Часть 4 Гнездышко

                Часть 4. «Гнездышко»

           Отгремели вальсы и мазурки счастливой свадьбы князя Ч. и  Марусеньки. Утихли последние фейерверки, разрывавшие небо над имением Х-вых красивым красным и желтым цветом. Гости потихоньку разъезжались по своим домам, оставляя в памяти незабываемый праздник любви и веселья. Все снова входило в свою привычную колею.
           Молодая чета спешила устроить свое новое семейное гнездышко. Князь Ч. не мог даже мысли допустить о совместном проживании с родственниками. Только отдельно!  Мария не возражала. Она во все глаза смотрела на мужа и была согласна на любые варианты. Даже горы далекой  и волшебной Грузии не пугали ее, ведь там она встретила свою любовь. Если бы муж решил, что их дом там, она бы ни минуты не колебалась.
          - Милый, я согласна с вами куда угодно. Хоть на край света – говорила она, поглаживая свежевыбритые щеки мужа.
           - Голубка моя! – восторженно гремел князь, стараясь понизить бас до нежайших нот.
Он был без ума от своей жены. Более милой и нежной женщины он и представить себе не мог. Вся кротость, все обаяние и нежность женщины, все сплелось в этом ангельском создании.  Легкий румянец ее щек выдавал волнение.
Обняв жену, князь задержал дыхание, чтобы услышать биение ее сердца.
«Тук…тук…тук » -стучало оно. Князь прижался к груди жены и затих.
          - Папеньку только очень жалко - вымолвила вдруг Маруся.
          - Почему?
Князь оторвался от нежного тела молодой жены и загляну ей в глаза.
          - Один совсем останется… Если мы уедем…
Маруся отвела глаза в сторону и в них блеснула слезинка. Наталью Петровну, домоправительницу и к тому же двоюродную сестру покойной матушки, она видимо в расчет не брала. Князь нахмурил лоб и о чем-то задумался.
        - Голубушка – сказал он через пару минут – ну может нам тогда тут тоже прикупить имение? Допустим на хуторе N.! Помнишь, там  живет  Андрей Петрович М.? Он мне большой друг, присмотрит, если что, в наше отсутствие. Ты же помнишь его, голубка моя?! Милейший человек. Я знаю у них там помещик Ф. разорился, лет пять назад. Имение все равно брошенное стоит. Может  его и купить? Сделаем себе гнездышко, будем летом приезжать, жить в нем! До батюшки тут рукой подать.
            Князь заглянул в мокрые глаза Маруси и увидел, что там горят два огонька счастья. Словно ребенок девушка вскрикнула и бросилась к мужу  на шею. Лучшего просто нельзя было и придумать!
           - Как ты замечательно придумал! Будем тут летом, а на зиму в Грузию поедем. К твоим матушке и папеньке. Правда, милый?
Она так радовалась, так счастливо хлопала в ладоши, что князь смотрел и не мог поверить, что эта необыкновенная девушка его жена. Сколько в ней было счастья, сколько любви и радости. Это было так заразительно!
           Той же осенью Князь Ч. с Марусей прикатили в гости на хутор N.  Андрей Петрович был поражен новым известием. Мало того, что вся затея с женитьбой князя так успешно завершилась, так теперь еще и такие глобальные перемены стучались в его дом!
           - Андрей Петрович! Спешим вас обрадовать! Мы с вами теперь соседи! – громогласно грохотал Князь Ч. в небольшой гостиной Андрея Петровича.
           -  Какая прелесть! Не верю ушам своим! Князь! Когда же?!
 Андрей Петрович запинался в своих ногах, метаясь между Марусей и князем Ч.  Он, то придвигал кресло молодой даме, то потом бросался к креслу князя, потом бежал к столу, на котором стоял чайный сервиз, с горячим дымящимся самоваром. Весь вид его говорил, что он очень рад, но совершенно растерян от этого известия. Князь хохотал, видя как волнуется друг и ободряюще хлопал его по плечу.
