Возвращение Эльвиры

 Генрих Ран
                Возвращение Эльвиры
                Фантазия
               
Перевод с немецкого Ирины Гейнце

В стародавние времена под тенями лунных долин Андалузии бродило странное создание. Это была удивительная женщина, очень загадочная. Её звали Эльвира. Донна Эльвира - так называли её в обществе. Никто не мог описать в точности её внешность. У неё были очень подвижные черты лица, как у газели или цветка мальвы. Она двигалась легко, как ветерок в оливковых рощах...

Её происхождение было неизвестно и покрыто тайной. Поговаривали, что Эльвира внучка Сарабанда, старого колдуна. Другие же говорили, что она - создание свободного художника Хименеса, который потерял власть над своим произведением. А некоторые даже были уверены, что она происходит из древнего благородного рода.

Моя неспокойная душа возжелала обязательно переселиться в те средневековые времена, найти легендарную Эльвиру и познать её. У меня была важная причина отправиться в такое непривычное путешествие. Всё это потому, что моя единственная и неповторимая носила то же имя и её аура всемогуще и загадочно освящала мою несовершенную душу. Поражённому этим явлением мне не оставалось ничего другого, как докопаться до первопричины. Мне хотелось узнать о прошлом моей вновь рождённой Эльвиры, о том, какой замечательной личностью она была в своей давно прошедшей жизни. И это всепоглощающее желание перенесло меня во времена давно миновавшие в Андалузию, в извилистые долины Гвадалквивира.

И вот я уже еду верхом на ослике, соединившись духовно со свободным  художником Энрике Хименесом, в направлении Кордовы. Там я надеюсь найти работу, поскольку в кошельке моём пусто. Вполне возможно, думал я, что зажиточные граждане  этого города захотят воспользоваться моими услугами. Честолюбие часто является предпосылкой для безрассудного желания увековечить себя в слове или картине. Я специализировался в писании портретов. Это ремесло помогало мне плохо ли, хорошо ли, держаться на плаву. Лёгкой рысцой нёс меня ослик навстречу вечеру.

Дорога пролегала вдоль Гвадалквивира, берега которого заросли густым непроходимым кустарником. Эти места считались опасными. Здесь часто нападали разбойники, для которых важна была не только богатая добыча. Нападающие сами были настолько бедны, что нападали даже на самых бедных путников, которые в результате лишались своего последнего имущества. А что мог потерять я? В крайнем случае осла. И только я об этом подумал, как из зарослей раздался выстрел и полдюжины бродяг обрушились на мою скромную особу. Я инстинктивно выхватил  свою крошечную шпагу, дико размахивая ею вокруг себя и крича во всю глотку:

- Прочь, негодяи! У меня всё равно ничего нет!
Негодяи захохотали и заорали:
- Сначала убьём его, а там посмотрим!

Такая последовательность событий в их тактике мне абсолютно не понравилась. Я снова мужественно бросился в атаку и ранил одного из этих подонков настолько, что у него потекла кровь. Тогда другие, размахивая своими дубинками, закричали:

- Ну, теперь тебе не жить!
Я продолжал бешено сопротивляться, но моя тонкая шпага сломалась. В этот момент появился старик в странном фиолетовом плаще и закричал:

- Стойте!
Бандиты вмиг поникли, как будто оглушённые  ударом молнии, застонали и заскулили:

- О! О! Сарабанд! Сарабанд!

Разбойники тут же скрылись. Я поражённо разглядывал моего спасителя и был уверен, что передо мной сказочный волшебник. Высокая худая фигура, длинная седая борода, необычный посох в руках. К тому же пронизывающий взгляд. Не успел я поблагодарить, как старик заговорил со мной:

- Насколько я понимаю, молодой человек, ты художник и, надеюсь, к тому же неплохой. Поэтому я приглашаю тебя к себе, поскольку крайне нуждаюсь в твоих услугах.

