Брыся Васильевна

               БРЫСЯ ВАСИЛЬЕВНА


К ЧИТАТЕЛЮ: ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ, ТЕКСТ
СОДЕРЖИТ НЕНОРМАТИВНУЮ ЛЕКСИКУ.                Автор.


               1.

        Брысю принесли в приют котёнком. Тусклая и неподвижная, она пролежала восемь месяцев в вольере, свернувшись колечком.  Не брали её из-за окраса. В паспорте Брыси он гордо именовался «черепаховым», в народе таких назвали «кошка-семишерстка». Все возможные кошачьи цвета по шерстинке были перемешаны на её боках и лапах, а по мордахе будто кто мазнул двумя кисточками, одна с ярко-рыжей краской, другая – с черной. В сочетании с худобой и редкими черными усиками всё вместе выглядело жалко.

        Летом приютских кошек вывозили в вольерах в центральный сквер города, так больше было шансов, что кто-то их увидит и возьмет. Но на Брысю даже и в сквере никто не смотрел.
 
        Однажды к вольерам подошла немолодая супружеская пара. Женщина показала пальцем на красавицу Василису, длинношерстную серую кошечку, и сказала:

        - Витя, мы возьмём вот эту!

        Но мужчина показал пальцем на Брысю и сказал:

        - Мы берем вот эту!

        - Ну мне пох, - весело согласилась женщина.

        Заполнив анкету, отсчитала деньги,  взяла Брысю из вольера и пересадила в кошачью переноску.
 
        Мужчина осторожно взял у неё переноску и бережно понёс  Брысю в новое жильё.


               2.

        Как только Брысю  в квартире вынули из переноски, она, прижав хвост и уши, в полуприседе порскнула под диван. Хозяйка схватила швабру и с криком «Ну нах, еще насерешь у меня там!», вытащила её за шиворот и понесла на кухню. Тем временем хозяин наполнил двухсекционное кошачье блюдечко сметаной одну половину и кусочком сосиски – другую половину.

        Пока дрожащая Брыся всё это поглощала, хозяин гладил её по спине и ласково приговаривал:

       - Ах ты, кыса… ух она какая, кыса… лапистая, шубистая…

        Это было настолько сладко, что Брыся громко заурчала от удовольствия.

        - Какие у нас урочки замечательные, чисто трактор урчит, - восхитилась хозяйка. А потом взяла её на руки и тихо прошептала:

        - Ну вот, кысонька моя, ты теперь ХОЗНАЯ, и у нас с тобой всё будет хорошо!

        Она это ТАК прошептала, что у Брыси сжалось сердечко, и она прерывисто выдохнула все пережитое горе и отчаяние и приникла к хозяйкиному плечу и еще раз прерывисто выдохнула, как вволю наплакавшаяся женщина, и после этого дыхание восстановилось, а сердечко наполнилось любовью и надеждой.

        Так началась Брысина сказочная жизнь.


                3.

        Первые две недели Брыся любила больше хозяина. Она хорошо запомнила, как он показал на неё пальцем, когда она была в вольере, как он нес её в квартиру, как он гладил её по спине. Она ходила за ним по квартире, спала у него в ногах, а когда он уходил на работу, устраивалась на постели в ямке от его попы.

        А потом выяснились удивительные вещи: оказывается, за вкусную еду отвечала хозяйка! По утрам она вставала и готовила завтрак Брысе и хозяину. Потом приглашала их теми же выражениями, с какими лазила за Брысей под диван в первые минуты пребывания её в этой квартире. Сперва Брыся пугалась её громогласности, потом поняла, что хозяину это нравится, и что это не страшно, и постепенно успокоилась. Тем более что еда сильно отличалась от приютского сухого корма.
 
        На завтрак Брыся получала вареную, очищенную от костей рыбку - карася, окуня, ряпушку, чебака, иногда перепадал даже минтай. Вечером ей давали мясопродукт – сосиску, куриную грудку, кусочки мяса с хозяйского  стола.

