Белый Свет. Сценарий КМ

БЕЛЫЙ СВЕТ

Андрей Шахраманов

Оригинальный сценарий




Mr_chef@mail.ru



НАТ. ЗАХОЛУСТНЫЙ ПОЛУСТАНОК - ДЕНЬ

На пустом перроне на складных стульчиках сидят несколько старушек, торгующих картошкой, кукурузой и семечками.
Приближается скорый поезд. Поезд останавливается, открываются двери. Несколько пассажиров выходят на перрон, закуривают.
На перроне появляются два человека – один седовласый мужчина лет пятидесяти, в черном одеянии священнослужителя, и его спутник, мужчина сорока лет ЕГОР Костров. Егор одет вполне обычно – кроссовки, джинсы и ветровка. В руках у священника дорожная сумка.
Егор идет чуть впереди. Сумка от фотоаппарата у Егора перекинута через плечо, в руке билет.
Мужчины идут вдоль поезда и останавливаются у вагона.

ЕГОР
Здесь. Успели.

Священник передает Егору дорожную сумку.
Из окна вагона, на мужчин смотрят два студента - СЕРГЕЙ и МИЛА.

ИНТ. КУПЕ – ДЕНЬ

В купе трое студентов – Сергей, Мила и ДЕМАДЖ. Сергей и Мила сидят на нижних полках за столом и пялятся в окно, Демадж увлеченно играет на игровой приставке в какую-то стрелялку, иногда громко комментируя игру.

ДЕМАДЖ
И … вот так!

Из приставки доносятся звуки выстрелов и взрывов.
Сергей встает и открывает окно. Мила наблюдает за Егором и священником на перроне. Доносятся обрывки фраз.

НАТ. ПЕРРОН- ДЕНЬ

ЕГОР
Рад был повидаться.

Мужчины прощаются, обнимаются напоследок.
Егор направляется к входу в вагон. Оборачивается, машет рукой.

ЕГОР
Береги себя.

Священник беззвучно читает молитву, глядя Егору вслед, осеняет его крестным знамением.
Егор поднимается по ступеням и скрывается в вагоне. Поезд неспешно набирает ход.
На перроне стоит священник и провожает взглядом удаляющийся поезд.

ИНТ. КУПЕЙНЫЙ ВАГОН – ДЕНЬ

Егор идет вдоль вагона и, найдя свое купе, открывает дверь.
ИНТ. КУПЕ – ДЕНЬ

Открывается дверь в купе, Мила и Сергей, оторвав взгляд от пейзажа за окном, смотрят на Егора. Дэмадж продолжает играть.
ЕГОР
День добрый. Кажется здесь мое место.

Мила встает с застеленной и покрытой одеялом нижней полки и пересаживается к Сергею.

МИЛА
Я там ничего не помяла.

ЕГОР
Ничего страшного.

Егор достает из дорожной сумки пакет, а сумку убирает в ящик полки. Егор садится и добродушно улыбается ребятам.

ЕГОР
Давайте познакомимся. Меня зовут Егор.

СЕРГЕЙ
А отчество?

МИЛА
Да вы не слушайте его, он подкалывает.

ЕГОР
А, это типа я пожилой?

МИЛА
Ага. Но нет, вы не древний.

СЕРГЕЙ
Ну… не то чтобы…

МИЛА
Да заканчивай ты, придурок.
Это Сергей, а это Демадж, вообще-то он Дима, но, почему-то отзывается на Демадж.
 

СЕРГЕЙ
Просто сильно поврежден.

МИЛА
Или очень вредный. От слова вред. Хотя, если перевести как ущерб, то получится еще забавнее прилагательное.

ДЕМАДЖ
Сами вы уроды.

ЕГОР
Вот и познакомились.

Егор пристраивает сумку с фотоаппаратом на полке.

МИЛА
Вы фотограф?

ЕГОР
Нет, я журналист, корреспондент, а фотографирую на любительском уровне.

МИЛА
Ой, а я тоже люблю фотографировать, мы с отдыха едем. У Демаджа там бабушка на море живет, а мы с Серегой решили вместе с ним поехать. У нас такие прикольные фотки получились, хотите покажу?

СЕРГЕЙ
Да отстань ты от человека. Кому твои фотки интересно смотреть?

МИЛА
Ты становишься как Демадж, ему тоже ничего не интересно.

Демадж отвечает, не отвлекаясь от игры.

ДЕМАДЖ
Сами вы уроды.

Егор ложится на свое спальное место, листает журнал. 

СЕРГЕЙ
Вы что, в каком-то православном издании корреспондент?

ЕГОР
С чего вы взяли?

СЕРГЕЙ
Ну, вы там с попом общались вроде, обнимались с ним.

ДЕМАДЖ
Церковники дурачат народ и зверски обогащаются на доверчивости людей.

Демадж, свесившись с верхней полки, многозначительно смотрит на Егора. Затем его вновь поглощает игровая приставка.

ЕГОР
Отец Илларион хороший человек, бескорыстный человек. Его стараниями восстановлен храм в деревне, отремонтировали школу, у людей работа появилась. Обрабатывают землю, вырученные деньги вкладывают в развитие деревни. Все отец Илларион организовал.


Демадж не отвечает.

ЕГОР
Вы свои выводы на основании чего делаете?

ДЕМАДЖ
Читал библию. Набор сказок и легенд.

ЕГОР
А вы не думали, что те заповеди, которые там изложены и даны людям, есть основа любого общества? Что без ограничений невозможно развитие общества? Что эти заповеди и не дают человеку опуститься до уровня животного?