Я хотел возразить и объяснить ему, что я должен ехать дальше. Но этот господин так властно воздействовал на меня своими чарами, что мне ничего не оставалось, как молча согласиться. В каком-то тупом оцепенении я следовал  за моим непонятным заказчиком, и вдруг перед нами возникла, как будто из ничего, причудливая хижина, какие только в сказках бывают. Мы вошли и старик велел мне сесть в старое кресло. Вся внутренность этого необычного жилища была заставлена мебелью, украшенной резьбой. В середине стоял стол, заставленный множеством различных бутылочек, реторт и другой посуды, необходимой для проведения химических реакций. Я уже догадывался, что хозяин, по всей видимости, занимался алхимией. На стенах висели какие-то старые картины. Заметив направление моего взгляда, Сарабанд обратил моё внимание на одну маленькую картину. Он предложил мне подойти поближе и произнёс взволнованным голосом:

- Это изображение моей внучки Эльвиры. Она исчезла ещё ребёнком при загадочных обстоятельствах. Её родители, моя дочь и её муж, были мёртвыми найдены в своём доме. В те времена я был зажиточным купцом. После этого двойного удара судьбы я оставил своё ремесло, дал клятву найти мою внучку и жестоко покарать виновных.

Я начал сразу же планировать свою месть, но долго не мог ничего предпринять, поскольку не было никаких зацепок, злодеи не оставили никаких следов. К счастью, у меня был старый друг - алхимик, который посоветовал мне пройти у него курс обучения магии. Он убедил меня, что моё несчастье спровоцировали тёмные силы. У моего друга было видение, которое дало ему повод так думать. Он сказал мне, что в борьбу может вступить только родственник Эльвиры. И я поверил ему. Многие годы он обучал меня и я был прилежным учеником. Вскорости я уже мог самостоятельно приготовлять магические составы и с помощью колдовских формул заклинать духов тьмы. Таким образом я узнал, что мою внучку действительно украл один из демонических колдунов и превратил её в неизвестное дикое животное. К тому же стало ясно, что он же был ответственен за смерть её родителей. На мой вопрос, каким образом можно победить этого злого чародея, мне представилось очень непонятное видение. Я увидел картину, изображающую Эльвиру. Эта картина стояла в лесу в полнолунную ночь. При этом я услышал тихий голос, который сказал мне загадочную фразу:

- Возвращайся такой, как на картине.

После этого видение померкло и я пришёл в себя. В отчаянии я всё рассказал своему мастеру. Он истолковал предсказание по-своему и посчитал, что на этой картине Эльвира должна быть изображена в том возрасте, в каком бы она была сейчас. Изображение должно быть настолько искусным и близким к оригиналу, что с трудом отличалось бы одно от другого. И тогда можно надеяться, что как только этот портрет будет поставлен в лесу, Эльвира в обличье животного увидит себя и вновь превратится в человека. Какое она теперь животное? На этот вопрос мы не нашли ответа. А теперь вернёмся к тебе, мой путешествующий художник,- сказал Сарабанд и бросил на меня такой острый испытующий взгляд, что я инстинктивно вздрогнул:

- Ты волею судьбы тот человек, который должен написать портрет восемнадцатилетней Эльвиры. А образцом тебе послужит этот детский портрет.
Я был поражён, но сразу почувствовал, что у меня нет выбора, и согласился. По всей видимости, Сарабанд был уверен, что отказа не последует. Он довольно ухмыльнулся и произнёс грубо:

- Ну, что ж, юнец, ты принял верное решение. Отрицательный ответ означал бы конец твоего человеческого существования. Но не трусь! Чтобы усилить твоё творческое вдохновение, я буду соответственно воздействовать на тебя своей магической силой. А теперь, за работу!

Я хотел сначала подкрепиться, а потом распаковать свои вещи, но мой заказчик уже обо всём побеспокоился, чтобы не терять время на подготовку. В мановение ока передо мной появился стол, уставленный всевозможными яствами: жареный каплун, белый хлеб, вино и фрукты. Я был ужасно голоден и вмиг управился с роскошной едой. Довольный, я рыгнул пару раз и даже не заметил, что уже начал рисовать. Откуда вдруг появилась палитра с уже смешанными красками и множество кисточек, я не знал. Впрочем, задумываться над этим у меня тоже не было времени.

Я уже стоял перед белоснежным льняным полотном, которое было натянуто на подходящую раму, готовый сделать первые мазки кисточкой. Я посмотрел на изображение пятилетней девочки, которое излучало на меня такую мощную ауру, что всем своим существом я почувствовал, как душа моя воспарила и вызвала во мне такое сильное творческое возбуждение, что я тотчас же представил себе, как этот чудесный ребёнок может выглядеть в восемнадцать лет. Перед моими глазами появилась голографическая фигурка восемнадцатилетней Эльвиры, спроецированная изображённым ребёнком. Картинка была такой живой и прелестной, она так восхитительно на меня смотрела, что от восторга я чуть не лишился сознания.

