Поезд

Человек шёл по вагонам движущегося поезда, сердце его билось учащённо. Он практически на ходу успел забросить сумку с вещами и запрыгнуть на подножку последнего вагона отъезжающего состава. Ему до сих пор не верилось, что он сумел это сделать.
Что это за поезд и куда он идёт, мужчина не знал, да и, честно говоря, ему было всё равно. Он сорвался из дома в одночасье. Просто в какой-то момент всё опостылело. Всю жизнь он занимался нелюбимым делом, жил с недалёкой, совершенно не понимающей его женой, которая считала, что у них всё нормально, «как у всех». Воспитывал детей, но и они со временем стали казаться чужими, потому что разговаривали на непонятном для него молодёжном сленге. Он копил деньги, покупал ненужные ему вещи, квартиры, машины...
 Но в конце концов понял, что для близких был всего лишь денежным мешком. Никому не было дела до его души, мыслей и желаний. Никто толком даже не пытался узнать его по-настоящему. От этого душа его истощилась. Она страдала, кричала и требовала свободы.
 Он давно собирался что-то изменить в своей жизни. И вот сегодня наконец решился. Просто вернулся с работы чуть раньше, закинул в сумку смену белья, пару рубашек, взял документы, немного денег и рванул на вокзал. Стояла глубокая осень. День выдался хмурым, небо заволокло серыми, как тоска, тучами. Накрапывал мелкий дождь. В здание вокзала беглец заходить не стал — сразу направился на перрон. Увидев уже набирающий ход состав, он что есть силы бросился за ним.
 Ему казалось, что где-то совсем близко его ожидает нечто радостное. Верилось: если он прямо сейчас сядет в этот поезд, то наконец-то окажется в совершенно ином мире — мире гармонии и любви, и будет безмерно счастлив, вырвавшись из плена постылых бытовых мелочей. Он бежал за уходящими вагонами, а когда догнал, едва справился с нахлынувшими эмоциями. Теперь мужчина шёл сквозь череду плацкартных и купейных вагонов, высматривая свободное место. Он был тучен, неповоротлив и уже далеко не молод. Пятьдесят лет — ещё не возраст, но больное сердце то и дело давало о себе знать, а посеребрённые сединой волосы и очки в дорогой роговой оправе делали его старше лет на десять.
«Нужно остановиться, отдышаться», — думал мужчина, но упрямо продолжал идти. Дышать становилось всё труднее. Он несколько раз доставал из кармана чистый носовой платок и бережно вытирал пот, выступивший на широком лбу. В тамбурах, как всегда, было сильно накурено.
Беглец не переносил табачного дыма и резких запахов, а здесь их хватало в избытке, особенно в плацкартных вагонах. Они перемешивались между собой, превращаясь в жуткий коктейль: табак, машинное масло, едкий запах из туалета, пот, дешёвые женские духи, домашняя пища и ещё что-то неуловимо специфическое.
От этого тяжёлого букета мужчине стало совсем дурно. Он сорвал с шеи галстук, лихорадочно расстегнул две верхние пуговицы рубашки, обессиленно бросил сумку с вещами на пол и некоторое время стоял неподвижно, прижавшись горячим лбом к прохладному стеклу окна. Через несколько минут, почувствовав лёгкое облегчение, он поднял багаж и открыл дверь в очередной вагон. Мужчина едва держался на ногах. Он наугад зашёл в первое попавшееся купе, тихо поприветствовал попутчиков и опустился на свободное нижнее место. Из сумки дрожащими руками вытащил баночку с таблетками, но открыть крышку уже не успел. Тяжело, глубоко вздохнув, он закрыл глаза и медленно сполз с сиденья на пол. Лекарство выпало из ослабевших пальцев. Попутчики тут же бросились к нему, пытаясь оказать хоть какую-то помощь, но было уже поздно…
Теперь он был абсолютно свободен.
Ноябрь 2014 г.