Ловцы звёздного ветра

Середина двадцать первого века. Мечты человечества становятся реальностью: первая межзвёздная экспедиция, новые миры, контакт с инопланетной цивилизацией. Войти в состав экипажа звездолёта, отправляющегося в неведомые космические дали, — огромная удача.
Вот только путешествие превращается в нелёгкое испытание — корабль выходит из подпространства совсем не там, где было запланировано, и поэтому молодой девушке, волею случая ставшей навигатором, теперь требуются не только профессиональные навыки. Ей нужно снять с себя обвинения в диверсии, обмануть враждебно настроенных пришельцев, выжить, несмотря на жёсткие условия чужой планеты, разоблачить настоящего преступника, вернуться на Землю, обрести свою половинку и личное счастье — текучее, неуловимое, как звёздный ветер.

ПРОЛОГ

Золотистые солнечные лучи играли на ступенях крутой винтовой лестницы, дразня поднимающуюся по ней молодую девушку. Первый поворот, второй, в перспективе — третий... А в мыслях недоумение — когда же закончится эта конструкция, символизирующая стремление в бесконечность?
Запнувшись, Ирилика вцепилась пальцами в поручень, но тут же спохватилась и руку отдёрнула. Рассматривая чёткий отпечаток, оставшийся на покрытом пылью отполированном дереве, в очередной раз убедилась: уборка ей предстоит — генеральная! Вот и кому за это сказать спасибо?
Она сокрушённо покачала головой. Кому-кому...
Во-первых, самой себе, потому что измотанная обучением, практикой и стажировкой девушка решила провести положенные ей студенческие каникулы в полном одиночестве. Подальше от друзей, суеты и шума.
Во-вторых, маме, поскольку именно та предложила поселиться в этом самом доме, вдалеке от цивилизации. Ведь сюда даже добираться пришлось на старинном аэромобиле, а не с помощью привычного флёра1, потому как тут в радиусе ста километров отсутствуют станции, обслуживающие транспортные каналы.
В-третьих, покойной бабушке, которая при жизни так редко появлялась в своей летней резиденции, что не только путь к ней окончательно зарос сорняками, но и внутри накопилось немалое количество пыли. А убирать всё придётся новой хозяйке.
Робот-пылесос, очищающие средства, нейтрализатор грязи... Едва переступив порог, девушка, обалдевшая от «стерильности» жилища, всё это немедленно извлекла на свет божий и... И оставила в покое, решив для начала оценить объём работ. Ведь первый этаж не единственный, и нужно выяснить масштабы творящегося наверху безобразия.
Ирилика возобновила восхождение и, наконец оказавшись на втором этаже, окончательно убедилась в полном отсутствии порядка. Если внизу комнаты выглядели более или менее прилично (пыль не в счёт), то здесь...
Солнечные лучи, проникающие через прозрачный экопласт куполообразного потолка, яркими бликами освещали поломанную мебель, объемные мешки, сваленную кучей на полу старую технику, коробки с игрушками и мелочью непонятного назначения. Позади хаотичного нагромождения вещей виднелась дверь, к которой Лика, движимая исконно женским любопытством, попыталась пробраться. Не вышло. Потревоженная куча хлама развалилась. Мелкая пылевая взвесь взмыла в воздух, весело заплясав в световых столбах.
Чихнув и задержав дыхание, Ирилика вернулась обратно к лестнице. В главном она убедилась — дом в хорошем техническом состоянии. А грязь и старые вещи убрать легко.
С первым этажом девушка справилась уже к вечеру. Теперь холл, гостиная и кухня сияли чистотой, а симпатичное перепачканное личико новой хозяйки отражалось в зеркале гигиенического модуля довольным, хоть и изрядно измученным.
Ночевать Лике пришлось на диване в гостиной. Спальня располагалась наверху, и путь к ней представлял собой «минное поле», которое завтра предстояло расчищать, избавляясь от ненужного хлама. И почему бабушка не ликвидировала его сразу? Это же так просто! В который раз Ирилика пожалела, что здесь такой маленький утилизатор. Крупногабаритные вещи в него не поместятся, и их придётся сначала ломать.
Ломать — не строить... Девушка быстро освоила навыки разрушителя, разрезая испорченную мебель лазерным ножом. Мешки с одеждой из чистого любопытства растеребила и некоторое время потратила на примерку, ощущая себя этакой законодательницей мод начала двадцать первого века. Всё уничтожать не стала Отобрала наиболее приличные, хорошо сохранившиеся вещи и сложила аккуратной стопкой в чудом уцелевшем шкафу. На всякий случай.
Намного больше времени потребовала сортировка содержимого коробок. Первый порыв — высыпать всё к чертям в призывно раскрытую «пасть» утилизатора, Лика старательно погасила. Всё же это уборка, а не массовая ликвидация. И совершенно правильно сделала, обнаружив не так уж и мало пригодных к использованию мелочей. Стилусы, карманное зеркальце, несколько старинных монет, древние, но целёхонькие накопители. Взяла на заметку — проверить. Вдруг на них что-то важное осталось? Несколько минут вертела в руках любопытную конструкцию величиной с кулак, похожую на небольшую тёмную сферу. Не по размерам тяжёлую, заключённую в кружевной каркас из белого металла. Пытаясь понять, в чём может заключаться её предназначение, даже встряхнула пару раз, отчего шарик начал едва заметно светиться. Но смысла и принципа работы девушка так и не поняла. Просто забавная вещица. Выкидывать не стала, сложив добытое в отдельную коробку. Всё остальное поглотил ненасытный аппарат.
Перерыв на обед, и новая порция объектов для разбора. Теперь скорость уборки снизилась, потому как не глядя уничтожить старые электронные книги, сенсорные планшеты и альбомы рука Лики не поднялась. Избавляя совесть от мучений, девушка включала каждый прибор, проверяя на годность, и, только убедившись в обратном, отправляла в небытие.
Один из голоальбомов оказался в рабочем состоянии, и неожиданно для себя Ирилика погрузилась в мир чужих воспоминаний, рассматривая объёмные движущиеся картинки. Девушка, которая улыбалась ей сквозь время, периодически поправляла короткие тёмные волосы — угольно чёрные, как вороново крыло, блестящие под ярким светом полуденного солнышка. Чуть прищуривала столь же тёмные глаза с синеватым отливом. И грациозно повисала на ветке дерева, задумчиво осматривая сад. Весенний, в яблоневом цвету.
Несмотря на давность снимков, опознать незнакомку труда не составило — каждая голограмма снабжалась подписью, недвусмысленно намекающей, что бабушка когда-то тоже была молодой. Так что Лике оставалось только удивляться невероятному внешнему сходству. Ведь она сейчас и девушка из прошлого были идентичны.
Одинаковые стрижки, овал лица, тонкие, чётко очерченные губы, чуть раскосые, восточного типа глаза. Кто-нибудь, не слишком близко знакомый с Ириликой, мог бы решить, что это её личные фотографии.
Впрочем, открытие Лику нисколько не удивило. Когда она родилась, бабуле было уже пятьдесят. А спустя восемнадцать лет в невысокой миловидной женщине, с седыми волосами и веером морщинок у глаз, Ирилике трудно было увидеть своё отражение. Да и встречались они крайне редко. Мамины родители жили в маленьком заполярном городке геологоразведки и чаще пропадали в экспедициях, нежели появлялись в кругу семьи. А три года назад попали в снежную бурю, и после нескольких недель поисков родственников официально известили о том, что выживших не нашли. Так что, можно сказать, право поселиться в этом доме досталось Ирилике по наследству.
Девушка вздохнула и тряхнула головой, отгоняя печальные мысли. Грустно, да. Но жизнь-то продолжается! А память... Память сохраним.
Она решительно отложила альбом в сторону, отыскивая в общей куче остальные. По очереди извлекала, педантично проверяла работоспособность, радовалась тому, что большинство из них оправдывало её ожидания и соглашалось пополнить формирующуюся коллекцию раритетных вещиц. Потянулась за последним альбомом, отнюдь не деликатно разгребая мешающие планшетники. Эти точно никуда не годны, без накопителей они всего лишь многофункциональные «читалки».
Одно неосторожное движение, и большая их часть с весёлым перестуком рассыпалась по полу. Экран ближайшего прибора неожиданно ярко вспыхнул и выбросил в воздух световой поток, заставив девушку невольно вздрогнуть.
Изумлённая Лика растерянно смотрела, как вокруг неё формируется голопроекция и постепенно складывается в полноценное, объёмное изображение. А затем неожиданно зазвучал мягкий, нежный голос и на несколько мгновений возникла надпись:

15 мая 2056г. 10:12 по бортовому времени
Звездолёт «Звёздный ветер»
Бытовой сектор, второй уровень

Наконец-то! После десятидневной изоляции от внешнего мира корабль вновь летит в обычном пространстве. А это значит, больше нет необходимости в дополнительной броне и скоро будут убраны все щиты, защищающие уязвимые поверхности.
Радуясь, словно девчонка на первом свидании, я ввела код и теперь с удовлетворением следила за тем, как высокий полусферический свод над головой блеснул хромированной поверхностью. Прикрывающие его защитные створки начали разъезжаться в стороны, открывая взору мириады звезд в бездонной глубине космического пространства. Несколько секунд, и купол стал полностью прозрачным.
Я сверилась со списком. Да, эти щиты — последние, из тех, которые достались мне. Сейчас почти весь экипаж занят аналогичной процедурой — сквозь прозрачный потолок прекрасно видно, как на соседнем ободе вспыхивают отблесками отражённого света движущиеся по корпусу пластины. Можно, разумеется, убрать их все и сразу, автоматически, одним нажатием с пульта управления, но всё же желателен личный контроль на случай повреждений. Так что мы делаем это вручную, перемещаясь из отсека в отсек и постепенно открывая корабль внешнему миру.
Впрочем, обслуживание систем звездолёта — всего лишь дополнительная работа, которую каждый из нас выполняет по мере необходимости и при наличии свободного времени. Все члены экипажа совмещают основные обязанности с теми, которые они в состоянии исполнять помимо своего функционала.
Сегодня не моя смена. Поэтому, реализуя своё законное право расслабиться и сбросить накопившееся напряжение, я опустилась в ближайшее кресло и порадовалась тому, что, снимая защиту, забрела сюда в последнюю очередь. А ещё тому, что из всего экипажа в уютном помещении зала для совещаний я оказалась одна.
Освещение включать не стала. Выбрала плейлист на наручном коммуникаторе и расслабленно откинулась на мягкую спинку кресла, вытягивая ноги. Устремила взор к россыпи мерцающих огоньков над моей головой, вслушиваясь в ласкающие аккорды и низкий, чуть хриплый голос певца.
Нашей жизни виток — судьба.
Галактических недр стрела,
Устремится в теснин кольцо,
Звёздный ветер бросив в лицо...
Символично? Да. Эта песня появилась незадолго до нашего старта и сразу стала гимном того, на что замахнулось человечество. Первый межзвёздный перелёт. Совершенно новый тип корабля. Иной принцип движения. Другой источник энергии... И так дико осознавать себя непосредственно причастной к столь значительному событию! Меньше всего в своей жизни я стремилась к подобной славе. Вот только она меня об этом не спросила...
Нашей жизни вираж — удача.
Непростая для всех задача.
К неизвестным мирам стремись!
«Звёздный ветер» стартует ввысь.
Ну, может и не ввысь, а вдаль, но это совершенно непринципиально. В космосе нет понятия «верх-низ» или «право-лево». И устанавливать направление возможно только относительно небесных светил.
Мой взгляд невольно задержался на наиболее ярких точках. Хм... А это что за звезда? И эта...
Интуитивно ощущая какую-то неправильность, я внимательнее всмотрелась в рисунок созвездий, в попытке сориентироваться и определить курс корабля. Соответствий не нашла — совсем нет знакомых звёзд. И это меня изумило. Такого не может быть, потому что...
Громкий писк раздался так неожиданно, заглушая мелодию и сбивая с мысли, что я даже вздрогнула. Выключила музыку, а увидев позывные того, кто столь бесцеремонно нарушил моё уединение, окончательно лишилась спокойствия и активировала связь.
— Ника! — в наушники ворвался мужской голос. — В рубку управления. Быстро!
Селектор буквально захлебнулся гневом и яростью, окрасившими последнее слово.
Рванула я без размышлений. Сработали рефлексы, выработанные за месяцы предполётной подготовки. Если тебя вызывают, значит, что-то случилось, ты действительно нужен и на выяснение причин времени тратить нельзя. Особенно, когда приказ высказан лично капитаном, вот в такой форме, да ещё и с подобными интонациями.
Метеором пронеслась по прозрачному ободу, идущему по периметру оранжереи. Шустрой мышкой скользнула вдоль энергетических кабелей, сокращая путь. Не раздумывая прыгнула в шахту, притормаживая регуляторами и останавливая стремительное падение на нужном уровне.
Получив ощутимый пинок силового поля, я ускорилась снова, практически бегом преодолевая оставшиеся двести метров. У самого входа замерла на мгновение, выравнивая дыхание, оправила комбинезон и шагнула в раскрывшийся проём.
— Капитан?
Я замерла, вытянувшись по стойке смирно, отмечая, как синхронно обернулись на мой голос сидящие в креслах.
В таких разных глазах, одаривающих меня не самыми доброжелательными взглядами, я сразу распознала то, что подтвердило шальную мысль, которую упорно хотелось гнать прочь. Что-то действительно случилось. Нехорошее.
Я растерянно перевела взгляд на высокого мужчину на капитанском мостике, единственного не отреагировавшего на моё появление и продолжающего пристально всматриваться в курсовые параметры на голоэкране.
Минутное молчание, прервать которое не посмел никто из присутствующих, и он выпрямился, разворачиваясь ко мне. Однако я успела заметить искажающую его лицо злость до того, как она сменилась на маску бесстрастности.
— Первый навигатор, Доминика Коваль, вы отстранены от должности и обвиняетесь в диверсии, приведшей к смене курса, — холодно отчеканил капитан, впиваясь в мои глаза пронзительным стальным взглядом.
К липкому нервирующему предчувствию неприятностей прибавилось изумление. Окатило леденящей волной, заморозило, напрочь лишив возможности спорить с капитаном, который, положив ладони на поручень, ограждающий его рабочее место, продолжал меня добивать:
— Вы будете находиться под арестом до окончания расследования. Увести!
Ощущая вцепившиеся в предплечья руки, тянущие меня на выход, я сделала шаг, не в силах отвести взгляд от сильных пальцев, непроизвольно сжимающих хромированную преграду, теперь разделяющую нас так прочно, как никогда раньше...

Изображение и звук исчезли настолько неожиданно, что Ирилика не удержала невольного возгласа разочарования, непроизвольно потянувшись к тускнеющему экрану. Увиденное затягивало, шокировало, поражало. Оно не укладывалось в привычное понимание. Оно ломало устоявшуюся картину мира. Оно было просто... безумным.
Доминика — её бабушка. И все они — Коваль. Мама так и не вышла замуж, так что женщины в семье носят фамилию, уходящую корнями в родословную дедушки. Его Лика тоже признала в том самом суровом капитане, бросившим такое страшное обвинение. Но... Но она никогда не слышала о том невероятном факте, что её родственники участвовали в первой межзвёздной экспедиции! К тому же по возрасту бабушка никак не могла войти в состав экипажа, ведь в пятьдесят шестом, судя по году рождения в метрике, ей было всего четырнадцать. Да и вряд ли дедушке в двадцать один год могли доверить ответственную миссию — командовать таким кораблём! Более того, на снимках астронавтов, которые Лика не раз видела на занятиях в школе, не было ни одного человека, даже близко на них похожего.
Но самое главное — всем и всегда внушали, что тот полёт закончился трагедией. Корабль исчез в глубинах космоса, и никто не вернулся на Землю! Детей целыми классами возили к монументу вечной памяти — эффектной композиции из корабля2 и людей на его фоне, окутанных нитями, имитирующими плазменный ветер.
Тогда что она сейчас видела?!
Что, что... Ирилика нахмурилась, разжимая непроизвольно сжавшиеся кулаки. Подозрительную информацию, доказывающую, что кто-то очень сильно не хотел, чтобы правда об экспедиции выплыла на свет божий! Сколько лет её скрывали? Пятьдесят? Ого!
Девушка нервно скользнула пальцами по гладкой поверхности планшетника, стараясь вновь вернуть потерянную картинку, но техника упрямо не желала работать и включаться снова. Ясно. Сдохла окончательно. Хоть и закономерный итог, но Лику разозлил. Ладно. Не хочешь по-хорошему? Можно и иначе!
Присмотревшись внимательнее, Ирилика сковырнула с ребра устройства примагниченный к нему голубой накопитель. Бережно зажав в ладони, поднялась с пола и размяла ноги, затекшие от неудобной позы. Ещё раз оглядела оставшиеся неразобранными вещи и, не раздумывая более, бросилась к лестнице.
Потом. Всё потом! Сейчас нужно найти способ извлечь из таблетки-накопителя её содержимое. Увы, но такими устройствами для хранения информации уже давным-давно никто не пользуется. Так что придётся заказывать соответствующий декодер, а эта вещь не самый ходовой и распространённый товар.
Через несколько минут Ирилика окончательно в этом убедилась. Запустив домашний юнит3 и быстро просмотрев интересующие её предложения, едва сдержала раздражённое восклицание. Нет, декодер нужного типа она нашла, но ждать его придётся... Два дня.
Два. Долгих. Невыносимо мучительных в томительном ожидании. Однако бездельничать и раскисать Лика себе не позволила. Чтобы спастись от мыслей, догадок, версий, беспрестанно атакующих мозг, она закончила с разбором вещей, не обнаружив более ничего интересного. Девушка полностью освоилась в доме и даже начала приводить в порядок прилегающую территорию. Расчистила дорожки, ведущие к силовому проёму, ограничивающему доступ на частную территорию. Извлекла из технического модуля газонокосилку и запустила на автоматический режим. Обрезала пригнувшиеся к самой земле ветки яблонь, очень старых, но всё ещё старательно покрывающихся завязями плодов.
Доставка сработала минута в минуту. Заказ вывалился из приоткрывшегося зева на панели жизнеобеспечения прямо в руки сгоравшей от нетерпения девушки. Обнаружив в пакете инструкцию, Ирилика не мешкая активировала юнит и подключила к нему накопитель. Пробежала пальцами по виртуальной клавиатуре, выбирая необходимые настройки для перекодировки, и запустила копирование. Лучше потратить ещё немного времени и перестраховаться, чем потерять запись вообще. Кто знает, в какой она сохранности.
Ну вот, как чувствовала!
Лика сердито посмотрела на появившееся предупреждение: «Файл повреждён. Пропустить? Пропустить для всех аналогичных? Повторить считывание?»
Покусывая губы, она выбрала второй вариант и с нарастающей болью в душе наблюдала за увеличивающимся числом обнаруженных дефектных кусков, ведь несмотря на то, что фрагментов с хорошей сохранностью набралось тоже немало, потерянное могло нести что-то важное. Жаль.
Почти два часа техника неутомимо боролась с поступающей в неё информацией и наконец сообщила: «Процесс считывания завершён».
Однако это не стало поводом для вздоха облегчения. Предстояло рассортировать добытый материал, сложить в хронологическом порядке и «склеить» в единый архив. Спасало то, что цельные файлы сохранили метки-маркеры, позволяющие это сделать. Труднее было с теми, что оказались «битыми».
Только к вечеру Лика справилась с нелёгкой задачей. Устало откинулась на спинку дивана, взмахом руки убрав мерцающий перед ней экран. Задумчиво побарабанила пальцами по коленке и... отправилась на кухню. А потом в спальню.
Нелогичное поведение девушки, так рьяно жаждущей добраться до правды, имело свои основания. Объём файла, скомпилированного программой, соответствовал паре-тройке суток непрерывного просмотра. Так что не было никакого смысла торопиться и начинать прямо сейчас, уставшей и голодной. А вот завтра с утра, на свежую голову и с запасом бутербродов, напитков, фруктов и конфет, предусмотрительно складированных в шаговой доступности, — запросто.

ГЛАВА 1
Лиха беда начало

Устроившись в гнёздышке из подушек, сваленных кучей на полу гостиной, Ирилика ещё раз осмотрела помещение. Еда? Есть. Юнит? Работает. Окна? Закрыла, чтобы внешний свет не мешал голопроектору. Вроде всё в порядке, и тем не менее чувство, что она о чём-то забыла и упустила из виду, никак не желало уходить. Вопрос, что именно?
Отвлекаться от просмотра однозначно придётся. Естественные нужды и всё такое... Но это явно не та причина!
Так и не разобравшись, в итоге списав своё волнение на предвкушение в ожидании, девушка пробежала пальчиками по консоли, запуская просмотр. Техника отреагировала, распространив по комнате переливчатое сияние и выбросив световые лучи.
Проекция, которая формировалась сейчас, была куда более эффектной, нежели выданная планшетником. Не просто объёмная, а очень качественная, субъективно материальная, она создавала у зрителя полный эффект присутствия.
Подобная яркость и реалистичность Лику не удивила. Пятьдесят лет назад был изобретен прибор — нейроскан,4 позволяющий считывать и записывать воспоминания. Использовался он и в медицине, чтобы освежить или вернуть человеку утерянную память, и в криминалистике, чтобы доказать виновность, и просто в личных целях, например, если возникало желание сохранить свои воспоминания для потомков.
Так что в большей степени девушку восхищало само стремление это сделать. А ещё — количество времени, которое было потрачено на то, чтобы выбрать нужные воспоминания, записать их, наложить на них голосовое сопровождение и создать своеобразный дневник с иллюстрациями.
Впрочем, даже к этому, сугубо формальному процессу, бабушка подошла творчески, не просто комментируя события, а весьма эмоционально описывая и их, и свои мысли, и действия. Наверняка именно поэтому Лика невольно ощутила себя на её месте, едва знакомый голос зазвучал снова.

20 июля 2054г. 14:32 по третьему часовому поясу
Земля. г. Королёв. Центр управления орбитальными полётами
Зона контроля и коррекции траекторий орбитальных объектов

Рассматривая кривую движения спутника, проецируемую на голоэкран, я лихорадочно прикидывала — удержится на орбите механический монстр, за которым я вела сейчас наблюдение, или сойдёт с траектории ко всем чертям?! Больше похоже на второе. И произойдёт эта беда часов через двенадцать. А самое отвратительное, что закончится неконтролируемое падение отнюдь не в безжизненных просторах мирового океана, а в очень даже густонаселённой местности. Понятно, что упасть ему не дадут, уничтожат куда раньше, но сам факт...
Я поморщилась, запуская пальцы в волосы. Вот незадача! Почему именно в моё дежурство мелкая кометная сволочь, пролетающая мимо Земли, приобрела нестабильность, развалилась и одним из ледяных обломков сбила спутник с его постоянной орбиты!
Разбираясь в проблеме, я ввела данные в программу, уточняя параметры. Если сообщу начальству сам факт без точного расчёта, то по голове меня точно не погладят. Хотя интуиция меня ещё никогда не подводила...
— Ника, ты скоро на обед пойдёшь? — отвлёк приятный женский голос.
Я зажмурилась, дав возможность глазам отдохнуть, и повернулась к сидящей рядом коллеге. Волнистые русые волосы, губки полненькие, бантиком. Светлые радужки разного цвета: левый — рыжевато-зелёный, правый — серо-голубой. Между прочим, не самая распространённая особенность.
— Мила, не знаю как у тебя, а мой подопечный жаждет особого внимания. Кажется, на сегодня обед отме...
Тихий писк вернул меня к работе, не позволив договорить. Мерцающие цифры на экране недвусмысленно намекали, что да, мой мозг, натренированный за шесть лет обучения, три года стажировки и два работы, всё ещё соображает нормально и ошибок не делает. К сожалению.
— Виктор Андреевич, — я немедленно позвала начальника смены, щелкнув по переговорнику. — «Аш тридцать два» в состоянии «внимание». Что с ним делать? — Пробежала пальцами по клавиатуре, сбрасывая полученные результаты «на стол» боссу.
— Вижу, — после секундного молчания отреагировал начальник. — Надо его поймать, починить и вернуть на прежнюю орбиту, пока наземная служба ПКО не уничтожила. У нас есть кто-нибудь поблизости? — решение было принято совершенно предсказуемое.
Поблизости? Поищем.
Я зафиксировала на экране активные корабли, отбросив излишне удалённые, поскольку им явно не успеть.
— «Красная семёрка» и «Дикий», — сообщила руководству, прикинув, что больше рассчитывать не на кого.
— «Дикий» не потянет, — шеф категорично удалил из списка кандидата на спасение вложенных в спутник финансов. — У него не те мощности. «Семёрку» вызывай.
Да без проблем.
Я перешла на внешний канал связи, попутно расчищая экран, чтобы не отвлекаться на второстепенные задачи. У меня сейчас одна цель — продлить срок жизни пострадавшей техники.
— «Сигма», «Красный семь» у аппарата, — наконец откликнулся нужный мне субъект. — Вам требуется скорая или неотложка?
Юморист, что б его!
— Морг, — осадила я распоясавшегося работничка космической индустрии. — Нужно упокоить одного бедолагу, пока бед не натворил. — Ох, чувствую, это заразно! Так, шутки в сторону. — «Красный семь», у вас в зоне непосредственного доступа — аварийный спутник. Процедура стандартная. Координаты я вам передала. Постарайтесь справиться за два часа.
— Принято, — голос стал серьёзнее. Помолчал с минуту, не уходя с частоты, и поинтересовался: — «Сигма», вы уверены в задании? Объект выйдет из удобной для перехвата зоны раньше, чем я до него доберусь.
По всей видимости, пилот успел прогнать данные через эмулятор.
— Это если пытаться синхронизировать траектории и догонять, — я не стала с ним спорить. — А кто вам мешает зайти на него под углом?
Последовала новая порция молчания, однако маркерная точка на экране, изображающая корабль, медленно поползла в нужном направлении.
— Если промахнусь, на вторую попытку времени не останется, — коротко и по существу поставил меня в известность пилот.
— Не промахнётесь, — уверенно заявила я. — Хотите, я вам курсовые параметры откорректирую? Только пока не форсируйте ход. И придерживайтесь выбранного направления.
— Хорошо.
«Седьмой» моё предложение принял благосклонно, хотя в интонациях мне и послышалось лёгкое удивление. И я его понимала — обычно диспетчеры оставляют сложные маршруты на откуп пилотов, да и я сама редко им подобную помощь предлагаю, но сейчас не тот случай.
Несколько минут мне пришлось потратить на обещанную коррекцию и прийти к выводу, что одним разом не обойдётся. В том секторе, где сейчас летит «Семёрка», слишком много других объектов, а это означает практически постоянное маневрирование после смены исходного курса.
С некоторым опасением я объяснила ситуацию пилоту — не приветствует этот контингент излишнего контроля, потому как любит действовать самостоятельно. Однако ведомый спорить не стал. Совершенно спокойно отреагировал на мои указания и послушно развернул корабль в нужном направлении.
Через час подобной деятельности у меня мозг вскипел в прямом смысле этого слова, потому что после каждого манёвра высчитывать траекторию и точку схождения мне приходилось заново. И на облёты корабль тратил куда больше времени, чем я планировала!
— «Сигма», у меня на траверсе «Ка шестнадцать», — лаконично предупредил «Седьмой». — Он будет мне мешать, когда выйду на позицию к «Аш тридцать два».
— Да-да... — Я лихорадочно перебрала варианты, досадуя на неучтённые факторы, и вдруг меня осенило, что нужно сделать! — Не меняйте курс! — на всякий случай предупредила, оперативно забивая новые данные и подбирая параметры для манёвра. — Готово!
Сбросила результат и убрала руки от сенсорной панели, потому как от меня больше ничего не зависело. Теперь только пилот в состоянии завершить начатое.
Несколько минут тишины и...
— Всё. Я его достал. «Сигма», вы гений, — похвалил меня пилот, окончательно вгоняя в краску, потому что частота, на которой мы общались, была открытая, и диспетчерская братия уже давно и весьма заинтересованно следила за нашими выкрутасами. — С меня выпивка. Отбой.
— Замётано, «Красный семь». Удачи, — быстро согласилась я, хоть спиртным и не увлекаюсь. К тому же вероятность встречи с таинственным «Седьмым» практически равна нулю — мы с пилотами вообще редко видимся, я даже не представляю, как этот субъект выглядит. Но не спорить же с ним, в самом деле? Да ещё и при свидетелях.
Размяла затёкшую от напряжения шею. Н-да-а-а... Я думала, будет проще.
— Ну ты даёшь! — рядом раздался смешливый голос. — Тебе нужно было в навигаторы идти, а не диспетчером работать.
— Ага, щас, — фыркнула я в ответ, бросая взгляд на подругу, которая, облокотившись на край пульта и подперев кулаком голову, изо всех сил сдерживала смех. — Месяцами сидеть в замкнутом пространстве? Рассчитывать курс для неповоротливых грузовозов? Киснуть от скуки, потому что сутками ничего не происходит? Было бы ради кого! А так... Нет уж, я ещё с ума не сошла, — категорично отмела саму идею и получила в ответ скептический прищур разноцветных глаз.
— А пора бы. Не в смысле «с ума», а «ради кого». Всё того морального урода забыть не можешь?
— Уже забыла.
Мне осталось пренебрежительно передёрнуть плечами, замаскировав реальное отношение к сказанному, потому что в чём-то Мила права. Три года целибата из-за придурка, который предпочёл карьерный рост личным отношениям, явно многовато. Мне двадцать восемь, а не восемнадцать, чтобы хранить верность пустому месту.

