091-И Глава 21 Долгожданная зарплата

ИСТОРИЯ ПРОСТОГО СОВЕТСКОГО ИНЖЕНЕРА

    ХХI
 Долгожданная зарплата

  Иван Николаевич к одиннадцати часам пошёл в кабинет главного инженера.
   Петров был удовлетворён работой отдела РИВ, дал распоряжение начальнику цеха, совместно приступить к работе по внедрению проекта.

   На обратном пути Баранов зашёл в отдел труда и заработной платы, расположенный недалеко от кабинета главного инженера. Там взял служебную записку, в которой указывался новый фонд зарплаты для отдела. Начальнику предстояло в пределах этого фонда повысить оклады своим подчинённым, и отнести на подпись главному инженеру. Лично ему и его заместителям, оклады повышал сам Петров. 
   Баранов довольно потёр руки, узнав, что его оклад со следующего месяца составит двести пятьдесят рублей.

   Из своего кабинета Иван Николаевич позвонил начальнику цеха, договорился с ним на завтра встретиться по вопросу внедрения нового изделия. С Баракеевой он не стал делиться своими планами, решил пойти в цех с Инной.

   В дверь кабинета заглянула Оля из группы СБИН:
- Иван Николаевич, можно я поеду за книгами?
- Езжай, - разрешил он, - лотерею привези.

   На заводе существовало общество книголюбов, первичная ячейка Всесоюзного добровольного общества любителей книги. Оля была активистом этого общества. Вместе с представителями других отделов, на выделенной заводом машине они ехали в Дом книги, где получали для продажи на заводе дефицитные книги с солидной нагрузкой, которая иногда даже превышала стоимость самой книги. Цена книг в то время была фиксированной, она указывалась на обложке книги. Так книгу стоимостью два рубля пятьдесят копеек работники завода приобретали за пять рублей. Так как в нагрузку давались залежалые книги, не пользующиеся спросом, их обычно, никто не брал, а они были тяжёлыми. Оля нагрузку не брала, оставляла её в магазине. Никто не знает, имела ли она за это дополнительное поощрение, ведь нагрузку вполне можно было продать несколько раз. Работники завода не мелочились, платя двойную цену за книгу. На тех, кто осмеливался спрашивать про нагрузку, Оля смотрела недоумённо, а её подружка Рая непременно говорила:
-Зачем тебе эта макулатура? Не хочешь, не бери.
- Нет, если человек так хочет макулатуру, я привезу в следующий раз, - обиженно говорила Оля.
 - Не нужно нагрузки, сколько я должен? - оправдывался принципиальный покупатель и платил столько, сколько просила Оля.
   В то время было престижно иметь дома библиотеку. Люди хвастались друг перед другом наличием книг современных зарубежных авторов. Особенно ценились подписные тома. У Оли была тетрадь, где она вела очередь на подписку. В городе существовал книжный рынок, где можно было не только покупать, но и обмениваться книгами. Поэтому дефицитные книги покупали, даже если в домашней библиотеке такие уже были. Для обмена брали по два экземпляра. Это был настоящий ажиотаж. Многие книги, купленные с переплатой для обмена, спустя несколько лет, просто выбрасывали за ненужностью.

- Оля за книгами поехала, значит точно сегодня будет зарплата, - сказала Наташа.
  С зарплаты Инна надеялась купить себе модные туфли за сорок рублей, ради этого она не получала аванс.

   Из начисленной зарплаты Инны вычли подоходный налог, среднедневной заработок в помощь жертвам капиталистической агрессии. Она заплатила комсомольские взносы, взносы в общество книголюбов, в общество красного креста. Сдала Рае рубль на чай и сахар. Отложила отдельно плату за общежитие, сорок рублей на покупку туфель. Осталось сорок два рубля. Придётся жить, как студентке. У Инны, когда она училась в институте, была повышенная стипендия сорок пять рублей в месяц. Из них на питание уходило тридцать рублей, по рублю в день и пятнадцать оставалось на одежду и другие непредвиденные расходы. Правда, туфли она покупала отечественного производства, от восьми до пятнадцати рублей за пару, поэтому ей так хотелось купить импортные, почувствовать на себе, что в них такого особенного, почему они стоят в несколько раз дороже наших?

   В кабинете было шумно. Зашёл Казаков провести инструктаж по технике безопасности:
- Все знают, что нельзя руками прикасаться к обнажённым проводам?
- Все знают, - сказала Наташа.
- Подходите по одному, расписывайтесь, что я провёл с вами инструктаж по технике безопасности. Кому что не ясно, задавайте вопросы.
   Инна расписалась в его длинной в толстом переплёте книге.

