Гена-спортсмен и его нежданная любовь

          - Наш Генка опять на очередные сборы укатил, а нам за него отдувайся,- капризно надула губки молоденькая копировщица Валечка.
          - Тебе за него вовек не "отдуться", - в тон ей ответила Нина Ивановна, работающая конструктором в одном отделе и с Валечкой, и тем самым Генкой. - Пусть ездит! Надо же кому-то за родное предприятие выступать. У него это хорошо получается! Шкаф в "Красном уголке" от призов ломится, и по работе к нему претензий нет.
          - Может и мне спортсменкой стать?
          - Стань! Чем завидовать, лучше сама в какую-нибудь секцию запишись, стройнее будешь. Ишь, бока нарастила… Как старая тётка!
          - И запишусь! - Валечка совершенно не обиделась на сравнение со старой тёткой. Она вообще никогда и ни на кого не обижалась. Зачем? Потом думай, как мириться. Себе дороже! – Нина Ивановна, а правда, что у него жена на тринадцать лет старше? – не унималась Валечка.
          - И что с того? Кстати, она тоже лыжница и для своих сорока лет замечательно выглядит. – Нина Ивановна внимательно посмотрела на Валечку, улыбнулась и спросила: - а чего это ты нашим спортсменом заинтересовалась? Понравился что ли?
          - Понравился! – с вызовом подтвердила Валечка и даже не засмущалась.
          - Столько холостых парней на заводе, а ты с женатика глаз не сводишь!
          - Жена не стена, можно и подвинуть! – старой поговоркой оправдалась Валечка, - по слухам наш Генка бездетный. Это так?
          - Ты помочь решила? И почему – Генка? Его Геннадий зовут. Запомнила?
          - Запомнила.
          - Обед закончился! Даже не отдохнула из-за твоей нескромной любознательности. - Нина Ивановна приглушила радио, передающего тезисы ЦК к очередному съезду партии, и направилась к кульману.

***

          Генка, о котором проговорили весь обед его коллеги по КБ, любил зиму и любил лыжный спорт. Бегал быстро. Ещё учась в школе, заработал своего «мастера». И в институт его приняли сразу, узнав из характеристики о юношеских спортивных достижениях абитуриента. Дальше – больше! Завод, конструкторский отдел, но работа работой, а на зимние соревнования и тренировочные сборы ездил регулярно. Отпускали запросто! И Гена старался, отстаивая спортивную честь предприятия.

          В студенческие годы на очередных сборах познакомился с девушкой, тоже лыжницей, которая была много старше. Весело справили свадьбу в заснеженном приюте Домбая и жили потом в полном согласии. Всё бы хорошо: и квартиру молодой семье дали от завода, куда его направили по распределению, и работа нашлась для жены, а вот детей после семи лет совместной жизни не было. Почему так вышло? Неизвестно! Да и какая разница - не было, и всё!

***

          В этот раз, по возвращению со сборов, коллеги заметили в зелёных глазах Гены-спортсмена тоску. И намекнули открыться молодому и дружному коллективу, «споенному» в поездках на картошку, о причине той загадочной вселенской тоски. Без Валечкиных кокетливых ужимок и намёков тоже не обошлось, но Гена молчал. И только Нина Ивановна - самая старшая в коллективе, прозванная за глаза «матушкой», при которой молодёжь стеснялась фривольничать между собой, в один из обеденных перерывов смогла его разговорить.

