Н. п. Глава 23. Признание

/Леонардо да Винчи: «Мадонна в скалах»/

Необычное путешествие. Глава 23. Признание

Зима не желала уходить – сопротивлялась теплу, используя все свои резервы. Ночью ударил мороз хоть и слабый, но сумевший капельки воды превратить в чудесные снежинки. Город проснулся раньше обычного из-за обилия белого цвета – дома и улицы утопали в снегу. Вчера вечером прохожие сапогами месили грязь, а сегодня легкое покрывало, ослепив своей белизной, спрятало от глаз все неприглядное.

Вова проснулся в плохом настроении – причиной тому стал вчерашний день. Три дня назад Сона родила девочку. На радостях он сразу же отметил это событие с Артуром — братом жены, а вчера принимал поздравления коллектива на работе.

Сначала все шло прекрасно. Коллеги произносили тосты, поздравляли и желали всего наилучшего – здоровья детям, процветания семье. В разгар веселья к ним присоединился владелец компании.
Совершенно неожиданно для Вовы в комнату вошёл олигарх:
— Что празднуем?
— У Вовы прибавление в семействе, — ответил кто-то из парней.
— Очередной отпрыск Лео? – съехидничал олигарх.
— Негодяй! – не выдержал Вова. — Говоришь гадости, потому что я перестал бесплатно ремонтировать твое барахло!
— Сейчас же извинись перед нашим клиентом или убирайся из моего офиса! – гневно крикнул владелец.
— Да пошел ты вместе с ним... – Вова быстрым шагом вышел из здания.

Словно пришибленный словами олигарха он долго бродил по улицам, но прогулка не уняла сумасшедшее биение его сердца.
«У этой сволочи есть основания болтать подобное – я возил Сону и художника в его машине, в которой олигарх установил камеру. Хозяин джипа наблюдал за нами и видел, как Лео целовал мою любимую.
— Ну и что в этом такого? Многие целуются до замужества, — мысленно спорил с собой, сам себе возражал. — Тоже мне доказательство. Вачиса считаю своим сыном – зеленоглазый, с рыжими и кудрявыми волосами, как я. Мальчик меня очень любит, даже сильнее жены».
Физическая усталость одолела взволнованного мужчину – он пошёл домой, принял душ и свалился в постель.

Из-за беременности Соны Вова бросил курить, но иногда позволял себе расслабиться вне стен квартиры. В укромном месте, среди своих инструментов держал пачку сигарет.
— Вот гад, зародил таки зерно сомнения, — он встал, приготовил крепкий кофе и выкурил сигарету.

Из тяжких раздумий его вырвал телефонный звонок.
— Опять она мысли подслушала, — сердито бросил Вова, включая мобильник. Его голос прозвучал резко: — Да!
— Доброе утро, что с тобой? – тихо спросила Сона.
— Ничего, извини, до тебя звонил неприятный тип.
— Если успеешь, пожалуйста, купи продукты, наш холодильник пуст. Подозреваю, что ты дома ничего не ешь. Не забудь привезти вещи малышки. Открой правую створку гардероба, внизу лежит большой пакет.

«Очередной отпрыск Лео? — в памяти взвинченного мужчины всплыли слова олигарха.
— Как она с ним познакомилась? Где встретилась? Кто он этот Лео-Леонардо?
«Такова судьба многих творений Леонардо», «если б вы знали чьё это творение» — о ком говорила Сона?
Художник, Флоренция, «L V» — эти инициалы странно знакомы. Неужели «L V» означают Леонардо да Винчи?
Это невозможно! Как она могла попасть в другую эпоху? Машина Времени существует?
«Я не могу объяснить, это трудно», — ее ответ на мой вопрос: кто такой Лео?
Фантастика или бред? Как она переносилась туда-сюда?
«Я должна вернуть тебя обратно» — сказала ему в джипе».

Огорошенный этими воспоминаниями Вова сидел, схватившись за голову:
— Может, я схожу с ума?

