскор.
-  Я тебе никогда не рассказывала, как погиб твой отец. Однажды, ты спросил меня о его судьбе, но я ответила, что узнаешь об этом в свое время. И вот оно пришло. Гораздо раньше, чем мне хотелось бы.
   У молодого дракона тревожно забилось сердце. Мысли об отце никогда не оставляли его. Что же, все-таки, произошло?
-  Гибель твоего отца связана с помощью людям, - печально вздохнула мать. - Не так давно, прочертив небо раскаленной дугой, в джунгли рухнул метеорит, повалив в окрестностях деревья. А спустя некоторое время там стали происходить загадочные события. Какое-то огромное, словно холм, существо медленно двигалось, оставляя за собой обугленную землю с останками растерзанных животных. Жертвой этого странного монстра стали даже несколько семейств пятнистого тигра - хозяина джунглей. Всё живое панически бежало, когда приближалось, вздымая землю, это непонятное чудовище. Оно могло менять свою окраску и было окутано легким облаком из мельчайших частичек слизи. Деревья и трава превращались в фиолетовый пепел. Если же слизь оказывалась на животных, их тела покрывались густой синей сеткой и заживо разлагались. Из-под земли вырывались толстые длинные щупальца и жадно всасывали добычу. Уничтожив часть джунглей, страшилище обратило свое внимание на человеческие селения. Ворвавшись туда, оно произвело жуткие опустошения. Ненасытный монстр не знал пощады. Обычное оружие просто растворялось вблизи него.
  Так вот, - продолжала мать, - твой отец, его звали Навухзор, пролетая мимо, был потрясен. Даже по законам джунглей здесь был явный перебор. Но, поскольку, действия кровожадного монстра драконов не касались, они предпочли не вмешиваться. Навухзор придерживался же мнения, что всё в этом мире взаимосвязано. Если сегодня пришел черед человека, то завтра наступит наша очередь. Ведь чудовище могло, очевидно, размножаться, что оказалось бы катастрофой для всего живого!
   Как только твой отец приблизился к нему, в небо взметнулись на огромную высоту ленты из слизи. Навухзор ожидал от таинственного незнакомца внезапных выходок и сумел уклониться. Упавшая в окрестностях слизь, оставила крупные обугленные следы. 
   Несколько дней дракон парил над противником, высматривая уязвимые места. Оказывается, монстр прекрасно видел, мог сканировать местность и обладал холодным практическим разумом. О его меткости свидетельствовали точные попадания слизи в птиц, неосторожно приблизившихся к нему.  Это был их последний полет.
-  В такой ситуации наши обычные действия могли закончиться трагически, - нервно заметил Аскор.  – Нужно было найти особое решение.
-  Так думал и твой отец, - вздохнула мать. - Он подхватил огромный валун, набрал высоту и, оказавшись над чудовищем, выпустил его. Тяжелый камень пошел вниз. Его встретил выстрел из слизи, но скорость была настолько высока, что тот не успел рассыпаться и рухнул всей тяжестью на заднюю часть существа. Обычно безмолвное, оно издало едва слышимое хриплое шипение, в котором угадывалась ярость и боль. Тело его окрасилось в ярко-красный цвет. К облакам стремительно устремилось с десяток слизистых лент. Но «обидчика» там не было.
А Навухзор уже карабкался  в небо с очередным куском  скалы. Когда она понеслась вниз, он заметил, как у монстра на спине открываются специальные люки для метания слизи. Дракон метнулся в сторону, на его прежнем месте оказался слизистый фейерверк. А дальше страшному пришельцу стало не до врага, поскольку, на сей раз, скала угодила в переднюю часть тела, вызвав грохот и взрыв.
   Твой отец выпрыгнул из-за соседнего дома, перед которым остановился страшный незнакомец, и обдал его потоком пламени. Щупальца, по-хозяйски распластавшиеся на земле толстыми змеями, дрогнули и торопливо ушли под землю. В облаке из слизи появились бреши, но влажная оболочка выдержала огненный шквал. Дракон свечой взмыл в небо, а на его месте уже плясали струи смертоносной слизи. Чудовище оказалось невероятно живучим, даже получив тяжелые удары. Мало того, оно продолжало контролировать ситуацию.
   Его противник вновь оказался в небе с тяжелым камнем. На сей раз он собирался нанести сокрушительный удар. Все развивалось так, как он предполагал. Вот только в том месте, куда он ринулся, уворачиваясь от слизи, его ожидал смертоносный фейерверк.  Враг, несмотря на экстремальные условия, вычислил особенности его полета. Часть левой ноги, увенчанная мощными когтями, покрылась синей сетью и разрушилась на глазах. Обильно заструилась кровь. Навухзор почти не чувствовал боли, продолжая уклоняться от вспарывающих воздух ядовитых нитей. Третий камень достиг цели, поразив жизненные центры монстра.
