Мамина кукла

Этой истории уже двадцать лет, произошла она в «лихие» девяностые годы. Мне, как и большинству простых жителей нашей страны во времена перестройки, пришлось очень туго. Потеряла работу, сократили, как ненужный элемент, муж бросил на третьем месяце беременности, да еще и мать умерла. И все это случилось примерно в течение одного месяца.
Единственное, что меня «радовало», так это оставшаяся после матери недвижимость в центре Владивостока, куда я незамедлительно переехала. Квартира должна была перейти ко мне по завещанию. Честно говоря, жить в двухкомнатной квартире в Серой лошади, да еще одной, мне не очень хотелось; не то, чтобы я была очень суеверна, но об этом доме ходили разные темные слухи. И потому люди несколько чурались этого дома. Один из них гласил, что, когда этот дом стоили, то на его фундамент пустили надгробия одного из городских кладбищ, стертого с городской карты за месяц до этого.
Некоторые жильцы даже рассказывали, что видели призраков в подъездах этого дома. Но я в них никогда не верила, считая это либо больной фантазией жильцов, либо бредом алкашей-сантехников, обслуживающих этот дом. Так или иначе, мне пришлось преодолеть все свои предрассудки и переступить порог квартиры.
Резкий запах нафталина ударил мне в нос, мама была актрисой кукольного театра и писательницей, поэтому кукол в нашем доме хватало. Ими были наполнены гостиная и спальня нашей квартиры, казалось, еще чуть-чуть, и они поселяться сначала на кухне, а после и в ванной.
Войдя и осмотревшись, я начала вспоминать свое детство, даже стены могли навеять что-то, выпавшее на время из чемодана памяти. И в тоже время здесь все было таким родным, каждая картина, фарфоровая кукла, стоящая на камине в гостиной, кресло-качалка напоминали об ушедшей недавно маме. Казалось, что даже мамин запах еще не выветрился из этих стен.
Пришла я сюда в преддверии Дня всех святых, но мой вход был не слишком ординарным. Ключей от квартиры у меня не было, куда они делись, я толком не помню, то ли маме отдала, то ли сама где-то потеряла, но, так или иначе, вынув из кармана куртки заколку, взятую вместо отмычки, и повозившись немного с замком, смогла, наконец, открыть дверь.
Несколько раз меня чуть не увидели за взломом собственной квартиры, но проходящие мимо люди были мне не знакомы, видимо, новые жильцы, а может быть просто квартиросъемщики какие-нибудь, с развалом Союза – это новшество начало входить в моду. Правда, неожиданно для меня одной из мимо проходящих стала одна из наших соседок, которая живет здесь с самого основания дома. Она изумленно посмотрела на меня и сказала:
- Здравствуй, Наташенька! Соболезную, все-таки такая потеря для всех нас! – её голос отдавался эхом по подъезду.
- Спасибо, тёть Галя! – несколько испуганно ответила я.
- А что ты тут делаешь? И почему ты такая испуганная?
- Да пришла просто в мамину квартиру, но вспомнила, что потеряла ключи, - неловко соврала я. – А испуганная, потому что вы так сзади подошли, неожиданно. – И, попрощавшись, спустилась на пару этажей ниже, чтобы соседка не заподозрила чего, только после того, как за ней захлопнулась дверь квартиры, я смогла продолжить свои мучения.
На улице было уже холодно, и потому, положив на плечи мамин плед и налив в кружку горячего шоколада, села в кресло-качалку, включила телевизор, чтобы отвлечься от грустных воспоминаний. Через какое-то время я уснула, даже не заметив этого.
Проснулась среди ночи и поняла, что мне снилось что-то странное. Будто одна из маминых кукол привела меня в спальню и словно испарилась в воздухе. Проснувшись, я убедила себя, что это всего лишь сон, выключила светящийся помехами телевизор и пошла в спальню, где и проспала спокойно до утра.
При уборке, я невольно обратила внимание на расположение фарфоровых кукол в гостиной. Мне показалось, что вчера они стояли несколько по-другому, а, приглядевшись, стало понятно, что одна из них мне снилась этой ночью, но что бы это могло значить, я не понимала.
Сон повторялся раз за разом, ночь за ночью и это стало похоже на сумасшествие в определенной степени, каждый раз кукла останавливалась в определенном месте и исчезала. Я даже обратилась к психиатру, он выписал мне антидепрессанты и заверил, что это на фоне событий последних двух месяцев, и что после курса лечения все должно пройти.
Но как бы не так, пропив курсом выписанные таблетки, сны не отпускали меня, все становилось только хуже. Мне стало казаться, что эти куклы ходят наяву, они стали  менять свое местоположение, как бы меняясь между собой местами, некоторых из них я начала находить в разных местах дома и, что самое ужасное, в последнее время даже у изголовья своей кровати.
Однажды, проснувшись среди ночи от неясного шепота, я увидела, как одна из тряпичных маминых кукол, с которой она чаще всего давала концерты, шла ко мне. Но, поняв, что я её заметила, остановилась и словно притворилась мертвой, как и была раньше. Это окончательно меня перепугало.
На следующее утро я позвонила своей хорошей подруге, которая пару лет назад стала экстрасенсом, пережив клиническую смерть. Она никогда и никому не отказывала в даче своих услуг и не брала за это денег, по её словам, высшие силы, которые даровали ей эту способность, были против того, чтобы она продавала свой талант. Иначе она потеряет этот дар, вместо этого новоявленный экстрасенс писала картины, их покупали, конечно, редко, но денег все-таки хватало.
Уже тем же вечером Эльза навестила и меня, осмотревшись, она сказала:
- Квартира-то с сюрпризом!
- Что значит с сюрпризом? – встревожено спросила я.
- Подожди, - спокойно ответила она. – Не торопи события.
Проверив энергетику моей квартиры, Эльза подошла к одной из кукол, которая бродила по квартире предыдущей ночью. Слегка наклонившись к кукле, она что-то начала бормотать, словно какое-то заклинание, до меня долетали только обрывки фраз: «покажи… покажи… покажи…».
Взяв куклу в руки и, сказала:
- Пошли! – и, опустив одну из кукол, которая чаще всего мне снилась, последовала вслед за ней.
Я прекрасна, знала о её способностях, но все равно мне было тревожно и потому спросила:
- Куда?
- Она должна показать нам кое-что, – шепотом сказала она.
Зайдя в спальню, я увидела, что кукла вновь стояла на том месте, что и во сне. При моем входе она словно испарилась. Достав из кармана мантии свечу, Эльза зажгла её и, наклонив, поднесла к полу. В паркете появился странный вырез, незаметный при обычном свете.
- Ну что там? – не удержалась я от вопроса.
- Похоже, тайник, принеси ножи, пожалуйста!
Я принесла самый маленький, который был в моем доме. Поддев крышку, и подняв ее, нашим глазам открылся небольшой тайник, это был углубленный квадратик в полу, размером десять на десять и глубиной  двадцать сантиметров. В шкатулке оказались драгоценности, старинные монеты времен красной революции, даже несколько николаевок. Эльза получила от меня в дар одно из фамильных ожерелий, найденное благодаря ей, а на выручку от только от двух николаевок, я смогла прожить некоторое время, пока не родила ребенка. Она долго не хотела принимать от меня этот подарок, но потом все-таки согласилась – это же не покупка её услуг, а благодарность за найденный клад.