Сердце Звездного Дракона, Ч. IV За седьмым камнем

  В избушку к лешим кто-то постучал. Это были не ветки елей.

- Хан-Мей, заходи, - крикнула Блям-Ба.

  Дверь отворилась, и на пороге показалась  шаманка. Все удивлённо поглядели на лешую.

- А что тут удивляться? – хмыкнула Блям-Ба. – Сами вчерась весь вечер о ней говорили. Вот она и пришла.
- Хан-Мей! Хан-Мей! Хан-Мей! – радостно приветствовали шаманку Арай, Сам-Оха, Бэр-Мэ, Лям-Ба, Блям-Ба, их дети и внуки - одним словом,  все, кого собрала непогода в тесной избушке леших.
-Хан-Мей! – пожимал руки шаманке Бэр-Мэ, - мы хотели идти к тебе, как стихнет вьюга. Как ты добралась? Няш-Ку нашли, но она спит до весны в болоте.
 - Знаю, Бэр-Мэ, всё знаю, -  шаманка обвела всех счастливым взглядом, а потом оглянулась на лешего. – Давай-ка, Блям-Ба, доставай свой небесный камень.

   Ни слова не говоря, леший расстегнул безрукавку.  Он нащупал  у себя на мохнатой зелёной груди амулет, приподнял его за светлую цепочку. Все ахнули от красоты его небесного камня. Он был похож на большую каплю застывшей смолы, слегка изогнутую, как все части Сердца Звездного Дракона. От всеобщего внимания  камень посветлел и стал прозрачно-желтым.

- Я не ошибся, это небесный камень! - воскликнул Бэр-Мэ.- Смотрите, он меняется как живой. Нам осталось найти ещё один, седьмой и  последний осколок Сердца Небесного Дракона.
- Мне известно, у кого он, но где, не знаю,  - сказал Лям-Ба, держа на мохнатой ладони переливающийся камень.
- У кого? – дружно спросили все.

   Не успел леший что-то ответить, как камни Арая и Бэр-Мэ приподнялись в воздухе и кинули свои лучи на камень Лям-Бы, и он  им ответил. Из треугольника лучей поднялся светящийся столб, который, как цветок, распустился и окутал всех жёлтой  искрящейся пыльцой.

- Не шевелитесь, - тихо сказал Бэр-Мэ, - сейчас нам будет  видение.  Камни подскажут, где искать седьмую часть.

  И только юноша предупредил всех, как осыпалась желтая пыльца.
  Все, кто был в домике, оказались в тёмном, дремучем лесу. Могучие многовековые деревья  закрывали своими кронами небо.
 
  Тут вспыхнула   одна, другая, третья молния, следом  загромыхало, начался проливной дождь. Где-то рычали дикие звери, где-то взрывались вулканы. Яркая продолжительная вспышка осветила весь лес.

  Из дупла одного дерева выскочили  два одинаковых  мохнатых существа, похожие на леших, и устремили свои взгляды  вверх.   Не обращая внимания на сильный дождь, они  вглядывались сквозь листву деревьев в светящееся небо. Свет внезапно потух. Сквозь листву деревьев пронёсся камень и упал на землю. От удара  раскололся на две части. Одна часть подкатилась к  ногам лешачат, а другую откинуло к Бэр-Мэ. Двойняшки стали ссориться из-за своего камня.   Тогда юноша подошёл к ним ближе и протянул свой осколок одному из них.  Лешие, а это были братья, успокоились, и каждый занялся своим  приобретением.  Камни заискрились один желтым, другой оранжевым светом и повисли на светлых цепочках на груди у братьев.
 
   Внезапно земля содрогнулась.   Могучие деревья стали валиться друг на друга.

   Бэр-Мэ подхватил лешачат, посадил их на плечо, поднял посох вверх, и тот стремительно поднял всех  над лесом. Вдалеке  творилось что-то непонятное. На них надвигались горы. Они сгребали и подминали под собой  все на своём пути: леса, холмы, реки, озёра, болота и всю живность.

   Не раздумывая долго, Бэр-Мэ полетел от надвигающегося хаоса, но тут услышал крик:
- Отец, помоги мне!
   На верхушке наклоненного над пропастью дерева стоял мальчик и махал рукой.

-Пар-Мэ, сынок! Откуда ты тут? – но разговаривать было некогда, горы стремительно надвигались. Бэр-Мэ  камнем упал к мальчику,  подхватил его на лету.  Но тут с плеча сорвались лешачата, плюхнулись на землю и  кубарем
покатились к  обрыву. Бэр-Мэ спикировал к ним, поймал их, но  не удержался, и  все полетели в пропасть. Из последних сил он сунул посох мальчику,  лешачат повесил на  его руки, подтолкнул вверх и крикнул: «Живите!» Посох понёс прижавшегося к нему мальчика и лохматых двойняшек из пропасти. Они с трудом  уворачивались от падающих глыб земли, вывороченных с корнем  деревьев, гигантских  и диковинных животных.

- Отец!!! – кричал мальчик.
- Живи!!! – доносилось из пропасти.

  Только дети вылетели из пропасти и взмыли вверх, как горы пронеслись мимо и остановились.

  Бэр-Мэ падал и падал в темноте, пока яркая вспышка света не остановила его. Он повис в этом свете,  к нему  подошли горбуны и  спросили  голосом Хан-Мей:
- Бэр-Мэ, ты видишь нас? Бэр-Мэ, очнись! Если ты нас видишь, то кивни нам.

   К  нему приблизился совсем старый и седой горбун и поставил его на землю.

- Всё, Бэр-Мэ, видение закончилось.

   У юноши подкосились ноги, и он рухнул на пол.
 
- Отец Пар-Мэ… Он жив… Горбуны… Дух Земли… Он…- шептал Бэр-Мэ в бреду.

    Возле него стоял и плакал  младший лешачёнок. Его горькие слёзы капали прямо на нос юноши. Бэр-Мэ неожиданно чихнул, от чего  малыш шмякнулся на пол.

- Чего ревёшь, Пих-Ба? -  спросил Бэр-Мэ, открыв глаза.
- Чего, чего? А ты чего?…- лешачонок не мог сообразить, что сказать, кинулся обнимать человека. За ним повисли на Бэр-Мэ и братья Пих-Бы, вцепились, как колючки репейника. 
- Ну, наконец-то ты пришёл в себя, - шаманка поднялась с пола.
- Хан-Мей, я был Духом Древнего Леса. Он жив!  Отец  Пар-Мэ  жив!  Он под землёй.  Он теперь... – юноша хотел что-то сказать, но та перебила его.
- Потом, Бэр-Мэ, всё потом. Вставай, нам пора идти.
- А где все? – спросил юноша. Он с трудом отцепил от себя лешачат, вытер всем носы, подарил по самодельной  дудочке.
-Собираются в дорогу.