          - Как съездил, Генныч? Как зима на Урале? – начала она спокойным, ничего не значащим тоном.
          - Зима на Урале морозная, - он засмеялся, - наверное, скоро завяжу с поездками и соревнованиями. Нина Ивановна, я полюбил. Честно! Впервые…
          - А как же супруга?
          - Супруга? Пока не знаю. Женился тогда по молодости.
          - Она у тебя симпатичная.
          - Хорошенькая. Когда познакомились, такая хрупкая была, несмотря на спорт, а глаза – большие и грустные! Как у феи из доброй сказки! Сразу захотелось обнять и взять под опеку. Вот и взял… Может пожалел, а может сумела приворожить.
          - По-разному бывает! Все женщины немного ведьмочки, - поддержала его в предположениях "матушка".
          -  Удивить умела. Да и сейчас! Поддержит любой разговор, классиков свободно цитирует, стихов знает уйму. С ней, конечно, интересно, – Гена заволновался и, как бы убеждая Нину Ивановну, добавил, - но в этот раз всё по-другому...
          -  Даа, Гена! Похоже, в твоей жизни намечается «новый поворот». Помнишь, у Макаревича?
          - Помню: «…И не разберёшь, пока не повернёшь».
          - Вот именно! «Пока не повернёшь». И кто такая твоя новая пассия?
          - Учительница. Она не пассия. Она любимая!
          - И за две недели сборов ты это смог понять?
          - Смог, Ниночка Ивановна, смог! Знаете, я ведь сначала с её сыном познакомился…
          - Так она уже взрослая женщина?
          - Как сказать! Она моложе меня на пять лет, и у неё есть ребёнок. Мальчишке три года. Такой разговорчивый! Мне нужно было позвонить домой, а телефон на базе забарахлил, тогда решил пойти в соседний посёлок. Смотрю, малыш с горки катится и прямо мне под ноги. Я свалился на него, чуть не задавил, даже испугался. А он встал, отряхнулся и говорит: «Ты, дядя, глаза дома оставил?» Я ему отвечаю: «Нет! Не оставил. Глаза при мне», а он опять умничает: «Это хорошо! А то мой папка глаза потерял и теперь дорогу домой найти не может». Я спросил, есть ли поблизости телефон в их посёлке, и он ответил, что есть. Привёл меня к своему дому, постучал в дверь, дверь открылась, и я чуть не упал… Еле-еле смог вымолвить свою просьбу. Руки дрожали, пока набирал нужный номер, что-то в трубку жене лепетал. А после сел на предложенную табуретку и смотрел, не отрываясь, то на мальчика, то на его маму. 
          - Что? Красавица?
          - Не то слово! Вспоминаю, и сразу спазм в горле, - рассказчик откашлялся.
          - Не смущайся! Бывает.
          - Потом мы пили чай, и я ушёл. Только больше о тренировках и соревнованиях уже не думал. Все мои мысли были о доме, где живут те двое. Каждый вечер потихоньку к ним сбегал. Домой вернулся, а сердце там осталось. И теперь, что бы ни делал, куда бы ни шёл – перед глазами они - мальчик и его мама! Я им нужен. Очень!
          - А где отец ребёнка, - решила уточнить Нина Ивановна.
          - Его нет... Случайная связь или первая любовь. Я не интересовался. Мне всё равно!
          - Понятно. Не знаю, что тебе посоветовать! Да и нужно ли? Может, перетерпишь, и всё само по себе рассосётся. А пока помалкивай. Там видно будет!

          Валечка заметила, как Нина Ивановна секретничала с Геной и грешным делом  решила, что разговор шёл именно о ней. Наконец-то коллега додумалась помочь молодой девушке с избранником, несмотря на его семейное положение! И вечером после трудового дня по дороге к автобусу она взяла Гену под руку и откровенно стала намекать на своё участие в его судьбе, на что он ответил честно и без прикрас:

          - Валя, ты симпатичная и очень милая. Только мне нравятся другие женщины.
          - Какие такие – другие? - совершенно не смутилась явному отказу Валечка.
          - Умные и интересные.
          - Выходит: я дурочка?
          - Какую последнюю книгу ты прочитала?
          - Про Дубровского.
          - Понятно. Из школьной программы. А сейчас, что-нибудь читаешь?
          - Посоветуй! Почитаю.
          - «Три товарища» Ремарка. Замечательная книга! В нашей заводской библиотеке она есть.
          - Про любовь?
          - И про любовь тоже.
          - Хорошо! Почитаю.
          - До завтра, Валя!
          - Пока-пока! – без прежнего энтузиазма ответила юная коллега.

***

          Помня напутствие «матушки», Гена год молчал о прошлогоднем адюльтере: и дома, и на работе. Нине Ивановне даже показалось, что он совершенно излечился от нечаянной страсти, забыв про мальчика и его маму.

          В наступившую зиму ему предстояло участвовать во всесоюзных соревнованиях на Урале. И тут не только Нина Ивановна, но и весь коллектив заметил, как заискрились его глаза, как появилась суетливость в движениях и радость в голосе. «Значит, помнит свою нежданную любовь. Ждёт и надеется на новую встречу!» - сообразила «матушка».

