Сердце Звездного Дракона, Ч. III Сказка о братьях

-П-перь-Ме! – шепеляво закричала старуха. Она стояла на высоком берегу реки Ыб-Вы и указывала в сторону приближавшейся лодки. К ней тут же присоединились соплеменники. Все радостно замахали  руками.
-Пель-Мэ! – кричали малые дети, подскакивая и хлопая в ладоши.
-Бэр-Мэ! – вторили им женщины и радостно улыбались.
-П-пэрь-Мэ! – шепелявили старики и утирали слезы.
-Бэр-Мэ вернулся! – переговаривались воины племени Со-Ома, - Кен-Тау будет рад, Хан-Мей говорила правду.

   Юноша не успел сойти на берег, как тут же попал в объятия соплеменников. Он всем был рад, всех приветствовал. Дети так и льнули к нему.

- Где же Кен-Тау, где Хан-Мей? – забеспокоился Бэр-Мэ. Воины тут же расступились и пропустили юношу к отцу. Они обнялись.
- С восходом солнца будет праздник в честь твоего возвращения. Всем не терпится услышать о твоих подвигах, - Кен-Тау обвел свой народ взглядом. Воины одобрительно загудели. -   Хан-Мей сказала, что тебе пришлось много испытать.
- Где она, где Хан-Мей? – снова не удержался и спросил Бэр-Мэ. Кен-Тау показал взглядом наверх. На краю обрыва стояла седая старушка с косичками  и улыбалась.

   От громкого шлепка все обернулись. Эга приветствовала народ Со-Ома. Она  выпрыгнула из воды и, сделав кувырок назад, шлепнулась с шумом в реку.

-Эга! Эга! Эга! – закричали все наперебой.

   Эга вынырнула, подплыла к берегу и пропела:
                - Я край ваш всей душой люблю,
                Я с вами живу, я вами дышу.
                Все ваши печали они и мои.
                Не скрою, до встречи считала я дни…

- Эга, наш хранитель! – нежно приветствовал русалку Кен-Тау.
- Отец, скоро прибудут ещё три лодки. Правитель южной страны решил торговать с нашим народом.  Правильно ли я сделал, отец, что указал им дорогу к нашим землям? – серьёзно спросил Бэр-Мэ.
- Мир между племенами - этому мы всегда рады, - улыбаясь, ответил вождь.
 
                *

 Вечером  Бэр-Мэ поведал своему народу о своём с Эгой путешествии к Тёплому морю. Рассказал  о Звёздном Драконе Ур-Але и о том, где он лежит,  о его расколовшемся сердце.  Раскрыл  тайну  Звездного  Дракона, что скоро он  оживёт и отправится с их земли к звездам.  Поведал и о том, что ему, Бэр-Мэ, поручила мама собрать все осколки Сердца Звездного Дракона.

 Задумался великий народ Со-Ома, задумался вождь Кен-Тау, пригорюнилась шаманка Хан-Мей.

- Надо сообщить об этом всем племенам, чтобы уходили подальше от Каменного Пояса – наконец сказал Кен-Тау.
- Уйдут народы, животные, а деревья останутся. О них кто подумает? Надо посоветоваться сначала с духами, – сказала Хан-Мей.
- Пусть каждый делает то, о чём сейчас сказал, - вмешался  Бэр-Мэ. – Отец, отправляй воинов во все племена, что живут на той стороне Матери всех рек  Ка-Мы. Пусть все знают и  будут готовы уйти на нашу сторону реки.  Хан-Мей, нам с тобой говорить с духами, созывай Большой Совет Духов. Что они скажут?
- Мой сын говорит как вождь, - горделиво поглядывая на соплеменников, провозгласил Кен-Тау. Народ Со-Ома приободрился.

                *

   Весть о гигантском Звездном Драконе Ур-Але, спящем в горах Каменного Пояса, разлетелась быстро.
   Хан-Мей и Бэр-Мэ ждали Духа Леса Пар-Мэ. Все остальные Духи Большого Совета  были рядом, сидели  у костра. Бэр-Мэ беспокойно ходил взад-вперёд. Хан-Мей кидала и кидала свои  камешки.
   
-Горы, горы, надо идти в горы, - то и дело говорила она. – Надо идти к духам  гор Каменного пояса
- К духам гор пойдёшь ты,  Хан-Мей, - Пар-Мэ появился незаметно. – Мы с лесными девами займёмся сбором семян. Нельзя терять ни минуты. Если Ур-Ал оживёт, многие леса погибнут безвозвратно. Какие смогу оживить деревья, их отправлю на эту сторону Большой Реки Ка-Мы. На это уйдёт не один год. Надо торопиться. Я был ребёнком и видел, как упал с неба этот Звездный Дракон. Он много погубил деревьев, сгребая их в одну кучу. Тогда погиб и мой отец – Дух Древнего Леса. Обо всём этом мне  вспоминать больно.

  Взволнованный Дух Леса говорил и говорил, все его слушали. Наконец он замолчал и оглядел всех тревожным взглядом.
 
- Почему мне идти? – спросила Хан-Мей.
- Кто, кроме тебя и Бэр-Мэ, говорит с духами? – вопросом на вопрос ответил Пар-Мэ. – Мальчику не до этого, он отправится на север искать небесный камень.
- Почему на север? – удивился юноша. – Я думаю, они рядом! Арай, Сам-Оха! Идите-ка сюда.  У вас есть такие же камни, как у меня?
- Да, однако, были, – ответил Сам-Оха.
- Были? А куда вы их дели? – спросила Хан-Мей.
- Мой со мной, а Сам-Оха  невесте Няш-Ке  подарил, - вступился за брата Арай, - они любили друг друга, очень.  Мы тогда не знали, что они небесные. Однако, так.
- А Няш-Ка где? -  спросил теперь Бэр-Мэ.
- Моя невеста, однако, человек.  Она умерла, однако, давно, - Сам-Оха замерцал тенью костра.
- Я же сказал, что надо отправляться  на север. Сам-Оха и Арай пойдут с Бэр-Мэ. Небесный камень Няш-Ки откликнется на зов  Сам-Охи.  А если нет, тогда камни  Арая  и Бэр-Мэ  укажут путь.  Пар-Мэ посохом дотронулся сначала до тени костра, потом до тумана.  Внезапно  появились  два очень похожих красивых парня, узкоглазых и чернявых.  Одежда на них была из  оленьих шкур.  Они походили на мужчин из племени  Моан-Си, которые  приходили с севера зимой на оленьих упряжках и привозили тюлений жир.
- Так вы  с братом Моан-Си? – удивился Бэр-Мэ.
- Не знаю, однако, - ощупывал  себя Сам-Оха, - наше племя называлось Хан-Та.
- Я и забыл, какими мы были. Одежда тяжёлая, надо другую. Однако, так, - Арай стянул  с себя шкуру. На груди его висел на светлой цепочке точно такой же небесный камень, как  у Бэр-Мэ. Он сразу заискрился голубым цветом. В ответ камень Бэр-Ме  замерцал  зелёным.
- Как живые! – удивилась шаманка.
- Они и есть живые, - ласково погладил свой камень Бэр-Мэ.
- Я даю вам возможность быть людьми, потому что пришло  время, - не обращая внимания на ожившие камни,  обратился к братьям  Дух Леса. -  Договор, что мы с вами заключили при первой встрече, остаётся в силе, я не могу его нарушить или  изменить. Но как только найдёте Няш-Ку и её небесный камень, вы снова станете туманом и тенью. А теперь в путь. У каждого своя дорога. Каждый знает о неизбежной и надвигающейся  беде на нашу землю. Хан-Мей, когда отправишь духов с вестью в разные стороны, приходи на священное место народа Со-Ома. Я принесу  одну  вещь. Духам гор она пригодится.
- Пар-Мэ, – обратился к Духу леса Бэр-Мэ, - я не смог разыскать леших. У Лям-Бы был похожий камень. Но я не уверен, что он небесный.  Может, ты знаешь, где они?
- Хорошо, я отправлю на поиски этих непосед лесных дев, - уклончиво ответил Дух Леса.