СЕРГЕЙ
Тогда отчего же люди постоянно эти заповеди нарушают? Не оттого ли что это просто правила? 

МИЛА
Не знаю, а я верю, я даже крещеная.

ЕГОР
Никто ведь не заставляет вас верить, но к тем, кто искренне верит, следует проявить уважение. Это не повод для насмешек.

Демадж не прекращает игру. Мила сидит, поджав под себя ноги, Сергей что-то разглядывает в своем смартфоне, в ушах наушники.

МИЛА
А вы сами верите?

ЕГОР
Трудно сказать. Я всю жизнь был материалистом, никогда не верил в существование высшей силы. Но порой случаются такие вещи… странные вещи. Не объяснимые.

МИЛА
И что это за случаи?

Егор вздыхает, откладывает в сторону журнал, задумчиво смотрит в
окно.

МИЛА
Ну, расскажите, все равно заняться нечем, скукотища.

ЕГОР
Со мной это произошло на войне.

ДЕМАДЖ
Во время Второй Мировой войны многие, коммунисты кстати сказать, носили нательный крестик или помощи. Потом многие рассказывали, что только благодаря этому они выжили в боях. Но это просто совпадение.

СЕРГЕЙ
Точняк Дэм.

ЕГОР
Со мной произошло нечто другое.

С грохотом открывается дверь купе и на пороге возникает проводница, корпулентная дама лет сорока пяти. Даже не заходя в купе, она словно умудряется  заполнить все пространство своими пышными формами.

ПРОВОДНИЦА
Что-нибудь желаете? Чай кофе печенье, булочки, батончики сникерс?


ЕГОР
Принесите нам всем чая и всякого разного к чаю. Я вас ребята угощу, если вы не против конечно.



ПРОВОДНИЦА
Только не раньше чем через час полтора. Тэн барахлит.

Дверь в купе закрывается. Егор задумчиво смотрит в окно.

МИЛА
Егор, так вы расскажете нам, что с вами случилось?

Егор в задумчивости не слышит, не реагирует на ее вопрос.
Сергей смотрит на Милу и закатывает глаза и открывает рот, мол, теперь придется слушать занудный рассказ.
Демадж продолжает играть, с верхней полки раздаются звуки выстрелов и взрывов.

ЕГОР
Недавно шла война, если вы помните, в одной стране рядом с нашей границей. Я поехал туда делать репортаж, репортаж о людях защищающих свои дома, свою землю. Об ополченцах. Мы приехали в этот разрушенный, растерзанный обстрелами край, я и оператор нашего канала, мой друг Ваня Гричко, молодой мальчишка, постарше вас лет на пять.

Мила внимательно слушает Егора. Сергей увлеченно разглядывает что-то в смартфоне. Судя по звукам с верхней полки, Демадж яростно сражается с компьютерным противником.

ЕГОР
Материала отсняли много, кошмарного материала. Я знал, что там очень всё очень плохо, но увиденное было просто ужасно.

Егор замолчал. Взгляд его стал тяжелый, потухший. Было видно, что он с трудом заставляет себя вспоминать события тех дней.

ВОСПОМИНАНИЕ

НАТ. УЛИЦА ГОРОДА – ДЕНЬ

Город в руинах. Жилые дома, дороги и здания, все в зияющих пробоинах от снарядов, на всем лежит печать войны. Вздыбленные вокруг воронок куски асфальта, сгоревшие автобусы, развороченные и сгоревшие танки.
Через улицу перебегают Егор и ВАНЯ, оба в бронежилетах и касках с надписью «Пресса», у Вани в руках камера, у Егора микрофон. С ними бежит ополченец КОСТЕР, ему около пятидесяти. Он в одежде камуфлированной раскраски, с автоматом Калашникова, оглядываясь и прикрывая ребят. Троица забегает за угол дома. На улице, по которой они бежали, разрывается снаряд. Постоянно слышны автоматные очереди.

КОСТЕР
Лупят твари, когда их накроют уже?...

Костер оглядывает ребят. Егор и Ваня пытаются отдышаться. Костер достает рацию и связывается с кем то.

КОСТЕР
Позывной Костер. Сейчас снаряд на площади разорвался. Видно откуда лупят?

ГОЛОС ИЗ РАЦИИ
Слышу Костер. Чиж говорит. Издалека откуда-то долбят.

Слышны автоматные очереди, взрывы.

КОСТЕР
Где воюем?

ГОЛОС ИЗ РАЦИИ
Пятый район зачищаем. Почти закончили. Там снайпер засел на пятиэтажке.

КОСТЕР
Понял. Скоро буду.
(говорит ребятам)
Бегите вон в то здание, там бомбоубежище в больничке, там спокойно. Мне надо ехать.

Егор и Ваня переглядываются.

ВАНЯ
Мы едем с вами.

ЕГОР
Да. Мы снимем зачистку. Там ведь уже почти закончили.

Костер отмахивается, осматривает улицу.

КОСТЕР
Хрен с вами. Щас машину подгоню.

Костер убегает за угол дома.
Ваня снимает на камеру разрушенные дома, в объектив попадает окровавленная женщина, лежащая на тротуаре. Женщина не подает признаков жизни. Ваня жестом руки подзывает Егора и показывает ему в сторону женщины. Ребята пригнувшись бегут по направлению к ней.
Рядом раздается скрип тормозов. Останавливается Нива, из машины им кричит Костер.

