Первая любовь! Сбор

ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2015/01/17/2115

ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ! сборник П

СОДЕРЖАНИЕ:
1.Ты в меня влюбился?
2.Засватали?
3.Застрелю тебя я, Люсь!
4.Горько? Сладко!
5.Лесенка!
6.Себе забираю тебя!
7.К Дню Защитника  в школе девчонки...
8.Несостоявшаяся любовь!
9.Мой последний роман!..
10.Смело в любви я признался!
11.У калитки куст сирени..
12.В этом точно что-то есть!
13.Первое знакомство!Отрывок.
14.Опять ему я дам!
15.Первая моя любовь в кино!
16.Опалённая любовь!
17.Мы в пруду под звёздным небом!
18.Мой первый Спутник!
19.Арии из опер... под гармошку!
20.Общага!
21.Ароматно без приправ!
22.Моя экспедиция!
23.Паразитка!
24.Зима и любовь!Торосы на море...
25.Зима и любовь!Несостоявшийся охотник...
26.Танго!




1.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2014/04/28/819
СБОРНИК "ДЛЯ ДЕТЕЙ И О ДЕТЯХ!" рец.0, фото Яндекс.

ТЫ В МЕНЯ ВЛЮБИЛСЯ?

Петька! Ты в меня влюбился?
Не могу поверить я!
Я же думала мы просто
Закадычные друзья!..

Петя! Я люблю другого!
И у нас это серьёзно!
Так что чувства изменять
В этом возрасте мне поздно!

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, апрель 2014 г.


2.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2013/01/30/2220

СБОРНИК "ДЛЯ ДЕТЕЙ И О ДЕТЯХ!" фото Яндекс

ЗАСВАТАЛИ ?

Я иду с работы домой. Мой путь пролегает мимо детского садика, прямо мимо входной калитки. Вдоль ограды проходит тротуар, потом, узкая автодорога, потом, второй тротуар. Вот по этому,  второму тротуару,  я приближаюсь к калитке, а из неё выходит, видимо, мама с дочкой, лет пяти и останавливается с нею на пути у меня. Нагнувшись к дочке, она,  выслушивает её и, от неожиданности  выпрямляется и, глядя на другую сторону дороги, где на тротуаре стоит мужчина с мальчишкой такого же возраста. Мама удивленно и возмущенно спрашивает у дочки:
-Как это? Ты пойдёшь с ними? Они тебя что? Засватали, что ли? А ты меня спросила? Готова ли я стать бабушкой? - и при этом мамаша с юмором смотрела на чужого папу, беззвучно хохочущего и держащего за руку своего сына, который стоял, насупленный,  самоотверженно глядя на свою несостоявшуюся, пока что, любовь...
  Я понял по взгляду пацана, что  между ними этот вопрос решён бесповоротно, а вот родители… Да это их проблемы!..
Л.КРУПАТИН, МОСКВА, январь 2013 г.


3.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2013/05/04/259
СБОРНИК "ДЛЯ ДЕТЕЙ И О ДЕТЯХ!" рец.0, фото Яндекс.

ЗАСТРЕЛЮ ТЕБЯ Я, ЛЮСЬ! О детях

Петька-гад на поцелуй
За паршивую конфетку
Вчера в садике у нас
Совратил Петрову Светку!

Ты же , Люся, отказалась!
Ты же просто молодец!
Если встать на этот путь,
То придёт тебе конец!

Если всё же согласишься,
Застрелю тебя я, Люсь!
А потом прикончу Петьку
И конечно, застрелюсь!

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, май 2013 г.   

4.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2013/10/05/395
СБОРНИК "О ЛЮБВИ С УЛЫБКОЙ!" рец.0, фото Яндекс.

ГОРЬКО? СЛАДКО! ( к фото Яндекс)

ПУСТЬ У ВЗРОСЛЫХ «ГОРЬКО»! У НАС  СЛАДКО!
ПРИЗ МЫ ИМ, УЖ ТОЧНО, НЕ ПРОДУЕМ!
ПОЦЕЛУЙ С АНЮТКОЮ У НАС
БУДЕТ САМЫМ ДОЛГИМ ПОЦЕЛУЕМ!

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, октябрь 2013 г.

5.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2012/06/02/1177

ДВЕ ПЕСНИ О ПЕРВОЙ ДЕВИЧЬЕЙ ЛЮБВИ!фото Яндекс.

ЛЕСЕНКА!

Прямо с этой вот лужайки
В небо ведёт лесенка...
И об этом моя песня,
Ну, не песня - песенка!

Эта лесенка на небо
Будет бесконечная
И любовь моя, конечно,
Тоже будет вечная!

Я по лесенке взбираюсь,
За своей любовью вслед,
А она всё выше, выше
И назад пути мне нет!

Так негаданно, нежданно
Разгорелась эта страсть,
Только лесенка крутая-
Как мне, мама, не упасть?

Л.Крупатин г.Волгоград
холодная весна 2000 г
P.S.для исполнения будущей Звезде
Нашей Эстрады



6.
СЕБЕ ЗАБИРАЮ ТЕБЯ!

Горячее солнце, весенняя зелень,
Цветочки на каждом шагу,
Но то, что в душе моей тоже цветочки
Тебе я сказать не могу!

Немного ты старше, косишь под "крутого"
И не замечаешь меня...
И что моё сердце, как колокол вечный
Грохочет гремя и звеня!

Девчонок ты знаешь, они тебя любят,
Но я тебя выбрала!Я!
Ты слышишь, "крутой", я тебя забираю!
Себе забираю тебя!

P.S.для исполнения будущей Звезде
Нашей Эстрады

Л.Крупатин г.Волгоград
холодная весна 2000 г


7.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2014/02/20/772
СБОРНИК "ДЛЯ ДЕТЕЙ И О ДЕТЯХ!" рец.0, фото Яндекс.

К ДНЮ ЗАЩИТНИКА В ШКОЛЕ ДЕВЧОНКИ!..

К Дню Защитника в школе девчонки
Пребывают сейчас в суматохе!
Все в заботах, растерянны очень!
Слышу я сокрушённые вздохи!

Напишу-ка я стихотворенье
Одинцову из пятого «Б»!..
Он крутой и похож по фигуре
На солиста из группы «Любэ»!

Он партнёр мой на бальные танцы,
Хотя старше меня на два года!
Я уверена – это «светило»
Не сойдёт с моего небосвода!

Как уверенно водит он в танце!
Я ему доверяю вполне!
Он на сверстниц как будто не смотрит,
Но внимателен очень ко мне!

Он Защитником будет серьёзным,
Если  будет когда-нибудь  надо!
А я буду его медсестрой
И спасать его буду я рада!

Начинаю писать! Где же рифма?
Рифма! Срочно  явись ты ко мне!
Нам Защитника надо поздравить!
Мы с тобою почти на войне!

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, февраль 2014 г.

8.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://proza.ru/2013/07/20/407
СБОРНИК "ДЛЯ ДЕТЕЙ И О ДЕТЯХ!" рец.0, фото Яндекс.

НЕСОСТОЯВШАЯСЯ ЛЮБОВЬ!отрывок из романа "НЕРАВНОДУШЬЕ, КАК ДИАГНОЗ!"

      Была у меня подружка одногодка Аня, дочка завуча из нашей хуторской школы. У меня был  двухколёсный детский велосипед, который мы привезли с собой из нашей станицы вместе со всем домашним скарбом. Я уже умел ездить на велосипеде, а Аня нет. Я учил её ездить на моём велосипеде и однажды она не вырулила и воткнулась во что-то передним колесом. Соскочив промежностью на раму велосипеда, Аня повредила себе свою женскую штучку  и была кровь на трусиках. Родители почему-то очень подозрительно смотрели на меня и выясняли, действительно ли она повредила об велосипед, или с моим участием. Мне запретили учить её кататься на велосипеде, даже когда у неё всё зажило. Она просилась, а я требовал, чтобы она показала мне, что у неё всё зажило, тогда я давал ей велосипед. И такой «медосмотр» был каждый день. Я не давал Ане велосипед пока не проверю, что у неё там всё нормально. Как-то мы увлеклись и не заметили издали приближения её родителей. Они подошли неожиданно, увидели, что Аня катается и с вопросом почему-то обратились ко мне:
-Почему ты ей позволяешь кататься на твоём велосипеде? У неё же там ещё не зажило!
  А я уверенно сказал:
-Там давно всё зажило! Я же про- ве- рял!!!- сказал я эмоционально потряхивая разведёнными в сторону руками.
   Анины папа с мамой переглянулись очень круглыми глазами и папа неожиданно сдержанно гы-гыкнул, а мама, воткнув ему в рёбра свой локоть, сказала:
-Ну, и дуралей! – потом схватив Аню за ручку потащила её домой, оглядываясь на меня. Я долго думал потом, к кому это относилось: ко мне или к Аниному папе… Это я почему-то  много лет спустя вспомнил и опять думал над тем же вопросом.
     Ещё я вспомнил, что всё-таки после этого мы с нею играли, а однажды…
Однажды мы с мамой ездили в районную больницу к её знакомой учительнице, которая лежала там после операции. Они сидели с мамой на лавочке, а к ним «пристебался» пьяный мужичок интеллигентного вида и представился архитектором. Я понял, что он больше интерес имеет к моей маме, потому что она была очень красивой. Я очень агрессивно себя повёл с этим дядькой и потребовал, чтобы он шёл мимо. Он достал из своей папки настоящий чертёжный циркуль и подарил мне, сказав, что я настоящий мужчина и защитник женщин! Эх! Зачем я взял этот циркуль! Дома мама научила меня с помощью этого циркуля чертить разные фигурки и цветок лотоса. Я, конечно, пытался этому научить мою подружку Аню, но у неё не получалось и она учиться не хотела, а наоборот мешала мне. Мы сидели  на полу нашего крылечка и чертили прямо на полу и Аня вредничая,  грязными пятками(мы же бегали только босиком) двинула мои бумажки с чертежами. Тут будущий защитник женщин не выдержал и вонзил Ане в пятку иголку циркуля! Скандал был невероятный… Дружба наша кончилась, а вскоре мы уехали в хутор Потапов и сняли частную квартиру ближе к месту работы отца. Дома оставалась бабушка с нашим хозяйством.Велосипед я оставил Ане.

Л.КРУПАТИН, МОСКВА,июль 2013 г.

9.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2012/08/20/1035

(Сборник "Любовь и весна!")(6 рец.)фото Яндекс
(Сборник "Дорожная любовь!") (рец.7)


ЛЮБОВЬ И ВЕСНА! МОЙ ПОСЛЕДНИЙ РОМАН...
     Случилось это в общественном транспорте- в маршрутке. В солнечный  весенний день… Случилось!
Обратите, пожалуйста,  внимание на это слово:  СЛУЧИЛОСЬ! Я лично так себе представляю: два луча между собою пересеклись и этот факт называется: Случилось!
      Я зашёл в салон маршрутки и сел вперёд лицом по ходу, а она уже сидела  на первом ряду спиной к водителю и в результате оказалась лицом ко мне. Я не знаю, почему, но что-то СЛУЧИЛОСЬ, когда наши взгляды встретились. Её чистые, как весеннее небо глаза, были распахнуты мне навстречу.
  Губы её, ещё не знавшие помады, и без того были, как распустившийся бутон – чуть приоткрыты. Мои глаза, встретившись с её, наверное, тоже выразили что-то, скорее всего восхищение чистотой её взгляда, который мгновенно  заполнил мою душу и заставил дрогнуть моё сердце. Я  от этого чувства  и от неожиданности опешил и чуть – чуть ей улыбнулся. А она, заметив мою улыбку, тоже мне улыбнулась и кокетливо нагнула голову, вызвав сдержанный смех пассажиров, заметивших её необыкновенно засиявший взгляд.Её мама, у которой она сидела на коленях, заметив интерес пассажиров к своей четырёхлетней дочурке, но, конечно же, не видевшая, что с нею СЛУЧИЛОСЬ, вопросительно заглянула ей в лицо, но она в это время  уже  стыдливо нагнулась и исподлобья кокетливо  улыбаясь, поглядывала на меня, что ещё больше рассмешило пассажиров, а её этот смех вогнал в краску. Я тоже смущённо и вежливо улыбался ей, а она, чувствуя взаимность, подняла голову и уже смело взглянула на меня, а потом  ещё выше подняв голову, глянула вверх на маму и мама, встретившись взглядом с нею, кажется  поняла, что СЛУЧИЛОСЬ и вопросительно-удивлённо, тоже  с улыбкой глянула  на меня. Я усмехнулся ей, мол, вот так вот! Я ни при чём…
Не знаю я, что привлекло её во мне, пожилом чужом дядьке… Может быть у неё не было дедушки, а  ей бы хотелось? А может быть её заинтересовала моя шляпа, смахивающая на ковбойское сомбреро? Но ведь смотрела-то она  не на шляпу, а мне в глаза! И как смотрела! Для неё ведь не существует возрастного барьера – он вырастет позже, вместе с нею… и она, надеюсь, научится стесняться своих взглядов на посторонних мужчин… Хотя и сейчас уже было  что-то подобное, но вроде бы, как  не совладела она с собой и смущалась этого! Да! Именно так.
  Но вот и моя остановка… Я встаю с места, подхожу нагнувшись  к выходу… Она смотрит на меня испуганно, вдруг поняв, что мы расстаёмся. Я улыбнулся ей на прощанье и вышел. Захлопнув дверь я взглянул в её растерянные глаза, отделённые стеклом, поднял руку и помахал ей на прощанье с улыбкой. И она, встрепенувшись и  всё же растерянно улыбаясь, подняла руку и  замахала мне в окно, вызвав новый смех пассажиров.
  Маршрутка газанула и поехала, провожаемая моим взглядом, увозя  мой неожиданный роман… Вот что творит плутовка- весна! С моей-то стороны вроде, как шутка. А, вдруг, у неё это всерьёз? Сколько же душ мужских она сумеет ослепить своим сияющим взглядом. Я ведь не рассмотрел, какого цвета у неё были глаза… Ослепила!
  И сколько же ещё будет случаев в её жизни! Но пусть будет один настоящий СЧАСТЛИВЫЙ СЛУЧАЙ! НА ВСЮ ЕЁ ЖИЗНЬ!
ПОСТСКРИПТУМ: Вдруг память мою или душу заскрёб какой-то червячок далёкой забытой аналогии из моего прошлого и память мою понесло! Да так далеко! На шесть десятков лет назад! Мне было тоже четыре года – мы жили в хуторе Рябичи-Задонские в зоне  Великой стройки Коммунизма – Волго-Дона: Цимлянской ГЭС, её пятнадцатикилометровой плотины и окончания  Волго-Донского судоходного канала. Мой отец работал на Волго-Доне с нашим соседом – бульдозеристом, а я смертельно влюбился в его жену… Это тоже была весна…И это был мой первый роман! Отец приезжал с работы с соседом на его бульдозере с двумя букетами степных тюльпанов, которые мы ласково называли "лазориками".Как они пахли в нашем маленьком флигеле!Один букет отец вручал маме, другой мне. А сосед тракторист жене не привозил цветы. Я разделил свой букет напополам, понёс и вручил моей миловидной соседке в присутствии мужа. Ну, конечно, соседка была удивлена и растрогана! Она сказала, покраснев и смеясь, что ей муж никогда не дарил цветы. Я тут же повернулся к нему и спросил:
-А почему?
 Тот, чуть не поперхнувшись своей папиросой "Прибой" растерялся и ответил:
-Дык... это, бль! Я ж, бль, на тракторе всю дорогу, бль! Если я его, бль, оставлю, он же, бль, убежит от меня, нах!
  Я потом у мамы пытался выяснить, что такое "бль" и "нах", а она, покраснев, сказала мне:
-Это дядя Толя так заикается!Физический недостаток у него!А на физические недостатки надо не обращать внимание!Понял?
  Но после того короткого разговора сосед стал привозить жене тюльпаны!   
Вот это бумеранг! И где же ты бродил столько лет, СЛУЧАЙ? Долго ты искал меня… Нашёл-таки! Потому что ВЕСНА! И  это последний мой «роман»… Наверное…

Л.КРУПАТИН, МОСКВА,2009 г.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2014/03/12/548
СБОРНИК "О ЖИЗНИ ВСЕРЬЁЗ!" рец.0, фото Яндекс.
СБОРНИК "РОМАНСЫ!"

Я  МЕЖДУ ВОЛГОЮ И ДОНОМ!

Я между Волгою и Доном
Лежу в степи среди тюльпанов,
Как утопающий в тиши
Степных российских океанов!

Тюльпанов  море – океан!
Они поют мне нежно песни!..
Хочу понять – поют о чём?
Но  не пойму я! Хоть ты тресни!

На ветерке весеннем, нежном
Они стучатся друг о дружку:
-Тюк-тюк! Тюк-тюк! Тюк-тюк!Тюк-тюк!..
И к моему клонятся ушку…

Удастся ли ещё услышать
Такой концерт степной природы?
Летят года примерно  как
В Дону и Волге мчатся воды!

