На лжи стоял подлунный мир...

На лжи стоял подлунный мир,
Упал. Поднялся. Хлюпнул носом.
С губы отер слюнявый жир:
Ел потроха, но желваки вопросом
Буйным нехотя играли в скулах.
Он пальцем потревожил нос — сопит.
Луну оставил в тяжких дурах:
Она не ведая о нем, мятежно спит.

О том стих, что вмещая пылом
Судьбу свою и судьбы всех,
Мы пыл отягощаем этот словом,
В котором неопрятный грех
Пошел своею лунною тропой
По глади медленно реки ползущей
В дали снов... И время не с тобой.
И память станет псиною грызущей
Дно души. Пиши же складно слово
То, которое изъяло думу из нутра.
Душа — как плавленное олово:
Шкребет в носу пришмыгом прям с утра.
И лезет в сонное окно развязно солнце;
И вроде как после дождя земля...
Но есть печать предчувствий на лице,
Что жить в луне похоже и нельзя.

Луна — то думы не дошедшие до спазма;
Они стекли дорожкой света на поток.
И между делом чувство вечного оргазма.
И между смыслами затмения чуток.