                *

   Не просто собраться в дорогу, когда  знаешь только направление.  А что там за горизонтом? То ли море, то ли пустыня, а, может, горы высокие или леса дремучие?

   Направление указали небесные камни, а кого искать, об этом рассказал  Лям-Ба:
  -Когда люди научились строить жилища, нет,  даже раньше. Когда они стали прятаться от холода в пещерах и там разводить огонь. Тогда к ним пришли наши предки, лешие, и попросились жить вместе. Люди разрешили, но лешие были очень шумными и доставляли много хлопот.  Их прогнали обратно в лес.
 
  Оскорблённые лешие вернулись в свои шалашики, на деревья и дупла. Многие мечтали вернуться в тепло домашнего очага и сытной жизни. Нашлись
храбрецы, которые проникли в человеческое жильё и стали тайно там жить. Некоторые устроились на крыше возле дымохода. Те, что в самом жилье прятались, домовыми стали себя называть,  а те что у дымоходов -  дымовыми.

  Наши предки тоже пробовали жить на крыше пещеры  у дымового отверстия. Едкий дым не понравился старым лешим. Искры, вылетавшие из отверстия, часто прожигал их шубки.  Поэтому семья разделилась. Младший сын с родителями вернулись в лес, а старший со своими детьми и лешей  остался жить с людьми. Скоро люди отправились искать новые земли, и дымовые последовали за ними. Братьям не суждено было больше увидеться.  Сменилось много поколений леших и дымовых. Их больше ничего не связывало, кроме светящихся камней,  тайно передававшихся  по наследству. У леших он был желтый,  у  дымовых - оранжевый.

   Когда-то давно моему деду  пришло известие от сродного брата дымового. Тот звал его в гости.  Со странствующими гномами передал карту на куске материи.  Оказывается дымовые  рисовали путь, который проходили вместе с людьми.  В то время дед был носителем камня и не мог покинуть свою семью. А когда амулет перешёл ко мне, у деда уже не было сил, чтобы отправиться на поиски своего родственника. Но карту он хранил, и  все лешие знали её назубок.  Я тоже могу начертить её.

   Рассказав эту историю о своих предках, Лям-Ба достал кусок материи с  подробным  маршрутом кочующих людей древности.

 – Вот за этой пустыней и за этими горами в сторону  солнца  жили дымовые. Где они теперь живут, неизвестно. Камни показали то же направление.

   Окружив со всех сторон  карту, лешие разглядывали рисунок.

- Я была в тех краях и знаю дорогу, -  сказала Хан-Мей.
- Хан-Мей!   Ты никогда не рассказывала об этом! – удивился Бэр-Мэ.
- Потом, потом, всё потом. Нам надо идти в селение.  Нас  ждёт вождь, народ.  Скоро весна, а ты не готов в дороге. Когда приплывёт Эга, тебе отправляться.

                *

- Что там? – спросил Бэр-Мэ.
- Что там? – повторил за ним Кен-Тау.
- Не спешите, всё узнаете.

  Шаманка ходила вокруг раскинутых камешков  и что-то мычала себе под нос. Наконец она указала  на  один камень.
 
– Бэр-Мэ - это ты, а вот четыре попутчика твои. Кто это четвёртый рядом? Какой-то чужестранец…
- Я только с лешим собирался… Чужестранец?.. Поспешу к Лям-Бе!
- Поспеши! – только и успела сказать Хан-Мей, как юноша скрылся в чаще леса.
- Что случилось? – забеспокоился вождь
- Всё уладится, Кен-Тау. Нам  надо  подумать,  как помочь Бэр-Мэ в дороге.
      
    Шаманка стала собирать камешки в мешочек.
 
    Бэр-Мэ спешил не зря. Только он выбежал на лесную тропинку, ведущую к лешим, как его столкнул высоченный здоровяк. Он держал Лям-Бу под мышкой и старался накинуть на него мешок. Леший упирался ногами и руками, пытаясь освободить прижатую голову.

   Юноша вскочил и громко свистнул.  От неожиданности здоровяк ослабил хватку, леший вывернулся и кубарем покатился к ногам Бэр-Мэ. Юноша тот час посадил его к себе на спину.

   Незнакомец выхватил из-за голенища нож и метнул его. Бэр-Мэ заслонился от него неизвестно откуда-то взявшимся посохом.  Тогда в ход пошли другие ножи,  потом зазубренные  диски, кривые кинжалы   и пики. Человек доставал и доставал оружие из разных потайных карманов.  Бэр-Мэ  ловил и ловил всё  на волшебный посох Лесного Духа.  Недолго думая,  человек одним движением снял плащ, свернул его  и кинул в юношу.  Плащ  налету превратился в шипящую змею. Бэр-Мэ не растерялся, увернулся и перехватил её за шею. Та стала изгибаться и превращаться в разные диковинные штучки, пока не повисла ремнём.

- Что ж, - сказал спокойно здоровяк, - придётся взять и тебя с собой.
- Может, это мы с Лям-Бой   согласимся взять  тебя с собой в дорогу, если скажешь, кто ты и зачем похитил лешего, - так же невозмутимо произнёс юноша.

  Он поставил посох перед собой, стал отрывать от него ножи, кинжалы, затем складывать их себе в сумку. Туда же он положил волшебный ремень.

- Это мои ножи, это мои вещи, - забеспокоился незнакомец.
- Пока ты мой пленник, они будут у меня, - улыбнулся Бэр-Мэ.
- Я, пленник? А-ха-ха, ха-ха, ха-ха! – заикал в смехе здоровяк.
- Не хочешь быть пленником, будь гостем, - примирительно проговорил юноша, спуская на землю Лям-Бу.
-  Мне, известному наёмнику, предлагают выбор! – незнакомец вновь захохотал. – И кто? Безусый юнец и комок мха!
- Ты на нашей земле, а не мы на твоей! – Бэр-Мэ с лешим  подошли к незнакомому наёмнику поближе.
- Я вас чуть не убил, а вы меня в гости зовёте. Ну,  чудеса!  Что за народ? – стал удивляться чужестранец.
- Вид у тебя устрашающий, а сам ты добряк, -  ответил Бэр-Мэ.
- Вот я тебе покажу добряка! -  одним движением наёмник выхвалил со спины меч и замахнулся на юношу. Бэр-Мэ тут же отбил удар посохом так, что меч вырвало из рук чужеземца. Потом юноша стукнул посохом о землю.  К  наёмнику поползли корни, ветви деревьев,  и через мгновение он болтался вниз головой, ругаясь и  прося  о пощаде.
- Всё, всё,  сдаюсь! – вопил здоровяк от боли. Колючие лапы елей шлёпали его по голой спине.
- Спасибо, Пар-Мэ, за помощь! – Бэр-Мэ выпустил из рук посох, тот мгновенно исчез.