КОСТЕР
Сюда бегом. Ей не поможешь уже.

Ваня и Егор подбегают к машине и садятся в нее.

КОСТЕР
Да не смотри ты так, я проверил. Осколками зацепило. Умерла она. Я сообщил, тело заберут.

Машина стремительно уезжает по пустой улице.

НАТ. ОКРАИНА ПОСЕЛКА – ДЕНЬ

Егор и Ваня около подбитого танка готовят репортаж. Ваня снимает, Егор работает на камеру.

ЕГОР
Только что закончился бой, противник наступал вот здесь, на окраине этого поселка, используя бронетехнику и обстреливая центр города, но ополченцы отбили наступление. Силы противника сейчас вон за тем лесом, точнее, те каратели, которые смогли вырваться из устроенной ополченцами засады. Блокпост и поселок сегодня отстояли, но ополченцы ожидают новых попыток со стороны противника. Отступать некуда, люди ожесточенно сражаются, защищая свои семьи, свои дома.

Неподалеку разрывается снаряд, затем еще один. Егор и Ваня падают на землю, камера снимает лежа на боку на земле.
Из укрытия кричит Костер.

КОСТЕР
Сюда ползком!

Звуки автоматных очередей, взрывы. Со стороны леса приближаются несколько боевых машин противника.
Егор и Ваня ползком пробираются к поселку, где их ждет Костер. Костер отстреливается в сторону противника, прикрывая ребят. У поселка ребята встают и, пригнувшись, бегут к машине Костра. Навстречу им бегут несколько ополченцев, занимают позиции и стреляют в сторону противника. Егор видит, что Ваня падает. Камера отлетает в сторону и падает на обочину дороги.
Навстречу Егору бежит Костер, вдвоем они поднимают Ваню и, поддерживая его, бегут к машине. Быстро садятся в ниву, Костер резко трогается с места.
Егор и Ваня сидят сзади, из шеи Вани течет кровь.
Егор зажимает рукой рану на шее Вани, Ваня стонет, Костер гонит машину, оборачивается и внимательно осматривает рану.
Костер завернув за здание останавливает машину.
Ваня замолкает и заваливается на бок.
Егор отрешенно смотрит на свои руки, залитые кровью.

КОСТЕР
Артерию перебило. Мы уже ничего не могли сделать.

Егор замирает, словно в каком-то трансе.

КОСТЕР
Парень, эй, очнись. Помочь уже ничем нельзя было, поверь, я врач, хирург.

ЕГОР
Где его камера?

КОСТЕР
Выронил когда ранило.

Егор пытается выйти из машины, Костер его удерживает, крепко схватив рукой.

КОСТЕР
Ты что удумал! Там сейчас мясорубка, мало мне одного?!

ЕГОР
Ты не понимаешь?! Там Ваня снимал! Это ради чего он погиб! Пусти!

Егор вырывается и, выскочив из машины, бежит в сторону, в
подлесок.


КОСТЕР
Стой дурак!

ЕГОР
Я должен забрать!

Егор бежит через дворы и огороды в сторону, где идет бой.

КОСТЕР
Твою жеш мать!

Егор ползком пробирается вдоль разрушенного дома, дом разорван, растерзан, одной стены нет, вместо нее дыра, крышу сорвало.
Егор перебежками добирается до места, где подстрелили Ваню.
Вокруг кромешный ад, постоянная стрельба, взрывы, звуки передвигающейся бронетехники.
Егор замечает камеру Вани. Слышен звук приближающейся бронемашины.
Егор стремительно мчится к камере, хватает ее и успевает вернуться к разрушенному дому. Егор скрывается в глубине дома, в стену у проема двери вонзаются несколько пуль, вырывая куски штукатурки и кирпича.
Из-за поворота появляется БТР, за ним следует несколько карателей. Лица закрыты балаклавами, на касках нацистская символика.

ИНТ. РАЗРУШЕННЫЙ ЧАСТНЫЙ ДОМ - ВЕЧЕР

Егор, прячась и скрываясь от пуль снайперов, осторожно смотрит через окно вдаль улицы. Там несколько карателей выволокли раненого ополченца на дорогу и поочередно избивают его.
Егор включает камеру, снимает происходящее на улице.
Один из военных стреляет в ополченца. Военные хохочут.
Егор, отпрянув от окна, садится на пол. Егор замечает открытую крышку в подпол и спускается туда.

ИНТ. ПОДВАЛ ЧАСТНОГО ДОМА – ВЕЧЕР

Егор осматривается. В подвале полка с лопнувшими банками консервированных овощей, топчан с матрасом.
В углу подвала у стены большая, старая чугунная ванна, с растрескавшейся эмалью.
Рядом на полке несколько больших кастрюль и несколько пачек металлических крышек, предназначенных для закрутки консервов.

С улицы доносятся взрывы. Егор замечает тень, мелькнувшую на полу подвала, и застывает в оцепенении. На пол подвала падает какой-то металлический предмет.
Егор, очнувшись от оцепенения, дергается в угол и лезет в ванну.
Егор лежит в ванной, прижимая к себе камеру.
Вспышка света и чудовищный взрыв.
Егор засыпан штукатуркой, обрывками матраса, щепками от полок, несколькими изогнутыми крышками для консервирования.

Егор лежит с закрытыми глазами в абсолютной тишине. Никаких звуков.

