Вернуться до Заката

Вернуться до Заката.
 г. 2011.

ХОЧУ,
возвращаясь домой,
знать,
что она,
моя жена,
ждет меня…


 Предисловие.

Вот моя повесть: я родился, я умер.
Всё…

Я помню всю свою жизнь. Но я не помню всего несколько моментов. Воспоминания об этих моментах сводят меня с ума. Мне кажется, это все приснилось. Длинный такой сон. Или сны.
Эти сны как чума. И горько их вспоминать, и больно, и тоскливо, и обидно, и радостно. Хочется вернуться. И таких моментов много. Но что я могу? 
 

Осень.

На улице прохладно. Это наверно первое, что приходит в голову, второе это- молчание. Замешательство от того, что трудно подобрать слова для описания.
С чего начать-то? Начну сверху, однако наверно выйдет у меня все как-то разбросанно. Прошу заранее меня простить, так как я в первый раз что-то пишу.
Небо было все в серых однотонных облаках, закрывающих солнце. Из-за этого было трудно определить вечер сейчас или день, но было так серо, что казалось- это вечер. Не сказать, что было слишком темно, просто складывалось ощущение будто того и гляди заморосит дождик.
Мы стояли на широком, просто огромном мосту. От одного его края до другого было не как не менее полусотни метров, а в длину и вовсе не было видно его конца. Он напоминал Мост Теодора Хойсса, только вот у его начала стояли две дозорные башни с огромными прожекторами. Непонятно, правда, зачем они там.
Позади нас растеливалась зеленая поляна, за которой виднелся обширный лес, а за ним мелкие вершины городских зданий. От начала моста куда-то вбок уходила кривая тропинка, которая, скорее всего, вела к узкому, едва заметному вдалеке лесному проёму.
Честно, я не помню, что именно мы делали на мосту и как на нем оказались. Я не помню, а вернее не знаю парня стоящего рядом со мной. Может я был тогда с ним знаком, но сейчас, вспоминая этот момент, я даже не могу описать его лица.
Мой спутник, имени его я тоже не знаю, стоял рядом со мной и смотрел куда-то вдаль. Что касается меня, то я почему-то сидел на трехколесном скутере, который очень сильно напоминал большой трехколесный велосипед. Не знаю, откуда у меня этот «скутипаф». Вообще на любой вопрос, мой ответ будет один и тот же: «I don’t know!».
Вернемся к моему спутнику, он выглядел озабочено, хоть и стоял ко мне спиной. Было во всем его силуэте что-то беспокойное. Была настороженность в позе, в том, как ветер трепал его густые чуть длинные волосы и он же трепал края его бежевой рубашки. Его шорты такого же цвета, как и распахнутая рубаха, вместе с джанглами  придавали ему уверенности. Весь парень сам по себе выглядел противоречиво.
Я сидел на сиденье скутипафа и смотрел то на него, то на серое небо. Что-то внутри меня говорило мне, чтобы мы не задерживались в этом месте, иначе что-то произойдет. Я хотел было обратиться к своему незнакомому Знакомому, но почему-то мне казалось, что он меня не услышит и промолчал.
Если подумать, то вопросами должны вы меня закидывать, а не я вас, однако мне любопытно, что я делал с этим парнем на этом, по ходу дела, ни кем не эксплуатируемом мосту. Мне интересно, куда и зачем мы направляемся, почему мы остановились, где мы, и кто он, мой незнакомый спутник? Возможно, дальнейшее мое пребывание с ним приоткроет мне  несколько завес этих, невесть кем созданных, тайн.
Я огляделся, хотя не правильно так говорить. Скорее я смотрел за край моста, туда, где должен быть горизонт. Однако я помню, что меня окружало- это равномерная серая масса. Все вокруг меня было настолько блеклым и тусклым, что оно нагоняло тоску.
Если говорить о погоде, то, судя по всему, была осень, ее первые дни. Об этом говорил запах сырой, холодной земли, уже терпкая горечь еще зеленой травы, ну и, конечно же, ветер с единообразно покрытым облаками небом. На мой взгляд, в такую пору лучше сидеть дома у камина и читать потертую книженцую с горячей кружкой какао в руке.
Парень не спеша повернулся, предоставив моему взору свою серую футболку с надписью «Living in the Нell» и свое, уже забытое мной, лицо. Я помню, что в его взгляде было что-то скрытное, будто он скрывал от меня что-то пугающее. Тем не менее, он принял спокойный вид, и вполне бодро обратился ко мне:
-Думаю сейчас самое время ехать вперед, иначе мы не доберемся до города,- с этими словами он направился ко мне, но смотрел, однако себе под ноги, а не на меня.
Вся эта ситуация говорила о том, что что-то тут не так, нечисто.
Он обошел меня и сел сзади, обхватив меня руками за живот, из-за чего мне стало как-то и неудобно и приятно. Словно получив невидимую команду, я повернул ключик зажигания и маленький мотор скутипафа зарычал, а затем мы плавно и бесшумно тронулись с места. Тут же свежий ветер ударил в лицо. Тут же что-то стукнуло в голову, и я провалился в забытье.
Магнитолы у скутера не было, однако это не помешало мне окунуться в мир эйфории. Я словно ехал по дороге из мягких облаков. Приятная мякоть обволакивала меня, затуманивая мой и без того неустойчивый разум. Всё словно осветилось мерцанием неоновых ламп. Такое странное чувство, будто в чем растворяешься, такое приятное. Словно улетаешь в другой мир. Все проноситься вокруг тебя.
На спидометре не больше семидесяти километров в час, а такое чувство, что вся тысяча. И от этого чувства кружиться голова.
Хочется никогда не останавливаться, не выходить из этого нездорового состояния.
Сладкая психоделия.  Множество эмоций. Калейдоскоп чувств. Радость, экстаз, возбуждение, удивление, воодушевление, восторг. Всё это придавало неземной легкости, ненавязчивой мистичности.
Такое ощущение, что принял все наркотики мира одним разом. Это неописуемое чувство. Осознание того, что ты являешься богом, что ты- кусок блаженства, такой же великолепный и притягивающий. Просто бездонная яма фантастических грёз. Неподражаемость наяву. Бесподобие удовольствия непостигаемое даже в раю. Секс из сплошного оргазма. Чистый сок чистого счастья…
-Очнись!- прокричал мне в ухо незнакомец, разрушив и разбив всю мою иллюзорную эйфорию.- Ты размяк как сопля. Того и гляди «штурвал» из рук выпустишь.
Выходит я один утонул в этом приступе. После того, что я испытал, внутри меня стало как-то опустошенно. Я неутомимо начинал все с большей силой жаждать тех небывалых ощущений, того чувства полного умиротворения и удовлетворения. Думаю, такого не достичь даже при посмертном упокоении.
Я прибавил газу в надежде вернуться в ту «настоящую» и «реальную» дрёму. Но безрезультатно. Стрелка спидометра затрепетала у красной зоны, а выплеска неописуемых фантазий так и не произошло.
Что-то внутри меня начало словно закручиваться в спираль. Я снова начал терять сознание, только в этот раз не от наслаждения. Это было похоже на ломку от недостатка наркотика.
-Давай, мы должны успеть!- сказал парень. Похоже, он и в этот раз «учуял» мое  отклонение от нормального состояния. Меня не пугала его необычность и странность, меня больше настораживала эта спешка, это его стремление куда-то не опоздать.
За этими мыслями я пришел в норму.
Облака местами начали потихоньку расходиться, пропуская тонкие солнечные лучики. Значит еще не вечер. Довольно красивое зрелище, словно солнце пробуждается после длительного и беспробудного сна. Но я не мог им любоваться, так как  мне надо было следить за дорогой. Хотя чего за ней следить-то, машин-то все равно нет.
