Знакомство вслепую

11. ЗНАКОМСТВО ВСЛЕПУЮ

Провинциальный кабак. Полночь…  Остатки здравого смысла утонули на дне стакана. Я опять думаю о ней! «К чертям такую любовь! Нужно забыть!» - силюсь я… Но подсознание словно режет по стеклу. Я снова целую эти губы, вдыхаю её запах, нежно глажу её локоны. Как же это могло случиться? Почему она ушла? Она… Её чёрные волосы, её бездонные глаза, её милая улыбка! Это страшнее всех кругов ада! Помоги мне, Создатель, ибо я слаб… Воспоминания наплывают, словно кадры кинопленки. Безжалостно, беспощадно! Ну, что ж… Камера! Мотор!
Обычный летний июльский день. Иду я к отцу в больницу. Мой предок прихворал.
- Здравствуй, сыночка! – приветствует он меня, вставая с кровати.
- Привет, батя! Как сам? – обнимаю я его, касаясь щекой небритой отеческой щетины.
- Да, лучше! Вроде... – с улыбкой отмахивается он.
- Ну и отлично! Как ты здесь? Не обижают? – подмигиваю я, доставая из пакета заботливо приготовленную матерью котомку с яствами.
- Наоборот! Я просто в цветнике! Тут такие заботливые врачи и медсестры!
- Ну ты и ловелас! – подкалываю я отца.
- Да ладно тебе! Я тут, кстати, подумал кое о чём на досуге… - делается он вдруг серьёзным.
- О чём же? – недоумеваю я.
- Женить тебя нужно! – прямо в лоб выстреливает мой пращур.
- Чего? – чуть ли не роняю я из рук пакет с продуктами.
- Женить, и всё! Вон какой балбес вымахал, а серьёзности ни на грош! Это тебе будет только на пользу! – выдает он тоном, не терпящим возражений.
- Ты чего это, серьёзно? Мне ж всего 19! – пытаюсь я протестовать.
- Абсолютно! -  «отрезает» батя.
- И как же ты, позволь спросить, собираешься осуществить свой план? – напрягаюсь я ещё больше, предвкушая не самый приятный расклад.
- Сейчас ты и сам всё увидишь! Я тут… - начинает он.
Загодя заготовленный пламенный английский спич обрывается на полуслове. Дверь в палату медленно открывается и на пороге появляется ОНА!
- Михаил Михайлович, Ваши лекарства! – одаривает нас незнакомка белоснежной улыбкой.
Новоявленный пэр тут же сникает.
- Спасибо, Наташенька! А вот, кстати, и мой отпрыск непутёвый! Ну, я тебе рассказывал! – указывает отец перстом в мою сторону.
- Наталья! – слегка склоняет она голову, ставя на столик поднос с мензурками.
- Э-э-э… Михаил! – вскакиваю я.
Речевой поток «свежего кавалера» захлёбывается, так и не начавшись. Пауза заполняет собой пространство. Наши глаза встречаются! Земля словно уходит из-под ног! Бог мой, как же она прекрасна!
- Может быть, вы пообщаетесь попозже, когда ты освободишься, Наташенька? – ласково разряжает ситуацию мой батюшка.
- Да, конечно! – откликается гостья.
- Я был бы очень рад! – поддакиваю я.
- И я, – смущается она, как и приличествует воспитанной девушке.
- Ну вот и чудненько! – умиляется папан.
- Тогда я пойду, а то у меня еще обход, – поправляет она белоснежный халат.
- Ну, конечно! – единодушно соглашаемся мы.
- Не забудьте принять лекарства, Михаил Михайлович! И до встречи, Михаил!   - околдовывает она нас на прощанье, оставляя за собой шлейф дорогих французских духов и полное смятение в чувствах.
Внезапно ворвавшийся в палату свежий ветер, словно парус, раздувает тюлевую занавеску.
- Мишаня, а прикрой-ка окно! – просит отец.
- Кто эта блоковская незнакомка, бать? – закрываю я фрамугу на щеколду.