         - Теперь мы с Вами будем на охоту вместе ездить!  Вы любите охоту?! Зайцев погонять, белок!
         - Милый – умоляюще смотрела на князя жена - Про охоту, пожалуйста, без меня! Все эти мужские разговоры очень сложны для женского восприятия.
Князь тут же замолкал и принимался покрывать руки молодой жены нескончаемыми поцелуями. Эти двое были счастливы друг с другом. Андрей Петрович  с удовольствием украдкой косился на них, делая вид, что разливает чай. Уши его при этом, горели пунцовым цветом. Такого подарка судьбы он никак не ожидал.
           Надо, наверное, напомнить читателю, что хутор N. уже давно миновал период своего расцвета. Бывшие помещики кто помер, кто разорился и доживал свой век в нищете. Подрастающие отпрыски не очень-то справлялись с захудалым хозяйством, да и городская жизнь сманила многих из них. Побросав унылые постройки, молодежь перебиралась в город, в веселую и шумную жизнь, оставив стены дожидаться лучших времен. Так случилось и с имением г-на Ф. Единственный сын, после смерти отца, наспех собрал более-менее ценные  пожитки и переехал жить в город. Когда же князь Ч. нашел его и предложил сделку, то он, ни секунды не раздумывая, продал старые развалины, да несколько гектаров пустующей земли. Цена была более чем достойная. За нее можно было прикупить еще пару-тройку таких же унылых имений.
         Закончив с чаем, молодые люди решили прокатиться.
         - Андрей Петрович, а не желаете ли вы посмотреть на наше, с Марусенькой, семейное гнездышко? – предложил князь.
         - Конечно желаю!
         - Вот и отлично!  Извозчик, подайте бричку! Мы едем к нам!
Князь гордо вскинул голову и подхватив на руки молодую жену зашагал к выходу.
Через пятнадцать минут вся наша дружная компания была уже на месте. Андрей Петрович смотрел на знакомые ему с детства очертания имения Ф-вых и счастливо качал головой. Наконец-то в этих темных окнах будет гореть свет, будет весело, живо. Старый дом давно уже ждал этого часа.
Погуляв по пустынным коридорам особняка, князь Ч. немного нахмурился. Дом оказался гораздо старше внутри, чем казался снаружи. Полы кое-где сгнили, окна покосились, в щели задувал свежий ветерок. Штукатурка от морозов осыпалась. Тут и там чернел грибок. На второй этаж решили не подниматься, т.к. лестница угрожающе заскрипела уже на первой ступеньке. Марусе, и без того тяжело передвигавшейся, такой подъем мог стоить жизни.
        - М-м-м-да…- хмуро промолвил князь – кот в мешке оказался.
        - Да вы не грустите, князь! – попытался исправить настроение Андрей Петрович.
        - Может оно и к лучшему! Зачем вам это старье? Можно все тут сломать и отстроить заново! Будет по-современному! Вы же знаете, что сейчас так уже не строят, новые технологии и все такое!!...
       Князь оторвал глаза от огромной дыры в полу, куда только что быстро юркнула жирная крыса.
        - А вы знаете, Андрей Петрович, вы правы. Надо все сломать! И сделать заново! Как вы думаете, за зиму получится все закончить?
        - Конечно! Что тут зимой делать людишкам крепостным?  Пахоты нет, работ огородных тоже, поставить сюда человек двадцать и за зиму аккурат поспеют!
Андрей Петрович с таким жаром размахивал руками убеждая князя не отчаиваться, что сам уже поверил, что это возможно.
        - Ну, вот и хорошо, друг мой! Так и поступим. А вы этой зимой никуда отлучаться с хутора не планировали?