ИНТ. КУПЕ – ВЕЧЕР

С грохотом открывается дверь в купе. Проводница несет чай и множество печений и шоколадок.
Сергей и Мила сидят рядом и очень внимательно смотрят на Егора. Смартфон Сергея лежит на столе, Демадж по-прежнему на верхней полке, но уже не играет в игрушку. В купе тишина. Проводница расставляет на столе стаканы с чаем, выкладывает на стол булки, шоколад и печенье, и удаляется. Сергей и Мила вопросительно смотрят на Егора.
ЕГОР
Меня сильно оглушило. Не знаю, сколько времени я так пролежал.
Странно, но в тот момент я вспомнил свое детство. Я рано потерял родителей… Воспитывала меня бабушка, добрая, умная женщина. Воевала, всю войну прошла, имела награды. Лукерия Порфирьевна ее звали, такая настоящая русская баба, сильная женщина, на долю которой выпало много горя и страдания. Но она все выдержала. Лето мы проводили в деревне, и там у нас тоже была такая старая чугунная ванна. Маленьким я играл там со своими корабликами, такими, знаете, вырезанными, выструганными из дерева. А как-то раз, я сильно обиделся на бабушку и долго прятался от нее, лежа в этой ванне. А когда она нашла меня… Знаете, она была так напугана, но совсем не ругалась. Обнимала меня и, гладила по голове своими мягкими руками. И плакала. 
Хотелось, чтобы эта война оказалась сном, хотелось, открыв глаза увидеть наш старый деревенский дом, увидеть ее.


ВОСПОМИНАНИЕ

ИНТ. ПОДВАЛ ЧАСТНОГО ДОМА - ВЕЧЕР

Егор открывает глаза, отплевывает пыль и грязь, протирает лицо рукой.

Егор осторожно вылезает из ванной, стараясь не шуметь. Прижимает руки к ушам, корчится от боли. Отряхивает себя от грязи.
Постепенно возвращаются звуки. Слышны взрывы, но уже не громкие, явно вдалеке от дома.

Егор медленно идет к выходу из подвала, заглядывает в отверстие люка, медленно поднимается по лестнице.

ИНТ. РАЗРУШЕННЫЙ ЧАСТНЫЙ ДОМ – ВЕЧЕР

Егор осматривается и прислушивается. Его ничего не настораживает. Медленно Егор движется к открытой двери.
Егор замирает. Через открытую дверь Егор видит, как один из военных, тот, кто застрелил ополченца на дороге, умывается у большой бочки в огороде. Это БОРОВ, лет тридцати пяти, он стоит спиной к Егору и, раздевшись по пояс, обливает водой торс. Тело Борова покрыто татуировками, на которых изображены сатана и смерть, вперемешку с нацистскими крестами. Рядом у разрушенного сарая стоит его автомат. Боров надевает рубашку и куртку и склоняется над бочкой, умывает лицо.
Егор застыл, боясь пошевелиться. Егор осматривается, но ничего подходящего не видит. Кругом слишком большие куски досок. И взять их бесшумно не получится. Егор смотрит на кинокамеру.

НАТ. ДВОР РАЗРУШЕННОГО ЧАСТНОГО ДОМА – ВЕЧЕР

Боров умываясь громко дышит, фырчит, как лошадь. Между Егором и Боровом около четырех метров.
Егор делает шаг к Борову, тот не замечает и продолжает умываться. Егор медленно приближается к Борову. Заносит над головой камеру и резко опускает ее на обритую голову Борова.
Боров приседает, но не падает. Егор замахивается и бьет еще раз. Боров разворачивается и, подныривая под третий удар, хватает Егора двумя руками, наваливаясь всем телом, валит Егора на землю. Боров хватает Егора за горло и душит, Егор пытается  оттянуть руки Борова от себя. Эта борьба продолжается некоторое время, у Егора начинают закатываться глаза. Силы покидают Егора.
Егор видит над собой лицо Борова, искаженное гримасой злобы и вечернее небо за его головой.
Затертый приклад калаша с треском опускается на затылок Борова.
Боров обмякает и валится прямо на Егора. Егор снимает руки Борова с горла, жадно вдыхает воздух. На фоне неба появляется довольно лицо Костра. Костер ногой отталкивает с Егора обмякшее тело Борова, присматривается к Борову.
КОСТЕР
Это у вас батенька обширная травма затылочной части черепа.

Костер протягивает Егору руку, Егор с помощью Костра встает на ноги.
КОСТЕР
Уходить надо. Скоты прорвали оборону и заняли поселок.

ЕГОР
Он ополченца убил, я видел, я заснял, на камеру.

КОСТЕР
Война здесь парень.

Костер задумчиво смотрит на Борова. Снимает с него ремень и опрокинув Борова на живот, связывает ему руки за спиной. Затем запихивает ему в рот тряпку и завязывает рот. Ноги Борова Костер скручивает проволокой, но так, чтобы он мог передвигаться, но не смог идти быстро или бежать, затем внимательно посмотрев ему на руки, завязывает проволокой  руки с ремнем.

КОСТЕР
Так надежнее будет. Бери вон там…

Костер показывает рукой в сторону бочки. Егор непонимающе смотрит на бочку.

КОСТЕР
Оружие его возьми, пригодится. И камеру свою, черт тебя раздери.

Костер прислушивается. Слышны выстрелы где-то далеко.
Боров очнулся, дергается, но руки за спиной крепко связаны. Боров злобно смотрит на Егора и Костра.

Костер поднимает веревку, делает петлю и накидывает ее на шею Борову.

КОСТЕР
Будешь дергаться - удавлю нахрен. Разумеешь? Пошел, давай.