   Рассказчица вздохнула и перевела дух.
-  Мама, откуда тебе все это известно? – не выдержал Аскор.
-  От очевидцев. Ты же знаешь наш закон: всегда один, и в жизни, и в смерти.  А теперь я спрошу, сын мой. Представляешь ли ты дракона на костылях? Впрочем, можешь не отвечать. Так же думал и твой отец. Собрав все силы, он набрал громадную высоту, и, сложив крылья, ринулся вниз. Туда, где в его враге еще теплилась жизнь. Оба утонули в пламени и грохоте чудовищного взрыва. В том месте до сих пор не растет ничего, - добавила мать.
-  Спасибо, - задумчиво поблагодарил Аскор, - теперь я знаю, как погиб отец.
-  Люди живут всегда неспокойно, - заметила собеседница. - Они  поклоняются богатству, силе и власти. Из-за любви или ненависти они способны на безумные поступки, вплоть до развязывания войны. Ты видел, чтобы драконы или пятнистые тигры истребляли друг друга? А человек на это способен. И я знаю, мой милый сын, что наши сородичи, втянутые в человеческие распри, редко доживали до старости.
-  Я буду осторожен, мама.
   В утреннем небе, поджидая его, уже кружили друзья. Могучими взмахами крыльев они набрали высоту и скрылись в молочной дымке перистого облака. Мимо, не заметив их, пронеслись два молодых дракона. Это были Кох-гор и Харринга, двое влюбленных. Достигнув головокружительной высоты, оба развернулись и, спина к спине, дружно устремились вниз. Лишь у самой земли, когда столкновение с ней казалось неизбежным, они мастерски взмыли вверх. Это значило, что Кох-гор прошел испытание на мужество. Если бы он дрогнул и прервал свое падение раньше, Харринга  отказалась бы от дальнейших отношений с ним. Ибо, если он не надежен в полете, не стоит надеяться на него и в дальнейшей жизни.
   Аскор невольно вспомнил о Птакхе-Тко, которая жила с семьей в соседней пещере. Он часто засматривался на её красивое, элегантное тело, покрытое, словно перламутром, роговыми пластинами, и изящными ножками, которые она так мило поджимала во время полета. Это выглядело чрезвычайно странно, но в пути друзья повстречали именно её в сопровождении массивной грозной матери. Птакха-Тко и Аскор обменялись долгим взглядом. Молодой дракон почувствовал, как за роговой броней неистово колотится сердце. Точно так же, как в битве с пятнистым тигром, только с перерывами и какой-то сладостной истомой. Обуреваемый непонятным ликованием, он перевернулся в воздухе и стремительной тенью заскользил вниз, разрывая грудью тугие потоки воздуха. Отставшие друзья с трудом поспевали за ним. Аскор заскользил над сверкающей поверхностью большого озера, едва не касаясь его. Неподалеку несколько рыбачьих парусников деловито забрасывали сети. Их силуэты, дробясь, плясали на зеркальной поверхности воды.  Вдруг Аркаип, совершив неуклюжее движение, оказался над Аскором и случайно толкнул его. Этого было достаточно, что бы тот, удивленно вскрикнув, плюхнулся в воду, вызвав целый каскад радужных брызг.
-  Прости, дружище, я не хотел! – поспешил извиниться за свою неловкость виновник его падения.
-  Чего уж теперь, - проворчал тот, - бывает. Только вот плохо, что до дна ногами дотянуться не могу.
   Он инстинктивно растопырил широкие крылья, чтобы удержаться на поверхности, но плыть не мог. Здесь дракон был беспомощен, как желторотый птенец. Это была не его стихия. Оставалось надеяться, что волны вынесут его к берегу, который слабой полоской просматривался вдали. Вот только как  Аркаип умудрился налететь на него? Да ещё в таком неудачном месте! Неужели?! – в мозгу Аскора сверкнула внезапная догадка. Неужели Птакха-Тко нравится не только ему? Очень может быть! Мать рассказывала ему, что люди от любви теряют головы. Драконы, оказывается, тоже!
   Внимание его привлекло небольшое парусное судно, которое медленно приближалось.
-  Что я тебе говорил, - донеслись до него человеческие голоса, - это именно тот дракон, который спас меня от неминуемой смерти в пасти пятнистого тигра! У того тоже левое ухо было белым!
   На носу рыбацкого парусника, стоял, нетерпеливо наклонившись вперед, смуглый рыбак. Острый глаз Аскора узнал его. Это был тот крестьянин, которого он вытащил из объятий смерти. Левая нога его была еще забинтована. Увидев, что молодой дракон рассматривает его, он приветливо помахал рукой.