   Наёмник рухнул на землю.
 
- Не знаю, какой владеешь магией, но ты достойный воин своего народа. Не пойму только, что ты за этого лохматого заступаешься? – здоровяк поднялся, отряхнулся от иголок.
-Он мой друг! – удивился Бэр-Мэ. – Разве ты за друга не заступился бы?
- У меня нет друзей, я наёмник.
- Как зовут тебя и где находится твоя земля?
- У меня нет своей земли, я наёмник.
- А имя у тебя есть?
- Кын-Чан я.
- Меня зовут Бэр-Мэ, а это  Лям-Ба, старейший леший нашего леса. Так зачем он тебе понадобился?
- Мне он ни к чему, но за него платят. Я наёмник. Если не я, то другой,  видящий леших и домовых, выполнит работу.
- Кто  платит?
- Сколько это за меня платят? – вмешался леший.
- Погоди, Лям-Ба.  Отвечай, Кын-Чан, кому понадобился леший?
- Этого я вам не скажу, дал слово.
- Дал слово, держи. Куда надо доставить лешего?
- Это очень далеко отсюда!
- Скажи, в какую сторону!
- В сторону  солнца!
- Сколько туда идти дней?
- Этого я не могу вам сказать.
- Он знает, где живут мои родные братья, дымовые! – сообразил Лям-Ба.
- Нет, я этого не знаю.
- Всё понятно! Так ты идёшь с нами?
- А куда вы идёте?
- Мы идём искать дымового, брата Лям-Бы, в сторону солнца.
- Да, я иду с вами!
-Жди нас здесь. Нам нужно собраться в дорогу, успокоить Блям-Бу и проститься с родными.
- Не обманите?
- Сомневаешься, идем с нами, сначала к лешим, потом…
- Нет, нет, я тут у сосны подожду, на тропинке.
- Лучше спустись к реке и подожди нас на берегу у своей лодки. Ждать придётся дня три.
- Откуда ты знаешь?..  Ладно, жду вас на речке.

                *

   Когда освободили от пут Блям-Бу, она стала собирать в дорогу и свои вещи.   Ни какие уговоры не подействовали. Бэр-Мэ оставил леших разбираться  и поспешил обратно в селение. Надо было успеть попрощаться со всеми и собраться самому.   Он зашёл  по очереди ко всем, и каждый дал ему в дорогу нужную вещь. Отец подарил свой колчан со стрелами. Сам-Оха и Арай вручили ему по бутылёчку темной тени и  густого тумана. Эга завернула  ему  прядь своих волос.  Пар-Мэ положил ему на ладонь орех. У Хан-Мей Бэр-Мэ выслушал все наказы и получил в дар каменный нож.
 
- Пора! – сказала шаманка и ушла, не простившись, в свой дом.
- Наверно, так надо, - удивился странному поведению Хан-Мей юноша.

 Раздумывать было некогда, он спешил к лешим. Там его поджидала вся компания: Лям-Ба, Блям-Ба, Кын-Чан и… Хан-Мей.

- Хан-Мей! Как ты меня опередила? – удивился Бэр-Мэ
- Я одна знаю туда короткую дорогу, - поднялась с пенька шаманка.
- Эти все старушки с нами?- спросил Кын-Чан.
- Не называй их так. Они не уступят тебе ни в чём.  Познакомься с ними: Лям-Бу и Блям-Бу ты уже знаешь, а вот Хан-Мей, она главная шаманка нашего народа Со-Ома,  - представил всех  Бэр-Мэ и тут же обратился к шаманке, - Хан-Мей, как вождь  отпустил тебя из племени?
- Не переживай, я оставила хорошую себе замену, верного друга нашего Кен-Тау, - загадочно улыбнулась шаманка.
- Эга согласилась остаться? – догадался Бэр-Мэ.

   Хан-Мей кивнула.

   Не зря местные духи  и люди основательно подготовили Бэр-Мэ и его друзей к долгому пути. Дорога была не из лёгких. Это тебе не  по реке идти, когда тебя оберегает заботливая русалка.  Предстояло пройти пешком через холмистые леса,  пустыню и горы, переправиться через реки, пропасти и овраги.

   Хан-Мей шла и вела всех по известным только ей тропам. Она без труда находила переправы через реки, договаривалась с местными племенами на отдых, проходила напрямик  по болотам, умело устраивала ночёвки в лесу.

   Кын-Чан постоянно восхищался ей, на что шаманка молчаливо улыбалась.

   Остановились они надолго только перед пустыней. Начинало темнеть.

- Ждите меня здесь, ночью огонь не разводите, увидят  аркахоны. Это народ пустынь, они убивают всех пришельцев. Боятся за свой Белый круглый город, что  в центре пустыни стоит. Говорят, там собрано много богатств. Я приду через три дня, - сказала Хан-Мей и растворилась в наступившей темноте.
- Лям-Ба, - раздался в темноте голос Бэр-Мэ, - откуда Хан-Мей знает эту дорогу?
- Не знаю, попробуй, спроси сам, - ответил леший.
- Я как-то слышала, что на племя Со-Ома внезапно напали Люди-Тени и похитили много девушек племени. Никто не вернулся, кроме Хан-Мей. Она пришла через десять лет и сразу стала шаманкой народа, - вполголоса сообщила Блям-Ба.
- Люди-Тени? Это наёмники с горной страны Тянь-Шань. Приходилось  мне о них слышать.  Выжившие говорили, что сначала будешь убит им, а потом его тень увидишь, - рассказал Кын-Чан.

   Путники строго выполняли наказ Хан-Мей. Они разводили костёр в укромном месте. Разговаривали тихо, из-за камней не показывались, несли дозор по очереди. Но к концу третьего дня на горизонте показались всадники на верблюдах.