                *

  Арай, Сам-Оха и Бэр-Мэ в пути были уже несколько дней.  Юноше не давал покоя вопрос:  «О каком это договоре шла речь?»  Сначала он не мог спросить из-за сборов в дорогу, а потом из-за русалки Эги. Она провожала их до устья реки Кол-Ва, боялась, что они собьются с пути. Теперь, когда он остался наедине с братьями, решился спросить их об этом.

- Это долгая история, однако, - ответил Сам-Оха.
 
  Они с Араем отвыкли быть людьми и  могли сосредотачиваться  только на одном деле. Так и сейчас, только Сам-Оха заговорил, как лодку повело в его сторону, забыл грести.
- У нас много времени,  путь наш долгий, расскажете по очереди.  Кто у руля, тот и рассказывает, стал просить братьев Бэр-Мэ.
- Однако, так, - согласился Арай.
- Можно, однако, - поддержал брата Сам-Оха и передал весло Бэр-Мэ.


                *
   Представь  себе время, когда кругом был снег и лед. Но пришло время, и холод  стал отступать на север. На месте растаявшего льда остались  моря, озера,   бескрайние болота.  Потекли реки по нарезанным ледником, ущельям и бороздам.
 
   Живые существа, в том числе и люди,  приспособились к тем условиям, в которых оказались по воле обледенения. Началось потепление. Некоторые племена, укрывавшиеся в пещерах от ледяной стужи, остались на насиженных местах. Другие выбирались из заболоченных  лесов и отправлялись искать сухие земли на юг. Нашему племени Хан-Та пришлась по душе зимняя стужа, и оно стало двигаться за таявшими ледниками. Шли, пока тот не остановился. Так  люди достигли берегов Ледяного моря.

   Теплые чумы, одежда из оленьих шкур, мясо круглый год,  жирная рыба, тюлений жир, бесчисленные стада оленей – всё, что  надо для жизни. Солнце? Оно итак светило им по полгода. Тепла? На что? Один надоедливый гнус от него. Зима их кормила, открывала бескрайние просторы по земле и воде.

  И только по длинным зимним вечерам старики пересказывали своим детям легенды, услышанные от своих  предков о землях, где нет снега и льда, где солнце  всходит и заходит каждый день, где растут диковинные деревья, живут  невиданные звери и птицы, в озерах  водятся разноцветные рыбы. Если кто не верит в рассказы, пусть идёт по Печ-Оре реке вверх, потом перейдёт горы и спустится по рекам, что текут с них в огромное море без края и конца, такое же, как наше, но безо льда.  На берегах его увидишь всё, о чем только что услышал. Там можно ходить без шкур.
 
  Слушали эти сказки и братья, Арай с Сам-Охой, и решили: вот вырастут, отправятся искать эти земли. Прошло время, Арай мечту свою не оставил. Он постоянно пропадал на реке, уплывал надолго вверх по течению, чтобы изучить все излучины её, все повороты. Сам-Оха же промышлял в тундре, добывал песца, лисицу.

  Много раз Арай звал брата уплыть из стойбища на поиски той таинственной земли, но Сам-Оха всегда откладывал, находил причину. Главной причиной была его невеста Няш-Ка. За девушкой он ухаживал очень давно, с детства. Сам-Оха нигде не оставлял её одну. Он как тень за ней следовал повсюду. Она в тундру - он за ней.  Она на реку - он туда же. Она споткнётся - он уже  подхватит. Она обернётся, а он уже взади. Любили друг друга очень.

   Все в селении поражались  им. А потом  стали  смеяться над Сам-Охой, так как бедный был жених. За Няш-Ку отец выкуп требовал: стадо оленей, китовый ус, жир тюлений с десяти туш, да  шкур песцовых полсотни. Где столько взять сироте?

   Арай взялся помогать брату. За год половину выкупа  отдали отцу девушки. Тот ни в какую не соглашается, ждет вторую половину. А тут богатый жених для Няш-Ки объявился. Приехал сватать её сам шаман племени Хан-Та за своего старшего сына. Пригнал огромное стадо оленей в селение.

  Ещё пуще стали над женихом смеяться, но Сам-Оха не отступал. Отправились они с Араем моржа бить, жир добывать. Вот тогда-то и увидели они на берегу Ледяного моря  огромную глыбу льда,  что выбросило море после шторма.  Не в новинку им было это зрелище наблюдать. Часто море преподносило сюрпризы. То кит на берег выбросится, то земли с огромный остров вынесет, то замороженных чудищ  ураган принесёт. А тут глыба ледяная, что тут удивляться. Да тут треснула эта глыбища,  рассыпалась.  Ахнули  братья.  Перед ними возвышался  невиданный монстр.

  Щупальца его раскинулись по берегу, конца их не видать. В три роста человеческих толщина их. Что говорить о голове, которая возвышалась как гора. Вверх поглядишь - шапка с головы слетает. Ходили братья вокруг чудища – день потеряли. Тут Арай глянул ещё вверх, и почудилось ему, будто светятся глаза морского монстра.
 
- Живой он! – остановился Арай, задрав голову.
- Однако,   не шевелится, - ткнул копьём в щупальце Сам-Оха.
- Однако, так, - разглядывал чудовище Арай. – Показалось, будто в глазах  его жизнь  сверкнула.
- Это не в глазах, однако, а под ними что-то сверкает, - Сам-Оха приложил руку ко лбу, как козырёк, и поглядел вверх.

   Арай закинул гарпун и осторожно полез по скользкому щупальцу к голове чудища. Сам-Оха стал карабкаться следом.

- Однако, что это светится? – произнес Сам-Оха, первым вскарабкавшись на монстра. -  Да эти камни самоцветные, однако!  Они дороже будут, чем стадо оленей. Вот выкуп за Няш-Ку, братец Арай!
- Однако, так, братец Сам-Оха! – Арай только задел камень, как он сам спал с обвисшего глаза морского чудовища и обвился светлой цепочкой вокруг шеи охотника. Тоже было и с Сам-Охой.

  Захрипели и закашляли  братья, кубарем скатились с мерзлой туши. Цепочки душили их.  Тут камни вспыхнули и погасли,  цепочки ослабили хватку.

