Akira The Suicide

Июнь 2014
 
 
Akira the hum@n.

Так банально хлопнула входная дверь.
Куртка разочаровано полетела на кресло. Туфли нервно отброшены в угол. Разбито ослаблен рукою черный галстук.
Депрессия, как многим известно, может иметь довольно маниакальный характер. В таких случаях человек не всегда может адекватно воспринимать происходящее и различать грань между потенциально хорошим и плохим…
Бутылка красного вина откупорена и штопор вместе с пробкой летит на пол. Мраморная плитка не пострадала.
В огромном окне, сквозь собственное отражение, виднеются разноцветные огни огромного ночного города, огромные рекламные щиты, и только в огромной комнате стоит маленький человек, Акира.
Шаги, медленные, тихие, задумчивые; рука, скользящая по стеклу, оставляющая за собою следы. Уборщица завтра вымоет окна, вытрет пол. Не о чем беспокоиться.
Вино стекает по стенкам, прямо внутрь, разогревая грудь. Еще глоток, за ним другой, такой же, растянутый.
А вот балкон. Ветер на безымянной высоте треплет волосы, прокрадывается под шелковую рубашку. Свежий, холодный, приятный.
Человек стоит уперевшись локтями в перила, смотрит на город, на скользящие по воздуху машины. В будущем нет ничего стоящего, нет ничего интересного, футуристичного, нет ничего из того, о чем думают дети, только отдаляющиеся друг от друга люди и разурбанизированный мир, в котором так легко разочароваться. Мир, где потеряться легче легкого, а найтись намного труднее, чем выжить.
В одной руке полупустая бутылка, в другой открывающийся медальон. Бутылка открыта, медальон закрыт.
-Эй, ты что там завис?- слышаться голос за спиной, но человек на балконе не реагирует. Он в полудреме смотрит на крошечных людей, настолько крошечных, что сам он кажется огромным.
Долгая пауза и тяжелый выдох.
-Нет…- отвечает Акира, человек будущего.
-Это хорошо.
И вот на балконе уже стоят двое.
-Что это у тебя там?
Акира показывает медальон, с сомненьем медленно открывает его.
Внутри медальона черно-белая фотография – чей-то кусочек памяти.
-Она такая красивая,- вздыхает Акира, влюбленный человек.
-Может быть… А кто это?
Акира внимательно смотрит в глаза стоящему рядом человеку. Поймет ли он?
-Это, Кассиди, моя бабушка. Ее зовут Клэр. Она великолепна. Эти черты лица, эти глаза… как прекрасны губы, нос и брови… Неудивительно, что дедушка влюбился в нее с одного лишь взгляда…- Акира задумчиво вздыхает, и сомнений нет, его тревожит что-то.
-Тебе не кажется это немного странным?- обхватывая перила, вопрошает друг. Он выглядит таким же грустным как и Акира, человек.
Тишины здесь нет, здесь гул машин, здесь шум не спящих улиц, и фонари с витринами электричеством трещат, неон жужжит, вздыхает где-то там в толпе прохожий без лица, ему под ноги, мерцая, свет бросают заезды.
Хорошо молчать, но нужно все-таки ответить и Акира пожимает уставшими плечами:
- Не знаю,- он делает глоток вина.- Не знаю, но разве это плохо? Я с нею даже не знаком,- и вот снова пауза в ожидании вопроса, но Кассиди молчит.- Мне дедушка о ней как-то говорил. Мол, необыкновенною она была. Много он рассказывал, ох как много…
-И как часто ты смотришь на нее?
-По вечерам бывает. Там перед сном, а может даже утром. На работе как-нибудь.
-Хм…- и больше ничего.
Двое смотрят в небо, на луну, на то, как бедняжка в одиночестве скучает.
Вздыхают двое на балконе и каждый, думу затая, о своем мечтает тихо. Глаза скользят по темным крышам, по бликам на прозрачных окнах. Вон рекламные щиты, и много надписей на них.  Одна из них, чертовка, Акиру манит, подговаривает на безумный шаг, и он сделает его, как только отвагу в себе найдет.
-Сходим завтра утром на выставку новых технологий?- спрашивает Акира, верный друг.
-Да можно,- доставая сигарету, отвечает Кассиди.- Но разве тебе не нужно завтра на работу?
-К черту работу, жизнь коротка.
-Настолько коротка, что ты готов пойти на подобные безумства?
-По-твоему не пойти один денек на работу это уже безумие?- пауза, тишина, но тишина на словах, а не на сердце.- Какие же у тебя должны быть приоритеты, чтобы думать так?- Акира делает глоток, Кассиди затяжку, оба, сами того не зная, смотрят в одну точку.- Ходить каждый день на работу - вот безумство, как по мне.
-Быть может, ты прав…
Время полвторого ночи, и дым табачный покидает легкие, выходит наружу, в большой мир, и там гонимый ветром растворяется во мгле…
Акира все смотрит в медальон, сердце его дрожит и бьется в молодой груди, глаза печальным огоньком полны, и лишь там внутри, где быть должна душа, пустует место для тепла…
Вино допито. Сигарета искурена неспешно. Разговор окончен.
Сегодня будет новый день.
 