Какой-то посланный извне импульс, возможно внедрённая Сарабандом мысль о том, что у меня мало времени, привёл меня в чувство. Вспомнив, что я должен делать, я начал судорожно писать портрет. И хотя я вовсе не считал себя талантливым художником, на этот раз я сам себе удивлялся, как ловко я распоряжался кистями и красками, какие удивительные оттенки я получал в результате смешивания красок. Особенно меня удивило, что через несколько часов портрет был готов.

Критически смотрел я на дело рук своих и хотел ещё раз мысленно сравнить это произведение моего искусства с оригиналом. Но с удивлением обнаружил, что видение прекрасной женщины исчезло. Только маленький портрет Эльвиры ребёнка одиноко висел на стене. Я неуверенно оглянулся вокруг и со страхом увидел колдуна, который большими шагами приближался ко мне. Доволен ли он моей работой? Сарабанд внимательным взглядом окинул картину и его лицо просветлело.

- Ну, что ж, молодой человек, у тебя действительно получился точный портрет моей милой внучки. Я предполагал, что в восемнадцать лет она именно так и будет выглядеть,- сказал он. Но в тот момент я не мог испытывать удовольствия от его похвалы, потому что я ещё раз посмотрел на портрет Эльвиры и почувствовал, что навсегда влюбляюсь в эту молодую женщину. К несчастью, Сарабанд тоже заметил мой горящий восхищённый взгляд и его лик омрачился. Но он только произнёс:

- Конечно, ты рассчитываешь, бродячий художник, на достойное вознаграждение. Ну, что ж, хорошо. Я вижу, что твоя работа тебе тоже очень нравится и ты, наверняка, был бы очень разочарован, если бы после установки картины в лесу какой-нибудь разбойник украл бы её. Тебе оказывается почётное доверие самому охранять картину и донести мне, если Эльвира туда придёт и, согласно предсказанию, примет человеческий облик. А для надёжности, чтобы ты, голубчик, как можно лучше выполнил своё задание, с этого момента ты для маскировки станешь рысью".

Не успев опомниться, я уже стоял в лесу возле установленного на треножнике портрета Эльвиры. Удивлённо оглядывал я себя и, к своему ужасу, видел на мне вместо одежды  только шерсть, и у меня было четыре лапы, но я мог всё-таки стоять вертикально на задних лапах. Моё лицо тоже всё поросло шерстью. Я заглянул в ближайшую лужу. Мутная вода отразила вид большой кошки. Проклятье! Я действительно стал зверем, рысью!

Невероятно, но факт! Не смотря на то, что я был хищником, я был в состоянии думать по-человечески. Я стоял возле портрета прекрасной Эльвиры и не чувствовал ничего, кроме сильного голода. Уже много часов я ничего не ел. Мой зверский желудок урчал и требовал пропитания. Но какую пищу я мог или должен был есть? В отчаянии и замешательстве я оглянулся вокруг и в этот момент краем глаза заметил зайца, который копошился в высокой траве. Неожиданно во мне прорвался мой животный инстинкт и я медленно  пополз, прыгнул, схватил бедного зайца и, не успев опомниться, сожрал несчастное животное вместе с костями и шерстью. В этот момент мой человеческий рассудок был отключён. Голод был утолён и я вспрыгнул на нижнюю ветку мощной пинии, улёгся на сук и задремал. Когда я проснулся, меня начала мучать совесть.

- А что, - думал я,- если этот заяц тоже прежде был человеком? Стал я теперь каннибалом? Какой ужас! Как же, Бога ради, я узнаю, что я съел настоящего зайца, а не человека?

В полном замешательстве я оглянулся и услышал лёгкий шорох в близлежащем кустарнике. Было довольно темно, поскольку до рассвета было ещё далеко. Я наблюдал со своей ветки и благодаря зоркости кошачьих глаз вскоре увидел молодую лань, которая медленно и пугливо пробиралась в направлении выставленной картины. К своему ужасу я почувствовал, что мой звериный инстинкт заставляет меня охотиться и за эти животным.