- Аркахоны! – предупредила Блям-Ба.

   Бэр-Мэ быстро погасил костёр, все застыли в ожидании.  Тут Лям-Ба вскрикнул и провалился в песок. На его месте образовалась дыра.  Оттуда показалась голова Хан-Мей.

- Скорей сюда! Вас заметили…- шаманка скрылась.

   Бэр-Мэ подхватил Блям-Бу, вещи и соскользнул в отверстие. За ним в дыру головой вперёд еле протиснулся Кын-Чан. Потом он снова высунулся, подтянул ближний булыжник и заткнул за собой отверстие.
- Эх, опоздала, аркахоны заметят следы, - переживала шаманка. – Идёмте скорей.
- Куда идти?  Темно, - засопел Кын-Чан.

   Хан-Мей чиркнула кремнием, и подземелье озарилось светом факела. Она подожгла ещё несколько заготовленных и передала всем.

- Идите быстро за мной!- скомандовала шаманка.
- Сколько живу, не слышал, что в этой пустыне подземный переход, - громыхал в пустоте голос наёмника.
- Много ль ты живёшь?-  проворчала Хан-Мей.

   Подземный ход круто уходил вниз. Путники почти бежали. Наконец, Хан-Мей остановилась, проход раздваивался.

- Так, нам сюда, - она нырнула в один, но тут же выскочила обратно. – Нет, что это я, нам сюда. Только не отставайте, смелей прыгайте за мной.

  Лешие в растерянности стояли над обрывом. Внизу шаманка светила факелом. Бэр-Мэ схватил Блям-Бу, Кын-Чан – Лям-Бу, и они прыгнули по очереди вниз. Их тут же засосало в песок по пояс. Хан-Мей кинула им по жердине.

- А я думал, как с такой высоты прыгать, убьёшься, а тут мягко,  - кряхтел наёмник, вытаскивая ноги из песка.
- Скоро мы за Хан-Мей в огонь  прыгать будем, пусть только позовёт, - смеялся Бэр-Мэ.
- Надо будет, и в огонь  пойдёте, - серьёзно ответила шаманка. – Всё пришли.

  Хан-Мей вытащила второй схрон факелов и вовремя, первые гасли.  Она вручила Бэр-Мэ и Кын-Чану по веслу вместо факелов и позвала за собой.

  Удивляться все устали и терпеливо пошагали за шаманкой. Она вывела их к подземной реке. Текла она так тихо, будто это была не река, а озеро.

- Идти будем против течения, грести по очереди.  Лям-Ба, сядь на корму, чтобы путь освещать. Факела по одному жги. Надо торопиться, скоро начнутся дожди в горах, и нам с течением не справиться. А ну, богатыри, помогите мне,- Хан-Мей подняла с песка  верёвку. Кын-Чан и Бэр-Мэ тут же ухватились за неё, и из темноты показалась лодка.

 Шли по воде первое время, молча, пока любопытство Бэр-Мэ не взяло вверх.

- Хан-Мей, долго так плыть?
- Десять дней, не меньше.
- Расскажи, откуда ты знаешь об этой дороге?
- Что тут рассказывать? Знаю и всё.
- Очень хочется узнать, Хан-Мей, - попросил Кын-Чан.
- Десять дней – долго плыть.  Расскажи, как  похитили девушек племени Со-Ома, - поддержала людей лешая.
- Никогда не думал, что девушек племени можно похитить. Куда смотрели воины,  духи? – раззадоривал шаманку Лям-Ба.
- Ладно вам, уймитесь, расскажу, - сдалась шаманка. – Больно мне об этом говорить. Натерпелись мы всяких унижений в плену…  Выкрали нас Люди-Тени - это наёмники, что живут высоко в горах. Они выполняли  поручение Ког-Нау.
- Кого? – удивлённо переспросили все.
- Да, вы не ослышались – Ког-Нау, того змея-оборотня, который хочет оживить Звездного Дракона Ур-Ала и погубить нашу землю. Тогда мы об этом не знали. Он велел выкрасть всех девушек народа Со-Ома. Среди них  хотел найти Ель-Ёву, девушку с небесным камнем. Но он  не знал, что она лесная дева и по ночам обращается в зверя, птицу, дерево.
- Откуда он узнал о ней? – не понимал Бэр-Мэ.
- Её он увидел через небесный камень Октана, человека живущего в Теплом море, на родине русалки Эги, - пояснила шаманка.
- Октан и его народ хочет лететь к звездам вместе с Ког-Нау, - вспомнил Бэр-Мэ. – Его камень увидел народ клехцоков, потом  мою маму Заричей. И кто знает, может, он видит нас.
- Бэр-Мэ, пока ты не соберёшь все части Сердца Звездного Дракона, Ког-Нау не появится, - успокоила юношу Хан-Мей. – Ну, так вот, когда нас похитили, чем-то  опоили,  и мы всю дорогу были в полузабытье.  Если кто-то приходил в себя, ей тут же снова давали пить сонное снадобье. Я старалась не шевелиться, но от голода и жары теряла сознание. Помню, что летели. Я лежала головой вперёд. Солнце пять раз всходило у меня перед глазами. Останавливались нечасто:  первый раз я слышала шум леса, потом нещадно палило солнце и дул сухой колкий ветер, на третий день попали в песчаную бурю, в конце пути часто меняли направление, лавировали между гор.

  Очнулась я вместе с остальными девушками в горном ущелье. Странный старик нас  раздевал и что-то искал.  Он ничего не нашёл, рассвирепел. Что тут было! Старик обернулся гадким склизким змеем, стал нас кусать и раскидывать в разные стороны. Мы кричали, молили о пощаде, но никто нас не защитил. Люди – Тени, получив вознаграждение, исчезли. Ког-Нау, теперь я это понимаю, что это был  он, взмыл в небо с остальными ему подобными оборотням, оставив нас умирать в горах.  Зачем они  унесли нас  так далеко от родных мест?  Я до сих пор не понимаю.

  Немного оправившись от такого ужаса,  мы похоронили погибших девушек и отправились в обратный путь. Силы нас скоро покинули.  Обессилев от голода, мы  пролежали дня три, пока нас не нашли люди из одного горного племени. Я была при смерти, и  меня забрал к себе местный шаман. Он вылечил меня и  передал мне свои знания. Остальные девушки, поправившись, нашли там себе мужей и завели семьи.