Я чуть сбавил скорость, а затем снова прибавил газу, скутипаф слегка дернулся и с прежним рвением устремился вперед. Мы неслись по дороге подгоняемые чем-то неизвестным. И это «что-то» начинало подзадоривать, будто подстегивая нас как упряжку коней. Мне хотелось обогнать все возможное, порвать воздух, оставив за собой огненный след от колес скутера.
К моему удивлению грянул гром, и с неба неожиданно захлестал дождь, словно кто-то опрокинул на нас ведро с водой. Сильный дождь, он как будто хотел перегнать меня. Он бросал мне вызов, обливая и делая дорогу скользкой. Я чувствовал, как задор адреналином растекался по моим венам. Я не проиграю ему!
Я с таким упорством крутил ручку газа, что казалось, она вот-вот сломается. Не знаю, помогало ли это или нет, но мы вроде стали ехать еще быстрее. Но и этого мне было мало. Я жаждал скорости! Быстрее, еще быстрее!
-Ручку не оторви!- смеясь, прокричал парень за моей спиной. И вновь я очнулся. Очнулся, словно от глубокого раздумья.
Что за странный мост? Почему я на нем постоянно оказываюсь под влиянием чего-то непонятного? Складывалось чувство, что кто-то старается помешать нам, отвлекая моё внимание. От этих мыслей, весь мой запал, весь задор куда-то улетучились. Радость и стремление сменились с унынием. Неужто мне нельзя быть бодрым?
И снова что-то удивительное. Дождь просто взял и за пару секунд закончился, будто кто-то перекрыл вентиль в душе.  Жутко конечно, но всё же так намного лучше. Не так холодно, и дорогу лучше видно, и по лицу ничего не бьет.
Опять тоскливо.
Тот парень, что сидит за мной… Знает ли он меня?
Почему он молчит? Хотя я тоже молчу. А что я могу сказать? Ничего, я могу только задавать вопросы, заваливать ими. А он может ответить на них, я знаю. Оттого что он, молча сидит у меня за спиной, уцепившись за мой тощий живот, мне не становиться лучше. Скорее даже наоборот, я чувствую себя покинутым и одиноким, словно еду один.
Облака вновь слегка разошлись, вновь позволив пробиться одиноким золотистым лучам. Очень красиво. Я никогда до этого не видел ничего подобного. Эти светлые лучи, словно вновь давали надежду.
Если солнце может бороться с унынием и серостью, то и смогу побороть всю мглу в себе. Я смогу скинуть оковы неизвестно откуда взявшегося угнетения. Первый шаг к этому- это выпрямить спину и расправить плечи.
Парень сзади это заметил. Сейчас опять, что-нибудь скажет, и все мое настроение опять упадет ниже плинтуса.
Кстати, ветра нет! Я и не заметил, как и он исчез. Наверно, пропал вместе с дождем.
-Так держать!- уверено произнес мой пассажир.- Не позволяй чему-либо остановить себя! Видишь это полускрытое солнце? Пусть оно воодушевляет тебя! Пусть всё подталкивает тебя вперед! Заряжайся энергией от всего, что тебя окружает! А теперь прибавь ходу, а то мы ползем как черепахи!
В чём-то он прав. Я не должен позволять внешним фактором портить себе настроение. Я не должен унывать, к тому же вон впереди виднеется конец моста, поэтому вперед!
Я снова покрутил ручку газа, и как мне показалось, мы вновь ускорились. Однако как бы в противовес этому, облака затянулись в единообразную массу, скрыв редки дары солнца, и вновь на нас обрушился дождь. Ливанул он так же неожиданно, как и в прошлый раз.
Видно он снова хочет посостязаться в скорости. Что же, в этот раз он действительно проиграет.  Он не сумеет остановить нас! На этом дохлом скутипафе нас никто не сможет обогнать, за нами вся мощь китайского двигателя.
Не знаю почему, но я снова стал счастлив. Снова что-то ударило в голову, снова появилась нестерпимая жажда скорости. По-моему я  маньяк! Я был похож на психа который стремиться оказаться впереди своего носа. Да ну и черт с ним! Главное что сейчас я просто безума от восторга! Словно под действием опиума! Хотя какой к черту опиум?!
Вперед! Вперед-вперед-вперед! Ничто меня не остановит! Я король, нет, я бог дороги! Ничто мне не помеха- ни дождь льющий, как из пожарного ствола, ни ветер, пробивающий насквозь, ни этот хрен сидящий за мной.
Я не знаю, куда мы так стремительно направляемся, да и если честно мне как-то все равно. Главное для меня сейчас - это нестись по дороге сломя голову. Не знаю, что ждет меня впереди, но чувствую, это что-то стоящее. Не зря же в конце концов мы рискуем навернуться со скутипафа и переломать себе все кости.
А знаете, что? Ехал-то наш скутер бесшумно! Только шум брызг и льющегося дождя. Это как-то насторожило. Я решил обратиться по этому поводу к своему пассажиру, но застопорился, вспомнив, что я не помню его имени. Вместо каких-либо слов я покрутил пальцем у уха. Видимо парень понял о чем я, потому что после моего движения он что-то пнул сбоку и сквозь шум дождя прорвался рев мотора скутипафа.
И снова я чувствую себя уверено, и притом уверено как никогда! Я чувствую, что сейчас я счастлив как никогда. И даже если солнце не взойдет после этой ночи, я не поду духом, я не провалюсь в яму разбитых грёз, я уже не буду той соплей, что был раньше. Сейчас в какой-то момент я понял, что нужно стремительно двигаться вперед, несмотря ни на что. В жизни будет много чего, что попытается помешать преодолению пути, но нужно не останавливаться, иначе легко очутиться в трясине, из которой очень и очень трудно выбраться.
Еще несколько минут назад я не понимал, почему мы так несемся вперед, а сейчас понял. Это наше решение добраться до неизвестной точки, и принимая его, было ясно, что даже если что-то случиться мы не остановимся. Теперь, я знаю, что я просто обязан дойти до конца до того как солнце скроется за горизонтом, а иначе… Не будет этого иначе! Я успею! Меня не остановит ни этот ливень, ни этот пробивающий ветер, ни эти вспышки безумственого удовольствия, ни какие-то другие обстоятельства. Вперед!
Скутипаф разбивал воздух, сбивая огромные и тяжелые капли дождя. Он словно мой конь рьяно несущий меня к заветной черте. Подобие Слейпнира на трех колесах.
Раскат грома огласил всю округу, напугав наверно каждое живое создание, каждое, но только не меня. От него уровень адреналина повысился раза в три.
-А вот и конец моста! Поднажми, осталось немного!- незнакомец задорно похлопал меня по животу.
И я поднажал! И какого черта?! Я так крутанул ручку газа, что она просто хрустнула и полетела на асфальт, но, тем не менее, скутипаф значительно прибавил скорости. Глянув на спидометр, я убедился, что он уже не пригоден- его стрелка как бешеная металась из стороны в сторону. Вот теперь я начал паниковать, как же мы будем останавливаться? Тут-то на безлюдной дороге еще, куда ни шло, но в пригороде, где всё же присутствует хоть какое-то оживление, ехать в таком положении нельзя!
Вот, блин, что же теперь делать-то?! Останавливаться нельзя… Значит остается только ехать так дальше.
И вот мы несемся дальше, под ливнем. Все ближе и ближе конец моста. Все чаща и чаще бьется сердце. Такое ощущения, что как только кончиться мост, весь мир рухнет, скутипаф взорвется, а меня самого разорвет в клочья. Разорвет на множество девственных кусочков.
Вот и она граница, конец моста. Сердце замерло. И?