Akira the m@nster.

Новый день настал и звезды, испугавшись Солнца, попрятались в космической тени. 
Акира хлопья ест, Кассиди глотает холодный чай.
Пройдет еще немного времени, еще немножечко просыплется песка и вот двое уже на выставку пришли.
Кругом дивные штукенцие стоят, голографии судачат что-то, и лишь дроиды, соблюдая тишину, покоятся в сторонке тихо.
-Вы гляньте на это чудо! Увеличитель квантовых частиц!- зазывает мужчина в котелке. В руках его блестит прибор, явно сложный, дорогой.
-Лечение пинецепии сердца посредством комбинирования альфа и дельта волн – это залог здорового будущего!- глаголет женщина в халате.
Но двое идут дальше. Один восторгается чудесными машинами, новыми устройствами, другой без интереса к окружающему идет к своей заветной цели.
-Смотри-ка, это же конвертер вязкости!- восхищенно восклицает Кассиди, но Акире нету дела до него.
-Да? Ну, ладно…
Вот за оградкой стоит забавная кабинка. Куча проводов и странная антенка. «Временной перемещатель» написано на ней.
Акира подходит ближе, рядом пусто и нет живых людей. Здесь их быть не может, ведь слишком рано, чтобы жить…
Вот брошюрка взята человеком, вот прошел он за оградку, вот вошел он в странный аппарат.
-Ты ведь не собираешься его использовать?- спрашивает подошедший к человеку друг.
-Собираюсь.
Кассиди, вздыхая, идет вслед за спутником своим. Теперь уже двое, а не один тыкают на кнопки и дергают за рычажки. Один волнуется, почти что задыхаясь, другой скептически на панель глядит. Что ждет их впереди? Что путешествие сулит? Оба думают об этом. И, к сожалению, оба чувствуют опасность. На риск идет один, но под удар подпадают двое.
-У нас есть еще шанс  вернуться,- предлагает Кассиди, убирая с лица длинные пряди волос. Акира сосредоточенно машет головой, мол, нет, нет у нас назад дороги. И выбора-то нет. Вроде есть, а вроде и нет.- Тогда вот смотри, это время, в которое нас переместит, а это координаты, о них не беспокойся, я сам их поставлю. Вот тут выставляется срок, через который нас вернет обратно.
-Или, быть может, не вернет,- с усмешкой возражает Акира, пока что человек. Он тыкает на цифры дрожащим от волненья пальцем.- Три дня должно хватить.
И наступает момент истины, но Акира что-то медлит. Он отчаялся, конечно, но все же еще немножечко в своем уме. Вдох, за ним судорожный выдох, так выдыхают мертвецы, которых палачи ведут на плаху, у которых уже больше будущего нет.
Собравшись с духом, Акира жмет на кнопку. Секунда, другая… ничего не происходит… но тут что-то меняется и воздух начинает нагреваться. У самых ног стали загораться голубые искры, сотни искр, затем тысячи, они стали подниматься, кружиться, словно это маленькое кристальное искрообразное торнадо, вот их уж миллионы. Под нарастающий гул они мелькают перед глазами, а затем сливаются, превращаясь в непрерывный поток. Этот поток становится все темнее и темнее, и вот когда он стал черным, как тушь, настала тишина и на глаза нахлынула тьма.
Было темно, но лицо могло почувствовать на себе летнее касание ветра, такое легкое, такое тонкое, как неповторимый аромат цветочного букета. Куда они попали? Или, быть может, где они?
-Глаза-то открой,- услышал Акира голос друга своего. И, правда, глаза его закрыты.
Двое стоят среди деревьев. Зеленые вязы смотрят на них сверху вниз.
Под ногами что-что шепчет молодая травушка-трава.
-Где мы?- интересуется Акира, путешественник во времени.
-Вернее когда,- поправляет его друг.- А так мы в парке. Неужели не узнаешь?