- А почему ты не осталась в том племени, как остальные? – спросил Кын-Чан.
- Все девушки хотели вернуться на родные земли, но по закону тех людей, что нас спасли, уйти из племени можно только в могилу. Мы узнали их тайные тропы, все их укрытые от чужого взгляда жилища.  Мы  могли их выдать, поэтому за нами постоянно наблюдали.
- Как же тебе удалось покинуть горы? – снова спросил Кын-Чан.
- Обвал, – проговорила Хан-Мей.
- Что? – переспросил он.
- Слышите,  где-то обвал! – шаманка обернулась, прислушалась.
 
   Через некоторое время лодку закачало. Вода стала прибывать.

 -  Аркахоны обнаружили подземную реку и перегородили её. Теперь нас понесёт по течению.  Нам надо успеть выбраться на поверхность, пока не затопило всё подземное русло, - забеспокоилась Хан-Мей.

   И, действительно, их лодка стала набирать скорость. Кын-Чан и Бэр-Мэ уже не гребли, а направляли лодку  по извилистому руслу подземной реки. Вода прибывала, и виден был уже потолок при свете факелов. Скоро можно было достать свод рукой, ещё немного и подземный ход затопит полностью.

- Бэр-Мэ, нож! - вспомнила шаманка о своём подарке. – Передай мне весло и достань каменный нож.  Веди им по потолку и проси духов земли спасти нас!
-Хан-Мей, он же твой! – протянул юноша нож.
- Нет, он твой, и слышать будет только тебя, - шаманка пригнулась, за ней остальные, русло сужалось.

  Бэр-Мэ положил весло, лёг, закрыл глаза и вытянул руку с ножом к потолку. Он  стал скрябать по своду.

- Духи земли, прошу вас, помогите! Помогите выбраться на поверхность подземной реке. Возьмите в награду этот волшебный нож.
 
  Вырвался  нож из рук юноши, разрезал свод каменный, открылся проход на поверхность для реки. Потекла она по пустыне, нарезая себе новое русло.

  Стала шаманка оглядываться, на чьих землях они теперь. Кругом одни пески - не понять. Только когда  их река  нашла путь в другое русло пересохшей реки, поняла, что они на границе двух народов: аркахонов и сармутов.

   Река ослабила ход, потом остановилась и потекла обратно, чтобы вернуться  в своё подземное русло.

- Духи земли, спасибо за помощь! Спасибо, духи подземной реки, что вынесли нас на верный путь! – поклонился Бэр-Мэ в сторону удаляющейся  воды. Хан-Мей, а за ней лешие и Кын-Чан склонились вслед за юношей.
 
   Дальше путники пошли пешком. Они выбрались на сторону  сармутов и продолжали свой путь к солнцу. Шли они по ночам, а в самое пекло укрывались в шалашиках из своих плащей.  В  часы отдыха  Хан-Мей продолжала рассказывать о том, как она покинула горы:
- Я не потеряла надежду вернуться на родину, но шаман хотел жениться на мне.

  Как-то я забралась высоко в горы, смотрела вдаль и думала о родных речных просторах, о сосновом лесе, о своём селении, как услышала голос.  Он звал меня спуститься в пещеру. Я пошла за голосом и оказалась среди духов этих гор. Они попросили меня уговорить людей не селиться в их святой горе. За это обещали  вывести меня  из плена  через тайные тропы.
 
  Я согласилась помочь и обратилась к шаману племени. Он удивился, что духи   обратились ко мне, а не к нему.  Я сказала, что духи много раз к нему обращались, но он их не слышал. И в подтверждение моих слов горы зашевелились.  Шаман отказывался мне верить, говорил, что горы тряслись и раньше. Тогда я  пошла к вождю племени и его народу. Вождь выслушал  меня и сразу велел перенести все жилища в другое место. Шаману это не понравилось, он подкараулил меня, вонзил нож в спину и скинул в пропасть. Духи гор подхватили моё тело и унесли к той священной горе. Она оказалась внутри полой. Там был тронный зал самого  Муг-Оджа – короля духов тех гор. Он извлёк из меня нож, излечил рану и наделил меня способностью слышать всех духов. Так я слышу… Что я слышу?
- Помогите! Бэр-Мэ! А-а-а! Кын-Чан!  - звал кто-то на помощь.
- Лям-Ба! Где Лям-Ба? – оглядывался Бэр-Мэ.
-Лям-Ба!!! – закричала лешая.
 
   Она стояла на берегу и смотрела вниз.  Все, не раздумывая, спрыгнули  на дно сухого русла и пустились догонять похитителей лешего. С другого берега   на подмогу  бежали воины аркахонов.

  Кын-Чан набегу выхватывал  ножи и метал их в противников. Бэр-Мэ тот час стащил с себя лук и прицелился в воина, что нёс в мешке Лям-Бу. Стрела метко поразила цель. В падении сражённый аркахон кинул мешок, как мячик, другому воину, а тот в свою очередь - дальше. Лям-Бу стали передавать по цепочке на другой берег реки.  Тогда Бэр-Мэ, не переставая, стал пускать стрелы в аркахонов, пока леший не оказался на свободе. Его подхватил Кын-Чан и начал пробивать  обратную дорогу  мечом. Блям-Ба забралась на плечи великана и сверху долбила противников деревянной палкой.  Хан-Мей, как кошка, вскарабкалась на свой берег и кинула верёвку лешей. Та привязала  мешок с Лям-Бой.  Кын-Чан, улучив минутку,  с силой закинул Лям-Бу наверх. Шаманка подтянула к себе лешего, освободила верёвку и снова кинула её вниз.  Лешая  привязывала   Бэр-Мэ. Он отстреливался и прикрывал отход Кын-Чана.  Как только великан забрался на свой берег, то подтянул юношу с Блям-Бой  наверх. Бэр-Мэ всё это время  стрелял и стрелял в воинов аркахонов, пытавшихся атаковать его. Как только все путники оказались на своей стороне сухого русла, противник отступил.

