Подъезд

Это был очень странный подъезд. Парадная, как их называют в этом городе. В гробу я такие парады видал: тусклая лампочка на кривом запыленном проводе торчала из белесой штукатурки, нет, скорее не белесой, а смутно напоминающей светлую, с черными разводами от былых протечек, пыль грязь и плесень. Ряды железный почтовых ящиков с выломанными дверцами, рекламные флаеры, валяющиеся на полу, следы обуви, гомон и кашель за коричневыми, обитыми дерматином дверями первого этажа. Я долго стоял снаружи, не решаясь зайти, холодный противный дождь напоминал о развалившихся кедах, они промокали и сверху, и снизу. Не понимаю, почему я остановился именно у этой зияющей дыры. Возможно, меня остановило душное тепло с тухловатым запахом подвала, идущее из проема. Сделал шаг - виски сдавило, сделал еще шаг - чуть ниже затылка, там где позвоночник соединяется с черепом, начало покалывать, третий шаг - стало больно моргать, четвертый - в ушах зазвенело, будто меня грохнули молотком.
- Ты супчик будешь? - раздался глухой старушачий голос откуда-то сверху.
- Что? - спросил я.
- Супчик. Я супчик сварила, есть некому. В блокаду всех детей потеряла - некому супчик кушать.
- Какой супчик? Какая блокада? Холодно, я греюсь.
- Да, холодно, сынок, очень холодно было.
Я пытался понять, где она. Голос шел сверху, или мне так показалось.
- Тогда очень холодно было, - вновь раздался ее слабый глухой голос, - но супчик вкусный был. Жаль, есть некому было уже. Заходи, покормлю.
- Где вы?! - я почти заорал, голос эхом разнесся по лестничным пролетам.
- Че ты орешь? А ну марш отсуда, щас мужа позову! Наркоман проклятый... - в проеме окна на лестнице появилась дама в халате.
- Тут это...бабушка супчик предлагает...
- Ну ка пошел вон. Домофон раскурочили, покоя нет теперь...
В ушах так же звенело, я попятился к выходу, дождь поливал плотной стеной.
- Супчик, будешь супчик кушать?
Я повернулся: в тусклом желтом свете лампочки, за решеткой подвала на меня смотрело лицо старухи со злой ухмылкой младенца.
- Приходи покушать супчик...