-Его не стало, когда мне было пять. Конечно, я его не узнаю!
-Ладно. Скажи лучше, что ты задумал?
-Нам нужно найти городскую площадь, там сегодня ежегодная ярмарка. Мой дед должен там встретить и поцеловать мою бабушку.
-Ту девушку с твоего медальона?
Акира не отвечает, он смотрит по сторонам, стараясь определить в какой стороне выход.
-И что такого важного в этой встрече?- поднимая глаза к небу, вяло интересуется Кассиди.
-Она первая.
Теперь Кассиди ничего не отвечает. Он глубоко задумался.
Птицы щебечут, напевают свои трели, и облака, как ленивые котики плывут по небу не спеша. Кругом бабочки танцуют, перелетая с места на место.
Двое, любуясь дивным окруженьем, идут вперед. Вот им попались на глаза первые люди.
Люди прошлого одеты иначе, лица их выглядят иначе, говорят и смеются они иначе. Одежды их по-летнему просты, глаза горят задором, губы словно так и норовят в улыбке растянуться, а голоса их столь оживленны, что хочется припасть к их беседе, как к фонтану с целебною водой.
-И почему у нас парков нет? Смотри, как люди интересно здесь проводят время! Они кажутся такими беззаботными и счастливыми…- с завистью вздыхает Акира, человек из прошлого. Он не понимает, что с будущим не так.
За шагом шаг двое покидают парк. И вот виднеются массивные ворота, такие большие, что через них прополз бы и корабль. Но корабли не ползают, и даже не летают. И вот покидают парк они, выходя на главную улицу.
Кругом по дорогам ездят машины, на колесах движутся вперед, мелькая причудливыми формами, своими кузовами.
Кругом маленькие дома. Высокие, но все равно маленькие. Кирпичные, совсем как старые. Они и есть старые, только не для своего времени.
Двое смотрят по сторонам восторженно и удивленно. Для них все кажется непривычным и немного глуповатым.
-Надо было прихватить фотоаппарат,- задыхаясь от восторга, шепчет Кассиди.
Как фантастичен мир, в котором не был…
Площадь все ближе, и сомненья в душе Акиры все больше. Тысяча вопросов возникают в голове.
-Что ты будешь делать, когда встретишься с нею?- вопрошает Кассиди, взором встречая ярмарки пестрый горизонт.
-Я хочу узнать о ней как можно больше.
Вероятно, такой ответ устраивает его друга, ибо тот лишь плечами пожимает да рукой в сердцах махает.
Еще немного и они почти пришли. Двое на пороге городской площади, и эта площадь отличается от той, что будет в позднем времени.
Двое теряются в толпе, среди цветных шатров, среди прилавков и витрин. Кругом разные аттракционы, кругом торгуют вкусностью наивреднейшей.
Кто-то жует сладкую вату, кто-то уплетает печеные яблоки, а вот тут льется в стаканы газировка. Промасленное мясо, зажаренный бифштекс…
-Здесь столько всякой еды…- теряется Кассиди в себе. Какой прок быть здоровым, как мы, если не можем быть так счастливы, как они?
 Здесь в прошлом так шумно, так много голосов. Люди здесь постоянно что-то обсуждают и друг с другом говорят. Зазывалы так и притягивают к себе, манят к себе похлеще, чем лукавый Бог.
-Давай разделимся,- предлагает Акира, человек из будущего.
-Хорошо, встретимся в центре.
Теперь Акира остается без присмотра, он один, и вроде нет. Движется он как-то в страхе, неуверенной походкой, нервно смотрит по сторонам, вдыхает воздух, пропахший водкой, или, быть может, он не прав, и это вовсе не огонь-вода? Здесь разливают эль, и людям дарят сидр.