- За что с меня вычли семь рублей? - спросила Зоя, изучая свой листик с расшифровкой начислений и вычетов из зарплаты.
- Ты в прошлом месяце замуж вышла? - Взяв её квиток, начала объяснять ей Наташа.
- Ну, вышла.
- Это налог на бездетность. Пока не родишь ребёнка и не принесёшь об этом справку в бухгалтерию, будешь платить этот налог.
- Родишь ребёнка, перестанут с тебя брать налог на бездетность, детей рожать надо, - назидательно сказала Наташа.
- Чтобы родить ребёнка, нужно девять месяцев ждать. Инна, чтобы не платить налог на бездетность, выходи замуж на девятом месяце беременности, - засмеялась Зоя.
- Вам, бабам хорошо, налог на бездетность берут только после регистрации брака, а мы, мужики, платим с восемнадцати лет, и холостые и женатые, - заметил Казаков.
- Так женись и воспитывай детей. Какой ты хитрый. - заметила Наташа, - наши мужья семьи содержат, а ты хочешь жить без семьи в своё удовольствие, да ещё и налог не платить.

  - Оля подъехала, - взглянув в окно, сказала Рая, - нужно ей помочь. Я пойду, помогу.
   Вслед за Раей один за другим под разными предлогами и без предлогов, вышли все, кроме Инны. Книголюбы направились встречать Олю, им не терпелось узнать, какие дефицитные книги она привезла. Та ждала помощников на улице; две стопки книг, завёрнутых в серую тонкую бумагу, перевязанных быстро рвущейся серой скрученной верёвочкой, стояли около её ног, в руках она держала сумку.

- Оля, а лотерею ты привезла? - беря пачку книг, спросила Рая.
- Привезла, в обеденный перерыв будете играть.
- Какие книги привезла?  - спрашивала Наташа, аккуратно поднимая вторую стопку книг.
- Не спешите, скоро всё узнаете. Я так устала. Книги положите под мой стол. Чтобы никто их без меня не трогал! - сказала Оля, и зашла в кабинет к начальнику, доложить, что вернулась.
   В первую очередь самые дефицитные книги, что были у неё в сумке, нужно предложить ему.
   После этого книги предлагались очередникам, уже томившимся в ожидании.
- Так, кто у нас в очередь на книги первый? - Оля достала тетрадь. В этот момент она была самым важным человеком в отделе.

 Первоочередной была Таня. Оля её подозвала и что-то тихо ей говорила. Таня качала головой:
- Это у меня есть, это тоже есть.
- Королеву Марго будешь брать?
- У меня уже есть.
- Бери ещё одну, в воскресенье на книжной барахолке обменяешь на то, что тебе нужно, - посоветовала Рая.
- Я не хожу на книжный рынок. Выходные я провожу со своим мужем.  Оля, ты подписку привезла?
- Гоголь, семь томов.
- Гоголь мне не нужен, он ещё в школе надоел. Наших классиков можно свободно в магазине купить по государственной цене без нагрузки.
- Кто за тобой в очередь на подписку? - нетерпеливо прервала её раздосадованная Оля.
- Я, - встряла Рая, - но Гоголь мне тоже не нужен, его и на барахолке не обменяешь. Он в магазинах свободно продаётся. Ты нам зарубежный детектив привези, модную эротику. А "Королеву" я возьму, хотя она у меня уже есть. Она как разменная монета, выменяю её на книжной барахолке в воскресенье на зарубежный детектив.

    В это время Инна плодотворно работала, радуясь, что осталась одна в кабинете и её никто не отвлекает. Заглянул Баранов:
- Инна, завтра идём с тобой к начальнику цеха внедрять проект. Подготовь все нужные документы.
   Взбодрённая доверием начальника исполнительница с энтузиазмом складывала в папку все необходимые бумаги, записывала на отдельный лист все свои соображения по этому поводу.

  А из соседнего кабинета доносились азартные возгласы. Книголюбы, распределив наконец-то между собой книги, готовились играть в книжную лотерею.
   Советский Союз считался самой читающей страной. Замечательные книги классиков изучались в школе на уроках литературы и свободно продавались в магазинах по фиксированным низким ценам. Любой желающий мог взять эти книги бесплатно в библиотеке.

  Дамы из группы СБИН уже имели дома вместительные библиотеки классической литературы для обучения детей. Но в то время шла скрытая реклама всего западного. Кто-то уже готовил развал страны и хаял всё отечественное. Создавался ажиотаж на низкопробное зарубежное чтиво с элементами эротики. Запретный плод всегда сладок. Блатные женщины относились к узкому кругу людей, которых привлекало всё зарубежное. Часто они даже не читали книги, за которыми рьяно охотились.   