Они куда несут меня?
Да нет! Не вверх! Конечно вниз…
То, что проплыл я по теченью,
Не повторю уже на  «бис»!

Против теченья не попру!
Не удивлю я божий свет!
Хоть напрягусь изо всех сил!
Душа взлетит! А тело… Нет!

Парящий надо мной стервятник!
Ты на меня нацелил глаз?
Дружище! Мимо пролетай!
Сейчас и следующий раз!

Мозги и мышцы не подводят!
Ещё в работе мои кости!
Вот все проблемы разгребу,
Тогда, дружок, пожалуй в гости!..

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, март 2014 г.

10.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2014/03/12/1942
СБОРНИК "ЛЮБОВЬ И ВЕСНА!" рец.0, фото Яндекс.

СМЕЛО В ЛЮБВИ Я ПРИЗНАЛСЯ!

Вот это  – чудное место!
Помню на этой тропинке
Смело в любви я признался
Нашей отличнице Нинке!

Она, покраснев, мне сказала:
-Ну, и люби! Ну и что?
Только без знаков вниманья –
Чтоб не заметил никто!

Я не люблю всяких сплетен
И не даю обещанье!
Ты не выплёскивай чувства
И соблюдай расстоянье!

Мудрой была эта Нинка!
Пыл согнала в один миг!
Нам тогда было шестнадцать!..
Не одному! На двоих!!!

Тогда во втором были классе.
Пятнадцать ещё было вёсен…
Нинка была непреклонной!
Но приговор был несносен!

Да,  приговор этот Нинкин
Был без смягчения в силе!
Я, не дождавшись пощады,
Женился на милой Людмиле!

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, март 2014 г.



11.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2012/08/06/1559
ОБЩАГА! Первое знакомство.
    У нас по-соседству, через улицу Второй Пятилетки находилось училище связи и там учились одни девчонки. Нас под строгим надзором воспитательницы  и мастера какой-нибудь группы пускали  к ним на танцы. Я уже на втором году обучения познакомился с одной девочкой  Таечкой и мы ходили с нею гулять. Она оказалась очень грамотной и решительной в вопросах секса, хотя очень меня этим удивила, поскольку она была из детдома и была всего на год старше меня. Я ей задал этот вопрос и она сказала, что  у них в детдоме был физрук, который был женатый, имел  детей  и  интересовался  половой зрелостью своих воспитанниц.
    Когда у нас с Таечкой дело дошло до близости, а это случилось с первого дня знакомства,  я  почему-то и не вспомнил про свою подругу Нинку, оставшуюся в моём родном Цимлянске.  Может быть потому, что с Нинкой было всё чисто платонически, ведь я даже её ни разу не целовал, а здесь… всё было так просто и ясно! Она была такая откровенная  и смелая! Потом я вспоминал о Нинке и пытался  оценить происшедшее… Моё происшедшее,  как бы отделялось от любви к Нинке стеклянной стеной и никак одно другого во мне не касалось! Нинка  и моя любовь это совсем не то, что мы делаем с Таечкой!  К Таечке я тоже испытывал влечение и даже сильное! Но это было совсем другое!

Л.КРУПАТИН ВОЛГОГРАД-МОСКВА


12.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2014/04/04/366
СБОРНИК "О ЛЮБВИ С УЛЫБКОЙ!" рец.0, фото Яндекс

У КАЛИТКИ КУСТ СИРЕНИ!

У калитки куст сирени,
Под кустом стоит скамья.
Ведь полсотни лет назад
Здесь сидел с тобою я!

Помню, мы считали звёзды…
То есть я считал, а ты…
Ты вздыхала и скучала
И смотрела на кусты.

Ты была уже созревшей,
Знала старшеньких ребят
И слегка прямолинейно
Поняла мой нежный взгляд…

И когда я рот разинул
В отблеск лунного овала,
Ты сама меня схватила
И взасос поцеловала!

Вот тогда я сразу понял:
Это ты моя луна!
Закружилась голова,
Как от крепкого вина!

Я, конечно, был  «зелёный»
И не «спец» по женской части…
Но с тобою я познал
Всплеск горячей женской страсти!

Дорогой ты куст сирени!
На тебе в полвека тайна,
Как на этой вот скамейке
Стал мужчиной я случайно!..

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, апрель 2014 г.

13.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2013/11/23/413
СБОРНИК "О ЛЮБВИ С УЛЫБКОЙ!" рец.3, фото Яндекс.

В  ЭТОМ  ТОЧНО ЧТО-ТО ЕСТЬ!

Вдруг негаданно- нежданно
Из Столицы на всё лето
К нам приехала в деревню
Моя тётя Виолетта!

Как приехала, разделась,
Загорая у пруда,
Мужики  от её вида
Разбежались  кто-куда!

У неё трусишки – «стрынги»,
Как сказала мне она.
И торчит из  «стрынгов» попа
Будто полная луна!

Мужики у нас не трУсы!
Просто жёны есть у них!
А от ревности бывает
Нападает на них «псих»!

И тогда казачка мужа
Треснет пО лбу чем попало!
А за этакие  «стрынги»
Не покажется им мало!

Я же смело беру тётю
Виолетту на постой!
Мне же некого бояться!
Ведь казак я холостой!

Очень модные трусишки!
В этом точно, что-то есть!
Но оно в виду объёма
Не смогло в трусишки влезть!


Меня это не смущает!
Не ослепнуть бы вот мне!
Ночью в хате солнца нету-
Загораю при луне!

Когда тётя загорает,
Мне заботы – будь здоров!
Отгоняю мух от «стрынгов»,
Бью ладошкой комаров!..

Но у тёти Виолетты
Замечанье ко мне есть-
Комаров лишь возле «стрынгов»
Настигает моя месть!

Хорошо, что  из Столицы
Моя тётя Виолетта
Днём и ночью в модных  «стрынгах»
Загорать будет всё лето!
ПОСТСКРИПТУМ:
Я вам осенью итог
По секрету расскажу...
А пока охраной "стрынгов"
Озабоченный хожу!

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, ноябрь 2013 г.



14.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2015/07/29/379
СБОРНИК "ДЛЯ ДЕТЕЙ И О ДЕТЯХ!" рец.0, фото Яндекс

ОПЯТЬ   ЕМУ  Я  ДАМ!

Он сегодня нёс портфель Ирины!..
Значит, он мне снова изменил…
Ведь на той неделе «дылду-Светку»
Дважды он до дому проводил…

Ничего! Он завтра до урока
Спросит дать пример переписать!
Откажу! И будет  от  обиды
Сам себя за локти он кусать!

А смогу ему я отказать-то?
Не смогла я так же в прошлый раз…
У него лучом идёт гипноз
Из его искристых чёрных глаз!..

А вот завтра точно откажу!
Пусть же боль почувствует  он сам!
Нет…  Наверно,  всё же не смогу…
И опять   списать  я всё же дам…

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, июль 2015 г.


15.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2013/06/14/1700
СБОРНИК "О ЛЮБВИ ВСЕРЬЁЗ!" рец.0, фото ГУГЛ

ПЕРВАЯ МОЯ ЛЮБОВЬ В КИНО!

Первая моя любовь в кино!
Милая моя Софи Лорен!
Я ведь был пацан десятилетний,
Но, увы, меня взяла ты в плен!

Я любил и Нинку-одноклашку!
Та любовь была совсем другая…
Я тебя по-взрослому любил!
Ты моя богиня дорогая!

Чтоб тебя увидеть на «вечернем»,
Я таскал афиши по району!..
Весь сеанс я прятался за шторой
Чтобы не попасть в  глаза «мильтону»…

Как стучало сердце пацана!
Я шептал:Любимая Софи!
Вырасту – в Италию приеду!
Милая! Ты только позови!

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, июнь 2013 г.

16.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://stihi.ru/2011/11/01/7607

Осень! Опалённая любовь...
Леонид Крупатин
(Сборник "Любовь и осень!") (2 рец.)фото Яндекс.

Осень!
Моторки ещё  носятся по Волге, но их уже не так много, А те, кто в них сидят похожи на замёрзших нахохлившихся воробьёв – холодно на воде ! Уже холодно…Лес за Волгой местами жёлтым пожаром взялся. Даже, если пасмурно, так всё равно кажется, что в некоторых местах среди деревьев кусочки солнца лежат… Только глаза нужно прищурить, вот так… Лена прищурила глаза и посмотрела на лес за Волгой…
- Девушка, а что вы там интересного увидели?- рядом услышала она мужской голос.
   Лена испугалась, но не вздрогнула. Она недобро глянула на какого-то парня, неслышно подошедшего к ней. Холодно ответила:
- Там всё интересно… - пошла мимо отчего-то помрачнев и глядя себе под ноги.
      Осень… Под ногами сухие листочки шуршат. Ветер холодный, неровный. То рванёт, закружит листья с пылью, испортит на голове причёску, а то вдруг совсем утихнет.
     Осень. И на душе у Лены тоже осень. А весною была весна. И Любовь у Лены тоже была. И вообще- она жизнь знает. И этих вот двуногих…  мужского пола  она тоже знает и  как с ними обращаться. Их презирать нужно! Вот и всё!
     Лена вполне самостоятельный человек – ей 18 лет…скоро будет! И работает она давно – второй год после школы. На почте работает почтальоном… Там-то и любовь нечаянно получилась. И кончилась тоже нечаянно…
    Кажется весной впервые появился этот парень на почте. Может и раньше бывал, но заметила она его только весной. Он был старше, видно армию уже отслужил. Звать его Гена. Он всё письма «До востребования» спрашивал, говорил- соседи ненадёжные, поэтому «До востребования» приходится, а сам с Лены глаз  не спускал. А взгляд такой … ну, прямо сердце останавливается. Лена ищет его фамилию, неловко перебирая конверты, а сама чувствует, как у неё уши и щёки горят. И понимает Лена, что он тоже видит как она краснеет и от этого она  краснела ещё больше. Сначала она вообще не разговаривала с ним, а потом,  хоть изредка, стала отвечать на его вопросы. А когда он уходил, она почему-то стала ему говорить, что наверно письмо скоро будет… А он улыбаясь говорил: «Спасибо, Алёнка, наверное завтра зайду!" -это они уже познакомились и адрес его Лена знала.
     Непосредственно в  конторе отдела  доставки Лена работала временно, а когда подошёл срок ей идти опять почтальоном, она очень хотела попасть на его участок, где находился его дом, но не получилось. И они почти перестали видеться. Лена очень тогда страдала. В эти дни она сама себе призналась, что любит его и жить без него не может.
    Однажды помогая в отделе доставки разбирать поступившую почту, она с радостью увидела мелькнувшую на конверте его фамилию. Елена схватила письмо. Она решила занести ему письмо домой. Это почти по пути – только один квартал в сторону.
    После работы она летела, как говорится, ног под собой не чуя. Было это совсем недавно, какой-то  месяц назад…
        Летела она,  как на крыльях,  размахивая конвертом  с его фамилией  и его именем.
Вместо обратного адреса была только подпись неразборчивая, Да какое ей дело от кого письмо.Ей это не надо! Главное он хороший !
       Вот его дом.Вот подъезд, Вот квартира, звонок, дверь открывает он…
Счастью Лены предела нет! Он тоже сначала заулыбался ей, но тут же метнул беспокойный взгляд через плечо.
-Здравствуй… Ты  чего? – спросил  он.
-Вам письмо.- смущённо улыбаясь протянула она ему конверт.
-А-а-а! – оживился он- Спасибо…
- Генк! Кто там?- послышался из квартиры молодой женский голос.
    Сердце у Елены неприятно дёрнулось:
-Может сестра...- подумала она.
-Да письмо нам принесли!- ответил Геннадий всматриваясь в конверт, но вдруг лицо его дико изменилось.
-От кого письмо? – спрашивал голос из комнаты.
Генка посмотрел на Елену с ужасом.
-Ты с ума сошла…- прошептал он.
-Генк, ну от кого письмо?- капризно требовал голос из комнаты.
-Да…Да это не нам! Это ошибка!- сказал Геннадий, комкая письмо и пихая его в карман.
-Иди отсюда!- махнул он на Елену рукой,  испуганно, судорожно, как на какое-то привидение и захлопнул дверь.
      Лена не помнит, как она спустилась по лестнице, как шла домой. Вечером, немного придя в себя она подумала:»Может это как раз тот случай, когда надо с собой покончить?»
      Но всё  взвесив и вспомнив его искажённое ужасом лицо она решила: «Нет! Это совсем не тот случай…»
      А вот теперь на душе осень… И не надо подходить к ней с разными вопросиками! Знает она этих двуногих… мужского пола.

        ПОСТСКРИПТУМ: А описано время, когда люди умели писать письма и не было сотовых телефонов. А Любовь  была, как и теперь…

Л.КРУПАТИН, ВОЛГОГРАД-1978,МОСКВА,2008 г.

17.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2017/04/22/779
СБОРНИК "ЛЮБОВЬ И ЛЕТО!"

МЫ В ПРУДУ ПОД ЗВЁЗДНЫМ НЕБОМ!

Мне Катюша-веселушка,
Лет пятнадцати от роду
Предложила нынче ночью
Бороздить телами воду!

Говорит мне: Переплыть
Пруд ты сможешь или нет?
Если сможешь, то тебе
Подарю один секрет!..

Как же заинтриговала
Меня Катя-веселушка!
Что ж задумала, однако,
Моя юная подружка?

Чтобы не было вопросов
У нас дома, мы своё
На кустах прибрежных с Катей
Хитро спрятали бельё!

С Катей мы под звёздным небом
При луне плывём в пруду!
Фруктов в воду слышен всплеск!
Соловьи поют в саду!

Аромат броженья чуем,
Будто мы плывём в вине!
И мерцает Кати попка,
Загорая при луне!..

От пруда сады высоким
Отделяются забором
А за ним собаки лают
На наш плеск нестройным хором!

А к пруду через забор
Ветки гнёт фруктовый сад!
Вдруг мне голову вскружил
Абрикосов аромат…

Глянул вверх, а надо мной
Абрикосов — «туши свет»!
Катерина засмеялась:
Вот он! Вкусный мой секрет!

-Катя, милый ты ребёнок!-
Про себя подумал я.
Я , конечно, сомневался,
Про себя интим тая…

В целлофаны мы набрали
Абрикосов подзавяз!
Ценный груз нам ловко надо
Транспортировать сейчас.

Предложила Катя в плавки
Набросать мне абрикосы -
Не совсем гигиенично,
Но, а кто задаст вопросы?


Целлофана кончик в зубы -
Можно так доплыть вполне!
Я плыву спокойным брассом,
А Катюша — на спине!..

Её груди под луною,
Над водой, как два Эльбруса!
Хоть глаза закрыть мне чтобы
Избежать в воде искуса!!!

Не могу я не смотреть!
Это выглядит прелестно!
Только в плавках абрикосам
Почему-то стало тесно!

А прощались на развилке,
Этот вот «ребёнок» вдруг,
Горячо поцеловала!!!
Но,  я думал, что я друг…

И игриво побежала,
Унося свою фигурку!..
Но, вонзивши в сердце боль,
Обалдевшему придурку...

А теперь наверняка
Разгадал я тот вопрос-
Состоял секрет Катюши
Вовсе не из абрикос..

Звёзды в небе и в башке
У меня кружатся роем!
Я женат!И дома дети!
Эту тему мы закроем!..

Ах, ты милая Катюша!
Очень хитрый крокодил!
Как подкралась незаметно!
Чуть я в пасть не угодил... 
 
Л.КРУПАТИН, МОСКВА, апрель 2017 г.


18.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2017/10/06/553
СБОРНИК "ДЛЯ ДЕТЕЙ И О ДЕТЯХ!"

МОЙ СПУТНИК! 60-летию запуска Первого Спутника.