- Никогда аркахоны не нарушали границ, -  переводя дух, проговорила Хан-Мей. – Что-то их заставило похитить Лям-Бу.
- Я же вам говорил, не мне одному нужны деньги, - Кын-Чан укладывал в потайные карманы своё оружие.
- Аркахоны и без того богатый народ.  Зачем им вознаграждение за лешего? – подивилась шаманка.
-  Это не они, это духи! - воскликнул Бэр-Мэ, указывая на дно сухого русла.  Все погибшие аркахоны  рассыпались в песок.
-Чего хотят духи пустыни? – недоумевала Хан-Мей.
- Посмотрите, я выпустил не один десяток стрел во врагов, а колчан полный! – удивился юноша.
- Это волшебный колчан твоего отца. Ему подарила Ель-Ёва, когда он стал мужем Заричей. Теперь он твой, Бэр-Мэ, -  шаманка с гордостью посмотрела на юношу, потом достала травяной бальзам и стала смазывать раны.  Всем на смех и на удивление Кын-Чана кряхтел и корчился от малейшей боли.
- Почему духи хотели похитить лешего? – всё время шептала шаманка.

  В дальнейшем путники продолжали идти с большой осторожностью. Ночью жгли костры и привязывали Лям-Бу к Кын-Чану или к Бэр-Мэ.
 
   Скоро путь им преградила река. Хан-Мей с облегчением вздохнула, так как земли аркахонов закончились. Вдоль реки жили мирные рыбаки и охотники за змеями. Остановились на берегу, чтобы дождаться людей из племени сармутов. Они хоть и мирный народ, но не любят, когда на их реке кто-то хозяйничает. Ждать пришлось полдня. К вечеру показались лодки.

   Хан-Мей приветствовала народ сармутов, подарила им сумку с клубками змей  и попросила разрешения пройти по их землям до горной страны Муг-Оджа.

   Рыбаки с радостью перевезли путников на другой берег, забрали подарок и дали знак, разрешающий идти по землям сармутов. Знаком  служила трость обтянутая шкурами змей   с головой кобры.

  Ночевали путники теперь  в селениях, пока не вступили на  каменистую землю Муг-Оджа. Хан-Мей вела их по еле заметным тропинкам.

- Летом они живут высоко в горах, а зимой спускаются в предгорье. Они охотятся, собирают грибы, ягоды, коренья, как мы у себя на родных землях. Только они избегают встреч. Обнаружить их невозможно. Можешь пройти рядом с ним, можешь даже наступить, но не услышишь ни их дыхания, ни запаха, ни звука. Они так сольются с кустарником, травой, деревом, камнем, что сядешь на них и не поймешь этого.
- Если они такие скрытные, откуда  ты знаешь о них?  Кто они? Ты не назвала их, - спросила лешая.
- Как, разве я не назвала племя, в котором прожила пять лет и где живут семьи тех девушек, что украли Люди-Тени из племени Со-Ома? – удивилась  шаманка.
-Нет! – дружно ответили путники.
-Их зовут горхонами. Их предки были  аркахоны и жили в пустыне возле Белого  города. Что случилось там у них, не знаю, только несколько семей укрылась в горах.  Племя оставило  от прежнего названия последнюю часть, чтобы не потерять свои корни, - сказав это, Хан-Мей огляделась. – Здесь остановимся на ночлег. Кын-Чан, добудь барашка на обед. Блям-Ба, собери ягод, кореньев. Лям-Ба, Бэр-Мэ, несите  хворост, будем костер разводить.

  Горных козлов, баранов водилось в окрестности великое множество. Кын-Чану не составило труда подстрелить одного. Он тут же ловко освежевал его и повесил на вертел.  После ужина лешая хотела остатки завернуть с собой, но Хан-Мей велела оставить  всё как есть.

- Это дар народу и духам гор? – спросила она.
- Да, - кивнула Хан-Мей.

 И так было всё время пока путники проходили  по землям  горхонов, что жили в огромной горной стране Муг-Оджа. За весь путь они так и не дали о себе знать.
- Нет твоих горхонов, - ворчал Кын-Чан каждый раз, когда  оставляли на вертеле дичь, а рядом орехи, ягоды, коренья.
- Хан-Мей знает, что делает, - успокаивала великана Блям-Ба, - да и свеженькое всегда вкуснее.

  Тропинка внезапно оборвалась. Путь преградило  ущелье с отвесными стенами.
 
- Была она здесь, переправа.  Неужели горхоны покинули те земли? Что случилось?  Только король горных духов  мог прогнать их с тех мест или… - Хан-Мей  вглядывалась вдаль, стараясь найти разгадку произошедших перемен.
- Прошло столько лет, - Бэр-Мэ глянул вниз.
- Волосы. Дай мне  волосы русалки Эги, - попросила шаманка.

  Бэр-Мэ послушно достал платок, аккуратно его развязал, бережно взял прядь зелёных волос Эги и протянул Хан-Мей. Шаманка поделила её на три части. Две отдала обратно юноше, тот  старательно их спрятал. Свою часть волос  шаманка начала крутить. Они стали превращаться в крепкую верёвку. Хан-Мей крутила её до тех пор, пока она не достигла такой длины, чтобы хватило натянуть над ущельем. Потом она взяла одну стрелу  и привязала к ней верёвку.

- Стреляй и попади вон в ту расщелину возле корней сосны, - указала шаманка рукой.

   Бэр-Мэ выпустил  стрелу.   Она, как заговорённая, попала в цель. Хан-Мей тут же потянула за верёвку, и стрела застряла меж камней.

- Ты у нас самая лёгкая, - подтолкнула шаманка к краю ущелья Блям-Бу. – Будешь там, возьми и обмотай верёвку вокруг сосны, да покрепче узел затяни.

   Лешая решительно ухватилась за канат и быстрёхонько перебралась на другую сторону. Пока Блям-Ба крепила верёвку за сосну, Хан-Мей натянула её и закрутила свой конец верёвки за скальный выступ.

- Готово! Теперь Кын-Чан.
- Я высоты боюсь, -  здоровяк попятился назад, - да и верёвка меня не выдержит.
- Волосы Эги выдержат даже дракона! – воскликнула Хан-Мей. – Иди не бойся, вниз не смотри, мне стыдно за тебя перед Блям-Бой.

   Кын-Чан взглянул на  лешую, что махала  ему с того берега ущелья.  Преодолевая страх высоты, он подтянулся на верёвке, обвил ногами её, перебирая руками и держась ногами, он перебрался через ущелье. Потом была очередь Бэр-Мэ, затем Лям-Ба, а уж последней была шаманка.
- А верёвка? – спросил Бэр-Мэ.
- Оставим горхонам, пусть переправу налаживают, - невозмутимо ответила Хан-Мей и двинулась дальше.