Андрей Петрович сразу смекнул к чему клонит князь:
        - Да, право, не знаю…э-э-э…вроде пока нет…
        - Может присмотрите за строительством? По старой дружбе! – князь при этом так нежно обнял Андрея Петровича за плечо, что тот понял, от стройки ему не отвертеться.   
        - А можно еще Наталью Петровну в помощь взять! – предложила простодушно Маруся. – Она будет очень-очень рада! Я знаю. У нее зимой такая хандра случается. От бездействия. Сильная-сильная. Мне ее так жалко бывает в такие дни. А чем помочь не знаю.
Сказав это, Маруся всплакнула. Ох эти тонкие душевные организации. От радости до слез – одно мгновение.
        После всех этих слов, Андрей Петрович, конечно, не мог уже отказать друзьям. Нежданно-негаданно на него свалилась глобальная стройка имения и депрессивно-меланхоличная «старая дева» Наталья Петровна.
        Словом дважды повезло!
Хлопнув по рукам, друзья закончили осмотр и погрузились в бричку. Потом были снова чай, ужин у Андрея Петровича, беседы о прекрасной семейной жизни четы Ч., потом Андрей Петрович и князь слушали как Маруся читает стихи, под аккомпанемент старенького, но прекрасно звучащего рояля. Уже почти заполночь гости и хозяин угомонились и разошлись по комнатам отдыхать.
          Утром молодожены нежно попрощались с хозяином и отбыли. Им предстоял переезд в Грузию, к родным князя Ч. Эту зиму они обещали провести там.
         Андрей Петрович долго смотрел на дорогу, пока силуэт брички не скрылся в тумане. Он все думал, думал. Думал о Дарье Михайловне, о том, счастлива ли она со своим мужем, думал о предстоящей зиме и о глобальной стройке, в которую попал по простоте и доброте душевной. И последнее обстоятельство даже веселило его. По крайней мере эта зима будет не так скучна и однообразна как предыдущие. Они стали такими с тех пор, как Дарья Михайловна и ее муж уехали жить в город, лишив Андрея Петровича последней радости – хоть иногда видеть свою возлюбленную.
          «Время – лучший лекарь» – думал Андрей Петрович. «А если к нему еще добавить хорошее занятие, то…». Дальше он не мог закончить. Он не знал, чего он хочет больше, забыть со временем Дарью Михайловну, или наоборот, дождаться, спустя время, ее возвращения.
         С первыми холодами к имению князя Ч. и Маруси потянулись телеги со строительными материалами. Князь Ч. не скупился. Он предоставил свой огромный кошелек в полное распоряжение Андрея Петровича. Любые материалы, инструменты, все разрешалось покупать в   неограниченном количестве. Лучшие мастеровые были по рекомендациям приглашены из города. Андрей Петрович без устали носился по двум этажам особняка, суя свой нос куда нужно и куда не нужно. Иногда это раздражало опытных мастеров, но… ничего не поделаешь, кто платит, тот и… сами знаете!
          Когда первый этаж уже начал принимать человеческий облик, в имение прибыла Наталья Петровна! С проверкой!   
          - Андрей Петрович?! Добрый день!
        - О! Наталья Петровна! Как я рад вас видеть!  Сколько времени пролетело с нашей встречи.
        - Да уж. Давненько мы с вами не встречались.
Наталья Петровна потянулась, расправляя по–хозяйски плечи. Она была явно рада этой встрече. Никто и представить себе не мог, как долго она к ней готовилась, как ждала.
         О том, что стройка началась она узнала практически сразу, в начале декабря. Князь и племянница Маруся так просили подсобить Андрею Петровичу в его нелегком деле, что Наталья Петровна уже просто горела желанием наконец-то отправиться в путь. Все было бы  ничего, но в последний момент что-то ее остановило. Может быть то, что она вспомнила молодого человека, который так ловко обвел ее вокруг пальца и мало того, заставил ее сердце влюбиться в себя. Последнее было совсем из ряда вон выходящее. Ее неприступное сердце растопил мальчишка, который, в конце концов, оказался таким же как все мужчины. Она считала, что он бросил ее, хотя явно намекал на чувства. Женская гордость боролась в ней с нежными чувствами. Когда последнее наконец-то победило, Наталья Петровна приказала заложить сани и ехать на хутор N. Путь предстоял не сложный. Она рассчитывала поздним вечером уже вернуться обратно, но на всякий случай взяла сменное платье.