Всё словно бы кружит, туда-сюда мелькают лица, но искомого средь них вроде нет. Платья и сарафанчики пестрят в глазах, шляпы становятся совсем как одна. Голова кружится от страха и волненья, люди алкоголем бьют в глаза, бьют по жилам, прямо в мозг.
Но вот, но вот стоит она! Совсем одна!  Стоит у лавочки глядит на большое колесо*.
Она красива и прекрасна, как никогда. Пепельная юбка, и под таким же болеро обтягивает талию беленькая майка. Волосы заколоты сзади, глаза под солнцем словно серо-голубые облака… Улыбается кому-то, может даже быть,  ему!
Он смотрит на нее и воздух кончается в груди, так красива бабушка его. Так красива, что невозможно помнить о другом.
-О, ты нашел ее!- выводит из транса Акиру друг.
-Да,- отвечает Акира в никуда. И вот, чуть придя в себя, добавляет:- Мне нужны цветы.- И не спуская с бабушки своих серых глаз, Акира идет к продавцу цветов, Кассиди ступает вслед за ним.- Заплати ему, пожалуйста, я потом отдам,- и, не дожидаясь ответа от друга своего, как завороженный идет к молодому предку своему.
Дурак тот, кто считает, что мир предопределен.
Подошел он к ней вплотную, потерялся вдруг в себе. Глаза, почти прозрачные увидел, и растерялся вмиг опять. Она смотрит на Акиру немного удивлено, и когда он протягивает ей букет красивейших цветов, она восторженно вдыхает их аромат.
Акира.
Акира! Человек будущего!
И Акира прежде, чем она, девушка его долгих мечт, успевает что-либо ответить, наклоняет ее чуть назад, и губами алыми своими припадает к ней.
Вот тот поцелуй давно искомый, вот то губ тепло, что он так ждал. Мягкость, нежность, покоритель его души.
Лишь безумством определяется в жизни человек…
Акира отстраняется назад, затаив дыханье, остановив сердце в своей груди, он ждет, когда она откроет закрытые глаза.
Взгляд ее немножечко растерян, прям совсем  чуть-чуть, но восхищения и восторга в них не счесть.
-Кто ты?- спрашивает Клэр, на щеках ее виднеются мелкие веснушки, бледные как дневная луна.
-Акира, твой яростный фанат.
-Фанат?- улыбается она.
Он отпускает ее, убирая с талии трясущиеся руки. Что будет дальше, он не знает, но знает он одно лишь точно – еще он жив пока, и будет жить еще немного.
Акира так много хочет рассказать Клэр о своей любви, но к несчастью, к ним подходит девушка, с изумрудными глазами, на лице ее играет жизнь.
-Сестренка, какие чудные цветы!- блестит глазами рыжая краса. Озорная, она буквально сияет радостью без фальши.- Можно мне их поддержать? Пожалуйста!
Клэр виновато смотрит на Акиру, разве может отказать она сестре? В ее влюбленном взгляде, виднеется вопрос, и Акира на него лишь плечами пожимает:
-Да ради Бога.
Девушка отдает девушке цветы, и та с бурлящим восхищеньем уносится куда-то прочь.
-Я кое-что тебе расскажу, но ты мне не поверишь,- буквально шепчет любимой Акира, сердцеед. Он готов поведать всё – о невзрачном и унылом будущем, где работа для человека всё, о любви своей, о жертвах, на которые он готов пойти ради нее. Он уже готов, но тут как назло судьбе Акиру за локоть хватает верный друг.
-Прошу прощенья, я на одну минутку уведу его,- преклоняется Кассиди перед всё еще оторопело-восторженной девушкой. Он уводит в сторону Акиру, и тот, всё глядя неотрывно в глаза своей любви, пятиться назад. Но Кассиди плевать, что друг влюблен, он в ярости кричит.- Ты что делаешь, твою мать?! Совсем рехнулся что ли? Она же БАБУШКА ТВОЯ!
-Что? Нет…- мямлит Акира, разрушитель будущего.- Она всегда хотела, чтобы кто-то так к ней подошел с цветами, а затем подарил ей первый поцелуй…
-Я не об этом, идиот! Ты нарушаешь временную нить, событий цепь! Так не должно быть! Ты это понимаешь?
