Венетико 2. Премия за разлив топлива
В самом первом моём рейсе стармехом, на рыбопромысловом траулере «Артек», мне об этом сказал Игорь Васильевич Журавлев, царство ему небесное. Капитан мой. Тогда так вышло. Третьим механиком, ответственным за все топливные операции, был у нас Толик Буденный, тоже первый рейс в должности. Приходит он ко мне:
- Дедушка, топливо кончается!
- Как это кончается? Ты же мне вчера докладывал, что у нас больше тридцати тонн. А суточный расход у нас десять.
- Говорил. Но я ошибся, ниоткуда уже насос не берет, а в отстойной цистерне - тонн пять, не больше.
Пошел я к Журавлю. Тот поверить не может:
- Да нам еще двое суток до базы. Охренел ты, Дедуля?
- Ну, нет его, Васильевич! Только что все танки с третьим перемерили. А те, что в машине, даже вскрыли и через горловины переносным насосом Буденный забрал. Старается, сукин сын!
- Да и ты не лучше. Ну, с загашника своего достань. Мне минимум сутки работать еще надо, и рыбалка как раз идет. Никто мне очередь под базой не уступит.
- Нет у меня загашника. Все, что есть, вот – на бумаге. Семь тонн вместе с расходной цистерной.
- Интересное кино! Да я первый раз стармеха без загашника вижу! Приятно познакомиться!
- Ну, Васильич!
- Ладно, пойду с начальником промысла разговаривать. Расскажу ему, с какими мне механиками работать приходится. Он ведь тоже капитан... бывший, правда. Может, и сжалится.
Разговор этот я запомнил на всю жизнь. И всегда у меня с тех пор загашник по всем видам топлива и масла. И не хочу в другой раз его иметь, а правая рука сама пишет, сколько по уму положено. Привычка – вторая натура.
Но вот оказалось, что не всегда загашник – это хорошо. Пришлось нам на «Венетико» в Амстердаме принимать топливо по самое не могу. Топливо оказалось с необычно низким удельным весом, да еще и чересчур разогретым. И то, и другое объем принимаемого топлива сильно увеличивает. А у меня же еще и загашник в танке, о котором никто не знает! Хотя в этот раз знал мой суперинтендант. К счастью моему, именно он в тот раз был инициатором создания неучтенных излишков топлива, хотел прогнуться перед судовладельцем и неожиданно его порадовать. Но и он не знал о размерах загашника. Ох, грехи мои тяжкие!
Короче говоря, все вышесказанное привело к тому, что топлива я брал чуть ли не по сто процентов в танки, а положено – не более девяноста. А еще лучше – по восемьдесят пять, я так всегда, по возможности, и беру.
Ну, и хлюпнули мы! За борт, к счастью, не попало, но переливные ящики под воздушными трубами переполнились, и топливо растеклось по палубе. К счастью,боцман шпигаты добросовестно зацементировал. Но и это не все. Поднявшись вверх по трубам, топливо отыскало коррозионные свищи в воздушных трубах, и через них потекло в трюм, который, слава Богу, был уже почти пустой, но не совсем. Голландец, управляющий выгрузкой и сидящий высоко над трюмом, все мгновенно увидел.
Грузовые операции остановили, стали звать инспекторов портнадзора, наш капитан вызвал инспектора P&I клуба, защищающего интересы моряков. Экипаж быстро убирал топливо с главной палубы. Я же, пользуясь тем, что суперинтендант был на борту судна, накричал на него. Как известно, нападение – лучшая защита!
- Все из-за вас! – орал я, – заставляете меня химичить с расходом топлива, потом излишки прятать, вот и доигрались! Посадят нас с тобой за решётку, будешь знать!
- Все нормально будет, Чиф. Не кричи. Я знаю, что делать. Не в первый раз. У тебя же план бункеровки есть? Сколько ты там процентов заполнения танков забил?
-Девяносто. А что было делать? Фрахтователь хочет без бункеровки пойти в Бразилию аж до Манауса по Амазонке, а потом в Панаму. Я говорил, что у меня места в танках недостаточно.
- Вот и отлично. Ты все расчеты и таблицы мне дай, и мы с нашим инспектором все сделаем. А тебе я премию дам. Хорошую. Ты только помалкивай о нашем с тобой договоре.
Свидетельство о публикации №215032101256
Евгений Ширяев 07.05.2020 07:44 Заявить о нарушении
Михаил Бортников 07.05.2020 08:55 Заявить о нарушении