- Проклятый шаман, - храпел Сам-Оха, - это его проделки, однако.
- Однако, так, - кашлял Арай. Он пытался сорвать цепочку с шеи, но она была крепкая.
- Надо идти к шаману, однако,  пусть снимет с нас заклятие. Надо честно откупать невесту, а не пользоваться колдовством, - возмущался Сам-Оха.
- Однако, так, - поддержал Арай, а потом добавил. – Только шаман хитрый. Мы не докажем, что это его рук дело.
- Всё равно поехали домой, однако,  день на исходе, - устало проговорил Сам-Оха.
-Однако, так,  - согласился  Арай.

  В селение их ждали, чтобы посмеяться над незадачливым  женихом Сам-Охой. Оказывается, пока братья на охоте были, сын шамана остальной выкуп привёз и забрал Няш-Ку к себе, к свадьбе готовиться.

   Сам-Оха, как услышал это известие,  сел в сани и до своего чума не проронил ни словечка.

- Что ты так убиваешься,  Сам-Оха, - стал успокаивать брата Арай, - ещё не всё потеряно. Свадьбы ещё не было. Поедем, украдём Няш-Ку и отправимся с ней  вверх по реке другие земли искать. У меня лодка припрятана с запасами еды,  как раз недалеко от селения, где шаман живёт.

- Однако,   дело говоришь, брат Арай, - воспрял духом Сам-Оха, - я ж хотел, однако, жизни себя решить, потому как без Няш-Ки  мне свет не мил. Для неё я всё сделаю.
- Однако, так.   Только рано тебе ещё умирать. Поехали сейчас же. Все спать лягут, мы Няш-Ку и освободим.

   Выследили братья, где девушку прячут. Собак чужих рыбой прикормили, чтобы шум не подняли. А как стихло в селении, так Няш-Ку незаметно и вывели из чума. Прибежали к реке, в лодку сели. Арай на берегу остался.

- Вы плывите, я вас с берега прикрою. Разведу костры, дым пущу по реке, чтобы вас раньше времени не увидели с берега.
- А как же ты, братец, нас догонишь? – забеспокоился Сам-Оха.
- Не переживай, у меня дальше ещё лодки схоронены. Дыма напущу, нагоню вас. Я реку нашу вдоль и поперёк изучил. Вы другого берега держитесь, там течение помедленнее будет,  легче грести. Однако, так, - сказав это,  Арай оттолкнул лодку и побежал костры поджигать.
- Няш-Ка, любимая моя, - тревожно заговорил Сам-Оха, - не знаю, однако, что с нами будет, уйдём ли мы от погони? Возьми, в знак моей любви, этот самоцветный камень.
- Что ты, Сам-Оха, я буду только твоей! – не успела девушка произнести признание, как небесный камень сам перелетел на грудь Няш-Ки, сверкнув при этом небесной лазурью.

   Некогда было влюблённым удивляться чудесам, смело взялись они за вёсла, и лодка стремительно понесла их к другому берегу.

                *

   Проснулся рано утром  сын шамана. Неспокойно что то ему стало. Пошёл невесту проведать, уж больно она вчера плакала по-своёму Сам-Охе, ехать не хотела. Насилу в упряжку усадили. Глянул, нет невесты, убежала. Вскочил на первого попавшего оленя, в селение поскакал, где девушка жила. Её и там нет.

- Где невеста моя? Куда вы её запрятали? Выкуп взяли, а невесту украли? – кричал он на родителей Няш-Ки.
- Не приходила! – заплакала от страха мать девушки.
- Надо к Сам-Охе идти, однако,  он как тень за ней ходил, - оправдывался отец невесты. – А не найдём у него, так к Араю в чум надо, однако. Он вечно брата прикрывал, когда тот с  Няш-Кой в тундру  бегал. Разведёт костёр, так что дым в их сторону стелется, чтоб никто их не приметил.

   Но ни Сам-Охи, ни Арая, ни Няш-Ки  в селении не было.

   Рассвирепел жених, вернулся домой  без невесты, к шаману пошёл.

-Накажи беглецов, отец!  Вызови  духов, подвластных тебе.  Пусть они обратят Сам-Оху в тень, Арая в туман, тогда Няш-Ка сама вернётся, когда братья исчезнут. Выкуп я обратно заберу, другую невесту найду. Пусть все знают, что со мной шутки плохи!
- Что ж, сын, выполню всё, о чём попросишь. Только духи  запросят плату. Откажись от Няш-Ки, пусть с любимым останется. Мало ли в селениях девушек красивых и свободных. Любая рада будет женой тебе стать, - стал оговаривать  сына от мести  мудрый шаман.
- Нет, я хочу наказать беглецов. А духам скажи, заплачу тем,  что попросят. Я богат, мне добра своего для такого дела не жалко, - не послушал совета отца старший сын.

  Обратился к духам шаман, передал волю сына. Согласились духи в мир свой принять Арая как Духа Речного Тумана, да Сам-Оху как Духа Теней.

                *

  Густой туман на реке встал. Из-за него не увидели  беглецы на повороте корягу, опрокинулась лодка. Еле выбралась Няш-Ка из воды. Стала любимого кликать:
- Сам-Оха! Любимый мой, где ты, отзовись. Густой туман  всё заволок, не вижу я тебя! Сам-Оха!
- Здесь я, Няш-Ка, однако, здесь, рядом стою. Неужели от холодной воды, однако, плохо слышишь меня и не видишь, - Сам-Оха следом ходил за девушкой, но та не замечала его. Весь берег обшарила она в поисках своего Сам-Охи, пока силы не оставили её.
- Сам не пойму, что с ней случилось? – недоумевал влюблённый юноша. – Не видит меня,   кричу - не слышит.
- Беда, брат Сам-Оха, - услышал он рядом голос Арая, - не услышит  она нас и не увидит, потому как не люди мы теперь. Однако, так. Посмотри на себя и поймёшь всё.
- Где ты, Арай?  Из-за густого тумана не видно тебя, однако, - стал оглядываться тенью Няш-Ки Сам-Оха.
- Шаман околдовал нас, однако, так.   Не надо было прикасаться к этим самоцветным камням. Смотри, я теперь туман, а ты - тень, - печально сказал Арай и встал густым столбом возле девушки.
- Не верю своим глазам! – влюблённый юноша посмотрел на свои руки. – Но  я небесный камень свой Няш-Ке отдал.   Почему она  человеком осталась?  Значит,  камни эти нам не шаман  подсунул.
- Что это? От усталости мерещиться мне стало, - проговорила Няш-Ка, наблюдая, как её тень машет руками, а туман мечется вокруг. – Знаю, однако,  это шаман напустил на меня злых духов, потому что от сына его сбежала. Арая, однако, поймали, а Сам-Оха утонул. Что я наделала? Надо пойти повиниться, тогда Арая отпустят, и он сможет найти тело Сам-Охи. Похороню его, будет куда прийти и поплакать.

    С этими мыслями поплелась продрогшая до костей  Няш-Ка в селение, роняя горькие слёзы на небесный камень. Братья шли следом.

                *

- Доволен, что опозоренная Няш-Ка вернулась к своим родителям? – спрашивал шаман старшего сына.
- Так ей и надо! – воскликнул тот.
- Доволен, что родители невесты вернули весь выкуп тебе?
- Да, доволен!
- Рад ли ты, сын мой, что нет больше среди людей  двух братьев?
- Не будут  больше красть чужих невест!
- Если всё, о чем просил ты у духов, исполнилось, заплати им.
- Пусть берут всё, что угодно, что мне принадлежит.  У меня добра много, - смеясь, ответил жених.
- Нам и надо-то всего ничего, - зашипели духи, -  только твою чёрную душонку.