«Сона хорошая хозяйка и заботливая мать, но она ни разу не посмотрела на меня так, как смотрела на Лео», — в нем вновь проснулась ревность.

Требовательный звонок прервал его мрачные раздумья.
— Вова, ты всё еще дома? Артур едет сюда, я могу попросить, чтобы он заехал за тобой.
— Не нужно, я спускаюсь, меня ждет такси.
— С тобой всё в порядке?
— Да, да, не беспокойся.

«Хорошо, что Вачис все это время жил у Артура. У меня свои планы!».
Вова вызвал такси.

Решение созрело в голове неожиданно:
«Розовая рубашка! Она дважды оказалась в больнице в одной и той же ночной сорочке.
«Я в ней сына рожу – она счастливая!» — это ее слова.
— Необходимо найти рубашку и подарки Лео из золота».

Открыв дверцу верхнего шкафа на кухне, на полке увидел золотую ложку и кольцо: «Я знаю, что с ними делать! Нашел для них правильное применение».

Порывшись в гардеробе, обнаружил нечто похожее на подушку. Из наволочки извлек черное бархатное длинное платье и розовую ночную рубашку.
«Так, еще один сюрприз! Что за вечернее платье?
Платок с инициалами Леонардо лежал в кармане дорогого наряда.
— Сона точно царевна-лягушка. Совсем как в сказке – жёнушка, я нашел твою шкурку. Теперь точно собрал все предметы, связанные с Лео».
Вова быстро оделся. Черное платье и рубашку запихнул обратно в наволочку, ложку и кольцо положил во внутренний карман пиджака и надел пальто.
Взяв подушку и пакет с вещами малышки, спустился вниз.

— О, старый знакомый! Жена родила? Куда поедем сейчас? – уточнил таксист, когда пассажир уселся рядом.
— В больницу за женой и дочкой.
— Как назвали девочку?
— Катерина.
— В честь твоей матушки?
— Нет, не знаю, просто так, какая разница?
«Кто такая Катерина? Еще одна загадка? – задумался пассажир».
— Где можно выбросить мусор?
— У вас нет мусоропровода? Новое, элитное здание... – удивился таксист.
— Мне нужно, — пассажир прервал его рассуждения.

Такси остановилось недалеко от мусорных баков. Вова взял подушку и направился к баку. Подушку положил поверх мусора, зажигалкой поджег наволочку.
«Сожгу шкурку моей лягушки», — Вова вздрогнул от звонка мобильника.
— Ты где? – услышал встревоженный голос жены.
— В машине еду. Меня везет тот же таксист, который отвез тебя в больницу. Хочешь с ним поговорить? – Вова сел на свое место, тихо закрыл дверь, и протянул телефон в сторону водителя.
— Мы едем к вам. Поздравляю с дочкой! – громко сказал таксист, трогаясь с места.

Из-за мусорного бака выглянула неряшливо одетая женщина. Она бросила горящую подушку в снег.
— Придурок, зачем жечь то, что тебе не нужно? Встречаются же такие жадины. Хорошо, что выпал свежий снег. Мне пригодится эта вещь похожая на подушку. Я найду ей применение.

— Мне вас дождаться? – уточнил таксист, когда Вова оплатил проезд возле больницы.
— Нет, спасибо, брат жены приехал. Вон стоит его машина. Он нас отвезет.

Сона ждала его в приемной.
— Ты не принес цветы? – удивилась жена. – Что мы дадим врачу?
«Случилось что-то серьезное. Он меня не поцеловал».
Артур подошел с Вачисом на руках и букетом.
— Поздравляю, Сона! – Артур протянул ей цветы.
— Вот этот букет и отдай, — Вова повернулся к Артуру и забрал у него мальчика.
— Я привез корзину для перевозки малютки, сейчас принесу, — Артур побежал к машине.