К счастью я ещё не был голоден и человеческий разум взял верх. Из места моего укрытия я наблюдал за происходящим. Молодая лань уже довольно долго смотрела на картину. Луна вышла из-за облаков и ясно осветила поляну. И наконец я своим наполовину животным, наполовину человеческим умом начал понимать, что сейчас случится нечто невероятное. И действительно: лань превратилась в необыкновенно прекрасную женщину, которая выглядела точно так же, как та на картине. Я хотел воскликнуть: "Эльвира!", но вместо этого из моего горла вырвалось только приглушённое рычание. Это услышала молодая женщина, которая только что ещё была маленьким оленем. Испуганно оглянулась она вокруг, увидела меня и побледнела. В замешательстве глядя вокруг, она хотела, вероятно, уже позвать на помощь. Но вдруг на поляне появился маленький старичок и сказал:

- Не бойся, дитя моё. Эта рысь там на дереве не настоящий зверь, а художник, который нарисовал эту картину. Злой Сарабанд заставил его исполнить свой заказ, чтобы в облике лани тебя подманить и ты бы снова стала человеком. Эльвира, дитя моё, ты теперь в большой опасности! Сарабанд хочет завладеть тобой. Проклятый сладострастник пойдёт на всё!
После этой взволнованной речи Эльвира расстроилась ещё больше и вопросительно обратилась к старичку:

- Кто Вы такой, добрый человек, и откуда Вы знаете, что со мной уже случилось и что меня ещё ожидает? Почему мне нужно убегать и куда?
Старик энергично отвечал:

- Для дальнейших разъяснений у нас нет времени. Только одно ты должна знать: я был лучшим другом твоих умерших родителей. Моё имя Дон Педро. А теперь нам лучше исчезнуть. Я провожу тебя, дитя моё, в надёжное место.
Должен сказать, что услышанное меня совершенно запутало. Ведь я слышал от Сарабанда совершенно другое! Пока эти противоречивые высказывания пытались уместиться в моей звериной голове, я услышал громкий злой голос, без сомнения принадлежавший моему заказчику Сарабанду.

- Ах! Ах! Педро, ты, старый хрыч?! Ты опять хочешь похитить мою любимую внучку! Тебе это не удастся! Прочь отсюда! - закричал колдун и замахал своим жезлом, от которого отделился огненный шар и полетел в Дона Педро. Но тот спокойно протянул свою худую руку, из которой вылетела мощная голубая молния. Мгновенно огненный шар превратился во множество разноцветных бабочек. Эльвира вздрогнула от неожиданности, но когда опасность миновала, закричала Сарабанду звонким голосом:

- Стой! Стой! Ты не можешь быть моим дедушкой. Он давным-давно умер и выглядел он совсем по-другому! А тебя я не знаю, злодей! Чего ты от меня хочешь?
Ответом был издевательский смех:

- Какая жалость, что ты, молодая женщина, меня не признаёшь своим дедушкой! Тем лучше! Тогда тебе придётся меня признать своим повелителем и женихом, а не слушать этого подлеца Педро!
После этих слов он бросил взгляд на меня и крикнул:

- Вперёд, мой верный зверь, прогони этого старого захватчика!
Сначала я был очень удивлён всем услышанным, но потом всё во мне закипело. Разозлённый до крайности я сделал огромный скачок с моего дерева и обрушился со всей силы, но не на Дона Педро, а на Сарабанда. У него не было никакой возможности сопротивляться. Я опрокинул его на землю, вонзил свои острые когти в его грудь и был уже готов клыками перегрызть его жилистую шею. В этот момент я услышал:

- Стой, остановись, моя зверюшка. Оставь подлого Сарабанда ещё пожить!
Услышав этот сладостный голос, я взглянул вверх и увидел стоящую рядом со мной восхитительную Эльвиру. Я был в восторге от её ауры. Вопреки этому, я хотел возразить. Очень уж мне хотелось прикончить этого противного колдуна. Но вместо слов из моей глотки вырвалось только недовольное рычание. Тогда ко мне подошёл Дон Педро, погладил мою дыбом стоящую шерсть и попробовал тоже меня успокоить.