  Не успел шаман слова за сына замолвить, как упал тот замертво, удивлённо раскрыв глаза.

                *

   Пока жила Няш-Ка, братья  её не оставляли, следом ходили. Она так замуж и не вышла, кому  надо такую, умом тронутую. Няш-Ка каждый день ходила на реку и плакала по своему Сам-Охе и его брату Араю.  Болото скоро от слёз её образовалось. А когда пришёл конец её жизни, упала она в то болото из слёз своих.  Долго ещё горевали братья у могилы их верной Няш-Ки.  Жизнь человеческая коротка.  А кто измерит жизнь тени и тумана?

- Однако, так, я решил, - сказал как-то Арай Сам-Охе, - если хочешь, оставайся здесь, только я пойду искать новые земли. Помнишь,  мечтали о них, когда маленькими были?  Что нас здесь держит?  Могила Няш-Ки?  Плачь  не  плачь, а Няш-Ку не воскресить.
- Я, однако, с тобой пойду, братец Арай! Больно мне здесь оставаться, воспоминания печальней печального, - согласился Сам-Оха с братом и на прощание крикнул.   –  Няш-Ка, любимая моя, сколько жить буду, однако,  тебя не забуду. Пошли мы с братом другие земли искать.

   И поплыли братья над рекой Печ-Орой  искать новые земли.
 
   Болото Няш-Ки всколыхнулось, забулькало, загорелись голубые огоньки на нем. Поднялась с болота старушка тиной увешанная.  Засветился печально на груди её  небесный камень.

- Сам-Оха, Арай, куда вы? – прошептала Няш-Ка. – Нет, не слышат они меня. Где же мне найти их? Буду  двигаться вдоль реки, может, догоню братьев.

  Братья ж не останавливались, они  двигались навстречу новой жизни, новым испытаниям. Они много повидали, многому подивились. Иногда где-то останавливались, потом снова отправлялись в путь. И вот как-то оказались они на берегу бескрайнего моря. Тут засветился туман синими переливами. Удивились братья, да вспомнили, что у Арая камень остался самоцветный.

- Здесь останемся.  Однако, так, - решил Арай.
- Однако, болот нет. О Няш-Ке напоминать не будут, и боль в груди утихнет, - согласился остаться Сам-Оха.
- О чём это вы, братья, тут договариваетесь? – спросил их молодой парень, проходя мимо.
- Ты нас видишь? – удивился Арай.
- Однако, и слышишь! – воскликнул Сам-Оха. - Столько земель мы обошли, и только тут нас люди увидели.
- Не зря нас самоцветный камень тут остановил! - радостно проговорил Арай.
- Может, я и похож на человека, только я -  Дух Леса. А вас как зовут? – вежливо спросил парень.
- Дух? А как похож на человека. Меня зовут Арай, Дух Речного Тумана.
- Я, однако, Сам-Оха, Дух  Теней.
- Моё имя Пар-Мэ, я могу любой образ принять. Этот дар мне передал мой отец - Дух Древнего Леса.
- Вот бы нам так! – мечтательно произнёс Арай.
- Этот дар заслужить надо. Помогите  мне лес после ледника восстановить, я смогу вам  частицу моего дара передать.
- А что делать надо? Однако, мы с радостью поможем и так, - Сам-Охе сразу по душе пришёлся этот парень, как будто  он его уже знал.
- Видите горы, они безжизненные, на них рождаются кривые  слабые деревья. Вот бы плодородной земли где-нибудь достать.  Дёрна откуда-то приносит течением  после бури, но немного. Вот бы найти эту землю и сплавить к берегам моей земли. Мне не дано, как вам, отрываться от земли. Помогите  мне!

   Братья, не раздумывая долго,  отправились искать эту землю по бескрайнему послеледниковому морю. Нашли они его не так далеко. Это был остров с отвесными берегами. Вода подтачивала их, и они с шумом валились в море. Течение подхватывало дёрн, деревья и несло всё в сторону земли Пар-Мэ. Но доплывало очень мало. Дерн намокал и тонул. Только  одинокие деревья плыли дальше.

    На  самом острове жили люди. Им грозила гибель, так как их остров таял на глазах.
 
    Всё, что увидели братья, рассказали Пар-Мэ.

- Если бы мы были людьми, показали бы тому племени путь на твою землю.  Однако, так, - встревожено говорил Арай.
- Потом, однако,  попросили бы их свозить землю в лодках сюда, - продолжил мысль брата Сам-Оха.
-Племя людей на моей земле - это хорошо. Моя земля оживёт, - Пар-Мэ согласно закивал головой. - В моих силах дать вам на время человеческий образ.  Ещё вы будете всех понимать и общаться на любом языке.  По своему желанию сможете обращаться в любого зверя,  птицу, рыбу, но не больше человеческого роста и размера.   Как только вы выполните это задание, то снова примете образ тумана и тени.   И только  тогда  я смогу передать вам способность самим становиться людьми, для этого  и заключим  с вами договор.

   Арай с Сам-Охой были рады всему, что бы не предлагал Дух Леса. Им надоело без дела скитаться по свету. Они нужны тут, на земле Пар-Мэ.  Причастность к чему-то важному их вдохновляла. А когда приняли  свой привычный  человеческий вид, парней из племени Хан-Та, то с усердием взялись за работу.  Надо было изготовить лодку, чтобы плыть к острову. Выдолбили они её из целого ствола дерева каменными топорами.  Хорошо,  искать такое дерево долго не пришлось.  Их таких к берегу прибивало много.  Время потратили немало, поэтому и торопились на выручку к племени, что на острове жил.

   Не сразу нашли остров. Одно дело бесформенным туманом и тенью плыть над водой, а другое - на лодке людьми плыть против морского течения. То ветер поднимется, то дождь польёт, как стена, то ночь опустится. Но братьям всё нипочём: наоборот, в радость вновь ощутить запахи, свежесть, тепло, холод и даже чувство голода.  По плавучим деревьям и остаткам дёрна, встречающимся им по пути,  нашли тот остров.  С трудом по крутому берегу забрались. К селению направились. Смотрят, а к ним народ сам идет, как будто встречает.

- Народ Со-Ома, - сказал  седовласый старец и указал на соплеменников, потом ткнул себе в грудь и назвал своё имя, -  Кыд-Тау.
-Арай, - указал на себя молодой парень, - а это мой брат Сам-Оха.

  Народ Со-Ома все в замешательстве переглянулись. Они  слышали знакомую речь.

- Твой брат, Сам-Оха, тоже нас понимает? – удивленно спросил старик.
- Однако,  не только понимаю, но и говорю, как вы, - ответил он.
-  Духи воды нас услышали! Эти  братья спасут наш народ! – уверенно прокричал предводитель процессии. – Идемте в селение, нам надо вам всё показать и рассказать. А вам отдохнуть с дальней дороги.

  Вечером, после отдыха и сытной еды, все собрались на совет. Народ Со-Ома, как гостеприимные хозяева, сначала дали слово гостям. Арай и Сам-Оха рассказали, зачем они прибыли на остров и подробно описали землю Пар-Мэ. Передали его просьбу помочь ему, а потом жить на его землях.  Народ Со-Ома почему-то молчали. Тогда поднялся вождь племени, он не встречал братьев на берегу. Туда ходили только старейшие во главе с  шаманом.
 