    В сентябре 1960 года я должен был идти в седьмой класс Цимлянской средней школы №2. Мне было 13 лет. Июнь и июль я работал в топографической экспедиции рабочим с окладом 60 рублей в месяц. Я ходил с  геодезической рейкой по степи, делая «квадраты» - сто шагов прямо, сто шагов вправо(строго под 90 градусов), сто шагов опять вперёд, сто шагов влево(под 90 градусов) и так далее, пока мне не свистнет инженер-топограф, отмечающий на каждом моём повороте уровень местности наблюдая  за мной в прибор кипрегель, стоящий на планшете с треногой, покрытом ватманом. Там, где местность была неровной, то мои «квадраты» значительно уменьшались. Потом, я работал и после седьмого класса и после восьмого, с повышением окладов. Но это потом…
     Сегодня, за две недели до начала учебного года, вдруг моя мать, работающая учительницей начальных классов в моей же школе, узнаёт, что из нашей школы организовалась группа школьников для поездки в Москву в сопровождении двух преподавателей. И хоть заработанные мною деньги были уже израсходованы на подготовку к школе, мать мне предложила поехать с этой группой. Я с радостью согласился и в день отъезда отец отпросился с работы (с Прядильно-ткацкой фабрики). Отец  задержался на работе,  и мы очень опаздывали к моему поезду. Когда мы приехали на  железнодорожную станцию «Цимлянская», поезд  показал нам свой хвост. Отец поймал какого-то мужика на тяжёлом мотоцикле,  и мы, вдвоём с этим мотоциклистом, помчались догонять  поезд. Объясню наш маршрут! Мы от  ж/д станции должны доехать назад, до города Цимлянска километров пять.(Кстати, он только в этом году стал городом, а до этого он был рабочим посёлком). От города начиналась плотина Цимлянской ГЭС, длиной 15 километров, плотина заканчивалась 14-м и 15-м шлюзами Волго-Донского Судоходного канала, потом город-спутник Цимлянской ГЭС – Волгодонск, потом за ним – железнодорожная станция Добровольская, куда должен прибыть мой поезд. Когда мы на мотоцикле с бешеной скоростью проехали наш город, так как дорога почти не захватывала город и спустились на автодорогу, идущую по плотине, мы уже догнали поезд,  и он шёл над нами по железной дороге, идущей по вершине плотины ГЭС. Но далее нам было ограничение в скорости 20 километров при проезде непосредственно по самой ГЭС, а поезду ограничения нет. Потом посёлок Солёный на нижнем бьефе плотины тоже с ограничением скорости, потом город Волгодонск  - с ограничением, но мы приехали на станцию, когда поезд ещё не отправился. Я успел сесть в вагон и поезд пошёл.
   В Москве наши руководители группы – две учительницы начали экскурсию с Красной площади и завели нас в ГУМ. Там я невзначай оказался в отделе подарки и увидел, как две женщины индианки – молодая и пожилая в богатых  сари, с ожерельями на шеях и богатыми перстнями и браслетами на руках,  рассматривают, с пояснениями и показом продавца,  подарочную модель советского первого спутника. Он был размером с грецкий орех, хромированный, укреплённый на прозрачной ножке, изображающей как бы след инверсии от земного шара и до спутника. Земной шар представлял собою выпуклую позолоченную полусферу, в диаметре 15 сантиметров,  с изображением очертаний территории СССР с параллелями и меридианами. Эта полусфера была основанием данной модели. Под основанием находился заводной ключик, как у будильника. Девушка продавец, завела пружину музыкального механизма, слегка повернула позолоченную полусферу земного шара  и мы услышали нежную мелодию музыки песни «Широка страна моя родная». Куплет закончился,  и мы услышали сигналы спутника, знакомые нам по радио: Пик, Пик, пик. Потом опять куплет и опять – сигналы: пик, пик, пик … И так до тех пор, пока не иссякнет сила пружины,   примерно минут через пять. Потом опять подзавод и всё заново. Индианки обалдели и немедленно заплатив деньги 95 рублей, они счастливые ушли.  Я, тоже обалдевший остался, с ужасом наблюдая, что сейчас другие покупатели купят последний экземпляр, оставшийся в отделе. Я,  немедленно достал из потайного места в футляре фотоаппарата «Смена» 100 рублей, выданных мне мамой на посещение всех интересных объектов и купил спутник, к большому разочарованию других нерасторопных  покупателей. Надо понимать то время, в котором мы жили! Прошло всего три года, как был запущен в космос наш Первый искусственный спутник земли, до сих пор подававший сигналы. Шли разговоры  по радио о предстоящем полёте человека в космос.
У меня была в классе подружка Нинка-отличница, которая меня очень сильно игнорировала. Когда я ей после второго класса признался в любви, она, такая мудрая, сказала мне: Ну и люби себе на здоровье, но чтобы это было не наглядно! Не люблю сплетен!
     Я ей как-то сказал, что собираюсь написать письмо в Москву с предложением меня запустить в космос для эксперимента вместо очередной собачки Лайки, которая не вернулась на землю. Я хотел бы вернуться, но если не получится, то я, самоотверженно на это согласен! Тут, правда, Нинка меня стала отговаривать и даже взяла меня за руку. А я сказал, что я решил бесповоротно и родителям об этом не скажу! В этой нашей группе Нинки не оказалось, потому что её ещё не было дома после летних каникул.
   Когда наши руководители группы увидели у меня покупку, то сразу спросили, сколько этот спутник стоит. Они были в ужасе, так как это было больше их месячной зарплаты и сказали: Индианки видно миллионерши, так как бедные туристами не ездят, а ты решил сравняться с ними. Они спросили, сколько у меня ещё осталось денег,  и я сказал, что осталось пять рублей. Они сказали, что оставшихся моих денег не хватит  на платные мероприятия, но я сказал, что не буду сильно расстраиваться. Они сказали, что я должен буду ездить с группой везде, куда будут ездить все, но не буду посещать развлечения. Я сказал, что для меня главное – Мавзолей Ленина, Кремль, Третьяковская галерея и ВДНХ, а это бесплатно. Однако они тоже, как и наши члены группы,  балдели от моего спутника и просили бесконечно его заводить. Даже работники отеля «Заря», где мы остановились, узнав о моей покупке, тоже приходили посмотреть и послушать, восхищаясь моим спутником.
    Но была у меня ещё потаённая мысль… Обратиться куда-нибудь в какое-то учреждение, чтобы дать согласие на полёт в спутнике! Пусть даже об этом никто не узнает! Главное, что Нинка догадается и будет обо мне горевать! Я купил карту Москвы, нашёл здание Моссовета на Тверской площади и 19-го августа с утра я сказал учителям, что остаюсь в гостинице, так  наверное я заболел. Термометр показал температуру 38 градусов! Перестарался я с горчичником… Наши педагоги перепугались. Одной учительнице пришлось остаться со мной… Как я ни уговаривал, но она вынуждена была остаться. Часа через два у меня температура стала 37,2 градуса. Учительница успокоилась и решилась куда-то съездить в магазин, заручившись моим обещанием лежать и никуда не выходить. Вообще-то, заболеть было не мудрено, так как мама, ориентируясь на нашу южную температуру, отправила меня в Москву в сорочках с коротким рукавом, а в Москве было в августе плюс 15 градусов. Я постоянно ходил с «гусиной» кожей на руках и вздыбленными выгоревшими на южном солнце волосиками на чёрной загорелой коже.
    Только учительница вышла, как я – следом! На Тверскую площадь. На площади я был удивлён массой народа и массой милиции. Я узнал, что в здании Моссовета проходит суд над американским лётчиком-шпионом Пауэрсом, сбитым первого мая над  Свердловской областью и все ждут, когда его будут выводить. Я понял, что моё мероприятие сорвалось, но пропустить вывод шпиона я не мог. Я забрался на основание металлического фонарного столба, которое меня возвышало над площадью примерно на метра полтора и стал ждать. Милиционеры на меня посматривали, но не прогоняли и тогда ко мне забрался ещё один парнишка. Я видел, как взрослый мужик тоже полез на соседний столб, как и мы, но его милиция стащила на землю. Мне пришлось провисеть на столбе  почти полдня, хотя очень хотел в туалет. Но моё место сразу бы заняли, если бы я отлучился «в кусты». Как велико было моё разочарование, когда при оживлении толпы, я устремил свой взор на ступеньки лестницы, но увидел группу мужчин в одинаковых чёрных костюмах, спускавшихся к «автозакам». Кажется их было три ряда по три человека и кто из них был Пауэрс, невозможно было определить. Машины уехали, народ стал разбредаться, а я не мог найти уединение в кустах, так как «страждущих» было море!
   В отель я явился, оказывается, чуть позже учительницы. Я сказал, что выходил на полчаса, а она сказала, что не надо врать, так как дежурная, выдававшая ключи сказала, что я ушёл вслед за нею. Она пощупала температуру моей головы и попросила меня никому не говорить, что она отлучалась. Я клятвенно пообещал и мы договорились, что я назавтра опять «поболею».
   Назавтра у меня была намечена Третьяковская галерея, так как Мавзолей и Кремль мы посетили в первые дни по приезду, после чего я и попал в ГУМ. В Третьяковской галерее мне очень повезло. Я «приклеился» к экскурсионной группе,  где была очень грамотная и не ленивая экскурсовод. То,  что она рассказывала о картинах и художниках врезалось в мою свежую память на всю жизнь. Когда я, спустя пятнадцать лет, возвращался из турпоездки по Индии и вновь посетил Третьяковскую галерею, мне не повезло с экскурсоводом и я, рядом стоящим из группы туристам, вкратце досказывал за экскурсовода,  а  мне задали вопрос – не искусствовед ли я?
   В поезде, когда мы ехали домой, мой спутник взбудоражил  пассажиров всего вагона, тем более, что 20-го августа  передали по радио о том, что в космос слетали собачки Белка и Стрелка и вернулись живыми назад! Как я был расстроен тем, что опоздал со своей заявкой на полёт в космос…  Но мой спутник оказался, как нельзя кстати! И в школе спутник произвёл фурор! А Нинке я рассказал, почему я не смог подать заявку на полёт в космос – из-за шпиона Пауэрса! Нинка сказала, что она благодарна шпиону! Но смеялась…
   На будущий год у меня родилась долгожданная сестрёнка, которую я назвал Нинкой! Сестрёнка оказалась на четырнадцать лет моложе меня. В это лето я отработал в топографической экспедиции два месяца с окладом 80 рублей в месяц, так как меня уже повысили до  «старшего рабочего», как работающего третий год подряд. Я уже стал готовиться в девятый  класс к первому сентября, но у меня утонул в море мой отец инвалид Великой Отечественной войны и я, сообразив, что мама не выдержит материально: меня, бабушку без пенсии и годовалую сестрёнку, поехал в Волгоград, приобретать специальность электромонтёра по монтажу и эксплуатации промышленного оборудования.
     Мои друзья одноклассники продолжали учиться в школе, а я в волгоградском ПТУ и параллельно в вечерней школе.Ночами разгружали со старшими ребятами вагоны со щебёнкой, картошкой и разными другими грузами.Однажды позарились на высокую оплату и пошли разгружать вагон с нефасованным цементом.После этого нас не пустили в раздевалку, как ни вытряхивали свою испорченную рабочую одежду, шатаясь от усталости.Её мы оставили в бендежке сантехника, а рабочую одежду пришлось покупать вновь на заработанные деньги.Так начинался мой трудовой стаж пятьдесят пять лет назад.
   Через год я приехал домой на каникулы, а сестрёнка Нинуля, свернула голову моему спутнику. Я склеил его. Вернувшись домой ещё через год, уже после окончания ПТУ, я обнаружил, что сестрёнка свернула голову спутнику окончательно. Мне было обидно, что ей разрешали всё, чего не разрешали мне, но ничего не сделаешь… Вместо меня полетел в космос Юрий Гагарин, а я пошёл учится летать на самолётах, чтобы как Юра,  тоже полететь в космос. Сестрёнке Нинуле я привозил с аэродрома свои накопленные для неё шоколадки.
Л.КРУПАТИН, МОСКВА, октябрь 2017 г.


19.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2012/08/15/872
Арии из опер... под гармошку! фото автора
Леонид Крупатин
(Сборник "О животных")(рец.1)

  Сестрёнке моей был годик, когда наш отец -  Василий Васильевич- инвалид  Великой  Отечественной войны, утонул в Цимлянском море в шторм на рыбалке в возрасте 37 лет.
Я  после окончания 8-ми классов вынужден был  Волгоградском ПТУ  приобретать специальность электромонтёра по монтажу и эксплуатации электрооборудования, а сестрёнка подрастала в Цимлянске с мамой – учителем начальных классов «Заслуженным учителем школы РСФСР» и бабушкой пенсионеркой без пенсии, потому что бросила работать в колхозе в 54 года. За это её забирали в «принудиловку» без суда и следствия и так же без суда и следствия отец её выкупил за взятку. Это было при Сталине в 1951 году. Сестрёнка была младше меня на 14 лет. Мне писали в письмах о том, что они с нашим дворовым Шариком «дают концерты» под детскую гармошку.Сестра играет, точнее  «рипит» , как говорила моя бабушка, а собака под эту «музыку» воет на разные тональности.
Когда я приехал домой в отпуск, то сам увидел это своими глазами, а ещё мне рассказали подробности. Однажды сестрёнка пришла с Шариком с улицы с сумкой конфет, пирожков, булок.
Оказывается они с Шариком  «выступали» перед соседями на лавочке, а им  «за работу» стали соседи давать всякие угощения и сестрёнке это понравилось. Бабушка отнеслась к этому с юмором, но когда это дошло до мамы, которая домой приходила только для того, чтобы проверить  пачки тетрадей своих учеников и потерять сознание до  утра, мама была в ужасе. Она не поддержала бабушкин юмор, а устроила скандал, запретив сестрёнке продолжать эти «концерты», потому что руководством  в школе это будет расценено не с юмором, а  совсем иначе!
    Но «концерт» я видел и оценил! Шарик так  «художественно» выл под «рипение» детской гармошки, выводя разные  тональности и вытягивая губы в трубочку, а шею в разные стороны, как оперный певец,   артистично поднимая при этом то одну лапу, то другую, жестикулируя в такт пению, что это сначала вызывало хохот соседей, а потом, когда у собаки начинали по щекам катиться слёзы, то люди тоже плакали и хотели «артистов» чем-то наградить! Когда Шарику протягивали что-то вкусное, он не сразу хватал, а кивал, фыркая и улыбаясь.  Однако «вредная»  мама запретила получать заслуженные награды…

Л.КРУПАТИН, МОСКВА.2009 г.

20.
ОБЩАГА!
(Отрывок из романа "Неравнодушье, как диагноз!"

 С вагонами и ломом я породнился с 15 лет и до 35-ти. В нашем  ПТУ стипендия была 23 рубля 50 копеек. Из них мы сдавали 18 рублей на питание в столовую  и 5 рублей 50 копеек оставалось на всё-про всё!  Дома у меня оставалась семья из трёх человек: мама, сестрёнка годовалая и бабушка пенсионного возраста, но без пенсии, потому что в 54 года бросила работать в колхозе из-за меня. А тогда таким пенсию не платили. Так что подспорье было нужно.
     В  зимнюю пору,  в некрытых полвагонах (как их называли) все грузы были смёрзшимися и без лома нечего было делать.  Вагонами приходилось заниматься и в армии, хотя я почти всё время посвятил самолётам, освоив три типа истребителей в качестве курсанта пилота, где давали только военную специальность «пилот-истребитель» и одну звёздочку –«Младший лейтенант» без высшего образования по системе ДОСААФ. Кстати, Юра Гагарин тоже так начинал.
    У нас по-соседству, через улицу Второй Пятилетки находилось училище связи и там учились одни девчонки. Нас под строгим надзором воспитательницы  и мастера какой-нибудь группы пускали  к ним на танцы. Я уже на втором году обучения познакомился с одной девочкой  Таечкой и мы ходили с нею гулять. Она оказалась очень грамотной и решительной в вопросах секса, хотя очень меня этим удивила, поскольку она была из детдома и была всего на год старше меня. Я ей задал этот вопрос и она сказала, что  у них в детдоме был физрук, который был женатый, имел  детей  и  интересовался  половой зрелостью своих воспитанниц.
    Когда у нас с Таечкой дело дошло до близости, а это случилось с первого дня знакомства,  я  почему-то и не вспомнил про свою подругу Нинку, оставшуюся в моём родном Цимлянске.  Может быть потому, что с Нинкой было всё чисто платонически, ведь я даже её ни разу не целовал, а здесь… всё было так просто и ясно! Она была такая откровенная  и смелая! Потом я вспоминал о Нинке и пытался  оценить происшедшее… Моё происшедшее,  как бы отделялось от любви к Нинке стеклянной стеной и никак одно другого во мне не касалось! Нинка  и моя любовь это совсем не то, что мы делаем с Таечкой!  К Таечке я тоже испытывал влечение и даже сильное! Но это было совсем другое!
     Нинка для меня была чем-то чистым, светлым, далёким, аморфным. Я брал в руки её маленькую фотографию, которую выпросил у неё перед отъездом из Цимлянска и душа моя улетала в какой-то сладкий цветущий тоннель, похожий на тот, в который я её водил в детстве на берегу Цимлянского моря:

Скажи, Чудесница Весна!
А кто  Великий твой Творец?
Как он открыл навстречу Солнцу
Твой драгоценнейший ларец?

Как он создал такое Чудо?
И где он взял такие краски?
И как их с солнцем замешал
Для этой вот чудесной сказки?

Какой  замес Цветов и Солнца!
И ароматы в вальсе бала!
Скажи Весна, какая кисть
Вот это всё нарисовала?

Тюльпаны всех цветов, оттенков,
Черёмух, вишен аромат!
Как стражи – синие ирисы
Свою полянку сторожат!