«Не пристало благородной даме в одном и том же платье два дня подряд перед мужчиной ходить»- подумала она.
           -Так о чем мы говорили? – спохватилась Наталья Петровна.
Она так увлеклась своими мыслями и воспоминаниями, что на миг пропала из комнаты.
          - О радости, сударыня – краснея пролепетал Андрей Петрович.
          - Какой глупый разговор – грубо оборвала его Наталья Петровна и тут же спохватилась.
Ее манера общения, такая привычная для дома Х-вых, никак не подходила к данному месту и человеку, ради которого она приехала.
          - Покажите мне дом что ли – раздраженно сказала она.
          - С удовольствием! Идемте!
Андрей Петрович повел Наталью Петровну по обновленным комнатам и залам, услужливо открывая и закрывая каждую дверь. Гостья  снова стала кроткой как  девица.
 « А где ее трубка? » - почему-то вспомнил вдруг Андрей Петрович. Ее привычка курить крепкий табак так сильно раздражала его тогда, в доме Х-вых. Этот вопрос видимо прозвучал не только в мозгу Андрея Петровича, потому, что Наталья Петровна на него вслух  ответила:
           - Я сегодня не курю.
Потом она закашлялась, долго чихала и успокоившись сказала:
           - А впрочем, почему бы и нет.
Достав длинную старинную трубку  она начала колдовать. Едкий сизый дым поплыл по коридорам имения. Андрей Петрович закашлялся. Он терпеть не мог этот запах, но деваться было некуда. Дальше дом  обходили уже кое-как, стараясь нигде особо не останавливаться. Наконец-то покончив с этим занятием, Андрей Петрович предложил гостье чаю.
Наталья Петровна отказалась. Табачок сделал свое дело. Нервы успокоились, дрожь унялась и теперь она была такой же как всегда: уверенной и неприступной.
         Вечер клонился к закату. Нужно было ехать. Или оставаться. Наталья Петровна еще раз все взвесила и решила, что нет, она еще не готова остаться один на один с этим  симпатичным ей мужчиной.
       - Хорошо поработали. Молодцы. - заключила она своим ледяным голосом.  - Главное смотрите за ними чтоб не воровали. А то я знаю этих строителей. Только отвернись, тут же что-нибудь сопрут.
       - Что вы, Наталья Петровна, как можно!- испуганно взмахнул руками Андрей Петрович.
       - Ну ладно, ладно. Я, пожалуй, домой поеду. Вы, смотрю, и без меня тут отлично справляетесь.
      - Ну-у … с мукой  выдавил из себя Андрей Петрович.
Он отчаянно боялся этой грубоватой дамы.
      - Не провожайте меня.
Наталья Петровна резко повернулась на каблуках и быстро пошла к выходу.
Она боялась остановиться, а он боялся, что она остановится и что-нибудь скажет, а хуже того, что-нибудь сделает.
          Больше Наталья Петровна не приезжала. Все были от этого очень рады, и Андрей Петрович и рабочие. Дамы на стройке вызывали у последних чувство робости и какой-то вины, словно что-то идет не так.
         Время шло. Приближались рождественские праздники. Андрей Петрович был всецело погружен  в строительство. До весны оставалось так мало времени и он спешил все успеть. Князь Ч. присылал деньги, слал письма, приглашая на время оставить стройку на Наталью Петровну и приехать к ним в гости, но Андрей Петрович был тверже камня. Ему самому нетерпелось поскорее увидеть завершение своего детища.