-  Народ Со-Ома не может уйти на земли Духа Леса, пока… Пока Дух Со-Ома в плену сна, - оглядев унылые лица соплеменников, сказал вождь и сел.
- Народ Со-Ома! – пришёл  черёд действовать шаману. – Духи воды  послали к нам не зря этих братьев. Они освободят  Духа Со-Ома из плена. Позволит ли совет старейших поведать чужим  людям тайну племени Со-Ома?

   Долгая тишина повисла над собравшимися у костра людьми. Все застыли, ожидая ответа самых мудрых и самых старых людей племени.

- Мы очень старые, дни наши сочтены, - наконец встал один из них, - но ради  вас всех и будущих поколений, мы согласны, чтобы нам помогли братья с земли Пар-Мэ. Племя Со-Ома зашевелилось, загудело, как пчелиный улей.

   Шаман выбежал на середину и развернул на земле шкуру животного, подозвал братьев.  К шкуре подошли ещё вождь и старейшие племени.

   Перед братьями открылась  вся история народа в рисунках. На последнем они увидели дракона, похожего  на  речного спящего сома, но с перепончатыми лапами.  На спине его стоял остров.

   Шаман стал рассказывать:
- Очень - очень давно лед и холод прогнали наш народ на край  земли к  незнакомому морю. Народ Со-Ома долго жил на берегу моря. Это  был сильный и многочисленный народ. 
   Тепло солнца прогнало холод. Все радовались долгому лету, голубому морю. От длительного тепла  часть суши с  селением  оторвалась и поплыла  в море.   Оставшаяся  часть берега с людьми ушла под воду.  Все плакали, но не могли помочь  родными.
  Время шло. Опытные охотники стали рыбаками.  Остров с людьми долго носило по безбрежному морю. Иногда он подходил  к скалистой  земле, но разворачивался и стремительно нёсся в море.  Остров то опускался под воду до самых макушек деревьев,  то снова поднимался на поверхность. Землю с острова стало сносить. Всё терпели люди, лодки были всегда под рукой.  Уплывать далеко не могли, привязывались, так как остров мог неожиданно унестись вдаль морскую.
    Берега  народ больше не видел.   Плавучий остров остановился. Смелые рыбаки племени  опустились под воду и увидели огромное  спящее чудовище.   Теперь  народ знает, что  остров стоит   на спине  морского  дракона. Имя ему -  Дух Со-Ома.
 
  Шаман замолчал и обвел всех взглядом, а потом взглянул на братьев.
 
- Однако, мы беремся освободить Дух Со-Ома из  плена сна, - после долгого раздумья сказал Сам-Оха.
- Однако, так, - кивнул Арай.
- Что делать народу? – спросил вождь.
- Надо, однако, сплести длинные крепкие верёвки. Мы  опустимся под воду, - хитро улыбнулся Сам-Оха.

   С утра все взялись за дело. Даже дети племени ни в чём не уступали взрослым.  Кто лыко драл, кто  носил его из леса, кто плёл верёвки, кто скручивал из трёх тоненьких верёвок одну крепкую.
- Что ты задумал? - спросил брата Арай.
- Думаю, однако, сначала увидеть  Духа Со-Ома, а уж потом думать, что делать, - ответил Сам-Оха.
- Однако, так, - согласился Арай.

   Они взяли несколько готовых верёвок и отправились на лодке осматривать  остров. В том месте, где должна быть голова морского дракона, они привязали свою лодку к берегу. Отплыли, насколько позволила длина верёвки.  Себя привязали к лодкам, нырнули и обернулись в налимов, как научил их Пар-Мэ.

  Сначала братья освоились с незнакомым телом, научились управлять плавниками, хвостом. Только тогда пустились в плавание. Но верёвки хватило только до ноздрей  чудовища. Тогда они оставили верёвки и поплыли осматривать дракона на свой страх и риск.
 
  Оказалось,  морское  чудовище лежало на жерле подводного вулкана. Оно своим животом полностью его закрывало, как пробка  бутылку. Ноги и хвост дракона беспомощно висели на плаву.
-Как он, однако, застрял, - сказал Сам-Оха, - Ему сил не хватило, чтобы уплыть, однако!
- Его затянуло как в воронку.  Однако, так, - согласился с братом Арай.
- Это какую силу надо, однако, чтобы нам Духа Со-Ома освободить? – задумался  Сам-Оха.
- Поискать надо под водой. Однако, так, - предложил Арай.

   Братья отправились искать кого-нибудь, не выпуская из вида морского дракона. Вулкан, притянувший чудовище, был в подводном мире не один. Перед братьями открылась целая цепь подводных гор. Некоторые из них когда-то  извергали огонь и лаву.  Все они были заселены невиданными рыбами, ящерами, каракатицами. В кратере одного из потухших вулканов они заметили шевеление. К ним поднимался монстр, казалось, намного больше, чем тот, который они видели когда-то во льдах. Он уставился на них огромным, но добрым глазом.

- Вот кто нам, однако, поможет, - обрадовался Сам-Оха и смело поплыл к необычного размера чудовищу.
- Мы с братом  поражены твоей силе и мощи, однако! Можно попросить тебя о помощи? -  стал кричать  он ему прямо в ухо.
- Не кричи, я хорошо слышу. Зовите меня Многоног,  -  ответил гигантский монстр.  -  Как вас зовут? Чем вам помочь? 
- Сам-Оха я, однако, а это -  брат Арай. Помогите нам, однако, столкнуть с места морского дракона, - братья  отплыли от монстра на расстояние, чтобы тот их мог разглядеть.
- Этот дракон уже там давно. Он дремлет, потому что из вулкана  порой  выбрасывается  сонный газ. Он бы уплыл, но после выброса газа в жерло засасывает воду и всех, кто рядом. Мы к нему никогда не подплываем, - объяснил  Многоног.
- Нам очень надо, однако, освободить это чудовище, - взмолился Сам-Оха.
- Однако, так, - поддержал Арай.
- Если так надо, то я помогу. Но мне одному не справиться. Сначала надо дождаться, когда газ приподнимет дракона над жерлом вулкана, тогда  утянуть
его за хвост на дно морское, на глубину.  Когда воду начнёт в воронку засасывать, мы на дне лежать  должны.  Для этого и  надо ещё  кого-нибудь позвать, - стал объяснять Многоног.
- На глубину? Нет, нельзя, там, на драконе, земля, остров.  Там люди на острове. Они все погибнут, когда морское чудовище утянем на глубину. Однако, так, - заволновался Арай.
- Люди? Так вы из-за людей дракона  освобождаете? – удивился Многоног
- Да, однако, там народ Со-Ома скоро без земли останется, без острова, - сказал Сам-Оха.
- Мы хотим им помочь. Однако, так, - объяснил  Арай.

   Монстр вдруг расхохотался.

- Людей спасти! Ха-ха- ха! Они решили их спасти! Хо-хо-хо! Им не жалко дракона, жалко людей! Ой, насмешили же вы меня, братья - налимы!

   Арай и Сам-Оха недоумённо переглянулись.