-  Ванунаир, а что, если это страшилище сожжет наш корабль? - тревожно спросил его кто-то на борту. - Стоит ему открыть пасть, как мы запылаем!
-  Ты за кого его принимаешь! - возмутился собеседник. - Он не способен на такую глупость! Но чтобы вам было спокойнее, я поплыву к нему сам.
   Ванунаир уселся в утлый челнок и, проворно гребя, направился к узнику озера. Даже в такой обстановке тот выглядел свирепо. Красные глаза его настороженно следили за человеком. Но он был абсолютно уверен, что этот «муравей» не причинит ему вреда. А рыбак, потихоньку подгребая, улыбался и дружелюбно махал руками. Аскор не мог понять смысла человеческой речи, но прекрасно улавливал её интонацию. Этот человек хотел ему помочь.
Огромный зверь подпустил рыбака прямо к пасти и, избегая порывистых движений, дал тому возможность накинуть веревку на шипы, торчащие на морде и шее. Суденышко распустило паруса и ветер, раздувая их, с усилием сдвинул его с места. Песчаный берег медленно, но верно приближался. Наступил момент, когда пленник озера почувствовал под ногами твердое дно.
   Парусник, сбросив веревки в воду, быстро ушел в сторону. Аскор, отталкиваясь ногами и крыльями, мощными рывками  выбрался из воды. Со стороны он был похож на огромную красно-бурую с зеленью скалу, с которой шумными ручьями сбегала вода. Отряхнувшись, дракон, прошелся по берегу, размахивая крыльями. С корабля за ним восхищенно наблюдали рыбаки.
-  Какая сила, какая мощь! – восторженно воскликнул кто-то.
-  Да, но, иногда, и ему нужна помощь, - философски заметил Ванунаир.
Аскор резко сорвался с места и, сотрясая землю, после короткой пробежки взмыл в небо. Совершив прощальный круг над парусником, он быстро скрылся в облаках. Недавний узник был вновь в своей среде, гулко колотилось сердце, радостно теснило в груди, а послушное могучее тело неслось, словно пущенная стрела.
   Пообедав зазевавшимся горным яком, он уже в потемках вернулся домой. Мать многозначительно взглянула на него, но ничего не сказала. Очевидно, его тетушки уже успели ей обо всем поведать. А они были всегда в курсе событий, словно их невидимый глаз вечно сопровождал его. Интересно, знают ли они, что произойдет с ним завтра или через неделю? 
   У юного дракона имелась еще одна странность. Он любил в одиночку скользить по звездному небу в ясные лунные ночи. Все, что он видел днем, волшебным образом преображалось. Ночное светило окутывало в таинственный мягкий плед загадочные кружева облаков, в которых угадывались старинные замки, лунные рощи и величественные горы. А вокруг холодно мерцали звезды. Ему казалось, что все это он уже когда-то видел: и бездонный, проникнутый сиянием сотен созвездий, небосвод, и призрачные потоки лунного света, и безграничное пространство вокруг, расцвеченное мельчайшей звездной пылью!
У Аскора возникало ощущение, что он парит на одном месте, будучи крошечной, неотъемлемой частью бескрайнего звездного простора. А пару раз он отчетливо разглядел старого белого дракона, лежащего на огромном фиолетовом облаке. С бесконечной добротой и мудростью он смотрел на Аскора. От тела его исходило дивное сияние. А прямо перед ним стояли обычные песочные часы, но песок, почему-то, струился вверх.
   Домой возвращался молодой дракон глубокой ночью. После безбрежного звездного небосвода родная пещера казалась ему каменным мешком, слепым и нелепым отростком пространства.
   Последним испытанием, служившим драконам пропуском во взрослую жизнь, было испытание молниями. Лишь тот смельчак отваживался на него, кто был уверен в себе. Секунда растерянности стоила жизни.
Аскор взлетел, когда гроза достигла своего апогея. Окрестности озаряли вспышки молний, сатанинский грохот сотрясал землю, яростно хлестали тугие струи ливня. Преодолевая беснующиеся потоки ветра, он взмыл ввысь и скрылся в темных, пронизанных молниями, облаках. Вокруг него плясали ослепительные зигзаги. Но не они были его главными врагами, а он сам. Могучее тело мог сковать страх и превратить его в щепотку серого пепла. Аскор безотчетно дохнул пламенем в ветвящуюся перед ним раскаленную линию. Его движения стали абсолютно выверенными и отточенными. Неподалеку от него полыхнул огромный ствол молнии, напоминающий небольшую реку. Вниз заструились, словно губительные руки, ослепительные ветви. Температура молнии была около тридцати тысяч градусов, в двадцать раз больше, чем пламя свечи.