        Вторым чрезвычайно расположившим Брысю к хозяйке открытием было: женщина каким-то образом чувствовала, где и как Брысю надо гладить. Когда хозяйка устраивалась перед телевизором, Брыся запрыгивала на одеяло возле неё, хозяйка валила её на бок и спрашивала:
 
        - А где же Брысины урочки?

        После этого чесала за ушком. Если Брыся не урчала, хозяйка почесывала её пёстрый животик и спрашивала:

        - Может быть здесь? Или здесь?

        И если Брыся от удовольствия начинала урчать, то хозяйка докладывала хозяину:
 
        - Нашлись у Брыси урочки, они на шейке у неё были! Вот они, урочки, слышишь, какие они у нас громкие!

         Ну кому же такое обхождение не понравится?!


              4.

        Стены в прихожей и углы были красиво заделаны недорогим ковровым покрытием, об которое Брысе разрешалось точить когти. От предыдущих кошек Брысе достались куча игрушечных мышей, гора кошачьей посуды, домик и два туалета, один в хозяйской туалетной комнате, другой – в лоджии. Для того, чтобы Брысе было удобно выходить в лоджию, окошко в кухне было всегда открытым, а противокомариная сетка внизу была не прибита наглухо.

        Кроме того, к одному из распахивающихся окон лоджии хозяин приделал полочку, на которую Брыся взбиралась и с высоты третьего этажа наблюдала за жизнью в городе.

     В домик для кошек Брыся боялась заходить, потому что он напоминал ей вольер. Это расстраивало хозяйку, она жаловалась по телефону подружкам, что домик занимает много места в квартире, а кошке он совсем не нужен, и выбросить жалко.


               5.

        Вообще-то в приюте Брысю назвали Карелией, видимо, в надежде, что стильное имя поможет ей быстрее обрести хозяев. Заглянув в Брысин паспорт, хозяйка фыркнула:

       - Какая ты нах Карелия, будешь у меня Муськой.

        А потом выяснилось, что на кличку кошка не откликается. Но на слово «брысь» реагирует ровно наоборот: усиливает активность, еще энергичнее перебирает лапками, заглядывает в глаза и трется об хозяйские ноги.

        Как-то заглянул  к хозяйке внук соседки Тёма и спросил:

        - Тётя Аня, у вас новая кошечка?

        - Да, Тёмочка, можешь её погладить, она не царапается.

        - А как её зовут? Брыся?

        Хозяйка слегка задумалась, потом радостно согласилась, что да, Брыся.

        - А как звали её маму и папу?

        - Спроси у неё сам!

       Погладив кошку, мальчик доложил хозяйке, что маму Брыси звали Мура, а папу – Вася. И что Брыся сама ему об этом только что рассказала. Хозяйка не возражала.

       Так кошка получила имя, на которое стала откликаться с момента его получения.

                6.

        Постепенно выяснялись хозяйские недостатки.
 
        Так, Брысю возмущало, когда хозяин подкарауливал её зевок и норовил успеть засунуть ей в пасть указательный палец. Она пыталась увернуться, но это не всегда ей удавалось, и тогда она обхватывала кисть его руки передними лапками, а задними начинала быстро-быстро его царапать, иногда до крови. Тогда хозяин отталкивал Брысю, шел к хозяйке, держа на весу кровоточащую руку и жаловался ей:

        - Смажь мне чем-нибудь, кошка меня ела!

        - Опять пихал ей пальцы, в ж..у себе их пихай, коль неймется!!! – кричала хозяйка, но руку ему смазывала.

        У хозяйки тоже был недостаток – она постоянно мазалась какой-то дрянью. Люди не вылизывают себя, когда хотят быть чистыми, у них есть для этого ванна. Так вот, когда хозяйка выходила из ванны, от неё постоянно несло чем-то неприятным. То лицо намажет, то руки, то коленки.  Суставы, видите ли у неё болят, а как Брыся должна потом на эти свежесмазанные коленки ложиться?