И нихрена! Мы едем дальше! Несемся по дороге, по узкой магистрали. Ветер свести в ушах. Волосы развиваются на ветру. С одежды в три ручья стекают струи дождя. Улыбка до ушей, и в глазах огонь безумства. Быстрей!
Быстрей-быстрей-быстрей, еще быстрей!
Пейзаж серого неба за краем моста, сменился видом смешанного леса. От леса веяло запахом свежести- терпким ароматом сырой земли, мокрой травы и редких опавших листьев. Правда, он тоже смотрится уныло, ввиду отсутствия живых существ, таких как люди, белки, прочие грызуны и птицы.
Раскаты грома стали все реже, но дождь не утих. Не утихали и мы.
Вот мы проехали полицейский блокпост, и ряды деревьев стали редеть, это явный признак приближения к пригороду.  Еще чуть-чуть и появятся редкие двухэтажные жилые домики, появятся дорожные знаки, светофоры, одинокие серые магазины. Появятся машины, а с ними и осложнения на дороге.
Вот скутипаф грозно выехал на одну из местных улиц, рассекая глубины луж и создавая стены брызг. Я чувствую мы уже близко. На улице было довольно пусто, лишь кое-где встречались одинокие прохожие, которые не спеша шли под зонтиками или в дождевиках.
-Сейчас на повороте сворачивай налево!- серьезно прокричал мой попутчик. Окей, он будет моим штурманом. Я показал ему поднятый вверх большой палец, дав понять, что я всё понял.
У перекрестка я рванул руль вбок, и мы с огромным трудом вошли в поворот, окатив столб светофора брызгами. Скутипаф вновь начал набирать потерянную скорость. Снова адреналин, снова безудержное стремление обогнать всё и вся. Еще немного.
Дома мелькали один за другим, проезды и перекрестки сливались воедино, я ничего не мог разобрать. И все что мне оставалось это ждать команды сзади. Он знает дорогу, он меня и выведет. В этом размытом обзоре он был моими глазами. Остального мне не нужно было.
Кстати о нем, мой попутчик на заднем сиденье закопошился, его рука исчезла с моего живота и скрылась где-то сзади. Что он задумал?
-И так, держи,- с этими словами он протянул мне невесть откуда взявшийся черный зонтик.- Я сойду тут, а то потом трудновато будет! Ты знаешь, где выходить!- похлопав меня по плечу, он спрыгнул со скутера, полетев в кучу мусорных баков и пакетов.– Удачи!- Послышался позади его уже приглушенный дождем возглас. А я даже не успел возразить, что уж говорить о благодарности за помощь. Но думаю, я еще успею сказать ему спасибо. Я успею всё!
А вот теперь я не на шутку начал волноваться. Еще каких-то несколько секунд. Давай, я справлюсь! Не зря же я так сюда спешил, не зря испытал все эти калейдоскопы чувств, и не зря же, в конце концов, тот парень заработал себе десяток шишек и синяков.
Вот моя остановка! Моя странная манящая конечная цель- большое двухэтажное здание с серыми стенами и широкими приоткрытыми окнами. Такое знакомое, и такое неизвестное.
Но это еще не всё, нужно на второй этаж! А еще нужно остановиться!
Как осуществить последнее я не знал. Да и времени на раздумья у меня не было, пора уже было что-то делать. И я сделал, я крутанул руль вбок, шины скутера заскользили по мокрому асфальту. Секунду скутипаф боком скользил, а затем начал одновременно и разворачиваться вперед и запрокидываться на бок. Всего за пару секунд я наклонился в противоположенную сторону, одной ногой уперся в шейку руля и встал на нее, а другой наступил на уже задравшийся к верху бок корпуса. Чувствуя, как скутипаф уже начал закручиваться колесами вверх, я оттолкнулся и прыгнул вперед.
Трехколесный китайский транспорт также как и мой попутчик с грохотом полетел в кучу мусорных баков. Он отмотал своё. А я полетел на твердый асфальт, больно конечно, но переживу как-нибудь. А вот скутипаф уже на колеса не встанет, жаль его конечно, но у меня нет времени на слезы, мне нужно двигаться дальше.
Крепко сжимая зонт, я ринулся в серое нутро «неживого» здания. Буквально выбив дверь плечом, я направился внутрь старого манящего и пугающего пансионата.
Я должен вернуть Каростэль!
И мне осталось совсем чуть-чуть!
 


Зима.

Автобус, городская окраина, пустые улицы и грозно завывающий декабрьский ветер. Одним словом зима. Темнеет рано, и за обмерзшими окнами автобуса уже ничего не разглядеть.
Автобус неуклюже свернул в сторону лесной дороги и подъехал к маленькой остановке. Остановившись напротив девушки, громоздкое авто распахнуло двери приглашая зайти в своё нутро. Девушка и зашла. Автобус закрыл свои двери и тронулся дальше.
Казалось, войдя в автобус, девушка оставила все свои горечи и печали на остановки позади. Она не взяла их с собой - там, куда она направляется, они ей не понадобятся.
Войдя внутрь она осмотрела салон автобуса - под освещением тусклых ламп в одиночестве облокотив голову на стекло сидел какой-то парень без шапки. Этот парень - я.
Я не помню, да и не знаю, куда именно тогда направлялся.
Мы оказались один на один, я на потертом кожаном сиденье, и она, стоявшая посередине прохода. Мы внимательно осмотрели друг друга.
На девушке была полосатая черно-белая шапочка, из-под которой неуклюже торчали каштановые волосы. Я ей позавидовал, у меня шапки-то не было, и уши у меня замерзли так сильно, что даже после получасовой поездки они все еще никак не отогрелись. Но шапка не первое, что бросается в глаза. У девушки было очень красивое и аккуратное личико - серьезные глаза, четкие слегка детские черты лица, пропорциональные аленькие губки.
Она пристально смотрела на меня, нет, она оценивающе осматривала меня. Изредка задерживая взгляд на определенных точках моего лица. Под ее взглядом я почувствовал себя мышкой, которая попала в лапы к кошке.
Кстати о кошке, она была одета в черную, плотно облегающую тело, куртку, и такие же черные новенькие джинсы. Она стояла, засунув руки в карманы, слегка наклонив голову вниз, пряча низ лица под высоким поднятым воротником куртки. На фоне пустующего салона автобуса, она, с насупленным ворожением лица, выглядела как-то одиноко и брошено.
Постояв так какое-то, время она, всё еще прищуриваясь, пристально глядя на меня, направилась в мою сторону. Кроме дискомфорта от ее взора, смотря на нее, я ничего не чувствовал. Обычно я падок на красивых и очаровательных девушек, но в этот раз я оказался к ней равнодушен. Ну ладно, я был слегка заинтересован в ее персоне.
Я верю в любовь с первого взгляда, мои родители так поженились. Мой брат так женился, а женился к слову он через три дня после знакомства. Я всегда верил, что и меня постигнет такая же приятная участь. А, глядя на эту девушку, у меня не возникало желания повести ее под венец.
Девушка, между прочем, неуверенно прошла мимо меня, и я снова устремил свой взгляд в окно, на уже лесные пейзажи. Прошла и фиг с ней. Конечно, она мне понравилась, она симпатичная. Не то чтобы я западал только на красивых девушек, мне нравится все красивое, но встречаться с девушкой только из-за ее положительных внешних характеристик я не собирался. Короче, на девушку мне было пофиг. Почему не знаю.
Девушка же постояла пару секунд у меня за спиной, а потом в прямом смысле слова плюхнулась рядом со мной. Нагло так и бесцеремонно, но мне, однако это понравилось. Тоже не знаю почему. Может, потому что от нее хорошо и вкусно пахло.
Я разглядел ее глаза, они были темно-голубыми, почти синими.
Она серьезно посмотрела на меня, выждала секунду другую, а потом обратилась ко мне хриплым, но довольно приятным голосом:
-Не против?