— Спасибо, что не забыл вещи малышки, но сегодня что-то с тобой не так, — Сона взяла пакет и скрылась в коридоре.
— Мама! – Вачис потянулся за ней.
— Мы здесь подождем, мама вернется с твоей сестренкой.
Вачис обнял Вову за шею и поцеловал в щеку.
— Только ты меня любишь, — растроганно прошептал Вова.

Сона вернулась с малышкой в конверте. Артур принес корзину, в которую этот конверт уложили. Вачис порывался посмотреть: что принесла мама. Вове совсем не хотелось взглянуть на девочку. Артур сделал несколько снимков на память.

Через полчаса семья вошла в квартиру.
— Ты можешь забрать корзину, — Сона сказала Артуру.
— Пусть корзина останется у вас. Нам пока не нужна, а вам может пригодится – в ней удобно малютку выводить на свежий воздух. Я могу чем-нибудь помочь? – гость стоял в коридоре, готовый уйти.
— Останься, пообедаем вместе. Вова ты купил продукты?
— Не успел, — пробормотал хозяин.
— Я довезу до магазина. Придем к вам через сорок дней, как принято.
— Зачем ждать так долго? Это пустые суеверия, Артур.
— Нет, мы будем придерживаться общепринятых правил.

— Куда тебя отвезти? – сидя за рулем, Артур в машине обратился к Вове.
— Ближе к ювелирному рынку, меня там ждет клиент должник.

Всю дорогу ехали молча – водитель следил за светофорами и движением, пассажир думал, что делать с подарками таинственного Лео.
— Дождаться тебя? – остановившись у рынка, уточнил Артур.
— Может затянуться, не жди. Вдруг должник еще не пришел.
Вова подождал пока Артур отъехал далеко и вошел в здание. Настойчиво звонил его телефон – он его выключил и прошел вглубь рынка к оценщикам изделий.

— Это золото? Кустарная работа. Почему на изделиях нет пробы? – ювелир смотрел на Вову недоверчиво.
— Это старые вещи, достались от прадеда. Тогда не ставили пробы. Я показал вам, чтобы вы оценили качество изделий.
— Вам следовало показать их антиквару.
— Нет времени, срочно нужны деньги: жена в больнице – тому дай, этому дай. Сами знаете, как у нас принято.
Ювелир долго изучал ложку, соскоблил чуть и высматривал что-то. Иногда бросал на клиента пытливый взгляд. Кольцо рассматривал особенно тщательно, что-то выискивая на внутренней стороне.
— Здесь есть надпись, вы знаете?
— Да, конечно: ‘любимой’, — неуверенно пробормотал клиент.
— С любовью, — уточнил ювелир.
— Вы хотите сказать, что наши предки не умели любить?
«Этот не возьмет, к другому подойду – вон сколько тут специалистов, жаждущих заработать».
— Могу взять, как лом, и дать лишь половину обычной цены – никто не даст больше меня.
— Я покажу изделия другому ювелиру.
— Могу еще добавить. Ладно, вот получите.
Ювелир отсчитал сумму. Вова поразился ей — он не ожидал получить так много и положил деньги далеко в глубокий внутренний карман пиджака.
Обладатель баснословной суммы решил не впадать в эйфорию, а быть осторожнее: «На этом рынке крутится много подозрительных типов, хотя на мне еще и пальто. Не стану рисковать – деньги нам очень нужны».
Выйдя из здания рынка, сел в первое же такси.
— Прямо, — бросил таксисту. Когда они проехали около двух остановок, увидев большой магазин, ударил себя по лбу. — Чуть не забыл, останови здесь.
Заплатив за проезд, Вова направился в сторону магазина.

Набрав полную тележку продуктов, Вова подошел к кассе. Из внутреннего кармана осторожно достал лишь одну купюру, ведь все банкноты были крупные. Ее хватило на все, что он купил и кассирша дала сдачу.
С двумя большими пакетами полными еды, вышел из магазина.
«Взять такси? Нет, шиковать не стоит – я безработный, а семью нужно кормить».