        Брыся немного подумала, и стала моститься у хозяйских колен при каждом удобном случае. Она валилась на коленные суставы всей своей тушкой, расслаблялась и неторопливо массировала лапками хозяйские косточки. Через несколько недель хозяйка с удивлением заметила, что может обходиться без своих кремов, а Брыся была довольна, что одним из запахов стало меньше.

        Еще одним недостатком хозяйки была её громогласность. Она часто кричала – по телефону, с лоджии, на хозяина, даже на саму Брысю. Из её разговоров Брыся поняла, что хозяйка работает в таком месте, где в вольерах держат не кошек, а людей, и это место называется «следственным изолятором». А там почему-то разговаривают громко и грубо.
 
        Вообще, надо сказать, Брыся неплохо понимала человеческую речь, чем удивляла хозяйку, но многие слова в этой семье она слышала впервые. На некоторые её слова обижался сам хозяин и мурлыкал ей:

        - Анечка, ну ты же не на работе, ну выбирай выражения!

        - Я с самим кумом выражений не выбираю, - бурчала хозяйка, - буду я еще с тобой тут…

        Особенно её возмущало нежелание хозяина лечиться. Брыся его понимала, она тоже не любила, когда ей в приюте чистили в ушках  или «глистогонили», заставляя глотать разные гадости.

        Она всей душой жалела кашляющего хозяина, когда хозяйка подходила к нему, держа ложку с таблетками в одной руке и стакан с водой в другой.

        - Не буду я это пить, - хныкал хозяин, - само всё пройдёт!

        - Нех было окна в машине открывать в минус пятнадцать!!! – орала хозяйка.
      
        И если хозяин отворачивался и делал вид, что разговор закончен, она бедром толкала его компьютерное кресло, отчего оно разворачивалось к ней, и рявкала:

        - Клюв, сцука!!!
 
       Бедный хозяин закрывал глаза и открывал рот.

        Хозяйка ссыпАла ему в рот таблетки заливала их водой из стакана, и пока хозяин ими давился, рычала:

       - Жри, сцука!!!
 
        Хозяин с усилием сглатывал, после чего хозяйка моментально добрела и уходила на кухню, мурлыча:

       Выпьем за Родину, выпьем за Сталина,
       Выпьем и снова нальём…

        Брыся старалась забежать впереди неё, зная, что кухня – это место вкусностей. Если хозяйка не замечала её просительного взгляда, она коротко и вопросительно мявкала, умильно глядя ей в глаза.

        - Пошла нах, падла пестрож…я, - ворчала хозяйка, но Брыся еще раз коротко мявкала а потом начинала громко урчать, выгибать спину и тереться о хозяйские ноги. Хозяйка таяла, открывала холодильник, намазывала указательный палец плавленым сыром «Янтарь» и протягивала палец Брысе. Та, продолжая урчать, слизывала сыр, потом хозяйка мыла стакан и палец, и обе были довольны.

 
                7.

        К зиме Брысины бока округлились, шерсть стала блестеть и на солнце, и при свете электрической лампочки. Отрасли усы роскошными кустами. Брыся носилась по двухкомнатной квартире, точила когти о ковровое покрытие, гоняла по полу разноцветных мышей.

        Мыши были сшиты из вкусно пахнущих шкурок и перекатывались по полу, бренча, как погремушки. Если хозяин объявлял, что ночью у него по телевизору хоккей, хозяйка тихо говорила:

        - Брыся, цуг!

        После чего с очками, вязанием или газетой семенила в другую комнату, где была односпальная кровать для гостей. Брыся, задрав хвост, шествовала за ней. В семье это называлось «ходить цугом».

        С хозяином были свои игры. Когда он работал с электронной почтой и принтером, случалось, что некоторые бумажки становились ему не нужны. Тогда он шумно сворачивал их в комок, кричал:

        - Брыся, пас!

        И бросал шуршащий комок в коридор. Брыся вскакивала на задние лапы, передними ловила шарик и долго гоняла его по всей квартире. Хозяин вздыхал:

        - Ты, Брыська, как заправский хоккеист, лапой, как клюшкой работаешь, грамотно! Как мы с пацанами в школе… сейчас уж не то… эх, не то…

       Хозяйка по-своему понимала его воздыхания и заводила громко одну и ту же песню, предварительно объявив её «русской народной».