- Ры-ы-ы-бы спаса-а-а-ют  люде-е-е-й! – не понимая почему, братьям не смешно, снова растягивая каждое слово,  проговорил морской монстр.
- Да, да, однако, - понял и засмеялся  Сам-Оха, - мы с братом  тоже когда-то были… людьми.
- Что? – пришло время удивляться монстру.
- Нас, однако,  заколдовал шаман, и мы стали т…
- Рыбами! Однако, так! – вовремя перебил Сам-Оху Арай.
- Ладно, уговорили! Будем спасать всех!  Предлагаю второй вариант спасения: я с разбега сталкиваю дракона с места и что есть духу, несу его в свой  кратер вулкана, пока меня не затянуло в воронку.  Как этот план?
- Однако, люди наверху?
-Ах, да!
- Людям придётся покинуть остров. Однако, так, - решил Арай.
- Однако, ты прав, брат, -  вильнул хвостом Сам-Оха. -  Согласятся ли они?
- Расскажем им всю правду, согласятся. Однако, так, - решительно настроился Арай. – Верёвки пригодятся все, и надо их сплести покрепче. Привяжем Многонога, дракона и себя к ближней скале, чтобы  в воронку не затянуло.   Будем за них тянуть дракона. Его бы только столкнуть с места.
- Я придумал, - снова, предложил Многоног, - обвязываем дракона, дожидаемся, когда его приподнимет над вулканом газовым пузырем, и тянем его за верёвки за ближнюю двуглавую скалу.  Вода начнёт  тянуть нас в жерло вулкана, дракон застрянет  в расщелине. Вы прячетесь в пещеру этой скалы.  Сначала меня удержат верёвки, а потом я перехвачусь всеми  щупальцами за камни.
- А как, однако,  освободим дракона? Он же застрянет, - не соглашался с новым планом доброго монстра Сам-Оха.
-Ну, хорошо, привяжем дракона,  верёвок бы хватило. Поплывёте  вокруг скалы навстречу друг к другу, петлю сделайте.   Когда дракона обратно потянет, верёвки и затянутся.  Так и решили сделать.

  Братья, немного поплутав, нашли дорогу домой. Народ Со-Ома встретили их восторженными криками. Ведь братья провели под водой целый день.

- Вы великие шаманы! - воскликнул старец.
- Дух Леса,  что зовёт вас на свои земли,  наделил нас способностью обращаться в разных животных и рыб, - успокоил  людей  Сам-Оха.

   Когда все отдохнули  и уселись у вечернего костра,  братья рассказали о своем подводном путешествии. Предложили народу покинуть остров, обещали освободить Дух Со-Ома, морского дракона.

    Многие уже соглашались, но вождь народа был непреклонен.
 
- Дух Со-Ома спас наш народ от гибели, когда братьев наших поглотило море. Он носил нас повсюду, ища нам новую землю. Он был у цели, когда попал в ловушку сонной горы. И вы хотите бросить его? Или мы вместе поможем Духу Со-Ома, или вместе погибнем, - таков  был ответ смелого вождя.
- Тогда, однако, надо делать плоты.  Мы с братом Араем привяжем их  к верхушкам подводных скал. Когда, однако, сдвинем с вулкана  Дух Со-Ома, вы на плотах  тяните, что есть сил, морского дракона.  Как только верёвки потянет обратно, крепите за плоты, - согласился  Сам-Оха.

    Такое решение всем пришлось по душе.

    За несколько дней были срублены все крупные деревья на острове и связаны плоты. Их отогнали подальше от острова к подводным скалам и закрепили. В назначенный день всех детей и стариков оставили в лодках  на безопасном расстоянии, а   все взрослые  собрались на плотах. Ждали сигнала, у каждого в руке было по веревке, каждый знал, за какой кол её привязывать.
 
   Издалека они увидели, как остров их сначала медленно приподнялся из воды, потом резко  дернулся в одну сторону, потом в другую и поплыл к ним, стремительно набирая скорость. Все дружно стали травить верёвки. Вдруг раздался  оглушительный свист, переходящий в шум водопада. Верёвки из рук стало рвать. С трудом сдерживая натяжение, помогая друг другу,  люди закручивали верёвки за толстые колья. Потянуло плоты, погружая их в воду. Люди оказались в воде. Они хватались  друг за друга, за свободные концы верёвок, чтобы не уплыть к воронке. Течение было таким сильным, что  лодки с детьми и стариками показались на горизонте. Их грозило затянуть в водоворот. Но ни крика, ни плача  не было слышно. Все стойко терпели испытание:  одни  гребли против течения, что есть силы, другие держались друг за друга, обмотав себя верёвками.

   Скоро сила течения уменьшилась, но не прекращалась, как  обещал братьям Многоног.  Туго приходилось всем. Вода,  хлынувшая в огромный кратер потухшего вулкана, потянула за собой всё, что  было не закреплено. Понеслись в неведомые подземные лабиринты морские воды со всеми её  жителями. Ни остановить потока, ни вскарабкаться по скале на поверхность. Приплюснуло к горе  братьев: не успели они нырнуть в пещеру, увлеклись, когда петлю закручивали. Дракона морского все же развернуло потоком, и попал он в расщелину. Многоног запутался в верёвках, только они и спасли его. Сам он за что ни цеплялся, срывался. Так и повис, болтаясь в водовороте. Потом, когда течение ослабло, стал подтягиваться, медленно выбираясь из воронки.

   Время шло, а течение не прекращалось, оно лишь, замедлялось.  Скоро на поверхности показались  верхушки скал, к которым были привязаны плоты. Гребцам на лодках удалось справиться с течением и обойти водоворот стороной.  Плоты показались над водой, и на них забрались измождённые люди.  Появился на поверхности морской дракон, застрявший в расщелине. Многоног, подтягиваясь за верёвки,  показался над водой. Он поднял из воды своё огромное щупальце, за которое крепко привязались братья.
    Тут  затрещала двуглавая скала, и одна её часть с шумом рухнула в воду. Это ожил морской дракон и сам выбрался из расщелины.  Он ушёл под воду и вынырнул возле Многонога.
- Не знаю, как благодарить вас, Арай и Сам-Оха? – сказал дракон.
- Благодари не только нас: если бы не Многоног, если бы не люди племени Со-Ома.  Мы все вместе освободили тебя из плена сонной горы.
- Как я могу отблагодарить вас? – снова спросил Дух Со-Ома
- Отвези, однако, всех людей к земле Пар-Мэ и скинь там с себя весь остров. Дух Леса просил плодородной  почвы, а то на камнях его ничего не растёт.
- Дорогу покажете? – только и спросил морской дракон.

                *

   Как же был поражён Пар-Мэ, когда вода стала отступать. На поверхности показалась плодородная земля. Скоро перед Духом Леса раскинулась огромная холмистая равнина, по которой вместо моря текли реки. Все они стекались в одну широкую и полноводную Большую Реку.

- Река вместо моря, Мать Всех Рек – Ка-Ма, - произнёс  Пар-Мэ. Тут внимание его привлёк огромный остров, плывущий по воде. С этого острова  ему, Духу Леса, кричали и махали руками люди.
- Люди? Они видят меня? – удивился Пар-Мэ. Он спустился к ним ближе.