Пчелиный гуд в ветвях цветущих!
И мы в тоннеле из цветов!
Давай друг в друге растворимся?
Ты это хочешь? Я готов!..
И я сам растворялся в Нинке, вернее в сладкой, но бОльной мечте о ней. Я тосковал и по матери и по сестрёнке и по бабушке… Но больше по Нинке, но совсем по другому! Однажды сожители по комнате меня застали застывшим над этой фотографией и их заинтересовало, что это я так поспешно убрал от их похабных взглядов. Естественно, они взрослые парни, отслужившие в армии по три четыре года, легко справились со мной и отобрав фотографию стали над нею пошлить. Когда я стал с бешенством пытаться защитить её, то меня скрутили, связали и засунули под кровать, продолжая пошлить и изощрённо хамить над фотографией. Когда я стал их от безысходности оскорблять и выражать угрозы страшной расправы, то мне и рот заткнули вонючим носком, который нашли под кроватью рыжего, которого звали "Ржавый". Меня вырвало и я стал задыхаться. Меня вытащили и хотели заставить убирать, но я взял со стола графин, вроде бы чтобы напиться и резко ударил по голове самого заводилу и авторитета этой компании. Удар был сильным, резким, поэтому последствия были не очень тяжёлыми. Графин разлетелся вдребезги, но горлышко я не бросил, а ушёл защищаясь им от других. Была Скорая помощь, милиция, воспитательница, комендантша. Утром у директора была большая разборка, где я сказал, что буду каждую ночь  разбивать по графину об головы других. Разобравшись, директор сказал, что отдаст под суд первого, кто меня тронет и меня переселили в комнату на четверых, которые были уважаемых родителей и у них были особые условия "по блату", как говорили в советские времена. На этом всё же не закончилось и эпопея взаимной мести продолжалась до самого выпуска, но я не жаловался, а действовал сам. Я мстил не столько за себя, сколько за Нинку. Фото я порвал и выбросил в форточку.
    С нами в этой комнате жил Анатолий, который был лет на семь-восемь старше меня и других сожителей.Я был «доармейский» - пятнадцати- шестнадцатилетний, а  он был старше ребят, которые поступили в наше ПТУ после службы в армии. В его комнате для «блатных» я очутился случайно, по распоряжению директора, после инцидента с фоткой Нинки, за которую я разбил графин об голову моего мучителя. Правда, Анатолий  меня после этого зауважал, рассказывал мне о тонкостях  сексуальных отношений  с женщинами, чем он  очень  грешил  в те времена. В связи с этим он не часто ночевал в нашей комнате.
   А если ночевал, то он нам, «салагам» рассказывал такие сексуальные приёмы, что одеяло у нас всю ночь шалашом стояло.
- Вот, говорят, бабы бывают холодные, ленивые… Чушь! Я так могу любую завести, что она сама на меня залезет и изнасилует, а я ещё и сопротивляться буду! Не всерьёз, конечно! Но это интересно! Надо у бабы найти точки, на которые надо вовремя воздействовать и воздействовать, вроде как нечайно! А ей хочется ещё, а ты уже к другой перешёл! И так доведёшь её, что у неё голова закружится и она ещё заранее не раз кончит! И ещё  и для неё и для тебя надо её прелесть изнутри пальчиком изучить. Там такие прекрасные неожиданности тебя ожидают! И у всех всё по-разному! Ни одной одинаковой не встретишь! У одной внутри нежные шарики, у другой губки, у третьей, как махровое полотенце, у четвёртой лепесточки как живые там шевелятся! Если ты это пальчиком исследуешь, то эта баба никогда для тебя не будет безынтересной, если вспомнишь, какие прелести тебя там ожидают! Палец твой, конечно должен быть чистым и ноготь обработанный, иначе ей заразу занесёшь и сам пострадаешь, а будешь на неё обижаться!Я сам по молодости, ещё не опытный был, так оплошал.Сам довёл девчонку до изнеможения, а когда туда добрался, а у неё там уже влажно и с дуру высказался.Она дала мне по морде и больше не встречались... Это же был знак, что она готова! А я дурак!.. Кстати, по запаху можно определить, здорова она или нет. Если нормальный сексуальный запах, от которого голова у мужика кружится, значит она твоя!А если, слегка тухлым припахивает - беги руки мой и не возвращайся! В лучшем случае трипер поймаешь, а может чего и похуже.
-Вот ты, Лёня, говоришь, что у вас с девчонкой из училища связи всё - «тип-топ». А как у неё внутри? Молчишь? Значит брешешь! Значит ходишь с нею вздыхаешь и спермой истекаешь! Если расскажешь следующий раз, как у неё там, то значит ты на верном пути и значит дела у вас действительно идут полным ходом!
    Следующий раз, я подзадоренный Анатолием, действительно довёл Таечку до изнеможения, а вечером после отбоя  рассказал Анатолию и ещё двум сожителям, что мы делали и как у неё там… Анатолий так расчувствовался, что даже на кровати сел и тяжело задышал.
- Говоришь, что у неё там сначала губки, потом лепесточки, а потом как махровое полотенце? Ух, ты! Так только у казачек бывает, потому что на Дону  в крови все национальности замешаны, а вот тут между Волгой и Доном — тем более! Все мужики приезжие говорят, что красивее наших, волгоградских баб на свете нет! И это точно!
   Мне было не жаль и не стыдно о том, что я рассказал о наших секретах с Таечкой, потому что у нас  с нею любовь была ниже пояса. Об отношениях с Нинкой я бы никогда никому не рассказал, потому что я её любил душой! И что за эту любовь я потерпел, я уже рассказывал...   

     Мы дружили с  Таечкой успешно до тех  пор, пока один из наших уродов обокрал столовую их училища и танцы кончились, а договариваться о встрече было очень сложно и мы встречались очень редко, тем более, что у нас начались практические работы на монтаже  РПП (Ртутно-преобразовательной подстанции) на Алюминиевом заводе, до которого мы добирались  два часа в одну сторону, через весь город. Потом  Таечка закончила училище и была распределена  к себе в райцентр на север нашей области, где её  у родственников  ждал младший братишка. Потом я слышал, что она там вышла замуж и ей дали квартиру, как сироте. Того урода,  который обокрал столовую наших подружек- связисток,   посадили.
        Наш директор с фамилией Агудов,  чем-то похожий на турка, но русский по паспорту и звать Виктор Иванович, любил говорить перед построенной линейкой  учащихся:
-Кто не желает понимать по-русски, я буду объяснять по-турецки!
      Кое- что доходило, и кое- что даже оставалось в наших головах.

Л,КРУПАТИН,  МОСКВА, июнь  2011 г.

21.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2013/05/02/334

СБОРНИК "ДЛЯ ДЕТЕЙ И О ДЕТЯХ!" фото Яндекс.

АРОМАТНО БЕЗ ПРИПРАВ! Юмор о детях.

К счастью, мы с тобою тёзки!
Тебя Машенькой зовут!
А меня козою Машкой!
На лугу меня пасут!

Вкусно, Машенька, капустой
Пахнешь ты на заднем месте!
Откушу-ка я кусочек-
Удостоюсь такой чести!

Значит – верно, что в капусте
Человек берёт детей!
Что ж? Вполне рационально!
Без особенных затей!

И довольно -таки вкусно!
Ароматно без приправ!
Я попробую,  однако!
Человек, пожалуй, прав!

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, май 2013 г.

22.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2011/04/22/691

СБОРНИК "ПРИКЛЮЧЕНИЯ!" рец. 0 фото автора.

ФРАГМЕНТ РОМАНА "НЕРАВНОДУШЬЕ, КАК ДИАГНОЗ!" (на фото Таня Дроздова)

МОЯ ЭКСПЕДИЦИЯ!
      Я не помню кто из моих одноклассников первый стал работать летом в экспедиции, но я был не первый, а работали мы потом трое. Однако меня быстро оценили, как самого ответственного и  потому, что у меня был велосипед. Потом ещё  проявились у меня природные качества ориентироваться на местности и так я отработал три лета в топографической экспедиции, которая  вела топографическую съёмку местности вокруг нашего городка Цимлянска. Я был сначала просто рабочим и получал 60 рублей в месяц. Потом мне добавили 10 рублей, а потом ещё десять и повысили в должности: я стал старшим рабочим. Задача наша была не простая: Инженер Дроздов(фамилия натуральная) выбирал точку по реперам (это геодезические вешки, стоящие на самых видных местах на местности, которые были давным- давно повязаны между собой другими ранее проведёнными зкспедициями. Он ставил на мощной  треноге деревянный стол, обтягивал его специальным ватманом, приклеивал его с обратной стороны, потом мочил водой и ватман высыхая делался упругим и ровным совершенно идеально. Это называлось «мензула». На эту мензулу инженер ставил «кипрегель»- очень точный инструмент, у которого основанием была жёсткая  металлическая линейка с мудрыми делениями, а на металлической ножке, прикреплён очень точный оптический прибор с подзорной трубой(если можно так безграмотно выразиться) и с очень многими мудрыми делениями   на этих оптических стёклах прибора. Я, или кто-то другой, идёт с топографической размеченной рейкой – сто шагов вперёд, сто шагов вправо, сто шагов вперёд, сто шагов влево и так далее. На каждом повороте я останавливаюсь с рейкой и стою пока инженер несколько раз не глянет в трубу кипрегеля, не скажет расчётчику цифры, которые расчётчик по специальным формулам обрабатывает и говорит инженеру результат, который инженер наносит на планшет и машет мне рукой, чтобы я шёл дальше по той же системе. Рядом стоял техник с теодолитом на треноге смотрел сквозь него на меня и репер вдали и тоже давал какие-то данные для расчётов. Инженер хвалил  ровные квадраты, которые получались на планшете в результате того, что я хорошо ориентировался на местности. А я от этих похвал расцветал внутри, потому что я старался не только и не столько для похвалы, а для  расчётчика, которым была девочка, моя одногодка Танюша Дроздова – дочка инженера. Она сидела на деревянном чемодане – футляре от кипрегеля, поджав по себя ноги и целыми днями производила расчёты. Танюша хоть и была мне одногодка, но была уже почти девушка, а я был костлявый пацан, да ещё и отстававший в росте от своих одноклассников. Я вытянулся за год потом уже в Волгограде, когда мои одноклассники учились в девятом классе, а я в Волгоградском ПТУ и по ночам разгружал вагоны. А вот тут, после шестого, седьмого и восьмого классов я был мелковат. Тут и Нинка, моя любовь, видимо по этой причине меня  игнорировала.А мне так хотелось, чтобы Нинка узнала, как я работаю. А Нинка мне мешала работать, так как мысли о ней во время работы приходили помимо моей воли.Однажды я, автоматически считая шаги, задумался о Нинке... Вдруг! Мои ноги, тоже автоматически, остановились на счёте сто!!! Я очень испугался, до сердцебиения,что мог пройти лишние шаги и пришлось бы с позором возвращаться назад....Меня пОтом прошибло! После этого я, во время счёта, гнал от себя все мысли, а особенно о Нинке.
 А Таня меня признавала, но чувствовала во мне пацана. Например, подходим мы к крутому оврагу и в нерешительности останавливаемся, то я храбро с криком «ура» бросался вниз, а она обескураженно, не получив от «мужчины» помощь, бочком, а невысоких каблуках спускалась сама. Я это сейчас вспоминаю и оцениваю, а тогда я не способен был мыслить и ощущать теми категориями, которые были доступны ей. Да и воспитание было видимо разное. У неё мама была учёная и папа и жили они в центре нашего областного города Ростова-на-Дону. Таня мечтала стать учёным химиком, выращивала дома в Ростове кристаллы, показывала мне фотографии. А я в то время заразился степным горизонтом и уже мечтал стать геологом. Мечтал на пузе проползти все Уральские горы, так как меня покорили они ещё в Сказах Бажова, мечтал проползти весь Алтай и Камчатку и между делом всё остальное…  Тогда появилась в эфире песня про геологов, которая добавила мне романтики в этом направлении и я уже считал себя геологом, несмотря на то, что инженер грустно пошутил: «Были у отца три сына! Двое были умные, а третий в геологи подался!». Я от инженера Дроздова сумел узнать страшную «государственную тайну». Оказывается наши географические, физические, политические карты Советского Союза не соответствуют тому,  что фактически имеется на местности. И делалось это умышленно для введения в заблуждение врагов нашего государства, для того, чтобы они не могли нащупать своими ракетами наши секретные цели. Я обещал этот секрет не выдавать даже лучшим друзьям и слово держал вот уже лет пятьдесят.
     Однажды я работал, ходил с рейкой. Передо мной было большое «парующее» поле. То есть поле вспаханное, но не засеянное в этот сезон  для цели борьбы с сорняками. Есть такое очень жизнеспособное растение, известное многим, повитель, цветущая беленькими граммофончиками, у которой корни уходят очень глубоко в землю и как ты её ни спалывай, но она всё равно от корня вылезет наружу. И вот по этому «парующему» полю эта  повитель местами  зеленела пятнами от метра до двух. Я шёл с рейкой на ориентир и мельком отметил, что передо мной «латка» повители. Ну, нет обходить не буду! Ориентир нарушать нельзя! Иду я прямо, стараясь не запутаться в повители и уже почти прошёл её и вынимаю ногу из неё выходя на чистое вспаханное место…Но что Это?! Ожёг ноги в районе щиколотки! Я остановился, смотрю на ногу и вижу красное пятнышко на месте ожога. Пятнышко без прокуса, значит не змея… Я бросил взгляд на эту зелёную латку повители и увидел остатки нарушенной мною паутины…Степной  паук! В мае, июне его укус для маленького ребёнка может быть смертельным! Я-то не маленький и сейчас уже август… Но нога моя стала вдруг корчиться и судорожно сгибаться в колене, а вокруг красного пятнышка у меня пошли под кожей какие-то извилистые бугроватости. Я, приседая, стал кричать инженеру и махать рукой призывая ко мне. Всё бросив они побежали ко мне со всех ног. Подбежав, изучив красное пятнышко на ноге, инженер заставил меня снять с брюк ремень и затянуть ногу петлёй выше колена. Потом инженер и техник меня взяли подмышки и потащили к грейдеру, то есть грунтовой, улучшенной дороги. Я подпрыгивал на одной ноге, как кузнечик. Выйдя на дорогу, мы увидели летящий на большой скорости мотоцикл с коляской, подняли руку, но тот не притормаживая объехал нас и помчался дальше. Тут же вдали увидели пылящий грузовик и инженер сказал, что не уйдёт с дороги во чтобы  то ни стало. Это был старенький
«Урал-ЗиС» нашей родной школы №2. Меня схватили и повезли в больницу. Танюша поехала со мной, а инженер с техником пошли собирать инструменты.
В больнице почему-то растерялись и не знали что со мной делать. Мне сделали надрез на месте укуса и хотели поставить банку для отсоса крови, но банка на место щиколотки не хотела становиться, да и времени с момента укуса прошло уже много. Если бы мне было положено от укуса умереть, то я бы уже умер. У меня была температура и меня знобило. Мне сделали какой-то укол, полчаса заставили меня полежать, а потом отвезли  на скорой помощи домой, но я сказал, чтобы остановили машину за углом, иначе бабушка с ума сойдёт, а может быть и мать дома. А вот с матерью оказалось хуже. Она несмотря на лето, была в школе на работе, а ей шофёр сказал, что отвёз меня в больницу с укусом какой-то твари. Мать побежала в больницу, а меня уже увезли домой. Мать прибежала домой, когда я уже с Танюшей скакал вдоль забора к своей калитке. В семь часов утра у моей калитки собралась наша топографическая «Экспедиция» в полном составе и ждали, смогу ли я выйти и поехать на велосипеде, а ещё и ходить целый день по степям балкам и оврагам. Кстати каждый овраг для нас был великим испытанием. На каждом его изгибе я должен был показать рейкой: «бровка – дно – бровка»! Я не мог подвести своих топографов и поехал на велосипеде с инструментарием на рабочее место в степь - матушку.
    Степь-матушка однажды показала нам свой характер. Я увидел приближение смерча первым, потому что Таня проводила весь  рабочий день уткнувшись в расчёты, инженер и техник обозревали окрестности сквозь приборы, а вот я… Я заорал:
-Смерчь идёт!!!- и указал направление.
  Все, бросив работу, устремили взгляд туда, куда я указал. А смерчь шёл медленно, грациозно шевеля талией, то наклоняя свою «голову» где-то высоко в небесах, то задиристо запрокидывая. Мы смотрели на него, как заворожённые, но вдруг  поняли, что он приближается к нам и нас охватил ужас. Инженер кинулся откручивать для чего-то мензулу с треноги и заорал технику, чтобы он тпрятал приборы в футляры. Потом он глянул на Таню, на меня и безнадёжно глянув в сторону далёкого от нас оврага, не спросил, а сказал утвердительно:
-До оврага не добежите, да? А хотя он не спасёт, если будет эпицентр. Ляжете и согнётесь в комок, в обнимку! Я тоже к вам и ты!- махнул он технику, - Чтобы у нас масса была!
     Смерч шёл кажется мимо нас, но я вспомнил и ужаснулся! Ведь там, где он проходит, расположены наши  бахчевые участки. Я сказал сокрушённо:
-Ну, всё! Пропали наши арбузы, дыни! Там же наши бахчи! Эх, бабушка переживать будет!
      -Там ваши бахчи? – спросил инженер с улыбкой, - Что же ты молчал! Мы бы их снесли до смерча!- все посмеялись, но тут же улыбки с лиц у нас сползли, потому что смерчь потоптавшись на месте, при чём после бахчей видно было в нём мелькание крупных предметов, пошёл опять в нашу сторону, будто обидевшись на наши улыбки.
-Падайте на мензулу! – положив её на  полынный покров приказал инженер. Мы с Таней быстро легли на неё, крепко обнявшись.Техник, тридцатилетний холостой оболтус, прилип к Тане и обнял только её, по-хамски обхватив её руками. Мне хотелось вскочить и врезаться клином между ними, но инженер облегчённо сказал:
-Кажется отбой! Господи! Кажется мимо! Спасибо!
  Мы подняли головы, а Таня довльно резко и брезгливо убрала с себя руки техника.
-Да!- сокрушённо сказал инженер, - Наверно от ваших бахчей мало что осталось! Может сбегаешь на разведку?- спросил он у меня, - Полчаса тебе хватит? Ну, прихватишь чего нибудь к нашему столу, если можно.
-А можно и я?- спросила Таня.
-Ну. И я тогда! Чего я-то буду сидеть?- сказал техник.
-Без вас обойдёмся! – к большому моему удовольствию сказала Таня.
-Хорошо!- сказал иженер, почувствовав отношение дочери к этому ловеласу, -Идите вдвоём, а мы вздремнём!
   Подходя к  бахчам, я не мог сориентироваться, где наш участок, потому что явно не хватало каких-то ориентиров. А-а! Сторожки почему-то нет! Там где у кого-то были посажены подсолнухи, стояли покрученные будылья, то есть стебли от подсолнухов. Ага! Вот ориентир – дорога, а вдоль неё колышки, а на колышках надписи фамилий владельцев! А вон кто-то ходит, что-то собирает на земле, кажется это сторож. Я бросив Таню, подбежал к нему, поздоровался, он не ответил, а только что-то бормотал и бормотал сам себе. Оглядывался на уходящий за горизонт смерчь и опять что-то бормотал смешанное осмысленное с бессмысленным. Я спросил его:
-А где сторожка?
-Вон! У него спроси!- сказал дед-сторож, указывая на смерч, - Даже чайник украл! Даже чайник!
   Я осмотрелся и по кольям, торчащим из земли определил где стояла сторожка, построенная из камышовых мат. Там где прошёл смерчь, на участках лежали только крупные арбузы, дыни, тыквы, те что смерчь не смог унести с собой, а плети от всего перечисленного ушли гулять в небо! Хозяевам осталось приехать и собрать отборный урожай! От сторожки  сориетировавшись я увидел участок похожий на наш, потому что бабушка по периметру обсаживала или обсеивала учсток просяными вениками. Я бегом побежал туда, махнув рукой Тане.
   Подбегая к участку, я не верил своим глазам, всё было на месте в самом красивом виде!
-Ура!- заорал я. Подошла Таня и я показал ей наш участок, аккуратно окружённый вениками. Он и правда был красив!Дынки поспели, некоторые треснули на корню, показывая белое ароматное «мясо», арбузы, как накатанные сюда нарошно, блестели боками, покрытыми синевой.
-И это всё ваше? – удивлённо смотрела Таня на всё это чудо.
-Конечно!И всё осталось целым! Рядом прошёл метров двадцать стороной!
   Я разломил руками треснувшую дыню и протянул Тане половинку и мой перочинный ножик. Она стояла нюхала кусок дыни закрыв от удовольствия глаза.
-Ты не представляешь! Какой ты богач! Ты имеешь кусок чистой натуральной природы!- сказала она.
Мы притащили два арбуза и две дыни «к столу», как было сказано, а Таня взахлёб рассказывала свои впечатления от увиденного разгрома после смерча и от моей уцелевшей бахчи!
   