   На перевале их застала снежная буря. Идти дальше  было невозможно, и Бэр-Мэ достал ещё одну часть волос Эги.  Он столкнул всех в кучу и обхватил прядью так, чтобы концы её сомкнулись. Об этом ему говорила русалка. Тот час над путниками возник шатёр. В центре появился костер, над ним повис чан. Там уже что-то булькало и вкусно пахло.

- Спасибо, Эга! Спасибо и за переправу, и за  укрытие. Спасибо за угощение!  Ты никогда не говорила, что твои волосы способны на чудеса,  - воскликнул Бэр-Мэ.
- Это  было ни к чему, - ответила за русалку Хан-Мей. Она разлила всем по горячей чашке наваристой ухи. Все ели и нахваливали.

   Три ночи укрывались путники в шатре Эги. Как только пурга стихла, выглянуло солнце и растопило снег. Путешественники, оставив шатер на перевале, отправились  с гор в долину, где жила когда-то у горхонов Хан-Мей.

   Прежних жилищ она не нашла. Куда подевались люди с благодатной земли, было непонятно. Шаманка решила навестить духов гор в их священной горе, поклониться королю духов Муг-Одже. Гора не открылась ей. Ни один дух не показался. Горы молчали.

- Может, они ушли с этих мест и живут дальше? – предположила лешая.
- Что может измениться за полсотни лет, когда духи живут тысячелетиями? – затревожилась шаманка. Она оглядывалась, вновь обходила священную гору духов, но не находила ответа. – Остаемся ночевать здесь.
- Ай! – закричал Лям-Ба и схватился за грудь – Ай- ай-ай! Жгётся!

   Бэр-Мэ кинулся к лешему, который ухватился за цепочку и достал камень. Небесный камень горел как свеча. И камень Бэр-Мэ засветился и откинул луч на самый  верх священной горы.

- Как же мы туда попадём? – прошептала Блям-Ба. -  Гора такая крутая, стены отвесные?
- Где-то рядом дымовые! – осенило лешего. – Мой камень чует брата.

   Свет от небесного камня Лям-Бы вспыхнул, как будто соглашался с ним.

- Странно, это ещё так далеко от него! – проговорился Кын-Чан.

   Взоры всех устремились на наёмника.

- Ты знаешь, где он? – спросил Бэр-Мэ. - Но при встрече ты говорил, что не знаешь, кто такие дымовые, что тебя наняли разыскать лешего.  Куда, кому понадобился наш Лям-Ба. Пожалуйста, Кын-Чан, скажи, кто тебя нанял?

  Здоровяк опустил взор и ухватился за меч.

- Погоди, Бэр-Мэ! – вмешалась Хан-Мей.- Он дал слово!

   Кын-Чан с благодарностью взглянул на шаманку.

- Если ты знаешь, где дымовой с таким же камнем как у Лям-Бы,  скажи! – не отступал  Бэр-Мэ.
-Кын-Чан не знает дымового, - насупился наёмник.

   К нему подошли лешие и обняли за ноги.

- Ты же наш друг, Кын-Чан.  Ты нас защищал. Мы к тебе привязались, - наперебой заговорили они.
- Кын-Чан - наёмник. У Кын-Чана нет друзей. Кын-Чану нужны только деньги, - стал повторять здоровяк как заговорённый.
- Я не знаю, чем ты связан: словом или под угрозой жизнь близких твоих, но знай, что мы твои друзья и придем к тебе на выручку без всякого вознаграждения. Как ты защищал нас от аркахонов, так и мы сможем постоять за тебя и твоих близких, - сказал Бэр-Мэ.  Не дождавшись ответа,  пошёл к подножию горы. Там он достал из своей сумки орех, закопал его в землю и произнес:
 – Дух Леса,  помоги взобраться на вершину  священной  горы Муг-Оджа.
 
  Ямка, где был посажен  орех, приподнялась,  и  проклюнулся росток. Он стал быстро расти, ветвиться, цепляться за все уступы неприступной горы Муг-Оджа. Скоро можно было взбираться  наверх по гигантскому ветвистому плющу.
  На вершине горы находилась ровная площадка, в центре её стоял маленький шалашик.
 
- Хан-Мей!? Как ты нашла меня? – раздался голос рядом.
- Муг-Оджа, приветствую тебя, - повернула шаманка голову на голос. - Мы ищем дымового с оранжевым камнем на шее. Ты не причинил ему зла?
- Нет, он цел и невредим и находится под моей защитой. Вам я его не отдам, - сказал король духов и явился путникам во всем своём величии. Он восседал на троне возле шалашика. Кругом  стояла его свита и стража.
- Что заставило тебя скрываться? Кого ты боишься? – спросила Хан-Мей.
- Кругом снуют наёмники Ког-Нау, повелителя Звёздного Дракона. Многие обладают даром видеть духов.  Все они заняты тем, что ищут  части Сердца того дракона.  Ты привела за собой одного из них.
- Да, Кын-Чан, наёмник, я это знаю.
- Почему ты с ним?
- Не мы с ним, а он с нами.
- Это не важно!  Вы союзники?
- Да цель у нас одна, найти дымового, носителя небесного камня, но задачи разные:  наёмнику  надо доставить дымового Ког-Нау и получить вознаграждение, а наша задача соединить все части Сердца, оживить Звездного Дракона  Ур-Ала и уговорить его остаться  на  земле.
- Глупцы!  Это не возможно! Я – Муг-Оджа, король горных духов, не позволю соединиться Сердцу воедино, не позволю рисковать нашими землями и странами. Звёздный Дракон не послушается  каких-то никчёмных людишек. Что ему наша маленькая неуютная земля, когда его ждёт  своя огромная  звезда.
-Так это ты, а не Ког-Нау, заставил духов песков погубить нас и похитить нашего друга Лям-Бу, носителя небесного камня! – догадалась шаманка.
- Да! Я спрятал бы его так, что ни Ког-Нау, ни кто другой, не нашёл бы его никогда! Звездный Дракон  не проснётся!
-Звездный Дракон Ур-Ал послушает своё Сердце, - выступил вперёд Бэр-Мэ. – Много-много лет оно провело на нашей земле, в разных концах её. Частицы Сердца жили на севере в Холодном море,  на юге в Теплом море. Передавались из поколения в поколение лешими и домовыми, духами и людьми, птицами и зверьми, драконами и чудовищами.  Они видели горные вершины, лесные чащи, подземные царства. Они впитали в себя любовь нашу, доброту нашу, потому что жили нашими жизнями. Они выбрали сами себе земное существование, когда оказались на земле. Почему же за столько лет они не соединились, не оживили Звездного Дракона и не покинули нашу землю? Сердце и каждая частичка его - они живые и всё чувствуют. Я даже не знаю, захотят ли они соединиться воедино. Так дадим им самим решать…
- Смотрите! – закричал вдруг Кын-Чан и указал в небо.
 