Будто по заказу, к нему подъехал Артур.
— Получил заработанные? Садись, отвезу, Сона волнуется.
«Знаю я, что ее волнует. Ничего, переживет», — Вова сел в машину.
— Эта сумма оказалась кстати, много потратил на радостях, — признался вслух, ответив на улыбку Артура, посмотревшего на пакеты.

Вечером, уложив детей, Сона пришла в гостиную, села рядом с мужем.
— Расскажи, что случилось?
— Ты же умеешь читать мысли, — в голосе мужа прозвучала ирония.
— Что ты сделал с платьем? Куда делись ложка и кольцо?
— Я безработный. Лео вряд ли хочет, чтобы дети голодали.
— Тебя уволили? Олигарх опять постарался?
— Сона, пора тебе рассказать кто такой этот Лео-Леонардо.
— В это трудно поверить.
— Я поверю, ты расскажи.
— Мне тяжело все вспоминать – я не хочу.
— Художник, Флоренция, «L V» — Лео, он же Леонардо да Винчи. Верно? Как ты там оказалась? Разве можно перемещаться во времени? Признаюсь, меня его внешность смущала — он действительно слишком похож на гения эпохи Возрождения в молодости. На празднике в Ошакане иностранец обратил на него внимание. Тогда я рассердился, но его слова запомнил.
— Ты догадался. Не знаю, как случилось, все произошло неожиданно. Во время обрушения моего дома, услышала какой-то треск, и на меня что-то упало. До этого я вспоминала картины Леонардо и сериал о нем.
— Сколько раз ты была у него?
— Во второй раз он мне внушил и тогда я перенесла его сюда. Ты нас возил на машине. Я должна была вернуть гения во Флоренцию, потому что художника хотел похитить твой знакомый олигарх. Мне следовало сразу же переместиться обратно, но не успела. Мы попали в руки ‘ночных судей’, я могла угодить в лапы инквизиции.
— Как? Ты была в их руках? Это же страшно, — Вова смотрел на нее с сочувствием.
— Потому и не хочу вспоминать. Кто-то написал на гения две анонимки и бросил их в барабан – специальный ящик для доносов. Мне казалось, суд длился долго — вечность, хотя присутствовала там считанные часы. Они такие злобные – эти монахи. Допросили друзей и слугу Мастера. Монах принес рисунки Леонардо, сделанные здесь. Художника оштрафовали, а меня потащили на допрос — именно тащили, я была босой.  От страха я оцепенела и забыла, что умею перемещаться во времени. Леонардо в зале постоянно внушал мне: «Вернись в свою эпоху!». От звука закрывшейся двери, я словно проснулась и перенеслась сюда. На улице упала в обморок, добрые люди привезли в больницу, где ты меня нашел.

Воспоминания ее душили и Сона заплакала.
Вова заерзал на месте, вскочил, ушел и вернулся с носовым платком и стаканом воды.
— Вытри слезы, не могу смотреть, как ты плачешь. Выпей воды, успокойся и расскажи всё по порядку – я запутался.