- Это та самая девушка, о которой я тебе хотел рассказать! Наташа.  Учится на последнем курсе медицинского факультета. Работает! Умница! Красавица! Очень положительная! Впрочем, ты и сам все видел, – поясняет папа.
– А я, кажется, влюбился, отец! – признаюсь я поспешно.
- Сумасшедший! Подай-ка мне лучше воды! – улыбается он.
- Держи! –  протягиваю я стакан.
- Спасибо! – опрокидывает он горсть пилюль, обильно запивая их водой. - В общем, давай! Советую тебе присмотреться к ней! – дает родитель последнее отцовское наставление, протягивая на прощанье руку.
- Хорошо, папичка! Обязательно! – киваю я в ответ.
Вот так и начинается эта трогательная история для двоих. Конечно, первое свидание, её бирюзовое платье, прогулки по набережной, поцелуи под дождем, и этот запах черемухи у дверей её общежития… Боже, как же это было давно! Сколько километров потерь и расставаний уготовано ещё будет судьбой, сколько граммов радости и счастья ещё придется вкусить, сколько литров горечи еще останется в душе. Но, всё это потом…  Ну а пока:

За звездой, выше крыш
Просто беги за ней,
Ну что же ты стоишь?
Потерять и найти
Не отпускай любовь,
Ну что же ты? – Лети!

Впрочем, не будем о грустном, дорогой мой читатель! Тема сегодняшнего повествования вовсе не трагедия Ромео и Джульетты, а скорее бурлеск радости и шутовского веселья, экстремум бесшабашности и вольнодумства - очередной ситком из жизни доморощенных вагантов нашего времени: обычных карельских студентов. Ну так вперед!
Многие из вас, конечно, помнят знаменитый фильм  Блэйка Эдвардса «Знакомство вслепую», где герой Брюса Уиллиса, Уолтер Дэвис, отправляется на свидание с прекрасной незнакомкой по имени Надя. Уолтер игнорирует предупреждение своего брата о том, что Наде категорически нельзя пить, и это приводит незадачливого ухажера к самым катастрофическим последствиям. Как и приличествует классической голливудской комедии, – море юмора, замечательная игра актеров и логичный happy end (счастливый конец, англ.) в любовной истории! Да,  и, конечно же, незабвенная Ким Бейсингер  в главной роли!
Сдобренная изрядной порцией горячительного, реальность способна выкинуть похожий  фортель не только в жаркой Калифорнии, но и на брегах Онежского озера родной Карелии.  Другое дело, что  «хотели-то как лучше, а получилось как всегда», но особенности русского характера и не позволяют учинить сие действо по-другому. Не правда ли?
Ну, а раз «скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается», то больше никаких отступлений!
- Ну и как это называется? – непонятная укоризна в словах моего друга Дмитрия не предвещает  ничего хорошего.
- Да ладно тебе, Димон! Что за преамбула с утра пораньше? – не въезжаю я.
- Сам-то устроил свою личную жизнь, а дальше «хоть трава не расти»!
- Я думал, что у тебя там все в ажуре! – отнекиваюсь я.
- "Там", как ты выражаешься, да, но годы берут своё. Хочется семейного уюта, любящего сердца рядом, портфолио с карапузами в интерьере,  а все эти одалистки – так, одно название! –  с серьёзным видом изрекает вдруг мой дружбан.
- Кхм… Ну тут надо подумать, конечно! – растерянно пожимаю я плечами.
- Вот и подумай! – «прет на меня бульдозером» Дмитрий.
- Хорошо, хорошо! Только успокойся! – пытаюсь разрядить я обстановку.
Звонок на пару прерывает этот бескомпромиссный монодиалог. Твердой пружинистой походкой в аудиторию стремительно входит преподаватель. Ну все! Шутки в сторону! Ученье - свет, а неученье…
В очередной любовный аппойнтмент решаю рискнуть:
- Натуль, а Натуль! – тяну я медовым голосом, распластавшись на казенной панцирной кровати в опочивальне своей возлюбленной.