Костер резко дергает за веревку, Боров поднимается, и троица медленно движется вдоль огорода к другому дому.

НАТ. ДОРОГА – ВЕЧЕР

Дорога вдоль леса. Темнеет. По окраине леса вдоль дороги идут Егор с Костром и Боровом впереди на коротком поводке из веревки.
Темнеет. Костер останавливается.
КОСТЕР
По темноте не дойдем. У них тепловизоры. Или свои могут не разобраться, да и… Придется переждать до утра.

За поворотом дороги виднеется край поселка и одноэтажное здание. Окна в здании выбиты, кирпичная стена повреждена.

КОСТЕР
Магазин вроде. Я посмотрю, ты здесь будь.
(кивает на Борова)
Если дернется, если хотя бы пёрнет – стреляй в голову.

Костер бежит в сторону здания. Егор и Боров садятся на землю. Боров тяжело дышит и с ненавистью смотрит на Егора. Егор смотрит на Борова без страха, с каким-то опустошением. Егор рассматривает автомат, снимает с предохранителя и направляет ствол на Борова. Так молча, они и сидят.

Раздается шорох и появляется Костер.

КОСТЕР
Подстанция скорой помощи вроде, ну, гараж ихний. Пустой. Там подвал большой есть, пересидим.
Правда ни пожрать, ни лекарств, ничего нету, все суки разнесли и вынесли.

Костер берет в руку веревку-поводок и дергает Борова.

КОСТЕР
Шевелись сука.

Пригнувшись, постоянно останавливаясь, они идут вдоль леса к зданию.

ИНТ. РАЗРУШЕННАЯ ПОДСТАНЦИЯ СКОРОЙ ПОМОЩИ – ВЕЧЕР

Внутри здания разруха. Стоит машина скорой помощи без колес, стекла выбиты, все в пыли и кусках кирпичей.
Костер идет вглубь помещения и, открыв дверь в подвал, зажигает спичку и спускается по лестнице, Боров на веревке-поводке следует за ним, замыкает шествие Егор. Костер шарит рукой по стене и нащупывает выключатель, щелкает выключателем и в глубине подвала зажигается свет. Костер внимательно осматривает помещение, приседает и осматривает пол.
КОСТЕР
Чисто. Есть электричество. Закроем двери и отсидимся. Идите туда, я сейчас здесь пару растяжек поставлю.

Егор тащит Борова вглубь подвала, в комнату, в которой горит свет.

ИНТ. ПОДВАЛ – НОЧЬ

Бетонные серые стены подвала, на потолке горит, освещая стены и пол, тусклая электрическая лампочка. Открывается дверь, заходит Костер.

КОСТЕР
От входа не видно ничего. Растяжки поставил, если кто пожалует, услышим. Для своих, отметку нарисовал на стене. Поймут.

Костер садится на ящик из-под оборудования. Егор, прислонившись к стене тоже садится на ящик. Боров сидит на полу в дальнем углу помещения.

Костер достает пачку сигарет, протягивает Егору, тот отказывается. Костер закуривает.

ЕГОР
Зачем мы его с собой тащим?

КОСТЕР
Допросят его в штабе.

Боров пытается что-то сказать, мычит. Костер снимает со рта Борова повязку.

БОРОВ
Никуда ты не дойдешь. Наши сейчас весь город займут.  Отпусти меня, разрешу вам уйти. 

Боров усмехается. Костер распахивает куртку и рубашку на груди Борова. Видны татуировки.

КОСТЕР
Нацист.  Ты немец что-ли?

Боров смеется.

КОСТЕР
Не немец. Читал, или слышал, может, что Гиммлер говорил? А?

БОРОВ
Много чего умного говорил.  Конкретней.

КОСТЕР
Так я тебе почти дословно скажу. Он говорил так - Если русские, украинцы, киргизы и другие научатся читать и писать, то это только повредит. Разумнее установить в каждой деревне громкоговоритель, передавать следует только музыку! Ибо веселая музыка способствует прилежной работе.

Боров усмехается.

КОСТЕР
Смешно? Это он про тебя говорил. Тьфу, мудак.

Костер рывком закрывает на татуировки на теле Борова курткой.

БОРОВ
Это он о вас русских говорил.


Костер уже не сдерживает себя и избивает Борова ногами. Костер орет на Борова.

КОСТЕР
Ты зачем сюда приехал! Мразь! Убивать нас, стариков наших, жен наших и детей убивать?! Ты! Мразь!


Костер берет автомат и с размаха бьет Борова прикладом в лицо. Боров теряет сознание.
Егор смотрит на происходящее безучастно. Видно, что Егор очень устал. Костер завязывает Борову рот и проверяет карманы куртки и брюк Борова. Находит пачку печений.

КОСТЕР
Галеты. Натовские. Сука продажная.

Костер открывает пачку, берет себе половину, а пачку протягивает Егору.

КОСТЕР
Поешь немного.  И поспи потом, не ясно как завтра все будет. Надо отдохнуть.

Егор закрывает глаза, так с закрытыми глазами и жует печенье. Костер тоже садится, прислоняется к стене и отправляет печенье в рот.

ЕГОР
Почему такой позывной, костер.

КОСТЕР
Костя я. Так вот как-то и прилепилось.

ЕГОР
А я Костров. Фамилия Костров.
Чудно, однако. Такое совпадение.

КОСТЕР
Да уж. Ладно, покемарь пару часов, потом я.

ЕГОР
Давно ты тут воюешь?