-Разве не плевать?
-О, Госпади!- Кассиди хватается за голову, в отчаянье приходит он.- Но подожди-ка, мы все еще живые! Еще не все потеряно! Твой дед еще может добиться ее расположения. И тогда все встанет на свои места!
Но Акира не слушает его, он смотрит на девушку, на Клэр, бабушку свою. Он смотрит, как она не сводит с него глаз своих прекрасных.
-Смотри, а вот и он!- Кассиди рукою кажет в сторону, а там и правда Акиры дед. Еще молод и красив, с цветком в руке. Как наивно выглядит он сейчас, с розою в обнимку, идя к девушке без букета роз.
О чем он думает вообще?
Акира срывается как ракета с места, подлетает пулей к деду своему, рукой хватает розу. Шипы врываются, впиваются в ладонь, и кожа рвется, как временной лоскут, покрой истории рвется от тяжести беды. Все начинает дрожать, двоиться и троиться, мерцать, как мерцают в ночном небе звезды.
Ниточки событий расходятся, путаясь и разлетаясь на куски.
Как брошенная на землю роза, падают с пьедестала песочные часы. Песок теряет свой порядок…
Акира бросается к девушке, его волнует только Клэр. Она растеряна, не понимает что происходит. В ее глазах расходится Акира, бледнеет он, дрожит, как и она сама. Его рука ложится ей на щеку, обжигая нежную кожу своей густой кровью. И кажется, что не одно касанье, а десяток сразу.
Песок поднимается с земли, ветер замирает, как замирают и полы шатров. Птицы застывают в небе. Люди кругом не понимают, что происходит, ведь все кругом рябит, троится, пятерится, расходится на двенадцать полупрозрачненьких частей, зеркальных копий…
С мерцаньем нарастает гул.
От будущего остается так мало. От времени не остается почти что ничего…
Акира целует Клэр, это всё, всё что ему нужно. Ее губы, подобные бархату, ее нежные объятия, подобные счастью, и ее тепло, как огонь божественного сердца, ее близость, как близки могут быть между собою души. Ему нужна она…
Кассиди уже рядом, его уже довольно много. Рябящий, дрожащий, мерцающий и расходящийся на кучу себеподобных копий. Он верный друг. Дюжина друзей.
-Оно того стоило?- кричит он сквозь, казалось бы, непреодолимый гул.
-Да!- отвечает Акира, монстр. Части разлетаются, песок взмывает вверх, взрываясь на более мелкие песчинки, время разбивается на капли, как хрусталь на миллионы разлетается осколков, и временная нить рвется, рвется как последний вздох Акиры, убийцы будущего.

 



Akira, the...

Кассиди идет по улице, шаг его неспешен. На лице играет улыбка, длинные волосы развиваются от июльского ветра.
На глаза ему попадается вывеска на здании: «выставка новых технологий», и вот уже он бродит меж различных экспонатов и машин. И восхищенью нет предела! Повсюду куча разных штук. Сплошное загледенье! А вот стоит забавная кабинка с кучей проводов и торчащих микросхем. «Клэр, машина времени», гласит надпись на табличке. Какое странное названье.
Кассиди подходит ближе, любопытно выдыхает.
-Она не работает, к счастью,- слышит он голос за спиной.
Оборачивается и видит молодого человека. Кассиди смотрит незнакомцу в зеленные глаза. Хм, как интересно…
-Ах да, я забыл представиться, я помощник доктора Кирова, это он создал перемещатель во времени. А меня зовут Акира,- молодой парень протягивает руку, и Кассиди ее любезно пожимает.
-А почему к счастью?- спрашивает он с улыбкой.
-Кто знает, какие беды ждут нас в прошлом,- отвечает Акира, …

               

             




Time is just our illusion...…






The @nd.