Н. п. Глава 17. Монастыри

/монастырь Нораванк и красные скалы/

Необычное путешествие. Глава 17. Монастыри

Извилистая дорога с нависшими скалами от монастыря Гндеванк закончилась, путешественники благополучно добрались до открытой местности, поехали в направлении указанном Назаром и выехали на оживленную трассу.
— Так вышла бы замуж за нелюбимого или нет, Сона? – Вова повторил свой вопрос.
— Сложно ответить. Если будет серьезная причина и за любимого выйти замуж не позволят обстоятельства, может, соглашусь жить с нелюбимым. Вова, я похожа на ту, которая бросается каждому встречному мужчине на шею, лишь бы стать замужней? Или я такая старая, что не могу выбрать жениха?
— Нет, — смутился Вова, — я не это имел в виду, просто интересно с кем бы ты не хотела прожить жизнь.
— За грубого, наглого, лживого ни за что не пошла бы.
— А будь он богат?
— Ты меня сватаешь за кого-то? – насмешливо спросила Сона. – Сам ты на богача не похож.
— Почему? – еще больше смутился Вова.
— Вдруг разбогатев, человек становится высокомерным, на людей менее обеспеченных смотрит свысока. Ты не такой.
— За кого пошла бы замуж?
— За того, кто меня любит или хотя бы заботлив, внимателен, если он добрый и мне приятно быть с ним.

— Впечатлений много, — вдруг заговорил Лео, желая прервать этот разговор.
— Да уж, — Вова обратился к Соне, — ты сказала старику, что я твой жених?
— Да, а надо было сказать, что вы оба мои родные братья? По-моему, вы совсем не похожи. Или мне следовало им сказать, что мы случайно познакомились и любим погулять? Вова, мы были в гостях у селян, не забывай об этом – у них более строгие нравы. Может, ты боишься, что я тебя жениться заставлю?
— Нет, нет, не боюсь.

— Тебя та женщина назвала Сона джан. Что это означает? – Лео еще раз попытался перевести разговор в другое русло.
— Так говорят, когда хотят подчеркнуть уважение, что-то вроде дорогая, милая.
— Так только женщин называют?
— Нет, и мужчин тоже, Левон джан, — рассмеялась Сона.

Указатель на дороге сообщал, что близко монастырь Нораванк.
— Нам туда! – радостно воскликнула Сона. — Название комплекса Нораванк означает ‘новый монастырь’.
Дорога, проходящая по дну узкого извилистого ущелья вдоль русла речки среди отвесных скал, словно залитых алой краской, и крутых поворотов, вызвала восхищение не только Соны. Но особенно их поразили горы, как только они достигли монастыря. Их взору открылось широкое пространство – Красный каньон. Вокруг высились красные скалы, а на возвышенности стояли церкви из светлого камня. Послеполуденное солнце покрасило церкви в оранжевый цвет и добавило скалам багровые оттенки.
Вова озабоченно посмотрел на показатель топлива:
— Пожалуй, вы идите, погуляйте, посмотрите монастырь, а я займусь топливом, и проветрю машину.

Сона  и Лео направились к воротам монастыря. Лео оглянулся и увидел, что Вова отъехал на машине подальше от дороги.
— Идем сюда, — Лео ввел девушку в безлюдный двор, потянул к крестово-купольному крупному строению, нашел укромное место за стеной и привлек ее к себе. — К счастью, пока нет туристов. Мы еще успеем посмотреть церкви, я соскучился. Весь день сижу рядом с тобой, а поцеловать нельзя?

— Мы на территории монастыря и это не хорошо по отношению к Вове, — некоторое время спустя, Сона с трудом освободилась из пылких объятий Лео, — если он увидит, я не знаю даже... нет знаю, что будет потом.
— Ох, и что же?
— Ты не слышишь его мысли?
— Не могу сейчас, я думаю только о тебе.
— Если он убедится в своих подозрениях, бросит нас здесь и уедет один.
— Ну и что? Ты нас можешь переместить хоть куда, хоть обратно во Флоренцию.
— Эту способность нельзя использовать как скакалку, вернее, ею пользоваться не так легко, как кажется. Вдруг не получится?
— Ты придержала скалу, я это видел.
— Нам угрожала опасность. Ты мог мне помочь?
— Нет, я могу лишь наблюдать. Ты предвидишь заранее?
— К сожалению, я увидела всего на минуту раньше падения камня. Пойду к усыпальнице, а ты чуть позже подойдешь.
— Погоди, ты охладела ко мне или тебе стал нравиться Вова? – Лео придержал ее за талию.
— Нет, что ты, как мог подумать такое, просто у меня появилось какое-то странное предчувствие.

