Великие - Араго и Наполеон

   Всё в жизни этого учёного неординарно!
   В 16 лет он приехал в Тулузу, мечтая о военной карьере. Шёл 1802 год. Только что был заключён Амьенский мир, и Бонапарт, герой войны, стал героем мира.Его слава манила, казалась такой доступной...

   Араго изучал музыку, занимался танцами и фехтованием. Почему-то в его маленьком Перпиньяне считалось, что именно это должен знать офицер. И ещё он учил математику. Появилась она в его жизни случайно и захватила его, как недуг. Он самостоятельно одолевал Эйлера, Лагранжа, Лапласа. У него и в мыслях не было стать математиком, просто ему нравилось понимать.

   Араго с товарищем решили поступать в Политехническую школу.
   Экзамены были трудные. Перед ним отвечал его товарищ и провалился; не мудрено, что экзаменатор Монж предупредил Араго:
  - Если вы будете отвечать так же, то мне бесполезно вас спрашивать.
  - Мой товарищ знает лучше, чем он отвечал,- возразил Араго. - Я, конечно, тоже могу не удовлетворить вас, хотя надеюсь быть счастливее его.
  - Ну, знаете, неподготовленные всегда оправдываются робостью,- сказал Монж, начиная сердиться на самоуверенного провинциала. - Так вот, лучше не экзаменуйтесь, чтобы не стыдиться.
   Араго заносчиво ответил:
  - Больше всего я стыжусь вашего подозрения. Спрашивайте, это ваша обязанность!
  - Однако, сударь, вы много о себе думаете. Сейчас увидим, имеете ли вы на это право!

   Начал Монж с геометрии. Араго отвечал. Затем пошла алгебра. Щеголяя, Араго разбирал вариант за вариантом. Ответ его продолжался час. Монж помягчел. Хвастливый юнец заинтересовал его, и ради любопытства он решил проверить его вне программы.

   Араго отвечал уже более двух часов. Монж был в восторге. Он поставил имя Араго первым в списке.

   При переходе  на второй курс Араго сдавал экзамен знаменитому Лежандру. Он вошёл в кабинет Лежандра, когда из него выносили упавшего в обморок студента. Нисколько не смущённый Лежандр, накинулся на Араго:
  - Как вас зовут? Араго? Вы не француз?
  - Если бы я не был французом, я не стоял бы перед вами.
  - Я утверждаю, что тот не француз, кто называется Араго!
  - А я утверждаю, что я француз, и хороший француз!

   Спор зашёл в тупик. Лежандр отправил Араго к доске, но вскоре вернулся к прежней теме:
  - Вы, без сомнения, родились в департаменте Восточных Пиренеев.
  - Да.
  - Так и надо было говорить! Вы, значит, испанского происхождения?
  - Я не знаю происхождения моих предков, знаю лишь, что я француз, и этого достаточно.

   Оба стояли друг против друга и стоили один другого в своём упрямстве. Взбешенный Лежандр задал вопрос, требующий двойных интегралов, и тотчас прервал ответ Араго:
  - Этот способ вам Лекруа не читал, откуда вы его взяли?
  - В одной из ваших работ.
  - Ага, вы его выбрали, чтобы мне понравиться?
  - Я не думал об этом. Выбрал я его потому, что он кажется мне лучшим.
  - Тогда объясните мне его преимущества, иначе я поставлю плохую отметку, во всяком случае, за ваш характер.
   Араго объяснил, поигрывая в небрежность и скуку.

   Лежандр потребовал определить центр тяжести сферического отрезка.
   Араго изобразил зевоту, заметил, что вопрос слишком простой. Лежандр усложнил вопрос. Араго, улыбаясь, ответил.

   Надо было обладать величием Лежандра, чтобы прервать поединок признанием таланта этого наглейшего из студентов.

   По этим выходкам трудно судить о чём-либо - обычная кичливость самонадеянного, знающего свои способности студента. Но вот совершается поступок, и недавнее поведение обретает смысл, поступок раскрывает смысл вздора. Молодость  Араго тем и интересна, что состояла из поступков.

   В 1804 году первый консул надел корону императора. Студентов Политехнической школы выстроили в актовом зале присягать Наполеону. Один за другим, вместо того, чтобы отвечать: - "Я клянусь!", они отвечали: - "Я здесь!" Естественно, такой ответ вовсе не означал повиновение новому императору. А один из студентов даже крикнул: - "Я не желаю присягать на повиновение императору!"

   Начальник школы приказал арестовать этого студента. Араго командовал бригадой и отказался выполнять приказ. А накануне он, в числе других, отказался подписать поздравление императору. Начальник школы представил Наполеону список непокорных студентов.

   Первым стояло имя Араго, первое не по алфавиту, а как первого студента.
  - Я не могу выгнать первых воспитанников, - сказал Наполеон, - жаль, что они не последние, оставьте это дело.

   Первый поступок Араго быстро вызвал следующий; он, в свою очередь, породил другой, и долго ещё, не затухая, волна эта бежала по его жизни.

   В 1806 году по настоянию Лапласа Араго отправился в Испанию: Лаплас добился у правительства ассигнований для работ по измерению меридиана.