02 сентября 2054г. 18:45 по третьему часовому поясу
Земля. г. Зелёный Яр. Выставочный комплекс «Реголит»
Конференция по вопросам безопасности орбитальных полётов

Огромный зал с прозрачным наклонным потолком был под завязку заполнен людьми. На сцене — президентский совет управления орбитальными полётами. В полном составе. А в креслах просторного помещения — пилоты, диспетчеры, техническая служба, безопасники... Может, и ещё кто, но численность их намного меньше уже упомянутых, а я к униформам не присматривалась.
— Система распределённого контроля даст ряд преимуществ как наземным службам слежения, так и мобильным подразделениям, — монотонно читал заранее приготовленный текст стоящий за трибуной невысокий пожилой субъект в форме офицера космической связи.
Видела я его однажды, когда, будучи ещё студенткой, вместе со своими однокурсниками попала в группу, обслуживающую центральный узел коммуникации. Мы определялись с профилем обучения, и я долго сомневалась — какую специализацию предпочесть? То есть в каком направлении стажироваться? Рвануть в операторы связи? Или осесть на прокладке курсовых маршрутов? А этот тип как раз нагрянул с проверкой. Навёл шухер и испортил мне все положительные впечатления от профессии! Бр-р-р! Характер у него — жуткий. Зато проблема выбора отпала сама собой.
Чувствуя, что окончательно потеряла нить рассуждений, которую всё это время витиевато закручивал генерал, я перевела взгляд на своих соседей. Симпатичный брюнет — мой сменщик, Сергей, расположившийся справа, скрестил руки на груди. Буравя глазами рыжеволосый затылок, смотрел прямо перед собой, отрываясь только для того, чтобы взглянуть на часы. Мила, сидящая слева, периодически меняя позу, нетерпеливо покусывала губы. И я их понимала. Может, мягкие бархатные кресла и удобны, но... Мы четвёртый час в них сидим, между прочим! Десятиминутный перерыв не в счёт.
Ох, как же я не хотела ехать на это «торжественное сборище»! По-моему, подобные мероприятия — совершенно напрасная трата времени. Какой толк от пустой говорильни?! Нет, понятно, что во всём можно найти свои плюсы. Отдых от работы. Новые знакомства. Может, даже что-то умное кто-нибудь из выступающих скажет. Но... Вот оно мне надо?
Однако начальство оказалось иного мнения, а спорить с шефом — себе дороже. Особенно когда «выдвигают», мотивируя тем, что: «Нельзя посылать на конференцию такого уровня абы кого. Только лучших! К тому же это блестящая возможность для вашего карьерного роста».
Нет. Конечно, приятно, когда тебя причисляют к членам «элитарного клуба». И насчёт Сергея и Милы тут вообще никаких вопросов. Они-то как раз и относятся к той замечательной категории людей, амбиции которых не имеют границ. Только мне этот самый рост даром не нужен! Мою непритязательную персону устраивает то, что она уже имеет. Работа интересная. В некоторые дни (особенно когда аврал) вообще чрезвычайно увлекательная. Друзей хватает. Вон, целый коллектив единомышленников! Квартира есть. А ещё летний домик. Хоть и далековато до него добираться, но как место для отдыха он очень даже удобен. Зарплата более чем достаточная, чтобы покрыть мои скромные расходы. Чего желать ещё? Любимого человека рядом? Так это от карьеры не зависит...
— Ника! — отвлёк от размышлений, недоумевающий возглас. — Заснула?
Я встрепенулась, понимая, что народ уже оперативно и радостно покидает насиженные места, медленно растекаясь в открывшиеся проёмы. Уже всё?
Послушно следуя общему направлению движения, и мы вышли из зала. Оказавшись в просторном холле я, не задумываясь, направилась к дверям, призывно манящим свободой от возложенных обязанностей.
— Ты куда собралась? — удивилась подруга, прихватывая меня за руку. — Нам ещё на банкет.
— Что? — Моё изумление зашкалило за отметку «в шоке».
— Ты чем слушала? — Мила озадаченно моргнула. — Объявляли же! Это тебе не провинциальный семинар. Тут всё солидно.
Да уж. Серьёзней некуда.
Помещение, куда плавно переместилась публика, оказалось смежным с главным залом и ещё более масштабным. Настолько, что давка и теснота, которых я опасалась, здесь совершенно отсутствовали. Народ свободно бродил между накрытыми «по-шведски» столами, поедая и выпивая всё то, что на них имелось. Впрочем, убыль немедленно восполнялась доставкой, так что перспектива остаться голодным угрожала только ленивому.
К данной когорте мы себя причислять не стали — пример демонстрирующих здоровый аппетит участников конференции оказался заразительным. Потому нашли наименее «пострадавший» от набега столик и сосредоточились на приятном процессе, одновременно посматривая на боковые голоэкраны, где сменяли друг друга технические новинки.
В этом году на выставке их представлено больше, чем в прошлом. Впрочем, неудивительно. Последние десять лет обилие научных разработок растёт в геометрической прогрессии. И причина инновационного прорыва до банального проста: у человечества появилась цель — осуществить межзвёздный перелёт. А эту самую цель нужно реализовывать. Ну и как результат...
— Обалдеть!
Это Мила отреагировала на очередное ноу-хау, зависшее недалеко от нас и позволяющее рассмотреть себя со всех сторон. Потому как вращалось. Медленно.
Меня, честно говоря, внешний вид конструкции не впечатлил. Нечто бесформенное, ощерившееся длинными иглами и хищно раскрывающимися раструбами. На шедевр дизайнерской мысли оно никак не тянуло. Только взглянув на сопроводительную надпись, я поняла, почему так эмоционально отреагировала подружка.
«Плазменный двигатель. Дальность на максимальной мощности — 10 Кпк»
Ого! Теперь пришла моя очередь округлять глаза и от удивления беззвучно ловить воздух ртом. Потому как 10 Кпк — это прыжок через треть Галактики за одно погружение в подпространственный контур! При полной энергетической загрузке, естественно.
Треть Галактики!.. Тридцать тысяч световых лет! Это же...
— Ника!
Милена сильно дернула меня за рукав, привлекая внимание к своему восторженному личику. На котором жирными буквами было написано: «Меня посетила гениальная идея». И эту идею девушка немедленно мне сообщила:
— Я туда хочу!
— Куда?
Заявление заставило растеряться окончательно. Что-то я сегодня туго соображаю. То ли это моё сознание тормозит, не привыкшее к подобному времяпрепровождению, то ли у подружки наступил период невнятного выражения мыслей.
— В полёт на корабле с этим двигателем! — заговорщическим шёпотом просветила меня Мила и ткнула пальцем в макет. — При таких скоростях экипаж не умрёт от старости в космосе! И можно будет вернуться на Землю!
Поняв, что именно движет амбициозной коллегой, я не удержалась от насмешки:
— Вперёд. Комиссия тебя ждёт, — приглашающе взмахнула рукой и сделала шаг в сторону от мгновенно насупившейся подруги, разворачиваясь лицом в зал, — с распростёртыми объяти...
Не договорила, потому что ладонь смачно прошлась по чему-то тёплому и мягкому, а нос уткнулся в чёрный китель. Вернее, в жёсткую орденскую планку на нём.
— Привет, Доминика, — до боли знакомый голос смешливо фыркнул откуда-то сверху. Сильная рука перехватила моё запястье и отвела в сторону. И меня вместе с ней. От стола подальше.
— Здравствуй, Никита. — Я отцепила мужские пальцы, высвобождаясь из захвата. — Какими судьбами? — вежливо поинтересовалась, делая вид, что заинтересованно рассматриваю разноцветные награды, потому что не желала смотреть ему в лицо.
Сколько мы были парой? Идеальной, между прочим. По крайней мере, все знакомые и родственники именно так считали. Ник и Ника. У нас были общие интересы. Мы никогда не ссорились. Учились на одном курсе. Жили вместе. Отдыхать ездили. На стажировке, правда, разные специальности получали, но это нам совсем не мешало. Свадьбу планировали. Но до неё дело не дошло, потому как мой ненаглядный, практически ничего не объясняя, исчез. В неизвестном направлении.
«Нам нужно расстаться, Ника, не обижайся...»
Дорожная сумка в руки, лёгкий поцелуй в щёку и закрывшаяся дверь.
Да, вот так просто. Расстаться. И не обижаться.
Так сколько мы прожили вместе? Шесть лет. Более чем достаточно, чтобы после разрыва я не жаждала новых встреч.
— Я здесь по работе. — Предсказуемо уклончивый ответ, привычно наглая рука, скользнувшая на талию, и пара шагов в сторону колонны, чтобы скрыть нас от любопытных глаз присутствующих — Между прочим, я тебя искал.
— Да неужели? — изумилась я и приложила максимум усилий, чтобы не вспыхнуть и не наговорить гадостей.
— Не веришь? — голос стал совсем серьёзным. Ладони переместились на плечи, надавливая и впечатывая мою спину в жёсткую, покрытую керамикой поверхность.
— А должна? — Злость заставила забыть обо всём, и я непроизвольно подняла голову, встречаясь с серыми, мрачными глазами.
— Я тебя не обманывал. — Коротко и ёмко.
— Да! — я радостно согласилась с его доводами. — Ты меня просто бросил!
— Это было необходимо. — Он даже не смутился, продолжая нервировать меня своим взглядом. И руки убрать не соизволил.
— Допустим, — отозвалась я как можно равнодушнее. Вовремя вспомнила, что этот субъект реагирует на активное сопротивление ещё более активным наступлением. — А теперь-то тебе что от меня надо?
— Поговорить. Но не здесь. На сегодня всё закончилось, вторая часть заседания завтра. Пойдём.
Никита бросил мимолётный взгляд в зал, подхватил меня под локоть и потащил на выход.
— Эй! Никуда я с тобой не пойду!
Самоуправству я возмутилась безумно. Упёрлась ногами в пол, тормозя стремительное движение.
— Ника, это не смешно!
Поняв, что я сдаваться не собираюсь, Ник остановился. Развернул меня лицом к себе и обхватил обеими руками. Скорее всего, чтобы тащить удобнее было. Однако вовремя передумал и решил всё же ограничиться словами:
— Ты ведёшь себя как глупая девчонка!
— Твоё поведение тоже разумностью не отличается, — зашипела я в ответ, отталкивая окончательно теряющего самообладание бывшего парня. Интересно, если я сейчас ему морду расцарапаю, это будет считаться самообороной?
— Что происходит? — прервал нашу «содержательную» беседу суровый голос, раздавшийся совсем рядом. Смутно знакомый, он изничтожил мой воинственный настрой на корню и вернул на грешную землю. Я? Да я вообще тут ни при чём. Просто мимо проходила.
В отличие от меня, Никиту подобный тон не впечатлил. Он дёрнулся, с явным намерением послать бесцеремонного субъекта в определённом направлении, но, опознав в нём офицера выше себя по званию, сдержался и просто выпустил меня из объятий.
Торопливо шагнув в сторону, я замерла в нерешительности. Сбежать или остаться? Где будет безопаснее? Здесь или на улице?
Пока я решала дилемму, мужские разборки продолжились.
— Простите, старший лейтенант. — Ник оправил форму и попытался сгладить впечатления от своего поступка: — У нас личный разговор.
— Здесь не место для выяснения отношений, младший лейтенант, — отрезал неизвестный. — К тому же, насколько я вижу, продолжать общение ваша собеседница не намерена. — В мою сторону полетел быстрый взгляд.
Я стойко выдержала и этот, и второй, которым одарил меня бывший возлюбленный.
— Вы правы. — Серые глаза сердито сверкнули, но лезть в бутылку Никита не стал. — Разрешите идти?
— Идите, — кивнул офицер.
Развернувшись на каблуках, Ник шагнул к выходу.
— Мы завтра поговорим! — тихо бросил в мою сторону.
Не знаю, услышал ли его незнакомец, но обещание прозвучало крайне неприятно. Я зябко повела плечами, провожая глазами удаляющуюся фигуру и заставляя себя успокоиться. Всё. Всё закончилось. Ничего страшного.
— Вы в порядке? — неизвестный переключился на меня.
— Да, спасибо, — вздохнула и, наверное совсем перестав нормально соображать, выдала: — Только я не просила мне помогать.
Сказала и сама испугалась. Меня тут спасают, а я ещё и претензии предъявляю!
— Прошу прощения, — понимающая улыбка скользнула по губам, — но вы явно собирались своего собеседника покалечить. И мне показалось, что, если я не вмешаюсь, ему потребуется скорая. Или неотложка.
Собираясь извиниться, я приоткрыла рот и зависла.
«Вам требуется скорая или неотложка?» — мгновенной вспышкой пронеслось в памяти. Так вот откуда у меня стойкое ощущение, что я его знаю!
— «Красный семь»? — выдавила из себя.
Улыбка исчезла, брови чуть заметно сошлись к переносице. Мужчина задумался, словно своим вопросом я разбудила и его воспоминания.
— «Сигма»? — столь же неуверенно выдал он.
Я кивнула, всё ещё пребывая в ступоре. Бывают же такие совпадения!
Удивление почти разогнало гнетущее впечатление от нежеланной встречи, и я с исконно женским любопытством присмотрелась к пилоту.
Высокий, подтянутый, хотя... в военной форме многие мужчины выглядят эффектно. Генералов с животиками в расчёт можно не брать. Волосы тёмно-русые, короткие. Ну, это тоже понятно — тут всё по уставу. Не красавец, что-то неправильное есть в лице. Густые брови, нос крупноват, да ещё и с горбинкой. Тонкогубый рот с ними совершенно не гармонирует. Зато глаза очень необычные. У Ника, кстати, они совсем иные. Светлые, дымчатые, с лёгким фисташковым оттенком, эффектно вписывающиеся в светлые, вразлёт, брови, прямой, аккуратный нос и изящно очерченную линию губ. А эти...
Эти компенсируют все недостатки, заставляя забыть об отсутствии в чертах лица классических пропорций. Свинцово-серые радужки без малейшего намёка на желтизну или примесь какого-нибудь другого цвета. Чуть более бледные у зрачка, быстро темнеющие к склере, до оттенка холодного металла, и с почти чёрным ободком по краю. Изучающие...
Ой!
Спохватилась, сообразив, что эти самые глаза смотрят на меня с ничуть не меньшим вниманием. Получается, не только я его рассматривала, но и он меня?
Отвела взгляд в сторону, чтобы не казаться излишне любопытной, и тут же заметила Милу, которая осталась стоять у стола и теперь усиленно мне жестикулировала, пользуясь тем, что из-за незнакомец стоит к ней спиной и потому не видит.
Я растерялась — рожицы, которые строила подружка, трактовать однозначно не получалось. Вот что означает взгляд к потолку, со сложенными в умоляющем жесте ладошками? А эти надутые воздухом щеки и руки, упёртые в бока? И демонстративное покачивание головой из стороны в сторону?
— Так вы действительно «Сигма»? — ворвался в сознание уже куда более уверенный вопрос.
— Ну да, — подтвердила я, возвращаясь взглядом к своему нежданному спасителю. — Приятно было познакомиться, «Красный семь». — Уже практически сделала шаг в сторону, чтобы уйти, вот только завершить разговор пилот не пожелал.
— Далемир, — представился, протягивая руку и вынуждая меня изменить свои планы. — Можно Даль.
— Доминика. Лучше просто — Ника.
Я вложила пальцы в широкую ладонь, с непонятным самой себе волнением наблюдая за пожатием. А руки у него красивые. Не изнеженные, но и не грубые. Приятные. И наглости в сильном, уверенном, но очень деликатном прикосновении я не почувствовала.
— Вы отличный навигатор, Ника, — напомнил пилот о нашем профессиональном взаимодействии. — Честно говоря, я первый раз столкнулся с диспетчером, который так легко и быстро оперировал полётными параметрами.
Даль отпустил наконец мои пальцы и, убрав руки за спину, качнулся на носках. В глазах появился лукавый блеск, а в голосе — смешливые нотки, когда он напомнил:
— А ведь я остался вам кое-что должен.
— Не нужно считать себя обязанным. — Я прекрасно поняла его намёк. — Уверена, вы бы и без меня справились с заданием.
— Возможно, — не стал спорить офицер. — И тем не менее я привык выполнять свои обещания. Не спорьте. Я не уступлю.
На мой вдох он среагировал быстрее, чем я успела ему возразить.
Его настойчивость меня в некотором смысле даже обрадовала. Почему? Да потому, что в зоне видимости снова возникла знакомая мужская фигура. Не знаю уж, по какой причине Ник вернулся, но опасность столкнуться с ним нос к носу снова стала реальной, а я была не готова к продолжению беседы. Мне и одного раза хватило, чтобы спокойствие в моей душе превратилось в бурю.
— А я и не против, — быстро согласилась и улыбнулась пилоту, понимая, что в присутствии этого человека рядом — моё спасение.

02 сентября 2054г. 20:35 по третьему часовому поясу
Земля. г. Зелёный Яр. Выставочный комплекс «Реголит»
Бар «Лунный камень»

Готовность принять предложение, высказанное вот в такой категоричной форме, в дальнейшем имела необычные последствия. Во-первых, моё робкое замечание, что белое вино на столах можно отнести к категории «нормальная выпивка», было с негодованием отвергнуто. Во-вторых, Даль, не откладывая дела в долгий ящик, сменил место дислокации, прихватив заодно: меня, пару своих знакомых в чёрной форме пилотов космической авиации, Милу, не пожелавшую оставить мою растерянную особу одну в столь примечательной мужской компании, и симпатичную девушку — Евгению, тоже оказавшуюся пилотом и по совместительству подругой темноволосого молодца по имени Игорь.
Конечной точкой нашего перемещения стал местный бар, располагающийся на верхнем этаже громадного выставочного комплекса, на самом деле больше похожего на мини-город, где можно найти в принципе всё. От магазинов до отеля.
Вот в этом самом питейном заведении мы и обосновались, заняв стратегическую позицию на трёх диванах вокруг одного из столиков.
Первое время я вела себя крайне насторожённо и даже несколько скованно, поскольку с трудом вливаюсь в малознакомые компании. Но уже через час, когда на столе количество бокалов из-под выпитого спиртного приблизилось к катастрофичному, проблемы психологической адаптации исчезли, а в мозгу заняли устойчивое положение два соображения. Вернее, одна мысль: «Даль — классный мужик», и один вопрос: «Нравлюсь я этому пилотику или он просто выполняет своё обещание?»
К первому умозаключению я пришла после активной и шумной дискуссии, во время которой на меня вылили безмерно много информации о моём новом знакомом.
Ему тридцать пять. Друзья готовы за него костьми лечь и в огонь аналогично... э-э-э... прыгнуть. Потому как и он за них туда же. Живёт в Вилграде — это город вблизи одной из авиакосмических баз, где он и работает. Пилотирует орбитальные корабли постольку, поскольку необходимо поддерживать свою квалификацию, а на самом деле давным-давно руководит полётной группой и, скорее всего, скоро получит звание капитана. Последнее мне сообщили громким шёпотом, под страшным секретом, пока вышеупомянутый субъект заказывал новую порцию горячительных напитков.
А вопрос личных симпатий встал передо мной, когда я неожиданно осознала, что из мужского контингента, имеющегося в наличии, не при делах остался только Даль. Евгения и Игорь в большей степени были заняты друг другом, нежели общением с нами. Хотя, конечно, периодически спускались на грешную землю, добавляя свежих веяний в разговор. Мила с самого начала села на диванчик к блондинистому красавцу, явно признав того достойным своего внимания. Кстати, мужские руки — одна на тонкой талии и вторая, скользящая от коленки к бедру по плотной ткани юбки, — весьма недвусмысленно свидетельствовали о том, что симпатия эта взаимна.
Не подумайте, что Мила такая уж ветреная вертихвостка. Вовсе нет. Просто серьёзными отношениями она ни с кем не связана, да и в настоящее время, насколько мне известно, совершенно свободна от каких-либо обязательств. Чем и пользуется.
А я? Почему я должна вести себя иначе? Только потому, что какая-то сволочь взбрыкнула, оставив меня с разбитым сердцем и моральной травмой в душе? И учитывая, что рядом со мной достойный кандидат, ну если не на что-то серьёзное, то на лёгкий флирт в качестве средства психологической реабилитации — точно.
Я украдкой из-под ресниц посмотрела на Далемира, сидящего рядом, стараясь уловить выражение лица и понять, о чём думает. Поза расслабленная, взгляд открытый — ни намёка на желание от простого ненавязчивого общения перейти к чему-то иному.
Хм... Может, я ему не нравлюсь? Ведёт себя так, словно у него есть жена и десяток любовниц, которым он не желает изменять. Хотя... Кольца на пальце я не увидела, да и из задушевных разговоров этих друзей-товарищей не получилось сделать однозначного вывода о наличии постоянной подруги.
Встретилась с ним глазами, но так и не обнаружила в них ничего, кроме спокойной доброжелательности. Поймала лёгкую улыбку, скользнувшую по губам, и мне отсалютовали очередным бокалом.
Чувствуя безумное желание вывести скрытного типа на чистую воду, я ответила тем же и одним глотком выпила всё до дна. В голове, которая и так уже отказывалась соображать нормально, основательно зашумело. Жидкая гадость с привкусом манго, лимона и ещё чего-то неопознаваемого, которую мы весь вечер пили, в больших дозах оказалась убойной.
Поняв, что если продолжу поглощать коктейли в том же темпе, то контролировать себя перестану окончательно, решительно вернула опустевший бокал на стол и протянула мужчине руку.
— Даль... — Я с определённым усилием сфокусировалась на серых радужках. — Вы составите мне компанию?
Вот это я понимаю — воспитание! Вопроса, куда именно я собралась, мужчина мне не задал. И вообще, совершенно спокойно прихватил ладонь, поднимаясь с мягкого сиденья и помогая мне встать. И даже аккуратно придержал за плечи моё опасно кренящееся в сторону тело, желающее принять куда более удобное положение. Горизонтальное.
Да-а-а, Ника... Как-то ты недальновидно не подумала о необходимости соотносить объём выпитого к собственному весу! Это тебе не параметры орбиты рассчитывать...
Я с усилием встряхнула сознание, заставляя себя сконцентрироваться и, хотя бы благодаря этому, дойти до точки назначения по прямой траектории, с минимальным отклонением от курса.
Можно сказать, что мне это удалось. Уже через пять минут я с наслаждением вдыхала свежий вечерний воздух, разгоняющий поселившийся в голове туман и возвращающий некоторую ясность мыслям. Опираясь на парапет, разглядывала далёкие огни внизу, мерцающие вспышки рекламных модулей, легко качающиеся ветки декоративных деревьев рядом и стремительно темнеющее небо с робкими, только-только начавшими проявляться звёздами.
Всё-таки великое счастье, что устроители сего заведения позаботились о создании декоративного уголка живой природы, скрашивающего посетителям впечатления от суровой, технически-модернизированной действительности.
Прикрыла глаза, втягивая носом прохладный, насыщенный влагой воздух — совсем недавно здесь шёл дождь. Почему-то вспомнилось, что мы Ником любили ночевать в саду, прямо под открытым небом, потому как натянутый над головой прозрачный слой тонкого экопласта преградой можно было не считать, лишь лёгкой защитой. Мы были так молоды... И так беспечны...
Стоп! Зачем мне об этом думать? К тому же именно сейчас! Я поморщилась, отгоняя неприятные мысли.
— Ника, вам плохо? — Мужские пальцы коснулись щеки, потом лба.
— Нет. Всё в порядке.
Я распахнула глаза, возвращаясь в реальность, и Даль немедленно убрал руку. Предоставляя мне возможность прийти в себя окончательно, опёрся локтями на ограждение и принялся рассматривать посетителей, сидящих за столиками под естественным зелёным навесом.
Отсутствием внимания к себе я воспользовалась, только с несколько иной целью. Чтобы ещё раз присмотреться к стоящему рядом мужчине, который неуловимо притягивал к себе. И мне никак не удавалось понять — чем именно? Вот этой отстранённостью? Предельной вежливостью? Ощущаемой на уровне подсознания внутренней силой? Грацией хищника, контролирующего свою добычу?
Невольно залюбовалась тем, как он медленно смещает корпус, чтобы сменить положение тела. Поводит головой, снимая напряжение с мышц шеи. Разжимает и сжимает пальцы, чуть разворачивая руку в сторону. Удивилась, заметив шрам, пересекающий тыльную сторону кисти. Рваный, заживший совсем недавно. Как это он ухитрился?
— Даль, а где ты... — решилась я на вопрос и осеклась, поняв, что язык мой — враг мой, а с учётом плохо соображающей головы, и того хлеще. Попыталась исправиться: — Вы...
— Можем на «ты», если удобнее, — немедленно среагировал визави, спасая мою, ещё не окончательно атрофировавшуюся под влиянием алкоголя, деликатность.
— Это неправильно, — упрямо заявила я. — Мы на брудершафт не пили..
 Засмеялась, потому что представила себе сей процесс, показавшийся мне невероятно смешным. Этаким ритуальным, шаманский действом. Проигнорировала внимательный стальной взгляд, намекающий на некоторую нестандартность моих поступков, и внесла рацпредложение:
— Давайте это исправим! — Зажала ладонью рот, старательно сдерживая смех.
— Точно? — Даль в мой энтузиазм не поверил. — Ника, может, хватит на сегодня?
— Тащи...те, — Я зажмурилась, встряхнув головой. — Плевать, — добавила тише для самой себя, когда озадаченный субъект, выполняя мою просьбу, пошёл к барной стойке.
Проводила его глазами до самого входа в зал. Потому как сзади он выглядел ничуть не менее внушительно, чем спереди. Красотища! Плечи широкие, бёдра узкие, походка уверенная... А ведь пил он ничуть не меньше остальных. Иммунитет у него, что ли?..
Фыркнула, не в силах сдержаться. Дожили! Засматриваюсь на незнакомых мужиков! Ну, ладно-ладно, исправляюсь — малознакомых. Суть не меняется!
Вернулся Далемир быстро, неся в обеих руках совсем небольшие рюмки. Остановился рядом, но отдавать не спешил, по всей видимости всё ещё сомневаясь в разумности задуманного мной предприятия.
— Спасибо, — поблагодарив его, я проявила инициативу и сделала шаг ближе. Аккуратно забрала из теплых пальцев стопочку с прозрачной жидкостью, доказывая серьёзность своих намерений.
Сопротивляться он не стал. Наши руки переплелись локтями, и мне пришлось приподняться на носочки, а Далю чуть наклониться, чтобы занять удобную позицию. И снова свинцово-серые глаза захватили в плен, заворожив своей необычностью.
Вкуса напитка я даже не почувствовала. Поняла, что именно мне досталось на этот раз, только когда дыхание перехватило. Водка. Вот какого чёрта он мне подсунул эту дрянь?
Рюмка в ту же секунду исчезла из моих пальцев и, пока я восстанавливала дыхание, втягивая носом воздух, чтобы не обжечь спиртом лёгкие, коварный тип склонился ещё ниже. Оплёл руками талию, притянув к себе совсем близко.
Напрочь забыв о том, ради чего всё это затеяла, я возмущённо приоткрыла рот, чтобы высказать своё «фи», и не успела. Смогла только дёрнуться, в рефлекторной попытке вырваться из захвата, и... замерла. Потому что лёгкое касание губ окончательно вынесло мне мозг, наотрез отказавшийся возвращаться на положенное ему место.
В одно мгновение прохладный воздух вокруг превратился в раскалённый и обжигающий. Оглушающая тишина окутала, погасив звуки музыки, рвущиеся в открытый проём. Каменная кладка под моими ногами исчезла, сменившись пустотой, погрузившей тело в состояние невесомости, а моё сознание в ватный кокон полного отключения от реальности.

03 сентября 2054г. 08:20 по третьему часовому поясу
Земля. г. Зелёный Яр. Выставочный комплекс «Реголит»
Отель «Павший астронавт»

Где-то рядом, то есть в моей голове, ритмично били в там-тамы коварные туземцы, и этот навязчивый гул отдавался в висках болезненными волнами. Во рту вовсю свирепствовала великая засуха, грозящая моему организму глобальным обезвоживанием. Мышцы ныли так, словно я всю ночь на полигоне проходила полосу препятствий.
Господи, что ж мне так плохо-то?
Я с трудом разлепила веки, жмурясь от света. Неяркого, но всё равно ужасно неприятного. Насторожённо осмотрелась, вникая в особенности окружающей обстановки. Так. Гостиничный номер. Хм... Тот, в который мы вчера заселились с Милой, был несколько иным. Во-первых, меньше. Во-вторых, в фиолетовой гамме. Эта же, не самая маленькая по площади, комната выдержана в бежевых тонах. Здесь окно во всю стену, закрытое жалюзи кофейного оттенка, стол с имитацией древесного рисунка, мягкий диванный угол цвета какао в обрамлении комнатных растений, кровать...
Вовремя вспомнив о своём потрёпанном состоянии, я удержала себя от резких движений. Хотя в эту минуту мне больше всего хотелось оказаться подальше от своего нынешнего местоположения. И от того, кто находился со мной рядом.
Ду-у-ура!
Зажмурилась до звёздочек в глазах, мысленно ругая себя за всё. За свою бесшабашность, за беспечность, за неумение вовремя остановиться, за...
Стоп. А в чём и перед кем я виновата?
Нику я не изменила, он мне никто, так что имею право развлекаться так, как хочу, и с кем хочу. Идея выпивки вообще не моя, как и выбор этих самых напитков. А то, что в итоге мой организм дошёл до полной потери контроля... Значит, такая у меня физиология. Кстати, никогда столько не пила, теперь буду иметь в виду наличие подобных особенностей организма.
Морально себя взбодрив, я медленно, чтобы не разбудить спящего мужчину, выползла из-под одеяла, плавно стекая на упругое ворсовое покрытие пола. Села, опираясь на мягкий бортик кровати, и от удивления даже забыла о терзающих меня этических вопросах. Потому что половина из них исчезла тут же, и настроение резко пошло вверх, подстёгнутое осознанием того факта, что вчера всё закончилось несколько иначе, нежели я себе вообразила.
Спала я одетой. Колготки, блузка, нижнее бельё... Всё на мне. Разве что юбка и форменный жакет лежат совсем рядом, перекинутые через спинку ближайшего кресла.
К ним и потянулась, стараясь не производить много шума. Так же тихо оделась и поднялась на ноги, отыскивая туфли и сумочку. Увидев собственное отражение в зеркале, непроизвольным движением поправила растрепавшиеся волосы и отвела взгляд. Красота неземная. Глаза лихорадочно блестят, под ними тени. И непонятно, то ли это последствия весёлого времяпрепровождения, то ли косметика поплыла.
Я присмотрелась к неподвижно лежащему на животе, наполовину прикрытому одеялом Далю. Лица не видно, только затылок. Одна рука под головой, другая свисает с кровати, почти касаясь пола. Кажется, он тоже одетый — рубашку, по крайней мере, видно прекрасно. Брюки... Нет, брюки он снял, вон на спинке стула висят, как и китель. Но это меня не касается.
На цыпочках я прокралась к двери и надавила на стенную панель. Ключа у меня нет, но на выход все замки должны срабатывать автоматически. Это же отель. Уже через секунду я шла по коридору к своему номеру, испытывая чувство огромного облегчения и уважения к мужчине, которому пришлось со мной возиться. Ну надо же, ситуацией он не воспользовался. Интересно только — одежду я с себя сама снимала или как?
Тряхнула головой, отгоняя ложную стыдливость. А чего мне стесняться? Фигура у меня очень даже ничего: грудь третьего размера, талия тонкая, ноги красивые. К тому же сомневаюсь, что Даль сумел всё это разглядеть ночью. По крайней мере, мне казалось, что свет в номере не включался.
С другой стороны, я могла и ошибаться, потому как в хронологии событий, происходивших вчера, существовали явные пробелы, а в сознании всплывали исключительно обрывки воспоминаний.
Какие именно?
Дурацкий брудершафт, после которого меня банально вырубило. Похоже, спиртное крепче двадцати градусов моему организму стопроцентно противопоказано. Хорошо, что мой «собутыльник» не стал наводить панику и просто привёл меня в чувство, похлопав по щекам. Потом мы вдвоём сидели за столиком. Куда исчезли Мила и остальные, я не заметила. Кажется, я Далю про Никиту рассказывала. Помню, что жутко злилась. Потом мы ещё что-то пили. О! И танцевали! Удивительно, как у меня на это сил хватило. А вот почему и как я в чужом номере оказалась, вспомнить не получалось.
Бах! Мир вокруг неожиданно крутанулся, когда что-то, мёртвой хваткой вцепившееся в предплечье, дёрнуло меня в сторону. Голова, как и спина, впрочем, встретилась с жёстким покрытием стены. К барабанам, уже почти замолчавшим, прибавилась ноющая боль в затылке. Дьявол!
— Гуляешь, значит? — раздалось рядом ядовитое шипение.
Я распахнула закрывшиеся от неожиданности глаза и растерянно всмотрелась в искажённое злой гримасой лицо стоящего напротив Ника. Убитый вчерашними обильными возлияниями и неожиданным ударом, мозг отказывался нормально соображать.
— Не понимаю, что тебя возмущает? — всё же я нашла в себе силы ответить и поморщилась, безуспешно пытаясь отцепить его пальцы. — И вообще! Руки от меня убери!
Вместо того чтобы отпустить, бывший жених прошипел какое-то ругательство, оглянулся, убеждаясь, что в коридоре пусто, и неожиданно затащил меня в раскрывшийся дверной проём ближайшего номера. Настолько быстро, что я осознала произошедшее, только когда оказалась сидящей в кресле.
— Ч-ч-что ты т-т-творишь? — запинаясь, озвучила своё возмущение. Похоже, что от шока моя способность к внятной речи тоже изрядно пострадала.
— Я же сказал, нам нужно поговорить! — сердито бросил Ник, нависая надо мной, потому что упёрся сжатыми кулаками в подлокотники.
Испугалась я не на шутку. Подобного поведения от моего бывшего я не ожидала. Руки он никогда не умел держать под контролем, это да, но всё же использовал их в пределах разумного. Хотя, пока мы жили вместе, у меня не возникало ни повода, ни желания ему отказывать и нарываться на физическое принуждение. Может, я не так уж и хорошо его знала?
Вжалась в спинку кресла, сползая ниже по сиденью. Надеюсь, бить меня он не собирается?
Наверное, что-то такое промелькнуло в моих глазах, потому что мужчина тут же отшатнулся и выпрямился. Осмотрев помещение и обнаружив ещё одно кресло, перенёс его ближе и поставил, перегородив проход к двери. А потом ещё и сам в него опустился, окончательно заблокировав пути к отступлению.
Теперь мы оказались друг напротив друга и я, пусть и изрядно напуганная, начала осознавать произошедшие с Никитой перемены. Взгляд стал жёстче. Движения резче. Тело крупнее, и это хорошо заметно, потому что сейчас корпус обтягивает простая футболка, а не объёмный китель. Похоже, занимается в тренажёрке несколько больше, чем это необходимо для поддержания физической формы. Он даже стрижку изменил, убрав привычную длинную чёлку. Вчера я на это совсем не обратила внимания.
— Ника, ну почему ты так себя ведёшь? — бывший приложил титанические усилия, чтобы сказать это спокойно.
— Как так? — решила уточнить, не разобравшись в том, что именно он имеет в виду. Ну и пожалела, потому что Ник снова сорвался и практически выплюнул:
— Как последняя шлюха!
Я задохнулась от оскорбления, на глаза навернулись слёзы. До боли прикусила губу, прогоняя обиду. Я — не он. И могу держать себя в руках.
— Это моя жизнь, — максимально спокойно заявила. — Я живу так, как хочу. И сплю с тем, с кем хочу. Тебя это не касается! — всё же не сумела погасить злых интонаций.
— Ты в этом уверена? — вместо того, чтобы ответить какой-нибудь гадостью, Никита вдруг усмехнулся, словно я сказала что-то невероятно смешное. — Наивно полагаешь, что все твои кавалеры исчезали просто так?
Последняя фраза насторожила. Да, у меня всё это время никого не было, но это не означало отсутствие желающих со мной знакомиться. Правда, дальше первого свидания дело не продвигалось. Я списывала сей факт на собственные психологические проблемы, а теперь выходит, что к этому причастен Ник?
— Ты меня контролировал? — выдавила я, осознавая себя безумно глупой.
Широкое плечо презрительно дёрнулось.
— Всего лишь был в курсе происходящего, — откорректировал моё высказывание Никита.
— И без разрешения вмешивался в мою жизнь, — возмущённо добавила я.
— Только когда в этом возникала необходимость, — он легко парировал удар.
— Зачем?
Вот этот вопрос меня действительно волновал безумно, однако быстрого ответа я на него не получила. Бросив на меня неприятный, тяжёлый взгляд, Никита задумался, барабаня пальцами по колену. Словно решал — сказать правду или солгать?
— Ника, — заговорил наконец. — Ты любишь задавать вопросы, на которые я не могу ответить. Так было нужно. И всё.
О как. Что-то я явно упустила... Или не поняла изначально.
— Ладно, — сделала вид, что объяснение приняла. — Хотя мне это и непонятно, но... О чём ты хотел поговорить? — я вернулась к злободневной теме.
И снова его реакция меня удивила. Хотя, скорее, насторожила, потому что Ник немедленно подобрался, словно приготовился к прыжку, даже чуть наклонился ко мне, убирая одну из рук за спину. А когда её вытащил и раскрыл ладонь, на ней в отблесках солнечных лучей, падающих в незашторенное окно, блеснуло маленькое колечко.
— Об этом.
Ого! Значит, вот так? Сначала расстаёмся, потом возвращаемся и, делая вид, что ничего страшного не произошло, продолжаем с того момента, на котором остановились? Я ведь действительно ждала, что Никита сделает мне официальное предложение в тот день, когда он ушёл.
Во рту пересохло окончательно, и если в шоке от встречи я об этом забыла, то вот сейчас симптомы алкогольного отравления смешались с душевным потрясением и...
Практически не осознавая, что делаю, я поднялась с кресла и развернулась к столу. Коротко мазнула пальцем по поверхности, активируя меню. Моментально сработал личный идентификатор, и доставка выплюнула стакан с водой, который я залпом выпила. Со стуком я вернула посуду на гладкую поверхность, оглядываясь на «жениха». Даже говорить ничего не стала. Да он и по моему взгляду всё понял. Нахмурился, нервно покручивая кольцо в пальцах.
— Ника, я знаю, тебе трудно меня простить. Но... — Ник стиснул зубы и почти минуту молчал, прежде чем закончить: — Ты мне нужна.
На хриплые, волнующие интонации я не купилась. Вернись он раньше, окажись мы в другой обстановке, и всё могло бы пойти по-другому. Но не сейчас. Слишком велика была обида. Слишком странным казалось его неожиданное появление. Слишком долго и старательно я вытравливала из своей души любовь к этому человеку.
Он стал чужим. И я не желала впускать его обратно, какими бы ни были оправдания. Вот только как сказать ему об этом? В свете последних событий, адекватностью реакции Никиты не отличаются, а мужчина, которому отказывают, может быть очень опасным. И вообще! Надо отсюда выбираться!
Я развернулась и, легко подпрыгнув, оказалась пятой точкой на столешнице. Скрестила ноги и расправила юбку. Скользнула ладонями по гладкой поверхности, чуть откидываясь назад, словно выбирая более удобное положение для опоры, при этом со всей силы надавливая на консоль, чтобы её сломать.
Из всех моих телодвижений Ник заметил только то, что я хотела ему показать. Впрочем, наверное, последнее действие я могла и не маскировать — смотрел он вовсе не на руки. Это, конечно, тоже не есть хорошо, но иного способа выбраться из передряги живой, здоровой и свободной я не видела.
— Нужна? — протянула, демонстративно-задумчиво прикусила губу и медленно покачала ножкой.
— Именно. — Серые глаза зачарованно скользнули по плавным изгибам моего тела, явно стремясь туда, куда им попасть уже точно не грозило. — Выйдешь за меня?
Я мысленно залепила Нику пощёчину и, старательно скрывая эмоции, опустила взгляд в пол. Капризно надула губки, решив напоследок прояснить хоть что-то.
— Почему я должна отвечать именно сейчас? Зачем так торопиться?
— Я не могу ждать! — непредсказуемо вспылил Никита. Резким движением оттолкнулся от кресла и практически мгновенно оказался рядом. Настолько неожиданно, что я непроизвольно отшатнулась, забывая, что пространство для манёвров у меня ограниченное. В итоге упала локтями на пластиковое покрытие.
Мамочки! Я с этим типом точно заикой стану!
— Доминика! Не уходи от ответа!
Его лицо оказалось совсем рядом, руки опустились на столешницу и зафиксировали меня в неудобном положении. Глаза требовательно смотрели на то, что весьма неплохо просматривалось в вырезе блузки. Особенно с учётом моей интересной позиции. И всё это грозило неприятными последствиями, ибо ситуация становилась провокационной.
Мучительно соображая, сколько времени мне осталось терпеть подобные выходки, я перенесла вес тела на одну руку. Другой упёрлась в накачанную грудь и осторожно отодвинула субъекта, оказавшегося неприлично близко.
— Не буду, — мягко пообещала, с облегчением отмечая, как он отстраняется, давая возможность сесть удобнее. И даже сползти со стола, шагнув за спинку кресла.
Заняв стратегически удобную позицию, я совершенно серьёзно посмотрела в серые радужки.
 — Ник, мне уже сделали предложение, и я согласилась. Прости, но стать твоей женой не смогу.
Вот этого он точно не ожидал. Я, честно говоря, готовилась к новой эмоциональной вспышке, а отвергнутый жених всего лишь замер в неподвижности, недоверчиво глядя на меня.
— Когда это ты успела? Ты же... — Серые глаза подозрительно прищурились, и Ник замолчал. Ушёл в себя, словно решая в уме сложную математическую задачу с неожиданно возникшими неизвестными. Наконец-то его осенило догадкой: — Это с ним ты провела ночь?
Я кивнула, внимательно отслеживая изменения положения напряжённого тела. Не буду с ним спорить. Сейчас главное — выиграть время, отвлечь внимание и не позволить снова ко мне приблизиться, а не выстраивать правдоподобные версии. Тем более что он сам их придумывает куда лучше меня. Вот у кого фантазия безудержно работает!
Раздался резкий щелчок, свидетельствующий о том, что испорченный предмет мебели вынужденно отправляется в ремонт, и стол резко ушёл вниз, заставив опирающегося на него человека на несколько секунд потерять равновесие. Готовая к тому, что внимание Никиты в этот момент будет сосредоточено не на мне, я перепрыгнула через кресло, стремительно обогнула второе и пулей выскочила в коридор. Не оглядываясь, опрометью бросилась к своему номеру, надеясь, что на этом Ник утихомирится и оставит меня в покое.