   В книжных магазинах покупать лотерейные билеты было не интересно. На деньги, выигранные в книжную лотерею, положено было покупать имеющиеся в наличии книги. Азартные игроки получали удовольствие, разыгрывая между собой пачку лотерейных билетов, выигрывая только деньги. Оля не боялась ответственности за нарушение правил книжной торговли, так как была уверена, что никто на неё не пожалуется.

   Пачка билетов книжной лотереи стоила двадцать пять рублей. В пачке было сто лотерейных билетов по двадцать пять копеек.
В лотереи был один выигрыш пять рублей, несколько выигрышей по одному рублю, остальные выигрыши по пятьдесят копеек. В итоге, сумма выигрышей равнялась двадцати рублям. Оля отчитывалась за разницу в пять рублей. Лотерейный билет представлял из себя маленький бумажный заклеенный конвертик, вскрыв который, можно было прочесть одну из четырёх надписей: без выигрыша, пятьдесят копеек, один рубль, пять рублей. Работники отдела РИФ любили разыгрывать лотерею, поэтому наиболее азартные игроки наскоро перекусывали принесённой из дома снедью. Те игроки, кто обычно обедал в столовой, пожертвовали обедом, они скинулись на пирожки, послав Раю за ними в заводской буфет.

  Посреди кабинета группы СБИН впритык друг к другу стояли четыре стола. К началу обеденного перерыва их освободили от всего лишнего. Оля торжественно раскупорила пачку лотерейных билетов и высыпала их все кучкой посредине столов. Наиболее азартные игроки сели вокруг, придвинув свои стулья, приготовившись к долгому марафону. Другие, взяв по два билета, заплатив за них пятьдесят копеек, отходили на свои места. Если билеты попадались выигрышными по пятьдесят копеек, они возвращались обменять выигрышный билет на новые два. Выигрышные билеты по одному рублю, и особенно самый счастливый билет по пять рублей, хранились в тайне до окончания игры, чтобы не пропал интерес у остальных игроков. После игры их обменивали у Оли на деньги, или расплачивались ими за книги.

   Таня, сев поближе к билетам, приняв вальяжную позу, не спеша, прощупывала все билеты:
- Сейчас я узнаю, какие билеты выигрышные, толстые или тонкие. Вот эти самые толстые, точно выигрышные, - она положила на стол пятьдесят копеек, - Беру два билета. Рубль! Ура! Давай ещё четыре.
   Подошёл начальник. Ради того, чтобы поиграть в обеденный перерыв в лотерею, он заранее пообедал в зале для руководителей завода. 
- Я сразу на три рубля сыграю, -  Иван Николаевич сел и выбрал двенадцать билетов.
   Между ним и Таней началась азартная игра. Кто же вытащит пять рублей?
   На этот раз Баранов вытащил пятирублёвый выигрыш, проиграв при этом четыре рубля. Радости его не было предела, он довольно потирал руки:
- А я мучился, сочинял письмо родителям, не знал о чём писать. Напишу теперь, что пять рублей в лотерею выиграл.
- Да, писать письма родителям всегда трудно. Написать одной строчкой, что всё хорошо, мало. О проблемах лучше не писать, проблемы решаются, а родители переживать будут, - панибратски давала советы Таня. Она проиграла двенадцать рублей.
  После того, как главный приз лотереи - пять рублей, был выигран, играть стало не интересно. 
- Что я мужу скажу? - фразёрствовала она.
- Скажи, долги отдала. Ничего, он у тебя хороший, простит. - посыпались советы.

    Все рублёвые выигрыши были также разобраны, игроки разошлись по своим местам.
   Оля подсчитывала прибыль от лотереи. Когда стоимость оставшихся билетов равнялась их сумме выигрышей или была ниже, Оля забирала оставшиеся билеты себе. Но сегодня остались шесть билетиков, среди которых затерялись всего два с выигрышем пятьдесят копеек каждый. Проигрышные билеты необходимо было продать.
 Оставшиеся билеты Оля предложила Инне, не участвовавшей в розыгрыше:
- Купи пару билетиков, может, пятьдесят копеек выиграешь.
   Инна купила, билеты оказались проигрышными.
   Из оставшихся четырёх билетов два были выигрышными. Продавать их не было смысла, Оля забрала эти билеты себе. Она получала удовольствие от того, что разрывала беспроигрышные билеты.

