вторник, 27 августа 2002

Если я не ошибаюсь, снова овладел своим инструментом – внутренним образцом, на этот раз, слава Богу, куда раньше, чем ожидал сам. И это тоже, ничего не скажешь, август! На исходе. Вчера благополучно завершилась эпопея с наладкой связи. И «теле-тон» среагировал, и Кармиэль, и Кирьят. Ночью навалилась, было, плотная едкая гарь по мере ослабевания потока северного ветра, но достаточно поздним утром и ещё вполне свежим от неё ничего не осталось, как не бывало. Ещё и Андрей Антонов вчера объявился, прорезался по Балашихинскому номеру телефона, мол, приветик из хорошо и плотно забытого прошлого! Да, и сегодня не без отличного двухлетнего юбилея после пожара на Останкинской Телебашне, долгое время считавшейся самой высокой в мире, и потому… бывшей нашенской во всех отношениях. А теперь задумано новое грандиозное строение в проектируемом Сити Московском. Но где найти миллиард рублей на окончательное восстановление и модернизацию уникального сооружения – это вопрос! С конца августа и по самый май сплошные воспоминания о второстепенном плохом и о главном – самом лучшем желаемом, но никогда не сбывающемся. Ощущения соцреализма! На этот раз без всякой иронии типа наша беда. Нок 181-ой не хочется возвращаться даже отписываться, брать ручку в руку, при этом ощущая нехватку сигареты в букете многих утраченных плохих и хороших ощущений. Между тем, прошёл непроходимые, по сути, первые 20 стр. 153-ей тетради, перевалив во вторую десятидневку декабря… всё того же бесконечного, получается, 1995 года! Сначала злая, а потом всё же добрая сердцевина всякого десятилетия жизни, серединка на половинку самого самого…! Всего, всего и первоначального, и итогового. От Победы в 45-ом до начала «оттепели» 50-тых, переросшей затем в литературную пятилетку – время надежд и больших ожиданий, которое совпало с акцентом нашей и моей эпохи! В 65-ом прощай, школа, в 75-ом, прощай, МГЗПИ! В 85-ом, прощай, табак, здравствуй, возрождение. То есть, начало Революционной перестройки по сути уже развалившейся системы. Эстафету Хрущёва подхватил Горбачёв! Ну, а в том, 95-ом, снова съехались все концы-начала! У меня три долговые книжки и квартира-мастерская в итоге, а до заключительной недели марта – полный провал, абсолютный кризис, шок. Поэтому вполне закономерно выбор подробнейшей проходки с осени 1994 года по зиму 1995-1996 гг. Со 148-ой по 153-тью тетрадь! И одну-то тетрадь тех времён пройти казалось делом не только невозможным, но и крайне неблагодарным, а я за год пройду блок из шести тетрадей и выйду, пройдя в некотором смысле огонь, воду, медные трубы!
Дождей нет, их не хватает, как воздуха в буквальном смысле, а Московская мэрия в ходе подготовки к едва ли не недельному празднованию полуюбилейного 855-летнего Дня города радостно рапортует об имеющихся в наличии 10 самолётах, которые будут разгонять облака и тучи, если те посмеют омрачить великий праздник! Из разряда «нарочно не придумаешь». Москва и москвичи ждут дождей, как манны небесной, а чиновники показывают, как надо нести службу по-настоящему! Праздники религиозные, революции и труда, потом праздники отдельных отраслей и профессий, городов-героев и просто разных населённых пунктов. И вообще одни учрежденческие теперь уже корпоративные междусобойчики с приглашёнными деятелями науки и культуры соответствующего ранга. Без особых перемен по-лермонтовски: «…всё это было бы смешно, когда бы не было так грустно». Впрочем, тем, кто живёт внутри системной игры-войны, борьбы за выживание – виднее! Я же вещаю со стороны постороннего почти наблюдателя, которого никто не видит и не слышит. Отсюда и продолжим движение.

                ***
В тень очей, как в прожекторный круг западают великие тени.
Не берите меня на испуг, мол, всё делают повод и деньги!
Даже самый сомнительный риск ощущеньем оправдан поступка:
и без яростной злости заткнись, без любви не ревнуй, проститутка!
До отчаянья надо дойти в полном мраке пустом безнадежно –
там, где нету другого пути, кроме выхода к свету надежды!



                ***
Никто не хочет умирать, стареть, и маскируя прожитые сроки,
пытается с лица вину стереть за самые безвинные пороки.
За бедным краем – злая нищета, пролог положен вслед за некрологом,
что значит, горе горькое, беда, как подражать без смысла и без толка.
Не то, чтобы служили Сатане, Маммоне поклоняясь в преисподней,
но, находя романтику в стране, сплошным добром при исполненье долга!
И, увязав хозяина судьбы с невероятно «сильной доброй властью»,
осваивали функции любви, всем, по идее, обещая счастье!
Не зависть сгложет, ревность убедит. Что поимел, тем будешь обделённым.
И победит заслуженно бандит, как тот же смертный раб освобожденный!



