How To Disappear Completely

Я проснулся, когда часы пробили половину четвёртого. Я не сказал бы, что выспался, но спать до вечера было почему-то стыдно. Я встал, умылся, заварил себе горячий чай, снова лёг на кровать и включил старый-добрый музыкальный проигрыватель, который уже в течение последних двух месяцев крутит один и тот же альбом Radiohead. Каждый день, каждое утро я включаю один и тот же диск, слушаю одни и те же песни и вспоминаю одни и те же события моей жизни, которые по воле обстоятельств неразрывно связаны у меня с этой музыкой. Воспоминания неприятные и даже болезненные, но яркие, а поэтому дорогие. Нет, я не из тех людей, которые замыкаются в прошлом и живут им - я живу сегодняшним, а иногда даже завтрашним днём – прошлое для меня как хороший коньяк – выпиваю рюмочку для поддержания хорошего настроения, а потом закупориваю драгоценную бутылку и ставлю её обратно в бар. Это же никак не мешает жить дальше, правда?

Удивительно, а ведь раньше это был мой самый нелюбимый альбом Radiohead. В нём мало мелодии, а может быть, даже мало музыки. И мне это не нравилось. Не нравилось до тех пор, пока в мае я не увидел его на витрине небольшого музыкального магазинчика в Петербурге, и меня охватило страстное желание его купить. Какая-то ничем не объяснимая тяга. И я купил его и послушал от начала до конца, когда приехал в Москву. Это было поздно ночью, а вернее – рано утром. Я тоже лежал на кровати, пил горячий чай и открывал для себя Kid A, песню за песней, строчку за строчкой, ноту за нотой. И тогда я его полюбил. Полюбил потому, что он как нельзя лучше описал моё тогдашнее душевное состояние. Он, кажется, описал всю мою тогдашнюю жизнь.

Самая любимая песня на этом альбоме – How To Disappear Completely, как полностью исчезнуть… Ох, как же мне тогда, в мае, хотелось попросту исчезнуть, как же мне тогда хотелось перестать существовать, и я бы прервал эту жизнь, если бы знал, что её можно прервать не навечно. Но ты не можешь исчезнуть на десять минут, на час, на несколько дней или месяцев, ты исчезаешь навсегда, и это страшно. Поэтому всё, что я мог – это повторять за Томом Йорком: “Меня здесь нет. Всего этого не происходит”.

Там, где я был в мае, меня давно уже нет, а что произошло, то произошло, это глупо отрицать и даже говорить об этом глупо. Прошлое ушло, а осталось от него всего ничего: несколько наивных записей в блокноте, несколько нелепых и ненужных вещей, купленных в Петербурге, да этот альбом Радиохед, который вот уже два месяца каждое утро наполняет мою комнату музыкой.

Но вот, последняя песня доиграла и передо мной явилась обнажённая тишина. Диск ещё крутится – после последнего трека музыканты обычно оставляют десять минут тишины, чтобы на одиннадцатой сделать терпеливому слушателю небольшой сюрприз, так называемый, спрятанный трек, не указанный на обратной стороне альбома. И точно – проходит ровно десять минут, музыка снова возвращается, группа доигрывает несколько аккордов, а потом затихает, теперь уже окончательно, диск останавливается и проигрыватель издаёт мягкий, столь привычный мне щелчок. А после этого щелчка – ничего, пустота.

И только в этой пугающей пустоте я вспоминаю, что сегодня суббота. И что же я делаю? Я встаю с постели, наливаю себе горячий чай, запускаю музыкальный проигрыватель, снова ложусь на кровать и думаю: “Поживу-ка я сегодня прошлым, в настоящем мне всё равно делать нечего!

Меня здесь нет. Всего этого не происходит…”