А если увидишь написанное одно единственное предложение по поводу творчества поэта и философа Ивана Зубковского, то это, якобы рецензия, якобы критика Анастасии Гор.
У меня есть огромное преимущество: в отличие от Вас, якобы автора, якобы "одноклеточного шедевра", я - ПРОСТО ЧИТАТЕЛЬНИЦА, которая вправе высказываться по "произведению" якобы автора, фантазии которого хватает на одно единственное предложение.
Во-первых, краткость - сестра таланта, во-вторых, вы слишком агрессивны для просто читательницы, в-третьих, я согласен с вами в том, что написал неудачный афоризм. С кем не бывает? В-четвёртых, вот вам удачный афоризм, который я написал вместе со Спинозой...
«Тому, кто не знает куда он плывёт, нет попутного ветра».
Барух Спиноза.
«Тому, кто не знает куда он плывёт, любой ветер попутный».
Иван Зубковский.
Вы слишком буквально понимаете слова ЧЕхова о краткости, ибо тогда самое гениальное произведение в мире, это первая буква алфавита.Дарю идею, застолбите за собой.
Чехов же говорил о том, что текст должен быть не разбавлен "лишней словесной водой", не имеющей к повествованию никакого отношения, а только затрудняющей чтение.
А агрессивна по причине того. что открываешь заявленное "произведение", будь то детектив, приключения, история или иное, а там "одноклеточный" текст. Явно "якобы автор" пытается привлечь пустотой к себе внимание, вот Вы добились цели, привлекли. Если и остальные "якобы" тексты у Вас такие же, то... домыслите далее сами.
За сим чао, якобы автор Зубковский Иван!
По поводу краткости мне вспомнился Хемингуэй... Как известно он писал свои произведения короткими, рубленными фразами. Это был его стиль. Однажды он поспорил, что напишет рассказ из пяти слов. И тут же написал: «Извини, солдат, обувь продаём парами». А потом ещё: «Продаются детские не ношенные вещи».
По поводу краткости: чтобы иметь сравнение с краткими произведениями Хемингуэя, напишите сперва "Старик и море" или по крайней мере "По ком звонит колокол".
Из письма от 11 апреля 1889 г. Антона Павловича Чехова (I860—1904) к своему брату Александру: «Ты написал пьесу? (...) Мой совет: в пьесе старайся быть оригинальным и по возможности умным, но не бойся показаться глупым; нужно вольнодумство, а только тот вольнодумец, кто не боится писать глупостей. Не зализывай, не шлифуй, а будь неуклюж и дерзок. Краткость — сестра таланта»
Это ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ разговор двух людей, создающих ПЬЕСЫ. Именно относительно драматургии уместна фраза «краткость – сестра таланта».
Почувствуйте разницу, Иван который Зубковский.
Однажды А. П. Чехов сказал: "Я испробовал все литературные жанры, кроме стихов и доносов". А я про себя могу сказать, что всю жизнь пишу только стихи и доносы на самого себя... А Вы, Анастасия, не знаете моего творчества... Вы должны радоваться моим кратким опусам, так я берегу ваше время... А если Вам интересны крупные формы, то можете посмотреть мой юношеский, автобиографический роман. Он вывешен на моей страничке и называется - "Шизофрения. Взгляд изнутри".
Иван, почему я "взъелась"?
Приходишь на сайт, открываешь новинки за день в каком-нибудь разделе, хочешь почитать, узнать для себя новых авторов, а там... одно предложение и, если бы у одного автора, а порой откроешь несколько заявленных рассказов, детективов, новелл, а там... ну Вы понимаете моё негодование по этому поводу.
Анастасия! Я вам сочувствую, но с другой стороны, это же Интернет - великий обманщик, и не надо ждать от Интернета чего-то конкретного, он непредсказуем. Что касается меня, то я всю жизнь пишу донос на самого себя в стихах и в прозе, и все мои реплики - это всего лишь части большого автобиографического романа. Это у меня стиль такой. Простите за сравнение, но я продолжатель и последователь Василия Васильевича Розанова. Если вам не интересно то, что я пишу, можете меня игнорировать, я не обижусь. У меня есть свои читатели. Я никому не навязываюсь.
По поводу навязывания, это вопрос сложный, ибо невозможно меня заставить читать то, что мне не по нраву, тоже самое и у Вас. Никто не заставит, пока не появится желание.
Спасибо за предложение, если понравится, то буду заходить, а если нет Так и на нет, суда нет.
Я не так молод, чтобы чего-то ждать от молодых читательниц. Сам я давно перестал читать что-либо.
Я не читаю книги
И фильмы не гляжу.
Сюжеты и интриги,
И на уши лапшу.
Не зритель, не читатель,
Писатель и поэт,
Творенье и создатель,
Я - сам себе сюжет.
Предисловие к моему роману.
23 февраля 1991 года
Дорогой читатель!
Рукопись, которая лежит перед тобой, написана в 1981 – 1982 годах. Я одно время пытался её переделать, исправить, так как считаю её сырой, неоконченной, но все попытки отредактировать её были неудачными. Я уже другой человек, и эта рукопись уже
не в моей власти, поэтому я оставляю её такой, как есть.
Прошу только не судить меня слишком строго за мой бред, навязчивые повторы и маниакальную откровенность.
Когда я рассказывал свою историю болезни, врачам ли, друзьям ли, когда давал читать свои записки, мне иногда говорили, что всё, что произошло со мной, и то, что я здесь описал, напоминает истории, романы Достоевского, которого я очень люблю, что я сам похож на героя его романа.
Мой читатель, представь себе, что перед тобой рукопись, которую написал Раскольников, сидя на каторге, уже после того,
как создал свою бредовую теорию, после того, как убил старушку процентщицу, сдался властям, прошёл суд и первые круги осознанья сделанного, где-то на пороге покаяния. Он ещё не полностью освободился от своей идеи, своего бреда. Бред продолжает возвращаться к нему, временами преследует его. Но всё же – это уже не тот Раскольников, которого описал Достоевский, и в то же время – пока ещё не тот Раскольников, которым он должен стать.
Я думаю, что с этим предисловием будут понятней последующие страницы.
Иван Зубковский.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.