Зелёное самоволие

Я  вспоминаю  своё  детство….  Игры,  сестры,  братья,  Оля…  и  взрослые.  Природа  и   общество  -  две  пересекающиеся,  но  всегда  раздельные  плоскости. 
Родители  не  вводили   нас  за  ручку   в  этот  мир,   но  и  не    мешали   познавать   его.   Им   было   некогда  –   все   и  всегда   работали.   Мама   и   папа   поднимались   рано,  еще  в   темноте,    и   принимались   за   хозяйство  –  накормить  свиней,   кур,   приготовить   кушать,   одеть   и   покормить  нас...   
На   ту   пору,   когда   мне   было   пять   лет,   старшему   брату,   Серёжке,  исполнилось  семь. Разница   небольшая,  но   мы   не   очень   понимали   друг   друга.   То   и   дело   возникали   у  нас   стычки   на  игрушках,   телевизоре   и   тому   подобном.  "Олег,  Сергей!  Прекратите  драться  -  вы  же  братья!"  -  "Пусть  не  достаёт!"  -  "Сергей,  Олег  младше  -  ты  должен  уступить,  потому  что  ты  умнее  его"  -  "Ничего  себе!  И  что,  я  теперь  должен  делать  всё,  что  захочет  этот  сопляк?  Не  буду!"  -  "Я  сказала -  ХВАТИТ!!!" И  стычки  прекращались,  мы,  надутые,  расходились  по  разным  углам,  что  не  мешало  нам  через  полчаса  весело  играть  вместе,  а  потом  вновь  ссориться.   
Он   частенько  не   хотел   брать   меня   с  собой,   как  того  требовали   родители,   а   я   не   особо   навязывался  –  мне   было   интереснее   с   Олей.  Зачем   мне   его   компания,  мяч  на  пустыре   да   рогатки,  когда  у  меня  было   столько   сокровищ  -  ивы,  река,  светлячки,  бабочки,  кузнечики,  кролики   да   прочая   живность?  А  главное   ведь  не  это.  Радостный   смех   Оли   и  её  блестящие  глаза,  доверительные   разговоры   и   только   наши   игры  -   всё  это  делало   этот   мир   непередаваемо   ярким,  тёплым,  добрым. 
И  в  садик   мы   пошли   вместе.  Меня  отдали  туда   в   три   года,   сестру – в  два.  Воспитателем   в   нашей   группе  работала   близкая  подруга   мамы   Оли.  Марина  Васильевна,  которую  мы  называли   тётей  Мариной,  няньчилась  с  нами   с  младенчества.  Часто  угощала   конфетками,  плела   косы  Оленьке. Меня  она  называла  Олеженькой.  Иногда  приносила  нам  воздушные  шарики  -  мы  так  радовались  им...  Видимо,  поэтому  в  детсаду   нам  с  сестрой  разрешалось   несколько  больше, чем   другим.
  Помню,  однажды   мы  залезли   на   высокую   ель.  Воспитатель    срывала   с   нее  шишки  для  поделок,   и   лестница,   приставленная   к   стволу   мощного   дерева,   так   и   манила   меня. )  Стоило   воспитательнице   слезть   с   неё   и   зайти   в   здание,   как  мы  мигом  вскарабкались   наверх.  И, конечно,   затаились,  когда   увидели,  что   она   вернулась   за   лестницей.
Как  же  интересно  было  на  том  дереве!   Сквозь  хитросплетение  зелёной  игольчатой  решётки  голубой  мозаикой   проглядывало  безоблачное   небо,  а  солнце  щедро  рассыпало  блики   лучей,   отсвечивая   радугой  эту  небесную   игру.  Я  дотянулся  до  шишек,  висящих  на  самых  кончиках  смолистых  веток,  и   нарвал   их  столько,  сколько  помещалось  в   ладони  Оленьке.  Мы  играли   ними  в  человечков,  живущих  на  этой  ели.  Придумали  им  целую   жизнь  -  и  всего-то  за  пару  десятков  минут) 
Был   тихий   час,   и,  по  идее,  мы  должны   были  мирно  спать   в  своих  кроватях.  Но   мы  частенько    не   спали  –  это   как  раз   то   «несколько  больше»,   что    позволялось   нам.  Тётя   Марина   знала,  что   мы   никуда   не   уйдём,  а  будем   мирно  играть   в  песочнице  или  под  старым   буком.   Именно  поэтому   за  нами   не  били  тревогу  в   тот  день. 
А  время  шло…  Тянулось…  Мы   просидели   на   ели   уже    больше  часа   -  и  вот  наступил   момент,   когда   почувствовались   на  ней,   как   в   зеленой   мохнатой   ловушке.  Затекли   ноги,   захотелось   пить…  Кричать,   зовя   на  помощь,   мы   боялись,  прыгать   вниз  –  тем   более.   Мало-помалу   подступило   отчаяние  –  и   глаза   Оленьки   наполнились   слезами.   Очень   хорошо   помню   этот  момент.  Губы    ее   задрожали...  личико  перекривилось,  готовясь   к  плачу… 
И  в  это  мгновение   я   начал   что-то  горячо    рассказывать.   «Вот  видишь   это   тучку?  А  ведь   она  не  простая.  В  ней  живут   дождевые   гномики.   Серьёзно!   Я  по  телевизору   видел.  И  у  них  есть   королева.  Зовут  её   Оленькой  -  как  и  тебя.   У  неё  ….» Не   вспомнить   мне,  на   чём    именно,   но   в  какой-то  момент  рассказа  слезы    исчезли,   а    вскоре   сестра   рассмеялась.   От   счастья   меня   было   не   остановить.   Всё,   на  что  была   способна  моя   фантазия,   я   отправил   в  то  дождевое  королевство  -  и   зеленая   ловушка   превратилась   в   сказку   для   двоих   маленьких   детей. 
 А   потом   нас   начали   искать. И,   услышав   зов,   мы   уже   не   боялись   отозваться  –  ведь   у   нас   была   тайна,   опять   же   одна   на   двоих.  Когда   приставили   лестницу,   сняли   нас   с   дерева   и   даже   как   следует   отшлепали,   я   был   не   против –  понимал,   что   за   дело.  Особенно  меня  -  ведь   потянул   за   собой   сестру.  И   на   деревья   с   тех   пор   Оленьку   я   не   затаскивал,   хотя   сам   любил   по  ним  лазить.
А  ещё   мы  потеряли  привилегию   не   спать   во  время   тихого   часа  -  такая   вот  расплата   за  зелёное   самоволие)