        И теперь у него
        Не стоит давно
        В брюках бархатных
        У дверей лакей…
        А бывалоча,
        Ей засаживал
        В косу русую
        Голубой цветок.

        Хозяин веселел, подмигивал Брысе и со словами «щас, Брыська, пойду искать, где у твоей хозяйки урочки» отправлялся доказывать хозяйке, что песня эта не про него, и что он еще «о-го-го».


        8.

        А потом наступило лето, и однажды  утром Брыся почувствовала какое-то нездоровое оживление у хозяйки, какую-то суету и какие-то взгляды на себя.

        Необычно поглядывал на неё и хозяин. Снова оказалась на диване переноска, отчего у Брыси заныло сердце. Когда хозяйка стала к ней приближаться, Брыся завыла и бросилась под диван. Хозяин приподнял диван и держал его, пока хозяйка доставала кошку. Вдвоём они погрузили её в переноску. Брыся пыталась сопротивляться всеми лапами, упиралась, как могла, но потом обреченно вздохнула и легла на бок, свернувшись горестным полукольцом.
 
        Брысю вынесли на улицу. Хозяйка села на переднее сиденье автомобиля и взяла переноску с кошкой себе на колени. Когда машина тронулась, Брыся в ужасе обмочилась.
 
        - Ну нах, - сказала хозяйка, - открывая дверцы переноски. – Вылазь, Брыська, видно ты совсем не можешь в неволе.
 
        И всю дорогу держала кошку на полусогнутых для её удобства руках, так, чтоб Брысина голова смотрела в окошко.

        И вы знаете, всё оказалось не страшно, а даже наоборот, очень хорошо!
 
        Оказывается, Брысю везли на дачу. Дача – это заросли картошки, где Брыся тут же вывалялась в пыли, чтобы отбить от себя человеческий запах.  Дача – это огромное пространство под верандой, пропахшее мышами и письмами от бывавших здесь соседских котов. Это тёплая русская печь, на самой вершине которой для Брыси была постелена старая вязаная кофта хозяйки. А спрыгивать с печки было очень удобно, так как внизу хозяева расстелили надувной двуспальный матрас, и прыгающая Брыся подскакивала на нем, как на батуте еще несколько раз.


        9.
 
        Однажды утром Брыся пришла с ночной прогулки с разодранной в кровь бровью. Хозяйка было заохала, хотела чем-нибудь её смазать, но Брыся увильнула от неё на печку, вытянулась на тёплой кофте, немного поурчала и уснула. Так она пролежала до самых сумерек, не спустившись ни на обед, ни на ужин. Уставшая от огородных работ хозяйка не сразу заметила её отсутствие.
 
       Бровь как-то быстро и самостоятельно зажила, выезды на дачу были в конце каждой недели, лето пролетело незаметно. К концу августа хозяйка увидела, что урожай корнеплодов – моркови, свеклы – в этом сезоне не поврежден никакими грызунами. В прошлые сезоны уже к середине августа было видно, что выступающие из-под земли плоды свеклы и моркови сгрызены чьими-то зубками, а с появлением Брыси на даче это безобразие прекратилось. Она вспомнила отсутствие Брыси июньской ночью и явление её утром с рассеченной бровью, связала это с сохраненным урожаем и еще больше зауважала Брысю.


                10.
 
        Уже пять лет прошло после Брысиного новоселья.

        Она раздобрела так, что теперь в доме её называют «бомбовозкой» и «жиртрестом».

        Как-то на 23-е февраля хозяйка подарила мужу дорогой фотоаппарат и потребовала фотосессию «для Брыси Васильевны», после чего разместила полученные фото у себя на страничке в «Одноклассниках». Стоит ли говорить, что Брысины фото получили больше «лайков», чем хозяйкины, все вместе взятые.


                11.

