Лекция по Мировой литературе

Толерантность

  Начались года, которые прозвали нулевыми. У меня был хороший сотовый телефон с приличной памятью и диктофоном.  Для того времени сотовый телефон мне показался компьютером: клавиатура, монитор, память и беспроводная связь… фантастика да и только. На диктофон я записывал некоторые лекции. Одна из них перед вами.
  Вот, профессор Мировой литературы читает нам лекцию. Я бы не описывал так подробно, но из того, что записалось, стоит воспроизвести для данного сочинения. Речь в его лекции шла о толерантности (да, да это слово сейчас в моде, а тогда я впервые о нём услышал), моему вниманию предлагалось спокойное и лояльное отношение к другим нациям. По сути, это было противоположным моему недавно устоявшемуся мировоззрению.
 - Писатель и расизм, - читал лекцию преподаватель, - Два разных полюса и имеют противоположные векторы направления. Запомните и запишите слово – «Толерантность». Это либеральное отношение к другой расе. Именно таким и должен быть писатель-публицист – толерантным. То есть, любить всех – негров, жёлтых, русских, и германцев, и японцев, и американцев. Раньше все происходящие войны начинались на религиозной почве. Теперь, когда массы стали практиковать атеизм, война стала проявлением расистской ненависти.  Национальность у писателя не имеет значения, он должен видеть глубже – где есть Добро, и где Зло. Преступников хватает среди всех национальностей. У зла нет границ в расовых рамках. Но и у Добра нет ограничения. Если человек белый – это не значит, что он не будет Джеком-Потрошителем, напротив, мы видим иную картину. И наоборот, если родился негром, то почему ему нельзя стать священником? Писатель должен быть вне всего этого, иначе он – фашист-идеолог и не более того. Скажу больше, чем писатель толерантнее, тем он ближе к Мировой литературе. Посудите сами, будут ли бразильские дети читать китайские сказки, где побеждают только китайские герои. Или станут ли жители капиталистических стран просматривать серьёзную литературу социалистического лагеря?  Конечно, нет! Ответ очевиден: такая писанина не для всех, это уже не литература, а грамматика, без смысла и содержания. Может, у вас есть вопросы?
 - Как соотнести толерантность к любви? – задал кто-то из аудитории вопрос.
 - Не понял!? – улыбнулся профессор.
 - Ну, например, лирика любви к девушке… Я же не описываю внешность, допустим, а значит, подходит ко всем расам.
- Тема любви вечна, как сама любовь, уважаемые коллеги. Она вне расизма и толерантности, выше добра и зла… Но, к сожалению этой тематикой люди заняты до двадцати лет. Возрастом выше читается только серьёзная классическая литература. Повторюсь ещё раз. Обыватель может стать кем угодно: солдатом, воином, расистом… А писатель обязан быть святым! В том числе и журналист…  Пример для подражания Лев Николаевич Толстой: мухи не обидит… В своём дневнике он так и пишет: «Сегодня я победил муху». Именно, с  таким воззрением на мир можно описывать правду, и она не будет однобокая и кровожадная – она моральная. Как сказал Кант: «Если Бога нет, то Его надо выдумать, чтобы была мораль». Да, да, мораль человечеству необходима, без неё все развратятся, и мир растлится. Вывод следующий: писатель – олицетворение Добра на земле в письменном проявлении. Да, есть Священное Писание,.. но толкователей много. Человечество уже боится Библии. Толстой, как писатель, близок к нам в этом вопросе, ибо он толкует как совесть, а богословы видят исключительно правителя своей страны и боится его, а не Бога.
  Я не стану оставлять здесь свои комментарии. Хотя, замечу, что Литература и жизнь для Писателя не всегда одно и то же.


Рецензии
Не согласен с тем, что писатель обязан быть святым. «Святость» - в понятие это разные люди вкладывают разный смысл. Некоторые знаменитые писатели, известные на весь мир, вели безнравственный образ жизни, аморальный. Но это только моё личное мнение, конечно.

Творческих успехов вам!
С уважением
Владимир

Владимир Швец 3   16.06.2019 17:53     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.