   Конечно, в этой чаще небесных стрел он был уязвим, но мелкие молнии не причиняли особого вреда. Молодой дракон бросал своё тело в стороны, повинуясь интуиции. А затем он отчетливо почувствовал, в каком месте произойдет следующая вспышка. Чем ближе она была, тем острее ощущал он покалывание в теле. Это было потрясающее чувство единения с грозой, когда вокруг бушевала упоительная симфония из огня, грохота и неистовых порывов ветра. Обожженное молниями небо приютило его, а танец в дуэте со смертью показался ему восхитительным! Никогда ничего подобного Аскор в своей жизни не испытывал! Не зря один старый дракон утверждал, что после этого испытания он вернется на землю другим.
   Гроза постепенно выдохлась, ветер разогнал облака, а в небе огромным коромыслом  повисла радуга. Он ощутил усталость лишь тогда, когда, насквозь промокший, рухнул на скалы  у входа в пещеру.
   Спустя некоторое время, Аскор, совершая обычный полет, заметил глубоко внизу многочисленные варварские орды, вышедшие из джунглей. Отличаясь силой и агрессивностью, они нападали на селения, безжалостно грабили и жестоко расправлялись с жителями.
Наблюдая за их бесчинствами, дракон вновь и вновь вспоминал слова матери. В один из дней он стал невольным свидетелем кровавой битвы. Местные жители объединились и решили дать отпор лесным разбойникам. Но тех было больше, каждый из них в слепом угаре ярости крушил все на своем пути. К тому же они использовали прирученных лесных зверей, напоминающих трехметровых динозавров с длинной зубастой пастью. Эти чудовища просто и привычно разрывали противника. Соотношение сил было неравное.
   Когда Аскор немного снизился, он разглядел в рядах местных воинов знакомые лица рыбаков, которые вытащили его из озера. Они были обречены, хотя, прикрываясь щитами, ожесточенно отбивались. Соседние шеренги были уже смяты. Воздух оглашали злорадные вопли дикарей, утробное верещание свирепых динозавров, стоны раненых и звон клинков.
   Аскор понимал, что его вмешательство безрассудно, но он хорошо помнил о помощи рыбаков. Что же тут поделаешь, когда разум твердит одно, а благодарное сердце шепчет другое?!
   Совершив крутой разворот, он несколько раз пронесся над полем битвы, выпустив страшные когти и сметая группы злобных пришельцев. Попутно он поливал их огнем. Краем глаза дракон заметил, как удивились и обрадовались неожиданной подмоге крестьяне. Враги ненадолго оставили их в покое, сосредоточив свои усилия на внезапном, грозном противнике, свалившихся на них, как гром с ясного неба.
   Хозяину небес, облаченного, словно рыцарь в роговую броню, не были страшны примитивные стрелы и копья варваров. Они отскакивали от мощных роговых пластин, как мелкие безобидные камешки. Но было у него одно уязвимое место. Одна шальная стрела угодила ему прямо в левый глаз. Он вскрикнул от пронзительной боли и инстинктивно рванулся ввысь, но родное небо было уже бессильно помочь ему.
-  Бывают ли драконы на костылях? – всплыл в его памяти вопрос матери.
   Аскор развернулся и устремился назад. Он хорошо видел единственным глазом поле битвы и сумел выделить в рядах лесных разбойников совещающихся вождей. На огромной скорости, растопырив крылья, унизанные шипами и извергая лавину огня, он врезался горящей кометой в толпы врага, вызвав страшное опустошение и панику.
   Последнее, что он видел, было бушующее пламя. В нем невозмутимо лежал знакомый белый дракон и сочувственно смотрел на Аскора.


Рецензии
Читаю Ваши произведения, Александр, и душа расцветает - столько в них света, доброты, свободы и тепла в отношениях, чудесных неожиданностей, высокой Человечности! Элементы фантастики необычны и интересны. Пока читаешь, влюбляешься в Ваших героев и часто невозможно сдержать слезы. С благодарностью!

Светлана Кройтор   02.08.2019 17:37     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Светлана! Благодарю Вас за посещение моей странички! Очень рад Вашему доброму комментарию! Стараюсь следовать изречению Конфуция: "Не говорите, если это не изменяет тишину к лучшему". Мне кажется, что мир - это арена борьбы между Богом и дьяволом, тогда почему бы совсем немного не помочь Богу?

С уважением и симпатией
А. Грэй

Александр Грэй   11.09.2019 20:58   Заявить о нарушении
Да, Александр, согласна с Вами - в этом самом важном, хотя и незримом противостоянии - стоит занять сторону Бога!
И пусть нас будет больше!

С улыбкой, Светлана.

Светлана Кройтор   15.09.2019 14:36   Заявить о нарушении
На это произведение написано 11 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.