- Хватит! Ты вогнал в страх нашего мучителя. Но ты не должен его убивать, ещё нет! Подумай хотя бы о том, что только он может тебя снова превратить в человека. К сожалению, мы не можем Сарабанда силой заставить сделать это. Как и когда мы добьёмся этого, об этом мы поговорим позже. А теперь мы вместе отправимся в путь!- успокаивающе произнёс Дон Педро. Я неохотно отпустил злого колдуна, который всё это время лежал без сознания, и неуверенно взглянул вперёд.

- Пойдём, моя зверюшка, мы отправляемся! - услышал я снова сладкий голос Эльвиры. Моментально забыл я своё смертоносное намерение, вскочил и радостно прыгнул им вслед.

Под навесом огромной зонтичной сосны, в сокрытой горой, заросшей густыми кустами маленькой хижине лежал я у ног Эльвиры, наслаждаясь близостью своей госпожи. Она гладила мою покрытую кудрявой шерстью голову и ласково смотрела на меня. Я мурлыкал от удовольствия и таял от её ласки.

- Ну, моя зверюшка,- говорила она,- ты, наверное, хочешь снова стать человеком? Откровенно говоря, я бы хотела владеть тобою в образе рыси. Дон Педро считает, что раньше ты был художником Хименесом, который написал мой портрет. Благодаря этому произведению искусства я снова стала человеком. А теперь мы все в бегах скрываемся и я даже завидую тебе, моя зверюшка. Ты можешь в любой момент исчезнуть в диких дебрях, а я вынуждена пользоваться помощью этого старика Дона Педро, которого я мало знаю и в глубине души боюсь. Он ведь тоже колдун, а я боюсь таинственных сил. Только тебя я не боюсь, моя милая зверюшка. Ты же меня не бросишь? Правда?

В ответ я только потёрся головой, как это делают все кошки, о её ноги и замурлыкал от удовольствия.

Так прошло несколько недель. Эльвира меня баловала. Она кормила меня тем же, что они ели с Доном Педро. Это были жареные в оливковом масле перепёлки и кролики, а к ним овечий сыр и козье молоко. Я сознавал, что такая пища для рыси непривычна. Но внутренне я себя всё ещё чувствовал себя человеком и мне неприятно было вспоминать, как я однажды сожрал зайца вместе с шерстью и костями. В целом я был доволен моим животным существованием, если бы не невозможность говорить. С каким упоением я бы признался моей богине в моей горячей любви к ней. Но моя рысиная глотка ничего, кроме рычания и мяуканья, не произносила. Однажды появился Дон Педро, который частенько делал вылазки, позвал меня к себе и заговорил:

- Дорогой Хименес, у меня, к сожалению, для тебя плохие новости. Я интересовался у моих знакомых алхимистов, которые вхожи к Сарабанду, навестили его и узнали, что твоё превращение обратно в человека в настоящее время невозможно. Но не отчаивайся. Я буду дальше искать выход. Может быть попозже мы найдём другое решение. Вместе мы справимся с этой задачей. Сейчас меня занимает другая проблема. От меня не укрылось, какие чувства ты испытываешь к Эльвире.

Короче говоря, ты по самые свои рысьи уши влюблён в неё. Но ты должен знать, что у тебя и в твоём нынешнем виде, и при превращении в человека в будущем нет никаких шансов у Донны Эльвиры. Да, да!  Ты не ослышался. Донна Эльвира происходит из старого благородного рода. Она только не знает ничего. Но скоро ей всё станет известно. Но что ещё важнее! Уже с рождения она обещана одному влиятельному мужчине. Недавно я говорил с будущим женихом и мы обговорили дату свадьбы. Сегодня же вечером Донна Эльвира всё это узнает. Я тоже доволен, поскольку не могу её дольше прятать. В новой семье она будет под лучшей защитой.

После этих слов я взревел ужасно и готов был броситься на Дона Педро. Он испугался и хотел броситься наутёк. Но я вовремя спохватился. Человеческая часть моей сущности победила во мне и я обиженно уединился под кустом. Дон Педро понял всё, подошёл ближе и примиряюще заговорил:

- Прости, мой друг. Мы преодолеем эти разногласия вместе. - Я только недовольно рыкнул в ответ.