У меня  не было никакого желания ворчать или бурчать на нее, да и я действительно был не против. Всё лучше, чем ехать одному. К тому же лучше она, чем какой-нибудь маньяк-насильник. Если только она сама не маньячка полоумная. Хотя я был бы «за».
-Нет, - ответил я, кротко. Какой же я клёвый, сумел остаться невозмутимым рядом с очаровательной девушкой!
Мы ехали дальше, скорость у автобуса была небольшая, однако то, что находилось за окном, из-за темноты было не особо разборчивым. Наш транспорт слегка трясло, из-за того что он двигался по неровной дороге, что, кстати, говорило о том, что мы свернули на более короткий маршрут.
Девушка снова перевела свой взгляд на меня:
-Ты за мост по делам или живешь там?- спросила она спокойно.
Да-а-а, незнакомка была уверенной, спокойной и невозмутимой, однако в ней чувствовалась какая-то потерянность. Было в ней помимо красоты что-то, что притягивало меня к ней, что-то, что вызывало у меня желание узнать ее поближе. Может это просто гормоны. Я не знаю.
-Я просто катаюсь,- ответил я, и в моем голосе, я услышал легкую дрожь. Это не волнение, это что-то другое.
-Ну, так живешь-то где?- она смотрела прямо перед собой, словно впереди была картина или телевизор.
-В городе, а ты?
-Я тоже,- все так же ответила она.
-А в пригород тебе зачем?- поинтересовался я, не отрывая от нее глаз.
-Еду навестить бабушку.- Она улыбнулась, затем посмотрела на меня.- Если хочешь меня закадрить, то я не против.
Последние слова меня обескуражили. Не ожидал я такого. Так же я и не ожидал, что она достанет пачку тонких вишневых сигарет, дорогих кстати.
Она демонстративно достала одну, зажала ее губами, затем протянула мне полупустую пачку, предлагая угоститься. Глядя на нее, я готов был согласиться, однако вместо этого я равнодушно посмотрел ей в глаза:
-Не самый лучший способ понравиться парню.
-А что в этом такого?- она усмехнулась, покрутив губами сигаретку.- Курю я очень редко, обычно пачки хватает на два-три месяца, а иногда и вовсе на полгода. К тому же они вишневые, и куревом от меня не несет. А то вдруг надумаешь приставать и полезешь целоваться.- Она зло улыбнулась уголками губ.
-Вот еще!- насуплено отмахнулся я.
-Мальчиков любишь?- хихикнула девушка.
-Да иди ты. – Этой девушке палец в рот не клади.
-Расслабься, я же пошутила,- она, улыбнувшись, наконец, достала зажигалку и подожгла сигарету. Сделав, небольшую затяжку, она вновь хихикнула:- На гомосека ты не очень тянешь, стразиков мало.
Тут я не мог не рассмеяться.
-Может, все-таки затянешься?- она протянула мне слегка помятую сигарету.
Не знаю, почему я ее взял. Может, наверно, из-за того, что фильтр сигареты был еще теплым и влажным от губ девушки. А может, потому что я хотел… Я что-то проговорил, но что именно уже не помню, кажется, что-то в благодарность, затем прикоснулся губами к фильтру. Кончиком языка я слегка облизал его, а потом уже резко и глубоко затянулся.
Что-то тряхануло автобус и что-то больно ударило меня в лоб. На долю секунды я потерял сознание, но затем вновь пришел в себя. Не знаю отчего,  но мне вдруг сделалось весело и хорошо. Вокруг поплыли кругляшочки, вся затанцевало, приобретая оранжевый оттенок.
Вот тогда-то и стало мне ужасно смешно. Вокруг меня танцевали милые девушки, все с пышными грудями, полуголые, и с плетками в руках. Я побежал в какой-то магазин, в нем меня встретила огромная голая афроамериканская самка. Она подошла ко мне, и я, смеясь, шлепнул ее по огромной титьке. Это большущая «чуда» что-то сказала, и провела своим огроменым пальчиком от ширинки моих джинсов до моих губ, а затем с размаху зарядила мне пощечину…
-Очнись!
Я открыл глаза. Я снова ехал в автобусе, голова у меня трещала, а девушка с сигаретой в зубах не переставала хлестать меня по щекам.
-Очнись-очнись!- повторяла она, нанося моим щекам шлепок за шлепком.
-Да в порядке я, в порядке!- ответил я ей нервно.
Она облегчено вздохнула, откинувшись на кожаную спинку автобусного сиденья. Только сейчас я заметил, что она сняла шапку. Вид у нее был сексапильный. Она так соблазнительно выглядела с каштановыми взлохмаченными волосами, с рваной челкой «устало» свисающей до кончика носа, с половиной сигареты, зажатой губами. Жаль только, что глаз не видно.
Девушка небрежно ухватила двумя пальцами сигарету, и, выпустив облако серого  дыма, протянула ее мне. В этот раз кончик фильтра был немного погрызан. Она заметила мой взгляд, и, убрав челку вбок ленивым движением, дружелюбно пояснила:
-Волновалась за тебя.
Девушка еще ближе поднесла сигарету к моему лицу.
-Или брезгуешь?- она внимательно посмотрела на меня, видно этот вопрос для нее был важным. Интересно… Я отрицательно мотнул головой.- Ну, тогда, как знаешь.- Она равнодушно пожала плечами.
Девушка одной рукой обхватила себя, как если бы хотела скрестить руки, и на нее поставила локоть другой руки, в которой держала сигаретку. Вид у нее получился какой-то грустный и одинокий,  немного жалкий что ли.
Сигарета потихоньку тлела, и серый дымок с привкусом вишни поднимался вверх. Не знаю, откуда, но у меня возникло желание сблизиться с девушкой. Я протянул руку к сигарете:
-Можно?- спросил я.
-Конечно.- Она улыбнулась.- Хочешь помуслякую её?
-Хватит воспринимать меня в штыки!- Я взял сигаретку с тонкой золотистой надписью «Sakurai» на боку.- Что с тобой не так?
Пожеванный фильтр был еще влажным от губ девушки. Это приятно, чувствовать что-то что касалось губ девушки. Я затянулся. Довольно приятный «вишневый» дым провалился в легкие.
-Со мной что-то не так? Хрен, блин, его знает! А что на счет тебя? Рядом с тобой незнакомка, пусть не прекрасная, но все же! Хочет с тобой  познакомиться, а ты сидишь и молчишь! Если у тебя есть девушка так и скажи!
-Вовсе ты не прекрасная!- возразил я, однако, осмыслив, что ляпнул глупость, попытался оправдаться, но думаю, это было лишним.- В смысле ты прекрасная! И девушки у меня нет! И ты вообще куришь!
Девушку мои последние слова ни капли не смутили, а даже наоборот, взбодрили. У нее появился какой-то едкий, язвительный вид.
-Я еще и трахаюсь! Хочешь меня прям тут?
-Чего?!- меня просто ошарашили ее слова, у меня даже сигаретка, а вернее ее остаток изо рта выпал, но я этого не заметил. В словах девушки, однако, я почувствовал скорее горечь и боль, чем вызов. Что же с ней такое?
Я смотрел на нее непонимающе, именно теперь я хотел узнать ее. А вот она отвела взгляд в другую сторону, отвернулась от меня. Наверно на нее что-то ужасное свалилось. А может она проститутка? От этих мыслей я ужаснулся, я же ведь мусолил сигарету! Вдруг чем-нибудь зарожусь? Но разве эта обиженная и насупленная девушка может по жизни выбрать желтый билет? Вряд ли.
-Хочу…- неожиданно для нас обоих вымолвил я. Она вздрогнула, немного испуганно посмотрела на меня.
-Я же…пошутила…- весь её напор, и вся уверенность куда-то улетучились, теперь она просто растерянная девушка.