03 сентября 2054г. 14:00 по третьему часовому поясу
Земля. г. Зелёный Яр. Выставочный комплекс «Реголит»
Семинар «Технические вопросы навигации в экстремальных условиях»

В программе конференции второй день был заявлен как практический. Это сулило нам несколько более интересное времяпрепровождение, нежели вчера, и очень тесное взаимодействие в составе небольших групп, апробирующих технологические новинки.
Так что, приведя себя в порядок и подкрепившись в маленькой столовой на своём этаже, мы с Милой и Сергеем, которого прихватили по дороге, спустились в многолюдный холл. Оживлённая толпа беседующих людей, словно прибой, равномерно штурмовала экраны со списками участников, а получив необходимую информацию, немедленно отступала обратно, растекаясь в стороны и исчезая в помещениях комплекса.
Пробравшись к ближайшему монитору, я поняла, что мне «повезло». Дважды.
Первый раз, потому что выяснилось — нашей троице придётся разбежаться. Как диспетчеров одного структурного подразделения, нас раскидали в разные группы. Второй, потому что в списках участников секции, где мне предстояло провести три часа, я обнаружила имена и Никиты, и Далемира. Не знаю уж, какому богу сказать за это «спасибо».
Я скривилась, предвкушая милые «радости» от очередной встречи с бывшим возлюбленным и новым знакомым, но делать нечего. Потопала к указанной на стенде аудитории. Всё-таки это серьёзное мероприятие, может, обойдётся без скандалов и выяснения отношений?
Нерешительно заглянула внутрь, с облегчением понимая, что я тут одна из первых ласточек и те представители мужской половины населения Земли, наличия которых я опасалась, ещё не явились. Это воодушевляло.
Заняла место подальше от входа, с тем расчётом, что опоздавшие всегда садятся ближе к двери, и принялась терпеливо ждать начала. Вот только избавиться от неприятных мыслей, упорно не желающих принимать иное течение, не получалось.
Никак не могла я понять поведения бывшего жениха. Уже и так прикинула, и этак, а всё без толку. На что он рассчитывал, когда делал мне предложение вот так: внезапно и без предисловий? Да ещё и с физическим давлением! Не мог же не понимать, что у меня всё это вызовет реакцию отторжения.
Эх! Узнать бы его настоящие мотивы! Да только как? Общение с ним удовольствия не приносит, одни моральные расстройства и физический вред. И даже не скажешь, что из этого неприятнее.
Я грустно посмеялась про себя, вспомнив обалдевшее, перепуганное лицо Милы, когда взбудораженное существо в виде меня влетело в номер. И я подругу понимаю. Ночь провела невесть где, видок офигительно расхристанный, одежда в полном беспорядке, причёска в стиле «морской ёж в состоянии боевой готовности», на лицо смотреть страшно... Я даже сумку благополучно забыла на месте разборок, ну да черт с ней, ничего невосполнимого там не было. Косметичку уже новую заказала, программка вторая есть. Блокнот разве что жаль, да и тот почти новый, важных записей я в нём сделать не успела...
— Добрый день, дамы и господа, — вывел меня из состояния задумчивости уверенный мужской голос. — Меня зовут Лев Аркадьевич, я — ведущий секции и буду курировать вашу работу, запланированную на сегодня.
От неожиданности я вздрогнула, осознав, что слишком глубоко погрузилась в себя. Нервно осмотрелась, отмечая, что присутствующих стало больше — почти все места за столами заняты. Осталось, правда, ещё три-четыре свободных, и именно на них пожилой офицер посмотрел с явным неудовольствием.
— У нас есть опаздывающие.
Мои подозрения о причинах сурового взгляда подтвердились, и в тот же миг в помещение быстрым шагом вошёл Далемир. Кивнув ведущему, он извинился и опустился на ближайший стул, оказываясь в пол-оборота ко мне.
Заметив ссадину на скуле Даля, я пришла в недоумение. Когда это он успел? Вроде как вчера с внешним обликом у него было всё в порядке. Правда, утром я его не рассматривала, может, мой собутыльник ночью успел к чему-нибудь неаккуратно приложиться?
Не успела я закончить осмотр, как столь же стремительно появился Ник. Этому типу пришлось пробраться чуть дальше, но и его лицо мне было видно прекрасно. О-о!
На ранее весьма привлекательной физиономии под левым глазом красовался великолепный синяк. Свеженький. А ещё чуть припухшая, разбитая нижняя губа и злой, раздражённый взгляд. К счастью, направленный не в мою сторону.
Чувствуя, как холодеют пальцы, я отследила его направление и едва удержалась от невольного восклицания. Смотрел Ник на Даля. А тот, нисколько не смущаясь, на него — прямым, чуть насмешливым взглядом.
Кошмар! Не ожидала я, что Никита опустится до подобного! А знала бы, трижды подумала, прежде чем... Ой! Если он решил, что я согласилась выйти за пилота, то мог именно это тому и сказать! Скорее всего, за что и получил по морде. И сам в долгу не остался.
Что же я наделала-то?! Наверное, мой пострадавший мозг совсем ничего не соображал с утреца пораньше, раз, желая избавиться от настойчивого женишка, придумал подобную отмазку! И теперь нужно всё исправлять!
Исправлять? Легко сказать! Как я Далю в глаза смотреть буду? Представляю, какого он обо мне мнения. Мало того что ночевать у него осталась, так ещё и невестой прикинулась. А мужчины ох как не любят, когда их припирают к стенке. Мрак.
И снова я так основательно задумалась, что спохватилась, вспомнив, где нахожусь, только когда на столе передо мной развернулся и раздражённо пискнул голоэкран, словно протестуя против подобной бездеятельности. Пришлось сконцентрироваться и выбросить из головы всё, кроме одного — я на обучении. А это означает предельный контроль, внимание и сосредоточенность на процессе.
Не знаю, как у других (я в соседние мониторы не заглядывала), но задачка, которую мне поставили, была не так уж и проста: новый принцип движения, потому как иной тип двигателя, а нужно проложить курсовой маршрут. Да ещё и на таком участке пространства, где даже навигация обычных кораблей — не самая лёгкая процедура.
Я вздохнула, вспомнила все нехорошие слова, адресовав их своему боссу, «засучила рукава» и принялась осваивать новые возможности.
Обучающая программа мне досталась вежливая. Деликатно попискивала, когда я уходила в сторону от правильного решения, одобрительно подмигивала индикаторами, подтверждая мои расчёты, жадно проглатывала результат, отправляя его в систему, демонстрировала модель корабля, стремительно несущегося в пространстве, а ещё немедленно выдавала новые данные, меняя условия и усложняя задачу.
Я увлеклась. Происходящее в виртуальном мире захватывало, затягивало, заставляло забывать о реальности и погружаться в обучение с головой. Когда в диалоговом уголке экрана высветилось принятое сообщение, я даже не сразу поняла, что его отправителем является кто-то, находящийся в реальности, а не в недрах несуществующего мира.
Автоматически раскрыла письмо и, прочитав, едва не растеряла все остатки самообладания.
«С каких таких пор невесты сбегают от женихов, не пожелав им доброго утра?»
Подписи не было. Это Даль решил отыграться? Или Ник, узнав о том, что я солгала, столь тонко на это намекает?
Моя рука нервно скользнула по экрану, чтобы удалить сообщение, но не успело оно улететь в корзину, как ему на смену пришло ещё одно.
«Поздравляю. Больше мешать не буду».
И тоже анонимно. Никита? С той же вероятностью — Далемир, если в мужской беседе тет-а-тет узнал о намерениях кое-кого на мне жениться.
Я отправила переписку в небытие и уткнулась в экран. Однако не прошло и минуты, как уже читала новое сообщение:
«Надеюсь, про обещание помнишь и планы на ужин не изменились».
Ага. Уже понятнее. Ужин Нику я не обещала, скорее, вчера в пьяном угаре Далю.
Свернула записку и тут же получила ещё одну:
«Но ты об этом пожалеешь. Лучше откажись, пока не поздно».
Никита в своём репертуаре, теперь он меня запугивает. Миленько.
Я решительно убрала с глаз долой всё, что мешало начать выполнять новое задание, которое уже давно жаждало моего внимания, и стиснула зубы. У этих типов сегодня цель такая, меня извести?
Поработать спокойно мне не дали. Сразу два сообщения высветились одновременно:
«Не отвечать — невежливо».
«Я предупредил».
Ну достали! Честно!
«Невежливо — отвлекать, мешать и обсуждать личные вопросы на работе», «Мне не нужны твои советы», — быстро настрочила я на панели и отправила адресатам. Надеюсь, угомонятся.
Утихли. Передышки мне хватило, чтобы довести расчёты до ума и завершить начатое. Откинулась удовлетворённо на спинку стула и тут же склонилась обратно к экрану, потому что программа «осчастливила» меня сообщением: «Неверный time-показатель».
Пробежала глазами по высветившимся проблемным точкам и возмутилась. Ну да, я совершенно иначе решила проблему временных затрат на полёт, связанную со спецификой перемещения, но это вовсе не означает, что сделала это неправильно! Просто, забивая параметры курсового хода, применила двухфазовое погружение в подпространственный контур вместо стандартного однофазового!
Попыталась ввести решение ещё раз, и снова упертая система меня не поняла. Безобразие!
— Лев Аркадьевич! — не выдержала я, окликая ведущего секции, который уже совсем заскучал, дожидаясь пока мы «наиграемся». — Вам не трудно проверить корректность оценки расчётов?
— Разумеется, — с готовностью откликнулся тот, поднимаясь с места.
Через несколько секунд, присев рядом, уже всматривался в изображение, беззвучно шевеля губами и терзая параллельную систему вычислений. Закончив, снисходительно посмотрел на меня.
— Вы ошиблись. Вот, видите эти позиции? Они должны выглядеть иначе.
— Должны, — послушно согласилась я. — Но полёт с такими показателями будет не эффективным. Смотрите!
Пробежала пальцами по экрану, вытаскивая исходные условия задачи и разбивая их на группы. Выбрала нужные символы и начала объяснять:
— Если совместить стандартную начальную скорость погружения и рабочую мощность двигателя, то на выходе мы получим высокие энергозатраты и малый КПД.
Вывела данные, запустила расчёт, и позволила себе небольшую паузу, чтобы преподаватель мог убедиться в моих словах. Добавила новые данные и продолжила:
— А если сначала ввести корабль в полупогружение, сбросить нагрузку, а затем нарастить, увеличивая глубину до нужного значения, то конечная курсовая точка будет достигнута в более кратком временном интервале.
— Подождите, — растерялся офицер, всматриваясь в пополняющийся список промежуточных показателей. — Так нельзя... Если прерывать процесс погружения, нарастают гравитационные возмущения, корабль выталкивает обратно! Это не даёт возможности продолжить полёт и приходится начинать всё заново!
— А чем вам мешает гравитация? — теперь уже я растерянно похлопала ресничками. — Ведь можно использовать инерцию движения как стабилизатор.
От такого заявления Лев Аркадьевич дар речи потерял. И теперь рассматривал вовсе не экран, а меня, как нечто весьма занимательное. Ответа от него я так и не дождалась. Зато в разговор вмешался кто-то ещё.
— Может, попробовать прогнать процесс на симуляторе? — предложил уверенный голос сзади.
Гул одобрения сопроводил подобное заявление, и я обернулась, только сейчас поняв, что наш спор удостоился особого внимания. Практически все участники семинара покинули свои места и теперь плотным полукругом стояли за спиной, вникая в предмет обсуждения. Неожиданно!
Столь же непредвиденно курсовой маршрут перебросили на поднятый рядом голоэкран, загружая в полётный симулятор, и инициатор сего действа опустился на соседний стул. С полной сосредоточенностью принялся за пилотирование, ориентируясь на мои расчёты. Остальные, так и оставшиеся стоять рядом, зачарованно следили за происходящим, обмениваясь негромкими комментариями.
Как именно пилот реализовывал высказанную идею, мне оставалось только догадываться — в структуре консоли управления я разбиралась плохо, а большие мужские пальцы скользили по панели очень быстро. Однако виртуальное отображение корабля, пронзающего структуру пространства, меня радовало — сбоев в траектории я не видела. И когда через двадцать минут система сообщила: «Погружение завершено», затаившая дыхание толпа отмерла, одобрительно загудев. Мне даже достались лёгкие похлопывания ладонями по плечам. В качестве физической формы поощрения, надо полагать.
— Ну, девушка... — Лев Аркадьевич развёл руками. — Снимаю шля... фуражку. Удивили!.. Так! — Он встрепенулся, словно только сейчас заметив, что народ активно отлынивает от выполнения заданий. — По местам! У вас полчаса до завершения работы секции!
Дождавшись, когда пространство вокруг расчистится, пилот развернулся. Стальные глаза Далемира оценивающе впились мне в лицо.
— Ты молодец, — похвалил он совершенно серьёзно. — Я ещё при первом нашем взаимодействии, когда ты так нестандартно направила мой корабль на перехват спутника, понял, что у тебя к этому какой-то невероятный природный дар и чутьё.
— К чему? — вздохнула я. Стараясь избежать пронзительного взгляда, принялась сворачивать объекты на экране, закрывая программу.
— Ты прирождённый навигатор, Ника. Почему зарываешь талант в землю?
Улыбнулась, вспомнив, что примерно то же самое, но немного иными словами, постоянно твердит мне Мила.
— А где его применять? — ответила вопросом на вопрос, пожимая плечами.
— Знаешь... — Даль помог мне убрать голоэкран. — На этот счёт у меня появились кое-какие идеи. Если ты готова их выслушать, конечно.
Идеи? Любопытно. Что может предложить мне пилот, то есть руководитель пилотной группы, которая пределы орбиты никогда не покидает?
Кивнула, молча соглашаясь. Заметила протянутую ладонь и ответную лёгкую улыбку.
— Поужинаем и поговорим.
Услышала объяснение и замялась, оглядываясь на старшего офицера, прохаживающегося между рядами уткнувшихся в мониторы мужчин. Всех, кроме одного. Вздрогнула, когда встретилась с неприятным прищуром, и отвела глаза.
— Нам можно. Мы всё уже сделали, — развеял причины моих сомнений пилот и поднялся, помогая мне. — И не переживай, — шепнул, склоняясь к самому виску и приобнимая за талию. — Он больше к тебе не подойдёт.
Возмущаться я не стала. Ясно же, что это наглядная демонстрация наших «серьёзных отношений» для Ника.

03 сентября 2054г. 19:00 по третьему часовому поясу
Земля. г. Зелёный Яр. Выставочный комплекс «Реголит»
Ресторан «Море Изобилия»

Эффектный зал, имитирующий лунный пейзаж в том самом кратере, который столь удачно выбрали в качестве названия заведения, был практически пуст. Большинство участников конференции питалось в столовых, куда более дешёвых и простых в плане разнообразия, а так же качества блюд. В большинстве своём — синтетических. Однако Даль привёл меня именно сюда, и я, хоть и удивилась некоторому расточительству и экзотическому вкусу, но от подобных изысков не отказалась. Интересно же!
Аккуратно разрезая тонкую пластинку совершенно белого мяса, я старательно отгоняла мысли о том, из чего, вернее, из кого оно приготовлено. Ну а ещё, стараясь делать это незаметно, из-под полуопущенных ресниц наблюдала за мужчиной, сидящим напротив. Задумчиво-спокойный, движения чёткие, выверенные, краткие лаконичные фразы — исключительно по вопросам пищевых предпочтений и, соответственно, проблеме выбора блюд и напитков. Настоящего разговора Далемир так и не начал, наверное дав мне возможность скормить организму хотя бы минимальный объём питательных веществ. А это могло означать, что предложение будет не самым стандартным, раз у него есть подозрения, что у меня пропадёт аппетит. Или я буду так удивлена, что про еду просто забуду?
Решив не дожидаться главного, я попробовала предварительно прояснить то, что мучило меня весь день:
— Даль, я хотела извиниться за вчерашний вечер и сегодняшнее утро... И ночь, — добавила нерешительно.
— Не стоит, — легко отмахнулся мой собеседник. — Каждому нужно иногда снимать стресс, а у тебя его вчера было более чем достаточно. Твоё отношение к этому типу мне известно, я прекрасно помню нашу ночную беседу по душам. Ника! — Он тихо засмеялся, оценив моё сконфуженное выражение лица. — Ну не переживай ты так! Ничего страшного не произошло, ты сбросила напряжение, выговорилась, мне составила компанию... Я вообще очень рад, что мы с тобой познакомились!
— А почему я ночевала?.. — не договорив, я втянула воздух сквозь стиснутые зубы.
— У меня? — Пилот снова заулыбался. — Да потому, что не смогла вспомнить, в каком номере остановилась.
Так просто? Вздохнула, я зарекаясь пить спиртное вообще. Хватит с меня. Дорасслаблялась. Теперь я употребляю исключительно безалкогольные напитки! И тут же, выполняя собственную клятву, отпила налитый мне сок.
— Я только не понимаю... — Даль подпёр кулаками щёки, упираясь локтями в крышку стола и всматриваясь в моё лицо. — Зачем ты сказала своему бывшему, что я твой жених?
Отступившее напряжение накатило вновь, заставляя прятать глаза, маскировать смущение стремлением что-нибудь съесть и оправдываться:
— Не знаю. Он меня напугал, и это... Вырвалось как-то. Извини. Не хотела тебя подставлять. — Я бросила на его ссадину виноватый взгляд. — Не думала, что у него хватит наглости пойти к тебе, чтобы выяснить отношения.
— Ну, его понять тоже можно. Похоже, что за эти годы забыть тебя он не смог. Другой вопрос, что методы, с помощью которых этот парень пытается добиться твоего возвращения, явно неадекватные... — Словно только сейчас вспомнив о травме, Далемир провёл подушечками пальцев по скуле. — Пришлось ответить аналогично. Хорошо, что мне не впервой приводить в нормальное состояние зарвавшихся подчинённых, — хмыкнул он, покачав головой.
— Спасибо, что меня не выдал.
Я нервно крутанула бокал, едва не расплескав напиток.
— Ника... — Даль сразу стал серьёзным. Переплёл пальцы в замок, опуская их на стол. — А ведь твоя ложь на самом деле может оказаться правдой.
— В каком смысле? — от подобного заявления дыхание перехватило. Хорошо, что еда была уже забыта. Разговор интереснее.
— Я не шучу. — В серых глазах появилось беспокойство. — Возможно, тебе покажется необычным то, что я хочу предложить, но... Я объясню всё, если ты пообещаешь не отказываться сразу, постараешься дослушать до конца и только потом задавать вопросы и принимать решение.
Разве на это я могла ответить отрицательно?
Заручившись согласием, пилот откинулся на спинку сиденья и скрестил руки на груди. Едва заметный вздох, словно он решался на что-то очень важное, и уверенное:
— Ты можешь стать моей женой и навигатором первой межзвёздной экспедиции.
Меня будто холодной водой окатили. Как говорить, я забыла. Как дышать — тоже. Глупо хлопала ресницами, пытаясь добиться от мозга нормального восприятия услышанного. Может, это и к лучшему, потому что моё молчание позволило мужчине продолжить:
— Разумеется, наш семейный статус будет формальным. Это всего лишь вынужденная мера, которая необходима для того, чтобы твою кандидатуру приняли к рассмотрению. Видишь ли... — Далемир замялся и потёр переносицу. — Требования к команде, которую набирают уже шестой месяц, не так просты. Да, в первую очередь это должны быть специалисты высочайшего уровня квалификации, они должны уметь мыслить нестандартно, быстро реагировать на меняющиеся условия и прочее, и прочее. Таких набрали довольно быстро и без особых проблем. Но! После анализа степени психологической совместимости сформированного экипажа, полётный комитет пришёл к выводу, что нужно максимально нивелировать проблемы, связанные с межличностными отношениями. Полёт, несмотря на высокие скорости, предстоит долгий. Поэтому появилось новое условие — все члены экипажа должны быть семейными парами.
Он отвлёкся, бросив короткий взгляд на вошедших в зал людей, и продолжил:
— Именно это условие сломало всё. Оно сразу исключило тех, чьи жены и мужья не имели нужных специальностей, а следовательно, изначально не попали в список и не могли участвовать в полёте. Однако и многие другие, не связанные браком, тоже отказались. По разным причинам личного характера. Так что комплектование экипажа практически шло заново и завершить его оказалось крайне сложно.
Даль сменил позу, вновь складывая руки на столе.
— Сейчас ситуация не самая простая. Через месяц должно начаться обучение, тренировки, предполётная подготовка, а в штате до сих пор есть несколько незакрытых вакансий, на которые не получается подобрать подходящие пары. Нужны ещё два навигатора, оператор связи, специалист по плазменным установкам, гидропоник и... капитан.
Пальцы сжались сильнее, выдавая сложное душевное состояние моего собеседника. Даже в голосе, ранее спокойном и ровном, теперь явно слышалось волнение.
— Я был утверждён ещё в первом списке участников, Ника. Но попасть во второй не могу. И, как бы ни трудно мне было отказываться от этого полёта, я в принципе уже смирился с тем, что придётся остаться на Земле. Видишь, даже решился потратить время на повышение квалификации, приехав на эту конференцию. А встретив тебя, понял, что шанс ещё есть.
Даль прикусил губу, рассматривая моё растерянное лицо, и побарабанил пальцами по столу.
— Да, это неправильно. Согласен. Всё же в требованиях комитета есть разумное зерно. Но почему-то мне кажется, что ты не тот человек, который, едва ступив на борт, начнёт требовать к себе пристального внимания мужской половины экипажа и портить жизнь другим. Ведь тебе и самой досталось. А я обещаю, что наши отношения будут такими, какими ты сама захочешь их видеть. — Далемир прошёлся пальцами по чисто выбритому подбородку, задумчиво кивнул каким-то своим мыслям и закончил: — Это всё. Теперь решение за тобой. Может, этого мало и ты хочешь ещё что-нибудь узнать?
Он сидел и смотрел на меня, а я не знала, что ему ответить.
Мало? Да куда уж больше. И так всё предельно ясно. О каких-то проблемах в наборе экипажа я краем уха слышала — есть у нас любители обсудить текущие сплетни на работе, — но в суть не вникала. Желания покидать родную планету у меня не было и нет. Даже лукавить не буду.
А вот у Даля, похоже, оно есть. И не маленькое. Так можно ли осуждать пилота за попытку вот таким способом получить должность? Если его кандидатуру утвердили изначально, значит, специалист он классный. Уверена, там конкурс на места был не слабый, а он — не единственный претендент. Не слишком этично, конечно, выглядит его попытка сделать карьеру за мой счёт... Но... одно то, что честно и откровенно в этом признался, уже достойно уважения.
И как быть? Вот засада.
Отказаться? Фактически поломаю человеку судьбу, буду потом всю жизнь мучиться от угрызений совести. Согласиться? Ма-а-а-амочки! Там такая ответственность! А вдруг я не справлюсь?!
— Кх-м, — откашлялась. — Даль, а ты уверен, что как навигатор я... — осеклась, увидев насмешливый взгляд. Да, как-то я сглупила, забыв про его участие в моём сегодняшнем экзерсисе.
Надула щёки, натужно выдыхая и растирая ладонями лицо, чтобы начать соображать нормально. Что-то я всё о работе думаю, а вообще-то есть и другой, не менее важный аспект жизнедеятельности. Без которого я и так уже три года обхожусь.
— А длительность полёта какая? — поспешно поинтересовалась.
— Лет пять, может, шесть, — с готовностью откликнулся потенциальный капитан и муж по совместительству.
Ну... Не слишком долго. В принципе, потерпеть можно. Кстати! Меня осенила гениальная мысль. Я улечу, а Ник-то останется! Перестанет меня доставать и вообще исчезнет из моей жизни! Это же замечательно!
Ради такого счастья я была готова на всё. О чём и поставила в известность своего... гм... жениха?
Надо отдать ему должное, среагировал он спокойно. С объятиями ко мне не кинулся, восторженных воплей не издал. И вообще повёл себя предельно корректно.
— Спасибо, Ника, — коротко поблагодарил, почему-то став ещё серьёзнее.

