37 из 66. Пушок и лапта

Играли в лапту на дороге к гидроаэропорту. Это как раз напротив дома Зубаревых,  которых было  шестеро в семье. Автобусы и машины ходили здесь редко. Народу для игры хватало. Мальчики разбились на пары (девочек не брали). Лёшка, разумеется, выбрал друга, Саньку Инусова. Придумали пароли, прошептав их друг другу на ухо. Таинственность обряда увлекала, едва ли не больше самой игры. У Лёшки паролем был самолёт, у Саньки — корабль.
Пары подходили к «маткам», к Аркадию и Володе Зубаревым, каждый из них набирал свою команду. Обнявшись за плечи, Лёшка с Санькой тоже подошли к ним и проговорили в голос:
— Матки-матки, чьи заплатки?
— Наши! — ответили братья Зубаревы.
— Самолет или корабль?
— Самолет, — сказал Аркадий, посмотрев почему-то на брата Володю.
Так Лёшка стал в команде Аркадия, а Санька в команде Володи. Ребята заняли свои места на дороге. Игра началась.
Громко звенел мяч, осаженный лаптой, стремглав бежали игроки. И все кричали с восторгом, когда кого-нибудь осаливали или когда была «свечка». Тут же носился Пушок, щенок кавказской овчарки, принадлежавший Зубаревым. Он радостно лаял на мячик и на людей и подпрыгивал, пружиня на своих длинных лапах.
—  На место, Пушок! — кричали Аркадий и Володя. И щенку было приятно, что с ним разговаривают.
Лёшка со своей командой стоял в «поле», когда на линию «дома» вышел Санька. В руке у него была идеально круглая лапта. Следует заметить, что некоторые игроки били плоской дощечкой, чтобы наверняка попасть по мячу. Однако это считалось не комильфо, или, как говорили мальчишки, «не зыканско». Поплевав на ладони, Санька ухватил биту обеими руками и замахнулся. Лёшка смотрел на него испепеляющим взглядом и мысленно желал промаха или «смаза». Теперь они были не друзья, но соперники.
Санька попал по мячу точно и отшиб его прямо в небо.
— Свечка! — вскрикнула Тамара Зубарева, стоявшая среди зрителей.
Не отрывая взгляда от мячика, Лёшка держал руки наготове, чтобы поймать его и осалить пробегавшего мимо Саньку. Казалось, мячик завис в воздухе навсегда.
Санька успел домчаться до линии «кона», развернулся там и опрометью возвращался в «город», когда мяч, наконец, упал в «поле». Лёшка кинулся к нему, но Пушок был быстрей. Схватил зубами отскочивший от земли мячик, щенок бросился наутёк. Лёшка за ним.
— Держи! — кричали все. — Лови его!
Щенок остановился, окинул игривым взглядом Лёшку и крикунов, и шмыгнул под сарай.
— Отдай мяч, Пушок! — упрашивал Лёшка, заглядывая под дровяник. В ответ доносилось глухое урчание. Пушок точил зубы об мячик.
Игроки и зрители сгрудились перед сараем.
— Зубаревы, ваш щенок, скажите ему! — напустились они на братьев. Зубаревы, впрочем, сами были обескуражены. Аркадий чесал в затылке, а Володя кричал в щель под дровяником:
— Пушок! Отдай мячик!
— Гав-гав! — отзывался Пушок.
— Ты понял? — возмущался Володя, обращаясь к брату. — Совсем страх потерял!
— Сейчас разберёмся!
Аркадий опустился на колено и стал шуровать палкой в щели. Пушок ухватил зубами конец и дёрнул на себя. Аркадий ударился головой об сарай.
— Пушок, поганка! — взвыл Зубарев, картинно хватаясь за лоб.
В толпе зевак рассмеялись. Каждый наперебой давал совет, как выманить щенка.
— Спокуха! — сказал Докучихин. — Я знаю, как! — Запалив газету, он сунул её под сарай. — Будем выкуривать!
Повалил дым, выскочило пламя.
— Пожар! — кричали зеваки, — пожар!
Валерка Рывко примчался с огнетушителем и, перевернув вверх дном, ударил его оземь. Жалкая пенная струя окатила Володю Зубарева и Витьку Замараева. Прошипев, огнетушитель умолк навсегда. И пока пострадавшие, чертыхаясь, отряхивали свою одежду, прибежала Тамара Зубарева с ведром полным воды.
— Разойдись! — крикнула она и плеснула из ведра в щель. Зашипела вода, поднялись клубы пара, огонь погас. Ребята радовались, что пожар потушили сами.
— А где Пушок? — сказала Тамара Зубарева, заглядывая под сарай. — Мальчики, Пушок пропал.
Несколько человек присоединились к ней и смотрели в щель, подзывая свистом щенка.
— Не видать. Не слыхать.
Тем временем Аркадий Зубарев, присев на корточках, завязывал шнурок на кеде. Кто-то толкнул его в спину. Он обернулся, угадав носом в мокрый собачий язык.
— Пушок? — вскрикнул Аркадий. — Откуда? 
— Гав, гав! — лаял щенок, как бы сообщая, что выбрался он с другой стороны сарая.
— А это что?
На земле возле ног Аркадия лежал теннисный мячик.
— Братцы, Пушок нашёлся… и мяч! — объявил Лёшка. — Играем дальше!
Ребята пришли в движение. Однако с Витькой Замараевым и Володей Зубаревым происходило что-то непонятное. Хватая себя за пах и ягодицы, они причитали:
— Жжёт!
— Горячо!
Витька начал стаскивать брюки, Володя остановил его, схватил за плечо и потащил к своему дому.
— Вода в бочке, — объяснил он на ходу. — Бежим!
— Как интересно! — пискнула Тамара и побежала за ними, чтобы посмотреть, как они будут смывать кислоту, но Володя прогнал её. Сопровождать позволено было только Пушку.
— Гав, гав! — радовался щенок.
Когда эти трое удалились, Лёшка печально заметил:
— Конец игре. Без штанов не играют. 
— Мы победили! — сказал Санька Юнусов.
— Не факт! — возразил ему Лёшка.
Ребята долго спорили, чья команда победила, и сошлись на ничьей.


Рецензии
Прекрасный рассказ!Читала с такой доброй улыбкой, что хочется просто сказать СПАСИБО!
Не понимаю, зачем удалили "У печки". Мне лично у Вас все рассказы очень нравятся. И у печки - тоже. Может, я от высокой температуры немного прохладно написала!? ха-ха... Болела долго. Я лично не смогла бы удалить что-т о только потому, что кому-то не очень понравилось.зачастую публика просит просто "зрелищ", так что, под всех подстраиваться?
У Вас, Михаил, все рассказы - супер!

Татьяна Мануковская   02.10.2016 08:35     Заявить о нарушении
Нет, я правильно делаю. Читатель с чистого листа лучше чувствует написанное. Мне самому не нравится. Ещё два удалил. Другие правлю. "Полёт" ещё не успеваю.
Спасибо, Татьяна, но много у меня чего править.

Миша Леонов-Салехардский   02.10.2016 08:49   Заявить о нарушении
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.