КОСТЕР
Да почти сразу. Я с женой приехал, тещю хотели увезти отсюда, от войны подальше. Жена моя уж уговаривала ее, ну, мать свою, а та ни в какую. Дом тут говорит, мол куда я от корней на старости… А обстрелы уже с месяц как, домов порушенных… В общем, уговорили мы ее на пару с женой, кое как. А тут обстрел очередной. Мы в подвал, да уж там вспомнил я, что сумка то с документами в хате осталась. Мы все документы в пакет сложили и когда бомбили нас то, схватишь сумку и в подпол. А тут забыли. Ну, я говорю, сидите мол, я мигом, заберу и к вам. Выскочил, да в комнату, а тут снаряд прямиком в подвал и угодил.

Костер замолкает и тяжело дышит. Теребит сигарету.

КОСТЕР
Там их и накрыло. Похоронил, что осталось от обеих. А потом…  потом за ружье. Пошел в ополчение. Да ты поспи парень.

Егор кивает с закрытыми глазами и засыпает.


ИНТ. КУПЕ – ВЕЧЕР

Напротив Егора на нижней полке сидят Мила, Сергей и Демадж. Ребята молчат и смотрят на Егора. В купе тихо, только стук колес и ложки позвякивают в пустых стаканах.
МИЛА
Он не сбежал, Боров этот, пока вы спали?

СЕРГЕЙ
Ты что? Костер ведь не спал. А почему его Костер не уничтожил? Тащить еще его с собой.

ДЕМАДЖ
Тебе же сказали, что бы допросить, его надо было в штаб ополчения доставить.


Егор молчит. Видно, что ему очень трудно вспоминать события той ночи.

МИЛА
Егор, а что дальше было?


Егор допивает остатки чая, ставит стакан в подстаканнике на стол.

ЕГОР
А потом случилось что-то, чему я до сих пор не могу дать объяснение. То, что я вам расскажу – чудовищно, но я хочу, что бы вы меня поняли правильно. Я вспоминаю свои ощущения тогда, свои чувства. Это какая-то злость и одновременно опустошение. Злость и боль, за смерть моего коллеги и друга Вани, за смерть того ополченца, которого убил этот Боров на моих глазах, за весь этот растерзанный край. И дикая усталость.

Егор сжимает руками голову, потом, словно застыдившись своего порыва, взъерошивает волосы.

ЕГОР
Мне казалось, что мне разорвали грудь, вытащили, извлекли из тела и засыпали хлоркой душу. Не помню, как я заснул, отключился, будто во мне повернули какой-то выключатель, Щщелк, и я заснул. Я не знал, что Костер к тому моменту не спал несколько суток, и он тоже задремал. Проснулся я от того, что меня кто-то толкал в ноги…

ВОСПОМИНАНИЕ

ИНТ. ПОДВАЛ – НОЧЬ

Прислонившись к стене сидя на ящике, спит Егор. Напротив него так же на ящике сидя спит Костер. У ног Егора Боров. Он, лежа на полу, толкает ногами Егора.
Егор открывает глаза и, еще до конца не понимая где он, смотрит на Борова.
БОРОВ
(шепотом)
Пацан. Слышь? Развяжи меня, я тебя не трону, дам уйти.

Егор отпрянув от Борова хватается за автомат.

БОРОВ
Ты не бзди, я не трону. Развяжи и уходи сам. Это не твоя война, уезжай.

Егор ладонью трет глаза и лицо, прогоняя остатки дремоты.

БОРОВ
Тшшш. Не шуми. Сам посуди, наши город взяли, некуда вам идти. Я тебе гарантирую, никто тебя не тронет, уедешь домой.

Егор без эмоций направляет в лицо Борову дуло автомата и говорит очень спокойно и сухо.

ЕГОР
Обратно в угол, или стреляю.

Открывает глаза Костер. Встает и направляется к Борову.

КОСТЕР
Молодец Егор. А ты мразь ползи, куда сказано.

Боров изворачивается и, выгнувшись резко выпрямив ноги, ударяет Костра по ногам, сбивая его на пол. Костер встает, Боров умудряется тоже встать и всем телом, не смотря на связанные за спиной руки, устремляется на Костра. Костер успевает наклониться в сторону и руками еще сильнее подталкивает Борова, придавая ему ускорение. Боров впечатывается лбом в стену и падает на пол. Боров орет.

БОРОВ
Лично повешу обоих! И баб ваших суки и детей!

Костер в ярости, он открывает один из ящиков, роется там и достает грязный полиэтиленовый пакет. Подбегает к Борову и надевает пакет ему на голову, оборачивает и затягивает пакет. Боров сильно дергается и норовит сбросить с себя Костра.

КОСТЕР
Помоги! Сядь на него.

Егор послушно, как сомнамбула садится на Борова и крепко держит его ноги.
Боров трепыхается  и, затихает.

Костер снимает пакет.
Егор возвращается на свое место. Лица у Егора и Костра мокрые от пота.
Мужчины сидят молча. Костер закуривает.

КОСТЕР
Жалко не допросили.

Егор машинально кивает.

ЕГОР
Угу.

Костер резко вскакивает, открывает дверь, ведущую из помещения и, выходит. Егор идет в угол подвала.
Егор стоит в углу подвала, его тошнит, но не рвет, нечем.

Возвращается Костер, в руках у него кусок шланга или патрубок от автомобиля.

КОСТЕР
А ну, подсоби.