   Измерение меридиана, важное для основания метрической системы, учёные вели давно, с 80-х годов 18 века.

   Деламбер измерял французский меридиан от Дюнкерка. Мешен продолжил линию съёмки в Испанию от Барселоны. Война прервала работу, и 20-тилетний Араго должен был вести её дальше из Каталонии.

   Шесть месяцев провёл он в пустынных горах, изредка вырываясь в Валенсию на ярмарку или к землякам. Романы с местными красотками, дуэли из-за них и трактирные драки занимали его больше, чем измерения.

   В горах бродили отряды испанских партизан и разбойничьи шайки. Они нападали на купцов, путешественников, геодезистов. Однажды Араго спас предводителя разбойников округа. Он дал ему приют в своей горной хижине и получил за это право свободно ходить в горах в любое время. Араго был единственным, кто ночью шёл, не таясь, размахивая фонарём, распевая песни. Стоило ему назвать себя, его пропускали.

   Никто не понимал, чем занят Араго и те, с кем он работал. О чём они сигналят жёлтыми  огнями с вышек, что измеряют диковинными инструментами, кругами, трубами, угломерами. Партия геодезистов пробивалась по глухим тропам. Араго с товарищами день за днём шагал, вымеряя свой незримый меридиан, утешаясь смиренной гордостью чернорабочего науки.

   Линии геодезических треугольников пересекали провинции, страны, границы, скрепляя единым обручем Землю, уточняя фигуру земного шара, маленькой, сплюснутой с полюсов планеты. Работа была безвестной, безымянной, возможно, первая работа, соединившая учёных разных стран и разных поколений.

   Араго мог вернуться домой, во Францию, но он отправился на Майорку заканчивать измерения. Ему хотелось измерить одним треугольником дугу в 1.5 градуса.
   Если учесть, что войска Мюрата вступили в Мадрид, расправляясь с патриотами, что провинции поднялись против интервентов, что испанцы бросили вызов Наполеону, что началась народная война за независимость, поступок Араго удивляет. Но для него Майорка была не центром восстания, а точкой, которую надо соединить геодезически с Ивзой и Ферментерою - таков быль путь меридиана, не Араго его выбрал.

   С точки зрения здравомыслящего человека, с меридианом ничего бы не случилось, если его покинуть на год, но в науке здравый смысл не такая уж ценность.

   Вокруг шла война. В столице Майорки, на главной площади Пальмы неделю горел огромный, в огне которого сжигали имущество дворян с криками:
  - Долой временщика! Долой французов! Смерть французам!

   Араго работал, сочувствуя испанцам. Но испанцы об этом не знали. Они решили, что француз, сигналящий огнями,  - шпион. Когда метеостанцию окружила разъярённая толпа, он переоделся в крестьянина и смешался с повстанцами. И если бы не его работа, он не прочь был бы остаться с повстанцами.

   Ночью Араго пробрался в порт, чтобы укрыться на корабле. Это ему не удалось. С несколькими верными матросами на шлюпке он попытался поплыть к Бельверской цитадели. Он забрался в крепость и укрылся в камере. Араго был спасён для новых опасностей.

   Здесь ему попалась газета с душераздирающим описанием казни "молодого астронома Араго".

   Итак, Араго больше нет. Но парижская академия периодически получает записки за подписью "Ф.А: открытия в метеорологии, оптике, которые производят переполох . Кто он,  этот гениальный автор?!

  С приключениями Араго добирается до Алжира, добывает фальшивый паспорт, и на корабле отправляется в Марсель. Но, когда уже было рукой подать до берега, корабль настигают испанцы, берут всех в плен и тащат  назад.

   Уболтав часового, Араго ночью отправляется в порт и пытается уговорить капитана английского корабля вытребовать его( у Араго был английский паспорт), либо взять  у него рукописи и отослать. Но капитан ему отказывает. Остаётся один выход - бежать.

   Араго бежит, но его ловят и содержат в страшных условиях, изредка выпуская в город. Обросший бородой, в лохмотьях, бродил он по улице, выпрашивая подаяние.

   Но судьба хранила Араго. Наконец он получил свободу. Всё надо было начинать сначала. В ноябре 1808 года он плыл на корабле в Марсель. Вдруг налетела буря, корабль погнало, а через неделю выбросило на берега Африки.

   Теперь Араго бредёт с караваном опять в Алжир. Чтобы избежать смерти, он прикидывается паломником, готовым принять мусульманство , и ведёт себя по всем правилам Корана. А под рубахой носит рукопись.

   Бродячий Атлант... Казалось, он давно должен был погибнуть, но он жив и упрямо носит рукопись.

   Прошло ещё несколько месяцев. В третий раз Араго плывёт в Марсель. Судьба словно соревновалась с ним в настойчивости и признала себя побеждённой.

    Араго, наконец, прибыл в Марсель Его появление произвело сенсацию, т.к. его давно считали казнённым.

   "Воскресшего" учёного  немедленно предложили кандидатом в академию. Араго был избран почти единогласно.
   Ему было 23 года.

