Судьба Монаха или Провидец по воле Бога

ИЗ ЗАПИСОК МОНАХА.


Его что-то выделяло из толпы, как бы он не хотел с ней слиться. Его выделяло какая-то ненормальное спокойствие, которое выражалось  во всём: в его взгляде, в его жестах, голосе, улыбке, и даже левой руке, всегда небрежно запихнутой в карман пальто, которое он снимал только зимой и во всём другом чувствовал себя очень неуютно, мучительно ожидая весну, только чтобы  побыстрее переодеться в своё любимое серое потрёпанное уже пальто. Действительно, его жизнь была такая же размеренная и степенная, как и сам он, и не потому что он так хотел, просто его мало что могло удивить в этом мире, кроме хорошего прогноза на завтра. Но в своей жизни он повидал  всё же многое. Сложно объяснить, перечислить в двух словах То, что  ему пришлось пережить, испытать на своём веку, но поверьте, это было не мало. Бурной и такой непредсказуемой была его молодость, но именно в ней он не на шутку заметил за собой странные вещи, которые всё чаще и чаще происходили с ним, которые он сначала принял за сумасшествие и очень долго, не давая этому явлению особого значения, просто скрывал от всех, считая это своим пороком.  Он никогда не верил в случайности, Но Мог ли он тогда подумать, что когда-нибудь, что именно это станет с годами делом, делом его жизни?!...  Конечно, Нет. Он никогда об этом не думал. Он не знал. Он не понимал. Он не воображал. И не угадывал. Он просто Видел.  Причём, видел То, что никак обычно не было связанно с ним самим. Тогда, когда этого сам не хотел и вообще не думал об этом. Он видел, этого сам не желая,  видел, как прошлое. Но управлять этим Процессом сам он не мог. И это отличало его от других провидцев, это не давало ему развязать руки. Другой бы на его месте уже давно воспользовался своим Даром в не самых лучших целях и получил бы Всё. Но не он. Он считал низким пользоваться этим. И даже говорить об этом поначалу просто стеснялся и считал ненужным.  Выяснилось это, то есть, стало известно широкой публике, совершенно случайно, по случаю, дело в том, что служил в церкви: успокаивал мучеников своим добрым словом, наставлял на путь истинный заблудших грешников, поддерживал праведников, просветлял непросветлённых,  и так,  однажды, в эту церквушку, стоявшую на берегу засорённой реки, зашёл один уже отчаявшийся человек, он зашёл, весь дрожа, в нескрываемых слезах, еле живой, и поделился с ним своей бедой: его дочь уже несколько месяцев почти не вставала с постели, лена лежала в лихорадке, просила о помощи, но не один врач не мог ей помочь и определить, хотя бы  высказать предположение, чем она больна. А девушке становилось всё хуже и хуже. Надежды на выздоровление уже не оставалось. Отец не мог смотреть на неё спокойно, но и помочь он тоже ей ничем не мог. У него уже опускались руки, и единственная надежда, которую он начал испытывать последнее время, была только …на Него. Внимательно выслушав историю до самого её конца, Молодой Монах  с состраданием посмотрел  на отчаявшегося отца, и упустил в исступлении глаза, понимая. Что сделать ничего не может, ведь он всего лишь монах, а не лекарь, он владеет только своим словом, идущим  от сердца, И Бог для него совсем не тот, в которого веруют все, кто приходит к нему за помощью, Бог для него находится намного ближе, но этой мыслью своей  он старался с кем не делится, ведь это бы послужило бы весомой причиной для его изгнания из церкви,  это для него было страшнее всего, ведь он хотел помогать людям, и церковь для него была единственным приютом в этом грешном мире, в котором он видел смысл. Мужчина, потерявший  последнюю свою надежду, полностью убитый вышел из церкви.  Монах был почти также убит тем, что оказался не в силах помочь в этой беде. Но  вдруг представил на миг эту девочку, которая умирает в своей кровати от неизвестной болезни, отца, склонившегося над её кроватью в немой скорби. И неожиданно что-то случилось в его сознании. Он замер на миг, словно Безумец, и вдруг он увидел ответ. Да, именно увидел то, что никак не мог себе объяснить, но, каким-то образом,  он не только твёрдо знал, чем больна эта девочка, но и знал, как она выглядит, и даже, что она сказала отцу, уходящему  сегодня из дома.  Просмотрев эту картину до конца, он понял, что он должен сказать мужчине обо всём, что он видел только что перед собой, и поспешил догнать отчаявшегося мужчину. Он, к счастью, ещё не успел даже перейти порог церкви, когда монах остановил его на полпути и рассказ ему всё, что видел: Ваш девочка не больна, - кричал монах на всю церковь, запыхаясь от волнения -   Она беременна. Уже третий месяц.» Отец в недоумении, ещё не до конца понимая, что сказал монах, повернулся к ему, его лицо вдруг  сделалось ярко красным и в голове промелькнула какая-то мысль и после долгого молчания он всё-таки заговорил: «Вы уверены?... – удивился мужчина, ошарашенный таким разворотом событий. - Вы в этом уверены, правда??.. Я же…Я же всегда  мечтал о внучке… Нет-нет! У вас будет внук. – вдруг серьёзным видом добавил Монах. «Внук…» - не веря своим ушам произнес за монахом мужчина…пытаясь поверить...в услышанное,  Окружающие тихо замерли за монахом и мужчиной тоже в неком недоумении наблюдая эту картину. Отец, не верящий пока мыслям  монаха, помчался домой, за  подтверждением услышанного. А монах,  немного  удивленный сам своими же словами, сказанными только что, поправил свой ремешок и вернулся на службу.  На все вопросы, как ты смог это увидеть, монах ничего не мог ответить людям,   Но через 6 месяцев Отец этой девочки, а  теперь уже и дед, и сама девушка с родившимся сыном    пришли с подарками к монаху, говорить ему «Спасибо». Так нелепо, совершенно случайно, но, в то же время, конечно, во время,  и открылся людям его так называемый талант, который с годами он усовершенствовал. Теперь к нему приходили со всех  районов, городов и деревень, а церквушка, с тех пор, из-за этого обрела огромную известность и стало чуть ли не самой богатой церковью в городе. 
Да, именно так и должен был закончиться мой рассказ. Но. Потом…Всё было совсем иначе…