        От былого дома Ф. не осталось ничего кроме каменных стен. Все внутри было сломано, все перегородки, двери, лестницы и сделано заново, по его, Андрея Петровича, проекту.  Башенки и вазоны украшали фасад здания. Окна были расширены почти на треть и  в комнаты заливалось столько света, что казалось больше просто не возможно. Лестница на второй этаж теперь была винтовой, с кучей резных элементов, каждый из которых уже мог претендовать на произведение искусства. Картины с видами неприступных Кавказских гор горделиво украшали стены. Струящиеся водопады, парящие орлы, все это великолепие смотрело на Андрея Петровича со всех сторон и внушало ему благоговейный трепет.  Его ребенок был потрясающе красив!
          Рассчитав мастеровых Андрей Петрович успокоился. Теперь он мог принять друга и его жену. Настало время ожидания. Каждый день Андрей Петрович  переворачивал листок на отрывном календаре и с наслаждением думал, что еще на один день ближе встреча. Потом он растапливал камин, усаживался в кресло-качалку и принимался мечтать. Он мечтал о встрече, о том, как обрадуется князь и его жена таким переменам в их гнездышке. Как они будут все вместе  пить чай, веселиться, читать стихи.
Вот и сегодня он по обыкновению устроился в любимом кресле и притих. Огонь в камине весело трещал сухим березняком, кошка лениво растянулась на оброненном рядом пледе. Было так уютно и тихо, что глаза Андрея Петровича сомкнулись в сладкой дреме. Потом пришла повариха Настасья, принесла чашку горячего чая с молоком и целую тарелку любимых пирожков с брусникой. Андрей Петрович откусил приличный кусок   и блаженная улыбка побежала по его лицу. Он был бесконечно счастлив. О том, что в комнату в этот момент вошли, он даже не заметил.
            - Добрый вечер! Чайком балуетесь? – послышалось над самым ухом.
От неожиданности Андрей Петрович выронил кружку из рук. Горячий кипяток побежал по халату и быстро добрался до белого тела.
          - А-а-а-а!!! - с криком подскочил Андрей Петрович
          - А-а-а-а!! – закричал гость. Вернее гостья.
Это была Наталья Петровна. Так они и кричали минуты две, собирая в гостиную все новых и новых слуг. Кое-как успокоившись Андрей Петрович и Наталья Петровна закатились в хохоте. Теперь им стало так отчаянно весело, что они хохотали без остановки. Было в этом что-то истеричное. Потом хохотали слуги, прибежавший кучер, повариха и дворецкий.
         - Господи! Как вы меня напугали – наконец удалось остановиться Наталье Петровне.
        - Ради Бога простите! Я не хотел! – умолял Андрей Петрович, все еще давясь от смеха.
        - Хотели-хотели!
        - Ей богу! Я не нарочно. Сам испугался.
        - Чего же?
        - Вас-с…
        - Меня?! Я такая страшная?
        - Ой простите, я не то говорю. Не вас. То есть вас, но не вас, а неожиданности-с. Вы так неожиданно вошли. Я не ожидал.
Андрей Петрович пытался прикрыть мокрое пятно на халате обеими руками, но от этого было только смешнее.
       - Полно вам. Не такая уж я и страшная. Садитесь. Чего вы стоите?
Наталья Петровна кивнула на кресло, а сама уселась на соседнее.
       - Мне нужно переодеться. Я так не могу-с - и Андрей Петрович, вспыхнув весь как красная девица, убежал.
Наталья Петровна с удовольствием огляделась. Ох как любила она такой приемчик, чтоб человек немного растерялся. Авось тогда он не заметит, что его тоже побаиваются.
          - Эй, дворецкий.
          - Да, сударыня.
          - У вас есть вино? Красное.
          - Да, сударыня.
          - Несите. Я совсем продрогла с дороги.