        Зимой в дачном домике завелись две мышки, большая и поменьше. С утра хозяин натопил печь, потом съездил за хозяйкой и кошкой.

        Брыся была очень удивлена тем, что её потревожили в зимнее время. Как только зашла в домик, сразу же забралась на верх печки, к любимой вязаной кофте и залегла, по выражению хозяйки, в «позе падали», так как в колечко из-за массы тела она уже почти не сворачивалась.
 
        Через час на средней полке деревянного стеллажа появилась большая мышь. Хозяйка метнулась к табуретке, взгромоздилась на неё, схватила кошку и поставила её перед мышью. Брыся недовольно посмотрела на хозяйку, потом – на мышь. Мышь сразу просчитала последствия и спаслась бегством. К счастью, удалось проследить отверстие, куда она выскользнула из домика, и хозяин тут же его законопатил. Пока он работал, Брыся вернулась на печку.
 
        Еще через полчаса среди сваленных у дверей досок мелькнули ушки и хвостик мыши поменьше. Снова Брысю доставили с печки. Пока хозяин освобождал ей путь  к мыши от досок, кошка стояла и недоуменно переводила взгляд с хозяев на мышь. Куда убежала маленькая мышь – не успел заметить никто.

        Хозяйка разразилась бранью, из которой более-менее цензурными словами были «кобыла беспонтовая» и «ходячий порожняк», грозилась «убрать нах все кошачьи фотогографии из соцсетей».

        Весь вечер Брыся крутилась у ног хозяйки, виновато заглядывала ей в глаза и громко урчала.

        Она была прощена, и теперь хозяйка ждет, пока схлынет волна морозов, чтобы снова приехать втроём на дачу и продолжить войну с мышами.
 
        - Брыська, страмина ты пестромордая, - выговаривает она кошке, - сейчас кругом войны, что жрать-то будем, если ты свой гражданский долг не выполнишь? Тебя, падлу, командировали, дали лицензию на отстрел двух мышей, а ты? Эх, ты! Оскандалилась, скотина ты этакая!

        Брыся лежит в позе «копилки», щурит зеленые глаза и урчит, как Бажовская Мурёнка из «Серебряного копытца»:

        - Пр-равильно говор-ришь, прравильно…


На фото - Брыся Васильевна на руках Хозяйки. Фото сделано в момент размещения сего текста на сайте.


Рецензии
Уважаемая Глафира! Вчера получила вечер удовольствия с Вашей Брысей Васильевной! Текст перенесла на большой экран телека, уселась в раскладное кресло, рядом на мини-столике - чаёк с лимончиком, и понеслась... в кошкину и вашу жизнь. С душевными переживаниями, юморком с лёгкой "нецензурной" ласковой бранью, но нежными семейными отношениями.
Обыкновенная история, коих миллион и более в каждой третьей-четвёртой семье. Но как прекрасно, мастерски изложенная! Ещё раз убедилась, что можно писать о чём угодно, но как писать? Главное - вложить ЧУВСТВА по мнению А.П.Чехова. Наверное, в этом и есть секрет успеха у читателя.
Рада, что на ПРОЗе есть такие писатели, как ВЫ - Глафира Кошкина!
С восторгом и уважением,
Галина.
PS. А Брыся необычного окраса мне сегодня снилась. Чееестно...

Галина Фан Бонн-Дригайло   05.07.2019 10:02     Заявить о нарушении
Ой спасибо так спасибо, дорогая Галина! Даже слеза скатилась на очки от такой оценки моей "Брыси". Сама она позавтракала горбушей и лежит сейчас на спине, заворотив башку и широко раскинув всё своё хозяйство. Проснётся - передам её привет от Вас.

Компьютер барахлит, а заняться им из-за огорода некогда, починим - буду появляться чаще и получать удовольствие и информацию о реалиях современной жизни на Вашей страничке.

С благодарностью и наилучшими пожеланиями,

Глафира Кошкина   06.07.2019 09:07   Заявить о нарушении
На это произведение написана 71 рецензия, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.