Русская рулетка Глава XXVI

Непобедимая и легендарная
Служба в армии это работы, после которых вся остальная жизнь кажется перекуром. Офицеры из военного училища, где с приключениями ночевал великий комбинатор, посоветовали корреспонденту съездить в Улан-Удэ.
- Там концентрируются советские войска перед броском в Монголию! - шепнули ему. - Скоро будет наше наступление на японцев у Халхин-Гола.
- То, что надо! - притворно обрадовался Остап Бендер.
- Там столько тем для геройских репортажей будет! - закончил военный.
Он не планировал фиксировать подвиги героев, но в столицу Бурятии поехал. Теперь у него был адрес части, где ждали московского корреспондента. Правда, казармы пехотного полка ему не понравились.
- Бараки! - понял он. - Жильё временного типа, в котором живут долго.
Военные жили в бараках, построенных скоростным методом. На глаза великого комбинатора попался стандартный пожарный щит.
- Ещё с детства я интересовался вопросом, - спросил он охранника: - А для чего нужны такие конусные ведра на пожарном щите?
- Они маленькие, острые, и если их быстро заталкивать в бочку, то вода набирается также быстрее и пожар тушится скорее! - предположил он.
- Чтобы их не воровали! - заверил Бендер. - В хозяйстве бесполезные…
Барак состоял из каркасной постройки, с обеих сторон к стойкам были пришиты необрезные доски. К доскам была прибита фанера с надписью:
- «Октябрята дружные ребята!»
В качестве утеплителя между досок использовались опилки. Ни внутри, ни снаружи штукатурки строители не сделали. Внутри помещения доски были не обструганные, просто побелённые известью. Барак был разделён коридором и перегородками, которые не доходили до потолка.
- Любой разговор слышен по всему бараку! - огляделся великий комбинатор. - В полном смысле слова «бытовая коммуна»...
В каждой комнатушке стояли намертво сбитые полати. В середине барака и в торце виднелось по очагу. На них готовили пищу. 
- Сплошная антисанитария! - брезгливо поморщился он.
В городе, застроенном бараками, было много крыс, сантехники и связисты отказывались спускаться в подземные колодцы. Крысы разучились бегать по тротуарам. По проезжей части грызуны перемещались шагом.
- Ужас! - воскликнул Остап, впервые увидев такую картину.
Городские кошки находились в безопасности только на крышах и заборах, а небольшие собаки жались к ногам хозяев, когда проходящая крысища бросала на них оценивающий взгляд.
- Их специально, что ли разводят?! - удивлялся он их количеству.
Городская администрация попыталась обратиться за помощью к местной санэпидстанции, однако санитарные врачи от схватки уклонялись:
- Мы, это, тараканчиков можем поморить, мышек там, клопиков, а на крыс у нас яда нет… Что вы, да и кусаются они очень...
Крысы превратили городской колхозный рынок в ленное владение, каждый день уничтожали кучу продуктов, а особо ретивого торговца сильно искусали, норовя вцепиться в самое дорогое. Тогда, отцы города, окончательно отчаявшись и, вспомнили лозунг:
- «Воин Красной Армии, спаси!»
Они обратились к командиру подшефного полка. Собрали военный совет, пригласили представителя центральной прессы. Председатель исполкома обрисовал ситуацию, не жалея чёрной краски. Командир полка открыл прения любимой фразой:
- Товарищи, есть конкретное предложение: надо что-то делать!
- Давайте мы в колодцы спустимся и крыс постреляем! - азартно выдвинул идею боевой комендант.
Представив последствия крысиного сафари для подземных коммуникаций, городской голова тайком перекрестился и отказался. 
- Так, - подвёл итог дискуссии командир и хлопнул ладонью по столу. -
Других предложений нет? Начхима ко мне!
На следующий день, одуревший от безделья и внеочередных нарядов, начальник химической службы носился по гарнизону, словно тайфун.
- Настал его звёздный час! - подумал Бендер, изо всех сил делавший вид, что собирает материал для актуального репортажа.
«Химик» что-то посчитывал, бормоча и загибая пальцы. С ужасным скрипом открылись двери склада химимущества, и бойцы начали таскать подозрительные коробки и банки с ухмыляющимся черепом на крышке.
- Хана грызунам! - ехидно шептал он.
Для пробы выбрали участок коллектора длиной триста метров около рынка. Район боевых действий был тщательно изолирован, пути отхода противника перекрыли. Открыли чугунные люки. В каждую дыру начхим лично плеснул хлорпикрина, затем коллектор начали забрасывать шашками, которые он ласково называл «синеглазками». Крышки закрыли.
- Из люков потянуло зловонием, - записал в блокнот журналист, - показался бурый опасный дымок.
С блаженной улыбкой начхим прислушивался к возмущённому писку и возне под ногами. Внезапно из дыры пулей вылетела ошалевшая крыса.
- За ней вторая!.. Третья! - фиксировал Остап быстрым подчерком.
Солдаты шарахнулись в разные стороны. Самый глупый попытался заткнуть дырку носком сапога, но тут же отскочил, удивлённо разглядывая дырки в непробиваемом кирзовом сапоге.
- За секунду прогрызли! - опешил красноармеец.
Остатки крысиного воинства позорно бежали, но большая часть всё-таки навсегда осталась на поле боя. Вечером начхим с товарищами с видом победителя отправился выводить из организма токсины.
- За нашу победу! - толкнул тост Бендер. - И так будет с каждым!
На следующий день сантехники попытались проникнуть в коллектор. Но тяжёлый хлорпикрин не желал рассеиваться. Когда начхима спросили, что делать, он глубокомысленно помял похмельную физиономию и ответил:
- Так, это, ждать...
