Афродита? да, почти

Фотограф предложил мне участвовать в проэкте покраски обнаженного тела женской модели для рекламного журнала. Это было любопытно. Просто ради первого опыта я согласился.
Как обычно об условиях "работы" я не договорился. Или я не деловой в смысле денег человек, или я ставлю себя в такое положение; а возможно третье: если мне что то нравится, я окунаюсь в это, не думая о деньгах, поэтому не горюю если их не получаю. Поэтому я и экономлю, где могу.
В огомном пространстве у одной из стен стояла 12 метровая колонна тосканского ордера и низкая кушетка в римском стиле. Фотограф, гд-то около 30 лет человек, привЁл модель, девушку лет 23х. Когда фото модель вошла в студию, я про себя заметил, "Не сказал бы чтобы она была очень красивая" Мы познакомились. Она смотрела на меня с любопытством. Кто же этот художник из двух стран, Америки и России, кто будет расписывать ее обнажЁнное тело? А я представлял еЁ безо всего. Интересно, совпадЁт ли мое представление с реальностью, или обманет?
Увидев колонну, я представил себе картину в мраморе. Первый день ушел на прописку колонны и кушетки. Получилось достойно.
Фотограф приготовил камеру и стал заниматься освещением. Краски для тела были приготовлены. Девушка без стеснения сбросила одежду на стул и полностью обнажилась, я тотчас поменял свое мнение. Под одеждой скрывалась просто божественная фигура. Даже ее лицо после ее обнажения приобрело для меня другие очертания.
Первое, на что я, как мужчина обратил внимание, как возможно бы сделал и любой другой, это её грудь. Во - первых, когда она сбросила свою легкую верхнюю одежду, не облегающую очертания её гудей, на ней не было лифчика, поддерживающего их. Её загорелая кожа на верхней части груди бла идеально чистая а немного ниже, где начинается округлость грудей, чуть светлей. Видно было что она загорала без лифчика, когда позволяла возможность. Её волосы переходили от тёмно-коричневого с бронзой оттенка до светло-пшеничного с золотыми прожилками. Волосы были длинные, густые и ниже закруглялись мягкими волнами. Они интригующе прикрывали её плечи и часть грудей так что постоянно появлялось желание их откинуть, чтобы полностью насладиться прекрасным зрелищем её округлых, прекрасных форм. Груди ближе к соскам были чуть светлее чем верхняя часть тела, менее загорелые, но форма их была слеплена природой настолько совершенно, что было невозможно от них оторвать взгляд.
Видно прикосновение одежды возбудило кожу на сосках и они напряглись, держась выпуклыми. Соски, окруженные розово-коричневым с оттенком янтаря овала жаждали поцелуя. Когда же она чуть нагнулась чтобы снять джинсы и тоненькую, плотно обтягивающю ягодицы полоску трусов,  её груди, плотные но среднего размера слегка повисли не потеряв округлость формы.
Её плечи и руки, тоже загорелые были в хорошей форме. Очевидно она занималась спортом. Я всегда обращаю внимание на нижнюю часть рук и на пальцы. Её ладони были сгегка только удлиненные, так что почти образовывали квадрат, что говорило об энэргии, но это сочеталось с замечательно упругими, не вялыми пальцами с длинными женственными ногтями, покрашенными в тёмно - вишневый цвет. Нижняя часть тела, тоже загорелая с золотисто янтарным оттенком кожи, тоже вызывала восхищение. Ступни были среднего размера с округлыми, чистыми пятками и мягким по детски пальцами ног с покрашенными, аккуратно подстриженными ногтями. На среднем пальце левой ноги было золотое кольцо, плотно сидящее на этом пальце. Выраженные икры ног переходили в женственные колени и округлую часть ляжек, а выше, сзади,  две замечательные округлости зада, тоже слегка загорелыми. Лобок на нижней части живота был чист от волос. Понятно что сексуальная часть в ее жизни имеет важное значение. Плоский натренированный живот с ямкой пупка и опять же золотым кольцом вызывало желание провести рукой по телу и подняться вверх до грудей. От середины грудей до середины живота было соблазнительное углубление в мышцах. Мне всегда это нравилось в женщинах. Спина также имела углубление от лопаток до тазовой части. В общем мой учитель по рисунку сказал бы: "Божественное создание".
И вот эту девушку я должен расписать? Да о каких деньгах может быть речь? Скорее я должен платить за такое!
Но фотограф оберегал свою модeль и часто бросал ревнивые взгляды  в нашу сторону, и нередко подходил посмотреть что происходит.