                ***
Все счёты с этим миром сведены, и, как всегда, у поворота к дому,
на самой низкой точке от вершин, свой взгляд не оторвать уже от дола!
И всё, что вдохновляло и вело, что принималось запросто на веру,
дано разочарованно прошло и обломало, так сказать, примерно.
Как ни глядеть трусливо без прикрас на синеву и празелень лагуны
перед прыжком опасным в первый раз с одним и тем же нежеланьем думать!
Внезапно прыгнуть, страх свой прозевав, как и вершину оседлать роскошно.
И  Гераклит когда ещё признал, что «путь наверх и вниз – один и тот же»!               

Как будто жизнь висит на волоске, цена тетради – дело двух страничек,
как целый век один занозит день не на продажу, но сугубо личный.
Невыразимо как бы сохранив врождённый миф о настоящей жизни,
лицом не можешь жертвовать своим, как и души бессмертным содержимым.
Как дар от Бога, некий тайный смысл, всей силой власти, что идёт от слова,
я призван, вероятно, доносить до каждого живущего… живого!

среда, 28 августа 2002
Полупасмурь лёгкая, спокойная, с хорошими прорывами солнечных лучей! Вчера пять лет тому уже окончательно за два дня переехали, возможно, что уже символически отметился в 163-ей тетради среди горы коробок и тюков. А спустя три дня уже сдадим в аренду Велозаводку с первого раза! И жизнь по мере обустройства пойдёт совсем уже другая. Пятилетний отрезок 1972-1977 гг., кажется, был длиннее на порядок! Сегодня разница между ночной и дневной температурой должна достигнуть, если верить синоптикам, 17-19 градусов. Невероятно! Дымом вроде и не пахло. Оля с Мишей поехали «выяснять отношения и обстоятельства» на Ульяновскую улицу со скромными презентами А. Н. Про-вой – главному действующему лицу в деле поступления на экономический факультет вечернего отделения РГТУ, так сейчас величают МАТИ. Алла, бывшая начальница Оли и наша многолетняя подруга – большой человек в пору приёмных экзаменов. На протяжении многих лет всем нужный Председатель экзаменационной комиссии! Во всяком случае, главный специалист по русскому языку и литературе в техническом ВУЗе! С ней не промахнёшься, но есть нюансы: она не хочет быть обязана преподавателям, которые в лепёшку готовы разбиться, чтобы угодить ей, конечно, с последующей выгодой для себя! Если всё пройдёт так, как задумано, то через три дня, 1 сентября, Миша сдаст все три экзамена, и в положенное время без помех начнёт обучение бесплатно! Очень важно для нас всех именно это обстоятельство, поскольку основные финансовые нагрузки и издержки нынешнего полугодия «обеспечивает» Лиза, теперь уже семьёй, почти втроём! Сегодня спешить уже некуда, среда, накануне банного дня. Что сделано, то сделано, а не сделанного за неделю уже не вернёшь. Самым малым ходом продвигаюсь по рукописным страничкам, заполненным бледными чернилами и анемичными текстами. После напряжённого периода конца лета, осени, после «праздников урожая» всё это похоже на зимнюю спячку.

                ***
Куда я гоню, догоняя, отсталый… свой собственный «хвост»,
особых домашних заданий, с гремучей жестянкой, как пёс?
Совсем закопался в тетрадях, утратив святой образец,
забыв о прекрасных парадах души, обнищавшей вконец!
Как новости бесперспективны, но их ежедневный букет
внушает… крутиться активней бедою кошмарных побед.
Что выкрутишь в этой воронке со светлой мечтой… теневой,
не стоющей плача… мышонка, рождённого… с горя горой?!
Одну безнадёжную ломку, отпраздновав бурю страстей,
хозяйскую в доме уборку, спровадив к рассвету гостей!
Как сам, избегая контроля, теряешь и власть и контроль.
И даже Спасителю в роли отказано, так что… изволь!



                ***
На итогах надорвавшись, нарывайся на прогноз!
Вздрогнешь, цель себе поставишь, обманув анабиоз.
Устрашась на самом деле, просыпаясь весь в поту,
заключённым смыслом в теле отстояв свою игру…

«А потом, а раньше что же? – подрубать цитатный ряд,
то есть время подытожить, но бумаги не марать!
«Не до жиру…» под режимом обезглавленных структур,
только головы у гидры очень быстро отрастут!

Вот, ещё бы научиться строить так, чтоб не ломать,
по любви прожить стремиться, узнавая, как пить дать!
Но, видать, дешевле стоит род людской уничтожать,
если мне куда дороже мир прекрасный создавать.

Зависть-ревность умножая до конкретных величин,
дожидайся урожая, что посеял, то и жни!
Ни за что не отвертеться от расплаты за успех:
бомба – собственное сердце в личной жертве ради всех!

               

                ***
Дать людям жизнью наслаждаться, и ошибаться, и страдать,
«за дело правое сражаться» бесстрашно с песней на устах!
И извлекать кошмарный опыт из ощущения стыда,
и совершенствовать работу во имя общего труда….
Как будто снова оказаться в том самом месте в нужный час
всем нужным позарез, как счастье чудесным образом подчас!
Бред неосознанных желаний или безвыходных страстей,
фантазий с роем обещаний самоубийственных затей.
Элементарным пониманьем на нет сведён полезный свод:
и тех, кого не убивает, конечно, красота спасёт!