  Остров остановился. Из воды показалась гора с глазами, затем появились несколько длинных  щупалец. Они осторожно подняли остров и установили его в прибрежную впадину. После этого из воды всплыл ещё остров и перегородил всю реку. Течение развернуло его, и  показалась голова «острова». Это был морской дракон. Люди  громко приветствовали Дух Со-Ома.
   
- Мы, однако,  выполнили твоё поручение, - сказала тень Пар-Мэ.
- Однако, так, - подтвердил густой  туман и окутал ноги Духа Леса.
- Вы не только выполнили моё поручение, вы подарили мне землю. Я выращу на ней прекрасный лес, где будет жить смелый, добрый, мудрый народ.
- Народ племени Со-Ома. Однако так, - добавил Арай.

   Неожиданно вся округа осветилась мягким синеватым сиянием от небесного камня Арая.

- Сам-Оха, это знак!  Мы с тобой обрели свою землю! Однако так! - воскликнул Арай.
- Народ Со-Ома обрел свою землю! – крикнул  вождь.

   Все люди дружно поклонились Духу Со-Ома и Многоногу. Те погрузились в воду. Затем весь народ повернулся и низко поклонился Духу Леса, Духу Речного Тумана и Духу Теней.

- Живите! – стукнул о землю  посохом Пар-Мэ. И тут же срубленные  для плотов деревья дали молодую поросль и потянулись к солнцу. Голые деревья покрылись корой. Примятая от воды трава зазеленела. Прилетели птицы. Жизнь возродилась. А иначе и быть не должно.

                *

- Вот и всё, однако, - закончил свой рассказ Сам-Оха.
- Но вы с Араем так и не сказали, в чем заключался ваш договор  с Духом Леса, - снова поинтересовался Бэр-Мэ.
- Договор такой: мы помогаем Пар-Мэ, а он одаривает нас способностью обращаться в человека раз в сто лет. Однако, так.  Если захотим, то можем  быть в образе человека сразу десять дней в тысячу лет. Мы этой способностью очень дорожим и используем по  самым - самым важным случаем. Однако, так, - пояснил Арай.
- Обращая нас в людей теперь, он делал это, однако, помимо договора, так как пришло время, - добавил Сам-Оха.
- Как же вы долго живёте, оказывается!- удивился юноша.
- Это разве долго? Пар-Мэ живёт ещё дольше, так как видел крушение Звёздного Дракона. Однако, так, - сказал Арай.
- А вы не знаете, какую вещь он передал Хан-Мей для духов гор Каменного Пояса? – поинтересовался Бэр-Мэ.
- Нет, однако, не знаем. Он до поры тайну никогда не открывает. На то он и Дух Леса,- безмятежно  ответил Сам-Оха.

                *

   Так рассказывая о своих приключениях,  путники достигли  водораздела. Предстояло перейти лесистые горы и найти любую речку или ручей, все они за горами текли на север.
   Братья умело разобрали лодку, скрутили шкуры, разделили поклажу на троих. Отправиться дальше решили с утра.
 
   Бэр-Мэ дежурил первым, а задремав, услышал стон.

- Помогите…, помогите… - различал он слабый зов о помощи.

   Юноша не стал будить братьев, отправился на голос один. Освещая себе путь небольшим факелом, он внезапно наткнулся на старика. Тот из последних сил полз на свет. Юноша помог старому человеку, уложил его на своё место и дал попить тёплого навара с ухи.

- Спасибо…- проговорил странный гость и закрыл глаза.
- Кто это?- спросил  Арай, разбуженный Бэр-Мэ.
- Узнаем утром. Вставай, твоя очередь костёр поддерживать, - сказал юноша.

                *

- Может он умер, однако? – вполголоса спросил Сам-Оха.
- Дышит…- успокоил Арай, послушав старика.

   Путники давно встали, но не могли идти дальше, так как ночной гость лежал на вещах Бэр-Мэ. Ждать пришлось до полудня.

-Я иду на родину умирать,- раздалось взади.

   Юноши, сидевшие у костра, оглянулись. Перед ними стоял высокий седовласый старец.

-Ты знаешь наш язык, однако!- удивился Сам-Оха.
-Вы проходили по реке недалеко от меня, разговаривали на знакомом мне языке. Вам в те же края, что и мне. Я пошёл за вами, но силы меня оставили. Позвольте идти с вами. Часть  вашей ноши я понесу, а своей у меня  нет, - старик замолчал.
- Пойдём завтра, - решил Бэр-Мэ, - А пока всем ловить рыбу, запасаться ягодами, грибами, кореньями, набираться сил.

  Как не пытался Бэр-Мэ разговорить странного старика, тот не проронил ни слова. Он говорил только, что идёт умирать на родину и  что ему по пути с ними.

   Наконец путники наткнулись на ручей и весело зашагали вдоль него. Когда  можно было плыть, Арай и Сам-Оха ловко смастерили каркас лодки из тонких жердей и обтянули его шкурами.

   Гребли по очереди. Плыть по течению было легко. Из речки в речку путники добрались до полноводной реки Печ-Оры. Племена, живущие по берегам северной реки, были дружелюбные, но все в один голос отговаривали  юношей плыть дальше Большого Поворота Реки.

- Нельзя туда,  там стоит большое племя, грозное племя Нга-Насан.   Жестокие воины ездят верхом на оленях, охраняя  свои границы и на земле, и на воде, - говорили вожди племён. -  Никого не пропускают ни к  Ледяному морю, ни обратно,  всех пленяют. Никто не возвращался оттуда. Говорят  Злой Дух Нга-Насан овладел людьми того племени.
- А давно она, то есть Злой Дух завладел людьми? – неожиданно спросил седовласый старец, странствующий с юношами.
- Наши дети тогда только родились, а теперь и они внуков нянчат, - ответили старейшины  племени.
- Странно…, - проговорил старик и снова замолчал.
- Почему ты назвал Злой Дух женским именем? – спросил Бэр-Мэ, а увидев тень на лице старца, решительно сказал. - Мы пойдём туда всё равно! Другого пути нет!

   Как осторожно не пробирались путники вдоль берега, их  всё равно заметили. Вся река со скалистых берегов  была как на ладони. Только  лодка сравнялась с отвесной стеной, как огромное стадо  оленей показалась на берегу. Это было не просто  северные олени, это было войско  Нга-Насан. Воины смело направляли оленей в воду и те привычно прыгали с высокого берега.

   Плотно окружив лодку с путниками, всадники направили её к пологому берегу. Там, не размыкая кольца, сопроводили пленников в стойбище. Встретила их  грозная старуха  верхом на олене в сопровождении воинов племени.

- Зачем не слушали людей? Зачем на верную смерть шли по реке? Ищите её? Чем вам жизнь ваша не мила? – стала допытываться она.
- Смерть мы не ищем, - смело отвечал Бэр-Мэ. – Ищем мы Няш-Ку, возлюбленную моего друга Сам-Охи.  Она  осталась далеко на севере, там, где река Печ-Ора впадает в Ледяное море.
- Зачем обманываешь меня? Много лет я стою на реке.  Мимо меня ни сова не пролетит, ни сом не проплывёт. Все храбрецы мертвы, а вас я вижу в первый раз, - злобно усмехнулась Нга-Насан.
- Братья Арай и Сам-Оха оставили ледяные берега моря очень давно, тогда твоё войско ещё не стояло здесь, путь был свободен, - Бэр-Мэ растерялся, он не мог сообразить, как всё объяснить воительнице.
- Ха!  - та от удивления подняла лохматые брови. – Вы живёте вторую жизнь?