Наносить краску я начал сверху, с лица. Она откинула волосы назад и, собрав их в пучок закрепила сначала резинкой, а потом еще и булавками, чтобы не спадали. Обнажилась длинная шея и плавный переход к плечам. Когда я дотрагивался кистью до ее век, а затем щек, наши глаза встречались, а когда встречаются глаза, то наступает момент, когда люди многое воображают и непроизвольно может возникнуть контакт, а затем и вспышка. Вот здесь как раз это и происходило.
Невольно возникла игра воображения, когда я смотрю ей в глаза а она, в мои.
Закончив с лицом и шеей я перехожу к верхней части груди. Я слышу ее ровное дыхание. Я чувствую что она за мной наблюдает в ожидании когда я смещусь ниже по ее телу. Возможно ей, как женщине, любопытно как я буду сам реагировать на прикосновение к ее грудям. В такой ситуации всякую женщину бы заинтересовало как мужчина реагирует на касание к трепетным органам. Ведь ясно, что продолжения быть не может. А значит может быть только игра воображения.
Забавная ситуация, но очень интересная, кратко говоря. Возможно, читая эти строчки, многие женщины захотели бы испытать процесс покраски своего тела, не говоря о художниках.
А в это время я приступал к ее грудям. Это для меня волнующий момент. Как только моя кисть стала скользить по упругой окружности ее грудей ее дыхание участилось и грудь стала часто подниматься выше и опускаться ниже, сначала в ритм дыхания а затем неритмично. Мое прикосновение ее возбуждало. Какому бы мужчине это не нравилось? Я сам был возбужден ее реакцией и видением реакции ее тела на мои прикосновение. Ее дыхание неимоверно участилось, особенно когда я стал прикасаться к ее соскам. Ее груди мягко поддавались нажиму кисти а соски от охлаждения еще больше вышли вперед и покрылись мелкими мурашками.
"Genug to malen," вдруг раздался голос фотографа и прервал сказочный момент. Я видел что моя модэль была с одной стороны разочарована, но с другой - рада что вышла из воображаемого состояния.
Фотограф начал настраивать камеру и после небольшого перерыва поторопил меня продолжать процесс покраски. Я перешел на спину. У нее была поистине красивая спина. Выше не широких бедер, сразу после четко обрисовывающейся узкой талии спина слегка расширялась к лопаткам. В ее теле чувствовалась гибкость и в то же время мышечная сила. Она раскрыла руки в стороны и, пока я превращал ее спину в "мрамор", я мог видеть ее груди сзади. Вот так ее надо было написать. Это было очень красиво и загадочно, хотя я когда бы ни захотел, мог видеть всю ее обнаженную фигуру. Черз какое - то время она подняла руки и сложила их на голове и ее груди слегка поднялись. Я, дотронувшись до ее плеча, попросил ее повернуться, не меняя позу.
Я заканчивал низ ее грудей и начал накладывать краску на живот. Это не заняло много времени. Надо было обойти кольцо в ее пупке и покрасить загорелые бедра, на которых была тонкая полоска менее загорелого тела. Кисть плавно скользила по полуматовой поверхности ее удивительно гладкой кожи.
Я спускался вниз по ее телу, ниже живота. Нагибаться было бы неудобно и я попросил ее встать на стул. Без слов она поднялась на стул, доверчиво положив руку на мое плечо. Странное ощущение чувствовать руку обнаженной прекрасной женщины на плече, будучи одетым. Одно дело если я раздет и она, но в том что я одет, а она нет, носило более эротический характер. Когда я закончил с ее округлой верхней частью бедер, надо было перейти к ее нижней части спины.. Когда она поворачивалась то мышцы на этом месте то напрягались, то ослаблялись, в зависимости от движения тела. Даже при малейшем двисжении, все вызывало изменение формы тела. Кисть зашла между ягодиц и повидимому несколко ее защекотала. Она нсколько раз поменяла опору с правой ноги на левую и обратно, обернулась, и слегка нагнувшись, дотронулась до моего плеча. Я понял ее жест и попросил повернуться ко мне фронтальной частью ее тела. Надо было заняться ее половыми органами. Я вопросительно посмотрел на нее если у нее нет возражений. Не отвечая, она поставила левую ногу на мое плечо. Такая уступчивость и доверчивость могут возбудить мертвого. когда я сделал эту сторону, она поставила правую ногу на мое плечо, чтобы создать удобный доступ к другой половине. Я обнаружил что там унее тоже есть маленькое золотое кольцо. Моя модель явно не была невинной. конечно ее интересовало как я буду реагировать на женские атрибуты. Признаться, я был взволнован, но не хотел подавать виду. Я думаю, что в этот момент мы оба мысленно были в постеле.
Она нагнулась. её губы коснулись моих волос. Это явно было сигналом-она хотела ласки.