(Сборник "Моим родным и маленькой Родине!")

СТЕПЬ - ОНА ВСЕГДА МОНУМЕНТАЛЬНА!
Знаете Вы что такое степь?
Степь она всегда монументальна!
Солнечна! Просторна! Бесконечна!
Весела! Лиха! Порой печальна…

Ветер, захватив орган небесный,
Трогая басы его печально,
Сединой ковыльною играет!
И печаль в степи монументальна!

Вдруг среди покоя, тишины
Смерч степной возникнет моментально
И пойдёт великий до небес
Тазом шевеля монументально!

Бури как в степи монументальны!
Воинственны в любое время года!
Сшибая с ног коня и седока
Монументально буйствует природа!

Выходишь утром- видишь "монумент"!:
Сугроб улёгся прямо у порога!
И в "монументах" чуть пониже крыши
Вчера ещё проезжая дорога!

Но дрогнет степь от топота копыт
И пролетит коней лавина шквально,
Всё сметая на своём пути
Лихо, грозно и монументально!

От монументального Ярила
До монументальной вышины!
От монументального простора
До монументальной тишины!

Золотятся нивы к горизонту!
Как же тут без лирики и музы?!
Дыни ароматные поспели
И монументальные арбузы!


Аромат лазоревых тюльпанов,
Чабреца, полыни, зверобоя…
Это степь раздольная, родная!
Степь монументального  настоя!
       
     Это было лето после восьмого класса. На этом закончилась моя «Экспедиция» и умер во мне геолог. А песня про геологов до сих пор за душу меня дёргает и день геолога я отмечаю. В этом году утонул мой отец и я уехал в Волгоград неожиданно для себя и для многих. С Танюшей мы не переписывались, потому что у меня в душе была Нинка.  Таня Дроздова наверное стала учёным-химиком в городе Ростове-на-Дону, а может быть и в Столице, а может быть и за кордоном где-то, как многие наши российские умы…
   А у меня началась другая Экспедиция... по жизни!
Л.Крупатин, Москва 2011г., Цимлянск-1962 г.


23.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2012/07/05/977
СБОРНИК "МОИМ РОДНЫМ И МАЛЕНЬКОЙ РОДИНЕ!" рец.0

1.
О БАБУШКАХ И ВНУКАХ!

ПАМЯТИ БАБУШКИ НАДИ!
Дорогая моя, баба Надя!Поздравляю тебя!Твой  пра- правнук Илья закончил МГУ М.В.Ломоносова, сдал Госэкзамен вчера 18.06.2015 г. Будет писать дипломную работу!Царство тебе Небесное!Вечная память!Твой внук Леонид.

     Мама моя жила в Сочи, возле гостиницы «Кубань». По лестнице поднимешься в парк «Ривьера». Проходишь по центральной алее до конца и…. море! Чаще мне приходилось купаться зимой, чем летом в Чёрном море. Не потому что я «морж» с 1974 г., а потому что я адвокат с болезненным уровнем ответственности  за дело, которое веду. А их много: одно кончается другое начинается….  А вообще скажу так: суды работают не на людей, а на себя! Доходило у меня до такого, что по три, а однажды я пожаловался коллегам – четыре дела в день  с моим участием отложили судьи. У них не горит и над ними не каплет. А я не могу передать дело другому адвокату, потому что в случае плохого исхода, клиент сочтёт меня  предателем. В отпуск я не ходил 27 лет. Отвозил к бабушке детей и забирал. Потом стал отвозить и забирать внука, то есть правнука моей  мамы. А была ещё жива моя бабушка, которая уже совсем ослепла в 98 лет.

2.
ТЕЛЕШОУ!!!

Моя сестрёнка  училась в начальных классах, а бабушка была тогда ещё зрячая. Поздно вечером сестрёнке пора ложиться, а она в телевизоре «по уши»! Бабушка несколько раз предупредила её, что пора ложиться спать, а она всё обещает, но не выключает. Бабушка уже повысила голос, а сестрёнка в ответ:
-Ну, баба! Ну, сейчас!Телешоу дай досмотреть!
Бабушка заглянула в телевизор:
-Это телешоу называется? - спрашивает бабушка, - Растелешились падлюки дальше некуда! Просто – срам! Телешиться учишься? Выключай! А то я выключу!

Л.КРУПАТИН, МОСКВА,2010 г.


3.
НОВЫЕ ОЧКИ!
   Ещё когда бабушка, хоть плохо, но видела, решили купить ей другие очки.  Взяли у знакомого продавца  очки для пробы на одну единицу помощнее. Одели на бабушку, включили телевизор. Бабушка увлечённо смотрит, а мы спрашиваем:
-Бабушка, хорошо видишь?
-Хорошо!- отвечает бабушка.
-А что же ты видишь сейчас, бабушка? - спрашиваю я. Как раз показывали красивый трёхглавый собор с золочёными куполами. Бабушка,  заговорщицким тоном, полушёпотом, чтобы не спугнуть увиденное, говорит:
- Да, вон! Три мордатых мужика – каких-то!...

4
ПАРАЗИТКА!

   Потом позже бабушка ослепла совсем.
    Однажды, примерно в году 1999 я привёз летом  в Сочи к маме её правнука, а моего внука. Ему было лет 5 с половиной. Была у него в соседнем подъезде подружка Маша – одногодка или чуть постарше, но девочки южных кровей развиваются быстрее, а  Маша была – красавица,  армяно-гречанка и, проживая в Сочи, предпочитала отдыхать летом в Греции. А тут такая встреча!
Под окном у нас куча песка. Квартира на первом высоком этаже. Внук вышел на улицу. Моя бабушка, которая для моего внука прабабушка у меня спрашивает:
-Что Илья делает на улице? Ты его видишь?
Я отвечаю, наблюдая за Ильёй:
-Илья сидит в песочке, строит домики. А Машка стоит над ним и съедает его своими глазищами.
  Бабушка восклицает:
-Вот – паразитка! А?

Л.КРУПАТИН, МОСКВА,2009 г.

24.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2011/12/25/1229

ЗИМА И ЛЮБОВЬ!ТОРОСЫ НА МОРЕ...(рассказ о детстве)На фото отец-35 лет, инвалид ВОв, а спустя два года он в этом море утонул.   

    Мать настояла  чтобы отец ушёл из рыбколхоза, потому что редко видела его. Стал он работать на Цимлянской прядильно – ткацкой фабрике поммастером(то есть  механиком наладчиком  оборудования). Однако рыбалка и охота для  отца это был просто образ жизни. Без этого он не мог. А рыбак рыбака видит издалека – всегда друзья найдутся. В общем , помаленьку они рыбачили в Цимлянском море. Летом на большом вёсельном баркасе ставили сетки, а зимой под лёд. Однажды я уговорил отца и он разрешил мне пойти с его компанией днём на установку сети под лёд. Сложная система, но интересная, а главное я оказался полезным. В этом процессе нужно много бегать от лунки к лунке и моя помощь была в этом нужна.Видела бы меня Нинка, которая появилась у нас во втором классе и в которую я сразу влюбился.Мы даже сидели с нею за одной партой, но мы слишком тесно друг к другу прилипали, учительница заметила неладное и рассадила нас.Сейчас мы уже в четвёртом классе, но Нинка для меня как компас. Чтобы я ни делал, а всё думаю: вот бы Нинка увидела, как здорово у меня вот это получается или какой я взрослый и самостоятельный.
СМЕЛО В ЛЮБВИ Я ПРИЗНАЛСЯ!

Вот это  – чудное место!
Помню на этой тропинке
Смело в любви я признался
Нашей отличнице Нинке!

Она, покраснев, мне сказала:
-Ну, и люби! Ну и что?
Только без знаков вниманья –
Чтоб не заметил никто!

Я не люблю всяких сплетен
И не даю обещанье!
Ты не выплёскивай чувства
И соблюдай расстоянье!

Мудрой была эта Нинка!
Пыл согнала в один миг!
Нам тогда было шестнадцать!..
Не одному! На двоих!!!(отрывок)
   После окончания установки рыбаки замаскировали следы, запомнили ориентиры на берегу, поставили вешки на расстоянии от места сетки, просчитали шаги от вешек и договорились завтра в девять часов вечера встретиться, «перебрать сеть», то есть выбрать рыбу, а сеть опять запустить на место.
   Я попросил у отца разрешение приехать на коньках тоже к месту  установки сетки к девяти часам вечера завтра. Ну, коль я сегодня оказался полезным, то отец не смог мне отказать. Это был январь месяц  1957 года. Мне было  10 лет. Зима была крепкая, лёд был толстый. Рыбаки на лёд спускались в основном с центральной нашей улицы, ну,  конечно же Ленина. Там берег был более обжитый , протоптанный между торосами льда, которые выстраиваются штормами до ледостава в невероятные нагромождения, где я думаю можно бы  кино снимать с сюжетом про полярников. В восемь часов вечера я ушёл из дома сославшись бабке на договорённость с отцом, а матери не  всегда было до меня из-за её тетрадок и учебных планов. Она учила не меня, а чужих детей.»Заслуженный учитель школы РСФСР».
   Дом у нас был  на крайней улице к морю – метров  пятьсот от берега, но зимой там люди не ходили, а до улицы  Ленина, точнее до спуска к морю с этой улицы, было с километра полтора. Однако я был там раньше времени. Часы у меня тогда уже были. Я спустился к морю, вышел на лёд. Сориентировался по  береговым ориентирам: расстояние от берега, угол влево на огни посёлка ГЭС, вправо на огни комбината игристых вин – на самом верху моей улицы –Советской.
   Проверил правильность построенного мной угла и… оппа! Споткнулся об вешку! Я ориентировался на местности хорошо. Потом в Дели и в Бомбее(сейчас Мумбайи)  мне это пригодилось в зрелом возрасте. Часы были бесполезны. Свет уличных фонарей сюда уже не доставал, а спички я с собой не носил. Луны не было. С берега был свежий ветерок. Я поворачивал к берегу то одно ухо, то другое, надеясь услышать приближение отца «со товарищи», но бесполезно, хотя чувствовал, что время уже  « пошло» . Я покатался на коньках вправо, влево, посвистел. Никто не отвечает. Я был уверен, что прошёл уже час и я уже стал подмерзать. Ветерок был  в открытом море более ощутим , чем под высоченным Цимлянским  берегом. Я  ещё покричал, посвистел, подставляя по очереди на ветер свои уши. Ответа нет. Я взял,  стал спиной к ветру, лицом в открытое море и почувствовал, что меня понесло. Я взял, расстегнул полы своей  «военной» телогрейки – защитного цвета и меня ещё сильнее понесло в темноту.Я это понял по усилившемуся звуку постукивания коньков на неровностях льда. Здорово! Хотя страшнова-то в темноту! Просто уверен, что в открытом море при таких морозах неожиданностей быть не может.
  Думаю, пока назад вернусь, может и отец подойдёт.Эх!Видела бы сейчас меня Нинка!.. Она бы наверное со страху умерла...Со страху за меня!
  Однако через некоторое время у меня появилось чувство беспокойства. Остановился, глянул назад и обмер!.. Цимлянск на горизонте просматривался тоненькой ниточкой огоньков, а мне теперь бежать на ветер! Делать нечего. Надо бежать. Бегу… Вернее , пытаюсь! А коньки мои почти на месте: клац по льду – клац. Сначала застегнул я свою телогрейку, потом опять расстегнул, потому что понял – будет  очень жарко!
Часа полтора я вот так шлёпал, расплачиваясь за  пятнадцатиминутное удовольствие «с ветерком». Но, как говорится:  «Любишь кататься….» Поближе к берегу,но ещё далеко от условного места я посвистел, даже покричал «папа!», уверенный, что на берегу никто не услышит. Ветер навстречу. Потеряв надежду, я решил сэкономить  силы и время и повернул наискосок, на свой пляж, чтобы выйти с моря  ближе к дому, потому что силы были на исходе. Телогрейка моя ватная, по-моему даже снаружи вспотела.  И вот приближаются в темноте очертания спасительных торосов, как почему-то мне казалось. По мере приближения к высокому берегу стал потише встречный ветер и мне вдруг показалось, что лёд подо мной потрескивает! Что за чушь? Я знаю какой на море лёд – 60-70 см и больше. Я пригнулся, перестал шевелить ногами, слушаю… трещит! Я упал на пузо, раскинув руки, ноги. Треск прекратился. Я стал потихоньку шевелиться, передвигаясь в сторону торосов. Осталось метров двадцать… Но что это? Под меня, вдруг, поверх льда  заструилась водичка. Пронзительная мысль –опускаюсь!
Я резко вскочил и с треском провалился сквозь лёд и стою на каком то другом твёрдом основании в воде по эти самые… Ну, ниже пояса… После немыслимого испуга, первая счастливая мысль: стою! Не тону! Я понял, что стою на другом твёрдом льду другого уровня. Это результат деятельности  ГЭС, которая  исходя из своих соображений может поднять или опустить уровень воды в своём водохранилище, которое мы считаем морем. В результате этого может быть не один уровень льда именно у берега. Успокоившись, я стал продвигаться к торосам, ломая перед собой уже нарушенный слой льда и щупая ногами  другой нижний слой.. Дошёл до тех пор пока можно было лечь на этот верхний  лёд и ползком добрался до торосов.  О! Это ужасно! Я конечно не ожидал. С виду они выглядят угрожающе, но  не думал я, что в натуре они страшнее, когда взбираешься из последних сил на гребень и падаешь с него на такую глубину, что кажется, что падаешь до дна моря. И потом опять взбираешься, чтобы опять упасть, неизвестно как и неизвестно  до каких пределов. Ближе к берегу торосы помельчали, но штаны мои совершено замёрзли и отказывались гнуться, как в «Джентльменах удачи» после цементного раствора. Но тогда ещё не было этого фильма, так что я был первопроходец. Выбравшись на  мой , такой родной пляж, я понял, что на коньках  не смогу взобраться на нашу гору – метров ,  думаю, более пятидесяти. Попробовал развязать шнурки ботинок, но руки замёрзли и пальцы ничего не чувствовали. Вместо – развязать  - я затянул на узел шнурок левого ботинка. Кстати, тогда мало у кого были коньки на ботинках, а у меня были! Как назло ножа в кармане не оказалось, хотя никогда с ним не расставался. В снегу стекло найти на пляже –напрасно. Навес  спасателей со скамейкой. Подхожу на подкашивающихся ногах, поискал, ничего острого. В столбу у скамейки забит ржавый гвоздь. Есть! Придумал! Встаю на скамейку правой ногой,  левую, громыхая замёрзшими брюками поднимаю к гвоздю и цепляю за него шнурок. Рву, что есть силы, но нога правая соскакивает со скамейки и я опрокидываясь вниз головой вишу на гвозде левой ногой! Вот это шнурочек!. До скамейки я теперь лишь касаюсь кончиками пальцев одной руки… Моя одежда, вылезшая из под ремня брюк и телогрейка задрались вниз, оголив живот и спину.И что? Утром меня вот таким найдут? И Нинка об этом узнет!..А может быть и увидит висящим на гвозде, как тушка  барана в леднике нашего "СельПО"!.. Я, аж, захлебнулся от злости! Я почти в истерике засунул   правую ногу с коньком  между столбом и левой ногой и как рычагом ею попытался снять свою левую ногу с гвоздя. Что-то треснуло и я упал вниз, «долбанувшись»  головой в нетвёрдый снег. Отдышался.  С мёрзлым хрустом дотянулся до шнурка левого ботинка. Он целый, но в нём торчит зловредный гвоздь, который я выдрал из столба. Я его изучил и обрадовался. Он был сильно ржавый и шероховатый, как напильник. Я с остервенением двумя руками стал тереть им шнурок в одном и том же месте и  через минуты две я его одолел. При этом пальцы мои согрелись. Я пощупал другой  ботинок и обнаружил , что  « бантик» шнурка в порядке. Я потянул за кончик и развязал! Сняв ботинки, я налегке в шерстяных носках почти бегом, выскочил на свою заветную гору.Я шёл гремя своими замёрзшими штанами и не к месту вспомнил про Нинку... Нет! Вот таким я не хочу ей показаться на глаза...
   Я спокойно дошёл до своего с тёмными окнами дома, но увидел, что в подвале,в котором одна половина была жилой, светятся окна. Ёлки палки! Кто же это? Заходя в калитку перепугал свою собаку грохотом  моих смёрзшихся штанов, но  пёс быстро понял, что я свой. У нас было два входа в дом. То есть через подвал тоже был вход. Я открываю  дверь входной пристройки подвала, спускаюсь по ступенькам, грохоча штанами… Резко открывается дверь и в свете проёма ошарашенное лицо моего отца, не успевшего дожевать ужин…
-Ты где был?
-Тебя встречал…
-Где?
-На море, где сетка. Вы же договаривались!
-Быстро раздевайся! Только тихо, чтобы бабка не услышала!
   Отец  вышел в погреб, вернулся с кружкой вина, полкружки отлил себе в стакан и ставя кружку на горячую  плиту сказал:
-Потом расскажешь! Мойся. Выпьешь горячего вина поешь и спать! У нас на работе авария была и вылазку отложили. Где провалился?
-У торосов.
-Понял, что такое торосы?
-На всю жизнь!
Ну, и слава Богу!
  Уже лёжа под одеялом, засыпая я подумал:Эх!Знала бы Нинка, что со мной сегодня было!Но вспомнив, как я падал в расщелины торосов, как висел на гвозде, подумал: Нет. Лучше пусть не знает. Не всё же ей надо знать...