Сона поспешила во двор монастыря. Лео медленно пошел следом. Ее опасения не были напрасны – ей навстречу шел озабоченный Вова.
— Ты откуда идешь?
— Я поступила некрасиво по отношению к природе, — она быстрым шагом направилась к двухэтажной церкви.
Храм венчала ротонда с двенадцатью колоннами.
Прямо от основания стены фасада церкви с противоположных концов начинались две узкие лестницы, ведущие наверх. Достаточно высокие каменные ступени сходились почти у входа на второй этаж. По этим ступенькам мог подняться лишь один человек.
Вова не понял ее настроения: «Возможно, они поссорились. Странная она какая-то». Посмотрел на церковь и вдруг увидел, что Сона поднялась на второй этаж. Девушка стояла на последней ступеньке, когда Вова сорвался с места и бросился вслед за ней.

Сона вошла внутрь и остановилась. Она находилась в молельной комнате, лишь барабан ротонды парил над головой. Девушка обмякла, опустилась на колени, перекрестилась и стала молиться.
— Что случилось? – встревоженный Вова появился перед ней и помог ей подняться. – Лео пошел искать пещеру?
— Не знаю, — растерянно произнесла Сона, — я чего-то испугалась.
— Помогу тебе спуститься. Сначала пойду я, потом ты, не торопись, иди медленно. Как жены князей поднимались по узкой лестнице без перил с высокими ступенями?
Когда они спустились, Вова решительно велел:
— Стой тут, сейчас принесу тебе воды, — и побежал к машине.
Лео вышел из усыпальницы и направился к Соне.

Возле двухэтажной церкви остановилась группа туристов с гидом.
— Монастырский комплекс Нораванк можно назвать усыпальницей княжеского рода Орбелянов, построенной в четырнадцатом веке, – рассказывал гид. — На первом этаже церкви Аствацацин были устроены искусно выполненные усыпальницы. Узкие ступени, выступающие на западном фасаде, ведут на второй ярус – ко входу в молельню. Эта церковь последняя работа мастера Момика — скульптора и миниатюриста. Рядом находится его небольшая и скромно украшенная усыпальница, датируемая тем же годом.
Легенда гласит:
Знаменитый мастер Момик влюбился в красавицу — дочь одного из сюникских князей. Эта любовь была взаимной. Встревоженный князь вызвал к себе скульптора и объявил: «Отдам тебе дочку в жёны, только если ты один, без чужой помощи, за три года построишь для меня красивый монастырь». Момик принял условие и приступил к работе. Мастер справился с заданием раньше срока — возвел церковь невиданной красоты, дел осталось самая малость. Узнав про это, вельможа подослал своего слугу к строению. Исполняя княжеский приказ, тот поднялся на купол нового храма и столкнул скульптора. Так последний обтесанный искусным резчиком камень стал его надгробием.

— Всегда найдется тот, кто мешает любви, — громко заметил Лео.
— Да, — подтвердил гид, который эту реплику принял как обращение к себе, — неравный брак всегда был нежелателен для знати.
Гид направился в усыпальницу, группа последовала за ним.

— Что с тобой, Сона? Почему Вова побежал к машине? – спросил Лео.
— У меня какое-то неприятное предчувствие и оно растет.
— Ты опять себе что-то представила. Смотри, орел над нами кружит.
— Наверно, это тот же орел, может, он за нами следит.
— Проверяет не натворили ли чего-нибудь недозволенного, — ворчливо произнес подбежавший Вова. — Возьми бутылку, Сона, выпей воды.
— Спасибо, Вова, ты очень внимательный, — взволнованная девушка выпила глоток воды.

— Орлам здесь раздолье. Мне всё больше нравится у вас, может, мне остаться? – Лео посмотрел на нее, когда они зашагали к машине.
— Хочешь изменить историю? – Сона на какой-то миг забыла о Вове, который остановился и растерянно моргал глазами:
«О какой истории она говорит? Между ними что-то случилось или они попали в какое-то происшествие?».
— Боишься, что не смогу привыкнуть к вашей жизни?
— Не боюсь, но кем и как мы тебя здесь представим?
Сона растерянно посмотрела по сторонам и вдруг увидела, что Вова сник, ей стало жаль его: «Может, он и правда не равнодушен ко мне, а я весь день вместе с Лео, будто назло ему».
— Думаешь, я смогу сделать тебе документ, по которому ты родился, жил в моем рухнувшем доме и мой брат? – Сона рассмеялась, пытаясь разговор превратить в шутку.
Кажется, Лео понял, что хотела сказать Сона, и тоже рассмеялся:
— Просто мне сейчас хорошо с вами.
Вова облегченно вздохнул.
— Может, мы еще попутешествуем в этих краях? Здесь интересно.
— Честно говоря, мои деньги на исходе и Вове завтра нужно идти на работу, — она заметила, как Вова мрачнеет на глазах.
— Может, я смогу заработать?
— Да, конечно, тот старик тебе с радостью заплатил бы.
— Старик не легко расстается с деньгами, этот вряд ли, — усмехнулся Лео.
— Крестьянин платит за работу, а работа, в его понимании - это построить дом, вырастить и собрать урожай. Петь, танцевать, рисовать – это удовольствия. Зачем ему платить за чужую радость?
— Армен же заплатил, — напомнил Лео.
— Какой Армен?
— Тот парень со свадьбы в храме Рипсиме.