- Ну чего тебе? – увиливает она от страстных объятий, поспешно вставая.
- Да так… Есть тут одна авантюра планетарного масштаба.
- Какая еще такая авантюра? – уголками глаз улыбается Наталья.
- Ну, в общем, даже не знаю, как начать, – пробую собраться я с мыслями.
- Ну как есть, так и говори, без излишних прелюдий, чай теперича не чужие люди! - подтрунивает меня моя зазноба.
- Тебе все хиханьки да хаханьки, а я совершенно серьезно! – серчаю я.
- Так ведь и я серьезно! – дразнится прекрасная озорница.
Пугающе натуралистический эффект от вспыхнувшего вдруг из подсознания дежавю добавляет в кровь супердозу адреналина. А ведь действительно, пройдет совсем немного времени, и судьба разведёт нас, как в море корабли, разобьёт наши утлые суденышки о скалы жизненных реалий, затопит трюмы нашей души солёной правдой бытия. И каждый пойдёт своей дорогой, каждый понесёт свой крест на Голгофу. И я, уходя, крикну ей вслед: «Ты никогда не будешь счастлива! Только со мной! Слышишь! Только со мной!». Безумный идиот! Мерзкий максималист! Бездушный эгоист! Воистину, молодость жестока в своей слепоте!
- Эй, Миш, ну ты чего? Ты здесь вообще? – надувает губки моя прелестница.
- Я? Э… Прости, отвлёкся! – избавляюсь я от остатков иррациональности.
- Ну вот так всегда! Сначала интригуешь, а потом - в кусты! – щелкает пальцами моя чаровница, словно кастаньетами.
- Конечно я здесь, о моя Афродита! – улыбаюсь я.
- Ах ты гнусный притворщик! – сопротивляется Natalie.
- Ты просто ослепила меня своей красотой! – притягиваю я ее к себе.
Мои руки уже скользят по бархатному шёлку её пеньюара, отыскивая приятные округлости её молодого упругого тела. Наши губы сливаются в нежном поцелуе! Минутная сладость длится, подобно вечности!
- Ну все хватит, хулиганьё! – отстраняется Наташа. – Признавайся, чего хотел?
- Да вот, хочу твою соседку-подружку познакомить со своим лучшим другом? – раскрываю я сразу все  карты.
- Так! Интересно! А он симпатичный хоть? – ухмыляется чертовка.
- Да он просто Ален Делон в его лучшие годы! Твоя-то хоть ничего себе? – подначиваю я её.
- Не беспокойся, не беспокойся! Симпатичная! – успокаивает Наталья.
- Ну тогда заметано! Определяйтесь со временем, короче! Да и не «тяните сильно резину», а то, знаешь как:

Эй, гусар! Эй, гусар!
Песни пой и веселись, пока не стар!
Эй, гусар! Эй, гусар!
Знай, что время охлаждает в сердце жар.

- Ох и сказала бы я тебе, гусар доморощенный! – дразнится моя милочка.
- А ты скажи! Скажи! Ну, скажи давай! – снова притягиваю я её к себе самым бесстыдным образом.
Апеллировать к здравому смыслу становится далее невозможным, наш диалог обрывается на полуслове, и пучина страстей поглощает нас без остатка… 
Спустя две недели после вышеописанных событий мы с Димоном, чисто выбритые, наглаженные и надушенные отцовским Fahrenheit, отправляемся в любовный рейс по направлению «Дом – Общежитие №3».
- Ну ты мою будущую невесту-то успел увидеть хоть разок? – заводит Дмитрий старую волынку.
- Да знаешь, как-то не довелось, дружище, но Наталья сказала, что она очень даже ничего! – в сотый раз отбриваю его я его дежурным ответом.
- Наталья сказала, Наталья сказала! Вот заладил-то одно и то же! Сам же знаешь, что женщины необъективны в таких вопросах! – злится мой попутчик.
- Ну тут я бессилен тебе чем-либо помочь! – развожу я в отчаянии руками.