   Красно-черная  туча драконов-оборотней приближалась к горе.

- Они нас обнаружили! – воскликнул Муг-Оджа.

   Бэр-Мэ выхватил бутылёк с туманом и открыл его. Густое облако окутало вершину священной горы. Такого оборотень Ког-Нау  не ожидал, ему пришлось увести своё войско, вернуться в свои пещеры.

   Когда облако рассеялось, на месте не оказалось ни шалашика, ни Кын-Чана, ни духов гор.

- Наёмник!?- воскликнул шаманка от обиды.
- Это ничего не меняет, - спокойно проговорил Бэр-Мэ. – Если это Кын-Чан забрал  шалашик  дымового, он принесёт его Ког-Нау, получит вознаграждение.  Но дымового там нет, а драконы-оборотни не поймут, они не видят духов, но они видели шалашик  на вершине горы.
- А где тогда мой  брат? Духи гор его спрятали? – забеспокоился Лям-Ба
-Я здесь, - зашевелился рядом камень, обретая образ лешего, но совершенно черного. – Меня зовут  Кош-Ма.
-Как?! Ты сбежал от наёмника и  самого короля горных духов Муг-Оджа? – засмеялась Хан-Мей.
- Долгая жизнь с людьми научила нас прятаться от всех, - смущенно сказал дымовой. – Не оставляйте меня, я не привык жить без дома, без хозяина. Я не умею добывать себе пропитание.
- Что ты Кош-Ма, брат,  мы проделали такой путь, чтобы найти тебя! Мы пришли за тобой, - Лям-Ба  достал с сумки горсть орехов и протянул родственнику.
- Я слышал, что нужен мой амулет, а не я сам, - глаза Кош-Мы вопросительно уставились на Бэр-Мэ.
- А разве ты можешь его снять? – спросил тот.
- Нет.
- Тогда поспешим домой! Бэр-Мэ, доставай последнюю прядь волос  русалки,-  скомандовала  Хан-Мей. Она дождалась, когда Бэр-Мэ развяжет платок и крикнула.  – Несите нас к хозяйке, волшебные волосы Эги!

 Каждый волос спрыгнул с платка ящеркой, обернулся в зелёного летающего ящера, подхватил по седоку и понёс на родные берега Ка-Мы - Матери Всех Рек.

  Из своих пещер  увидел зелёных драконов Ког-Нау, поднял своё войско в небо. Решил  перекрыть обратный  путь Бэр-Мэ и его друзьям, ведь теперь все камни были  найдены.  Камень Бэр-Мэ призовёт все остальные.

- Смотрите, погоня! – закричала Блям-Ба, её зелёный ящер летел самым последним.

   Достал Бэр-Мэ бутылёк, что дал ему Сам-Оха, открыл его.  Выползла  тьма непроглядная, стеной встала перед войском Ког-Нау. Драконы-оборотни  к темноте привычные, да не к такой, густой и вязкой. Попробуй  сунься и потеряешься навсегда. Вновь пришлось  им  улететь ни с чем.

                *

- Ничего, последний камень всё равно у меня, - радостно потирал руки Ког-Нау, обходя со всех сторон шалашик дымового. –  Кын-Чан, как же мне увидеть его.
- Кого?  Дымового? – спросил наёмник.
- Нет, камень, частицу Сердца Звёздного Дракона, - ответил Ког-Нау.
- Вы  же сами сказали, что есть Октана камень, он всё видит, - подсказал Кын-Чан.
-Этого я тебе не говорил. Откуда знаешь о морских людях?  - поинтересовался оборотень.
- Откуда? Бэр-Мэ говорил,- растеряно проговорил наёмник.
- Ты прав, Октана камень укажет, где прячется этот дымовой. Летим к морю.
-А как же обещание?
-Какое обещание?
-Ты же обещал отпустить моих соплеменников из пещер, когда я найду дымового. Вот он в шалаше, бери его, а мне верни мой народ.
- Я его не вижу, не вижу и небесный камень. Заполучу последний осколок Сердца Звездного Дракона, отпущу.
- Но я-то его вижу, вон он сидит в углу.  О камне мы не договаривались.
- Жди тогда меня здесь.
- Нет, я полечу с тобой.

   Дракон-оборотень расправил крылья, Кын-Чан поставил на его спину  шалаш дымового, сел рядом.
 
  Когда они достигли берегов Теплого моря, Ког-Нау вызвал Октана на поверхность.

- Октан, скажи, ты видишь в шалаше дымового и его камень? – спросил Ког-Нау.

  Октан дотронулся до своего камня, но тот молчал.

- Октан не видит. Шалаш пуст.  Кын-Чан обманул Ког-Нау, - произнес морской человек.
- Что?!  Меня обманул наёмник? – воскликнул потрясённый Ког-Нау.
- Поделом тебе, червяк клыкастый, скоро  вам всем придёт кырдык. Бэр-Мэ   соберёт все части Сердца.  Оно доброе, как сам отважный юноша. И ни к каким звездам вы не полетите! Духи земли не дадут её разрушить!
- Это мы посмотрим, кто кого! – рассвирепел Ког-Нау. – Твои соплеменники умрут с голода в моих пещерах.
- Они выдержат, они потерпят, я их спасу! – упрямо проговорил Кын-Чан.
- Если найдёшь их! – Ког-Нау взмыл в воздух.
- Из-под земли достану, - процедил здоровяк.

   Октана камень сверкнул, и луч от него указал в сторону улетевшего оборотня.

- Камень Бэр-Мэ  зовёт камень Октана. Кын-Чан летит с Октаном?
- Да!

                *

- Смотрите! – закричала Хан-Мей, указывая вниз на восстановленную переправу через ущелье – Горхоны существуют, а вы мне не верили

  Путники летели над горами,  останавливаясь,  где  дымился  костёр. Там они находили пищу  себе и ящерам. Об этом позаботились люди гор.

  Перелет над пустыней был сложней, но лешая запаслась провизией.

  Сармуты встречали и провожали их, как всегда, дружелюбно.

  Аркахоны запускали в  них тучи стрел, но зелёные ящеры поднимались и летели  выше.

   Впереди путников ждала лесная страна Пар-Мэ.


Рецензии