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, 2009 г.

25.
НЕСОСТОЯВШИЙСЯ ОХОТНИК!
  Начиная с 10 лет отец брал меня с собой зимой  на охоту, хотя я ему помогал заряжать патроны по-моему ещё с дошкольного возраста, выполняя мелкие поручения.  Капсули в патроны  запрессовывал я. Порох насыпал я, да почти всё делал я. Помощь моя была просто необходима, потому что у него с войны левая рука была без локтя, на сухожилиях и координация её движений была затруднена. Например, чтобы насыпать в патрон порох, отец держал патрон в левой руке, но правой рукой отец клал левую руку между колен, сидя на маленьком стульчике, зажимал эту  руку коленями и насыпал порох. Или привлекал меня на помощь и я под его контролем всё выполнял. Так же я строгал под его контролем, потому что левая рука была у отца чисто символически и волосы он ею поправлял, держа её правой рукой. Из ружья отец стрелял одной  своей мощной правой  рукой. Отец дал мне одностволку 16-го калибра, а у него была новенькая двухстволка и мы ходили с ним на охоту, обходя компании встречных людей, так как у меня не было охотничьего билета. Отец меня строго настрого предупредил, чтобы я прежде чем стрелять в зверя или дичь смотрел вперёд, не могут ли быть за кустами люди и чтобы никогда не направлял ружьё в сторону человека, даже если уверен, что оно не заряжено. Учил меня отец различать следы зверей, повадки. Мы проходили с отцом по 50 километров зимой по снегу за день и я не жаловался, хотя к концу дня ноги уже заплетались.
   Мне было приятно сознавать, что никто из моих сверстников не мог и мечтать о том, чтобы пойти с отцом на охоту на равных. А ещё мне было приятно сознавать, что моя зазноба – одноклассница Нинка видела меня в «боевом» снаряжении, когда мы проходили мимо её двора. Я всегда был в своей защитного цвета телогрейке, с патронташем на поясе и с одностволкой на плече. А потом я Нинке стал сам сообщать, что мы завтра с отцом идём на охоту, а сегодня до полуночи будем заряжать патроны. Нинка появилась в нашем классе со второго класса. У неё отец был военный и они приехали из Чернигова, где отец после войны добивал бандеровские банды. Почему-то мы с Нинкой сидели за одной партой, и даже "прилипали" друг к другу, по выражению учительницы. А если по секрету сказать, так мы ещё и за руки держались под партой. Учительница заподозрила неладное между нами и ... рассадила.

    Однажды в очередном походе на охоту в  очень снежную зиму, мы с отцом взяли в охват широкую лесопосадку из сплошной акации, а потому вообще насквозь непроходимую из-за её природной колючести. Мы договорились, что по команде будем постреливать вверх, чтобы я мог спугнуть зайца в сторону отца, а  отец в мою сторону. Я шёл и заметил след волка вглубь лесопосадки. Посмотрел, ничего не заметил. Потом ещё такой же след в том же направлении и чуть позже я увидел след волка со следом волочения и с подтёками крови. Я сообразил, что наверное волки тащили добычу. Я посмотрел в том направлении, куда шёл след и увидел за кустами акации небольшую полянку с утоптанным  снегом и со следами крови и шерсти на ней. Я так был ошарашен увиденным, что стал орать отцу и звать его к себе. Отец, подумав, что может быть мне нужна  помощь, прорвался сквозь густую акацию, поцарапав лицо и руки,  и увидел эту жуткую картину. Клочья бараньей шерсти висели на ветках до трёхметровой  высоты. То есть,  видимо дрались волки за добычу и рвали её во все стороны.
-Ну, и что? – спросил отец, - Волк, что ли,  на тебя напал? Если и были зайцы впереди, то на расстоянии метров  пятьсот теперь из-за твоего крика разбежались! И имей в  виду на будущее – второй раз волк сюда же добычу не притащит! Засаду делать бесполезно! Будь посерьёзнее! Ладно?
-Ладно!- расстроенно ответил я. Но Нинке я всё же рассказал про тот ужас, который видел, но виду не подал, что для меня это было жутко. Подумаешь – кровь! Я же охотник! А Нинка смотрела на меня с ужасом, удивляясь моему... хладнокровию, которое я усиленно демонстрировал перед нею.
  Однажды мы с отцом в конце дня зашли на хутор Рынки к бабе Кате – отцовой маме, поужинали и, не отдыхая,  двинулись вперёд, чтобы засветло  пройти  зимнее бездорожье. Шли опять же в цепи, то есть ружья наперевес, параллельно друг другу на расстоянии метров сто пятьдесят. Я не обратил даже внимания, что нам пересекала путь высоковольтная линия на металлических опорах, которая шла от Цимлянской ГЭС, наверное,  на Украину на юго-запад. Отец, вдруг, что-то крикнул мне и побежал в сторону от меня. Я, поскольку ничего не понял, тоже побежал к нему. Отец скрылся в небольшой балочке и я припустил посильнее, хотя сил уже не было на исходе дня да ещё и после вкусного бабушкиного ужина. Отец появился на противоположной стороне балочки  и присел над чем-то. Потом посмотрел в мою сторону и махнул мне рукой. Я уже не спеша подошёл к нему, почти валясь с ног и увидел, что отец сидит возле громадной птицы, похожей на страуса -  с длинной шеей и  длинными ногами. Цвет оперения у неё был коричневый, но мелькали узоры с белыми пёрышками и с отливом, как у селезней.
-Дудак!- сказал отец, - Степной страус! По научному – дрофа! Когда-то их было много в наших степях, а теперь они занесены в Красную книгу и днём с огнём не сыщешь. Этот видимо ударился о высоковольтный провод. Сейчас сумерки, а птицы в сумерках плохо видят. Он ещё тёплый. По-моему он даже головой шевелил, когда я подходил.
-Пап! А может быть можно как-то помочь ему? Может быть он живой ещё?
Отец открыл пальцем один глаз дудака и мы увидели, что он мутный…
-Всё!- сказал отец, - Наша добыча, но мы не виноваты! Видишь – он грудью саданулся о провод! Отец раскинул крылья дудака, растянул их и сказал:
-От края до края, пожалуй,  метра два! Баба Надя будет довольна нашей охотой!
А то она дразнит нас:"Ну, сколько километров убили?"
   Весной была в школе выставка «Умелые руки» и я решил сделать  из перьев дрофы узоры на бумаге в рамке и представить  на выставку. Поскольку у меня постоянно было желание как-то ближе быть с Нинкой, я предложил ей  помочь мне в составлении узоров на папье-маше. Она с удовольствием взялась за это дело, но домой ко мне идти не захотела, а может быть родители не разрешили. Мы этим занимались с нею в школе после уроков, а потом поздно вечером я её провожал домой, а её уже на углу встречала мать, которая со мной здоровалась очень сухо. Я предлагал Нинке подписать авторами нас обоих. Но она, видно желая этого, всё-таки отказалась, видимо стесняясь разговоров в классе. Мне же было – наплевать! Я  за Нинку мог дать по физиономии кому угодно, не думая о последствиях. Школьники были очень удивлены моей экспозицией и расспрашивали у меня о том, как мы с отцом ходим на охоту и много ли я убил. Я, смущаясь, честно признавался, что ещё ничего не убил. Однако девчонки смотрели на меня с большим интересом... особенно Нинка.
     Были на выставке начальники из Районного Отдела образования и заинтересовались, откуда у нас перья птицы,  занесённой в Красную книгу. Нашли меня, нашли мою маму, так как она была учительницей в параллельном классе, а руководство в РОНО было новое и тоже с большим   интересом  отнеслись к тому, что мама «Заслуженный учитель школы РСФСР», а сын ходит на охоту и приносит с охоты дичь, занесённую в Красную книгу. Нам устроили настоящий допрос и довели до слёз мою мать. Я пришёл домой и отец пришёл на обед, а я ему рассказал о том, что ко мне и к маме претензии  в школе. Отец, не обедая,  пошёл в школу и застал районного начальника садящимся в машину. Он одной правой рукой, имевшей бешеную силу, вынул начальника из "Волги" с оленем на капоте, посадил на капот рядом с оленем и сказал, чтобы он извинился перед матерью и передо мной за его свинство, а если есть вопросы, то он готов ответить. Начальник вприпрыжку сбегал в школу, извинился перед мамой, а тут и я подошёл… Начальник пожал мне руку и,  трясясь мелкой дрожью сказал, что надо по- мужски решать вопросы, без скандала и, извинившись,  уехал.
    Охотничья эпопея моя окончилась неожиданно и плохо!
Однажды мы с отцом шли пойменным лугом и была в нём низинка с зарослями ивняка. Отец сказал, что интуитивно чувствует, что там должны быть зайцы. Я шёл бесшумно, внимательно глядя в кусты и думал: Вот бы Нинка меня сейчас увидела!- но отец мне крикнул:
-Лёня! На тебя заяц пошёл! Смотри!
  Заяц выскочил на меня прямо в упор и я в упор и выстрелил в него с перепугу, не прикладывая ружьё к плечу. Я помню, что от выстрела заяц, как бы, растворился в воздухе и его не стало. Однако метра через три я увидел его следы в сторону леса и один след был  с кровью. Я догнал  подраненного зайца на высоком берегу быстрой речки Заморной. Он сидел на мысочке перед заводью, покрытой не льдом, а снегом. Заяц держал переднюю подраненную лапку навесу и плакал, как ребёнок! Я бросил ружьё и пошёл к зайцу с протянутыми руками, перепуганный тем, что я причинил такому маленькому боль. Я готов был хоть языком зализать ему ранку! Мне было страшно жалко бедного зайчишку. Я стал приближаться к нему, но он, круто развернувшись, прыгнул с высокого берега в воду и скрылся навсегда в снежной каше! Отец меня застал, рыдающим на берегу реки… Я сказал, что никогда больше не буду стрелять в животных! Отец сказал:
-Ну, и правильно!- погладив меня по голове своей грубой, мощной правой рукой.
    Когда мы шли домой, я очень сожалел, что идём домой ещё засветло. Хоть бы Нинка меня не увидела!- думал я. Вид у меня был не боевой… примерно, как у того зайчишки.

  Больше я не стрелял в животных, но однажды изменил своему принципу, когда у меня был первый сын и со здоровьем у него  было очень плохо, а нужна была диетическая пища, которой было взять негде и не за что…   Расскажу попозже  в третьей  части о семейной моей жизни.
   Несмотря на то, что на охоту я больше не ходил, но заряжать патроны я отцу всегда помогал. Он однажды даже ездил в Калмыкию на охоту за сайгаками и привозил не плохую добычу. Хотелось мне конечно ради приключений с ним, но я даже ни разу не попросился. Нинке я про последнюю охоту не рассказывал…
Л.КРУПАТИН,МОСКВА,АПРЕЛЬ 2011 г.-ЦИМЛЯНСК,1958 г.

ЛЮБОВЬ И ВЕСНА!

РЕКА,ЛЮБОВЬ И ОСТРОВ!http://www.proza.ru/2012/08/21/739

РЕКА!
      Мой отец был рыбак и охотник до мозга костей, а точнее «бродяга» и заразил меня этим. Для меня рыбалка была как наркотик. Я вставал в два часа ночи самостоятельно и тихо уходил на берег моря, чтобы с удочкой встретить рассвет.
      Отец в это время работал в рыбколхозе и был у них «кошт», то есть стоянка на острове рыбачьем  в  «котловане» на нижнем бьефе Цимлянской ГЭС, которую запустили в 1950-м году.(:http://www.proza.ru/2011/04/22/648) Остров был небольшой, весь песчаный – метров  пятьдесят на сто, с одним  тополем возле маленькой избушки и заросший красноталом – ивняком с тёмно-красной корой. В избушке был коридор с закромом соли, в которой были зарыты два полотняных мешка ёмкостью литров по пять с икрой осетровых пород. А в единственной комнате были от стенки до стенки нары, где спали рыбаки вповалку, человек десять. Отец меня иногда брал с собой на несколько дней и не ради моего развлечения, а для того, чтобы я охранял остров в их отсутствие. Дело в том, что начиная с четвёртого класса я,  по собственной инициативе,  работал где-нибудь каждое лето. Первое лето я работал в Цимлянском винсовхозе на прополке виноградника. Прополоть ряд винограда длиной 500 метров стоило 14 рублей. Я его пропалывал за два дня и темпы у меня постоянно наращивались. Однажды я похвалился трудовыми успехами своему другу, однокласснику Кольке и он тоже попросился со мной работать. Я уже давно заметил, что умные дети в компании, как правило,  значительно глупеют и совершают непонятные вещи. Колька уговорил меня в обед идти купаться на море, которое было вроде бы близко, но когда мы пошли, то оказалось, что до него… ой-ёй - ёй! Мы на работу не вернулись, бросив тяпки в рядках и ушли по берегу моря пешком домой, что тоже оказалось совсем не близко и мы пришли домой затемно, когда нас уже искали обеспокоенные родители. От стыда, что я такое совершил, в винсовхоз я больше не поехал. Однако я пошёл в Заготконтору сколачивать ящики под овощи и зарабатывал около пяти рублей в день. Туда можно было ходить не каждый день,  и поэтому меня отец мог взять для надобности с собой.
  На острове  Рыбачьем оставался я и пятеро собак дворняг невероятных замесов пород. Я рыбалил с имевшихся на причале баркасов, но отплывать на них мне было категорически запрещено. Ещё я должен был периодически делать обход острова и прогонять рыбаков, пытавшихся причалить к нашему острову, так как он находился в запретной зоне. Если меня не слушались, то я должен был поднять красный флажок на мачте прибитой к стенке нашей избушки и почти всегда с противоположного от нашего острова берега вылетала моторная лодка АЧУРОв (Азовочерноморское управление рыбоохраны) и проносилась  вдоль берега. С неё сбрасывали АЧУРЫ на цепи якорёк- «кошку» и сгребали ею все заброшенные в запретную зону рыбаками удочки – донки.
  Я хозяин острова! Эх, видела бы меня сейчас Нинка, моя одноклассница, которой я ещё во втором классе в любви признался. А она всё делает вид, что я ей безразличен. А ведь мы сидели с нею за одной партой и даже одно время сидели плотно – локоть в локоть, и под партой держались за руки, а потом нас рассадили, заподозрив неладное в наших отношениях. Этой  весной я её пригласил в цветущую балку, где были тоннели цветущих вишен, боярышника, яблонь, аж голова кружилась в пчелином гуде и под ногами цветы всех полевых сортов. Я не мог не поделиться с Нинкой этой  необузданной, незатоптанной красотой. Я был уверен, что её душа  растворится  в этой весенней чистоте и прелести так же как моя. Я надеялся, что буду держать её за руку, как когда-то  в школе тайком под партой и может быть даже я её нежно обниму, а может быть и поцелую… (Сборник "Любовь и Весна!")Это я написал по тем впечатлениям:

Скажи, Чудесница Весна!
А кто  Великий твой Творец?
Как он открыл навстречу Солнцу
Твой драгоценнейший ларец?