- В общем, если она мне не понравится, то я напьюсь! Предупреждаю сразу!!! – выходит мой товарищ из себя.
- Хорошо! – завершаю я утомительные прения.
К счастью, наше  «красноречивое» молчание длится не слишком долго, и спустя четверть часа мы, сгорая от нетерпения, переступаем порог вожделенного пристанища иногородних иммигрантов. Волнение зашкаливает, на лбу проступает легкая испарина, а розовые шипы безжалостно впиваются в руки.
Один этаж, второй… Ну вот и она - заветная комната 215!
- Ну здравствуйте, мальчики! А мы уже заждались! – встречает наc моя ненаглядная герлфренд.
- А мы, как только – так сразу! – расцветает Дмитрий, с неподдельным интересом рассматривая мою подругу.
- Ну раздевайтесь, раздевайтесь! Вот тапочки!  - дает ЦУ Натали. – Проголодались наверное?
- Есть немного! – отзываюсь я за двоих.
- Значит, сейчас мы это исправим! – торжествует Наташа. – У нас уже все готово к приему столь почётных гостей!
- Ну мы, собственно, только за! – подаёт голос Дмитрий, вручая ей красный букет и загодя приготовленную бутылку знаменитой «Клюковки».
- Ой! – от неожиданности вскрикивает Наталья, принимая дары угодливых «данайцев».
- Вот такой вот "Ой"! – передразнивает Дима.
- Я сейчас, ребята! – исчезает моя фея за импровизированной занавеской, разделяющей зону прихожей, от собственно жилого будуара.
- Прима! - поднимает Дима вверх большой палец, провожая её взглядом.
- Спасибо, друг! – смущаюсь я, как кисейная барышня.
- Если подружка такая же, то я женюсь! – шепчет он украдкой.
- Будем на это надеяться! – подбадриваю я своего дружка.
В этот момент счастливое Наташкино лицо вновь предстает нашему взору.
- Ну проходите, мальчики! – радушно распахивает она полог ненавистной портьеры. – Будьте как дома!
Её сладкий голосок, словно манок охотника, зовет нас прямо в силки. Ну, как говорится: «Или пан, или пропал!!!». Будто два бегемота вламываемся в девичью! А вот на диванчике и она -  «мечта поэта»!
- Здравствуйте! – учтиво приветствует нас «мечта» со своей софы.
- Здравствуйте! – киваем мы, как китайские болванчики.
- Я - Лена! – улыбается «знойная женщина».
По кислой физиономии Дмитрия понимаю, что наши «буря и натиск» близки к провалу. «Поцелуй» Пикассо, как ни крути, все же шедевр на любителя…
- А давайте садиться за стол! – разряжает неловкую ситуацию моя благоверная.
- А давайте! – включаюсь я.
- Да я, в общем-то, не особо голоден! Я, пожалуй, лучше выпью, с вашего позволения! –  тянется Дима за горячительным. – У вас, кстати, стакана не найдется?
- Найдется, конечно! – чуть ли не икает от удивления Натали.
- О, вот это другое дело! – ликует Дмитрий, наполняя до краев стеклотару.
Эх, «расплескалась синева, расплескалась…» - вскрываю я бутылку «Монастырской избы», изливая содержимое в дамские бокалы.
- Ну давайте за знакомство! – с энтузиастом начинает Лена.
- Давайте! – склабится Димон, залпом опрокидывая 200 грамм натурпродукта и закусывая лимончиком.
- Угощайтесь, гости дорогие! – суетится Наташа.
- Спасибо! – подключаюсь я к шведскому столу.
Дмитрий, между делом, вновь вбухивает 250 мл  в свой «дежурный» стакан.
- Ну между первой и второй! – рапортует он.
- О, это мы мигом! – корректирую я содержимое остальных фужеров.
- Ну чтоб не в последний раз! –  возвещает Дима, проворно остаканиваясь по новой.
Чоканье посуды и стук вилок по столовому сервизу плавно переводит дружескую пирушку в привычное русло чревоугодия.