   Воины племени засмеялись.

- Не можем мы задерживаться, идти нам надо, отпусти нас, Нга-Насан! - воспользовался общим замешательством Бэр-Мэ. Он решил говорить правду. – Нам надо найти Няш-Ку и голубой небесный камень, подаренный ей Сам-Охой  в знак вечной любви.
- Камни я люблю! – сверкнула очами старуха. – Ты принесёшь мне этот камень. А твои друзья останутся у меня в плену.
- Небесный камень сам выбирает с кем ему быть. Тот, что мы ищем, выбрал Сам-Оху и его невесту Няш-Ку. Это камень истинной любви, доброты, верности, - стал объяснять юноша.
- Верность! Доброта! Камень Любви!– не вытерпела Нга-Насан. – Нет истинной любви! Верности нет! Доброты никакой  нет! Мир держится на насилии. Кругом одни предатели и воры. Людям надо не любовь и доброту, а богатство и власть!
-Это твой мир таков! Наш иной! – неожиданно выкрикнул старик. Он стоял позади юношей и от слов властной и злобной старухи почернел. – Время не изменило тебя, моя любимая Нга-Насан. Твоё сердце так и не познало настоящей любви!
- Ты?!... Ты живой?!... -старуха не смела пошевелиться.
- Да! Я живой и нашёл тебя! Теперь твой черед выполнить обещанное – быть моей женой! Быть мне послушной, верной, любящей, доброй женой! – говорил старик  и медленно подходил к воительнице.
- Не подходи ко мне! – закричала старуха и свалилась с седла. – Не прикасайся ко мне! Нет!  Не верю! Ты не мог меня найти! Я всё сделала, чтобы ты меня не нашёл!  Нет! Нет любви! Я не люблю тебя!..
- Моей любви хватит на двоих, моя Нга-Насан!  Моя злобная, гнусная Нга-Насан! Моя лживая, коварная Нга-Насан! Моя кровожадная и все равно любимая Нга-Насан, - старец подошёл  вплотную и резко обнял вопящую предводительницу  злобного племени. Та успела выхватить ножи и стала колоть старика. Он только крепче сжимал в своих объятиях непокорённую возлюбленную. Скоро оба затихли в смертельных объятиях друг друга.

   Тишину нарушил один из старейших воинов племени.

- Злой Дух Нга-Насан покинул нас! Мы свободны! – закричал он, обращаясь к соплеменникам.

   Тут же огромное войско снялось с реки и скрылось в неизведанных просторах великой тундры.

- Мы даже не узнали его имя, однако, - растерянно сказал Сам-Оха.
- Однако, так, - печально добавил Арай.

   Прошёл день пути в раздумьях и спорах о силе истинной любви.

   Камни на груди Бэр-Мэ и Арая заискрились.

- Что это? Неужели мы приближаемся к морю? – забеспокоился Бэр-Мэ
- Нет, до моря  очень далеко. Однако, так, - удивлённо оглядываясь, ответил Арай. – Небесные камни говорят нам, что слышат Няш-Ку. Смотрите, болота кругом реки Печ-Оры растеклись. Тут тогда их не было. Всё кругом изменилось. Однако, так.
- Няш-Ка! – закричал Сам-Оха, оборачиваясь тенью.
- Няш-Ка, отзовись! – Арай растёкся густым туманом над ближним болотом.

   Засветилось ближнее болото, зашевелилось, поднялась из болота старуха,  тиной увешанная.

- Где вы, братья? Я слышу вас!  Сам-Оха, любимый мой, отзовись, покажись! –  Няш-Ка, оглядываясь, вышла на берег реки.  Видит: в лодке человек стоит, в её сторону глядит, улыбается.
- Нет, не Сам-Оха это. Видно,  послышалось мне, однако.   Но отчего небесный камень мой светиться стал? Отчего, однако, туман вокруг искрится? Отчего парень молодой радуется, мне  рукой машет?

   Встали перед Няш-Кой  тень и туман, образ парней  приняли.

- Няш-Ка, любимая моя, это я, однако, Сам-Оха! – протянула тень руки.
- Няш-Ка, не пугайся, на нас шаман заклятие наложил. Сам-Оха твой Духом Теней стал, а я Духом Речного Тумана. Однако, так, - быстро проговорил Арай.
- Так вы всю жизнь со мной были? А я думала, однако, что это  от слёз моих  тени пляшут и туман кругом, - обрадовалась Няш-Ка, зарделась, и вместо старушки братья молодую Няш-Ку увидели.
 
  Кинулись они её обнимать и забыли совсем, что духи они. Как в былые времена взглядами друг друга ласкают, руки жмут.

- А я, братья, за вами следом шла.  Вы, однако,  другие земли искать отправились. Слышать вас стала, когда умерла, но видеть не видела. Сил подняться не было. Теперь  я дух, как и вы. Все зовут меня Дух Болотной Тины или старуха Няш-Няш.
- Какая же ты старуха, однако?  Для меня ты всегда молодая и красивая девушка Няш-Ка, - Сам-Оха не сводил глаз со своей возлюбленной.
 - Для меня тоже, ты Няш-Ка. Однако, так, - Арай светился от счастья, его брат нашёл свою любимую, они наконец-то  вместе.
- Пора собираться в обратную дорогу! – крикнул с реки юноша.
-Это наш друг, однако, Бэр-Мэ, – объяснил Сам-Оха, - он человек, но видит духов. Нам надо возвращаться, ты поедешь с нами. Я теперь, однако, с тобой  никогда не расстанусь.
- Мы с тобой не расстанемся никогда. Однако, так, - уточнил Арай.
- Мне надо проститься с друзьями. Они мне всегда помогали, - сказав это, Няш-Ка обернулась в сторону болота.    Со всей округи слетелись местные духи.

- Меня нашёл мой Сам-Оха, и я иду с ним. Прощайте! Спасибо вам за всё!– Няш-Ка всем поклонилась.
- Нам будет не хватать тепла твоего сердца, - сказал Дух Мха.
- Нам будет не хватать света от твоего сердца, - сказал Ягодный Дух.
- Нам будет не хватать рассказов о твоей любви, - сказали на прощание  духи Карликовых Берёз и Низкорослых Сосен.

   Небесный камень на груди Няш-Ки засверкал.   Свет от него растёкся над болотом, рекой, тундрой.   Отразился даже в небе, переливаясь всеми цветами радужного сияния.

   Попрощавшись со всеми,  друзья отправились в обратный путь.

                ***

- А где Няш-Ка, почему она не с вами?  -  поинтересовались лешие, когда Арай окончил рассказ.
- Няш-Ка, однако, теперь Дух Болотной Тины, не может долго жить без болот. Мы часто останавливались, однако, чтобы она подпитывалась болотным духом. Как только мы вернулись, Няш-Ку устроили на ближнем болоте.  Она отдыхать будет, однако, до весны, - объяснил Сам-Оха.
- Няш-Ку зовите Няш-Няш, она Дух. Однако, так, - добавил Арай.
   В избушку к лешим кто-то постучал…


Рецензии