  Оставалась не проданной подписка Гоголя. 
- Инна, тебя, как нового члена общества книголюбов, я награждаю подпиской Гоголя, семь томов. Первый том с нагрузкой всего шесть рублей.
- Мне денег не хватит, я туфли хочу себе купить, за сорок рублей, в Пассаже видела.
- Да ты не волнуйся, сегодня заплатишь только шесть рублей за первый том, второй том не раньше, чем через месяц поступит.
- Плакали мои туфельки, -  Инна заплатила шесть рублей за книгу, на задней стороне обложки которой была указана цена: два рубля тридцать копеек.
  - Туфли купишь у Марины Ивановны, - сказала Рая.
- Кто это такая?
- Завтра узнаешь. После обеда я тебя к ней отведу, мне самой нужно кое-что купить, вещи у неё хорошие, импортные.

  Баранов составлял служебную о повышении окладов; вызвал старшего инженера Наташу, дал понять, что не справляется со служебными обязанностями. Она написала заявление об увольнении. Работники, на усмотрение начальства должны были отработать две недели. Начальник увольнял старшего инженера этим же днём, чтобы назначить на её место Инну, об этом он написал ещё одну служебную записку. Со служебной запиской должен был ознакомиться главный инженер, с его одобрения издавался приказ по заводу. Ивану Николаевичу было удобнее отнести главному инженеру на подпись сразу две служебные записки. Вторая была о повышении окладов работников отдела РИВ, в которую он записал Инну на должность старшего инженера, её новый оклад становился сто шестьдесят рублей.

   В кабинет директора зашла Крысова.
- Кузьма Петрович приехал на своей машине в субботу на сенокос, на виду у всех посадил в машину двух девушек и куда-то увёз.
- Мальчишка, - пробурчал Иван Иванович.
- Как бы он не наделал глупостей, - сказав это, Крысова, как всегда, незаметно вышла.

  Мысль директора напряжённо работала, он вызвал референта, долго выслушивал его доклад о последних новостях. Дав указания референту, директор позвонил Петрову:
- Зайди ко мне.
Главный инженер явился моментально, его кабинет был рядом с кабинетом директора. Иван Иванович улыбнулся ему и сказал ласковым металлическим тоном:
- Поедешь на собрание работников министерства в Таллин.
- Почему я? Это не мой уровень. Там соберутся начальники отделов или их заместители. Я недавно летал в министерство на собрание руководителей предприятий. Пошлите кого-нибудь из своих замов. Можете Баранова послать, больше пользы будет. Я наизусть знаю, о чём там будут говорить. Здесь я нужнее.
- Будешь упрямиться, я посодействую, чтобы тебя на курсы повышения квалификации отправили, на четыре месяца.
- Иван Иванович, я не могу сейчас уехать по личным обстоятельствам, - умоляюще попросил Петров, его глаза сверкали мольбою.
- Какие у тебя могут быть личные обстоятельства, если твоя жена в отъезде?  Поедешь ты. Билет на самолёт уже заказан. Быстро домой, у тебя мало времени на сборы. Самолёт отправляется через три часа. Без тебя проверим, как ты руководишь. Сам знаешь, работу руководителя проверяют, отправив его в командировку. Если без тебя завод будет работать без сбоев, значит ты хороший руководитель.
   Петров не посмел нарушить дисциплину, он полетел в Таллин, объяснение с Инной откладывалось.

   Вечером Инна была одна в комнате, она сидела на своей кровати, подперев подушкой спину для удобства, и читала книгу.
   В дверь робко постучали.
- Открыто, - сказала Инна.
   Дверь приоткрылась, появился деревянный ящичек, из которого выглядывал молоток, его принёс Коля:
- Я обещал Нонне починить стул.
- Нонна работает во вторую смену.
- Я быстро починю, не зря же я тащил весь этот инструмент.
   Инна чувствовала себя неловко. Но выпроводив за дверь Колю, знакомого, а может быть друга Нонны, она могла тем самым её обидеть.
  Девушка промолчала. Коля не спеша достал инструмент, взял шатающийся стул.

   Дверь резко распахнулась, бесцеремонно вошёл Ахмед.
- Вы, наверное, ошиблись дверью? - спросил его Коля.
- Я к ней, отстранив парня, Ахмед направился к кровати Инны.
- Я тебя не звала, - возмутилась Инна. - Уходи, я не желаю тебя видеть.
- Слышал, тебя не звали, - Коля подтолкнул его к дверям, вышел сам, закрыв дверь. Настроение девушки упало, ей не нравилась наглая настойчивость хама.

   Вскоре вернулся друг Нонны и продолжил чинить стул.
   Читательницу сломила усталость, отложив книгу в сторону, она дремала.
- До свидания, - поставив на место исправленный стул, вежливо сказал Коля и ушёл.
   Инна закрыла на ключ дверь, разделась и легла спать.


91-03к-ИПИ-Г21