05 сентября 2054г. 10:00 по третьему часовому поясу
Земля. Закрытая зона предполётной подготовки астронавтов «ЗВ-1»
Сектор комплектования экипажа

Военные и засекреченные объекты всегда вызывали у меня стойкое ощущение паники. То ли я не выношу ограничений, то ли дело ещё в чём, но от подобных мест я всегда старалась держаться подальше. Именно поэтому сейчас, преодолев три пропускных пункта и две полосы отчуждения, я чувствовала себя отвратительно.
Из аэромобиля, опустившегося непосредственно перед входом в центр подготовки экипажа, шагнула на каменное покрытие. Следом за облачённой в чёрную форму высокой фигурой пилота зашла внутрь, сдерживая дрожь, невольно пробегающую по телу.
Здание, снаружи совершенно невзрачное и визуально небольшое, внутри оказалось гигантским. Большая часть помещений располагалась под землёй, куда мы спустились на воздушном лифте.
Даль уверенно и довольно быстро вёл меня по коридорам, видимо, не впервой ему тут шастать. Я старалась не отставать. Это же не экскурсия. Будет ещё время всё осмотреть, если... Если меня возьмут.
Неожиданно затормозив, мужчина указал подбородком на ближайшую дверь:
 — Сюда. Тебя ждут.
Ждут. Понятно. Я замешкалась, никак не решаясь открыть и войти.
— Ника, не волнуйся ты так, — мгновенно среагировал Далемир. Прихватил мою ладонь и сжал, словно желая передать свою уверенность. — По-моему, вчера на свадьбе ты меньше нервничала.
— Даль! — Я сделала большие глаза. — Не надо сравнивать! Регистрация брака — это дело минутное и обратимое. А тут... — вздохнула. — Ладно. Давай.
Открыв дверь, муж чуть заметно подтолкнул меня внутрь. Кстати, правильно сделал — ноги решительно отказывались идти самостоятельно. Я шагнула и... остановилась.
— Документы! — немедленно отреагировал на моё вторжение внушительный субъект свирепой наружности, преградивший путь и одаривший меня таким взглядом, словно я шпион и террорист в одном лице. И вообще пришла сюда с самыми подрывными намерениями.
Хорошо, что требуемое давным-давно находилось у меня в руках, оставалось лишь протянуть. Хищные пальцы мгновенно сцапали тонкую пластинку. Даль в неё вчера весь вечер вносил нужную информацию, пока я знакомилась с его квартирой. Миленькой такой. Небольшой, но очень уютной. В которой мне и ночевать пришлось, потому как утром нам нужно было вставать совсем рано, чтобы успеть на базу к назначенному времени.
Утопив карту в гнездо считывающего устройства, подозрительно настроенный тип тщательно изучил появившуюся световую индикацию, дождался, когда аппарат выплюнет свою добычу обратно, и вернул мне документ.
— ID! — последовало новое распоряжение.
Я послушно приложила запястье к датчику, чтобы тот смог считать мой код. Только убедившись в полном совпадении данных, охранник позволил мне пройти дальше.
Через минуту я уже сидела в кресле небольшого кабинета перед лицом уверенной в себе особи женского пола, лет этак сорока.
— Милочка... — Пробежав заинтересованным взглядом по моему лицу, дама развернула ко мне голоэкран. — Это ваши изыскания?
Я всмотрелась в изображение. Э-м-м... Это же тот самый двухфазовый переход, столь успешно протестированный позавчера Далем на семинаре.
— Верно, — кивнула, надеясь, что мой «шедевр» не послужит поводом для отказа.
Незнакомка приподняла светлую бровь, возвращая экран к себе.
— Любопытно. Кто вам подсказал возможность такого решения?
— Никто, — я даже растерялась от подобного предположения.
Женщина поджала губы, на мгновение задумалась, непроизвольным жестом поправляя упавшую на лоб золотистую прядь волос, и продолжила допрос:
— Вы когда-нибудь прокладывали маршевый курс для кораблей класса «PV»?
— Нет, — я ответила честно. — Только для «N» во время учебной практики и «OК» на основной работе.
Внеся пометки в карту, блондинка протянула её мне.
— В шестой кабинет, пожалуйста, — распорядилась и улыбнулась... сочувственно?
Именно так. Следующие пять часов превратились в пытку. Меня, как мячик, отфутболивали от одного проверяющего специалиста к другому. Психологические тесты. Считывание физиологических показателей. Медицинский осмотр. Анализы. Уровень физической подготовки. Снова медосмотр...
Я вывалилась обратно в коридор совершенно ошалевшая, голодная и безумно злая. Вот оно мне было надо?
— Ника! — окликнул меня Даль, как по волшебству появившийся рядом. Подхватил под руку, увлекая куда-то.
Хм... Он тут дежурил всё это время?
— Нет, что ты! — засмеялся муж, потому что от вопроса вслух я не удержалась. — Просто знал, когда всё закончится.
— И что теперь? — осторожно поинтересовалась.
— Пообедаем, отдохнёшь, — Далемир с готовностью ввёл меня в курс имеющихся планов. — Через два часа узнаем, какое приняли решение.
— Быстро...
Я основательно удивилась подобной оперативности, с интересом осматривая помещение, в которое мы попали. Длинный стол в центре, за ним люди, активно поглощающие продуктовые запасы. Ясно. Столовая.
— А смысл тянуть? — рассудительно заметил мой спутник. Усадил меня на свободный стул и опустился на соседний. — Уверен, итоги тестирования и анализы данных по состоянию организма уже готовы. Куда дольше будут дискутировать сами члены комиссии. Ты что будешь есть? — Он активировал меню и развернул его ко мне.
Я ткнула пальцем в стандартный обед и, бросив взгляд в сторону, убедилась, что с выбором не ошиблась. Большинство представителей местного населения дегустировало именно его.
Даль тоже не стал изобретать велосипед, поддержав компанию. Через минуту мы уже забыли о том, что можно разговаривать, занятые совершенно иным процессом.
— Далемир! — разрушило медитативную атмосферу изумлённо-радостное восклицание. — Какими судьбами! Рад тебя видеть!
Появившийся в поле зрения темноволосый мужчина в сером комбинезоне, бесцеремонно хлопнул по плечу моего мужа, поднявшегося ему навстречу. Симпатичный, с короткой стрижкой и насмешливым прищуром карих глаз.
— Привет, — аналогичным жестом сопроводил свой ответ Даль. — Руслан, — представил брюнета. И меня ему: — Моя жена, Доминика.
— Жена? — Новый знакомый подарил мне заинтересованный взгляд. Любопытствующий, но не наглый. Скорее, оценивающий. — Специальность? — лаконично поинтересовался. И получил столь же краткий ответ:
— Навигатор.
— Навига-а-атор? — безмерно изумился Руслан. Его взгляд стал ещё более пристальным. Впрочем, уже через секунду мужчина развернулся к опустившемуся на стул Далю и присел рядом. — Поздравляю, дружище!
— Рано, — пожал плечами муж. — Решение ещё не принято.
— Утвердят, куда денутся, — беспечно отмахнулся Руслан, присматриваясь к перечню блюд в меню. — Можно подумать, у них большой выбор... Слушай! У нас тут такие дела творятся! Помнишь Олега? Того самого пилота из резерва...
Убедившись, что у мужчин свои интересы и мне в разговоре можно не участвовать, я перестала вникать в беседу, возвращаясь к прерванному процессу обеда. Вот только мысли мои были далеки от того, что именно попадает в рот.
Жена...
Было бы логично, кабы Даль говорил об этом буднично и равнодушно, но он произносит так, словно фиктивности в моём статусе для него не существует! Я даже на вчерашней церемонии не почувствовала неискренности в его словах, когда он регистратору отвечал. И букет Далемир предусмотрительно приготовил, и настоял на том, чтобы я белое платье выбрала, и даже праздничный ужин заказал. А когда колечко на палец одевал, так смотрел! Как будто запоминал. Про поцелуй лучше вообще промолчать. Нет, нельзя молчать! Потому что я бы поняла простое лёгкое прикосновение, ну как тогда, на террасе, когда я в невменяемом состоянии была. Но по-настоящему целовать меня зачем?!
Может, актёрские данные у него на высоте и он элементарно вживается в роль? Работает на публику, так сказать, чтоб сомнений не возникло? Всё же свидетели были рядом. Ведь потом, дома, мужчина не позволил себе никаких двусмысленных намёков, взглядов и прикосновений. Всё очень корректно, ненавязчиво, предельно вежливо, с лёгким налётом отстранённости...
Вздрогнула от неожиданного ощущения мужских пальцев на запястье.
— Прости. Я тебя напугал? — Даль немедленно убрал руку.
— Нет, просто задумалась, — я отрицательно мотнула головой. — Твой друг ушёл? — Только сейчас заметила отсутствие Руслана.
— Умчался как ужаленный, — хмыкнул муж и, распознав недоумение на моём лице, пояснил: — Он на корабле — координатор, ему по должности положено нести новости в массы.
Даль протянул мне личную регистрационную карту, которую я осторожно забрала из его пальцев. Присмотрелась к последней активной записи, постепенно проникаясь осознанием того, что с обещанием насчёт двух часов кто-то явно перестраховался.
«Далемир Маркович Коваль, дата рождения 12.05.2019 г., капитан корабля класса «ZV» с 05.09.2054 г.»
Бросила взгляд на свою, окончательно убеждаясь в отсутствии возможности повернуть назад.
«Доминика Андреевна Коваль, дата рождения 09.09.2026 г., навигатор корабля класса «ZV» с 05.09.2054 г.»

Изображение смазалось и исчезло. Звук сместился в ультразвуковой диапазон, неприятным визгом ударив по барабанным перепонкам. Ирилика вздрогнула, испуганно осматриваясь, и лишь потом сообразила — это всего лишь сбой в записи. Тот самый повреждённый фрагмент, который не смогла восстановить программа.
Остановив воспроизведение, девушка прижала руку к груди, успокаивая лихорадочно забившееся сердечко. Слишком уж глубоко она погрузилась в чужие воспоминания и теперь медленно приходила в себя, возвращаясь в реальность.
Ну, бабушка! Нет, не так. Ну, дедушка! Не ожидала. Как, оказывается, интригующе и необычно начинались их отношения! Казалось бы, в спокойных условиях они попали в такой бурный водоворот событий! Невероятных. Невозможных. И от этого ещё более завораживающих.
А ещё безумно интригующих. Потому что на момент начала воспоминаний, по подсчётам Лики, бабушке должно было быть двенадцать лет! А реально оказалось двадцать восемь. Да и года рождений обоих родственников не совпадали с теми, которые были указаны в их регистрационных картах. Возникал резонный вопрос: куда исчезли шестнадцать лет жизни и почему об этом никто и никогда не упоминал?
Теперь Ирилике хотелось разобраться во всём ещё сильнее. И ещё более захватывающими и будоражащими воображение становились уже просмотренные фрагменты.
Несколько минут покоя, и девушка потянулась, разминая уставшие мышцы. Отыскала взглядом информационную панель, непроизвольно ахнув. Пять часов непрерывного просмотра практически на одном дыхании! И даже без перекусов!
Желудок, сообразивший, что о нём вспомнили, немедленно возмутился, решительно протестуя против подобного ущемления прав. Лика предпочла с ним не спорить и, продолжая обдумывать увиденное, принялась за бутерброды и сок.

ГЛАВА 2
Все совершают ошибки

Получасовой перерыв прошёл в ощутимом нетерпении. Как? Как именно развернутся события дальше? Лика даже пожалела, что бабушка не вела дневник ежедневно, делая упор исключительно на отдельных, важных событиях. С её точки зрения. Впрочем, живое, образное описание происходящего с лихвой это компенсировало. Лишь бы не помешало понять, что именно происходило в испорченном кусочке записи!
Вздохнув, девушка вывела юнит из режима ожидания, запустила продолжение просмотра, и уже через секунду забыла о том, что вокруг неё далекое-далёкое прошлое...

12 мая 2055г. 07:00 по третьему часовому поясу
Земля. Закрытая зона предполётной подготовки астронавтов «ЗВ-1»
Жилой сектор экипажа. Блок №15

Тихий, едва слышный писк вынудил меня открыть глаза, ну и проснуться заодно. Я рефлекторно сдавила пальцами браслет коммуникации, заставляя будильник замолчать, и зевнула, с трудом подавляя в себе желание вновь сомкнуть веки, чтобы провалиться в сон.
Несколько минут просто лежала, бездумно созерцая поверхность потолка, подсвеченную неярким, меняющим цветовую палитру светом, и тихо радовалась тому, что вчера с боем, но выцарапала у Клементины выходной.
— Доминика! — возмущённо шипела эта светловолосая стерва, окончательно измучившая своими «эффективными» методиками подготовки и меня, и Глеба — моего напарника-навигатора. — Твои замечательные умственные способности и невероятное интуитивное понимание ситуации не дают гарантии того, что в полёте их окажется достаточно! О каком отдыхе может идти речь? Ты в план занятий давно заглядывала? — Она сунула мне под нос экран планшета, испещрённый мелкими строчками. — Если завтра прогуляешь, придётся увеличить время на подготовку в другие дни, чтобы это скомпенсировать!
Я согласилась, прекрасно понимая, что отрабатывать действительно необходимо. Очень уж велик объём той информации, которую нужно изучить, понять, запомнить, отработать, научиться применять, определять вероятность ошибок... Одна работа с навигационными картами чего стоит! Про специфику прокладки полётных маршрутов с учётом применения плазменных двигателей можно и не упоминать.
Сколько мы уже в обучении? Семь месяцев? Кошмар. А ведь осталось ещё столько же!
К тому же мои прямые должностные обязанности — это далеко не весь перечень того, что включено в расписание предполётной подготовки. Техническое оснащение корабля, его конструкционные особенности, специфика защиты экипажа — раз. Корабельный устав, правила поведения в условиях погружения в подпространственный контур, последовательность действий и оказание первой помощи при авариях — два. Основы выживания в экстремальных условиях, физнагрузка, тренировки по рукопашному бою, владение оружием — три.
Насчёт первых двух, согласна. Важно. Но последнее! Мне лично совершенно непонятно, где именно эти навыки понадобятся! Приземляться на планеты «Звёздный ветер» не может из-за собственных габаритов. Нам даже стартовать придётся с дальней орбиты, где его и собирают. И вообще, полётная программа не предусматривает вхождения в планетные системы. Минимальное расстояние до звёзд, которое мы обязаны соблюдать, — десять световых лет. Наша главная задача — тестирование нового типа двигателя в реальных условиях свободного космического пространства, а не проведение исследований!
Правда, оспаривать учебную программу, утверждённую решением полётного комитета, себе дороже. Потому и личного времени ни у кого из нас практически не остаётся.
Ой! Спохватилась, сообразив, что медлю я совершенно напрасно. И если Даль сейчас проснётся и встанет раньше меня, то сюрприза уже не получится! А я так хотела капитана хоть немного порадовать, ему ведь тоже несладко приходится — обучающий курс на его должности ещё более интенсивный. Это только на первый взгляд кажется, что такого особенного? Отдавай всем распоряжения, и ладно. Ан нет. Корабль и специфику полёта он должен знать едва ли не лучше всех нас, вместе взятых, так что расслабляться бедолаге не позволяют. Он даже иногда ночует непонятно где! А сегодня у него день рождения, как-никак. И кто устроит человеку праздник, если не я?
Стараясь действовать максимально тихо (всё же у нас смежные комнаты), сползла с кровати, отыскивая тапочки и одежду. Вытащила из шкафа припрятанную там коробку с печеньем. Сладости не простые, кстати. С предсказаниями. Чего мне стоило их раздобыть! Сейчас вспомню... Обещания Руслану показать, как работает навигационная система корабля, в обмен на доступ к «левому» выходу в инет. Диву даюсь, откуда у этого типа такие связи! Дальше. Подкупа охранника на КПП, чтобы забрал у курьера заказ. Тут мне просто повезло: в их точке общепита произошло что-то чрезвычайное, и он обедал в нашей столовой. Деньги на этом шаге у меня почти закончились. Ну и шантажа уборщика служебных помещений, чтобы протащил эту контрабанду в наш сектор. Хи-хи-хи! Застукала его с Клементиной! Хорошо, что та меня не видела, а то из состава экипажа я вылетела бы моментально. У этой дамы муж — один из членов полётного комитета. Бр-р-р!
Так. Хватит наслаждаться собственной предприимчивостью! Я просунула руку чуть глубже, нащупывая ещё одну коробочку. Поменьше. С подарком. Надеюсь, угадала и Далю понравится. Ведь понять, какие мысли роятся в голове у этого мужчины, мне крайне сложно даже сейчас, несмотря на то, что мы уже столько времени провели вместе. Бок о бок, так сказать. Вот только ближе друг к другу, чем в начале нашего брака, не стали.
Я разочарована? Нет. А с чего? Он сам сказал: «Наш семейный статус будет формальным». Так с какой радости я должна была рассчитывать на что-то иное? К тому же это не означает, что мы не можем быть хорошими друзьями. Верно?
Вздохнула, закрыла створки шкафа и отправилась в гостиную. Кого я обманываю? Саму себя?
По пути автоматически перевернула и отодвинула к стене ботинок, валяющийся посреди коридора кверху подошвой. По всей видимости, вчера Даль пришёл совсем вымотанный, раз не заметил подобного безобразия. Обычно небрежности в обращении с вещами за ним не водилось. Первое время меня это очень удивляло. За годы, проведённые с Никитой, я привыкла к вездесущему присутствию мелких (да и крупных, впрочем) предметов мужского гардероба везде. Он ухитрялся оставлять их даже в гигиеническом модуле, где до стиралки полшага!
Я сложила презенты на стол, практически не глядя активируя бытовой юнит. Выбрала в настройках подходящие обои для стен. Полюбовалась появившимися голубоватыми приятными оттенками пейзажа кораллового рифа, шныряющими рыбами, ветвистыми кустиками кораллов и принялась за сервировку.
Надеюсь, мой сюрприз будет выглядеть достаточно необычно. Во-первых, наличие съестного в жилых блоках запрещено. Чай, кофе, сок — это пожалуйста. А вот за всем остальным — будьте добры, пожалуйте в столовую! Во-вторых, даже разрешёнными напитками мы баловали себя не так часто, разве что в редкие, относительно свободные вечера. А уж чтоб в другое время, так это совсем нереально. В-третьих...
— Ника? Ты чем занята?
Удивлённый, совсем хриплый со сна голос доказал, что кое-кто моей активности с утра пораньше не понял.
Эх! Всё же я его разбудила! Развернулась, одаривая мужа улыбкой.
— Доброе утро, Даль. С днём рождения!
— Спасибо... — опешил, кажется. В глазах никакой радости, только растерянность. Странно. Я что, первая девушка в его жизни, кто утром поздравляет? Остальные делали это ночью в постели? И я не вписалась в стереотип?
— Это тебе.
В попытке нивелировать полученный эффект, я протянула ему коробочку.
Теперь во взгляде ещё и недоверие промелькнуло. Что-то я не то сделала. Точно. Но отступать — поздно. Старательно удерживая на лице невозмутимое выражение, я ждала шага в мою сторону. Ну а что ещё мне оставалось?
Даль остановился совсем рядом, осторожно забрал из моих пальцев маленький предмет, несколько секунд вертел в руках и наконец снял крышку, чтобы достать подарок.
— Ты... Это... — его словарный запас, по всей видимости, тоже закончился. — Зачем? — наконец родилось что-то более понятное. — Это же семейная реликвия. Верно?
— Ну да. — Я пожала плечами, забирая из мужских пальцев серебристый браслет и надевая ему на запястье. — Только у неё уже слишком долго нет хозяина. Не могу же я носить мужскую вещь? А тебе будет в самый раз.
Отступила, любуясь. Массивный циферблат старинных, водонепроницаемых и противоударных часов, если я правильно называю — «советских» времён, рядом с изящным изгибом плотно прилегающего к коже современного коммуникатора. Класс!
— Уговорила, приму.
Наконец-то на лице хоть что-то позитивное появилось. Впрочем, испортить мне настроение Далю всё же удалось. Всего одной фразой. Вернее, двумя:
— Но только во временное пользование. Верну, как только попросишь.
Он издевается? Контролировать лицо я перестала и отвернулась, чтобы муж не этого не заметил.
— Садись, я тебе кофе сделаю
— Может, лучше в столовую? — как-то обречённо поинтересовался голос за спиной.
Ага, щас. Я что, для этого столько «преступлений» совершала? Хватит с меня обломов. Будем хитрить.
— Да никаких проблем, Даль. Если торопишься, иди, — откликнулась, придав интонациям самый нейтральный оттенок. — Мне сегодня на занятия только после обеда, я останусь.
Тишина.
Я принципиально не оглядывалась, колдуя над напитком, чтобы дать мужчине время решить, как именно поступить. Обидеть меня и уйти? Или пожертвовать собой и остаться?
— Мне двойной сделай, если не трудно, — решение он принял быстро. Я даже не успела свою чашку наполнить.
Сделаю, куда ж денусь. Пара минут, и уже вернулась к столу, отметив про себя задумчиво-мрачное выражение лица именинника. Такое ощущение, что вчера с ним произошло нечто неприятное. Может, реально не во мне и подарках дело, а в чём-то ином? Вот только приставать к нему с вопросами нужно аккуратно и в подходящий момент.
Именно поэтому я неторопливо вскрыла упаковку с печеньем и высыпала покрытые сахарной пудрой шарики на тарелку. Даже улыбнулась про себя. Даль ещё не знает, какие в них сюрпризы!
Если он и удивился наличию чего-то более существенного, чем кофе, то виду не подал, продолжая сверлить взглядом очередного морского обитателя, плавающего на стене. Его рука как-то совершенно автоматически потянулась, чтобы взять угощение и утащить в рот. Откусил. Предупредить его о том, что этого делать, в общем-то, не стоит и лучше разламывать, я не успела.
Содержимое печенюшки предупредительно пискнуло довольно противным, возмущённым взвизгом. Реагируя на звук, Даль наконец соизволил обратить внимание на то, что именно удерживает в пальцах.
К его чести, надо сказать, ругаться он не стал. Покосился на коварный продукт, бросил взгляд на коробку, где по краю вились сложные иероглифы, и даже улыбнулся, покачав головой. Догадался, похоже, потому что немедленно изменил тактику обращения со съестным. Аккуратно вытащил начинку и сдавил пальцами, активируя маленький приборчик.
В воздух выстрелила струя сжатого воздуха, а в нём заплясал крошечный зелёный лазерный луч, выписывая фразу прямо перед лицом мужчины. С моего ракурса буквы чуть искажались, но смысл я уловила легко.
«Искомое обретёшь тогда, когда его же и потеряешь».
Хм... Как-то непонятно. И зловеще.
Наверное, у Даля мысли были похожие, потому что он снова задумался.
— А сколько там пророчеств? — Он снова взглянул на коробку.
— Три.
Мне смотреть не понадобилось. Я же знала, какой объём заказывала. Можно было выбрать и большее число, разумеется, но мне даже эти обошлись в кругленькую сумму.
Именинник решительно вытащил из оставшейся кучки ещё два шарика, протянув один из них мне.
— Не хочу делать это один. Мы же в любом случае пара, — пояснил он свои действия. — Пусть и предсказание будет на двоих. Согласна?
— Хорошо, — приняла я его предложение, хоть и неожиданное. Не думала, что он на это решится. Парные прорицания вещь коварная, их очень трудно трактовать.
Разноцветные проекции приборов сложились, формируя сложное переплетение фраз.
«Случайности в твоей судьбе зависят от других» — красная.
«Лишишься всего, если не сможешь переступить через самого себя» — синяя.
О как.
Ну, первое, вероятно, предназначается моей персоне. Хотя перспектива зависимости меня совсем не радует, ну да ладно. Переживу. И так уже сейчас моя жизнь фактически мне не принадлежит. А вот от каких моральных принципов должен будет отступить Даль? И почему?
Поймала быстрый взгляд, брошенный на меня, но обсуждения не последовало. Вместо этого мужчина отправил «скорлупки» в рот и запил кофе.
— Где ты взяла печенье? — Он словно только сейчас вспомнил о запрете.
— Тебе лучше не знать. — Я вздохнула, всё ещё под впечатлением от пророчеств.
Брови Даля удивлённо приподнялись, рот приоткрылся для очередного вопроса, и я даже испугалась, потому как врать не хотелось, а говорить правду чревато. Спас сигнал коммуникатора, который бесцеремонно потребовал к себе самого пристального внимания.
— Слушаю, — немедленно отреагировал муж, касаясь запястья. Функцию голопроекции он не включил, да и звук шёл прямо ему в наушник, так что мне оставалось только догадываться о том, кто именно его вызвал и зачем.
Выслушав абонента, Даль снова помрачнел.
— Я помню, — коротко бросил, покосившись на меня.
Я ему мешаю? Почему тогда не ушёл? Встала, чтобы убрать опустевшие чашки со стола, заодно складывая невостребованные пирожные в коробку. Нужно будет спрятать подальше, а потом не забыть доесть. Даже жаль, что они дезактивированы. Честно? Меня эти самые предсказания несколько разочаровали. Ничего конкретного! Может, тот, кому они предназначались, понял больше?
— Ника... — Закончив разговор, мужчина поднялся, оказываясь рядом. — Спасибо за приятное утро, это было очень необычно, но... — он вздохнул, — мне нужно идти.
— Да, конечно.
Благодарность, пусть и в такой минимальной форме, но всё же высказанная, быстро примирила меня с отсутствием именинника в дальнейшем. Однако исчезать загадочно ведущий себя субъект не спешил, продолжая стоять, опираясь бедром на стол и этим вновь возрождая мои подозрения. Его молчание тоже спокойствию не способствовало.
— Даль, что-то случилось? — спросила я, не выдержав напряжения.
Внимательный взгляд и чуть заметно прикушенная губа, словно он никак не может решить — отвечать мне на вопрос или деликатно скрыть информацию.
— Даль! — окликнула раздражённо. Его нерешительность начала меня нервировать. Он считает, что я не в состоянии нормально воспринимать неприятные известия?
Сработало. Рот открылся, но узнать мне так ничего и не удалось. Ещё один вызов прервал капитана на полуслове, а после разговора он уже не медлил.
— Через два часа общий сбор, — поставил меня в известность и исчез за дверью.

12 мая 2055г. 10:00 по третьему часовому поясу
Земля. Закрытая зона предполётной подготовки астронавтов «ЗВ-1»
Сектор подготовки экипажа. Зал совещаний

Об отдыхе я и думать забыла. Ну и заодно отказалась от попыток понять поведение мужа. Так или иначе, всё прояснится совсем скоро. Вот и оказалась в назначенном месте задолго до назначенного срока.
Нетерпеливой оказалась не только я. Как минимум половина экипажа уже давно заняла свои кресла и тихо переговаривалась, чтобы не мешать сидящим отдельной группой членам полётного комитета. Пока их в наличии было только двое, но лица довольные и какие-то хищно-напряжённые. Из чего я моментально сделала вывод: ожидать плохих известий глупо. Что же тогда так напрягало Даля?
— Ну как? Сюрприз удался? — заговорщическим шёпотом поинтересовался подошедший ко мне со спины мужчина. — Угодила своему ненаглядному?
— Вполне, — подтвердила я, стараясь не рассмеяться. Мы же для всех — влюблённая парочка. — Руслан, а что происходит?
— Экипаж укомплектовали полностью, — с готовностью поделился новостями референт. — Теперь многое изменится... Денис, подожди! — окликнул вошедшего молодого человека. — Извини, Ника. — Руслан сменил местоположение, ну и собеседника заодно.
Любопытно. Значит, с проблемой, которую не удавалось ликвидировать столько времени, справились? Отлично. Я даже обрадовалась, потому что на корабле должно быть три навигатора, а сейчас только двое. Как говорится: «Нашего полку прибыло». Надеюсь, что это будет девушка, общаться с Глебом, честно говоря, несколько утомительно.
Ещё немного, и вся команда в сборе. Полётный комитет тоже собрался, но в минимальной комплектации, по всей видимости, у остальных более важные дела. Даль сидел среди них спокойный, сосредоточенный, вот только в мою сторону даже не смотрел. Раньше я за ним такого не замечала.
— Давайте начнём, Далемир Маркович, — распорядился седовласый генерал, потирая ладони, и внимательно осмотрел присутствующих. Он у нас — главный по тарелочкам... процессу подготовки.
Капитан кивнул. Поднялся с кресла и убрал руки за спину. Качнулся на носках, рассматривая что-то или кого-то позади сидящих. Оглядываться я не рискнула, тем более никто из присутствующих даже не пошевелился, да и лицо мужа было совсем невозмутимым.
— Приветствую всех собравшихся, — начал он. — Думаю, вы уже в курсе появления среди нас новых членов экипажа. — Взгляд капитана по-прежнему оставался прикованным к последним рядам. — Милена Загорская, навигатор.
Я невольно вздрогнула. Неужели подружка не шутила, когда заявила мне о своём желании? И добилась своего? Тогда вопрос. Кто же тот несчастный, которого она для этого окрутила? Фамилию девушка не сменила, видимо, выйдя замуж, решила оставить свою.
— Никита Орлов, оператор связи, — словно прочитав мои мысли, ответил Даль.
На несколько секунд мой мозг впал в ступор, лишь какие-то обрывочные, суматошные, несвязные соображения проносились в сознании, доказывая, что мыслительная деятельность не утрачена окончательно.
Никита тоже летит. Зачем ему это? Никогда не замечала за своим бывшим женихом тяги к приключениям. Получается, что он ради этого вернулся и предложил мне выйти за него замуж? Однако... Но Ник и Мила? Бред. Эти двое даже не были знакомы! А теперь женаты. Тоже фиктивно? Зато эффективно и с гарантией попадания на корабль. А Даль, наверное, ещё вчера об этом узнал. Или сегодня, когда ему позвонили? И не сказал! Р-р-р!
Злость на мужа, который вполне мог бы меня предупредить и избавить от потрясения, мгновенно привела меня в адекватное состояние. Я ему день рождения устроила, а он!..
А он продолжал говорить, излагая новые планы комитета:
— В связи с тем, что состав экипажа корабля теперь полный, в предполётной подготовке планируются значительные изменения. Во-первых, через три дня мы покидаем центр специализации и перемещаемся на орбитальную станцию. Соответственно, от теории переходим к практике. А именно — к освоению самого корабля и систем, находящихся в вашем ведении. Это не касается только новоприбывших и тех, кто принят в экипаж менее двух месяцев назад. Вы остаётесь на Земле, и ваше появление на орбите зависит от скорости и результативности усвоения необходимой вам программы обучения.
Пара секунд молчания, чтобы дать присутствующим возможность оценить услышанное, и продолжение:
— Во-вторых, полётным комитетом принято решение изменить дату старта. «Звёздный ветер» отправится в полёт на два месяца раньше планируемого срока. Для нас это означает ощутимое сокращение объёма времени на тестирование и приведение корабельных систем в рабочее состояние. Таким образом, — подвёл своеобразный итог Далемир, — первостепенной задачей для каждого теперь становится выявление конструкционных и технологических дефектов, которые могли бы послужить причиной срыва полёта и возможных аварийных ситуаций. Вопросы?
Внимательный взгляд капитана пробежался по рядам.
— Значьит, специальизация фактически прекращается? — подал голос Ченг, едва заметно искажая слова. Он и его жена — китайцы. Они, как и ещё двенадцать представителей других стран, были включены в состав экипажа в рамках международного соглашения о приоритете государств-организаторов полёта.
— Нет, — категорично отверг предположение Даль. — Ваше время будет распланировано таким образом, чтобы его хватало и на работу, и на обучение, и на отдых.
Возражений не последовало, новых вопросов тоже. За сим нас поблагодарили за внимание, сказали ещё пару напутственных слов (это уже генерал расстарался) и отпустили с миром.
На всякий случай я подождала, пока народ разбредётся. Готовой к встрече, ну и, соответственно, общению с Милой и Ником, я себя не чувствовала. Позже — пожалуйста. Но не сейчас.
В итоге через пять минут осталась в зале одна. Почти. Даль, который одним из первых исчез вместе с непосредственным начальством, неожиданно заявился обратно и присел со мной рядом.
— Я хотел тебе сказать утром, но... — рванул с места в карьер, наверное чувствуя свою вину. — Не смог. Ты так старалась сделать мне приятное... — Муж побарабанил пальцами по подлокотнику. — Мне безумно не хотелось видеть тебя расстроенной. Не сердись, ладно?
Его рука соскользнула с гладкой поверхности, накрывая мои стиснутые в замок пальцы. Аккуратненько так. Приятно.
Его честность и прямоту я оценила, но делать вид, что всё в порядке, не стала.
— Ладно. Не буду, — пожала плечами и заглянула в серьёзные глаза. — Только, знаешь, Даль, в следующий раз, если случится нечто подобное, лучше скажи сразу, чем вот так. Всем будет проще. Правда.
— Хорошо, — с явным облегчением согласился муж. Чуть улыбнулся даже. Руку убрал. От спинки отлепился. И стало понятно, что извинения закончились и сейчас он снова от меня сбежит. А я ещё не всё прояснила!
— Подожди! — Мои пальцы вцепились в ускользающее запястье. — Мне нужно кое-что узнать. Ты же видел их досье? Орлова и Загорской. Верно? — Дождалась, когда взгляд капитана вернётся ко мне, и продолжила: — Давно они в браке?
— Четыре месяца. — Густые брови сошлись к переносице.
Я вспомнила, что Даль притащил меня на комиссию на следующий день после свадьбы, и удивилась. Если оба так сильно хотели попасть на корабль, почему медлили? Может, реально влюбились, поженились, а потом только сообразили, что это шанс на полёт?
— А заявку на участие подали только сейчас? — продолжила расспрашивать я, не обращая внимания на нарастающее недовольство.
— Нет, сразу же. И даже комиссию прошли. — Капитан хмурился всё сильнее.
Ага. Значит, меркантильный расчёт был на первом месте. Но тогда получается...
— Ты об этом тоже знал?! — до меня внезапно дошло, что, возможно, он скрывал вероятное участие Никиты в полёте несколько дольше, чем с момента вчерашней ночи.
— Знал, — нехотя подтвердил Далемир. — И даже предложил комитету не торопиться с утверждением. Тем более квалификация Милены оказалась недостаточно высокой. Так что их кандидатуры оставили в резерве и только вчера закрыли вакансии, потому что оттягивать решение дольше уже нельзя. Времени совсем не остаётся. Возможно, если бы не смещение сроков старта, мы бы нашли другие варианты, но увы.
Я задумчиво покивала, понимая, что обвинять Даля, в общем-то, не в чем. Он и так сделал всё, что было в его силах и возможностях.
— Ника... — Капитан осторожно отцепил мои пальцы от рукава своего комбинезона, но не отпустил, продолжая удерживать в своих. — Я же понимаю, что твоё согласие стать моей женой было в большей степени продиктовано именно желанием избежать общения с Никитой, — продемонстрировал он чудеса дедукции. — Но тебе и не придётся с ним тесно взаимодействовать. У вас разные сферы работы. К тому же не думаю, что он будет настолько глуп, чтобы нарываться на конфликт. Ты же со мной, а я тебя в обиду не дам. Зачем ему неприятности? — добавил Далемир с усмешкой. Сжал кисть чуть сильнее, потянул на себя и слегка обнял за плечи.
— Надеюсь, что ты прав, — осторожно ответила, прислушиваясь к ощущениям, которые рождались в ответ на его прикосновения.
Физическое взаимодействие между нами — явление крайне редкое. Пожалуй, только на свадьбе я была к нему ближе, чем сейчас, а в остальное время подобного типа общения Даль упорно избегал. А сегодня вдруг такая необычная активность! И я бы однозначно солгала, если бы сказала, что она мне неприятна. Очень даже наоборот.
И это плохо. Почему? Да хотя бы потому, что романтические отношения в нашем браке не предусматривались изначально. Даль ни о чём подобном даже не заикнулся, когда предлагал мне эту авантюру, значит, и планов соответствующих не имел. Уверена, считай он иначе — не стал бы скрывать.
Так что нельзя мне идти на поводу физиологии, если не хочу остаться второй раз с разбитым сердцем. А ведь капитан мне нравится. Намного больше, чем Ник, когда мы с ним только начали встречаться. И прояви этот мужчина к моей персоне настоящий интерес, у меня бы не было сомнений в том, как именно себя с ним вести. По крайней мере, отталкивать его я бы не стала. Точно.
Хватит! Остановила саму себя, осознав, что ни к чему хорошему такие мысли не приведут. Кстати!
— А если Никита догадается, что мы... — замолчала, зная, что Даль всё равно поймёт.
Ответа получить не успела.
— Кх-м! — деликатно кашлянул кто-то за нашими спинами. В зоне видимости появился Руслан, демонстративно прикрывающий ладонью глаза и бочком пробирающийся к месту, где сидел во время летучки. — Простите, капитан, что помешал. Я забыл свой планшет! Уже ухожу! — Он схватил искомый предмет с сиденья и столь же поспешно ретировался обратно.
— Вот видишь, никто ни о чём не догадается, — засмеялся муж, проследив за его бегством. Встал с кресла, поднимая и меня заодно. — Тебе совершенно не о чем переживать. Идём. Работать теперь придётся ещё больше.

