Глава 6. 25. Нельзя вмешиваться в творческий проце

Глава 6.25. Нельзя вмешиваться в творческий процесс

Сегодня прилетели Лукин с Люсей. Приехал и Володя с Адой. Они здесь ностальгируют по России. И если мы появляемся на короткий период, друзья не пропускают.
Лукин о чём-то говорит с Володей,а тот больше бросает взгляды на меня. Ричард объяснил появление Люси из Петербурга тем, что у мамы нет времени, поэтому Люся, в качестве экономиста, заменит меня, пока я буду с концертами в Нью-Йорке.
Дианочка сегодня расслабляется,но её не успокоил ответ нашего учёного. Хотя Мария Михайловна ей объяснила в Порту причину событий, творящихся в мире. Она не верит в мирового полицейского в лице Америки, а чаще склоняется к моей версии. Вот сейчас и раскручу Люсю, которая направляется ко мне, видя, как я активна за ноутбуком.

— Решила воспользоваться свободным креслом возле тебя, пока его не занял Лёня или Володя. Этот боится тебя спугнуть, а я заметила, как ты бегаешь по интернету…
—Без мыслей?
—Вот об этом, о тебе не скажешь!
—Да уж! Завидую тем…
—Это тебе можно позавидовать!
—Не поняла, Люсенька!
—Всё ты понимаешь, только держишь до поры.
—Чтобы сесть в свой танк, — как с добрым юмором говаривал мой первый редактор, который, к сожалению, ушёл из жизни.
—Не нужны тебе никакие редакторы сегодня. Да, он тебя хорошо направлял, но не вмешивался в твой творческий процесс.
—И даже однажды посоветовал мне подрасти.
—Уверенный, что ты его с годами не подведёшь.
—Ты всё помнишь, как я приходила счастливая из издательства и рассказывала тебе о нём?
—Да! И он в тебе не ошибся, когда сказал, что появился, наконец-то, автор, который ещё заявит о себе.
—Ты это прочитала в Интернете, Люсенька?!
—Не удивляйся! Чисто случайно! Я открыла в день его смерти твои закладки и поняла, что ты там искала. Но ты мне сама тогда позволила заглянуть на те страницы.
—И до сего момента молчала?!
—Ждала, когда созреешь.
—Как и редактор! Только я понимала уже всё в свои восемнадцать лет, родная!
—Был в тебе ещё максимализм тогда.
—Ты ко мне подсела с другой целью.
—Веришь, моей подружке, что она может изменить своё отношение ко мне?
—А ты?
—Как всегда у тебя вопрос на вопрос, когда убегаешь от ответа.
—Не убегаю! Хочу помочь, если напрямую задаёшь вопрос. Поверь, если человек способен на слабости, неважно какие, то он всегда на краю пропасти.
—Имеешь в виду, что слабость людей толкает на подлость?
—В любой момент, когда складываются обстоятельства.
—А почему не может совершить сильный подлость, в твоём понятии?
—Люся, сильный человек, кроме красоты в отношениях, ничего не признаёт, поэтому рядом с ним слабый может продержаться всю жизнь…
—Не изменяя, если возьмём отношения между женой и мужем?
—Да!
—И примером служит твой муж?
—И не только он, а все те, кто нас окружает.
—Как-то расплывчато отвечаешь.
—Надеюсь, твоя подружка не обижается на отдельные мои главы, где я невольно приоткрываю её отношение к тебе. Хотя образ этой таинственной незнакомки обобщённый, Люсенька?
—Она тебя обожает за то, что ты, расстреливая в буквальном смысле, тут же и объясняешь причину слабости людей, как бы защищая от своего напора.
—В таком случае у тебя есть надежда на её выздоровление. Но это только благодаря твоей нравственной и физической красоте. Я удивляюсь твоей выдержке.
—Но и объясняешь её причину!
—Безусловно! Ты понимаешь причину слабости, поэтому те поступки, которые для тебя неприемлемы в жизни, являются всего лишь следствием. И ты всё прощаешь подружке с детства. Поверь, что только сильный человек может быть счастливым, а от слабого ждать нечего, потому что пока он не проявит свою глупость, неважно в чём — в злобе, зависти, ненависти, апломбе… Короче, при таком букете слабостей выход один…
—Выпустить жало!
—Молодец! И потешить таким образом свои слабости. Кстати, прелюбодеяние среди слабостей — самое мерзкое качество. В наше время его называют свободой отношений, потому что не готовы быть людьми.
—А всего лишь находиться в состоянии биологического существа!
—Браво, Диана!
—Это Мария Михайловна мне в Порту объясняла. Почему не пригласила и меня?
—Дианочка, Люся всё записала на диктофон.
—Зачем? Я люблю твои экспромты.
—Вот и прочтёшь его наедине. Виктория, рояль тебя ждёт!
—Бегу, Эдик! У нас времени мало до концертов. Надо после такого откровенного разговора что-то необычное подобрать из любимых мелодий.
—Восстанавливающее твою тонкую душу.
—Да, Эдик, ты, как никто, понимаешь. Мы вроде психологов с тобой, предлагаем сильные спасительные лекарства через красивые композиции.
—Вот и восстанавливай как себя, так и Люсю. Я даже догадываюсь о вашем разговоре.
—Тем более! Подыграешь мне!