-А я нет…- я видел, как ее зрачки расширились, в них появились страх и отчаянье. Я аккуратно взял ее за плечи, чуть наклонил ее к себе, и сам слегка наклонился к ней. Её щеки слегка покраснели. Она чуть прикрыла глаза.
И тут ……………………………………………………………………………………
…………………………………………………………………………………………
-Йа-а-ауч!
Я взвыл и подскочил на месте от того, что что-то обожгло мне ляжку. Сигарета! Мать её! Эта сигарета! Я не заметил, как ранее она упала мне на ногу продолжая тлеть. Она «дотлела» до дыры в моих джинсах.
 Девушка засмеялась, прикрыв улыбку ладошкой. Вид у нее, кстати, стал более оживленный. Я же был оживленнее некуда.
Не помню, как избавлялся от этой «напасти», однако как только я от нее избавился, автобус встал. Его мотор затарахтел, а потом и вовсе заглох. Девушка равнодушно посмотрела вперед, туда, где за тонкой стенкой сидел водитель.
-Не волнуйся,- сказал я, не знаю, правда, зачем.
-Из нас двоих у тебя самое обеспокоенное лицо!- хихикнула она.
-Не начинай опять!- Я быстро прокрутил всевозможные «отмазки» по этому поводу.- Я, между прочим, за тебя волнуюсь.
Девушка не успела мне ответить- всё ее внимание занял водитель автобуса. Он открыл передние двери и собрался наружу, надевая теплую куртку. В руках у него виднелся черный фонарик.
-Я, детишки, пойду, посмотрю мотор, а вы пока можете начать паниковать,- он добродушно улыбнулся, поблескивая своими пышными усами.
-Как скажите!- улыбнулась девушка в ответ.- Только смотрите, чтоб вас вурдалаки не утащили!
-Ох, и не позавидую я им тогда! Вот шуму-то будет, когда моя жена, не обнаружив меня в кровати, начнет из них леший дух выбивать!- он, смеясь, вышел из автобуса, оставив нас наедине.
Девушка перевела взгляд на меня. И было в нем, что-то такое… с надеждой, и в тоже время с какой-то такой нежностью…
-Ты же ведь пошутил?- спросила она мягко.
-На счет чего?- не понял я.
-Ну, насчет того, что возьмешь меня тут?- она слегка покраснела.
-Относительно,- ответил я, смущено улыбаясь.
-Что импотент?- хихикнула она, но, уловив мой серьёзный взгляд тут, же притихла.- Шучу-шучу. Я проверила, работает.
-Чего?!- вскричал я.
Когда она успела? Каким образом?
-Ты шутишь что ли?- уточнил я, стараясь выглядеть как можно спокойнее, однако мое лицо, походу дела, выдавало мою растерянность.
 -Ну, когда мы окурок тушили про меж твоих ляшек,- она вновь хихикнула.
Тут уж я ничего не ответил.
Забавная, однако, выходит ситуация - автобус, в котором мы ехали, а вернее его двигатель заглох посредине моста. Я оказался в компании какой-то страной девушки. И вконец, я даже не знаю, куда и зачем еду. Отчасти мне можно позавидовать, а отчасти нет.
И так мы остались одни, в тишине и в сумраке ушедшего солнца, а за окном завывал ветер, нагоняя мурашки по коже. Блин, это было похоже на один из фильмов ужасов, где на туристов нападают психанутые моньяки-убийцы. Врать не буду, мне стало сташновато, а вот девушке, по-моему, было все равно. Она со скучающим видом смотрела по сторонам.
-А почему у тебя девушки нет?- внезапно спросила она, разглядывая люк на потолке автобуса.
-Ну, я думаю, что все девушки зло,- без зазрения совести ответил я. Вот мне интересно, я тогда ей наврал или сказал правду?
-Я тоже?- она с любопытством перевела взгляд на меня.
-А кто вечно на меня нападает и стебается надо мной?!- укоризненно спросил я в ответ.
-Ну, я же любя,- она хихикнула.
-Ну, вот опять!- я возвел глаза к потолку, закрывающему собой небо.
-Ну, хочешь, вообще буду молчать?- она ехидно насупилась.- И будешь сидеть посередине этого необычного моста! Вот будут у тебя глюки, а я буду сидеть и молчать!
-Boring!- ответил я зевнув.- Не верю я в эти сказки про этот чертов мост.
-А во что ты тогда веришь?- заинтересованно спросила девушка.
Я призадумался, что ей ответить. И как ответить. Забавно, я помнить не помнил, во что я верю. Нет, в этот раз я знал, во что я верю, я просто действительно не помнил.
-Я верю в Иисуса Христа, верю в Гаутаму Будду, - с серьезным видом соврал я, едва удерживая себя, чтобы не засмеяться.- Верю в пророка Мохаммеда.
-Да иди ты, религиозный фанатик!- она засмеялась.- А я вот верю в Бога. Серьезно.
-Как скажешь,- я не стал с ней спорить. Не стал только из-за того, что она приобрела более-менее умиротворенный вид.
Мы снова замолчали. Она достала новую сигарету и закурила ее. Я замолчал из-за того, что не знал, что сказать.  Вместо того чтобы что-то говорить, я просто вновь начал рассматривать девушку. В этот раз она выглядела как-то более привлекательно. Я не заметил, когда она успела расстегнуть свою куртку. Под курткой у нее была полосатая черно-бордовая кофта, которая довольно плотно облегала ее хорошенькую грудь.
Она сидела, развалившись, положив локти на спинку, и нога на ногу. Ее взгляд был направлен за окно, в черную и непроглядную тьму. У нее был довольно взрослый увереный вид, вид вполне зрелой женщины в расцвете сил. Эдакий такой сексуальный вид отстраненной девушки, на которую пускает слюни сотня-другая парней. Было в ней и что-то действительно отстраненное, спрятанное. Было видно и то, что она держит дистанцию, которую она сократить и хочет и боится.
Она опять посмотрела на меня своими темно-темно-голубыми глазами. Посмотрела как бы прося прощения и как бы говоря «я действительно такая- колкая и холодная». Возможно, я смогу ее понять, возможно, и она сможет понять меня.
Вот смотрю на нее, и чувствую, как сердце всё сильнее и сильнее бьется, чувствую, как внутри что-то разгорается.
Вот наши глаза встретились… Она затянулась и одним рывком прижалась ко мне, ее губы припали к моим. Я почувствовал, как мягкий дым с вишневым привкусом наполнил мой рот, а потом проследовал в мои легкие, приятно согревая нутро.
Она отстранилась от меня, и когда я, медленно выдохнув, открыл глаза, то встретил ее нежный и озорной взгляд.
-Я не шутила…
-Про что?
-Про то, что любя.
 

Весна.

Вот она - зеленая пора, или как говорят англичане: «спринг тайм». Дни становятся длиннее, а с ними всё в городе начинает цвести, птички на ветвях зеленеющих деревьев начинают петь свои неугомонные трели, мартовские коты начинают бегать за кошками, и наверно самое приятное- наступает время весеннего обострения!
На мой взгляд, это прекрасное время. Время, и далекое от лета, и близкое к нему, время, когда каждое живое создание наполняется прекрасным чувством- любовью и влюбленностью. И именно весна- время для романтических  прогулок под луной, страстных наполненных нежностью поцелуев, и время для простого наслаждения жизнью. А если на лето купить пончо, то это будет просто незабываемое время, и просто чудный и безмятежный отдых.