"Мишань, а может, на воздух? Так хочется отлить, сил уж нет!" – жалуется мне мой Freund (друг, нем.) в перерыве между блюдами.
- Девочки, мы отойдем? – встаю я из-за стола, пропуская главного страждущего.
Классической  «лунной походкой» Дмитрий неловко лавирует между стульев.
- Найдете дамскую комнату или дорогу показать? – громко хохочет Наталья.
- Да найдём, найдём! – отмахиваемся мы, покидая стены гостеприимной корчмы.
Из соседней комнаты выруливают две симпатичные младшекурсницы.
- Здрасстье! – харахорится Дима. – А мы тут это! – производит он нетрезвым языком трудные акробатические этюды.
- Да мы уж видим! – хихикают девчонки.
- А может это? Ну… Выпьем вместе? – характерно щелкает он двумя пальцами по шее.
Не дав бражнику закончить свою тарабарщину, толкаю его в сторону лестницы.
- Не, ну а чё? – сопротивляется собутыльник, делая странные пассы руками.
Взяв под локоток подвыпившего товарища, веду его прямо в клозет. По дороге в отхожее место мы встречаем субтильного первогодка.
- Это что такое? Ни здрасьте, ни до свидания? – заряжает ему вдруг в бубен Дима.
Вот те на! Пропустив увесистую оплеуху, паренёк со свистом отлетает к стенке, но, как ни странно, остается на ногах.
- Не, ну а чё он не здоровается? Я, между прочим, почти КМС! – пробивает Дима очередной прямой в голову.
- Ты что творишь? – пытаюсь взять я ситуацию под контроль. 
- Отстань! Дай я втащу ему! – прицеливается он вновь.
- Ну а ты чего? – обращаюсь я к «мальчику для битья». - Или дерись, или беги давай!
В тот же миг бой-паренек делает классический нырок под хук Дмитрия и стремглав ретируется с поля боя. Удар Конана-Димы приходится точно в оконное стекло! Дзынь-дзынь!!!
«Избиение невинных младенцев» заканчивается, но толпа зевак уже обступает место ристалища. На крики и ор прибегают наши дамы и разъяренная комендантша.
- Это что тут такое происходит? Иванова, это твои гости?  - рвет и мечет она.
- Да. Мы сейчас уйдём! Мы все уберём! – оправдывается Наталья.
- Да уж будьте любезны! Это безобразие! Я буду жаловаться ректору! – сотрясает воздух гром-баба.
Из Диминой раны струится кровь. Красные лужи на грязном кафеле придают атмосфере зловещий, почти нереальный вид.
- Нужно срочно обработать и перевязать рану! – суетится Елена. – Наташ, ты давай за совком и шваброй, а я займусь раненым! – отдаёт она приказания.
Подхватив Димона, Лена уже тащит его в наш однокомнатный улей. Благо дело, что будущая врач! Через несколько минут забинтованный с ног до головы и благоухающий зеленкой Дмитрий уже снова пытается пригубить стопочку.
- Ну вы  даете! Фу, блин, запыхалась аж! – молвит возвратившаяся в наш «лазарет» Наталья. – Я такого сейчас наслушалась из-за вас! Нужно срочно убираться на улицу, пока все не уляжется!
- Да, конечно!  - толкаю я товарища.
- И ты отвечаешь за него лично! – грозится она мне пальчиком.
- Слушаюсь и повинуюсь! – паясничаю я.
Дружной гурьбой вываливаемся на улицу.
- Ну, мы пойдем вперед, а вы, давайте, мужички, не отставайте! Arrivederci! (до свидания, итал.) – объявляют наши дульцинеи.
- Угу! – недовольно бормочу я себе под нос. – Нести-то мне его на своей шее, а не вам!
Спустя пару минут наши другини исчезают из зоны видимости, зато на горизонте нарисовывается милицейский патруль.
- Та-ак! Смирно! – командую я другу. – И не вздумай отчебучить чего-нибудь!
