Азбука жизни Глава 4 Часть 22 Погружение в музыку

Глава 4.22. Погружение в музыку

Весь первый ряд занят моими близкими и друзьями. Я в сногсшибательном костюме красного цвета от Дианы. Вересов был в восторге, когда увидел, но умолил, чтобы больше ни он, ни кто другой не видел моих концертных костюмов и платьев. С ним согласилась и Диана. Ей хочется неожиданности. Но я и сама не знаю, как буду себя в них ощущать, когда возьму гитару.

Экзекуторы! Но и мне любопытно самой. Если за роялем я люблю импровизировать, надевая перед публикой первый раз костюм или платье и обыгрывая их через полученные эмоции, то с гитарой перед такой публикой ещё не солировала. Даже самой интересно, что получится, зная, как появляются у меня неожиданные эмоции.

Зал переполнен. Уже нет того волнения, как на первых концертах. Много молодёжи, и это приятно. Хотя мне всё равно, перед кем играть, лишь бы их чувствовать. А это я умею делать, если смотрю зрителям в глаза. Мастера Дианы только слегка прикоснулись к моим волосам, боясь нарушить их природную «красоту». Я порадовалась, когда услышала эти слова благодарности от мастера. И довольна, что Вересов заставил отращивать волосы после того, как постриг меня сам наголо в целях безопасности. И сегодня они густые, с красивыми волнами.

О чём ты думаешь перед концертом!

А о чём же ещё? Главное — соответствовать не только внутренне своей природе, но и, наконец, в полную силу оценить свои внешние данные. А надо ли? В эти минуты для меня важно почувствовать во всём гармонию, чтобы забыть о себе и погрузиться полностью в музыку. Сегодня сама буду открывать себя. Обещала ребятам, что не буду подвергаться эмоциям и играть те композиции, которые внезапно мне подскажет зал. Нет, не решусь с гитарой. Ну, а если не сдержусь, ребята не подведут.

Зал затих. Но при моём выходе из-за кулис — бурные аплодисменты. Никто в первом ряду из близких не знал, что я выйду с гитарой, хотя красный костюм от Дианы ошеломил моих женщин. Вот это аплодисменты! Браво! Иду в зал! Ребята, видя, что я им пока подыгрываю, успокоились, надеясь, что с первых композиций я не буду вести оркестр за собой.

Как красиво звучит оркестр! Я наклоняюсь к деткам. Машенька не выдержала, соскочила со своего места и прижалась ко мне, продолжая со всеми аплодировать.

Но вот вижу в глазах Валька и Игорька восторг, подхожу к ним с улыбкой. Но рядом сидит Алекс. Я вижу в его глазах всё! Дьявольщина! Меня уже не остановить! И я начинаю играть. Как красиво Алекс подошёл ко мне, но, сознавая, что ещё рано для подобных выходок с нашей стороны, смотрю в глаза Наталии Алексеевны, сидящей рядом с Вальком. У неё глаза наполнены слезами счастья. И я догадываюсь, о чём она сейчас думает. А оркестр, поддерживая меня, подыгрывает «Наташе».

Иду к сцене и смотрю в глаза только Серёженьки Белова, зная, что он сейчас оценит мою игру.
—Спасибо, родной!

Белов целует меня в плечо. В зале взрыв эмоций. А я поднимаюсь на сцену и, счастливая, с влажными глазами смотрю на ребят. Моё начало приводит их в восхищение, как и зал. Я подхожу к роялю.
—И как, дружок!
—Как ты хороша сейчас, наша девочка! Когда ты счастливая, больше семнадцати лет тебе не дать. Восхитительна!
—Спасибо, Эдик! И как импровизируем?
—Ты уже зал купила. Он твой! Они тебе уже не простят, если ты сейчас не продолжишь держать их на тех же эмоциях, — провал тебе обеспечен.
—Ты не позволишь!
—Но ты, родная, подталкиваешь не только меня, но и оркестр. Сложность в том, что инициативу зрительный зал будет принимать от тебя. Справишься! Посмотри, как наш диалог аплодисментами встречает зал.
—Давай, ещё раз «Наташа», потом «Кафе», и я иду переодеваться, а меня заменит Серёжа на сцене.
—Ты издеваешься? Он на сцене никогда не выступал!
—Тем лучше для него.
—Да…