Где-то в городе есть прекрасная цветущая улица, освещенная прекрасным заходящим солнцем. Но я как бы хочу рассказать об ее одной части. Кажется, справа или слева идет ряд аккуратных двухэтажных домиков- жилых «частников». Вдоль этих рядов посажены деревья и вдоль них тянется ровная пешеходная дорожка, не сильно широкая и не сильно узкая, с другой стороны этой дорожки тоже посажены эти удивительные деревья! Эти деревья были похожи на смесь ивы и сакуры- такие же длинные и свисающие вниз как у ивы ветви, и все усеяны белыми, слегка розоватыми, листочками, как у сакуры.  Эти ветви тянутся и свисают над всей дорожкой, создавая что-то вроде арки, очень красивой арки.
По этой, заливаемой солнцем дорожке шел парень, а рядом с ним девушка. Нет, они не держались за руки, но глядя на них можно легко сказать, что они были близки. Я не помню их имен, не знаю кто они. Эти двое мне не знакомы. 
Парень был так себе- черные как смоль волосы, худощавый, на лицо ни страшный ни красивый, в синих потертых джинсах, и в рубашке на распашку. Спутница его, однако, выглядела намного привлекательнее. Намного! Обтягивающий полосатый черно-белый топ и короткие черно-былые джинсовые шортики, а на ее изящной ручке был беленький напульсник. У нее была каштановая копна волос, с челкой, заколотой на один  бок, с темными голубыми глазами. Вся такая с заинтересованным видом.
Они не спеша шли вперед, поглядывая по сторонам, мимо них проходили редкие прохожие, такие как: матери с колясками, матери с детьми, просто матери и просто дети. Кто-то из проходящих с интересом поглядывал на парня с девушкой, а кто-то на девушку с парнем.
Проходя мимо одного из магазинов, они решили зайти внутрь и купить чего-нибудь прохладительного. Скажу вам по секрету, парень не очень-то хотел заходить в магазин, не по каким-то сверхвыдающимся причинам, а всего лишь по причине отсутствия у него каких-либо денежных средств. Он напрямую заявил об этом девушке, но та лишь сказала ему, что он не обязан вечно платить за нее, ибо на ее взгляд это не очень честно. Свой ответ она обосновала тем, что вкалывая как лошадь, чтобы ублажить ее прихоти, он просто попусту будет себя изматывать. Как-никак выходит так, что за счет него она кормиться с двух сторон, а это не честно. Проще говоря, она сказала, что частенько будет платить за него. Купив мороженого, они вышли на свежий воздух и отправились дальше по цветущей аллее.
Не могу сказать, куда они шли, так как не знаю. Я не могу назвать их имен, не могу сказать кто они, опять-таки я не знаю. Не знаю, даже не смотря на то, что этот парень- это я.
Но зато теперь вы знаете, что я страшный и худощавый парень, страдающий амнезией. Так, я не шучу!
Я с удовольствием поведал бы вам то, о чем мы с девушкой до этого говорили, но, к сожалению, я не помню.
Помню, что мы мило с ней болтали, она иногда, смеясь, тихонько стукала меня по плечу. Она двигалась легко и плавно, словно перышко, скользящее по ветру. Мне нравилось любоваться ею, ее волосами, ее глазами, ее талией. Глядя на эту хрупкую девушку, ни за что не скажешь, что она слушает тяжелую музыку, но это так. Хотел бы знать, откуда я это узнал. Но, увы, моя память ограничена, так же как и мои действия в ней.
Еще помню как моя спутница вздрогнула, когда мимо нас прошел странный парень одетый в белый костюм и коротко постриженный, на вид он был вполне обыкновенным. Я хотел спросить о нем у девушки, но так и не рискнул.
Вообще я любовался не только девушкой, но и окружающим нас видом. К примеру, если не ошибаюсь, то мне очень нравились эти «плакучие сакуры» и тот шик, который они придавали этой аллее. Мне нравились эти милые светлые домики, с окнами и уютно горящим в них светом. Мне нравились лавочки, на которых обязательно кто-то сидел, они мне нравились и неважно старушки ли сидят на них или молодые дамы с детьми.
Кстати насколько я помню, я люблю детей, или это кто-то другой их любит… это так, к слову.
Мы спокойно шли по аллее, шум от проезжих машин тут был сведен к минимуму, а ребятишки были под присмотром родителей. Так, кажется не все «чудные» ребятишки…
Почему спросите? Потому что, помню, что в мою девушку врезался мячик, вернее в ее ногу, а затем к нам подбежал маленький мальчик- очевидно владелец этого мяча. На вид он был лет шести-семи, чистенький, аккуратненький, маменькин сыночек, мать его.
Он, утирая нос рукой, извинился за то, что попал по моей спутнице. Ну, разве это не прелестное дитя, которое хочется утопить? Он, небось, нисколько не сожалеет о том, что доставил девушке стоящей рядом со мной неудобства.
Последняя однако, сказала, что в случившемся нет ничего страшного и что она не сердиться на него. В доказательство девушка склонилась к мальчику, и потрепала его по голове, взлохматив ему волосы. Отчего он заулыбался как «дьявлов кот».
С криком «куда ты пропал?» к нам подбежала маленькая девочка, хотя правильнее сказать не к нам, а к мальчику. Она была где-то на год младше мальчонки, тоже аккуратно одетая, в белом сарафанчике.
Девочка была представлена нам, как младшая сестренка, малюткой-братом, который явно был доволен собой, только вот не понятно почему.
Кроха-сестра поздоровалась, сделав реверанс. Недозрелая леди.
Поздоровалась и моя очаровательная спутница, а я же предпочел промолчать, делая вид, что не замечаю «этих» двоих.
 «Проклятая кроха женского рода» поинтересовалась не являюсь ли я парнем девушки.  Меня и самого заинтересовал ее вопрос, хотя нет, не вопрос, а будущий ответ на него.
Моя спутница спокойным тоном дола отрицательный ответ. Ее слова больно кольнули меня в сердце, и мне резко захотелось утопить этих «невинных» ребятишек. Но ее слова отчасти были правдой. Только отчасти. Не помня ее имени, я смело могу сказать, что, к моему сожалению, мы с ней даже ни разу не целовались. Да и за руку она брала меня только тогда, когда таскала за собой по огромным магазинам.
Тогда маленькая девица поинтересовалась у девушки, не являюсь ли я ее братом. До чего любопытное чадо. Не понимаю, как родители держат их дома?
И снова был дан отрицательный ответ, однако девушка поспешила заверить, что у нее имеется младшая гиперактивная сестренка. Ее сестра меня не особо волновала, хотя она, конечно, было такая же красивая как моя спутница, хотя неудивительно, одна кровь, одни гены.
Маленький дьявольский отрок спросил у девушки имя ее сестры, а, услышав заветное «Мэри Сью», сразу расцвел как асфодель.
Затем  другое неугомонное адское порождение, тыкая своим крошечным пальчиком напульсник на руке у девушки, поинтересовалось, что это. От этого тыканья девушка почему-то вздрогнула, однако вполне спокойно ей ответила. Она не подала виду, что последний вопрос задел ее. Интересно почему?
«Киндер Сюрприз» в сарафанчике внимательно рассматривала спортивный аксессуар. Это почему-то заставляло девушку нервничать, хоть она и старалась выглядеть невозмутимо.
И тут маленькая дочь Люцифера, задрав девушке напульсник чуть ли не до локтя, попросила подарить его ей.
Моя спутница взволновано отрицательно воскликнула, и сначала я не понял, что случилось.
Сперва, я подумал, что это был просто ее ответ на вопрос, но затем перед тем, как она успела спустить напульсник на прежнее место, я увидел у нее на запястье несколько широких шрамов.
Маленькая бестия  нахально спросила, что у девушки с рукой.
Девушка же с улыбкой ответила, что порезалась когда готовила, а затем выпрямившись внезапно попрощалась с детишками, сказав, что мы очень торопимся. Честно я и понятия не имел о нашей спешке.