Несколько часов бегал я по диким зарослям, размышляя над тем, что бы я мог предпринять, какие шаги были бы верными, чтобы снова стать человеком. Ведь только так я мог объясниться с Эльвирой. И дольше я не мог ждать моего превращения, потому что скоро мою любимую отдали бы замуж. Поэтому я решил немедленно что-нибудь предпринять. Ещё не зная, что я сделаю, побежал я назад к хижине, где, к счастью, застал Эльвиру одну. Увидев меня, она поспешила мне навстречу, обняла мою волосатую шею и посетовала:

- Где же ты так долго был, мой зверюшка? Я тебя везде искала! Я хотела тебе рассказать последние новости. И они, к сожалению, очень тревожны. Дон Педро настаивает на том, чтобы меня срочно выдать замуж. У него даже есть жених для меня, которого как будто бы мои умершие родители сразу после моего рождения для меня выбрали. Когда я это услышала, то расплакалась и не знала, что сказать. А потом сквозь всхлипывания смогла  выдавить только одну фразу:

"Я не хочу замуж за того, кого не люблю!" На это Дон Педро ответил поучительным тоном: "У тебя нет выбора, малышка! Я не могу тебя больше прятать от злоумышленников. А в доме твоего будущего мужа у тебя будут определённые защищённость и достаток. Самое важное: у тебя нет права сопротивляться воле твоих умерших родителей. Завтра же ты будешь представлена твоему жениху. А ещё он упомянул, что ты связался с тёмными силами и поэтому даже опасен для меня. Но это же не так? Не правда ли, мой друг?

В знак моей преданности я потёрся головой о её прекрасные ноги. Эльвира успокоено засмеялась и хотела ещё что-то сказать, но не успела. Дон Педро обнаружил нас и закричал, ругаясь:

- Прочь отсюда, отвратительное животное! Не смей надоедать своим присутствием будущей жене Дона Себастьяна!

Я же не, не имея возможности опровергнуть эти обвинения, не сдвинулся с места и только рычал обиженно. Эльвира обняла меня и возмущённо вскрикнула:

- Прекратите, Дон Педро! Пусть зверюшка останется со мной! Я люблю её, а в ней благородного художника Хименеса, который своим искусством снова сделал меня человеком. И он меня тоже любит, а когда он снова превратится в человека, мы поженимся. А Вы злой, Дон Педро!

- Этого не случится! - заорал Дон Педро и совершил движение рукой, чтобы поразить меня колдовством. Мой звериный инстинкт отреагировал молниеносно и я вовремя увернулся от огненного шара. Потом я набросился на обидчика, опрокинул его на землю и прыгнул прочь в тёмные кусты. Что я ещё услышал: выстрел из пистолета, а потом громкий плач моей Эльвиры. Это было невыносимо! Я круто развернулся, вырвал оружие из рук Дона Педро, прокусив при этом его пальцы. Громко вопя, старик скрылся в хижине. Эльвира быстро пришла в себя и позвала меня:

"Скорей, моя зверюшка, нам надо бежать!"- Так мы и сделали и вместе скрылись в лесу.

На наше счастье Дон Педро не мог пользоваться своим колдовским искусством на близком расстоянии. Когда он пришёл в себя, то бросил нам вслед трескучую молнию, но не попал в цель. Ветки над нашими головами загорелись ненадолго, но, шипя, потухли. Наверное, из-за моего укуса злодей не мог достаточно сконцентрироваться. Его неловкость была нам на пользу и мы побежали дальше.

Теперь мы оба находились в глухой дикой местности и могли рассчитывать только на себя. Спустя некоторое время мы, уставшие, остановились на возвышенности и опустились отдохнуть в высокой траве. Позади нас лес заканчивался, перед нами горный луг спускался в долину. Я озабоченно посмотрел на Эльвиру и заметил около неё продолговатый узелок. Я подумал, что это продукты, и заурчал довольно в ожидании еды. Нам и действительно необходимо было подкрепиться. Эльвира заметила мой голодный взгляд, но рассеяла мои надежды, сказав:

- Мне очень жаль, моя бедная зверюшка, но я должна тебя разочаровать. Перед бегством я не подумала о еде. Но этот предмет показался мне очень важным для нас и я захватила его с собой.