Как он создал такое Чудо?
И где он взял такие краски?
И как их с солнцем замешал
Для этой вот чудесной сказки?

Какой  замес Цветов и Солнца!
И ароматы в вальсе бала!
Скажи Весна, какая кисть
Вот это всё нарисовала?

Тюльпаны всех цветов, оттенков,
Черёмух, вишен аромат!
Как стражи – синие ирисы
Свою полянку сторожат!

Пчелиный гуд в ветвях цветущих!
И мы в тоннеле из цветов!
Давай друг в друге растворимся?
Ты это хочешь? Я готов!..

Л.Крупатин.Москва.Весна - 2010 г

       А она взяла с собой старшую сестру, старшеклассницу  и душевного у меня с Нинкой  ничего не получилось. Они восхищались с сестрой той красотой,  в которую попали. Сестра её сказала, что обязательно приведёт сюда своих одноклассников. У меня от этого в душе что-то  больно  переворачивалось, как будто мой  дорогой подарок попал не в те руки…
       Да! Нинки  на острове мне не хватает! Я много раз представлял себе, если бы мы с Нинкой остались, вдруг, вдвоём на этом острове и больше не было бы никого… Как бы мы с нею жили, как бы я добывал всё для пропитания, дрова для печки, а она бы управлялась по хозяйству… и ждала бы меня с рыбалки, глядя в ту сторону, откуда я должен приплыть с уловом.
     Я однажды решил всё-таки нарушить запрет отца и  порыбалить, чуть отплыв от острова на баркасе, потому что там была стремнина и я думал, что там должна быть серьёзная рыба, которая возьмётся на мою самодельную блесну. Я отплыл метров десять на вёслах, бросил якорь и стал закидывать  в стремнину свою блесну на леске 0.6 мм. Забрасывая блесну  и вытаскивая, в надежде, что ею заинтересуется какая-то серьёзная рыба, я опять улетел мыслями к ней… к Нинке!
      Через некоторое время у меня возникло подозрение, что противоположный берег почему-то стал ко мне ближе, чем был. Я оглянулся и,  с ужасом понял, что меня унесло течением от острова в стремнину и несёт дальше и не в ту сторону, где  АЧУРы дежурят, не в сторону  15-го шлюза Волгодонского судоходного канала, где стоят на воротах скульптуры верховых донских казаков с шашками наголо, а в  противоположную сторону и наш остров меня от кордона АЧУРОВ прикрывает.(http://www.proza.ru/2011/07/05/1083) Несёт меня в очень быструю речку Заморную, которая через несколько километров впадает в Дон ниже по течению. По Заморной против течения даже здоровые мужики могли грести только с передышками. Я попытался отгрести  назад, но понял, что это напрасно. Тогда я решил хотя бы изменить траекторию движения моего баркаса, чтобы не попасть в русло Заморной, а в сторону от  русла,  как можно дальше по берегу котлована, где меньше стремнина. Это мне удалось и я,  выскочив на берег,  забросил якорь моего баркаса за корягу. Выйдя на берег,  я понял, что выгрести вёслами здесь против течения мне не удастся и я,  взявшись за якорную цепь, толщиной с колодезную, попытался тащить баркас силой, упираясь ногами в песчаный берег. Получилось, но плохо, так как баркас цеплялся за дно своим днищем. Я отцепил якорь от коряги, зашёл по…ну чуть ниже пояса в воду и потащил баркас. Я прилагал такие усилия, что темнело в глазах, а якорная цепь врезалась мне в плечи и я их  почаще менял, перебрасывая цепь с плеча на плечо.  Метров через сто я понял, что уже смогу на вёслах уйти от стремнины, но только к острову я смогу попасть, сделав большой крюк, чтобы меня  опять не затащило ко входу в Заморную. Я вспомнил, что мной брошен на произвол судьбы остров и избушка с драгоценным запасом икры, который был мне доступен в неограниченном количестве, а рыбаки имели право положить себе в рюкзак один литр икры, если кто-то ехал домой на выходной. Я грёб изо всех сил и, где-то через полчаса,  баркас был на месте. У меня ещё было время сделать обход острова и рыбаки по времени должны вернуться на остров. Всё обошлось благополучно, но когда я ответил отцу на его вопрос, что всё нормально, он обратил внимание на пятна крови, пропитавшейся сквозь рубашку на моих плечах. Он протянул руку и притронулся, но я ойкнул и отец понял,  что не всё в порядке. Пришлось рассказать и  «похвалиться» мозолями на ладонях, хотя руки были привычны к труду. Однако, то что мне пришлось сделать, спасая баркас, было выше моих возможностей. Отец оценил это, но сказал:
-Послушай! Если я сказал, то значит подумал! Или ты решил, что умнее отца и можно не слушать? Тогда езжай домой…
-Прости, пап! Я больше никогда не нарушу твои правила!
-Ясно! Но это ещё не всё! Рыбу выберем, прижгу йодом! Выдержишь? – спросил отец.
-Молча! – ответил я, благодарный и счастливый, что он меня не прогнал.
    Эх! Как мне хотелось, чтобы Нинка увидела мои потёртые до крови плечи и пожалела бы меня, а я бы снисходительно сказал: На рыбалке ещё и не такое бывает! Но Нинка летом где-то отдыхала у родственников.

ЛЮБОВЬ И ЛЕТО!

МОРЕ, ЛЮБОВЬ И ДЕТСТВО!http://www.proza.ru/2012/08/21/739


МОРЕ!
      Зарабатывал отец в рыбколхозе не плохо. Но  пили рыбаки регулярно и даже дома на выходных отец уже не мог поесть «на сухую». Мать настояла,  чтобы отец ушёл из рыбколхоза и пошёл работать на коврово-прядильно-ткацкую фабрику.
Отец согласился, но без рыбалки он себя не мыслил. Появились у него два друга, с которыми он «на складчину» построил хороший морской  просмолённый баркас. Хотя баркас был и плоскодонный, но у него был очень выгнутый корпус с поднятым мощным килем и кормой. При волне, если его держать на волну, то ему не страшна никакая волна, но если не удержишь, то боковая волна будет первой и последней,  и вряд ли успеешь вычерпать при шторме. Меня всегда манило море, когда оно, по выражению бабушки, «белки выворачивало», то есть волны были с белыми гривами. Однажды, когда море штормило,  я взял ключ от баркаса,  а вёсла я раньше отнёс в кусты за двором, и пошёл на море. К моему удовольствию, я увидел на берегу загорающих знакомых пацанов. Я с деловым видом  прошёл мимо них, лишь кивнув, держа вёсла на плече, отомкнул замок,  небрежно  забросил на баркас цепь и,  раскачивая баркас,   спустил его на воду, боковым зрением наблюдая за реакцией  пацанов. Первые бурлящие волны прибоя самые страшные и их пройти очень не просто. Особенно не просто успеть вскочить на баркас и схватить весла, взяв управление, иначе будет,  как я сказал: первая волна будет последней и,  я опозорюсь перед пацанами напрочь!
   Мне просто повезло! А может быть,  что-то врождённое во мне сработало, но я сумел вырваться из линии прибоя на вольную, хоть и с «белками», но не опасную волну! Как я был счастлив! Как я орал песни,  отойдя от берега на простор волны! Тогда модная песня была: « Море! Море! Синяя волна! Манит нас с тобой моря глубина! И с давних пор морской простор нам не даёт ни дня покоя! Уйдём под воду с головой, с красой подводною не споря!..» Естественно,  пел «Варяга»: «Наверх вы товарищи все по местам! Последний парад наступает!» и думал я:
-Увидела бы меня сейчас Нинка! А может быть дойдёт через пацанов до неё слух, как я уходил в штормящее море!
Я так орал, что доорался до того, что обнаружил у себя какой-то внутренний голос в районе желудка! Сначала испугался, но попробовал повторить и опять получилось!
    Однако я  опомнился, оглянулся по сторонам,  и мне стало жутковато среди этих движущихся вокруг меня зеленоватых гор. А ещё я вдруг осознал, что мне придётся разворачиваться назад, а значит,  подставлять борт волне… Мне стало по -настоящему жутко! Волны ходили вокруг меня  не организованно и по ним расплывались какие-то пенистые круги, как будто жадные глазищи на меня «лупали» и скрывались в глубине, мол,  иди-и сюда-а! Вот тебе и последний парад! Не знал,  о чём пел?
       Мысли в моей голове работали просто моторно! А что,  если попробовать задним ходом, не разворачиваясь,  грести назад? Попробовал… Нет! Не получится! Сиденье так расположено, что усилия применять можно только тягой  вёсел назад, чтобы баркас  двигался вперёд. И потом, при первой же попытке, баркас  чуть не зарылся кормой в  уходящую к берегу волну, скатываясь с  новой волны, от которой я пытался уйти. Я вовремя гребанул изо  всех сил и зачерпнул кормой незначительно. Это значит… вот так держаться килем на гребень и  грести навстречу идущей волне, но в противоположную берегу сторону, в надежде, что шторм всё-так сильнее меня и выбросит  на берег…  А,  сил хватит? Я уже знал после ЧП в котловане ГЭС, что силам предел есть!
    А, что если?.. Да нет! Даже подумать страшно! А вдруг,  повезёт и попадётся какая-нибудь волна с не очень острой вершиной и на ней успеть развернуться до прихода следующей волны. Ну, что же… Буду смотреть… И вдруг! Тут же я увидел, что меня поднимает  большая, как гора, но плоская  волна! Я резко крутнул баркас на ней, благо, что он был плоскодонный и выгнутый для поворотливости. Я успел! Мне помогли, наверное, ангелы! И я пошёл к берегу полным ходом! Правда, прибой  у берега, ударом с кормы залил мне баркас, но уже на мелководье, и я его дотащил до берега с помощью набегавших волн.
  Как только залило баркас волнами прибоя, я спрыгнул на дно и с волнами толкал баркас к берегу. У меня было ощущение, что волна всё звереет и звереет от обиды, что я сумел уйти и не стал её добычей! Она меня с ног сшибала, но мне было легче с нею толкать баркас к берегу... Но, вдруг,  меня осенило! Да, нет же! Море мне помогает сейчас вытащить баркас на берег. С каждым ударом волны, хоть на полметра, но я с баркасом приближался к цели. А ведь тогда в открытом  море, как вспомнил я, только подумал про плоскую без гребня волну - тут же она подвернулась: громадная, горбатая, но без гребня! И я успел развернуться носом, то есть килем к берегу! Спасибо тебе, моё море!   
Да! Однако!...
Оставлять в таком положении баркас нельзя. Его нужно подтащить к вросшей в береговой песок коряге с забитой в неё скобой и примкнуть, как было до меня. Да,  легко было такую тяжесть стащить с покатого берега в воду по песочку… Но на берег-то,  как его вытащить? На берегу ни души. Пацаны давно ушли. Приятно сознавать, что я им загадал загадку, скрывшись на баркасе в шторм! Что теперь они думают обо мне? Но баркас-то вытащить  надо!
    Ещё раз я обвёл берег безнадёжным взглядом, увидел, что далеко на высоком  берегу,  на обрыве стояла одинокая мужская фигура в развевающемся на ветру лёгком плаще или пальто. По положению его рук я понял, что он смотрит в бинокль в открытое море. Я подумал:
-Интересно, давно ли стоит он и видел ли он, как я приплыл из шторма? Вот он повернулся  и кажется смотрит в мою сторону… Ну, смотри, смотри! Ты не тот,  кого можно позвать на помощь, да и далеко ты стоишь!
  Я ещё посмотрел по сторонам и, вдруг,  увидел дымящееся бревно, принесённое морем,  конец которого  пацаны клали в костёр. Конец его обгорел и стал острым. Бревно было метра три длиною, диаметром сантиметров двадцать. Я подбежал, взвалил его на плечо и потащил к  баркасу. Бросил бревно, растянул якорную цепь баркаса до бревна, обмотнул цепь вокруг бревна примерно в середине его, поставил бревно острым дымящимся концом на песок и, покачивая, воткнул его поглубже,  с таким расчётом, чтобы оно было вертикально, а цепь была внатяг. Теперь я напрягся и стал валить бревно от моря в противоположную сторону. Бревно послушно стало крениться и вытащило баркас из воды почти на метр. Меня это порадовало только потому, что теперь волна не будет захлёстывать вновь, если я буду вычерпывать, а если вычерпаю, то уже легче будет подтащить баркас к коряге со скобой, чтобы зачалить и примкнуть на замок. Через пятнадцать минут я всё вычерпал, ещё раз повторил приём с бревном, который прошёл легче и с бОльшим эффектом. Я услышал рядом незнакомый голос мужчины:
-А ловко ты один с таким баркасом управился!
  У меня от похвалы, чуть сердце из груди не выпрыгнуло.
-Откуда же ты приплыл? Я так удивился, увидев в бинокль баркас в  штормующем море! Но ещё больше удивился, когда увидел, что на берегу не взрослый рыбак, а … юнга, можно сказать! Хотел помочь тебе! Пока я с горки спустился, а тебе уже и помогать не надо! Откуда же ты приплыл? Издалека? Если не секрет, конечно!
     Вот он мне и подсказал выход, чтобы не говорить правду, что я перед пацанами хотел прихвастнуть  и не врать без особой надобности.
-Секрет!- сказал я,  улыбаясь, - Задержался, а тут шторм!
-Да-а! Моряком, наверное,  будешь? – спросил мужчина, испытующе глядя на меня
-Наверно! – ответил я неуверенно, - Вообще-то я в Экспедиции сейчас работаю на летних каникулах! Что-то размечтался в геологи податься! Горизонт люблю!
-Ну, это здорово – землю родную знать! Я хочу тебе книжку на память подарить! Думаю,  полезной она тебе будет! Кем бы ты ни был, а родную землю надо знать, любить  и защищать! Здесь мои стихи о Родине, войне и об этом Цимлянском море.
     Он мне протянул маленькую книжку в твёрдом переплёте формата А-8 с глянцевой поверхностью. На ней был нарисован небольшой придонский пейзаж,  и название её было: «Весна на Придонье». А вот автора фамилию я забыл. Помню, что на каком- то школьном концерте я рассказывал стихотворение из этой книжки о матери. Смысл был такой, что этот человек,  пройдя дорогами войны,  видел много матерей разных народов, но у всех у них в душе была одна боль – за своих детей!
Был этот мужчина явно постарше моего отца. А коль отец мой фронтовик, то этот и подавно. На груди у него был мощный трофейный или лендлизовский бинокль. Я вытер от песка руки об свою майку и взял книжку, как великую драгоценность и поблагодарил автора. И ещё я мысленно благодарил себя, что понесла меня «нелёгкая» в штормовое море, а в результате встретился вот с таким человеком! Большим человеком!  Кто знает, может быть,  он и стал толчком в моём творчестве! Книжка эта прошла много рук и её перечитала чуть ли не вся наша школа! В школе она и осталась! А главное… Нинка брала её из моих рук, восторженно глядя на меня, как будто это я написал книжку стихов.
     А вот я возвращаюсь с вёслами на плече домой и вижу издали, что на здоровенном бревне, постоянно лежащем возле аллейки тополей у моего двора, сидят пацаны, которые видели, как я уходил в штормящее море. Я вижу, как они,  увидев меня  издали, только я поднялся из-за прибрежного бугра, встали и,  разинув рты,  стояли не шевелясь. Я подошёл и один сказал неуверенно:
-А мы уже хотели бабке твоей сказать, что ты ушёл в море и не вернулся…
-Вы что? Больные головой?- спросил я и, показывая книжку, сказал, - Вот зачем я плавал!
    Моя книжка пошла из рук в руки:
-Куда? Куда? Куда плавал?- вразнобой спросили все до единого.
-Секрет! – сказал я с важным видом.
  А до Нинки дошло, как я уходил в шторм и с чем вернулся! Какие загадочные взгляды она на меня бросала! Но я держал марку! Был деловым и серьёзным!
(Сборник "О моих родных и маленькой Родине!") (1)
Я НЕ МОГУ БЕЗ ГОРИЗОНТА!
Я не могу без горизонта!
Его всегда я видел в детстве!
Был горизонт-морские волны!
Тонул мой взгляд в их шумном бегстве!