Детишки попрощались в один голос, а затем с улыбкой нахально уставились на нас. Вот уж поистине дьявольское отродье!
Девушка уверено направилась дальше, а мне ничего не осталось, как последовать за ней.
Вид у нее был чернее тучи- брови нахмурены, взгляд отстраненный, сама вся напряженная. Такое ощущение, что она того и гляди спрячется от меня в коконе.
Когда мы отошли от детишек на приличное расстояние, я как можно мягче спросил у нее, что же на самом деле случилось с ее рукой, ведь нельзя вот так до шрамов «нечаянно» порезаться. Хотя, думаю, не сложно догадаться, что произошло с ней на самом деле. 
Дрожащим голосом она ответила: «ничего!»
Сказав, что пойму ее, я становился, ухватив ее за руку и развернув к себе лицом. И тогда увидев ее глаза, я все понял! Ей было стыдно! И она хотела куда-то деться от этого стыда, куда-то спрятаться, сжаться, спрятаться в угол.
Она была словно связанная мышка перед кошкой, такая беззащитная. Такая напуганная. И тогда  я все же решился попросить ее рассказать мне о случившимся. Она чуть ли не шепотом ответила «нет…» и, казалось, еще сильнее сжалась.
Я хотел знать, что она скрывает, раз уж я не ее парень, да и вовсе никто, то ей нечего стесняться, и я ей об этом так и сказал. От моих слов девушка вздрогнула, подняла на меня глаза. В этих расширенных глазах читалась ошарашенность, паника, страх, бессилие, беспомощность, и боль, но боль не от воспоминаний, а отчего-то другого. Но чего?
И вдруг она словно омертвела. Взгляд ее похолодел, стал отрешенным и безразличным, каким-то бездушным и понурым. Она отвернулась, словно я ей был омерзителен, а затем достала из кармана мятую пачку ароматизированных сигарет с вишневым вкусом. В пачке осталась последняя сигаретка, девушка вытащила ее и закурила, смяв в руке опустевшую коробочку.
Прежде чем заговорить она глубоко затянулась. Глупая привычка- курить когда нервничаешь.
Выпуская тонкую струйку дыма. она холодно спросила: «Тебе рассказать сначала или с того момента, как я резала себе вены?», и затем как-то обречено ухмыльнулась, но даже эта кривая улыбка не продержалась на ее лице более полуминуты.
Дружелюбно улыбнувшись, я попросил рассказать с самого начала. Не спорю, ее слова, как и ее рука, повергли меня в ужас. Но что я еще мог сделать, кроме как выслушать ее? Разве мог я судить ее, даже не зная того, что произошло?
И так она поведала мне свою историю, иногда ее голос становился презрительным, иногда он ожесточался. Это началось еще два с половиной года назад. Одной очень глупой девушке нравился парень, вернее она была безумно в него влюблена, по уши. Тот парень для нее был героином- она не могла без него, хоть он и разрушал ее, она хотела перестать зависеть, но не могла продержаться без него и недели.
Дура бредили им ночи и напролет, забив на всё на свете. Для нее никого кроме него не существовало. Ее любовь и сводила ее с ума. Хотя можно ли назвать любовью то, что имеет только одну сторону и приносит одну только боль? Маленькая верная собачка готовая услужить своему хозяину, лишь бы получить хоть какое-то внимание. Да что говорить-то про нее, рабыня своих чувств. А что касается его, то девушка была для него просто красивой куклой, которую можно раздеть, а можно одеть, которую можно полапать. Не больше чем игрушка, которой можно делать больно сколько угодно, которая не воспротивиться разным прихотям, ну разве что кроме одной. Он играл с ней только тогда, когда ему было это удобно и когда у него было свободное время на нее. В целом она для него ничего не значила. И она эта знала, но никак не могла перестать зависеть от него. А потом он просто воспользовался ею, не так как раньше, а еще хуже. Ее невыполнимый каприз. Ей было ужасно больно, ужасно стыдно. Она была противна сама себе. Хотя всё что от нее осталось это запачканная оболочка. Ей надоело страдать, ей надоело мучиться. Ей просто расхотелось жить. Она в одежде залезла в горячую ванну. Ей было противно ее тело, и она просто не хотела смотреть на него. Ну, а потом она просто бритвой покромсала свою руку. Неумело покромсала. Потеряла сознание. Попала в больницу, а когда она была на грани смерти, кто-то нашептывал ей: «в декабре, в декабре… в декабре...».
От ее последних слов я  как-то поежился, все внутри у меня сжалось. Но я не решился что-либо сказать, я просто не знал, что говорить. Но теперь я понимал, почему она так не хотела говорить о прошлом. Теперь понимаю, почему она так упорно сохраняет дистанцию. Понимаю, почему такая едкая со мной, хотя и милая. То заботиться, то отталкивает меня.
Мы шли молча. Она шла, безжизненно смотря куда-то в сторону в пол, а внутри у меня все кричало! Кричало от беспомощности…
-Только не говори, что все хорошо,- сказала она, даже не повернув головы.- давай скажи, что ты думаешь на самом деле!- ее голос задрожал, она посмотрела на меня, ее глаза словно просили прощения, столько в них было раскаянья,  столько было обреченности и страха.- Давай скажи, что я полная дура! Скажи что я психопатка!- И вот, она сорвалась.- Грязная шлюха! Ну, скажи же давай! Не молчи! Да я знаю, что я такая тварь потому, что обманывала тебя! Да, я грязная свинья! Я мразь!
Даже если бы я хотел назвать ее шлюхой я бы не смог, я понимал, что над ней надругались, без ее согласия, и винить ее в этом просто бесчеловечно.
-Заткнись!- нервно перебил я ее. – Ты ни в чем не виновата! Что было- то прошло!
-Но я хотела этого!- из ее глаз потекли слезы.- И теперь я ненавижу себя за это! И ты меня можешь ненавидеть!
-Я не ненавижу тебя!- ответили я, и, обняв девушку за плечи, рывком прижал ее к себе.- Ты нужна мне такая, какая есть!
Она вцепилась в мою рубашку что есть силы, слезы градом стекали по ее щекам. Она, не стесняясь, рыдала навзрыд, сильнее прижимаясь ко мне. А что чувствовал я? Я не помню.
-Прости меня! Прости!- шептала она.
-Эй, я никогда не сделаю тебе больно, никогда не предам, никогда не дам в обиду! Никогда!- утешал я ее.
Она слегка отстранилась, так чтобы я мог видеть ее лицо, ее полные нежности и ласки голубые глаза. Она слегка приблизилась ко мне, и смог почувствовать ее дыхание, ее губы тихо прошептали мне:
-Если так, то…


Лето.

Это часть для меня, как сон. Наверно только потому, что она какая-то странная…невероятная что ли. И только потому, что я не знаю, как она закончилась. В принципе я даже не знаю, как она началась, что согласитесь, слегка пугает.
Это уже было летом, хотя звучит, так словно это конец, но это не так, на этом всё не закончиться, пусть даже это последняя глава. Повторюсь, это было летом, притом поздним. На улице уже было довольно темно, так как солнце почти спряталось за горизонт, оставив слабый свет над верхушками деревьев.
Я- парень, находившейся в лесу, или вернее на широкой лесной тропе, которая по бокам была ограждена рядами смешенного леса. И перед взором этого парня представала небольшая зеленая горка по левую сторону дороги. Как сказал ранее, я не знаю, как я- парень по средине выезженной машинами тропе- оказался в безлюдном месте в столь позднее время.
Скажу вам без утайки или хвастовства, что этот парень не испытывал страха, не испытывал до определенного момента. Что это был за момент- узнаете позже.
Думаю, вам будет интересно узнать, во что он был одет, поэтому скажу вам, что не помню этого, и вы можете сами представить его загородный наряд.