          Через две недели он вернулся и впервые без спортивных наград, но расстроенным не выглядел, а даже наоборот - Гена сиял! Коллеги заинтриговано удивились. Та решительность, с которой он открыл двери КБ, дала понять, что их товарищ готов серьёзно изменить свою жизнь! Больше скрытничать не имело смысла. Гена признался - он стал отцом! Его родному сыну уже целых три месяца. И все сделали вывод, что сослуживец очень удачно съездил прошлый год на сборы!

          - Рассказывай, Гена, как всё было, - при случае спросила его Нина Ивановна.
          - Представьте! – с воодушевлением начал он, - захожу к ним в дом и вижу, что мой знакомый мальчонка бутылочку с молоком в руках держит. У меня какое-то помутнение сознания произошло: вроде парень–то уже большой, и я видел, как он прекрасно ложкой управляется! Потом слышу плач младенца, и у меня ноги подкашиваются… Мысль резанула: "Потерял ты их, Гена! Больно долго решался!" И вдруг луч солнца среди тучи - она! Из кухоньки появилась, улыбнулась и так просто, спокойно, будто я за хлебом выходил, говорит: «Вот и наш папка! Сейчас ужинать будем».
          - Ну, Гена… Кино! Сейчас заплачу.
          - Не плачьте, Нина Ивановна! Я всё решил.

          К решению Гены-спортсмена в родном КБ отнеслись по-разному: некоторые конструкторши стали жалеть фею: "Скучно ей теперь будет! И на лыжах не с кем покататься". А мужчины были только за Геннадия, рассуждая: "Что же ему всю жизнь ей посвятить, а родившегося ребёнка без отца оставить?".

          В общем, его личная жизнь внесла в коллектив определённый флёр. Потому как обсуждение посторонней жизни на ушко или из уст в уста дело любопытное и нескучное. Главное, не доводить такой случай до разборок на общем собрании и не заниматься им в ущерб рабочему времени. Короче, было интересно!

          Скучала только Валечка, поняв, что не видеть ей в кавалерах этого женатика! И даже с трудом прочитанные «Три товарища» не помогут!

          Сам виновник собственных жизненных коллизий тоже думал и о своей жене, надеясь спокойно разрулить ситуацию, и о будущем новой семьи. Но спокойно не получилось...

          Несмотря на знание классической литературы и тонкую душевную организацию, фея проявила твёрдость спортивного характера и неожиданную склочность натуры. Оказалось, книга жизни бьёт по собственным чувствам больнее, чем авторский вымысел. Она накатала в профком «телегу», в которой аккуратно изложила, будто призовому месту в лыжной гонке, её муж предпочёл знакомство с новой дамой сердца и за короткий срок умудрился сделать ей ребёнка. А таким шустрым лыжникам не место в советском спорте! И предупредила, что квартиру с ним делить не будет, пусть сам думает, где ему жить с новой семьёй.

          Новоявленный отец, полностью разочаровавшись в доброте феи, сначала очень расстроился. Но после, хорошенько подумав, постарался понять и опять пожалеть ту, с которой прожил несколько неплохих лет. Он взял из дома лыжи, сумку с личными вещами и ушёл в общежитие.

          Разорвав окончательно отношения с одной женой и подтвердив это документально, Гена-спортсмен попросил неделю отпуска за свой счёт и привёз другую жену с двумя детьми на съёмную квартиру. В этом помогла Нина Ивановна, которая теперь опекала своего коллегу, чувствуя перед ним ответственность, в благодарность за доверительное отношение.

          Геннадий написал заявление в профком на предоставление трёхкомнатной квартиры: для него, для новой жены и троих детей - двух мальчиков и девочки, рождение которой ожидалось в скором времени.

          - Знаешь, Гена! Есть хорошая поговорка: «Не было ни гроша, да вдруг алтын». Это твой случай! – как-то сказала ему «матушка» и с улыбкой добавила, - нам бы ещё Валечку пристроить. Мается девчонка! Может, уговорить начальство и отправить её в какую-нибудь командировку?
          - Пусть в институт поступит. И скука сразу пройдёт, и женихи найдутся, - вполне серьёзно предложил Гена.



Фото из Интернета. Спасибо автору.