А за спиной был горизонт
Степной, спокойный, но весной
Могли придонские бугры
Штормить лазоревой волной!

Потом на этих же буграх
Штормил волной седой ковыль
И шла как, песня к горизонту
Казачья горестная быль!

Я на баркасе по волнам
Одолевал Цимлянский шторм,
Который был, как говорили,
Всегда превыше всяких норм!

Сейчас в бетонные громады
Повсюду тыкается взгляд!
В бензинно-дизельном угаре
Машины бешено летят…

Над головою фонари
Горят с рекламными панно!
А где же звёзды? Вон, как слёзы!
Как я не видел их давно…

Хочу опять в копну соломы
Пройти с любимой по стерне
И поклониться горизонту-
Моей родимой стороне!

Я не  могу без горизонта!
Наверно манит меня детство!
Оно осталось где-то там
И я хочу пуститься в бегство!

Бежать хочу я без оглядки
За горизонт! В цветущий край!
В шторма, баркасы и рыбалки…
Наверно там и был мой Рай!


Л.КРУПАТИН,МОСКВА,2010 г.Цимлянск - 1958 г.

ЛЮБОВЬ И ОСЕНЬ!

НЕ ЦЕЛОВАЛ, ХОТЬ ВМЕСТЕ СПАЛИ!:http://www.proza.ru/2012/11/23/1056
  В этом году у нашего класса появилась новая пионервожатая из старшеклассников. Она была активная, приглашала нас в дом пионеров, который был  расположен в старом двухэтажном деревянном казачьем  доме, видимо перевезённом из нашей, или подобной нашей,  затопленной водами Цимлянского моря станицы. Старую станицу Цимлянскую полностью фашисты сожгли во время войны. Зарево от пожарища было видно к нам за сорок километров. Так вот  благодаря этой активной пионервожатой по вечерам, в отсутствие  старших, мы на стареньком проигрывателе крутили пластинки с мелодиями, довольно непривычными для нашего советского уха. И это всё происходило с предупреждением, чтобы никто из старших не знал об этом, потому что  «иностранщина» очень не приветствовалась и считалась  «стиляжничеством». А стиляг мы ненавидели всей душой. Лозунг: «Сегодня он танцует джаз, а завтра Родину продаст!» был на тот момент в нашем сознании животрепещущим, однако тянуло прикоснуться к этому… по секрету. Впервые там я  услышал «Мама,йо керо!» и стали мы понемногу попой вилять, сначала под «чарльстон», потом под «шейк», потом  под «твист», а главное, «топтались» под танго, обнимая партнёршу одной рукой за талию, а другой – держа её потную ладошку в своей от того, что прижимались довольно близко, ощущая появившиеся у партнёрш выпуклости. Между прочим, наступила осень и наша пионервожатая сказала: «А кто знает, где растут грибы? Давайте организуем турпоход за грибами!»  Никто ничего подобного не знал, потому что в нашей лесостепной местности грибы собирали  редкие знатоки мест. Я таких мест не знал, но моя баба Катя, которая проживала в хуторе Рынки, в семи километрах от Цимлянска, знала такие места и каждый год  давала нам на  зиму грибочков  своего  посола.
   Я заявил, что моя бабушка знает, где есть грибы, но надо её предупредить, что мы придём к ней, что нужна будет её помощь и надо бы у неё выяснить, далеко ли это место, смогут ли дойти девочки, а для этого сегодня в субботу после уроков надо к ней сходить и лучше бы с бабушкой поговорить одной из девочек… Например Нине… Пионервожатая давно заметившая моё неравнодушие к Нинке, меня активно поддержала и в свою очередь попросила Нинку согласиться на моё предложение и сегодня сходить со мной к бабушке на хутор и выяснить эти важные вопросы. Нинка смутившись, немного поломавшись, согласилась с условием, если её отпустят родители. После уроков, мы зашли домой, пообедали каждый у себя дома  и я ждал у своей калитки, что вот подойдёт Нинка и мы пойдём. Но Нинки не было и я пошёл к ней домой, хотя было  не по пути. Мать её меня встретила неприветливо, сказала, что она никуда не пойдёт. Я сказал, что это поручение пионервожатой  и что Нинка подведёт весь класс. Мать сказала, что сейчас  пойдёт к моей матери и спросит, где этот хутор находится, и можно ли отпускать туда детей. Я её идею погасил реальным доводом, что моя мать приходит домой из школы, где она преподаёт в параллельных начальных классах, только поздно вечером,  а   отец и того позже.
     Мать  Нинки сказала, что у меня дома бабушка  Надя и она хочет поговорить с нею. Мы пришли к нам втроём, мать поговорила с бабушкой и она,  вежливо выругавшись в адрес нашей пионервожатой: «Что чёрт не выдумает, то они выдумают, эти пионервожатые!», однако сказала, что я за день  неоднократно бывал у бабушки, что это недалеко и мать Нинки, успокоившись, нас отпустила. Они не учли, что  отняли у нас массу времени, а бабушка моя забыла, что я  «мотался», как она выразилась,  к бабушке Кате на велосипеде. Осенью  день короткий, а это было где-то в конце октября. Когда мы с Нинкой пришли к бабе Кате, она о-очень удивилась! Ещё больше удивилась нашей авантюре, потому что  лето было сухое и осень ещё «не раздождилась», поэтому грибов будет мало. Естественно, бабушка усадила нас с Нинкой за стол, а когда мы кончили кушать, за окном было темно и бабушка категорически отказалась нас отпускать  домой. Она сказала, что утром с рассветом нас поднимет и отправит домой. Нинка была страшно обескуражена таким поворотом и сказала, что ей дома голову оторвут за неявку домой, а кроме того матери от волнения может быть плохо. Бабушка сказала, что тогда не надо было нас отпускать поздно  в дальнюю дорогу. Нинка была обескуражена тем, что  бабушка собирается нас положить спать вдвоём на двуспальной кровати, поскольку больше было класть нас некуда. У неё в доме были три комнаты,  только   прихожая, кухня и зал, где и стояла  эта кровать, а бабушка спала на кухне на односпалке.
   Бабушка на возражения Нинки сказала:
-Подумашь! Какие взрослые! По  десять лет! Чего бы и понимали бы в этом! Ложитесь валетом, в разные стороны!
    Мы так и легли к глубокому моему сожалению. Когда я под одеялом попытался взять Нинку за ногу, она так меня шарахнула ногой в самое больное место, что я скорчился  очень надолго и  потом лежал от неё отвернувшись, не отвечая на её сострадальческие вопросы:
-Лёнь? Что больно? Ну,  ты меня простишь?
  Утром встали, умылись под рукомойником на улице, покушали, хотя Нинка отказывалась и переживала, как её   встретят дома родители. Бабушка, провожая нас , сказала, что грибов не обещает, но борщом нас накормит таким, что за уши не оттащишь.
     Шли мы  к Цимлянску через станицу Красноярскую. Немного проехали на автобусе, что  сократило   нам время. Дорогой с Нинкой мы не разговаривали. Во-первых,  я обижался на неё за её грубость в ответ на мои чувства, а во-вторых, я  понимал, что наше отсутствие мне так просто  не пройдёт.
Предчувствие  ни меня,  ни Нинку не обмануло. Только мы вышли из-за угла на нашу улицу Советскую, как сразу увидели стоящих у моей калитки Нинкиных родителей и мою мать. Лица у них были очень…. Не предвещающими добра…
-Как это понимать, Лёня?! –начали с вопроса  очень злобным тоном родители Нинки.
А я, как-то вдруг взорвавшись, тоже  очень грубо ответил:
-А потому что вчера два часа вас пришлось уговаривать и потеряли время. Нас бабушка не отпустила домой, потому  что темнело!- ответил я,  адресуя матери Нинки,  и прошёл во двор мимо своей матери, которая  на меня смотрела молча, многообещающим взглядом. Родители Нинки очень возмутились моим тоном и стали высказывать моей матери, что «Заслуженный учитель» не воспитала своего сына. Вернувшись к калитке, я  тем же тоном сказал:
-Постарайтесь не перестараться в воспитании дочери! Но мы должны быть сегодня в 10 часов возле школы, одетые по-походному!
-Что-о-о?- возмущённо воскликнули родители Нинки в один голос, - Больше она никогда и никуда не пойдёт с тобой! А по поводу воспитания вашего сына, Мария Петровна, мы будем разговаривать с директором и на родительском  комитете!
   Мать меня развернула за плечо  лицом к дому и толкнула в спину, чтобы я ушёл. Я пошёл, но не слишком быстро и слышал, как мать сказала Нинкиным родителям:
-Не угрожайте, а обращайтесь к директору! Но ко мне больше ни за чем и никогда не обращайтесь! Я волновалась не меньше вашего, а оказалось, что это по вашей вине! – и повернувшись к ним спиной мать пошла ко мне. Подойдя ко мне, мать очень сердито сказала:
-Неужели ты думаешь, что после всего происшедшего я тебя отпущу в поход?
   Это был удар, похожий на тот, что я испытал в постели с Нинкой! Всё что угодно я ожидал, но не это! Я  чуть не потерял дар речи…
-Мам! Меня же ждать будут класс и пионервожатая!  Я же пообещал! И баба Катя будет ждать! Она сказала, что наварит большую кастрюлю борща с курицей!
Мать, подумав, вздохнула и сказала:
-Собирайся!Иди!
   Нинку мы так и не дождались возле школы и решили, что её не отпустили. Естественно, я всё рассказал пионервожатой и одноклашкам, не уточняя, что мы спали в одной постели. Грибов мы набрали мало, но поход всем понравился, кроме меня и Нинки, которая после этого со мной почти не общалась, отчего я очень страдал.
   После шестого, седьмого и восьмого класса летом я работал в  топографической экспедиции из нашего областного города Ростова на Дону, бегая с  рейкой по степи вокруг нашего города. С нами работала моя одногодка, дочка нашего инженера топографа Таня. Я был очень с нею дружен и даже, кажется,  неравнодушен, а она была девочка очень воспитанная, интеллигентная и вела себя со мной сдержанно, хотя чувствовалось, что у неё ко мне интерес есть. А я рассказал ей честно, что страдаю по Нинке, на что она ничего не сказала, но покраснела, как говорится до кончиков волос.
    После окончания летней работы у меня утонул отец и я уехал в г. Волгоград, поступил в ПТУ. Естественно, «пэтэушником» я не был интересен ни Нинке, ни Тане.
Однажды в общежитии мои  «сожители», которые были послеармейского возраста, а тогда служили по три года в СА и четыре в МФ, поиздевались над фотографией Нинки и я, озверев, кинулся на них драться. Меня скрутили, связали, засунули под кровать, а над фото продолжали издеваться, комментируя мне события. Ночью я развязался и разбил графин об голову главного обидчика. Была милиция, были разборки, на что я сказал, что буду разбивать в ночь по графину об головы участников экзекуции над фото. Меня переселили в другую комнату на четверых, но  личные разборки у нас ещё продолжались до конца учёбы с результатами не в мою пользу, но я не мог остановиться.
   Нинка после окончания  одиннадцати классов поступила в Волгоградский Политехнический институт. Мы изредка встречались без близости, потому что она даже за руку брать себя не позволяла. Она была на моём дебюте в  спектакле Народного Драматического театра Тракторного завода и была в шоке от впечатления, но меня очень буйно поздравляли мои заводские друзья, а Нинка была со старшей сестрой и, как всегда,  очень сдержанна.
  Когда я решил жениться, у меня  с матерью, бабушкой и девятилетней сестрёнкой  уже была в Волгограде  четырёхкомнатная кооперативная квартира, которую я построил на деньги от продажи нашего родного дома в Цимлянске Ростовской области. Мать продала дом, отдала мне деньги, 17-летнему  пацану,   я вступил в ЖСК на  своём Тракторном заводе и построил четырёхкомнатную квартиру. Как раз квартира эта стоила  столько,  сколько стоил наш дом в Цимлянске. А жениться   я собрался после того, как отлетал пять лет на истребителях и ушёл на гражданку по здоровью.(Скоро опубликую «Набор высоты и…штопор!»)
   Так вот после дембеля, отработав полгода в проектном институте техником, ст. техником проектировщиком  в электротехничесом отделе, я решил жениться под Новый 1971  год. Естественно, кандидатом  у меня была  НИНКА!. Я пригласил её в гости, с ведома матери, она тоже её  принимала в гости и готовила нам угощения к столу. Нинка видела, что у меня в квартире отдельная комната  с отдельным входом из прихожей. Я сказал ей, что собираюсь жениться, но она на это  от ответа уклонилась с какими-то объяснениями, что, мол, нужно в жизни определиться… Она в это время уже окончила  химфак Политеха, а я только  собирался поступать  в Сельхозинститут на электрофак, так как  у меня было место работы  «Сельэнергопроект». В общем,  Нинка осталась Нинкой и закрылась в себе, как устрица… Меня это очень обидело. Были, конечно у меня по жизни… очень не простой жизни девчонки и женщины, но, где-то в глубине души всегда сидела Нинка, как магнитный полюс. Даже  иногда в полёте вспоминал, как и в детстве: Вот бы увидела меня сейчас Нинка! Не знаю я, вспоминала ли она меня… Но мне было очень обидно.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2014/03/12/1942
СБОРНИК "ЛЮБОВЬ И ВЕСНА!" рец.0, фото Яндекс.

СМЕЛО В ЛЮБВИ Я ПРИЗНАЛСЯ!

Вот это  – чудное место!
Помню на этой тропинке
Смело в любви я признался
Нашей отличнице Нинке!

Она, покраснев, мне сказала:
-Ну, и люби! Ну и что?
Только без знаков вниманья –
Чтоб не заметил никто!

Я не люблю всяких сплетен
И не даю обещанье!
Ты не выплёскивай чувства
И соблюдай расстоянье!

Мудрой была эта Нинка!
Пыл согнала в один миг!
Нам тогда было шестнадцать!..
Не одному! На двоих!!!

Тогда во втором были классе.
Пятнадцать ещё было вёсен…
Нинка была непреклонной!
Но приговор был несносен!

Да,  приговор этот Нинкин
Был без смягчения в силе!
Я, не дождавшись пощады,
Женился на милой Людмиле!

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, март 2014
   Женился я на Людмиле из Харькова, которую едва знал. Она была на три года моложе меня, простая и открытая, как я. Я её знал одну неделю, когда она к нам приезжала в гости в Волгоград с матерью и сохранила контакт с моей девятилетней сестрёнкой. Через две недели после встречи с Нинкой у меня уже было свидетельство о браке с Людмилой, но не было жены. Мой «медовый» месяц продлился на полтора месяца, но без жены и свадьбы у нас настоящей не было. На сегодняшний день уже живём сорок один год, имеем двоих сыновей, одного взрослого  восемнадцатилетнего внука, студента МГУ и двух маленьких внучек. Отдав почти сорок лет жизни и здоровье детей и внуков Волгограду, мы переехали в Москву.   Но об этом отдельный рассказ. Здесь был рассказ о моей большой и длинной  любви к  Нинке, именем которой я даже назвал сестрёнку, родившуюся в 1961 году, за  год до смерти нашего отца.

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, январь 2012 г

26.
ПОСТОЯННОЕ МЕСТО ПУБЛИКАЦИИ:http://www.proza.ru/2013/03/19/587

СБОРНИК "О ЛЮБВИ ВСЕРЬЁЗ!" рец. 0, фото Яндекс.

ТАНГО!!!

Ты помнишь танго в Доме Пионеров?
Ведь я тогда страдал не понарошку!
Я помню, как стучало моё сердце!
Ты помнишь мою влажную ладошку?

Как я боялся! Ах, как я боялся
Случайно  наступить тебе на ногу!
И всё же наступил! Какой позор!
И до сих пор я помню… Вот, ей-Богу!

Всю жизнь старались жить мы в ритме танго!
Бывало это нам необходимо!
А если бы другой был ритм по жизни,
Могла и жизнь у нас промчаться мимо!

По жизни мы пришли почти к финалу!
И внуки у нас взрослые уже!
Пусть жизнь у них проходит в ритме танго,
Чтоб не слететь в кювет на вираже!

Л.КРУПАТИН, МОСКВА, март 2013 г.


Рецензии