   У Араго, конечно, хватало самомнения, но, когда попытался посчитать, сколько он успел сделать, он сам не мог понять, когда он это успел.

   Получив зелёный мундир академика, расшитый золотом, Араго явился во дворец Тюильри на приём  к императору. Таков был порядок, Наполеон лично знакомился с избранными академиками.  Все старались быть замеченными, удостоенными, упомянутыми, некоторые преподносили императору свои работы.  Лица учёных блестели от страха и обожания.

   Наполеон остановился перед Араго:
  - Вы очень молоды. Как вас зовут?
  - Его зовут Араго, - ответил один из академических чиновников.
  - Чем вы занимаетесь?
  - Астрономией, - опередил Араго другой.
  - А что вы сделали в этой науке?
  - Он измерил дугу меридиана в Испании! - выкрикнул первый.

   Наполеон отошёл, решив, вероятно, что перед ним немой, либо идиот, обалдевший от робости и восторга. Свита смотрела на Араго с жалостью, думая о том, что этот недотёпа упустил случай сказать что-то, чтобы остаться в памяти императора. А Араго улыбался и думал - о чём можно говорить С императором!?

   Пройдёт ещё 6 лет до того дня, когда Наполеону придётся ждать ответа Араго.
   Случится это после Ватерлоо: Наполеон приехал в Париж 21 июня в 1815 года в Париж, а 22 июня подписал отречение и удалился в Мальмезон.

   Академик Гаспар Монж, создатель начертательной геометрии, был одним из немногих, кто не оставил Наполеона. Их связывала 20-тилетняя дружба. Наполеон безгранично доверял Монжу. Он открыл ему свой план, как ему казалось - выход из создавшегося положения -  уехать в Америку,  не ради спасения своей свободы. Наполеон намеревался заняться новой, достойной его гения деятельностью. Он решил заняться наукой.

   Ещё в молодости ему казалось, что в науке он может добиться не меньшего, чем на военном поприще и сможет прославиться своими открытиями.  Наполеон верил в универсальность своего гения.

   В Америке Наполеон намеревался проводить научные экспедиции, изучить весь Новый свет. Но была одна загвоздка -  ему нужен был спутник, который натаскает его до уровня современной науки. Это должен был быть талантливый учёный, отважный, закалённый, чтобы соответствовать Наполеону. Такой, как Монж, но молодой.

   Выбор пал на Араго. Со всем красноречием Монж  сообщил об этом  Араго, но тот отказался. Отказ учёного изумил Монжа. Как же так? Дружба великого человека - благодеяние богов! Можно ли мечтать о чём- либо ещё!?

   Монж пытался уломать Араго, а окружающие не могли понять, почему Наполеон не уезжает. Он подолгу стоял у окна. Подъезжали кареты, конники, но всё было ни то. Наконец, 28 июня он покинул Мальмезон и ехал не торопясь, словно ждал кого--то. Утром 3 июля Наполеон прибыл в Рошфор.  К этому времени английская эскадра блокировала гавань, но ещё можно было пробиться, но он отказался.

   Приехал Араго. Наполеон обнял его. Наконец - то! Ещё не поздно! Америка, экспедиция, лаборатории, десятки учёных - всё это скреплено именам Наполеона, его волей, его славой, его гением...

  - Ваше величество, не знаю, - уклончиво сказал Араго. - Я никогда не начинал с начала, я умею только продолжать.

   Это можно было расценить как дерзость. Ничего не стоило приказать, арестовать, заставить, припугнуть - да мало ли средств ещё оставалось у низложенного императора! Но он верил, что учёный поймёт и согласится.
  - Ах, ваше величество, если бы я не был занят! Видите ли, я сейчас ищу  такой поляризованный свет...Иногда я удивляюсь, ваше величество, чем заняты все остальные люди, если они не изготавливают мне приборы и линзы.
   
   Араго улыбался собственной уверенности, собственному простодушию. Он хитрил, но он и не хитрил:
  -  Почему вы не можете уехать сами, ваше величество?

   Без миссии поездка в Америку выглядела бы бегством ради спасения жизни. А он хотел оставаться Наполеоном. Смешно, что судьба его зависела от какого - то Араго, от какой -то поляризации... Он, привыкший повелевать, должен был уговаривать этого человека, не   имеющего ни власти, ни денег -  ничего.

   Предложение Наполеона никак не могло заинтересовать Араго - наука не прибежище для неудачников - монархов. Спустя 30 лет учёный вспоминал этот эпизод без всякого тщеславия, мимоходом. Для него это был курьёзный случай, не более.

   Через два месяца Александр Первый, император - победитель, вступивший в Париж, пригласил Араго переехать в Петербург, в Академию Наук.
   Узнав об это, другой победитель - прусский король Фридрих,  пригласил Араго в Берлин и  сам явился к учёному в обсерваторию.
   Араго очень торопился... закончить опыт и даже не предложил ему сесть.

   Араго небрежно отказал монархам. Ему было не до них. Он гонял луч света сквозь всякие пластинки, призмы, вертел его зеркалами, ломал, гасил...


  P.S. Использовано произвеление Д.Гранина "Повесть о великом учёном и великом
       императоре".