Костер подтаскивает Борова в центр подвала, под лампу и распахивает на нем куртку и рубашку. Костер вставляет Борову в рот кусок шланга. Егор приседает рядом с Боровом.

ЕГОР
Делать что?

КОСТЕР
Выбирай, или дуй в трубку или массаж сердца.

Егор без разговоров кладет руки Борову на грудную клетку и начинает давить резкими движениями. Костер делает глубокий вдох и, наклонившись к лицу Борова, выдыхает воздух прямо в трубку. Затем еще, еще, еще.
Егор мокрый от пота с остервенением делает Борову массаж сердца. Еще, еще, еще…

Боров издает звук, похожий на отрыжку, открывает глаза, Костер выдергивает шланг из его горла. Боров дышит.
Боров ненавидящим взглядом смотрит на Егора и Костра.
Боров быстро и шумно дышит, постепенно успокаивается.

Егор возвращается к ящику и садится на него. Костер тоже.
Боров лежит на полу.

КОСТЕР
Штурмбаннфюрер, как самочувствие?

Боров кашляет.

Боров со злобой таращится на Костра.


Костер усмехается, снимает куртку и идет к Егору.

КОСТЕР
Ты как парень? Егор?

В этот момент Боров вскакивает на ноги и рывком устремляется к ящику, на котором лежит автомат Костра. Руки у Борова свободны, на одной руке еще видна проволока и веревка, ремень валяется на полу. Боров успевает схватить автомат, Костер видит движения Борова по тени на стене и устремляется к нему. Костер хватает Борова за руку, которой тот держит автомат, затем обхватывает руками Борова, зажимая его руки и не давая Борову пошевелить руками, оба падают на пол, хрипят от напряжения.

Егор подскакивает к ним, хватает с пола полиэтиленовый пакет и обматывает голову Борова. Боров пытается высвободить руки, Костер его крепко держит. Егор без эмоций, словно он занимается подобным каждый день, удерживает на голове Борова пакет.
Боров перестает дергаться и замирает.

Костер отпускает руки Борова, снимает с его головы пакет, проверяет пульс на шее.

КОСТЕР
Упокоился. Снова.

Егор и костер сидят у тела Борова.

Костер сильно и мощно скручивает, связывает руки борова за спиной. Проверяет узел.

ЕГОР
Зачем. Он же мертвый.

КОСТЕР
А нужен живым. Давай.

Костер поднимает с пола кусок шланга, осматривает с обоих концов и, перевернув Борова на спину, снова запихивает ему шланг в горло.

КОСТЕР
Вроде тем концом. Начинай. Зря чтоль его перли с собой?

Егор как робот, без эмоций распахивает Борову куртку и начинает делать массаж сердца. Костер снова вдувает воздух в шланг.
Еще, еще, еще.
Боров не подает признаков жизни.

КОСТЕР
Уже минуты три прошло. Поднажми парень. Устал? Давай я.

Костер отодвигает Егора, яростно давит Борову на грудь сложенными вместе ладонями.

Егор набрав воздуха выдувает его в шланг. Костер, не переставая, давит на грудь Борову.

КОСТЕР
Дыши тварь фашистская! 

Костер, размахнувшись с огромной силой, вмазывает кулаком в грудь Борова, в область сердца. Еще и еще раз.

Боров резко выдыхает. Костер вынимает шланг из горла Борова.

Боров тяжело дышит, смотрит в потолок пустыми глазами.
Уставшие,  Костер и Егор сидят на полу рядом с Боровом. Все втроем тяжело дышат.

КОСТЕР
Слышишь, свинья? Ночь длинная, я этим до утра заниматься могу.

Костер берет в руку полиэтиленовый пакет.

БОРОВ
Не надо.

КОСТЕР
Смотри Егор, присмирел. Что, вешать нас передумал? А?

Боров молчит. Боров отодвигается к стене и опирается спиной на стену.
Костер встает и направляется к Борову с пакетом в руке. Егор тоже садится к стене.

КОСТЕР
Только дернись, еще одно путешествие в загробный мир гарантирую.

Боров молчит. Боров совершенно смирившийся, даже пришибленный какой то, смотрит перед собой в одну точку.

КОСТЕР
Слышишь меня мразь?

Костер подносит к лицу Борова пакет. Боров съеживается.
Костер избивает Борова ногами и орет на Борова.

КОСТЕР
Ты зачем сюда приехал! Убивать?! Ты, мразь!

БОРОВ
Я сказать должен.

КОСТЯ
Да ни хрена ты не должен ничего говорить. Сиди молча.

Костер садится у стены.

БОРОВ
Я должен. Я видел что-то. Мне надо сказать, я обещал.

КОСТЕР
Что сука, в аду побывал? проездной то еще действует.

Костер тычет в сторону Борова пакетом.

КОСТЕР
Еще несколько поездок осталось.

ЕГОР
(безразлично)
Пусть говорит.

Костер пожимает плечами и достает сигареты.
Боров сидит, склонив голову.

БОРОВ
Там были две женщины. Я видел. Я говорил с ними.

КОСТЕР
Бредит сука. В мозг долгое время не поступал кислород.

Костер наклоняется и всматривается в Борова.

КОСТЕР
Смотри! Да он обоссался! Вот пример настоящего  бесстрашного фашиста.

БОРОВ
Две женщины. Я видел их. Два ярких, светлых… как… я не видел, просто понял, что это женщины.

Костер крутит пальцем у виска, показывает Егору, что Боров не нормальный.