После этих слов она убрала упаковку и пред моими рысьими глазами появился портрет Эльвиры, который я нарисовал ещё, будучи человеком. Эльвира увидела моё удивление и весело проговорила:

- Ну, моя зверюшка, узнаёшь ты своё произведение? Тогда, когда ты победил злого Сарабанда, схватила я эту картину и свернула в тонкий рулончик. А рамку из деревянных планок я оставила на месте. Ни за что на свете я не рассталась бы с этим сокровищем. Это единственный твой подарок мне, моя зверюшка!
 
Я задохнулся от восторга, когда снова увидел картину. Невозможно было поверить, что это действительно я написал столь совершенное произведение. Но то, что я после этого увидел и услышал, ещё больше взволновало меня. Эльвира смотрела на полотно с невыразимой страстью и говорила при этом проникновенным голосом:

- Я узнаю в этой картине скрытую фигуру создателя! Энрике Хименес, я люблю тебя всем сердцем! Освободись из тени заднего плана и появись снова человеком!
И представьте себе - свершилось чудо! Я в образе рыси исчез, а художник Энрике Хименес появился из картины. Он ошеломлённо смотрел на Эльвиру, которая страстно бросилась ему на шею...

Я снова стал невидимым духом из будущего, который отделился от Хименеса. Я просто смотрел, как Эльвира и Энрике целовались. Я же чувствовал, что моё время в прошлом веке закончилось. На прощание я ещё услышал голос Эльвиры: - "Энрике, можно я тебя, как раньше, буду называть моей зверюшкой?" - "Конечно, моя любимая!"

Я увидел, как эти двое, тесно прижавшись друг к другу, пошли вниз по склону. Вдалеке виден был город Кордова.

-"Ну, ты, привет! Просыпайся-ка!"- послышался знакомый голос. Медленно пришёл я в себя и уставился на мою жену. Она в точности была похожа на женщину в моём сне. "Вставай, наконец, засоня! Завтрак уже готов", - сказала она, улыбаясь.

- Да я уже иду. Мне снился сон и всё было, как наяву, как будто я в средние века был  испанским художником Хименесом и встретил девушку, которую звали как тебя Эльвира. И говорила она твоим голосом".

- Ну, конечно! Это была я! Кто же ещё! Попробуй только видеть во сне других женщин! Тогда тебе достанется!"- засмеялась Эльвира и пошла на кухню. Я встал и пошёл за ней. Вдруг я заметил пакет, который стоял в углу прихожей. Я спросил удивлённо, что это такое.

- Ах, знаешь ли, сегодня утром это принесла почта. Там стоит моё имя, но я не помню, чтобы я что-нибудь заказывала. Может быть это опять какая-нибудь реклама от каталога "ОТТО",- пренебрежительно произнесла она и настойчиво позвала меня к столу. Я почему-то всё не мог освободиться от мыслей об этом пакете, задумчиво доедая булочку. Мне становилось всё любопытнее, что же там могло быть, что-то в этом пакете меня настораживало. В нетерпении выпил я свой кофе и поспешил вскрыть пакет. Это была картина маслом. Я предчувствовал нечто невероятное. Развернув картину, я очутился снова в моём сне. У меня не было слов. Рядом с собой я услышал:

- Это же я на картине. Но такую одежду по моде средневековья я никогда не носила. Как это может быть? С меня же никто и никогда не рисовал картин! Давай-ка посмотрим на адрес отправителя".- Но адреса не было. Наши дети тоже рассматривали это необыкновенное полотно.

- Мама, я бы тоже хотел нарисовать с тебя такую картину,- восторженно воскликнул Артур.

- Но где можно заказать такое старомодное платье? Уж точно не в "ОТТО"- с хитрецой в глазах возразила Лена.

Очнувшись от шока, я внимательно изучил картину. Она оказалась довольно старой. При ближнем осмотре явно видны были мелкие трещинки в слое краски. В правом нижнем углу я нашёл подпись: Энрике Хименес.

                ------------               


Рецензии
Здравствуйте, Генрих!

С новосельем на Проза.ру!

Приглашаем Вас участвовать в Конкурсах Международного Фонда ВСМ:
См. список наших Конкурсов: http://www.proza.ru/2011/02/27/607

Специальный льготный Конкурс для новичков – авторов с числом читателей до 1000 - http://www.proza.ru/2017/03/05/1517 .

С уважением и пожеланием удачи.

Международный Фонд Всм   13.03.2017 11:23     Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.