16 мая 2055г. 10:00 по седьмому часовому поясу
Земля. Региональный космодром «Амурский», стартовый комплекс №4
Транспортный шаттл «Южный»

Солнышко светило, ослепляя бликами, отражающимися от хромированных поверхностей кораблей и окон зданий стартового комплекса. Свежий ветерок ласково трепал волосы, спутывая и игриво забрасывая их на лицо. Воздух, нагретый тёмным покрытием площадки, бил в ноздри запахом раскалённого экопласта. А я, с чётким ощущением нереальности происходящего, поднималась по трапу следом за идущим впереди Далем.
Я волновалась. Несмотря на то, что предстоял нам всего лишь перелёт на орбиту. Совершенно безопасный и короткий. К тому же мои спутники, идущие рядом, воспринимали происходящее как нечто само собой разумеющееся и рядовое. Перебрасывались фразами о неожиданно возникших проблемах в коммуникационной системе, смеялись над какими-то профессиональными шутками. И ни слова о предстоящем полёте.
С другой стороны, чему удивляться? Даль — субъект привычный к таким «путешествиям». Сколько часов налетал? Мне столько и не снилось. Да и остальные, как я поняла, ранее имели некоторый опыт пребывания в стратосфере, хотя бы на уровне кратких полётов на аэростатах. Получается, что это только я человек весьма далёкий от столь экзотичного способа перемещений. Диспетчерская работа не в счёт.
— Сядешь вместе со всеми в салоне? Или со мной в кабине? — Неожиданно развернувшись, муж приостановил наше продвижение внутрь корабля.
— Лучше с тобой, — быстро решила я. Сомнений не возникло, с ним будет спокойнее.
Не пожалела.
Даль, указав мне на одно из кресел, не раздумывая опустился во второе и въехал на нём в полукруглое углубление консоли управления. Это означало, что выводить шаттл на орбиту он будет сам. Лично.
Его поступок меня не сильно удивил. Скорее, заинтриговал. Всё же я думала, что капитан полетит как пассажир. В экипаже «Звёздного ветра» шесть пилотов. Именно поэтому всех, кто был готов к отправке на орбиту, разделили на шесть групп и разместили на шести транспортниках, которые должны выводиться на орбиту нашими пилотами. И взлетать мы все будем по очереди, а появляться на станции — порциями.
Пристегнув ремни безопасности, я осмотрелась. Мне ещё никогда не доводилось видеть такое!
Практически полностью прозрачная, куполообразная кабина, расположенная в верхней части корабля, открывала панорамный вид на весь космопорт. С высоты посадочного модуля здания казались игрушечными, а замершие в ожидании старта транспортники впечатляли своей мощью. Ко всему прочему, наблюдать за действиями пилота оказалось настолько занятно, что даже неприятное, томительное предчувствие грядущих перемен исчезло, уступив место восторженной заинтересованности и восхищению.
— «Дельта», «Южный» к старту готов, — бодро отчитался Даль, активировав систему быстрыми, отработанными до автоматизма движениями.
Я услышала, как аналогично отзываются пилоты остальных шаттлов, дожидаясь разрешения на взлёт, которое последовало практически незамедлительно. Один из кораблей медленно оторвался от площадки и неторопливо скользнул вверх. Минута, и туда же ушёл второй. Третий...
Почувствовав лёгкое дрожание корпуса, я снова занервничала. С замиранием сердца следила за спокойными, уверенными движениями мужских рук, словно чтобы доказать самой себе, что ничего страшного не происходит. А ощутив вжимающее в кресло ускорение и увидев, как ушла вниз земная поверхность, приложила максимум усилий, чтобы не зажмуриться.
Оказывается, я такая трусишка!
Однако за прозрачными стенами царило удивительное спокойствие. Светлая, голубоватая даль медленно темнела, окрашиваясь в багрово-фиолетовые тона. Далёкие, плывущие на линии горизонта облака исчезли и слились с жёлто-зелёным растительным пейзажем. Радужные рефракционные пятна от солнечных лучей вспыхивали перед глазами, когда корабль попадал в призмы холодного воздуха.
Необычно. Захватывающе. Волшебно. Безумно.
— Ника!
Я с трудом оторвалась от созерцания окружающей нас красоты и натолкнулась на смеющийся прищур серых глаз.
— Если ты не расслабишься, то сломаешь кресло! — Далемир одарил меня широкой улыбкой, обнажившей ряд белых зубов.
Сообразив, что он имеет в виду, я разжала сведённые судорогой пальцы, вцепившиеся мёртвой хваткой в подлокотники, и выдохнула. Похоже, я даже забыла, что нужно дышать.
— Неужели ты ещё не бывала на орбите? Даже на экскурсии? — Даль быстро сделал правильный вывод, хотя мы с ним это никогда не обсуждали.
— Не довелось.
Ответив ему, я пожала плечами, присматриваясь к плавному скольжению ладони пилота в объёмно-сенсорной матрице системы управления. Едва заметный наклон, и корабль послушно лёг на новый курс, меняя траекторию вертикального взлёта на касательное скольжение по верхней границе атмосферы. Теперь небо над нами стало совсем тёмным, украшенным яркой россыпью звёзд.
Заметив мою заинтересованность, Далемир повёл руку влево, заставляя шаттл сместиться в сторону и оторваться от летящих рядом кораблей.
— Хочешь попробовать? — предложил он неожиданно, вгоняя меня в основательный ступор.
— Разве можно? — Я округлила глаза, не понимая, как именно я смогу это делать. Без подготовки и инструктажа? Он пошутил?
Не пошутил. Даль только усмехнулся, совершив кучу непонятных телодвижений, в результате которых наверняка изменил настройки, готовя систему к смене управления. Отъехал назад и развернулся, протягивая руку.
— Иди сюда.
Вот честно, я подумала, что он мне уступит своё место. Отстегнув фиксаторы, поднялась, делая шаг... А через секунду оказалась сидящей у него на коленях!
Задохнулась от неожиданности, на уровне подсознания отмечая, как одним движением Даль вернул кресло, в котором нас теперь сидело двое, обратно в окружение мерцающих огней консоли. Левой рукой вжал меня в свой корпус, правой перехватил запястье...
— Ладонь распрями, — отрывисто приказал и завёл кисть в сплетение голографических световых линий. — Пальцы соедини, — продолжил наставления, — мышцы не напрягай и делай только то, что говорю. Готова?
— Да...
Я вообще-то хотела сказать «Даль», чтобы остановить это безумие, но язык отказался выговаривать последний слог, и он меня понял совсем иначе! Мужские пальцы исчезли с запястья, оставляя мои один на один с чуждым для них окружением. Выдёргивать руку я побоялась, замерла, опасаясь даже шевелиться.
Тем временем коварный субъект прошёлся освободившейся рукой по боковой панели, активируя прежние настройки. Я неожиданно ощутила, как кожи коснулось что-то тёплое, сжимающее, словно перчатка, хотя визуально ничего не изменилось и яркость линий оставалась прежней.
— Ровнее, — шевельнул волосы выдох в ухо, от которого я судорожно дёрнулась. Хорошо хоть, руку ухитрилась удержать неподвижной. А в итоге Далемир меня ещё сильнее стиснул, блокируя опасные непроизвольные движения. — Не бойся, я всё контролирую, — прокомментировал произошедшее.
Ага. Меня это должно успокоить?
— Старайся, чтобы средний палец был направлен на курсовой маяк, — убедившись в моей вменяемости, пилот приступил к инструктажу. — Если нарастает отклонение, просто смести руку в нужную сторону. Ясно?
Я кивнула, сосредотачиваясь. Выдерживать прямолинейную траекторию оказалось совсем не сложно. А Даль, решив, что задание можно усложнить, продолжил:
— Ты удерживаешь нужное направление, а я включаю форсаж...
На несколько секунд его рука покинула мою талию, скользнув по панели, и вернулась обратно.
Медленно, словно нехотя, соседние корабли начали отставать, скрываясь позади. А я наконец-то успокоилась окончательно, перестав буравить взглядом красную точку-маячок и обратив взор на плывущую под нашим кораблём голубую планету. Дыхание снова перехватило, в груди возникло непередаваемо щемящее чувство, даже слёзы навернулись на глаза. Боже...
Сколько раз я видела видеозапись Земли из космоса? Да миллион, наверное. И я прекрасно представляла себе эту картинку. Но видеть это в реальности... Рядом... Близко... Понимать, насколько огромна та планета, на которой ты живёшь... Осознавать свою ничтожность по сравнению с массой космического вещества, сжатого силами гравитации... Непередаваемо...
Наслаждаться новыми ощущениями Даль мне не мешал. Молча дожидался, когда я приду в себя, лишь иногда вмешиваясь в управление другой рукой и поправляя мою. Почти минута эйфории от увиденного и...
— Ника, внимание! Впереди спутник! — быстрое предупреждение и напрягшийся корпус, на который я опиралась спиной. — Не дёргайся! — Муж стиснул меня в объятиях, потому что не отреагировать на подобное для меня оказалось крайне сложно. — Видишь слева синюю линию? Медленно отведи большой палец в сторону и смести ладонь горизонтально до касания с ней.
Выполнила приказ, стараясь не торопиться. Корабль послушно ушёл влево, обходя неожиданно возникшее препятствие.
— Молодец. Теперь обратно, — похвалил Даль, торопливо активируя и переключая пока неизвестные мне настройки. Проследил за возвращением на курс и вздохнул, вновь всколыхнув мои волосы потоком воздуха: — Ну всё. Станция уже близко.
На этом моё пилотирование и закончилось. Далемир отключил управляющий модуль и позволил мне убрать руку. Помог подняться и отправил в кресло, напомнив про ремни безопасности. Сам сконцентрировался на управлении, а я... Я пыталась разобраться во всём том, что сейчас произошло, в причинах его поступка, и никак не могла этого сделать. Лавина новых, острых ощущений накрывала с головой, мешая рациональному мышлению, заставляя меня — глупо улыбаться, сердечко — лихорадочно биться, а сознание — вспоминать. Голос за спиной... Сильное тело рядом... Прикосновения...
Наваждение. Глупое и бессмысленное!
Кто б только знал, каких усилий мне стоило привести свой взбунтовавшийся организм в нормальное состояние! Даль, Даль, что же ты творишь?!

09 сентября 2055г. 07:35 по стандарту орбитального времени
Околоземная орбита. Станция «ЗВ-1»
Жилой сектор. Блок №1

Проснулась я от непонятного ощущения, словно кто-то меня толкнул. Открыла глаза, приподнимаясь и убеждаясь, что это всего лишь иллюзия. В комнате, кроме меня, никого не было.
Грустно усмехнулась, покачав сокрушённо головой. Всё по-прежнему. Ничего не меняется. Почему? Да потому, что у отдельно взятых особей женского пола слишком принципиальная жизненная позиция!
А ведь всё могло быть иначе. Совершенно! И самое обидное — осознавать, что я сама виновата в том, что наши с мужем отношения так и не вышли на уровень близких! Хотя всё к этому шло.
Даль, после того самого знаменательного совместного полёта, решил непременно научить меня азам пилотирования. Вот стукнула ему в голову столь экстремальная, авантюрная идея и... И он рьяно взялся за её реализацию. В результате в моём плотном ежедневном графике появились часовые уроки с ним в роли преподавателя.
Я, хоть изначально и не видела смысла в подобной инициативе, возражать не стала. Поняла, что таким образом он просто пытается стать ближе и создаёт для этого условия, стараясь не слишком форсировать события. И меня это устраивало.
Занятия были очень даже... приятные. Первые — серьёзные, соответствующие заявленному статусу. А дальше... Понеслось.
Пронзительные взгляды при встречах. Тяжёлое дыхание за спиной. Двусмысленные приказы, от которых моё сознание зависало в ступоре. Улыбочка, хищная такая, когда я оборачивалась. И руки, периодически оказывающиеся на тех местах, где им, в общем-то, быть совсем не обязательно. А ещё губы, сначала деликатно касающиеся кожи на висках, постепенно наглеющие и наконец бесцеремонно-дерзкие. Он даже на свадьбе целовал меня куда более... целомудренно!
Через три недели жизни по написанному Далем сценарию я осознала, что до постельных сцен осталась максимум пара дней. Ведь то, что раньше делалось исключительно в «рамках учебной программы», постепенно переместилось в домашние условия. И желая мне «спокойной ночи», муж уже весьма неохотно позволял уйти. А потом...
А потом я всё испортила. Потому что забралась туда, куда меня не просили — в личный планшетник Даля, который тот по привычке оставил на столе в гостиной.
Эх... Никогда не лезла в его дела и уж тем более не трогала чужие вещи, а тут не удержалась.
Да, это было глупо. И неэтично. И вообще, крайне опрометчиво. Но в тот момент я думала только о том, что по сути ничего о муже не знаю. У нас не было времени для разговоров по душам. И если он о моей прошлой жизни знал довольно много, потому что я в пьяном угаре с ним откровенничала, то у меня в этом смысле был полный информационный вакуум. А действия подозрительно ведущего себя субъекта (в особенности столь резкие, кардинальные перемены) смущали и вызывали некоторое недоумение. Ждал, ждал столько времени, не совершая никаких телодвижений, а потом, вдруг, р-р-раз! И в наступление. Решительно. Нагло. Нарушая собственное утверждение, что брак наш будет фиктивным.
Подозри-и-ительно!
Вот и утащила я сие техническое устройство с собой. И вместо того, чтобы прилежно тестировать навигационную систему, тупо перебирала папки, отыскивая хоть что-нибудь занимательное, благо доступ к файлам оказался открытым. И ведь нашла на свою голову! Переписку с... девушкой. А ещё её фотку и архив видеозвонков.
Красивая, большеглазая шатенка с длинными волосами и необычайно милым выражением лица. Изящная, стройная, высокая... Я, конечно, тоже не кикимора, но по сравнению с этой Мисс Вселенная ощутила себя серой, невзрачной мышью. Досадно.
Переборов приступ ревности, вчиталась в содержание писем, а потом в видео заглянула. Н-да... Растерялась. И было отчего.
Если коротко...
Малика и Даль жили вместе уже давненько (сколько именно выяснить не удалось). Девушка по профессии — дизайнер, и на корабле, ясное дело, ей должности не нашлось. Впрочем, она оказалась понятливой и отпустила своего возлюбленного в «свободное плавание». Короче, дала ему шанс воплотить мечту в реальность, разрешив фиктивно жениться на... мне. И отношений они не прекратили. Всё то время, пока мы обучались на Земле, на той самой закрытой базе, Даль ухитрялся с ней встречаться! А когда у него это не получалось делать, она ему писала, звонила, обещала, что по возвращению они поженятся, клялась, что любит и дождётся. Вот только за несколько дней до его дня рождения, и, соответственно, нашего старта на орбиту, Малика вдруг заявила, что выходит замуж. Даль, естественно, пытался её отговорить, доказывал, что она совершает ошибку, даже сказал, что готов вернуться к ней прямо сейчас и всё бросить. Абсолютно всё.
Не убедил.
Просмотрела я последний душещипательный фрагмент выяснения отношений, закончившийся окончательным разрывом, и в моей одуревшей от гормональной атаки головушке всё встало на свои места. Даль просто меня использовал, чтобы Малике отомстить. Доказать самому себе, что он может прожить без неё. И задавить обиду.
А я орудием для вендетты быть не желала. Ну вот ни капельки! Потому как понимала, к чему в итоге это приведёт. Переспим мы, и что? Он будет чувствовать себя виноватым, а я — дурой.
Так что пришлось в срочном порядке гасить бурлящий коктейль эмоций, планшет возвращать на место (пока мою сверхлюбознательность не обнаружили) и изобретать стратегию поведения.
Вариант пойти на открытый конфликт (типа, ах ты такой-сякой, я всё о тебе нехорошем знаю) отмела категорически. Как бы я объяснила, откуда у меня взялась такая информация? А подставлять свою шкурку под удар не хотелось. Туда же, то есть в небытие, отправила и идею унизить мужчину банальным отказом. Во-первых, мне с Далем ещё шесть лет жить и работать рядом. Значит, портить отношения не резон. А во-вторых... он мне нравится, несмотря ни на что. И жалости к нему в моей душе гораздо больше, чем злости на его поступок. Да, естественно, ситуация мне неприятна, но причины такого поведения я понимаю. Сама через подобное прошла. Я же, когда узнала про то, что Малика его бросила, сразу себя вспомнила, своё состояние, когда Ник поступил аналогично. Уверена, будь я тогда в фальшивом браке, он стал бы настоящим в тот же день. Это потом пришло какое-то разумное осознание и философское спокойствие, а в тот момент избыток адреналина более чем отрицательно сказывался на умственных способностях.
Сейчас Далю надо просто помочь прийти в нормальное психологическое состояние. Иным способом, нежели тот, который он столь необдуманно выбрал.
На свой страх и риск я попробовала осторожно вывести скрытного типа на откровенный разговор. Может, выговорится и ему станет легче? Ненавязчиво начала выспрашивать о прошлом, чтобы он сам мне всё рассказал. Какое там. Едва я открывала рот, как мне его закрывали самым бесцеремонным образом, не давая продолжить.
Пришлось идти на крайние меры. Практически на преступление. А что оставалось делать?
Пользуясь тем, что на станции есть свободный выход в инет, я создала новый профиль, сделав в одном из магазинов заказ под именем Малики. Открытку смоделировала, как вложение в презент. И время доставки указала, чтобы с гарантией быть в этот момент вместе с капитаном.
Ну и получив «неожиданно» маленькую статуэтку космонавта и поздравительную карточку с двусмысленной подписью: «Я тебе его дарю, девочка», развернула сие подношение прямо перед носом обалдевшего мужчины. Ведь имя заказчика на упаковке говорило само за себя. А подарок явно нёс смысловую нагрузку, которую я и озвучила в форме догадки.
Я рисковала? Ещё как. Ведь Даль мог повести себя непредсказуемо. Например, позвонить Малике и начать выяснять, зачем она это сделала. Морально успокаивало только одно: та стопроцентно будет всё отрицать, а он ей просто не поверит. Но, к счастью, реакция мужа была иной. Увиливать и искать отговорки он не стал. Рассказал. Всё. От и до. Ничего не скрывая, беспристрастно, сухо излагая факты. Первоначальный шок сменился ледяным спокойствием, которое меня основательно напугало. Даль стал чужим и совсем не знакомым.
Поняла, в чём именно дело, только когда услышала: «Прости, Ника, я не должен был скрывать правду. Да и навязывать тебе своё присутствие рядом тоже. Особенно такое близкое, — он помолчал, покусывая губы. — Просто, мне казалось... — начал было, осёкся, но всё же продолжил: — После всего произошедшего ты вправе считать меня основательной сволочью. И принять любое решение относительно нашего будущего. Можешь вернуться на Землю, если не хочешь оставаться со мной».
Вот так. Дёшево и сердито.
Я расстроилась? Да, скрывать не буду. Ведь подсознательно ждала иного признания. При всём разумном объяснении его поступка, не верилось мне в то, что Даль мог тупо мной воспользоваться, и я надеялась на хоть какие-то чувства с его стороны. Увы.
В итоге заверила Далемира в том, что он напрасно беспокоится. Разводиться я не собираюсь, от полёта не отказываюсь, на него не обижаюсь, понимаю, стресс и всё такое... Да и разве могла я поступить иначе? Человеку и так плохо, что ж теперь, добивать его окончательно?
Холодная отстранённость исчезла. Осталась только боль в потемневших серых глазах, всё же скрашенная некоторой долей облегчения, и лёгкая горечь в голосе. А мне досталась благодарность, облачённая в словесную форму.
Во-о-от. Теперь мы с Далем лучшие друзья. Товарищи по несчастью, так сказать. Я этого хотела? Не-е-ет, совсем другого, но... За что боролась, на то и напоролась. Сама виновата и локти кусать поздно...
Вздрогнула от раздавшегося за перегородкой грохота, мгновенно сообразив, что именно меня разбудило. За стеной явно происходило нечто криминальное!
Подскочила, стаскивая с себя футболку и ныряя в привычный комбинезон. Через четыре секунды уже выскакивала в раскрывающийся дверной проём. Эх! Великая вещь — тренировки! Действительно, не зря нас гоняли на занятиях.
Замерла на пороге, разворачиваясь в сторону источника шума, и... отшатнулась назад, влепляясь спиной в металлизированное покрытие. Обхватила руками живот и, медленно сползая по стеночке, осела на пол. Приступы хохота сотрясали тело, и я никак не могла успокоиться.
Картинку я увидела такую, что ни в сказке сказать ни пером описать.
Стерильно чистый камбуз нашего пищевого блока являл собой страшное зрелище. Потолок, пол, стены, все белоснежные поверхности были изукрашены яркими вишнёвыми пятнами. А посреди этого безобразия, в луже непонятной субстанции и ею же заляпанный, стоял высокий шатен в тёмно-синем комбинезоне и повязанном поверх него фартучке. Моём, между прочим! В одной руке у мужчины была крышка, в другой пищевой контейнер, а в глазах — самое что ни на есть растерянное выражение.
— Не двигайся! — задыхаясь, выдавила я, чтобы остановить «пострадавшего», явно намеревающегося перейти к каким-то активным действиям. — Я сейчас.
Размазывая по щекам слёзы, непроизвольно выступившие от смеха, приняла вертикальное положение. Всё ещё судорожно всхлипывая, пробралась через «минное поле» к настенной панели управления (которой неимоверно повезло — пара капель не в счёт) и активировала маленьких роботов-уборщиков.
Столь же осмотрительно, чтобы не испачкаться самой, добралась до замершего в неподвижности горе-повара. Забрала из его рук ненужные теперь предметы и отправила в утилизатор.
— Узнаю, кто поставил на станцию просроченные продукты, — проследив за моими действиями, прорычал Даль, — удавлю собственными руками.
— Да ладно тебе... — Я подошла ближе, примериваясь, как бы поаккуратнее содрать с него одежду и самой остаться чистой. — Варенье часто взрывается, если его хранить в тепле.
Шумное сердитое дыхание над головой, и меня снова разобрал смех.
— А фартучек тебе идёт! — не удержалась-таки от комментария, принимаясь развязывать своевольно присвоенный элемент одежды. — Раздевайся и топай в душ. А то перепачкаешь всё на свете.
— Я лучше прямо так.
Ловко меня обогнув, Даль стартанул в направлении гигиенического блока, оставив в моих руках цветную тряпочку.
Вот гад! Сбежал. И наследил по всему коридору. Теперь везде пол будет липкий! Придётся уборщиков на повторную чистку запускать.
Пока я возилась с мелкими тварями, упрямо не желающими мыть по второму разу участок пола, по которому они уже прошлись однажды, вредитель заявился обратно. За это время он успел привести себя в порядок, комбинезончик сменил, даже волосы высушил. Остановился в проёме, наблюдая за тем, как я пинками загоняю нерадивую технику обратно в нишу.
— Прости, что разбудил. Не ожидал такого! Я тебя с днём рождения хотел поздравить...
Даль развёл руками, а я улыбнулась, потому что уже давно догадалась о причинах столь бурной активности с утра пораньше.
— Успеешь ещё. У тебя весь день впереди. Тебе бутерброды с чем делать?
Я привычно приступила к процессу приготовления завтрака. Станция — это не база со строгим, практически военным режимом и порядком. Тут мы все почти как дома живём.
— Не весь день... Давай я сделаю сам.
Даль поморщился, подбираясь ближе и отодвигая меня в сторону. Я послушно отошла, присаживаясь за стол. Если он что-то для себя решил, спорить бесполезно.
— Что значит «не весь»? — уточнила.
— Мне на Землю лететь через два часа, — с этими словами муж поставил передо мной чашку с чаем, затем ещё одну, аналогичную, для себя. И вернулся к продуктам.
— Ясно. — Я подпёрла кулачком голову, облокачиваясь на жёсткую поверхность. Немного подождала для приличия, вдруг он сам чего ещё скажет. Не дождалась, Даль увлечённо занимался готовкой. — Когда вернёшься? — проявила чисто женское любопытство.
— Через три месяца. — Он водрузил на стол тарелку с кулинарным шедевром.
— Почему так долго? — удивилась я основательно.
— Документы, встречи... — лаконично перечислил капитан, присаживаясь рядом. — Не бери в голову.
Ага. Ему легко говорить. А вдруг он там, на Земле, с Маликой пересечётся? Встретится с ней и, не дай бог, узнает, что статуэтку не она послала... Ой-ой! А у нас только-только отношения выровнялись! Нет, Даль по-прежнему видит во мне только хорошего друга, но ведь и это очень много. К тому же я пока стараюсь его не провоцировать и не демонстрировать то, как именно к нему отношусь. Рано...
— Ника, — мужской голос бесцеремонно выдернул меня из состояния задумчивости. — Я помню, ты говорила, что не любишь носить украшения, но, возможно, сделаешь маленькое исключение...
Муж, как настоящий гипнотизёр, покачал передо мной цепочкой с маленьким кулоном из прозрачного жёлто-зелёного камня. Даже не заметила, как он это достал.
Ну да. Я не любитель побрякушек ни на руках, ни на прочих местах. Обручальное кольцо ещё терплю, оно гладкое и особо не мешает, а вот остальное... Цепочки постоянно рвутся, камни (вернее, их крепления) цепляются за одежду, браслеты не дают нормально работать с коммуникатором, а серёжки путаются в волосах. Одна морока!
— Это хризолит, — между тем продолжил Даль. — Считается, что он приносит удачу.
А вот это мне известно. Как и то, что он помогает обрести уверенность в жизни после приступа разочарования. А ещё вызывает страсть в мужчинах к его обладательнице. В детстве увлекалась минералогией, начиталась. Не то чтобы я верила во все эти мистические свойства, но...
Любопытно, он этот камень выбрал с намёком на что?
— Спасибо, — отказываться не стала, подарок как-никак. Придётся носить.

01 декабря 2055г. 16:20 по стандарту орбитального времени
Околоземная орбита. Станция «ЗВ-1»
Сектор контроля. Отсек слежения за пространством

Я сидела, откинувшись на спинку кресла, перед пультом управления навигационной системой и смотрела в экран, по которому медленно ползла координатная сетка. Ждала, пока телескоп развернётся в нужном направлении. Растирала ноющее запястье. И злилась.
Наверное, я совершенно бездарное в смысле самообороны существо. Потому что за всё то время, что нас обучали этому навыку, я единственная из всей группы, кто до сих пор не в ладах с реакциями собственного тела. И если остальные девушки более или менее справлялись с «нападающими», то в моём случае попытки противостоять грубой мужской силе оказывались гиблым делом.
Так что травмы я получала регулярно, а прогресса не было. Хорошо хоть, это не стало поводом, чтобы исключить меня из состава экипажа. Просто тренер бесился, орал, что учить таких, как я, бесполезно, ну и меня довёл до белого каления, соответственно.
Обидно.
— Готово! — привлёк к себе внимание мужской голос. — Сектор TS в фокусе. Координаты совпали. Начинаем?
— Давай.
Я выкинула неприятные мысли из головы и сосредоточилась на работе. Нам ещё кучу показателей снимать, а время уже поджимает.
Глеб склонился к экрану, пробежав пальцами по панели.
В принципе, то, чем мы сейчас заняты, всего лишь страховка. Перепроверка. Все необходимые для полёта карты уже давно загружены в информационный модуль корабля. Вот только неделю назад с Земли поступило распоряжение сделать новые и сформировать резервный банк данных. А в результате мы тратим время на композиционные съёмки.
— Здесь всё, — отчитался напарник и поинтересовался: — В каком направлении смещаемся?
Я присмотрелась к проекции звёздного неба и штриховкам, покрывающим отработанные секторы, чтобы выбирать оптимальный ход перемещения телескопа.
— Надо по эклиптике пройтись. А то предыдущие карты только частично её закрывают, и полной картины не получается...
— Ника!
Восторженный вопль раздался так неожиданно, что мы с Глебом невольно вздрогнули, синхронно оборачиваясь. Влетевшая в полутёмное помещение невысокая женская фигурка стремительно бросилась ко мне. Я даже сообразить толком ничего не успела, а уже оказалась в её объятиях.
— Задушишь! — просипела, осторожно отстраняя девушку, потерявшую контроль от избытка эмоций. — Ты как здесь оказалась?
— Да мы уже часа два как прилетели! — взбудоражено защебетала Мила, лихорадочно осматриваясь и подтягивая к себе ближайшее кресло. — Разместились, и я сразу побежала тебя искать! Мы же так и не успели поговорить на Земле. Ой, Ника! — Она схватилась за голову. — Я такого натворила! Сама не верю!
— Кх-м... — прерывая её откровения, прокашлялся мой напарник. Скорее всего, понял, что разговор принимает деликатное направление. — Давай на сегодня закончим, а завтра, тогда уже втроём, продолжим. Быстрее получится.
Я кивнула, проводила глазами исчезающую в проёме фигуру Глеба и повернулась к притихшей Миле, только сейчас сообразившей, что мы были заняты.
— Ника, ты на меня злишься? Очень? — Её взгляд стал виноватым.
— На тебя? За что? — подобной постановке вопроса я удивилась. — Твоя личная жизнь — это твоё дело. Я скорее... не понимаю. Ты же всё про Никиту знала. Сколько я тебе рассказывала! Как решилась с ним связаться?
— Он не такой уж и плохой, — насупилась подружка.
— Да ты что?! — Я всплеснула руками. — Могу я узнать, что именно заставило тебя сделать подобный вывод? Только не говори мне, что ты в него влюбилась!
— А что? — Подруга бросила на меня косой взгляд. — Это совсем нереально?
От подобного заявления я, как глупая рыба, увидевшая крючок без червяка, раскрыла рот и забыла закрыть.
— Расслабься, — отмахнулась Мила. — Я пошутила. Мы с ним спим, конечно, нужно же натуральность брака демонстрировать, но я прекрасно понимаю, что если он тебя так легко бросил, значит, и со мной может поступить аналогично. Так что влюбляться не собираюсь. Ника! — Она дёрнула меня за рукав, чтобы вывести из шокового состояния. — Я просто хотела попасть на корабль, а благодаря Никите у меня это получилось.
— Это не он тебе помог, а ты ему! — отдышавшись, я внесла коррективы в логическую цепочку. — Орлову нужна была жена, чтобы его зачислили в команду!
— И что? — Девушка демонстративным жестом упёрлась руками в колени. — Какая разница! И вообще... — Она потрясла головой, словно давно уже всё для себя решила. — Радуйся. Тебя он больше не будет доставать!
— Да, это конечно несомненный плюс, — в этом я с ней согласилась. — Только видеть его рожу мне всё равно будет неприятно. Кстати, — сообразила, что есть возможность поработать детективом, — а ты не в курсе, зачем он так сюда рвался?
— Как это, зачем? — Мила явно не поняла мотивов моего вопроса. — Ты договор, который подписывала, читала?
— Разумеется, — осторожно подтвердила я. Теперь уже в моём мозге упомянутые факты потеряли связь и перестали состыковываться.
— На итоговую сумму вознаграждения смотрела? — сжалилась подружка, видя моё недоумение. — Нику деньги нужны. Он в какую-то махинацию вляпался, других возможностей выкрутиться и достать такие громадные средства у него нет.
О как. Я себе невесть чего навоображала, а тут всё до банального просто. Может, он из-за этого и со мной отношения прекратил?
Добытая информация обрадовала меня неимоверно. Как-то спокойнее стало, легче. А оплата за участие в полёте... Да, она там указана действительно астрономическая. В принципе, после возвращения на Землю, можно считать себя обеспеченным на всю оставшуюся жизнь. Ещё и детям хватит.
— А ты тут как живёшь? — задав вопрос, Милена впилась любопытным взглядом в моё лицо, словно мысли старалась прочесть. — Как капитан Далемир очень даже ничего. — Она кивнула с уважением, впрочем, тут же доказала, что тактом и деликатностью за это время так и не обзавелась: — А как муж, в постели-то он нормальный? Слушай! — Прекрасно зная, что я ей не отвечу, коварно сощурила глаза и озвучила другую мысль: — А ты ведь тоже как-то подозрительно быстро за него выскочила. Колись давай! Чем он тебя зацепил?
— Вариант «влюбилась» тебя не устроит?
Я начала придумывать, как избавиться от нежелательных вопросов, но новоявленный следователь решил не продолжать допроса.
— Ладно, будем считать, что я тебе поверила. Ой, Ника! — Подружка перевела восхищённый взгляд в космическое пространство за прозрачной перегородкой, снова непредсказуемо меняя тему. — Я! И лечу к звёздам! Прямо не верится!
— Ты лучше о том подумай, — спустила я её на грешную Землю, то есть пол орбитальной станции, — что тебе теперь придётся курсовые маршруты рассчитывать. И карты строить.
— Легко! — не купилась на мой суровый тон коллега. — Клементина меня натаскала настолько, что я теперь могу с закрытыми глазами это делать!
С закрытыми? Возможно. Но лучше бы всё же открывала. Нам через пару дней переселяться на корабль и загонять всё в систему. Не дай бог наделать ошибок...

