Воробей

        Сквозь метель и ночную тьму машина пробивалась к городу. Справа и слева от трассы вереницей выстроились сосны и ели. Деревья, с шапками из иголок и льда, сжавшись от холода, боясь шелохнуться, стояли, не живы, не мертвы. Вокруг разлилась стеклянная прозрачная тишина. На улице стоял трескучий мороз.
        Машина, натужно гудя перегретым мотором мчалась по обледенелой трассе. По радио в последних новостях сообщили, что температура воздуха минус тридцать восемь градусов. «Да, любая авария или остановка машины создаст массу проблем», — подумал Виктор, проклиная свой авантюрный характер. Его приятель, Валентин попросил привезти из соседнего города дефицитное лекарство для жены–сердечницы.
В родной город заветное лекарство обещали доставить только через три дня.
         Валентин уверял, что даже кратковременная приостановка женой приема лекарств может привести к печальным последствиям. Разве откажешь? И, как жена Виктора не отговаривала, с утра он выехал и вот теперь под вечер возвращался домой.
         Въезжая в город, Виктор увидел, как вдруг, откуда- то сверху на лобовое стекло машины упал комок снега, размером с яйцо. Удар отбросил комок в ложбину между капотом и ветровым стеклом. Снежная диковинка, едва- едва шевелясь и переваливаясь, как- то смешно перемещалась от одного конца ложбины к другому, не думая останавливаться.
          «Что за чудо?», встрепенулся Виктор, приглядываясь к незнакомому существу. «Да это же воробей!», — только сейчас понял Виктор.
Раскаленный воздух из системы обогрева, через вентиляционные отверстия обдувал и не давал застыть лобовому стеклу. Тепло через стекло проникало наружу, создавая парную завесу. Этим обстоятельством и воспользовался замерзший воробей. Почуяв источник тепла, из последних сил, он спикировал на лобовое стекло движущегося автомобиля.
          Виктор остановил машину, вышел из автомобиля. Осторожно взял воробья из ложбины и положил на пассажирское сиденье машины. Еще минут пятнадцать Виктор капотом машины пробивал толщу снега безнадежно запорошившего городские улицы. Наконец, остановился у своего дома и стал наблюдать за воробьем.
          Здесь, в теплом салоне машины, воробей отогрелся, ожил, стряхнул влагу с оперенья и с удивлением стал озираться вокруг. Такой большой клетки он еще не видел. Виктор достал остатки бутерброда и накрошил хлеб на сиденье. Воробей бойко склевал хлебный мякиш и нагло уставился на спасителя. Поняв, что еды больше не достанется, осуждающе покрутил головой, воспарил и попытался дать деру. Виктор рассмеялся:
          —«Ничего нет слаще свободы!» приоткрыл дверь, давая шанс воробью покинуть салон машины, чем тот мгновенно и воспользовался.
           Виктор повеселел, усталость, накопленную за день пути, как рукой сняло. А, решение отправиться в непогоду, в другой город, не казалось таким уж и авантюрным. Усилия оказались потраченными не впустую. Виктор спас две жизни:
           Большую человеческую и маленького Божьего создания воробья.