Не зная, что ответить, Сона решила поменять тему разговора.
— Я хочу поесть мёд и орехи. Вы не против?
Мужчины согласно кивнули.
Сона взяла из машины пакеты с продуктами, нашла удобное место, расстелила газету, достала мед и лаваш. Они отрезали кусочки лаваша, макали их в мёд и ели. Лео раскалывал орехи, Сона очищала ядра от скорлупы, мёд заедали орехами.
— Здешние орехи самые вкусные - сладкие и маслянистые, возможно, горный воздух и родниковая вода тому причина, — Сона ела с удовольствием.
Салфеткой вытерла яблоки и дала мужчинам:
— Мы должны поторопиться, солнце садится, нам пора в путь.

Дальше ехали молча, до тех пор пока Лео не нарушил тишину, обратившись к Соне.
— Всё ж почему ты не искупалась у старика?
— На дереве у соседей сидел мальчик. Ты видел?
— Да, увидел, — улыбнулся Лео.
— И я заметил его, — усмехнулся Вова, — когда лежал в воде.
— Я увидела мальчика, когда попробовала воду, — многозначительно произнесла Сона, — пришлось сказать про больницу. Эта причина самая уважительная.
— Слава богу, а то я решил, что ты действительно больна, — пробормотал Вова.
— Любознательный мальчик, так внимательно меня рассматривал. Наверное, станет анатомом или скульптором, — рассмеялся Лео.
— Вряд ли, — серьезно возразила Сона.
— Почему нет?
— Обучение больших денег стоит, его родители не осилят таких затрат.
— У вас ученики платят за обучение? – Сона кивнула утвердительно.

На левой стороне дороги показался маленький рынок, где жители соседних деревень продавали фрукты и овощи, выращенные в своих садах и огородах.
— Вова, останови, пожалуйста. Купим персики, — попросила Сона.
Компания вышла из машины. Вова купил персики, которые выбрала девушка. Лео и Сона не удержались и попробовали фрукты, едва отойдя от рынка.
— Ваши персики вкусные – сочные и сладкие, — отметил Лео.
Они продолжили путешествие в прекрасном настроении.

— Исполины Елпина! – восторженно воскликнула Сона.
Вдалеке возникли красочные скалы: заходящее солнце заливало их оранжево-красным цветом – казалось перед ними выросли гигантские лица. Вова подъехал чуть ближе, нашел площадку поудобнее и остановился. Все вышли из машины полюбоваться на творение природы.
— Ты прав, Вова, — одобрил Лео, — если подъехать ближе, это обычные скалы и, возможно, исчезнет этот эффект. Природа – гениальный скульптор!
Гость рассматривал лица с улыбкой профессионала.
Немного спустя путешественники поехали дальше.

Горы остались позади, впереди простиралась равнина.
— Лео, где ты научился так есть лаваш? – спросила Сона.
— Я хороший ученик? Армен угостил лавашем с мясом, я выпил домашнее вино за здоровье молодых. Меня приглашали к застолью, где-то были накрыты столы.
— Что же ты не пошел?
— Без тебя не пошел бы, но признаюсь, хотел.
— А я подумала, что ты пил вино на празднике.
— На празднике я пил красное вино. Армен угостил белым вином и сказал, что напиток делает его отец — у них в саду растет виноград.
Вова включил радио. Красивая музыка заполнила салон.
— Магия, — восторженно прошептал Лео.
— Звучит божественный голос Лусине, чей надгробный камень мы видели возле храма св.Гаяне, — пояснила Сона.