31 декабря 2055г. 23:30 по бортовому времени
Околоземная орбита. Звездолёт «Звёздный ветер»
Жилой сектор, второй уровень. Кают-компания

Стены были украшены разноцветным серпантином, к потолку мирно прилипли наполненные гелием воздушные шарики, несколько сдвинутых вместе столов ломились от изобилия блюд и напитков, приглушённое освещение разрывалось яркими цветовыми всполохами, а громкая ритмичная музыка била по барабанным перепонкам.
В широком, почти во всю боковую стену проёме иллюминатора, закрытом прозрачным трипслатом5, на фоне звёздного неба медленно плыла огромная голубая планета. И если бы не она, можно было бы представить себя на Земле, в каком-нибудь питейном заведении, где весело проводящие время посетители с нетерпением ждут, когда же пробьют куранты, чтобы звоном бокалов встретить наступление нового года.
Да. Этого контингента здесь хватало. Весь экипаж в полном составе. Даже те, кто, по идее, должен быть на вахте, сегодня бездельничали, благо корабль находился под защитой орбитальной станции.
Понимая, что для всех это последний праздник, который можно отмечать, не заботясь о безопасности и не думая о проблемах, готовых свалиться на летящий в космическом пространстве корабль, Даль закрыл на творящееся безобразие глаза и даже сам активно поддержал жизнерадостную компанию. Статус капитана ему в этом не помешал.
Я тоже не осталась в стороне, поскольку практически со всей командой давным-давно сдружилась. Существовало, конечно, несколько личностей, с которыми мне пока не удалось найти общий язык, но это, скорее всего, потому, что прилетели они недавно, а по долгу службы у нас не было общих тем для общения. Дополнял эту категорию ещё один субъект, с которым я упорно не желала пересекаться. Даже на летучках садилась от него подальше.
Так что, демонстративно не обращая внимания на косые взгляды Ника, сейчас я вместе со всеми дружно пела новогодние песни, хохотала над застольными шутками, танцевала с Далем, поздравляла тех, кто оказывался рядом, когда звучали тосты... Правда, о коварной реакции собственного организма на спиртное старалась не забывать. Поэтому максимум, который себе позволяла — шампанское. Однако и этот напиток сказался на восприятии окружающего мира. Мне было весело.
Когда энтузиазм развлекающихся медленно начал угасать, Руслан проявил инициативу: взял контроль над праздником в свои руки и заявил, что теперь (сделал страшно загадочное лицо) мы будем играть в фанты!
У меня, как на грех, никаких мелких вещей, кроме той самой подаренной цепочки, при себе не оказалось. Пришлось пожертвовать украшение в общую копилку. Даль, между прочим, тоже совершенно спокойно расстался с моими часами, так что я выкинула этический аспект вопроса из головы.
Дальше события разворачивались занимательно. За спиной участника ведущий вытаскивал принадлежащую кому-то вещь и просил назначить фант. Мы умирали со смеху, наблюдая, как Мила кормит с ложечки Ченга. Прятались от его жены — Нинг, методично отыскивающей тех, кого она ещё не поцеловала. Подбадривали Глеба, поедающего лимон. Старательно подавляли улыбки, слушая, как Даша (это наш любимый медик) объясняет, почему она сегодня не надела нижнее бельё...
Нику досталось с завязанными глазами найти свою пару, и он педантично подошёл к этому вопросу, перещупав всех с ног до головы и узнав Милу только с третьей попытки. Может, кому-то это и показалось смешным, только не мне. Я с трудом сдерживала себя, когда руки моего бывшего тщательно изучали волосы, плечи, ну и некоторые другие части тела, под тем благовидным предлогом, что «вот тут что-то очень похожее...». Издевался? Сомневаюсь, что меня можно перепутать с Миленой. У нас немного разные... пропорции.
Успокаивало только одно — Далю его поведение не понравилось. Наблюдал он за процессом с ничего хорошего не обещающим прищуром и без малейшего намёка на улыбку. Неужели это ревность? Или просто собственнические инстинкты? Я ведь жена как-никак. Или просто следил, опасаясь, что Никита может сделать какую-нибудь гадость?
Когда осталось всего пять фантов, я безумно радовалась, что следующим оказался не мой. Отжимался от пола сам капитан. Под одобрительные возгласы, аплодисменты и дружный счёт хором. На «пятьдесят» Даль, легко оттолкнувшись, принял вертикальное положение. Он, похоже, даже не запыхался.
Мой кулончик появился на свет самым последним. Это моё классическое везение сыграло свою роль, наверное. И выпало мне двадцать минут быть зеркалом, копируя мимику и движения тех, кто пожелает в меня посмотреться.
Что ж делать? Терять украшение я не хотела. Пришлось встать к стеночке.
Волна желающих полюбоваться на себя любимых схлынула минут через пять. Веселье продолжалось, кто-то танцевал, кто-то вернулся к столам...
— Можешь сбежать, — разрешил Даль, осторожно зайдя сбоку, чтобы мне не пришлось его имитировать. — Всё равно уже никто не смотрит.
— Да ладно, постою. Осталось совсем немного, — ответила я. Не хотелось нарушать правила.
А ещё через минуту, видимо убедившись, что капитан перестал контролировать процесс и исчез из зоны видимости, передо мной возник Никита. Улыбнулся, наблюдая, как я принуждённо отвечаю ему тем же. Склонился ближе, вынуждая и меня податься навстречу.
— Я же предупреждал, — прошептал практически в губы, впиваясь пронзительным взглядом в глаза. — Просил не делать глупостей. А ты не послушалась. Теперь у тебя будут проблемы. И я вряд ли смогу помочь. — Он вздохнул, покачав головой.
— Свали, а? — прошептала в ответ. Я же зеркало, имею право. — Мне твоя помощь не нужна. А если появятся проблемы, так у меня муж есть. Он их и решит.
Ник поморщился. Отстранился, бросив быстрый взгляд в сторону, и вновь вернулся глазами ко мне.
— Наивная. И самоуверенная. Поймёшь, когда будет поздно.
Ответа дожидаться не стал. Быстро развернулся и ушёл, сливаясь с пестрой толпой и оставляя меня в растерянности.
На что это он намекал?

01 февраля 2056г. 12:00 по бортовому времени
Околоземная орбита. Звездолёт «Звёздный ветер»
Сектор управления, первый уровень

Просторное помещение рубки управления уже больше получаса заполняла практически осязаемая атмосфера всеобщего возбуждения.
Два пилота, сидящие в боковых маневровых креслах, терпеливо ждали приказа на старт. Смешливый оператор связи — Тим, сегодня растерявший всю весёлость, принимал поступающие с Земли сообщения. Аслан как помощник капитана стоял за контрольной консолью, переминаясь с ноги на ногу. Даль, занявший небольшое возвышение в центре рубки, ограждённое хромированными поручнями, совершенно бесстрастно и сосредоточенно отдавал краткие приказы, готовя корабль к полёту. Ну а я, не в силах унять лихорадочной дрожи, мяла пальцы и прислушивалась к монотонному перечислению, доносящемуся из динамика:
— ...подача энергии на второй двигатель начата, разогрев вспомогательного — пять процентов, основного — пятьдесят. Процесс стабилен. Функциональность корабля в норме, сбоев не наблюдается. Фаза два завершена.
— Перейти к фазе три, — немедленно отреагировал капитан. — Запуск навигационных систем.
Хоть я и ожидала этого, всё равно невольно вздрогнула, практически теряясь. Вот только рука автоматически совершила нужное движение, активируя настройки.
— Частотная локация включена, — голос тоже прорезался сам собой. — Сканирование пространства завершится через... — Я оценила скорость стремительно растущей кривой на экране и закончила: — Двадцать минут.
К дальнейшим распоряжениям практически не прислушивалась. Теперь моя задача — следить за показателями и искать активные объекты, которые могут оказаться на пути. Да, предварительные расчёты показывали отсутствие таковых, представляющих для корабля непосредственную опасность, но не гарантировали того, что какой-нибудь шальной метеорит не решит «поприветствовать» нас прямым попаданием. Космос крайне непредсказуем.
Я пробежала глазами по обнаруженным в радиусе восприятия локатора потенциальным угрозам, сопоставляя координаты, угловые скорости и направления движения на предмет пересечения с курсом...
— Помех на траектории не зафиксировано, — сообщила итог.
— Расход энергии в пределах нормы, — тут же добавил кто-то.
— Все системы переведены в рабочий режим, — продолжил уже другой голос.
— Двигатели на расчётной мощности, — известил третий.
— Экипаж на местах, — закончилась перекличка.
— Кэп, готовность полная, — отчитался Аслан.
Заложив руки за спину, Даль качнулся на носках, обратив взор на боковой экран, практически полностью занятый плывущей земной поверхностью.
— «Альфа», — бросил в пространство. — Предстартовая подготовка завершена. Прошу разрешения на старт.
— Принято, «Звёздный ветер», — откликнулся серьёзный мужской голос. — Старт разрешён. Удачного полёта.
— «Гамма», — позвал капитан. — Старт разрешён.
— Подтверждаю, «Звёздный ветер», — ответил диспетчер орбитальной станции. — Фиксирующие захваты убраны. Свободного вам пространства!
— Поехали, ребятки.
Кивнув пилотам, Даль сменил положение тела, вцепляясь в поручни и впиваясь глазами в изображение звёздного неба на панорамном центральном экране. Картинка дрогнула вслед за лёгкой вибрацией и мерным, едва заметным гулом, донёсшимся до рубки управления. На несколько секунд в зоне видимости показался крайний обод околоземного сооружения и тут же исчез. Осторожно разворачиваясь, корабль уходил от станции на безопасное расстояние. А ещё через десять минут диаметр Земли, по-прежнему занимающей боковой экран, стал заметно уменьшаться.
Вот так. Совершенно буднично, невыразительно, без громких криков «ура», разбивания бутылок шампанского о борт и прочих атрибутов, должных сопровождать событие века, мы и уплыли в неизвестность.
Пилоты перебрасывались стандартными фразами, координируя свои действия. Техники следили за функциональными показаниями корабельных систем. Оператор связи медитативно шевелил губами, прослушивая эфир. Я торопливо расширяла зону восприятия локатора — по мере увеличения скорости радиус контроля тоже становился больше. Аслан проверял... не знаю, чего он там проверял, может, просто делал вид, что необычайно занят. А Даль... Даль откровенно скучал.
Присев в кресло, капитан положил ногу на ногу, руки забросил за голову и задумчиво уставился в экран. Между прочим, это его любимая поза, если не требуется принимать каких-то решений.
Подобное поведение могло бы показаться странным. Могло. Кому угодно, но не нам.
Летим мы сейчас в обычном пространстве, на самых простых маршевых планетарных двигателях. Погружение такой махины, как «Звёздный ветер», в подпространственный контур можно производить только на очень высоких скоростях и с полной уверенностью в отсутствии гравитационных искажений, провоцируемых звездой и притяжением планет. Особенно учитывая, что нам придётся проходить в непосредственной близости от некоторых из них. Так что плазменные установки мы пустим в ход только после того, как выйдем за пределы Солнечной системы. Вот тогда на корабле наступит настоящий бедлам и расслабляться будет некогда.
Дело ведь не в том, чтобы запустить двигатель и попасть в заданную точку, а потом вернуться на Землю. Более того, нам даже в принципе не столь важно, где именно корабль окажется в конечном итоге. Нет, домой, конечно, нужно, а вот насчёт остального... Можно выбрать любой подходящий по параметрам сектор пространства, потому что у нас нет задачи исследовать новые миры или вступать в контакт с мифическими инопланетными формами жизни. Мы даже приближаться к планетным системам не будем. Суть всего полёта — тестирование этого самого технического ноу-хау. Выявление конструкционных дефектов и того, как поведёт себя корабль в полётных условиях. А это означает постоянную фиксацию изменений в работе всех систем, отладку, анализ и архивирование информации, бесконечно долгие перелёты в «пустом» межзвёздном пространстве и не менее пятидесяти погружений за пять лет... Беспокойная жизнь капитану и всему экипажу обеспечена.
Но до этого ещё больше трёх месяцев.
Девяносто пять томительных дней и ночей. Шестьдесят вахт. Семьсот шестьдесят часов наблюдений и контроля за траекторией. А ещё несчётное число эмоциональных перегрузок, бесконечных проверок и уточнений курсовых параметров. Всё же расчёты — всего лишь теория. А реальность — вещь непредсказуемая.
Вот вам пример.
— Сектор двадцать восемь, широта восемнадцать, долгота сорок три. Остаточная кометная пыль. Время контакта двадцать три минуты, — предупредила я, получив данные по новому кусочку пространства.
Даль даже не пошевелился. Зато отреагировал второй пилот, изменяя настройки на панели:
— Защитный экран активирован.
Визуально ничего не изменилось. Глубокая чернота космоса продолжала впечатлять своей бездонностью и россыпью звёзд. Впрочем, очень скоро огненными лентами её начали пронзать яркие вспышки микрочастиц, сгорающих при соприкосновении с нашим экранирующим полем.
Любуясь эффектным зрелищем, я отслеживала сближение с потоком, отмечая незначительное смещение. Похоже, что мы его лишь «царапнем» вскользь. Однако снижать уровень защиты я бы не стала даже в этом случае.
Сбросила изменённые данные пилоту, наблюдая за его действиями. Активности не последовало, значит, решение он принял аналогичное. Молодец.
Ну что ж, у нас отличная команда.

20 апреля 2056г. 10:00 по бортовому времени
Звездолёт «Звёздный ветер»
Бытовой сектор, второй уровень

— Ника. Я понимаю, что ты человек ответственный. Хорошо подготовленный. И компетентный в своей области. Но! Ты же не собираешься делать всю работу лично?
Это Даль решил в кои-то веки разнообразить наш семейный досуг и вывел меня на прогулку по коридору, идущему внутри внешнего обода кольца, окружающего осевую, техническую часть корабля. И допрос устроил.
— Ну почему сразу «всю»? — Я невольно поморщилась, чувствуя в его словах определённую долю правды.
— Да потому, что твои нормальные смены растягиваются на неопределённые по длительности, — почувствовав мою неуверенность, Даль пошёл в наступление. — Ты — ведущий навигатор и пытаешься всё держать под контролем, это понятно, но у тебя есть подчинённые. И, раз уж они были допущены к этой работе, значит, могут её выполнять.
Эх. Ну и как ему объяснить? Я в расчётах Милы и Глеба вечно какие-то помарки нахожу. Нет, не криминальные ошибки, в принципе, совершенно безобидные неточности, но сам факт! У меня такое ощущение, что они просто не видят оптимальных решений, тупо следуя рекомендациям и правилам, выдавая стандартные решения. Ну, например. У нас объёма энергии для двигателя только-только на все погружения. Хватает впритирку. А они прокладывают курс по максимуму затрат. Нет бы подумать о том, как экономнее её расходовать! Вдруг что-то непредвиденное случится? Нужно же иметь запас!
Бросила краткий взгляд на размеренно вышагивающего рядом мужчину и этим невольно спровоцировала его на более активные действия, нежели психологическое давление — капитан остановился, грозно посмотрел на меня и развернул за плечи лицом к себе.
— Ты когда последний раз нормально отдыхала? Тренажёрный зал не в счёт! Вот! Даже вспомнить не можешь! — триумфально подвёл итог, после того как я попыталась ответить и рот приоткрыла, а в итоге промолчала. — Как капитан корабля, отвечающий за моральное и физическое состояние членов экипажа, я запрещаю тебе появляться в рубке управления... — Он задумался и выдал: — Две недели.
— Даль! — Я возмутилась до глубины души. — Это нечестно!
— А кто тут говорит о честности? — Меня по-прежнему строго рассматривали стальные глаза. — Скажи спасибо, что я ограничился таким маленьким сроком, потому что, если сложить все твои переработки, то отпуск получится намного длительнее! И вообще, — продолжил нотацию Далемир, — курсовые параметры для первого погружения твоими стараниями уже давно выверены и залиты в систему. До второго ещё два месяца. К тому же, насколько мне известно, и для него расчёты почти завершены. Так что — отдыхать! И спорить со мной не советую.
— И чем мне заниматься?
Я скорчила кислую рожицу, отворачиваясь к боковой стене коридора, до пояса глухой, а выше открывающей впечатляющий вид на космические дали. Приложила ладони к поверхности трипслата, ощущая теплоту и мягкость совершенно прозрачного, но невероятно прочного материала.
Как же жутко — осознавать, что вот там, буквально в двадцати сантиметрах, холодный вакуум и бездонное, невероятное пространство, структуру которого мы ещё до конца так и не понимаем. Знаем, конечно, намного больше, чем люди в начале века. О подпространственных контурах, например. Но меня не покидает ощущение, что есть что-то более глубокое, скрытое, до сих пор остающееся загадкой. Потому что, делая расчёты на погружение, я каждый раз чувствую какую-то неправильность, словно... Ну не знаю... Ныряю в скафандре на пятиметровую глубину, вместо того, чтобы опуститься до полноценных ста! Эх, удастся ли человечеству найти ответ? И доживу ли я до этого момента?
— А ты сама чего хочешь? Как развлекалась, когда отдыхала на Земле? — раздался вопрос. Отвлекая меня от раздумий, Даль прислонился спиной к гладкой поверхности совсем рядом, складывая руки на груди и перекрещивая ноги.
Сердце невольно дрогнуло, потому что смотреть на него, практически готового «вывалиться» за борт, было реально страшно. И осознание того, что это всего лишь иллюзия, не спасало.
— В летнем домике жила. За городом.
Я пожала плечами и убрала руки от иллюминатора, с усилием отводя взгляд.
— И всё? — изумился муж. — Никаких путешествий и туризма? Ни курортов, ни познавательных туров? Что, совсем никогда? — Он растерялся, заметив, как я отрицательно мотаю головой.
— Когда осталась одна, да, — вздохнула. — Только с... — не договорила, проглотив имя.
— Так. Идём.
Даль моментально отлепился от стеночки, схватил меня за руку и решительно направился в неизвестном направлении.
— Куда?
Его стремительности я не поняла, а он своим ответом ещё больше меня запутал.
— Исправлять ситуацию. Мы с тобой уже полтора года как женаты, а ещё никогда и нигде не отдыхали вместе.
— Но ведь ты...
Я даже запнулась на ровном месте от неожиданности. Едва не упала. Даль успел меня поддержать, что, впрочем, не помешало ему продолжить процесс перемещения.
— Будем считать, что я тоже в отпуске. Сейчас корабль выходит на самый спокойный отрезок пути. Уверен, Аслан справится с контролем. В любом случае я же не исчезну. Так что просто составлю тебе компанию.
Всё. Я в ауте. Во-первых, потому, что мне навязали совершенно не нужный сейчас отдых, а у меня в душе какое-то неприятное ощущение, словно зря, вот зря он это делает! Хотя с расчётом курса мы действительно закончили, выверили до мелочей и туда реально уже соваться не стоит. Параметры практически идеальны... Так. Что-то я отвлеклась. Во-вторых! Во-вторых, я в поведении мужа никак не могу разобраться. В плане личных отношений он какой-то совершенно непредсказуемый! Его постоянно бросает из крайности в крайность, и я не в силах найти для объяснения этого факта объективных причин!
В какие-то дни он держится на расстоянии, общается со мной совершенно индифферентно, холодно, словно мы просто соседи. Никаких лишних слов, жестов, действий. Всё лаконично, сухо, по существу возникающих вопросов. В другое время я замечаю пристальные, не слишком приятные взгляды, понять смысл которых крайне сложно. И тогда мне начинает казаться, что он злится на меня за что-то. Проходит ещё немного времени, и Даль возвращается к прежней линии поведения. Более того, начинает позволять себе такие вольности, которые раньше я бы расценила как попытки заигрывания. За талию приобнимет, двусмысленное что-нибудь может сказать и смотрит совсем иначе. Как тогда, на свадьбе. А на следующий день, р-р-раз! И опять ледышка.
Честно? Мне это стало основательно надоедать. Вот и спасалась я, пропадая на работе. А теперь две недели в тесном контакте? Да я ж с ума сойду, если этот тип будет продолжать вести «семейную политику» в том же духе!
Продолжил. Начавшийся вполне мирно и интересно отдых превратился в своеобразный кошмар, потому что каждый день Даль был разным. А иногда его настроение менялось по нескольку раз за сутки. Мне оставалось только терпеливо ждать, пока всё закончится. Спасало то, что время от времени капитана выдёргивали на мостик. Практически ежедневно. И он пропадал на несколько часов. Вот тогда я действительно расслаблялась. Если для этого оставались силы и возможности, конечно.
А! Я же не сказала, как именно решил провести совместный отпуск мой вынужденный спутник жизни! Воплощая идею активного туризма. По кораблю. Не думала, что у него хватит на это фантазии.
Ночевали мы, естественно, в своей каюте, а вот с утра начиналось...
Технический склад. И мы, пробирающиеся через лабиринт хаотического нагромождения гигантских коробок, контейнеров с запчастями. В чём суть? Да в том, что он завязал мне глаза, завёл чёрт знает куда, а потом заставил искать дорогу обратно! Я ему что? Следопыт?
Сектор маршевых двигателей. Почти два километра длиннющего, совершенно прямого туннеля, оснащенного маленькими виетками6. Именно на них гонки мне и устроили. Нет, весело конечно было, но ровно до того момента, пока мы с Далем не ухитрились столкнуться. К счастью, обошлось без жертв. Чего нельзя сказать о повреждениях. Как моральных, так и физических.
Медицинский отсек. Укоряющие глаза Дарьи, зашивающей мне рассечённую кожу на лбу. Это я так неудачно приложилась к панели управления виеткой при ударе.
Центральный сегмент кольца. Практически полное отсутствие искусственной гравитации. Медитативные полёты во сне и наяву.
Отделение распределения энергетических потоков. Хитрое сплетение проводов, среди которых периодически накапливается статическое электричество, возникают микрогрозовые разряды и ионизируется воздух. Волосы потом два дня в порядок невозможно было привести!
Переходная камера. Защищающие от вакуума скафандры и эмоционально ошеломительное путешествие в пустоте вдоль корпуса летящего в неизвестность корабля, беззвучно рассекающего космическое пространство...
А ещё есть на «Звёздном ветре» такая зона, которая называется «Гидропоническое сооружение для поддержания стабильности искусственной экосистемы». Оранжерея, короче. Площадь сего шедевра технической мысли что-то около десяти гектаров, заросших самой разнообразной растительностью. Мало того. Среди зелёного великолепия размещены водные резервуары, фактически имитирующие водоёмы. Даль и туда ухитрился меня загнать, пошутив, что мы на пикник, на природу вышли. Заставил прогуляться на «свежем воздухе» по всему периметру, позагорать под светом ламп, заменяющих растениям солнечное излучение, и даже искупаться. А сам в воду не полез.
Ну вот и докажите мне после всего этого, что он не зар-р-раза!
 
05 мая 2056г. 16:00 по бортовому времени
Звездолёт «Звёздный ветер»
Сектор управления, первый уровень

День Х наступил. Я, кажется, говорила, что спокойная жизнь экипажа на этом закончится? Именно это сейчас и реализуется в полном объёме.
Пошёл уже шестой час, как корабль готовят к первому погружению в подпространство. Не могу сказать точно, что происходит в других секторах, а у нас, в рубке управления, обстановочка ещё та. На нервах все. Хоть и стараются внешне этого никак не демонстрировать.
Даль на пару с Асланом склонились над консолью и что-то тихо обсуждают. Пилоты в молчаливой сосредоточенности удерживают стремительно летящий корабль на основном курсе, поскольку гасить скорость нам нельзя. Техническая группа готовится к запуску двигателя, а я с особой тщательностью в десятый раз просматриваю данные по тому сектору космического пространства, в котором должен оказаться корабль. Меньше всего мне хочется, чтобы такая махина, как «Звёздный ветер», вышла из подпространственного контура в непосредственной близости от какого-либо космического объекта.
В принципе, расстояние для первого перемещения мы выбрали совсем небольшое. Всего пять парсек. По космическим меркам — малю-ю-юсенький шажок. Вот только количество звёзд в заявленном радиусе довольно большое. Как ни крути, а мы в рукаве Галактики. Это не балдж7, конечно, но от этого не легче. Пятьдесят семь систем. И в общей сложности шестьдесят четыре звезды, потому как имеются среди них и двойные. А если учесть, что почти четверть — коричневые карлики, которые обнаруживаются исключительно на близких расстояниях, не превышающих пары-тройки парсек, то вероятность выскочить возле одного из них возрастает в разы. Потому и стартуем мы в направлении минимальной плотности звёзд.
— Сканирование пространства завершено. Можно активировать курсовые параметры, — доложила я, решив-таки, что опасности нет. По крайней мере, гравитационных искажений я не нашла.
Сказала и испугалась. Потому что пути назад уже не было. Успокоила себя тем, что это всего лишь моя дурацкая впечатлительность.
Словно только этих слов и ждали, мужчины выпрямились и разошлись, занимая свои места.
— Начали! — скомандовал Даль, привычно оплетая пальцами поручень.
— Энергия направлена на плазменный двигатель, — отчитался кто-то из техников. — Поток статичный, флуктуаций не наблюдается.
Минута, две, десять. Нервное напряжение росло, а никаких изменений не происходило. И вдруг...
Чернота космоса на экране подёрнулась туманной дымкой, с каждой минутой увеличивающей свою плотность. Яркие точки звёзд погасли, словно утонули в сером мареве. Зато возникли необычные всполохи, похожие на обрывки цветных лент. Разные. Бледные, едва заметные, и яркие, ослепляющие. Стремительные, будто молнии, и медлительные, похожие на выныривающих из глубины змей.
Мы до сих пор не знаем, что это такое. Почему в подпространственных структурах наблюдаются эти непонятные субстанции, и что они из себя представляют. Вот та загадка, которую так хочется решить! Уверена, что видим мы отнюдь не всё. А понимаем и того меньше.
— Опустить щиты! — неожиданно резко скомандовал Даль. Видимо, нагрузка на корпус начала усиливаться.
Картинка на экране мгновенно погасла. Оптические датчики, как и весь корпус, скрылись под мощной бронёй. Единственной, способной нас защитить. Удивительно, но трипслат, так великолепно зарекомендовавший себя в обычном пространстве, не выдерживает того воздействия, которое оказывает на него структура подпространства.
И это вторая проблема, с которой нам приходится считаться. Первая заключается в том, что в подпространственном контуре мы слепы и глухи. Как именно и куда движется корабль, наблюдать мы не можем. Так же, как не можем вмешиваться в работу двигателя или менять направление полёта. Остаётся только надеяться на то, что навигационный маршрут был верен. И ждать.
— Погружение завершено, — спустя два часа хриплый голос пилота разорвал устоявшуюся тишину.
Представляю, как трудно ему пришлось, да и второму пилоту тоже. Это вам не маленький шаттл в контур заводить! Да и сама схема процесса не так проста.
— Проверка защитных систем, — коротко бросил капитан.
— В норме, — послышалось из динамика, — щиты нагрузку держат.
— Всё. — Даль развернулся, окидывая нас уставшим взглядом. Нелегко ему дался этот день. — Через десять дней выходим обратно. На всякий случай снимать щиты будем вручную. И да поможет нам создатель сего...

Изображение резко дёрнулось. На мгновение возникла надпись: «15 мая 2056г. 10:12 по бортовому време...». Смазалась, так и не высветившись до конца. Перед глазами Ирилики сформировалась чернота космоса, испещрённая точками-звёздами, а в ушах возникла мелодия, сопровождающая голос певца:
Галактических недр стрела,
Устремится в теснин кольцо,
Звёздный ветер бросив...
Оборвалась, сменяясь гневным восклицанием:
— Ника! В рубку управления. Быстро!
Калейдоскоп нечётких картинок, словно скорость воспроизведения неожиданно увеличилась и юнит не успевает их отобразить. Неясные звуки, как отражённое эхо с едва различимым:
— ...вы будете находиться под арестом до окончания расследования...

Яркая, практически ослепляющая вспышка заставила Ирилику вздрогнуть и выключить голопроектор. По всей видимости, первая попытка воспроизведения испортила этот фрагмент, хоть программа и посчитала его целым.
Девушка вздохнула. Ей было жаль потерянного кусочка записи. Хотелось посмотреть на произошедшее снова. С иным видением. С пониманием ситуации в целом. Проанализировать. Но, увы. Повторное считывание привело к тому, что юнит окончательно отказался принимать файл.
Прекратив бесплодные попытки, Лика свернула программу, а потом, подумав, отключила технику полностью, справедливо рассудив, что продолжить можно и завтра. Организму нужна не только еда, которая и в этот раз так и осталась нетронутой, но и отдых. Да и физическая нагрузка тоже не помешает.

ГЛАВА 3
Пожиная плоды безрассудства

Новый день и новые впечатления! С замиранием сердца Лика повторила вчерашнюю процедуру подготовки, несмотря на явную бессмысленность сего действа. Ведь, скорее всего, она и сегодня она будет увлечена просмотром настолько, что забудет обо всём. Но так, на всякий случай, для страховки...

15 мая 2056г. 15:00 по бортовому времени
Звездолёт «Звёздный ветер»
Жилой сектор, второй уровень. Отсек изоляции

Пятый час я места себе не находила. Ходила из угла в угол, словно тигр, запертый в клетке. Впрочем, почему «словно»? Я именно в ней и была. И то, что вместо решёток здесь литые стены и привычный трипслатовый иллюминатор, сути не меняло.
В голове произошедшее не укладывалось. Нервная дрожь сотрясало тело. Паника от осознания того, что могло произойти что-то непоправимое и я в этом виновата, так и не отступала. Бог мой! Куда же мы попали?! Что пошло не так?!
Я остановилась, в сотый раз присматриваясь к звёздам за бортом и жалея, что нет возможности сверить их параметры с базой, чтобы прояснить для себя этот вопрос. Я даже у Руслана, который сопровождал меня сюда, так ничего и не спросила, настолько шокирующим оказалось и само обвинение, и то, как именно Даль его озвучил. Почему он повёл себя настолько жёстко? Почему не стал нормально со мной говорить, чтобы всё выяснить? Неужели и для этого у него были какие-то веские основания?
Обернулась на звук открывающейся двери и стиснула пальцы, стараясь держать себя в руках. Только моих истерик сейчас не хватало!
Мрачный Даль закрыл за собой проём, осмотрел помещение и молча указал мне на кресло. Опустился в другое, стоящее напротив, и с минуту буравил меня неприятным, хмурым взглядом, в котором, как молнии, рождались и гасли грозовые вспышки, доказывая, что он изо всех сил сдерживает эмоции, готовые вырваться наружу.
— Что произошло? — не выдержав возникшего между нами напряжения, я рискнула задать вопрос первой.
— Ты меня об этом спрашиваешь? Это ты мне ответь, что произошло.
Глаза капитана сузились до щёлочек, руки судорожно сжались в кулаки, испугав меня ещё больше.
— Я? — задохнулась от изумления и на мгновение даже дар речи потеряла. — Не знаю! Я совершенно не в курсе! Даль! Да объясни нормально! Я уже поняла, что мы вышли не в той точке, где планировалось. Но где? Что именно не так? Я визуально не могу ничего определить! — Кивнула на иллюминатор. — Мы в какой-то планетной системе? Близко к звезде? В чём конкретно проблема?!
— Хорошо, — снизошёл до уступки муж. Не знаю уж, что его убедило: панические нотки в моём голосе или что-то иное. — Мы ещё не определили точные координаты точки выхода. Милена и Глеб над этим работают, но у них возникли некоторые проблемы. Космических объектов рядом нет, а мы находимся в межзвёздном промежутке. Проблема в другом. — Он снова впился в меня пронзительным взглядом. — На это погружение двигатель израсходовал практически весь запас энергии!
Мамочки! До меня моментально дошло, почему капитан в таком состоянии! Корабль неизвестно где, и непонятно, хватит ли энергии для следующего запуска двигателя, чтобы вернуться домой. О продолжении экспедиции и говорить нечего!
— Можно мне посмотреть данные систем по полёту? — выдавила я.
— Зачем? — холодный, презрительный тон никуда не исчез. — Что это изменит? Будешь искать себе оправдания?
— Не буду! Просто хочу понять, почему это произошло! Даль! — Я попыталась пробиться к его разуму, через бурю захвативших эмоций. Каким-то чудом мне удавалось сдерживать слёзы. — Допускаю, что я могла сделать ошибку. Не понимаю, как и где, я же всё перепроверила и не раз. Но изменять курс умышленно?! Специально делать расчёт так, чтобы лишить корабль энергии?! Это же дико! Безумно! Как ты можешь обвинять меня в подобном!
— Безумно?! — Капитан вскочил с кресла, сделав несколько шагов по направлению к иллюминатору. Остановился, разворачиваясь ко мне и скрещивая руки на груди. — По-твоему, я не в состоянии сопоставить события и сделать выводы? Надеюсь, ты помнишь, как неожиданно изменились сроки старта? Думаешь, просто так? Комитет знал, что кто-то пытается саботировать полёт и надеялся тем самым спровоцировать диверсанта на активные действия! Не получилось. Тогда меня вызвали на Землю, чтобы найти возможные зацепки! Мы проверяли всё, что потенциально могло сорвать экспедицию! Техническое оснащение, защитные структуры, персонал, даже сменили программное обеспечение. Именно поэтому вам пришлось составлять новые карты. А оказалось... — Уголки губ презрительно дёрнулись.
— Мне это зачем? — прошептала я, вникая в то, насколько глубоко уходят корни заговора, в который меня втянули.
— Не знаю, — покачал головой муж.
— Даль. — Я собрала все оставшиеся силы, чтобы его убедить. — Если всё так, как ты говоришь, то да, произошедшее действительно очень подозрительно и похоже на диверсию. Но поверь, просто поверь, ни к каким террористическим структурам я отношения не имею. Ни малейшего!
— Я должен тебе верить после того, как ты меня столько раз обманывала? — фыркнул он в ответ.
— Что? — Я совсем растерялась. — О чём ты?
— Ну, хотя бы об этом! — Далемир достал что-то из кармана и бросил мне.
Каким-то чудом я смогла поймать летящий предмет. Сжала в ладонях серебристую фигурку космонавта, начиная осознавать, потому что капитан искривил губы в усмешке.
— Малика ничего тебе не посылала. И теперь я прекрасно понимаю, зачем ты это подстроила. Личные отношения со мной в твои планы не входили. Более того, могли помешать.
— Это не так. Вернее... — я запуталась в словах, не сумев подобрать нужных. Слишком неожиданно всё открылось. — Даль, я просто... пыталась тебе помочь.
— Считаешь, в этом была необходимость? — Его брови удивлённо поползли вверх. — А мои файлы на планшете ты тоже смотрела, чтобы «помочь»?
Я обречённо закрыла глаза, стискивая статуэтку.
— И давно ты знал? — спросила. Терять мне было уже нечего. Он теперь в каждом моём действии, поступке, слове будет видеть злостный умысел.
— Давно. У меня на технике стоит сенсорный распознаватель ID. Он автоматически считывает данные пользователя с его коммуникатора и фиксирует в памяти, но доступ не блокирует. Так что я в тот же день увидел, где именно ты «побывала». Сначала думал, что это случайность, простое женское любопытство. Но теперь...
Договаривать он не стал. Отвернулся к иллюминатору, рассматривая нечто неизведанное в чёрной глубине.
— Прости, — извинилась я, хоть и понимала бесплодность того, что делаю. И попыталась воззвать к нормальной логике ещё раз: — Даль! Ты же сам попросил меня выйти за тебя, чтобы попасть в экспедицию. Если бы я была тем самым шпионом, наверняка было бы наоборот!
— А я до сих пор удивляюсь, как я не раскусил тебя сразу. — Ко мне муж так и не повернулся, лишь сокрушённо покачал головой. — Так умело всё подстроила! Эта «неожиданная» встреча на конференции! Задушевный разговор о бывшем парне, который тебя преследует, чтобы я проникся сочувствием. Оброненное, словно невзначай, заявление о том, что я предложил тебе замужество. Демонстрация своих способностей как навигатора! Ты сделала всё так, что у меня даже сомнений не возникло в твоей искренности. И согласилась, практически не раздумывая...
Отвечать на подобное я уже была не в состоянии. Закрыла руками лицо, кусая губы, чтобы не разрыдаться. Надолго меня не хватило. Через три минуты размазывала солёные потоки, безудержно струящиеся по лицу.
Какое счастье, что Даль решил на этом закончить дискуссию и исчез до того, как моё эмоциональное состояние прорвало плотину сдержанности и затопило окружающее пространство пеленой слёз.
Последний раз я так ревела, когда ушёл Ник. Не сразу, правда. Почти неделю была совершенно спокойна, и это удивляло даже меня саму. Старалась быть сильной, рассудительной, найти разумное объяснение его поступку, разобраться и понять, почему он так поступил, а потом... Паршивое чувство безысходности. Понимание того, что всё в твоей жизни переворачивается с ног на голову. Но самое ужасное — отчаяние, потому что ты не в силах ничего изменить.
Вот и сейчас...