На третий день жаркое солнце прибавило запаху из коллектора новые оттенки. Рынок пришлось временно закрыть. Обозлённые сантехники, мощными струями воды смывали многочисленные тела павших грызунов.
- Но, самое главное, крысы из канализации ушли! - пояснили они корреспонденту. - Все!.. В ближайшие бараки.
Пока они разговаривали, рядом остановилась запылённая командирская «эмка». Из неё вышел молодой военный в звании комбрига.
- Что здесь происходит? - строго спросил он.
Остап назвал себя. Военного звали Михаил Павлович Яковлев.
- Командир 11-й танковой бригады, - с достоинством сообщил он.
Они разговорились, командиру надоела долгая дорога.
- Где-то я тебя видел… - произнёс комбриг. - Точно!.. В спальне иркутского военного училища.
- Было дело под Полтавой! - признался пристыженный Бендер.
- Память у меня фотографическая… Раз увижу, вовек не забуду!
Комбриг был невысокого роста, коренастый, с мужественным лицом.
- Небольшие губы говорят о человеке не слишком эмоциональном и скрывающем свои чувства… - просчитывал великий комбинатор.
Они явно понравились друг другу и уже через полчаса вместе мчались к месту назначению Яковлева. За городом они возглавили танковую колонну и маршем прошли несколько сот километров.
- В Монголии становится горячо! - пояснил комбриг цель похода.
Они не знали, что в ночь на 3 июля японские войска генерала Кобаяси форсировали реку Халхин-Гол и захватили гору Баин-Цаган. Стоявший здесь заслоном один из полков монгольской 6-й кавалерийской дивизии был сбит после короткого и ожесточённого боя. 
- Если у человека открытые, красивые, не слишком большие глаза, это говорит о его уме и здравомыслии. - Остап анализировал попутчика. - Тонкие губы знак щепетильности владельца и возможно, проявление жестокости. Такой человек редко показывает свои чувства.
Командующий корпусом Георгий Жуков, не дожидаясь подхода стрелкового полка сопровождения, бросил в бой с марша танковую бригаду.
- Приказано атаковать гору! - сказал Яковлев после разговора с командующим. - Тебе нужно остаться в тылу.
Следующие два дня были похожи на ад. Красноармейцы беспрерывно атаковали, японцы защищались. Даже находясь при кухне Бендер, оценил картину развернувшегося перед ним сражения.
- Бой был жестоким и незабываемым! - вспоминал он со временем. - По справедливости его называют «Баин-Цаганским побоищем».
5 июля японцы отошли, оставив на склонах горы трупов солдат, лошадей и бронетехники. 12 июля группе из трехсот японцев с пулемётами удалось скрытно пройти к советской переправе.
- Выбить их любой ценой! - Жуков поручил Яковлеву.
Исход боя решил танк, дав огненную струю по позиции противника.
- Стойко выдерживая артиллерийский обстрел, танковые и воздушные атаки, - пояснил довольный комбриг, - японцы всегда отступают перед атаками огнемётных танков.
Японские солдаты пытались спастись на дне огромной котловины диаметром в несколько десятков метров, где были окружены и уничтожены.
- Котловина, где нашли смерть несколько сотен японских солдат, получит мрачное имя «могила самураев»... - сурово предрёк Бендер.
Бой стал последним для комбрига Яковлева. Он погиб от пули японского стрелка, поднимая в атаку залёгшую пехоту.
- Смерть на погоны не глядит! - в бою досталось и Остапу. - Чтобы попасть в рай, нужно как минимум умереть.
В начале августа в редакцию газеты «Комсомольская правда» пришло письмо из военного госпиталя, судя по штемпелю, расположенного где-то вблизи Иркутска. В нём сообщалось:
- «Военный корреспондент Бендер геройски воевал с японской военщиной, был ранен и сейчас находится на излечении в госпитале».
Принимая во внимание важность его персоны, руководство госпиталя, видимо, не считая себя компетентным провести весь курс лечения, сообщало, что принимает усилия для его транспортировки в Москву самолётом.
- Высоко взлетел Бендер! - Баранов прочитал её. - Тем больнее падать…
На обязанности военного корреспондента у того не хватало времени. Лишь однажды был помещён его небольшой очерк. 
- «Противник численно превосходящими силами с танками и пехотой окружил советский артиллерийский расчёт. Орудие вело уничтожающий огонь по противнику, который, осыпая огнём продвигались вперёд. Командир получил приказ вывести орудие из окружения. Тракторист Мальков подъехал и взял орудие. Выходя из окружения, политрук батареи товарищ Пахомов, в ста метрах увидел экипаж вражеского танка и принял решение уничтожить его. Пахомов, взяв противотанковые гранаты, ползком стал продвигаться к врагу, водитель его продвижение прикрывал пулемётным огнём. Задача была блестяще выполнена, танк уничтожен, но Пахомов погиб. Мальков продвигался с орудием дальше. По нему вели огонь из танков противника. В результате трактор «Комсомолец» получил много пробоин, но водитель упорно продолжал идти вперёд. Вдруг перед ним вырос пехотинец. Пока он поднимал винтовку, Мальков выскочил из кабины с топором в руке и одним ударом отрубил белополяку голову. Герой спас трактор и орудие».
После возвращения на груди великого комбинатора появился новый орден Ленина, которым он был награждён за подвиги в боях с японцами. 
- Пришлось помогать монгольским братьям, отбивать наглую вылазку японских милитаристов на реке Халхин-Гол, которых советско-монгольские войска в августе разгромили и вышвырнули с территории Монголии! - с таинственной улыбкой он объяснял его происхождение всем желающим. - А то командиры подразделений совсем не владели рукопашным боем. Не могли ни крикнуть, ни напугать...
 
продолжение http://www.proza.ru/2015/04/06/21