Их догнал свадебный кортеж. В первой машине в открытом багажнике сидел парень с камерой. Рядом с ними ехал автомобиль с корзиной цветов на капоте и цветными шарами.
— Вова, пожалуйста, постарайся ехать вровень с ними, — попросила Сона.
— Почему он сидит так странно? – удивился Лео, указав на парня в багажнике.
— Это свадьба, парень снимает фильм.
— Что такое фильм? – спросил Лео.
— Потом они смогут посмотреть, как всё происходило, по ящику. Помнишь, ты смотрел новости? – Лео кивнул. — В автомобиле, которая движется рядом с нами, сидят жених с невестой. За ним следуют несколько машин с гостями. Наверно, новобрачные едут венчаться в Хор-Вирап.
Свадьба шумела — сигналила, из машин лилась ритмичная музыка, гости высовывались из окон, танцуя внутри. Сона сидела за Вовой, опустила стекло и поприветствовала новобрачных.
— Будьте счастливы, состариться вам на одной подушке! – крикнула им восторженно.
Невеста опустила стекло и крикнула:
— И вам того же желаю!
Сона высунулась из окна машины почти до талии, невеста протянула руку к голове девушки.
— Вова, держи машину рядом с ними! — крикнула Сона.
— Влезай обратно! – в ужасе закричал Вова.
— Не бойся, Вова, я ее держу, — успокоил Лео. Руки художника крепко держали колени девушки.
Невеста рукой коснулась головы Соны. Довольная девушка села на место.
— Что за ритуал? — улыбнулся Лео. — Зачем тебе это понадобилось?
— Невеста мне пожелала того же, что я им: быть счастливыми в браке.
— Если бы ты не высунулась, стала бы несчастной? – возмутился Вова. – Это же опасно, вот так вылезать из машины на полном ходу.

На трассе стояли два внедорожника внушительных размеров. Возле машин стояли несколько парней крупного телосложения. Одного из них Вова узнал.
«Это телохранитель олигарха! Что он здесь делает? Значит олигарх рядом», — удивился Вова, но вслух ничего не сказал, даже виду не подал, что знает парня.

Вдали показался холм с монастырем Хор-Вирап и свадьба повернула в ту сторону.
— Мы сделали маленький круг по стране, — Сона подняла стекло.
— Да, вчера мы побывали в том монастыре, — Лео указал на холм. – Армяне гору Арарат называют Масис? Что это означает?
— Азат (свободный) Масис — древнее название горы, наш древнейший историк Хоренаци дает такое объяснение: ‘мас ес’ — ‘я частица’. Армяне всегда жили вокруг этой горы. Предание гласит, что когда-то, много тысяч лет назад правитель этих мест решил узнать сколько в нем жителей. Властитель велел каждому принести камень и положить на это ровное место – так выросла гора, но люди всё шли и шли. Каждый, глядя на эту гору камней, говорил ‘мас ем ес’ — ‘я частица этой горы’. Возможно, поэтому у армян особое отношение к этой горе. Мы любим и гордимся ею. А рядом маленький Сис.

— Расскажи о ваших праздниках, — попросил Лео.
— Да, расскажи о праздниках, как бы ты туристу рассказала. У тебя это здорово получается, — поддержал Вова, мне тоже интересно слушать.
— Праздники... – задумчиво произнесла Сона, — самый главный праздник Новый год: отмечаем с 31-го декабря до 13-го января. Народу праздник полюбился, потому что можно есть досыта, пить и гулять. Весь год могут экономить, но в Новый год должен быть богатый стол, все ходят друг к другу в гости. Если уважаешь кого-то, должен его навестить. Это сравнительно молодой праздник – так богато его отмечают полвека. До девятнадцатого века почти четыре с половиной тысячелетия самым любимым праздником оставался Навасард – новый год, отмечался 11-го августа после сбора зерновых. Люди готовили еду и ночью шли к близлежащему храму с подношениями. Жрецы ждали появления главной звезды для армян ‘плечо Айка’, и объявляли о начале праздника. Народ ел, радовался урожаю, благодарил Творца за обилие пищи и просил его в следующем году дать столько же. Обязательно проводились состязания в силе, скорости и ловкости. Затем следовали танцы, во время которого формировались новые семейные пары.
— Следующий праздник отмечаем 13-го февраля - это проводы зимы ‘дрндез’ — буквальный перевод ‘стог сена у двери’, пожелание благополучия. Люди жгут костры, водят хороводы, молодежь парами прыгает через костер. Считается, что с этого дня зима идет на убыль, дни становятся теплее. Особое внимание уделяют молодым, которые обручены или женаты меньше года.
— Языческий праздник? — удивился Лео.
Сона согласно кивнула и продолжила:
— Пасха следующий праздник. Даже в годы атеизма люди красили куриные яйца, хотя про смысл ритуала не вспоминали. Это древний армянский праздник Затик, который наши предки, все народы праздновали много тысячелетий, приветствуя приход весны, поэтому яйца красили в яркие цвета.
— Есть еще один языческий праздник, отмечаемый летом. Все с утра до вечера обливают друг друга водой. Считается, что вода смывает болезни и неудачи прошлого года. Есть конечно и другие праздники, но они меняются, а этим уже многие сотни и даже тысячи лет.

— Ты рассказывала про воздушное судно, — напомнил Лео.
— Вова, пожалуйста, заедем в аэропорт, Лео хочет его посмотреть.
«Я с удовольствием посажу его в самолет и отправлю куда подальше», — подумал Вова.
Эта мысль отразилась на недовольном лице Вовы, Сона и Лео переглянулись.

Глава 18 — http://www.proza.ru/2015/04/10/989


Рецензии