Не выпуская кисти из руки я обнял её шею и нагнул её тело ещё ниже так, что её нежное ушко было на уровне моих губ. Поза для неё была явно не удобнаой, но она не сопротивлялась. Я захватил губами мочку её уха, почувствовав, что я кончиком моего языка слизываю краску. В этом даже было нечто более эротическое. Я услышел легкий стон её возбуждения. Это тут же передалось мне. Мы были на одной волне чувств. Я обнял её узкую талию и резко прижал её к себе, почувствовав тепло её тела. Она начала прерывисто дышать. Я старался не перенести краску с её живота на мою рубашку, но не отпускал кисть, понимая, что фотографер с минуты на минуту может войти. Моя рука скользнула по её бедру и перешла на нижнюю часть её спины.Кисть оказалась точно между её ног и коснулась её клитора, а моя ладонь и пальцы гладили её ягодицы в том месте, где они соединялись. В этом месте её мышцы реагировали сжатем и расслаблением. Казалось это создавало невероятный жар. Она ещё плотнее придвинулась ко мне.
С минуты на минуту мог войти фотографер, а это обостряло нашу остроту ощущения. Из неё выходили сдержанные стоны и учащенное дыхание. Всё её тело дрожало от похоти и страшного возбуждения. Кисть, которую я держал зажатой в руке, двигалась между её ног, взад и вперед, как скрипичный смычок по скрипичным струнам. Её тело вибрировало, как туго натянутая струна. Я еле удерживал её от падения, плотно прижимая её к себе. Опасность, что  фотограф войдет  именно сейчас была невероятная. Внезапно я почувствовал сладковатый запах её влаги. Одна её рука сжимала моё плечо так, что ногти её пальцев, врезались в мою кожу, другая держала кисть, как если бы она держалась за седло лошади. Её тело двигалось всё учащеннее вперед и назад. Ласкающие пряди её волос с божественным ароматом чистоты, невинности, с сочетанием французских духов закрывали мою голову, создавая ощущение интимности. Внешний мир исчез и превратился в нервный эротический центр между её телом и моим. Её глаза были закрыты. Её губы искривлены в напряжённом екстазе.
 Её груди коснулись моего лица на уровне рта и мой язык стал описывать круги вокруг её напряженного левого соска, пока я не захватил упругий сосок обеими губами. Её тело отреагировало как вулкан, неуправляемым движением. Из её груди вышел низкий звук страсти. Голова на секунду откинулась назад, но тут же вернулась обратно. Я втянул её сосок, преодолевая сопротивление её упругои груди, продолжая водить кончиком моего языка по втянутому в рот соску.  Я чувствовал. что ей это очень было приятно. Я взял её другую грудь левой  рукой и сжал крепко, затем пальцами  доволно сильно обхватил её другой сосок. Это должно быть причинило ей некоторую боль, но в сочетании со сладостным ощущением экстаза, это её страстно возбудило, даже против её воли. Волна екстаза дошла до вершины возмжного. Я услышал трудно сдерживаемое рычание, исходившее из её горла. Она вытянула один сосок из моего рта и подвинула другую грудь так, чтобы я мог легко ласкать другой. Я облизнул языком другой сосок, но не взял его в рот, а подул на него, охладив сначала его своим дуновением, а толко затем лизнул теплым языком и тут же стиснул слегка сосок двумя зубами, а языком стал ласкать, согравая его теплом кончика языка. Это было сладко и хотелось, чтобы это продолжалось вечность! Она кончала раз за разом и её стоны не прекращались.
Моя рука перешла с её ягодиц на верхнюю часть её ноги, и из-под колена перешла на её икры её левой ноги. Я почувствовал тёплые капли, падающие на меня. Это был плач радости.
Где-то в конце помещения раздался звук открывающейся двери.
"Bite, finish!" услышал я голос фотографа. Это было сказано к месту.
Оставалось только покрасить ноги, что тоже было очень приятно.
Фото апарат был на штативе. Пока фотограф настраивал свет, я пошел в бюро взять свою камеру. Увидев это он вдруг просто рассвирепел и начал в возбуждении размахивать руками и кричать что он этого не позволит, что это его проэкт и я не имею права здесь ничего фотографировать. Я решил не связываться, потому что он стал просто невменяем. Все мои другие проэкты, которые я напридумывал в связи с обнажённой натурой, рушились.
Конечно я приобрел хороший опыт и осуществл нтересный проект. Очень жаль, что мне не удалось взять её телефона. У нас возник, как мне показалось, душевный конакт, помимо творческого и физического, но память об этом случае станеся навсегда.
А кроме того, ведь я ее сделал из живой красивой девушки, настоящей богиней, почти Афродитой. Я сделал ее символом. Конечно она не совершенно мраморная, но почти. Во всяком случае не разобьется.