- Да я их щас заколбашу! – качается Дима, словно колосс на глиняных ногах.
- Я тебе заколбашу! Цыц! – пытаюсь я урезонить своего товарища.
Меж тем патруль направляется в нашу сторону. Огромный детина свирепого вида с резиновой дубиной и патронташем наперевес, а также двое его однополчан уже окружают нас флажками, словно волков.
- Так, молодые люди! Куда направляемся в таком состоянии? – словно сверлит нас взглядом главный собровец.
- Да вот, друг мой выпил лишнего! Домой веду его! -  пытаюсь рядиться я в тогу добропорядочного гражданина.
- Ну это мы сейчас разберемся!  – косится он за забинтованный Димин кулак. - Филюхин, подгоняй «козелок»! Пакуем их! – приказывает несговорчивый циклоп.
- Нельзя нам, товарищ старший лейтенант! Мы это, как его... с дамами, в общем! – стараюсь я быть деликатным.
- Ах, вы еще и с дамами? И где же они? – ухмыляется громила.
В этот момент к месту конфликта поспевают наши подружки по несчастью.
- А в чем, собственно, дело? – простосердечно улыбается Наталья.
- Они с вами? – грозно вопрошает сотрудник правопорядка.
- Да, с нами! Мы, вот товарища домой ведем! – подтверждает Елена вышеупомянутую мною версию.
«Просклонянный» по всем падежам Дмитрий поднимает  остекленевшие глаза с явным намерением высказать решительное "фи" происходящему произволу, но лишь безвольно мычит нечто нечленораздельное.
- Хорошо! Ведите его, только побыстрей, пока я не передумал! – резюмирует старлей. –  Пошли! – делает он отмашку сослуживцам.
- Спасибо, спасибо! – рассыпаемся мы в любезностях.
Дабы избежать на будущее каких-либо инцидентов с правоохранительными органами, ловим мотор.
- Шеф, завезем клиента по адресу, а потом в «Витражи», - начинаю я разговор с таксистом.
– «Витражи» - это что? – делает он недоуменное лицо.
- Дискотека такая! Я покажу дорогу, тут недалеко, – уточняю я.
- Ок! Прыгайте! – соглашается извозчик.
- А я не хочу домой! Я тоже хочу в «Витражи»! – просыпается вдруг Дима. – Иначе я никуда не поеду просто-напросто! Вот! – чуть ли не всхлипывает он от обиды.
- Ну, мы едем или нет? – волнуется шофер. – Я же из-за вас под знак встал!
- Едем, едем! – усаживаемся мы в машину.
Вразумить нетрезвого компаньона не удается, решаем брать его с собой. Благополучно миновав охрану клуба, попадаем прямо на танцплощадку, где пускаемся дружно в пляс. Под сингл Snow разгоряченная толпа уже скандирует: «Infoоооrmer!». Заметив студентов с нашего курса, присоединяемся к всеобщему веселью.
- А у тебя симпатичная девушка, Михаил! Почему же скрывал такую красоту? – подходит ко мне мой однокурсник Володя.
- Да так как-то... Не было повода! – оправдываюсь я, с гордостью поглядывая на свою избранницу.
- Ну-ну! Познакомимся еще! – перекрикивает Владимир самого Haddaway.
- Конечно! – киваю я в такт музыке.
Утомленный Дмитрий уже отдыхает на лавочке. Девчонки, покидав в центр  воображаемого круга свои сумки, толкутся под No Doubt. Наталья в строгой юбочке-карандаш и кофточке в горошек лихо цокает каблучками по паркету.
- Поеду я, отвезу его домой, а то совсем уснет! – обращаюсь я к ней.
- Давай, только возвращайся! – целует она меня на прощание.
- Конечно! Прилечу на крыльях любви! – обещаю я.
Удаляемся с Дмитрием восвояси. «Вторая часть Марлезонского балета» бесславно подходит к концу. Мелкий моросящий дождь встречает нас на проспекте. Ну, держись за меня, Димон! Только крепче держись!