На улице и правда было холодно. Снова начиналась метель. Метровые сугробы снега уже засыпали весь хутор и окрестные волости. Дорога стала пушистой, красивой, но совершенно непроходимой для лошадей. Сквозь такую вот метель и решила Наталья Петровна прокатиться до гнездышка племянницы.
Мороз еще пощипывал щеки, а приятный жар камина уже поднимался от кончиков пальцев ног. В теле появилась приятная ломота. Красное вино приятно побежало по пустому желудку.
           - Морозно нынче - промолвила она сама себе. 
           - Да-да! – эхом откликнулся Андрей Петрович. Он только что вошел в гостиную.
           - Ну, рассказывайте, Андрей Петрович!
           - О чем-с?
           - Все ли закончили? Какие еще планы?
         - Вы знаете, Наталья Петровна, все успели! Даже раньше чем планировали - начал Андрей Петрович.
Потом он с восторгом рассказывал о стройке, о том, что и как шло. Поддавшись энергии молодого человека Наталья Петровна растаяла. Они дружно обошли дом, подробно замирая на каждом экспонате. У всего тут была своя история и Андрей Петрович мог часами ее рассказывать. Красное вино кружило голову Наталье Петровне. Картины, комнаты, статуи, всего было так много, так красиво и утонченно. Потом взгляд ее замер на Андрее Петровиче не в силах оторваться. И он наконец-то это заметил!
           -  Вам хорошо, сударыня?
            - О, да! Хотите еще вина?
            - С удовольствием!
Вино. Огонь камина. Прекрасная уютная обстановка. Внезапно Наталья Петровна приблизилась к Андрею Петровичу и прошептала:
           - Вы играете в карты?
Андрей Петрович остолбенел. Близость Натальи Петровны была пугающей.
           - Да – ответил он и отскочил в сторону как можно дальше.
          - Играем на желание! - властно сказала Наталья Петровна, и легким движением  руки Андрей Петрович был обронен в кресло.
Дальше все было как в тумане.
Наталья Петровна достала из сумочки карты, с каким-то гулким звуком они начали падать одна за одной на стол, по шесть ему и ей. Сквозь туман он видел, как его руки берут карты, как она что-то говорит, смеется, потом закуривает длинную трубку со своим адским табачком. Облако сизого дыма прячет ее на несколько секунд и вот снова ее улыбка, пьяные, счастливые глаза. Андрею Петровичу казалось, что вся комната кружится, смеется и вот-вот упадет вверх ногами.
Сквозь туман он внезапно услышал:
       - Проиграл! Проиграл! Загадываю желание!
Потом цепкие пальцы почему-то обвили его тело. Сам ли он поднялся, или Наталья Петровна подняла его с кресла, Андрей Петрович затруднялся сказать…
Последнее что он помнил, был поцелуй. Жесткие губы Натальи Петровны впились в его розовую плоть и ее язык оказался у него во рту. Руки ее уже смело терзали нижнюю часть его тела, неумолимо приближаясь к самому интимному месту.
       -Неееет!! – закричал что есть мочи Андрей Петрович и рванулся к окну. Распахнув его, он вскочил на подоконник и прыгнул вниз.
        Да, друзья мои, видимо есть Бог на свете. Выскочив из окна второго этажа в одних подштанниках, Андрей Петрович упал прямехонько в свежий сугроб. Он умудрился не только ничего не сломать, но даже и толком-то ничего не понял. Он лежал в снегу, смотрел как в небе мерцают звезды и думал:
        « Я сплю? Мне это снится?»

       Конечно такой случай не мог остаться незамеченным. Пока Андрей Петрович слег с воспалением легких на долгие полтора месяца, а Наталья Петровна, сгорая от стыда, сбежала в город, сальные шуточки бродили и бродили по хутору и окрестностям волостям, обрастая все новыми и новыми любовными сюжетами и подробностями.
      

04.11.2014
               


Рецензии