БОРОВ
Одна маленькая совсем, а вторая больше нее… они говорили со мной…

Егор и Костер слушают Борова. Слушают без внимания. Скорее просто молчат и не мешают Борову говорить.

БОРОВ
Они знают. Слышите?! Они знают!

КОСТЕР
Не ори ты!

БОРОВ
(громким шепотом)
Они видят всё! Они просили передать! Это женщина, старая и девочка! Но не внучка, они… разные. Они сказали!

Егор и Костер смотрят на Борова.

ЕГОР
Кто?

БОРОВ
Большая сказала… Лукерия. Парфен... нет… забыл… Парфеновна…. Нет…

Егор резко вскочил на ноги и попятился к дальней стене.

БОРОВ
(громким шепотом)
Лукерия… женщина, старая! Порфирь…

ЕГОР
Порфириевна …

БОРОВ
С ней маленькая, девочка это! Это девочка… но как птица… Но это девочка! Ласточка! Это девочка-Ласточка!

Костер вскакивает в ящика, пятится назад вдоль стены, лицо искажено от страха, Костер падает, и пятится дальше, пока не упирается в стену.
Егор и Костер молчат, ошарашенно смотрят на Борова. У Егора трясутся руки.

ЕГОР
Говори…

БОРОВ
Не губите душу! Передали это, сказали... Не губите душу!

При последних словах Борова, тусклая лампочка под потолком ярко засветилась. Все трое, молча смотрят на лампочку, лампочка ярко светится, заливая белым светом серый грязный подвал, и затем, тускнеет и, освещение становится таким, как и раньше.
Егор сидит на полу у стены. Костер сидит рядом с ним. Боров молчит и слышно только его дыхание.

КОСТЕР
Ласточка…

Костер закуривает, давится дымом, тушит сигарету и отбрасывает окурок.

КОСТЕР
Дочка моя, Лариса, Ларочка. Я ее называл Ласточка моя. Всегда так называл - Ласточка.

Костер сглатывает ком в горле, вытирает ладонью щеку.

КОСТЕР
Лейкемия. Девять лет ей было, когда…   Мы с женой боролись, долго, несколько лет боролись, но… бог забрал…

Костер поднимает голову и, не отрываясь, долго смотрит на лампочку на потолке. Костер сквозь слезы,  улыбается кому наверху.

КОСТЕР
Ласточка моя…

Егор тоже смотрит на лампочку под потолком.
Три человека, Егор, Костер и Боров, молча, сидят в небольшом грязном подвале, освещаемом маленькой лампочкой под потолком.

ИНТ. КУПЕ – НОЧЬ

С грохотом открывается дверь в купе. На пороге проводница.
Мила вздрагивает и кричит от испуга, прижимается к Сергею.

ПРОВОДНИЦА
Не спите? Я за стаканчиками.

Егор и Демадж передают проводнице стаканы. Проводница уходит. Дверь в купе закрывается.
Все в купе сидят молча.

ДЕМАДЖ
Как вы выбрались оттуда?

ЕГОР
Утром Костер ушел разведать обстановку. Ночью шли бои, ополченцы выбили противника на окраину города. Костер связался с нашими, они за нами вернулись на бронике. Мы попали под обстрел со стороны карателей, и ополченцы выслали бронник и несколько ребят, они прикрывали наш отход. Нам пришлось пробиваться с боем. Борову осколками повредило ноги, и мы с Костром тащили его, пока ополченцы прикрывали нас огнем. Так мы выбрались оттуда.

СЕРГЕЙ
Вы довезли Борова до штаба ополченцев?

ЕГОР
Довезли. Боров больше не доставлял проблем. Он замкнулся окончательно, не сказал ни слова больше… Не знаю, что он еще увидел там… кроме того, что сказал нам. Но что-то его… ужаснуло.

МИЛА
А что с ним было потом?

ЕГОР
Я не знаю. Больше я его не видел.

ДЕМАДЖ
А Костер? Он остался воевать?

ЕГОР
Нет. В ту ночь в нем тоже что-то сломалось. Он переговорил с командиром, и уехал. Обстановка на войне изменилась, ополченцы уверенно очищали от карателей свои города, да и ряды ополченцев быстро пополнялись.  Мы уехали вместе, и с нами Ваня. Мы увозили домой его тело.

 МИЛА
Вы с Костром поддерживает связь? Общаетесь?

ЕГОР
Конечно.  Вы его тоже видели. Теперь его зовут Отец Илларион. Он выбрал себе такой путь. Служить людям и молиться за нас всех.

СЕРГЕЙ
Вы показали ваш репортаж?

ЕГОР
Это был лучший наш репортаж, очень сожалею, что для Вани он стал последним.
Мы рассказали правду о той войне. В память обо всех погибших тогда, в память о моем друге Ване.


Егор и ребята сидят молча. В купе слышен только стук колес. 

НАТ. ВОКЗАЛ – УТРО

Егор, Мила, Сергей и Демадж у вагона. Егор с дорожной сумкой, ребята с рюкзаками.
Ребята прощаются с Егором. Они поочередно жмут Егору руку.

СЕРГЕЙ
До свидания.

ДЕМАЖД
Удачи вам.

МИЛА
Спасибо вам Егор. До свидания.

ЕГОР
Берегите себя, ребята.

Ребята машут Егору руками на прощание.
Демадж, Сергей и Мила смешиваются с толпой и теряются из вида.
Егор идет вдоль перрона, постепенно сливается с толпой.
Остается только нескончаемая кутерьма большого города.

КОНЕЦ.