Сона долго молчала и постепенно успокоилась:
— Ты прав, я должна тебе всё рассказать. В тот момент, когда рухнул мой дом, что-то упало мне на голову. Неожиданно я обнаружила себя в комнате, залитой солнечным светом. Это было удивительное ощущение – передо мной сидел известный во всем мире Мастер и что-то писал. Он заметил меня не сразу, удивился, подошел, взял на руки и посадил на кровать. В помещение вбежал слуга и сказал, что идет сер Пьеро – отец художника. Усадив на табурет, Леонардо стал меня рисовать. Потом выпросил у своей хозяйки платье и туфли, сказав ей, что я натурщица.
— У какой хозяйки?
— Молодой художник в те годы снимал комнату на втором этаже небольшого дома, у него не было собственного жилья. Мы гуляли по Флоренции. Леонардо указал на ‘Рот истины’, куда бросали доносы. Когда мы вернулись в двухэтажный особняк, хозяйка играла на лютне и пела – у них был важный гость. После обеда мы снова вышли на прогулку. Я хотела рассмотреть здание, где жил Мастер и натолкнулась на злобный взгляд женщины. К площади стекалась толпа и гений увел меня на окраину. Мы сидели в гроте и разговаривали. Потом появились какие-то запахи – в городе что-то горело. На суде я поняла, что тогда что-то сжигали, и люди собирались посмотреть на это зрелище. Леонардо принес апельсины, чтобы перебить зловоние. Возможно, хозяйка из ревности написала два анонимных письма и бросила их в барабан. Из-за этих бумажек мы попали в руки ‘ночных судей’. Вова, это случилось до того, как ты признался в своих чувствах. Не упрекай меня, ведь знал, что я беременна.
— Почему ты вернулась?
— Я испугалась. Там я никто – языка не знаю, жить негде. Что мне у него делать?
— Леонардо согласился?
— В первый раз я сбежала от него, когда он спал.
— Как он появился в моей, извини, в той квартире?
— Вероятно, ему удалось внушить мне мысль снова появиться у него. Не знаю точно. Но Лео тут же потребовал взять его в нашу эпоху – хотел побывать в будущем.
— Значит, это ты его перенесла и должна была его вернуть. Почему ты не хотела, чтобы он остался еще на пару дней, он же просил?
— У меня появилось плохое предчувствие, и тому была причина. Помнишь, на трассе стояло два внедорожника? Ты узнал одного из мужчин.
— Ты действительно читаешь мысли.
— Они хотели выкрасть Лео, но им помешала свадьба. Олигарх надумал подкупить начальника службы безопасности аэропорта. Заплатил ему, чтобы тот задержал Лео, но получил отказ. Ответственный работник решил, что художник иностранец. В тот момент я думала, что во Флоренции будет безопаснее и вернула гения в его комнату. Но сама не успела переместиться сюда. Неожиданно в помещение вбежали друзья Леонардо, а за ними ворвались монахи. Нас всех затолкали в телегу и повезли во дворец Правосудия или что-то подобное.
— Почему пошла к нему еще раз? Ведь виделась с ним.
— Он мне часто снился — хотел видеть сына и я уступила. Встреча произошла в том же гроте. То платье, которое ты выбросил, для меня сшил Леонардо. Мы вышли на прогулку. Художник рисовал сына голеньким. Тогда он мне дал ложку, я покормила сына яблоком.
— Ты ложкой скоблила мякоть и давала ребенку. Помню, как ты это делаешь.
— Леонардо завернул ложку в платок и положил в карман платья. Но я не знала, что он вложил туда и кольцо. Чувствуя тревогу, я с сыном вернулась в грот. Потом появились слуги правосудия Флоренции. Леонардо сел у входа, делал упражнения, отвлекал монахов, чтобы мы успели перенестись домой.
— Эти вещи — его подарки, заставляли меня нервничать.
— Ты ревнив, на малышку смотреть не хочешь, будто она чужая совсем.
— Не отрицаю, но ты до сих пор любишь Лео. Я чувствую его между нами. Кто такая Катерина?
— Моя прабабушка.
— Но мама тебе ничего не рассказывала о родных.
— Мама не рассказывала о моем отце и своих родителях, но часто вспоминала бабушку. Очень гордилась ею. Даже в преклонном возрасте Катерина была красива. Что стало с платьем?
— Я его сжег, не хочу тебя потерять, боюсь, что ты уйдешь к нему.
— Я же говорила: не уйду. Теперь ты знаешь почему. Нам нужно пожить врозь, чтобы ты отдохнул от нас и успокоился. Уйду с детьми хотя бы на время. Может, дядя приютит.
— Ты сошла с ума. Сейчас зима, в горах гололед на дорогах. Нет, я не отпущу. Один я не проживу и дня.
— Что же мне делать?
— Не вспоминай о нем. Тех вещей нет и я, надеюсь, скоро все забудется.

Малышка подала голос, Сона поспешила к ней:
«У нас осталась лишь бусинка. Надеюсь, Вова ее не найдет».


Рецензии