20 мая 2056г. 09:00 по бортовому времени
Звездолёт «Звёздный ветер»
Жилой сектор, второй уровень. Отсек изоляции

Мерное подрагивание корпуса, словно что-то внешнее сотрясает корабль, я почувствовала сразу, потому что сидела на полу и опиралась на сиденье кресла. Прислушалась, распознавая характерные щелчки, хорошо различимые в тишине.
Бог мой! Неужели они снова запускают плазменный двигатель?!
Подскочила и бросилась к иллюминатору, впиваясь взглядом в окружающий нас космос. Движения корабля, если оно и было, естественно, заметить я не могла, но вот начинающую сгущаться сероватую дымку заметила. А уже через минуту неожиданно резко на корпус опустились защитные пластины, скрывая то, что происходит за бортом.
Значит, мы снова ушли в подпространство... Может, мы летим домой? В душе проснулась робкая надежда, что всё оказалось не так плохо. А вдруг Солнечная система осталась в пределах досягаемости и энергии как раз достаточно для краткого погружения? Ох, надеюсь, у Милы и Глеба хватило навыков правильно всё рассчитать...
Оглянулась, реагируя на тихий шелест открывающегося проёма.
— Доброе утро, Руслан, — поприветствовала вошедшего мужчину.
— Привет, — привычно хмуро откликнулся тот. Водрузил на стол поднос с завтраком и отошёл к стене. Прислонился к ней спиной, наблюдая, как я ем, и сложил руки на груди, дожидаясь окончания трапезы.
Мне теперь доводилось общаться только с ним. По всей видимости, на координатора, как самого свободного от каких-либо важных обязанностей, возложили функцию тюремщика, который приносит мне еду. И теперь он был моим единственным источником информации.
— Руслан, зачем мы вошли в подпространство, если у нас почти нет энергии? — рискнула спровоцировать его на разговор.
— Вот именно за ней и отправились. — Он косо взглянул на меня. — Ешь!
Я вздохнула, продолжая кромсать вилкой омлет. Но попыток не оставила.
— Куда отправились?
— А тебе какое дело?
— Послушай... — Я отложила приборы. — Хватит на меня смотреть как на врага народа! Достало! Что такого страшного произойдёт, если я узнаю планы на будущее?
Раздражённо скомкала салфетку, бросая на поднос, и это Руслана впечатлило. Он задумчиво потёр подбородок, скривив лицо, и ответил:
— Мы летим к ближайшей звезде, чтобы развернуть уловители и закачать плазму в накопитель. На это остатков энергии хватит.
Ой. Ощущение неприятностей вернулось тут же. Помахало перед глазами листочком с перечнем возможных проблем, с обеих сторон исписанным мелким почерком, и тугим обручем сдавило грудь.
Идея, наверное, здравая, если нет иных возможностей. Но чтобы её осуществить, придётся подойти к космическому источнику энергии на очень близкое расстояние! Занять правильную орбиту! Удерживать нужную скорость! И тут так много зависит от массы звезды, её диаметра, плотности, спектрального класса, углового вращения, наличия планет... Справится ли Глеб? А Мила? Нас же не готовили к таким расчётам, мы не должны были подходить к звёздам. Я сама только в теории знаю, как это делается. Втроём было бы проще...
Ну, Даль! Чтоб тебя с твоими подозрениями!
Депрессия от несправедливых упрёков за эти дни медленно сошла на нет, сменившись тоже не самым приятным, но куда более спокойным состоянием апатии. Раз я ничего не могу изменить, какой смысл дёргаться и пытаться кому-то что-то доказать? И только иногда в этом безразличии нарастали волны злости на капитана, которые, впрочем, так же быстро и угасали. Как ни крути, а это я не уследила за курсом. Моя ошибка.
Даль в отсеке изоляции больше не появлялся. И я догадываюсь, почему. Во-первых, раз уж рискнул снова загнать корабль в подпространство, значит, сейчас забот у него выше крыши и наверняка ему не до выяснения, кто именно и в чём виноват. А во-вторых... Этот мужчина в некоторые моменты излишне эмоционален, видимо, таков уж у него характер. Может, сейчас он просто поостыл и понял, что ошибся? А прийти и сознаться не решается.
Эх... Это я так себя успокаиваю. Не нужны мне его извинения. И вообще, как бы развестись?.. Должно же это быть предусмотрено? Хотя в этом всё равно нет особого смысла. После моего эффектного ареста экипаж вряд ли удивит отсутствие между нами теплых взаимоотношений. Если они вообще будут, ведь выпускать меня на свободу, похоже, капитан не собирается. Значит, и необходимость имитации семейных уз отпадает сама собой.
Я вдруг поняла, что мои чувства, которые я испытывала к Далю, — симпатия, сочувствие, сопереживание, влечение, — всё это исчезло. Он стал для меня просто капитаном, чужим человеком, с которым я больше не хотела иметь ничего общего.
Какое счастье, что его отношение ко мне аналогично.

30 мая 2056г. 20:10 по бортовому времени
Звездолёт «Звёздный ветер»
Жилой сектор, второй уровень. Отсек изоляции

Вот уже второй день, как корабль вышел из подпространственного контура и теперь летит к звезде. Я, к сожалению, лишена возможности её наблюдать. Даже не представляю себе, как именно она выглядит и насколько далеко мы от неё находимся. Иллюминатор в каюте позволяет видеть только маленький кусочек задней части двигателей и панораму космоса за кормой корабля.
Очень интересную, кстати!
Два шаровидных звёздных скопления, расположенных практически вплотную друг к другу, на фоне туманной полосы, невероятно похожей на Млечный Путь. Только конфигурация совсем иная. Я в догадках терялась, с какой именно точки в пространстве этот рукав Галактики будет виден под таким углом.
Радовало меня лишь одно: проблем во время полёта на этот раз не возникло. По крайней мере, из кратких бесед с Русланом я поняла, что это именно так. Он даже обмолвился, что «вынырнули» мы намного ближе к звезде, чем планировалось. То есть оказались внутри самой планетной системы, потому и достигнем цели намного раньше, чем все думали. Так что теперь надежды возложены на планетарные двигатели, которые должны подвести «Звёздный ветер» к желанному источнику энергии.
К своему одиночеству я привыкла. Вынужденное безделье, а так же ограниченные возможности для развлечений (мне разрешили пользоваться только тем, что было закачено на мой планшет), меня не угнетали, скорее успокаивали. Активности мой организм не жаждал. А может, действительно устал?
Впрочем, расслабилась я совершенно напрасно. Однажды, нарушая моё устоявшееся уединение, в каюте возник Даль. Неожиданностью стало не то, что явился именно он, а сам факт появления кого-либо вообще. Ужин уже был, и я никого не ждала, и поэтому, как обычно, скинув комбинезон, да и всё остальное тоже, вылезла из гигиенического модуля и плюхнулась обсыхать на кровать. А чтобы время даром не пропадало, взялась перелистывать странички звёздного каталога на планшете, пытаясь идентифицировать те самые загадочные скопления.
Похоже, что мою раздетость мужчина заметил не сразу. С ходу преодолел расстояние от двери до середины каюты и только тут затормозил, отступая обратно. Его глаза округлились, мне показалось он покраснел даже. Отвернулся наконец. А я, обалдевшая от происходящего, сообразила, что, вообще-то, в таком виде Даль меня раньше не видел.
Лихорадочно принялась натягивать комплект одежды, ругая себя на чём свет стоит и краем глаза наблюдая за застывшей в неподвижности фигурой.
— Постучать было трудно? — не удержалась от упрёка. Хоть чем-то я могу его уколоть.
— Извини, — бросил капитан через плечо. — Я не подумал, что ты... — замялся, не договорив.
Он не подумал! Класс! А когда этот тип вообще начнёт соображать нормально!
Вслух я этого, естественно, не сказала. Мало мне неприятностей?
— Всё.
Я расправила смятое покрывало и присела на край кровати, отмечая, как осторожно капитан развернулся и бросил в мою сторону краткий взгляд. Опустился в кресло, всё ещё избегая смотреть в глаза. Хм... Это его так мой внешний вид выбил из колеи или ещё что-то случилось?
— Ника... — Даль опёрся согнутой рукой на подлокотник кресла, занимая более удобное положение. Видимо, всё же решился поговорить. Впрочем, последующие слова доказали — своей позиции он не изменил: — Я лично проверил записи полётного архива и системы безопасности. Кроме тебя, никто не получал доступа к расчётам и несанкционированных вхождений в программу не зафиксировано. Все внесённые изменения по времени совпадают с графиками твоих дежурств.
— Ясно.
Я кивнула, хотя для меня это ничего не прояснило. Я до сих пор не могла понять — что именно пошло не так. Эх! Посмотреть бы записи самой...
— Каких-либо внешних воздействий на двигатель, способных изменить его работу, не зафиксировано. Технический сбой тоже исключён. Расстояние, которое в итоге мы преодолели, соответствует объёму затраченной энергии.
— Сколько именно мы прошли? — я наконец задала тот самый, мучивший меня столько времени вопрос.
— Четыре. Тысячи. Парсек, — отчеканил Даль, впиваясь в меня холодным взглядом.
Ступор. Непонимание. Потрясение. В голове полный кавардак. Это невозможно...
— Мы в соседнем рукаве Галактики, Ника, — вдоволь налюбовавшись на мою реакцию, продолжил капитан. — Это очень далеко от Земли. И у нас нет энергии для возвращения. Всё получилось так, как ты хотела. Может, скажешь теперь, зачем тебе было нужно закладывать в систему ложные данные?
— Ты по-прежнему считаешь, что я это сделала специально? — совершенно спокойно спросила, видимо, все эмоции выгорели окончательно.
— Пока меня ничто не убедило в обратном. — Даль пожал плечами. — А фактов, указывающих на твою причастность и виновность, слишком много.
— В таком случае, какой вес будут иметь мои слова? — Я развела руками. — Пустой звук в оправдание? Ты же всё для себя решил.
— Я должен понять, какие у тебя были мотивы, — упёрто не сдался капитан. — Сейчас это важно больше, нежели всё остальное! Это твои личные убеждения? Религиозные? Или политические? Или тебя заставили? Вынудили пойти на преступление? Может, тебя чем-то шантажировали?
— Я не диверсант. — Мне с трудом, но удалось взять себя в руки и погасить волну негодования. — И не самоубийца. И уж стопроцентно не террористка-смертница. И никто меня ни к чему не принуждал. Можешь не верить, это твоё дело.
С минуту Даль молчал, барабаня пальцами по подлокотнику и хмурясь, явно прокручивая что-то в голове.
— Хорошо, — принял он какое-то решение и выпрямился, чуть подавшись корпусом ко мне. — У нас всё равно нет выбора. Ты уже знаешь, — усмехнулся, доказывая свою осведомлённость о сути моих разговоров с Русланом, — что мы совершили ещё одно погружение, чтобы подойти к ближайшей звезде и восполнить запас энергии. Глеб, делая расчёт, сразу предупредил о возможных проблемах — в окрестностях этой звезды есть непонятные гравитационные искривления. Не классические чёрные дыры, но что-то очень близкое по структуре. Они очень маленькие, возникают непредсказуемо, столь же стремительно исчезают и могут создавать искажения траектории при перемещении. Но нам пришлось рискнуть, другие звёзды слишком далеко.
Капитан взъерошил короткие волосы и тяжело вздохнул.
— Так и получилось, — продолжил вводить меня в курс дел. — Корабль вынырнул из продпространства не на границе, а прямо внутри планетной системы. И теперь мы гасим скорость, но... — он замолчал, закусив губу.
— Что-то не так?
Навигатор во мне отодвинул в сторону обиженную личность, встав в боевую стойку. Даль же оттолкнулся от кресла, принимая вертикальное положение и одновременно озвучивая ситуацию:
— Звезда оказалась слишком близко. Милена и Глеб рассчитали нужные параметры эллиптической орбиты, удобной для сбора плазмы, но с нынешней скоростью и траекторией мы не успеваем её занять, а та, на которую выходим, неизбежно приведёт к падению на звезду. Все считают, что единственная возможность сохранить корабль — тормозить с ещё большей интенсивностью и выйти на стационарную круговую орбиту, чтобы получить постоянную «прописку» в этой системе. Но это окончательно лишит нас возможности восполнить запас энергии и улететь. Наше существование на орбите продлится до тех пор, пока это позволяют ресурсы корабля, а через шесть лет «Звёздный ветер» превратится в братскую могилу, о местоположении которой не будет известно никому. Идея посадки на какую-либо планету, а их тут больше восьми, тоже отпадает. Корабль неизбежно получит повреждения и вновь подняться на орбиту не сможет. Шансы на выживание экипажа есть, но вернуться на Землю не сможет никто.
Далемир шагнул ближе и, заняв стратегически удобную позицию напротив меня, заложил руки за спину.
— Я прошу у тебя помощи, — сказал он это абсолютно бесстрастно. — Ты — лучший специалист в навигации, который находится на борту. Возможно, есть то, что не учли ни Мила, ни Глеб, и остаётся шанс спасти и корабль, и экипаж. Я очень хочу надеяться, что сделанные мной выводы в отношении твоих действий ошибочны. Но даже если это не так и ты не та, за кого себя выдаёшь, это уже не важно. Гибель «Звёздного ветра» неизбежна в любом случае. Терять нам всем нечего. Ты согласна?
— Сколько осталось времени?
Я вскочила с кровати, оглядываясь в поисках ботинок. Чёрт! Да куда ж я их зашвырнула-то?! Пригнулась, шаря рукой под силовыми опорами кровати.
— Не больше трёх дней, — прозвучало у меня над головой.
Кошмар! А пораньше меня никак нельзя было привлечь?!

02 июня 2056г. 03:15 по бортовому времени
Звездолёт «Звёздный ветер»
Сектор управления, первый уровень

Гигантский жёлтый шар практически в центре экрана ослеплял своей яркостью. Если бы не защитные свойства трипслата, снижающего интенсивность светового потока, мы бы давно уже ослепли от его неукротимой энергии изливающейся в космос.
— Десять минут до манёвра, — предупредил Олег.
Первый пилот сейчас вёл корабль на сближение с планетой. Массивной, в три раза больше Земли, вращающейся совсем рядом со звездой и имеющей плотную газовую атмосферу из фтористого водорода. Бр-р-р...
Я отставила в сторону очередную опустевшую чашку и закрыла глаза, с усилием растирая веки. Третьи сутки без сна. Кофе уже не помогает, а отключаться ещё рано. Сейчас самый ответственный момент. Если мы его пропустим, второго шанса у нас не будет.
А ведь уже почти получилось!
Никогда бы не подумала, что у меня хватит на это навыков. Вспомнила всё. Что знала в чистой теории и о чём только слышала. Что когда-то применяла для расчётов и то, что не использовала никогда. Сидела, ломая голову над тем, как эффективнее использовать гравитационное притяжение планет для манёвров. Прогоняла на симуляторе результат. Вместе с пилотами следила за возникающими отклонениями и искала причины. Корректировала орбиту, потому что звезда оказалась классической цефеидой и неожиданно для всех начала менять диаметр, раздувая свою фотосферу...
— Мы вошли в коридор! — разорвал тишину голос второго пилота.
На боковом экране появилась и тут же исчезла поверхность планетоида, закрытого кроваво-красным облачным покровом. Передний экран чуть подёрнуло туманной дымкой того же цвета.
Сжав кулаки, я следила за углом поворота, в который входит корабль, попавший в гравитационное поле планеты. Последней, способной помочь нам лечь на нужный курс, и единственной, используя верхние слои атмосферы которой мы рискнули применить аэродинамическое торможение. Просто не было выхода.
Градус, полтора, два. Слишком мало! А скорость падает излишне быстро! Наверное, атмосфера плотнее, чем показал спектральный анализ.
Я лихорадочно вбила в программу цифры, оценивая параметры и отыскивая дополнительные возможности скорректировать траекторию.
— Усиливаем тягу! — бросила пилотам. — Оба маршевых! Десять секунд! На десять процентов! И сброс до нуля!
Вопросов никто не задал. Мы уже давно пришли к негласному соглашению, что мои распоряжения не обсуждаются.
Почти минута в атмосфере — и снова вокруг чистое пространство.
— Вышли, — отчитался второй пилот. — Манёвр завершён.
Я бросила взгляд на показатели. Полградуса отклонения. Приемлемо.
Прошлась ладошкой по вспотевшему лбу и перевела взгляд на замерших в напряжении Даля и Аслана.
— Всё, — озвучила для них. — На орбиту мы вышли. Через сутки достигнем перицентра8. Но на сбор плазмы у вас будет в общей сложности не больше пятнадцати часов.
— Достаточно, — кивнул капитан и взмахом руки отправил помощника к консоли. — На таком близком расстоянии уловители захватят много.
— Тогда начинаем разворачивать каркас? — Аслан пробежался пальцами по панели. — Чтобы осталось только растянуть трипслатовую плёнку.
— Согласен, — кивнул Даль. — Через час собери техническую группу, обсудим, как оптимальнее это сделать. Ещё придётся установить дополнительные предохранители и буферные ёмкости. Всё же шлюзы не рассчитаны на такую нагрузку. Ника... — Он обернулся ко мне. — В ближайшее время параметры звезды не изменятся? Ты говорила, что начался новый цикл пульсациии.
— По данным спектрометра у этой цефеиды периодичность переменности должна быть больше ста суток. Это очень много. — Я даже улыбнулась его сомнениям. — К тому времени, как её фотосферу раздует окончательно, мы успеем уйти.
Перевела взгляд на экран, где застывший в статичной неподвижности жёлтый гигант спектрального класса F, занимающий практически всё открытое взгляду пространство, яростно полыхал обжигающим светом. По сравнению с Солнцем он был реально огромен. Десять солнечных масс. В пятнадцать раз больше по диаметру, во столько же раз ярче и на тысячу градусов горячее.
Слепящий газовый шар неожиданно раздулся, сменив цвет на голубоватый. Яростно ощерился огненными всполохами, словно угрожая нежеланным гостям, посмевшим к нему приблизиться. Выбросил в космос веер протуберанцев, прожигая защиту из трипслата и врываясь яркими, обжигающими, хищными щупальцами солнечной плазмы в рубку...
— Ника... — На моё плечо легла тяжёлая рука.
— А? — Я встрепенулась, открывая глаза. Это что? Я уснуть успела?
— Ты как? — Капитан присмотрелся к моему лицу.
— Нормально. — Отмахнулась, встряхивая головой. Приснится же!
— Можешь идти. — Даль отступил, кивая на выход, где, по всей видимости, давно нетерпеливо переминался Руслан.
Послушно поднялась и, сделав шаг, схватилась рукой за спинку кресла, потому что от резкого движения в глазах потемнело, а звуки заглохли в накатившем шуме.

03 июня 2056г. 09:00 по бортовому времени
Звездолёт «Звёздный ветер»
Жилой сектор, второй уровень

В-вжих!
Это кондиционер сработал, переключая режим.
Тишина.
Тс-с-с...
Ещё что-то техническое включилось, и не факт, что рядом.
Опять тихо.
Проснуться-то я проснулась, а открывать глаза и возвращаться в реальность мне не хотелось. Вот и лежала, прислушиваясь к окружающим звукам и прагматично прикидывая — где именно нахожусь.
Впрочем... О чём я? Судя по тому, кто ждал меня на выходе из рубки, сейчас я там же, где провела все предыдущие дни.
Вздохнула, откидывая одеяло, а рассмотрев окружающую обстановку, замерла, так и не успев опустить ноги на пол. То ли я чего-то не понимаю, то ли Даль в порыве какой-то невероятной благодарности изменил меру пресечения. То есть место.
А может...
Вскочив, я подбежала к двери и торопливо открыла проём. Даже отступила назад от неожиданности, когда тот послушно раскрылся.
Так, так, так. Это что-то новенькое. Когда я в изоляторе сидела, меня не выпускали.
Вернулась в каюту, отыскивая одежду, потому что на мне её не оказалось, а это... Ой! А кто меня раздевал, спрашивается? Даль? Или Руслан? Нет, я понимаю, что спать в комбинезоне нежелательно, но не до такой же степени, чтобы абы кто сдирал его с меня без разрешения! Кому-то очень повезло, что его наглая морда не пострадала, потому как я вымоталась основательно, и мой организм отрубился до состояния бесчувственности.
Радовало одно — фактически я дома. Привычная обстановка, мои вещи, техника. На корабле каждый член экипажа имеет свою собственную, пусть маленькую, но отдельную каюту. Никаких иных помещений, предназначенных для проживания вдвоём, здесь нет. Ну, оно и понятно. Ведь строили «Звёздный ветер» задолго до того, как было принято решение, что команда будет состоять из супружеских пар. И меня это устраивало. Особенно сейчас.
Хотя и в этой бочке мёда была своя ложка дёгтя. Не самая маленькая к тому же. А именно — моё моральное состояние, которое оставляло желать лучшего. Почему? Да потому, что я, пока выводила корабль на нужную орбиту и когда выдавались свободные минутки, пересматривала и проверяла полётный архив, благо доступ к нему не закрыли. А то, что нашла, повергло меня в основательный шок. И когда я поняла, что именно произошло, то даже скрывать не стала, честно доложив всё капитану.
Да, он оказался прав. Все расчёты, заложенные в курсовую программу, были моими. Вот только не теми, которые я готовила на это погружение. Я же за время подготовки к полёту, да и во время него, наваяла около тридцати разных маршрутов. Какие-то реально хотела использовать, какие-то просто так делала, для отработки навыка. Баловалась, одним словом. Так вот. Тот курс, который в итоге оказался в системе и согласно которому ушёл в подпространство «Звёздный ветер», был одним из тех самых, тренировочных. Я искала зависимости между расстоянием, затратами энергии и временем на полёт. Вот и подобрала максимально удалённую точку пространства, достигнуть которой можно быстро и с гарантией того, что на это хватит запасов плазмы. И такой расчёт был у меня не единственным!
Вот поэтому и можно утверждать, что всё же именно я виновата в том, что корабль вместо погружения на четыре парсека переместился на все четыре тысячи.
Только как вместо одного файла с готовыми параметрами ухитрилась загрузить совсем другой, я понять так и не смогла. У них же даже названия были разные! И я прекрасно помню, какой именно выбирала.
Мог кто-нибудь изменить названия файлов или просто перезаписать информацию из одного в другой? Мог. Но ведь несанкционированных входов в систему не было... Короче, я сама запуталась, так и не выяснив всё окончательно. И сделала из всего этого только один и очень простой вывод — как бы мне ни хотелось себя оправдать, а я всё равно виновата. Нужно было быть внимательнее и не держать все расчёты в одном месте!
Поверил мне Даль или посчитал, что я нашла способ, если не оправдаться, то уменьшить степень вины, я не поняла. Мне он ничего не сказал. Кивнул только, выслушав моё признание, задумался и ушёл. А вот теперь я в своей каюте вместо изолятора. Неужели он изменил своё мнение? Вот так легко и просто? После всех обвинений, которые выдвигал? Только потому, что я помогла? И призналась?
Всё ещё продолжая недоумевать, я сходила на камбуз, где с невероятным аппетитом набросилась на свои любимые блюда, приготовленные корабельным автоповаром. Что ни говори, а питаться на рабочем месте, когда каждую минуту ждёшь от окружающего пространства новой подлости, проблематично. Сколько раз я спохватывалась, что так и не съела завтрак (обед, ужин), а мне уже приносили новый! Оставалось только удивляться, как мой организм работал в условиях вынужденной голодовки.
Спустя полчаса я выползла на променад, легкомысленно решив, что прогулка по кораблю тоже не помешает. Ну а как же! Три дня безвылазного сидения на одном месте, а потом ещё тридцать часов в кровати! Нужна физическая нагрузка? Нужна.
Путешествие по коридору жилого сектора, где размещались каюты экипажа, оказалось не из приятных. Косые, неприязненные взгляды встречающихся на пути коллег недвусмысленно свидетельствовали о том, кто я для них сейчас. Преступница, из-за действий которой все могут погибнуть, так и не вернувшись домой. Мне ничего не говорили, не упрекали, на меня просто смотрели. И от этого я чувствовала себя отвратительно.
Попыталась сбежать в ту часть корабля, где вероятность встреч с экипажем стремилась к нулю, но стоило сделать шаг по коридору, ведущему к бытовому сектору, как мой коммуникатор мерзко запищал, наглядно демонстрируя, что благородные порывы я приписала Далю совершенно напрасно. Он мне на него датчик слежения прицепил, с-с-скотина!
— Ника, вернись в каюту! — раздался приказ.
— Да пошёл ты! — пробормотала я в сердцах, пытаясь отодрать намертво прилепившийся к браслету крошечный датчик. Не получилось.
— Я всё слышу, — фыркнул невидимый надсмотрщик. — И не вздумай снять коммуникатор!
Уныло потопала обратно. А уже у самых дверей в свою каюту получила ещё один «приятный» сюрприз.
— Ника, стой!
Сильные руки, схватив за плечи, бесцеремонно меня развернули и привычно впечатали в стену.
Дежавю.
— Тебе чего? — бросила я раздражённо. И так настроения ноль, ещё и этот тип сейчас за старое примется.
— Совсем плохо? — в голосе Ника слышалось неожиданное сочувствие. В глазах тоже плескалось беспокойство. Таким я его последний раз видела, когда у нас всё было замечательно. Тогда он был совсем иным: ласковым, заботливым, нежным... Разве могла я предположить, что настанет время, когда Ник станет мне врагом? На глаза навернулись непрошеные слёзы. Почему мне так не везёт в жизни? Что в личной, что в профессиональной...
Стоп. А что происходит?
Уйдя в воспоминания, я и не заметила, как этот... эта... беспринципный тип, короче, заграбастал меня в охапку, прижав к себе. Осознала, что произошло, только когда уткнулась носом в эластичную тёмно-синюю ткань комбинезона. От непредсказуемости действий бывшего жениха слегка ошалела. Впрочем, быстро пришла в себя, услышав:
— Ника, Ника. Что же ты наделала, глупая? — прошептал он мне в макушку.
— Тоже считаешь, что это я решила всех угробить? — Я рванулась, выпутываясь из цепких рук.
— Да я не об этом, — вздохнул Ник, выпуская меня на свободу. — Он тебя сильно достал?
— Кто? Даль? — Я совсем растерялась. Не ожидала такого разговора.
— А есть варианты? — Никита смотрел на меня с прежним сочувствием.
— Ник... — Я попыталась избежать дальнейшей беседы. — Мои взаимоотношения с капитаном — это мои личные трудности, которые тебя не касаются. Перестань лезть в мою жизнь! Я и без тебя разберусь со своими проблемами! Исчезни, наконец!
— Что б тебя, Ника!
Орлов вспыхнул, едва удержавшись от куда более резких слов. Оглянулся, убеждаясь, что коридор пуст. Столь же стремительно подхватил меня под руку, затаскивая в каюту. Мою.
Дежавю номер два.
— Ты так ничего и не поняла? — Отправив меня в кресло, Никита скрестил руки и прислонился к стене спиной. — Он же банально тебя использует! И я тебя об этом предупреждал!
Окончательно утратив понимание, я с минуту сидела молча, состыковывая факты. Он предупреждал, да. Но, мне казалось, речь шла исключительно о моём отношении к капитану. И уж никак не наоборот.
— Что ты имеешь в виду? — потребовала объяснений.
Вместо ответа Ник поморщился, пройдясь рукой по гладко выбритому подбородку. Ясно. Сказать — сказал, а вот продолжать ему не хочется.
— Хватит молчать! — Устав от вечных секретов, я пошла ва-банк: — Или рассказывай всё, или уходи. И больше не появляйся!
— Хорошо. — Он отлепился от стены и присел напротив. — Только если ты не сумеешь держать полученную информацию при себе, плохо будет всем. Поняла?
Предупреждение меня насторожило. Да и глаза Никиты говорили — он не шутит. Я кивнула, соглашаясь и показывая, что всё останется между нами, отмечая про себя, как подобрался мужчина, став ещё более серьёзным.
— Ника, — заговорил он наконец, — я уже восемь лет работаю в службе разведки и безопасности. Прости, — Ник грустно улыбнулся. — Я и от тебя ушёл именно потому, что понимал — иметь семью, занимаясь подобной деятельностью, нельзя категорически. Сглупил, конечно. Сейчас я однозначно поступил бы иначе, но в тот момент моё решение казалось мне верным.
Орлов провёл рукой по шее, разминая мышцы и откидывая голову чуть назад, словно рассматривая что-то на потолке. Несколько секунд молчания, и он снова заговорил:
— Три года назад мы взяли в разработку информацию о том, что возможны попытки использования проекта «Звёздный ветер» в несколько иных целях, нежели заявленные официально. Ты же знаешь, денег в этот проект вложено больше, чем во все другие вместе взятые за последние десять лет. И тех, кто имел право получить от полёта определённые дивиденды, тоже оказалось немало. Не все члены комитета были согласны с тем, что полёт организуется исключительно для тестирования двигателя. Некоторые считали это напрасной тратой времени и ресурсов, доказывали, что в подобной процедуре, да ещё и столь длительной, нет необходимости, высказываясь за иное направление — исследовательское. И всё же в итоге большинством голосов было принято решение не приближаться к звёздным системам. Как ты понимаешь, это не означало, что остальные с этим смирились.
Мой собеседник бросил на меня пристальный взгляд, словно чтобы убедиться, что я ещё не потерялась в таком объёме информации, и продолжил:
— Наши попытки выйти на тех, кто решил воплотить свои замыслы в реальность и пойти против большинства, ощутимых результатов не дали. Тогда было принято решение внедриться в состав самого экипажа, чтобы иметь возможность контролировать всё изнутри и помешать исполнителю, если он себя проявит. Мы не видели в этом проблемы, моя квалификация позволяла мне претендовать на одно из мест. Вот только появилось новое условие — принимать в команду исключительно супружеские пары. И это основательно спутало наши планы. Вот тогда я и вспомнил о тебе. А чтобы наша встреча со стороны для всех выглядела случайной, тебя пригласили на конференцию. Но ты моих ожиданий не оправдала.
На этом душещипательном моменте его исповеди вся моя сдержанность улетучилась напрочь.
— Не оправдала? А как я, по-твоему, после твоего сногсшибательного ухода и столь же триумфального появления, должна была себя с тобой вести? Броситься на шею и утащить в кровать? И вообще! Неужели так трудно было сразу всё нормально объяснить?
— А ты мне дала возможность это сделать? — не остался в долгу секретный агент. — Вспомни! Это же ты закатила мне в зале для конференций настоящий скандал, заставив отступиться. Потом на весь вечер и ночь исчезла с этим... — Ник проглотил последнее слово. — А в итоге заявила, что выходишь за него замуж!
— Потому что кто-то вёл себя как озабоченный маньяк! — припомнила я ему эмоциональные аспекты нашего взаимодействия в номере отеля.
— Ну, погорячился, да. — Ник поморщился, признав себя виноватым. — Сам от себя не ожидал. Ведь я за эти годы так и не смог окончательно избавиться от своих чувств к тебе. Понимал, что бесперспективно. Старался забыть. И всё равно надеялся. Даже кавалеров твоих «убирал», потому что видеть рядом с тобой других мужчин было невыносимо. Потому и решился на это безумие. Мне казалось, объясню, и ты сможешь меня понять. Простишь. Да, впрочем, что теперь об этом говорить... — Он сокрушённо взмахнул рукой. — Что есть, то есть.
Комментировать его последние слова я не стала. Орлов умеет перевернуть всё так, что начинаешь чувствовать себя виноватой!
— А что не так с Далем? — нарушила молчание, возвращая к тому, с чего мы начали.
— Сначала мне казалось, что у вас с ним всё серьёзно, раз ты очертя голову замуж выскочила. Да и он так рьяно за тебя заступился, когда я попытался прояснить этот вопрос... — Мужская рука снова прошлась по подбородку, задержавшись на губе. — А потом я выяснил, что никаких нежных чувств между вами нет. Ничего сверхъестественного, — засмеялся Орлов, заметив моё недоумение, — просто камеру в твоей каюте поставил. Не смущайся Ника, можно подумать, мы с тобой мало прожили вместе и я тебя раздетой никогда не видел!
Впрочем, Никита быстро стёр улыбку с лица, возвращаясь к изложению:
— Его стремление получить тебя в качестве жены, тем более фиктивной, меня насторожило. Во-первых, это означало, что он, как и я, решил любой ценой попасть в состав экспедиции. А во-вторых, почему именно ты? В принципе, незакрытых должностей оставалось ещё много и он мог выбрать для этого любую другую девушку. А остановился на тебе. Знаешь, почему?
Он побарабанил пальцами по подлокотнику, нервируя меня пристальным взглядом, и с нажимом произнёс:
— Потому что ты — навигатор, Ника. И любые изменения курса, которые произойдут, можно списать на тебя. Ты для него всего лишь средство выполнить порученное задание. Уверен, он пытался тебя соблазнить, верно? — Мой собеседник снова усмехнулся. — Ему было бы легче управлять тобой, если бы вы были любовниками. Но, я так понимаю, ты упёрлась рогами и у капитана ничего не вышло. Вот ты и получила результат. Он тебя элементарно подставил, заменив данные, да ещё и обвинил в диверсии, чтобы больше не мешалась под ногами. В итоге своей цели он добился — мы в иной планетной системе и вольно или невольно, но будем её изучать. Просто так покидать новый неизведанный мир капитан не станет.
Я нервно сглотнула, пытаясь переварить услышанное. Даль — злоумышленник? Не верится. Не может быть.
— Но ведь несанкционированных входов в систему не было, я сама проверяла... — попыталась мужа оправдать.
— Тебе рассказать, как это делается? — Ник посмотрел на меня как на слабоумную. — К тому же он — капитан. У него есть права на использование кодов доступа всех членов экипажа.
— И что теперь? — Анализировать услышанное самостоятельно у меня уже не было сил. Моральных. Слишком велико оказалось потрясение. — Что ты будешь делать? Обвинишь его, выведешь на чистую воду и арестуешь?
— Ну нет! — Орлов категорично отверг саму идею. — Какой смысл? Продолжать экспедицию без капитана — такое же самоубийство как и погружаться на четыре тысячи парсек в неизвестность. Пусть всё идёт своим чередом. Я за это время соберу доказательства, вернёмся, доложу куда следует, и пусть с ним разбираются другие инстанции. А его попытки защититься, списав всё на тебя, теперь не пройдут. Я же знаю, что ты этого не делала. И докажу. Только Ника... — взгляд бывшего стал совсем серьёзным и озабоченным, — прошу, веди себя с ним осторожно. Не вздумай дать понять, что ты что-то знаешь! Капитан запросто может устроить тебе несчастный случай, а я не хочу, чтобы ты пострадала.
Он соскользнул с кресла и одним быстрым движением переместился ближе. Присел рядом, взяв меня за руку, и заглянул в глаза.
— Постарайся быть осторожной. Не провоцируй его. Скажи, что признаёшь свою ошибку. Согласна с тем, что сама перепутала файлы. Он должен быть уверен в успешной реализации своего замысла, тогда не станет причинять тебе вреда. Обещаешь?
Я кивнула, не в силах больше ничего сказать. Тёплые губы на мгновение прижались к коже на моём запястье и исчезли. Как и сам мужчина, скрывшийся за дверью отсека.

03 июня 2056г. 17:20 по бортовому времени
Звездолёт «Звёздный ветер»
Жилой сектор, второй уровень

Глубокое космическое пространство пестрело точками-звёздами, на фоне которых были хорошо заметны огромные, практически прозрачные временные крылья «Звёздного ветра». Слюдянистая поверхность трипслата, медленно исчезала в переплетающихся дугах конструкций, втягивающих его в себя. Ослепительно яркие блики отражённого света бушующей короны звезды, вспыхивали на металлизированных «ножках», складывающихся в суставных сочленениях, словно лапки паучка...
Корабль готовился к новому перелёту после полной загрузки аккумуляторов, а я сидела у иллюминатора, созерцая, как сворачиваются плазменные уловители, и размышляла на тему: верить душещипательному повествованию моего бывшего или нет. С одной стороны, как-то слишком гладко и складно всё получается. Ник весь такой хороший и хочет как лучше, даже шпионом для этого заделался и своей свободой вынужденно пожертвовал — на Миле женился, чтобы в состав команды попасть, ведь я такая несговорчивая оказалась! Но самое подозрительное заключалось в том, с какой настойчивостью Никита добивался моего согласия принять вину на себя! Да, он объяснил свои мотивы, однако, при всём моём негативном отношении к Далю, в сознании не укладывалось, что капитан способен причинить мне вред. Не тот у него характер. Накричать, наверное, сможет, если довести, но чтобы убить... Сомневаюсь. Тогда кого Никита выгораживает? Самого себя? Милу? Глеба? Кого-то ещё?
У меня не выходила из головы странная подмена файлов. Даль, не Даль, но ведь кто-то это сделал! Кто?!
С другой стороны, есть вероятность, что Ник, на свой страх и риск, сказал правду. Ведь многие вещи его рассказ реально объясняет. Нелогичное поведение моего фиктивного мужа, его странные эмоциональные выверты, излишне быстрое обвинение. Он же мне даже попыток оправдаться не оставил, когда вызвал на мостик! В этом случае у меня явно развивается паранойя, супермнительность и излишняя подозрительность. Что, впрочем, в свете событий последних дней, совсем неудивительно.
Вот незадача!
Я непроизвольно скользнула взглядом по ранее выдвинутым, а сейчас почти исчезнувшим в ободе корабля «спицам», отметив про себя какую-то неправильность. Нет, не в том, как именно ушли внутрь корпуса уловители. В другом. Само пространство вокруг изменилось. Созвездия, которые я за эту пару дней уже досконально изучила и к конфигурации звёзд в которых привыкла, исказились. Одно, находившееся на траверсе, полностью исчезло, и на его месте теперь красовалось нечто абсолютно чёрное, глубокое, пугающее. Другие, обрамляющие его, продолжали определяться, но светила в них заметно сместились, словно приблизились друг к другу.
Я всмотрелась внимательнее, отыскивая причину загадочного явления, потому что предполагать столь быстрое движение очень и очень далёких звёзд — полнейший бред. Осознала, что блеск и спектр небесных светил по краям «провала» стал иным. И именно этот факт заставил предположить практически невероятное. То, что рядом с нами появилось нечто, напоминающее по своим физическим характеристикам чёрную дыру. И именно из-за её мощного гравитационного воздействия происходит искажение прямолинейности световых волн, а звёзды, расположенные за ней, визуально наблюдаются с ощутимым угловым смещением. Вот только возникновение такого объекта внутри планетной системы — нонсенс. Значит, либо этот «ужас Вселенной» довольно далеко, либо это что-то иное, но с похожими параметрами. А в этом случае находится оно совсем рядом!
Я поймала себя на том, что прижимаюсь лбом и ладонями к мягкой поверхности трипслата, чтобы рассмотреть детали. Чуть отстранилась, выдыхая, потому что от неожиданности открытия непроизвольно задержала дыхание. И тут же снова забыла как дышать, заметив ещё одну странность: в центре мрачного космического провала возникло нечто плотное, практически осязаемое, столь же тёмное, как и он сам, но иное. Не мёртвое, статичное, а движущееся, текучее. Словно пространство внутри «воронки» ожило, скручиваясь в одном ему известном направлении.
Моментально вспомнились слова Даля о непонятных пространственных искривлениях, которые были обнаружены на подступах к этой планетной системе. Он тогда сказал, что это не классические чёрные дыры, но что-то очень близкое по структуре. Непредсказуемо возникающее и столь же стремительно исчезающее. Именно из-за них «Звёздный ветер» и вынырнул так близко к цефеиде.
Эх! Мне бы сейчас к приборам! Замерить характеристики, сопоставить данные, найти объяснение!..
Я нервно побегала по каюте, понимая, что в рубке управления меня никто не ждёт, а самовольный поход в желаемом направлении чреват новым выговором. Прислушалась к подозрительной тишине в коридоре, опознавая далёкий гул сопровождающий запуск двигателей. В сотый раз обругала последними словами и Даля, и Ника. Снова прилепилась к иллюминатору.
За это время картинка изменилась. Площадь объекта стала больше. Его центральная часть посветлела, и теперь в ней стали хорошо заметны кольцевые вихри, поднимающиеся изнутри и медленно исчезающие, как только их диаметр расширялся до такой степени, что выходил за пределы воронки. Изредка в этом безумном движении возникали яркие всполохи, похожие на световые вспышки, вырывающиеся наружу по практически прямолинейным траекториям.
Если раньше я всё же склонна была рассматривать непознанное явление, как космический феномен естественного происхождения, то вот именно сейчас с пугающей ясностью осознала — передо мной искусственная гравитационная воронка! Не простая чёрная дыра, а выход из кротовой норы9, соединяющей две точки пространства! И тех, кто этот своеобразный мост Вселенной создал, приливные силы сейчас послушно через него перебрасывают.
Дикое, невероятное открытие привело меня в ещё более лихорадочное состояние. Угораздило же нас попасть в обитаемую систему! Я до хруста, до боли сжимала пальцы, с трудом сдерживая дрожь возбуждения. Что теперь будет делать Даль? Какое решение примет?
Ответ получила практически немедленно, заметив, как «поплыл» в сторону выход из пространственного туннеля. «Звёздный ветер» начал разворачиваться, с явным намерением сменить траекторию орбитального движения. Постепенно горловина воронки сместилась, оказываясь под углом, и стало совершенно очевидно, что вылетающие из неё световые объекты всё же движутся по гравитационным кривым, а не совсем прямолинейно, как мне показалось вначале.
Кстати. Они никуда не исчезали, оставаясь в визуальной доступности. Наоборот, становились всё более яркими и крупными, собираясь в три относительно удалённые друг от друга группы.
Удивительно. Как эти... примем пока за рабочую гипотезу — корабли остаются целыми при переходе через сингулярность10? Ведь приливные силы внутри норы способны разорвать и уничтожить любую материю!
Впрочем, и над этим вопросом долго размышлять мне не пришлось. «Звёздный ветер» завершил разворот, открыв моему взгляду край звёздного диска цефеиды, эффектно украшенный огненными языками классических дугообразных протуберанцев, и с ощутимым ускорением рванул в неизвестном направлении.
Корабли в неподвижности тоже не остались. Рассыпаясь веером искр, с той же стремительностью разлетелись в стороны, словно в попытке нас обогнать и взять в кольцо. Судить о реальных скоростях, используя только собственные глаза и профессиональную интуицию, крайне сложно, однако мне показалось, что, несмотря на форсаж, мы движемся намного медленнее. Да и в манёвренности явно уступаем — вон как быстро нежданные гости завершили перестроение! Такими темпами, если они решат нас остановить, то легко могут выйти на встречный курс, тем самым заблокировав нужный «Звёздному ветру» эшелон для разгона. Планетарные двигатели хороши в плане мощности, но набирать скорость с их помощью приходится постепенно. А нырнуть в подпространство мы не можем, пока находимся внутри планетной системы, да ещё и так близко от звезды. Вернее, можем, но это самоубийство. Провернуть такое — огромный риск.
Я вздрогнула, нервно реагируя на сигнал коммуникатора.
— Всему экипажу! — раздался чёткий, спокойный голос капитана. — Код «Зеркало». Всем занять свои места. Привести деактивированные системы в рабочее состояние.
Так, так... «Зеркало» — означает наличие внешнего фактора, угрожающего целостности корабля и жизни экипажа. А мы ещё смеялись на занятиях, когда заучивали все эти кодовые словечки и их значения, типа кто по отношению к нам будет проявлять агрессию в открытом космосе! Значит, дела намного хуже, чем мне кажется. Да и много ли я отсюда вижу?
Помедлила в раздумьях, соображая, как подобный приказ стыкуется с моим арестом и отстранением от должности. Это вообще меня касается?
А какая теперь разница? Раз уж я диверсант, то буду вести себя соответственно. К тому же, уверена, сейчас до меня никому нет никакого дела!
Отбросив колебания, открыла проём и шагнула в непривычно тёмное пространство коридора.

03 июня 2056г. 20:30 по бортовому времени
Звездолёт «Звёздный ветер»
Технический сектор, третий уровень

Датчик слежения на этот раз не сработал. Деликатно промолчал, когда я решительно зашагала по туннелю, ведущему к главному ободу, и меня это слегка воодушевило. Значит, капитан всё-таки предоставил мне некоторую свободу действий. Или ему сейчас просто не до слежки за мной. Тем не менее на мостик я идти не рискнула. Отвлекать пилотов, капитана, навигатора и прочих, занятых управлением личностей, себе дороже. Любопытно, а кто сейчас контролирует курс? По инструкции в моё отсутствие при аварийных ситуациях должен Глеб. Мила, скорее всего, сидит на подстраховке.
Я протиснулась в боковое ответвление, осторожно пробираясь между вертикально установленными пористыми пластинами фильтров, через которые идёт очистка воздуха. Всё же не зря меня Даль гонял по кораблю. Я теперь тут каждый закуточек знаю. Как и все возможные способы достигнуть нужного уголка этого шедевра земной инженерии в кратчайшие сроки и минуя самые оживлённые отсеки.
Потратила ещё несколько минут, взбираясь вверх по скобам внутри одной из «спиц», соединяющих кольца жилого и бытового сектора с технической, осевой частью корабля.
Я целеустремлённо шла в то единственное место, которое позволит мне продолжить наблюдение и быть в курсе происходящего. В надстройку над рубкой управления, где проходят все инженерные коммуникации!
Пригибаясь, а затем почти ползком, потому как трипслатовый «потолок» здесь очень низкий, я пробралась ближе к выходам вентиляционных отдушин. Стараясь не шуметь, удобно устроилась на полу в положении лёжа, положив голову на моток проводов. В изоляции, естественно.
Вид мне открылся впечатляющий.
Космос обступил со всех сторон, словно я и не на корабле вовсе, а в свободном полёте. Отсутствие освещения в отсеке играло мне на руку, позволяя глазам видеть даже слабые по яркости объекты. Шорохи, порождённые моими осторожными движениями, сменила звенящая тишина, а ещё через некоторое время в ней стали различимы звуки. Те, которые приходили извне. То есть из рубки управления, над которой я «залегла».
— Что с сигналом? — на грани слышимости, но вполне отчётливо задал вопрос Даль. — Ответный есть?
— Нет. Получаем только тот, который приняли изначально. Других модификаций они не транслируют, — сообщил связист.
Я невольно поморщилась, узнав знакомый голос Никиты. Видимо, сегодня его смена. В ожидании новой информации поискала глазами чужие корабли, обнаруживая движущиеся точки практически повсюду. Некоторые стали крупнее и теперь опознавались легко, потому что имели чёткие контуры искусственных конструкций. Другие по-прежнему держались на расстоянии, оставаясь всего лишь крошечными яркими звёздочками. Не понравилось мне то, что большая их часть сосредоточилась прямо по курсу. Похоже, что желание пресечь наш побег у них однозначно имеется.
— Полётная траектория полностью перекрыта, — подтвердил мои выводы Глеб. — Если будем продолжать движение с той же скоростью, которую имеем сейчас, и они не изменят местоположения, то через тридцать минут окажемся в непосредственном контакте. Продолжим ускоряться — через десять.
— Какова вероятность того, что при сближении они решат отступить? — непонятно кого спросил капитан.
— Судя по предпринятым ранее манёврам, не больше двадцати процентов, — ответил ему Аслан. — Я бы рисковать не стал.
— Уклонение с большей интенсивностью всё ещё невозможно? — продолжил выяснение Даль.
— На такой скорости только с очень малым углом поворота. Это практически ничего не даст.
Ай, ай, Глеб! Я пожурила про себя незадачливого навигатора. Что ж ты позволил пилотам взять такое ускорение, что лишил корабль манёвренности! Надеялся, что пришлые корабли уступят в скорости и отстанут? Или это был прямой приказ капитана? Хотя мне легко рассуждать, фактически в роли наблюдателя со стороны, а ему?
А ему думать надо было! И начальство, если оно даёт подобные распоряжения, переубеждать! Ведь показания приборов перед глазами! Да и на что он рассчитывал? Чтобы вывести «Звёздный ветер» из планетной системы цефеиды и уйти в подпространство требуется пара-тройка месяцев полёта! А тут счёт идёт уже на минуты!
— Значит, контакт неизбежен, — сказано это было совсем тихо — я скорее догадалась, чем услышала. — И всё же... Курс не менять! — принял решение Даль. — Разгон не прекращаем.
Ясно. Капитан пытается избежать непосредственного контакта. А как же тогда утверждение Ника о том, что Даль горел желанием привести корабль в планетную систему? Или исследовать необитаемые планеты — это одно, а выяснять отношения с местным населением — совсем другое?
Чужаки, словно не замечая бешеных скоростей, по-прежнему держались рядом, следуя параллельным курсом. Мало того, ещё и ближе подошли, будто наглядно демонстрируя, что плевать они хотели на наши жалкие потуги.
Теперь уже невооруженным глазом можно было почти детально рассмотреть структурные элементы, конструкционные особенности и необычные конфигурации инопланетных летательных аппаратов, светлая, отражающая поверхность которых переливалась перламутром, принимая желтоватый оттенок в лучах местной звезды.
Каплевидные, слегка серповидно-изогнутые, сплющенные, с гладкими, обтекаемыми формами передней части корпуса и резкими угловатыми к хвосту из-за имеющихся на корме кристаллообразных выростов — практически белых, мутных и очень разных по форме. Их бока плавно переходили в тонкие узкие крылья, загибающиеся концами чуть вверх для лучшей обтекаемости. Размер...
А вот этого определить я, увы, не могла. Для триангуляции мне не хватало данных.
— Они идут на сближение! — раздалось неожиданно громкое предупреждение, от которого я непроизвольно дёрнулась и впилась глазами в ближайший корабль, ведь тот начал быстро увеличиваться в размерах!
— Активировать защитный экран! — отреагировал Даль.
Ого! А вот это правильно! Да, у нас нет лазерных пушек, но уничтожать потенциальную опасность, которая сама необдуманно лезет на рожон, мы тоже умеем.
Искристые вспышки, возникшие в местах соприкосновений силового поля с чужеродными космическими объектами, заставили тех поумерить свой пыл. Один из смельчаков, проявивший беспечную уверенность в собственной неуязвимости, практически вспыхнул, зайдя в поле излишне глубоко. Резко затормозил и, рванув назад, мгновенно исчез из зоны видимости. Повторять его манёвр больше никто не рискнул. Добыча, которая казалась беззащитной, продемонстрировала остренькие зубки, и теперь корабли снова держались в непосредственной близости, но к границам экрана не приближались.
— Сколько времени мы можем держать защиту на той же мощности? — наверняка удовлетворённый произведённым эффектом, поинтересовался капитан.
— Сорок часов, — ответил техник. — Потом аккумуляторы потребуют перезарядки.
— Сделать это на ходу реально?
— Теоретически...
— Сигнал изменился! — прерывая дискуссию, доложил Никита. — Он по-прежнему не в нашей кодировке, но стал иным!
— Ты хоть что-нибудь в этих посланиях разобрал? — это, кажется, Аслан. — Неужели программа дешифровки совсем бесполезна?
Молчание. Либо вопрос остался без ответа, либо Ник ограничился жестами, которых я, естественно, видеть не могла.
— И что теперь? — помощник капитана задал вопрос, который и меня интересовал безумно.
— Будем уходить из системы, — совершенно спокойно сообщил Даль. — Надеюсь, что попыток этому помешать они больше не сделают. Мы не готовы к контакту. Среди нас нет специалистов по внеземной психологии, мы даже в общих чертах не представляем их целей, не понимаем языка, не имеем средств биологической защиты. Любые попытки взаимодействия в таких условиях могут привести к необратимым последствиям.
— Аврал отменять? — проявил заботу о моральном состоянии экипажа Аслан.
— Нет, — категорично отверг предложение капитан. — Рано. Нужно убедиться, что ситуация не усугубится ещё больше.
И снова наступила тишина, прерываемая лишь негромкими щелчками распределительных реле и короткими рабочими фразами, которые звучали в рубке управления. Минута. Две. Десять. Корабли всё так же летели рядом, словно издеваясь. А может, просто сами не знали что с нами, таким непонятливыми, теперь делать.
Я совершенно расслабилась. Наверное, от ощущения защищенности, а ещё потому, что потенциальная опасность, какой бы она не оказалась на самом деле, нам теперь не угрожала. И тут я с Далем была на сто процентов солидарна. Даже если предположить наличие у незнакомцев самых мирных и дружелюбных намерений, всё равно возникает вопрос — зачем же с такой маниакальной настойчивостью преследовать тех, кто ясно даёт понять: «Мы не желаем контакта и уходим»?
Изменилось всё за доли секунды.
— Они атакуют!
Громкий вскрик и ослепительно яркая вспышка, резанувшая по глазам. Огненное зарево, мгновенно поглотившее черноту космоса и тех, кто летел рядом с нами. Корабль ощутимо встряхнуло, дрожь корпуса передалась даже воздуху. Ещё один световой всплеск... Спасаясь от его неистовой мощи, я инстинктивно закрыла руками лицо и услышала сквозь непонятный, нарастающий гул:
— Мы теряем защиту! Их заряды вытягивают энергию!
— Экран не отключать! — Даль не сдался. — Скорость не снижать!
Несколько минут вибрация и слепящие зарницы не прекращались, доказывая, что отступать пришельцы не намерены. И только когда всё закончилось, я рискнула приоткрыть глаза и всмотреться в окружающее нас пространство. А там...
А там, в привычно мрачной черноте, совсем рядом завис один из инопланетных кораблей. Остальные тоже приблизились, по всей видимости окружив нас по периметру. Кристаллообразные выросты удлинились и резко оторвались, начав стремительный бег в сторону теперь совершенно беззащитного «Звёздного ветра». Те, которые были выпущены несколько раньше, уже достигли обшивки, и видеть их я не могла, но то, что в ответ на соприкосновение с ними ни взрывов, ни иных последствий не возникало, ясно говорило об одном — это не оружие.
— Что это? — кто-то вместо меня задал этот животрепещущий вопрос.
— Похоже на десант, — раздалось в постепенно стихающем гуле.
Предположение подтвердилось быстро, да так, что моё сердце едва не выскочило из груди. Один из кристаллов закончил свой бег прямо передо мной, мощно влепившись в трипслатовую поверхность. А с учётом того, что расстояние от меня до прозрачного корпуса не превышало метра, выглядело это не просто устрашающе. Невероятно страшно!
Белёсая кристаллическая оболочка от удара рассыпалась осколками, разлетаясь в стороны. Нечто очень крупное, раза в три, а то и четыре больше меня, закрыло собой почти весь обзор. И оно было живым! Удлинённое, гладкое, обтекаемое тело гигантского изуродованного спрута-альбиноса. Широкое, почти полтора метра в поперечнике, покрытое светло-зелёной кожей с чётким выпуклым рельефом и не имеющее «головы». Зато оснащённое множеством отростков-конечностей. Разных. Толстых и тонких. Коротких и длинных. Выходящих практически из любого места. И этот факт окончательно лишал меня понимания, где у этой твари верх, а где низ. К тому же все эти выросты елозили и ударяли по обшивке, не то стараясь прочнее закрепиться на ней, не то пытаясь пробить и прорваться внутрь.
Но самым жутким было даже не это.
Непонятное существо после нескольких секунд активности вдруг замерло, плотно прижавшись к трипслату. Кожа пришельца начала меняться, заливаясь мягким фосфоресцирующим свечением. Через минуту я могла, не напрягая зрения, рассматривать и свои собственные руки, и всё то, что находилось в отсеке, и инопланетную тварь, которая неожиданно раздвинула кожную складку на своём теле, впиваясь в меня пронзительным взглядом... совсем человеческих глаз! С пристальным вниманием и жадным любопытством они всматривались в моё лицо.
Жёлто-зелёные радужки, белая склера, круглый зрачок. Разве что веки с длинными светлыми ресницами зеленоватого оттенка.
Это было дико — видеть такие глаза на абсолютно негуманоидном теле! И даже тот факт, что существо каким-то невероятным образом ухитрялось сохранять жизнеспособность в вакууме, сейчас меня волновал значительно меньше, потому что его взгляд напрочь выбрасывал из сознания всё. Он был невероятным. Ясным. Разумным. Изучающим.
— Внимание! — громкий звук из коммуникатора ударил по барабанным перепонкам, возвращая меня в реальность. — Всему экипажу! Угроза проникновения и разгерметизации! Корабль атакован. Код «Лямбда»!
Ой... «Лямбда» — это плохо. Очень плохо, потому что есть риск застрять в одиночестве в каком-нибудь отсеке, отрезанном от остальных!
И тут же, словно подстёгивая к активным действиям, раздался механический голос корабельной системы оповещения:
— Пять минут до полной изоляции секторов.
В мозгу промелькнула только одна мысль — мне немедленно нужно отсюда выбираться!
Под бдительным оком наблюдающего за моими движениями пришельца я начала отползать к выходу, стараясь не поворачиваться к нему спиной. Отростки дёрнулись — существо будто перебрало ими, сдвигаясь, чтобы оставаться надо мной. Метр. Два. К счастью, дальше трипслат закончился, сменившись непрозрачной обшивкой. Осознав, что я ускользаю из зоны видимости, инопланетянин приподнялся и вновь с силой впечатался в корпус корабля.
Ждать продолжения я не стала. Вскочила на ноги, выбежала из отсека и заблокировала за собой дверь.
— Четыре минуты до полной изоляции секторов, — бесстрастно напомнила система.
Обратный путь на второй уровень показался мне спринтерской гонкой с препятствиями. Вот когда я была готова сказать спасибо всем, кто занимался нашей физической подготовкой. Проскочила проход, соединяющий секторы, буквально за секунду до того, как бездушный голос заявил:
— Главные шлюзы перекрыты. Внутренние переборки будут заблокированы через пять минут.
С издевательским шипением за моей спиной сомкнулись створки, отрезая техническую часть корабля от той, где с большей вероятностью можно было выжить. Если добраться до скафандров, конечно. А к ним нужно попасть обязательно. Сомневаюсь, что инопланетные твари воспользуются переходными шлюзами, чтобы проникнуть внутрь. Скорее, банально вскроют обшивку. И прости-прощай, кислород.
Времени оставалось всё меньше и меньше. Я перевела дыхание и продолжила свой вынужденный кросс по кораблю.

04 июня 2056г. 00:40 по бортовому времени
Звездолёт «Звёздный ветер»
Бытовой сектор, второй уровень

Совсем небольшое помещение, которое, по сути, являлось отсеком подготовки для выхода в открытый космос, сейчас напоминало лагерь беженцев. Испуганные лица. Взволнованные голоса. Напряжённые позы. Дёрганные движения. Гнетущая атмосфера.
Стараясь ни с кем не встречаться взглядом, я непроизвольно поглаживала серебристую ткань скафандра, плотно прилегающего к телу. Нас здесь немного. Всего пятнадцать человек, исключительно женщины, и мы уже с полчаса сидим в напряжении, ожидая неизвестно чего.
А как можно нормально оценить будущие перспективы, если переговоры тех, кто старается любыми доступными способами воспрепятствовать абордажу, не внушают оптимизма? Судя по доносящимся из коммуникаторов фразам, обшивка корабля повреждена в шести местах и, если бы не предусмотрительно закрытые переборки, дерзкие захватчики давным-давно расползлись бы по всем отсекам. Кстати, насколько я поняла, потерь среди них нет. Чего нельзя сказать про наши.
Леонид, инженер по энергоснабжению. Матвей, специалист по регенерации воздуха. Тим, один из шести пилотов. Марк, техник. Четверо. И это только самое начало, потому что противопоставить врагам нам практически нечего — личное табельное оружие офицеров, которое они попытались использовать против пришельцев, оказалось совершенно бесполезным. И даже опасным: пресекая сопротивление, спруты действовали жёстко. И безжалостно.
Я не знала, на что надеялся и рассчитывал Даль. Мы проигрывали, и, как бы ни прискорбно было это осознавать, скорее всего, нашей участью была гибель. Рано или поздно непрошеные гости проникнут и сюда. А ждать от них галантного и деликатного обращения — наивно. Значит, всё это — лишь попытка отсрочить неизбежное.
— Нельзя! Нельзя же так! — не прекращая, рыдала София, уткнувшись Даше в плечо. — Ведь мы же им ничего плохого не сделали! Зачем?! За что?!
Причину истерики я знала. И сочувствовала. Её муж — один из тех, кто первым столкнулся с опасностью лицом к лицу. И больше уже никогда не увидит Землю.
— Это она виновата! — В меня в который раз впился гневный взгляд заплаканных глаз, спровоцировав появление ещё нескольких, также обвиняющих.
— Сонечка, хватит. — Дарья ласково погладила светлые волосы девушки. — Нам просто не повезло. Никто не виноват в том, что эти твари решили напасть на корабль.
В этом — да. А в остальном?
А в остальном я виновна по всем статьям. И непредумышленность моих поступков меня не оправдывает. Так что...
— Внимание, — громкий голос Даля заставил всех замолчать. Даже рыдания стихли. — Всему экипажу. Сопротивление прекратить...
Последние слова утонули в оглушающем грохоте. Переборка, изолирующая нас от коридора, вздрогнула, прогибаясь внутрь. Ещё один взрыв, и в отсек полетели её ошмётки.
Душная дымовая завеса. Ярко вспыхнувшее и погасшее освещение. Чей-то стон. Истошный визг, когда в новообразованном проёме показались уже знакомые мне очертания мерзкого существа. Не одного. Нескольких. И сущий кошмар, когда гибкие, сильные, жуткие щупальца, бесцеремонно обвив тело, поволокли меня за собой, утаскивая неизвестно куда.
Реагируя на изменившийся состав воздуха, скафандр создал силовой шлем вокруг головы, облегчая притоком кислорода затруднённое дыхание, потому что живые путы сдавливали нещадно. Сознание немного прояснилось, и теперь я могла рассмотреть захватчика Он сейчас был намного ближе ко мне, нежели тот, которого я видела раньше. И выглядел чуть иным.
Тоже светлый, но с заметным коричневым отливом. Рельефный рисунок его кожи напоминал сложную геометрическую вязь, в отличие от плавных, почти кольцевых линий у того, первого пришельца. А в остальном облик всё же был похожим, разве что расположение щупалец казалось другим, но... их так много, что утверждать это с уверенностью я бы не стала.
Ощутив резкий рывок, подтянувший меня ближе к мощному корпусу, я непроизвольно вцепилась пальцами, затянутыми в перчатки, в упругую массу. Спрутообразный издал явно раздражённый громкий свист-шипение, словно ему что-то не понравилось, и затормозил. Его стремительное движение прекратилось так неожиданно, что я даже не сразу сообразила выглянуть из-под закрывающего обзор щупальца, чтобы выяснить причину остановки. А когда это сделала, увидела возвышающуюся совсем рядом фигуру ещё одного пришельца. Того самого, светло-зелёного, с которым мы играли в гляделки через трипслат.
Почувствовала, как паника накатывает с новой силой, подстёгиваемая непривычными нервирующими свистящими звуками, которые он издал. Непонятный щёлкающий ответ того, кто удерживал меня. И снова свист. Знакомый мне пришелец чего-то явно добивался, настаивал, и второму это не нравилось. А когда одно из зеленоватых щупалец нетерпеливо протянулось в нашу сторону, меня снова дёрнули, задвигая в самую глубину змеевидного клубка.
Теперь шипение зелёного стало злым, с язвительным оттенком, но его почти перекрыл хохочущий клёкот коричневого, который продолжать дискуссию не стал, а начал протискиваться между стеной и отступившим чуть в сторону собеседником. Или соперником?
И почему у меня стойкое ощущение, что настырный пришелец требовал отдать ему добычу?

Несмотря на то, что до конца фрагмента было ещё далеко, Ирилика дрожащими пальчиками выключила воспроизведение. Несколько минут сидела, выравнивая сбившееся дыхание и приходя в себя. Происходящие совсем рядом жуткие события, в которых ей невольно приходилось участвовать, пусть и виртуально, заставляли организм реагировать соответственно. А внешний вид инопланетных существ просто парализовывал, спазмом перехватывая горло и болезненно сжимая сердце.
Дико. Страшно. И не спасало осознание того, что всё это происходило очень давно. И далеко...
--------------
Для ознакомления здесь размещены 3 главы из 7.
Полный текст можно приобрести на сайте интернет-магазина https://noa-lit.ru/
-----------
Пролог
Глава 1. Лиха беда начало
Глава 2. Все совершают ошибки
Глава 3. Пожиная плоды безрассудства
Глава 4. В плену отчаяния
Глава 5. На точке невозврата
Глава 6. Замкнутый круг
Глава 7. Обманывая судьбу
Эпилог


Рецензии