Парень, оглядевшись по сторонам и не заметив ничего выдающегося направился вперед по тропе в сторону большого бугорка, намереваясь с него получше осмотреть местность. Шлось довольно легко, разве что только комары надоедали своим жужжанием.
Насколько я помню, в окрестностях городского леса диких и опасных зверей не водилось, поэтому парень так беспечно шел вперед. Еще он шел вперед без всякого страха потому, что я был уверен в своем близком к городу местоположении.
Казалось вот-вот налетит ветер, закружит, завертит в своих объятиях и унесет прочь, но… то что кажется, всегда будет лишь казаться. Хотя это можно оспорить. Мне казалась, что та девушка любит меня. А вскоре я узнал, что это действительно так. И я не просто убедился в своих подозрениях, но и узнал нечто большее, а за этим большим меня ждало нечто будоражащее, нечто нежданное и пугающее…
Вот я в лице парня подошел к бугру, холму, возвышенности, называете эту кочку как хотите, суть одна- я подошел к месту способному поднять меня и открыть мне вид на окружающий мою персону лес. Все это не так сложно и не так легко как кажется. А после того, как осмотришь всю близлежащую округу и поймешь, что оказался черт знает где, то теперь по-настоящему становится жутко.
В незнакомой местности, во время приближающийся ночи сложно найти путь к дому. Именно это меня тогда и начало пугать. Тогда, а не сейчас…
Возможно то, что я попал в лес- это всего лишь знамение, говорящее о том, что нужно все обдумать. Но, что именно обдумывать? Может то, что я тогда попал в к черту на куличи, или быть может, то, что девушка предложила  мне жениться на ней, или то, что мне теперь нужно было делать? Да-да, мне сделали предложение! И я….
Лес волною вздрогнул от раздавшегося в округе крика филина. Я тоже вздрогнул. Я никак не ожидал того, что у нас водятся такие птицы. Или быть я не «у нас»? Если это так, то я тем более должен найти, хоть какое-то поселение!
Эй, о чем я вообще говорю?! Каким таким боком этот смотрящий по сторонам парнишка на бугре мог оказаться в чужом лесу? Это все разыгравшееся  воображение! Я не мог быть далеко от города. Хотя с бугра вдалеке над лесом что-то возвышалось. Может город? Понадеявшись, что это город парень двинулся вперед, с головой уйдя в свои полузабытые мною мысли.
Меня не напугало то, что девушка оказалась опорочена, хотя сначала это отталкивало. Я всегда как-то презрительно относился к таким девушкам, будто они виноваты в чем-то. После встречи с ней я понял, что такие вот девушки не как яблоко, которого коснулась плесень, а как помятое с одноного бока яблоко, упавшее с яблони. Меня так же и не пугало и то, что она пыталась наложить на себя руки из-за какого-то «….ка», но напугали ее слова о свадьбе и о вечном совместном бытие. Не знаю. Что именно меня напугало. Это очень…не знаю, как сказать, странно или маниакально. Она хочет, чтобы я женился на ней, но вот почему? Из-за того, что так сильно любит, или из-за тог, что боится остаться одной в суровом одиночестве. Она чуть не умерла из-за того, что возлюбленный парень так и не любил ее.  А может из-за того, что он с ней сделал? Может свадьба для нее- шанс закрыться? Что если все парни для нее такие же как тот, которого она так сильно любила? Тогда она наверно просто смерилась и решила стать…не знаю… может она думала, что так станет моей рабыней, но такой от которой уже не избавиться и тогда она вечно сможет быть со мной и любить меня. Противно, неужто действительно может быть такого гадкого обо мне мнения? Даже не вериться! А если не вериться, то и верить не надо! На все эти вопросы только она сможет ответить. А вот на вопрос, почему я ей отказал, ответ должен дать я, но я почему-то не знаю, что ответить.
Я может и думал когда-нибудь о свадьбе, но о свадьбе в далеком будущем, когда будет обещана стабильность и спокойствие. Я не хочу сказать, что девушка не даст мне спокойствия, или, быть может, она будет изменять мне как будущему мужу. Я хочу сказать, что я не знаю, что ждет меня с ней впереди и это меня реально пугает. Ох, как пугает! Может еще пугает и то, что в будущем, при подозрении меня в несуществующих изменах, она опять начнет резать вены или повесится. Это пугает, но об этом я сразу не подумал, когда услышал ее слова. Тогда я об этом и не думал, а будучи в лесу, я вешаю на нее ярлык потенциальной суицидницы.
 Наверно я просто испугался взрослой жизни, которая на меня обрушиться после свадьбы- это и работа, и регулярный секс, и забота о доме и семье, и вообще забота о приобретении этого самого дома. Все эти новшества пугали меня до ужаса, и внутри меня все хотело убежать от этого страха, скрыться от его источника. Выходило так, что я хотел сбежать от девушки, но это не правда. Хотя… Можно ли все мои чувства к ней назвать любовью? Можно ли, если я просто бегу от возможных обязательств и ответственности, бегу от близости с ней, бегу от всего того, что мне неизвестно? Разве выходит это любовь?
Разве я тогда мужчина, если не могу разобраться в собственных чувствах? Разве может называться мужчиной тот, кто бежит в страхе от будущего, прикрываясь благоразумием? Разве мужчина это тот, кто бросает свою возлюбленную? Нет, я далеко не мужчина, не мужик, не парень, я всего лишь потерявшийся в себе ребенок. Да-да, ребёнок. Ребенок, боящийся всего на свете. Только после встречи с ней, я понял, какой я оказывается никчемный и жалкий!
Под стрекот кузнечиков, ко мне в голову лезли различные фрагменты воспоминаний, отрывки того, что я помнил о «нас» с девушкой- наши прогулки, разговоры, моменты, когда девушка без стесненья начинала переодеваться прям при мне, тем самым заставляя меня краснеть и смотреть на нее, как загипнотизированный. Все это комом лезло в голову, вызывая приступ тошноты, но тошноты не от омерзения, а от осознания того, что я делаю что-то не правильное, что-то о чем я потом долго буду сожалеть.
Вспоминая тот зимний «дымный» поцелуй, называемый иногда «паровозиком», я начал осознавать, что вишневый дым выдыхаемый девушкой мне в рот был символом чего-то необычного, чего-то нового моей жизни. Тот дым был таким горячим и таким холодным, он был началом хорошего…
Пока парень шел по тропинке вперед, я поглощенный размышлениями не заметил, как солнце и вовсе скрылось за горизонт, передав власть темной, молчаливой ночи. Думаю, теперь самое время начать волноваться, и самое время делать то, что я делать не буду.
А любовь ли это вообще? Я про то чувство, что нежится в моей  груди? Может это похоть? Хотя, какая это похоть, если при виде обнаженной груди своей девушки у меня не возникает каких-либо странных и пошлых мыслей, а появляется чувство прекрасного? Похоже на бред, но это так! Даже просто в ее голубые глаза, я понимаю, что она- неподдельная красота, то, что мне так нравится.
Глядя ей в глаза, мне так и хочется шептать: «я люблю тебя!», но значит ли это, что это действительно любовь? Не знаю, но знаю, что это точно не похоть.
Может гормоны? Какое противное и пошлое слово.  Возможно, по настоящему-то влюбился весной, при том разговоре… или может, вернее, осознал, что люблю? Сейчас кружится голова, просто разрывает на кусочки. Не знаю, что со мной, но продолжу. Может все дело именно в ее признании? В тех ее слезах? В том непонятном чувстве, что горело у девушки в глазах? Глядя на нее, видя в ней бедное, брошенное и одинокое создание, разбитую и истоптанную душу…почему-то похожую на растерзанную тряпичную куклу, я понял ее необходимость во мне, я чувствовал, что она моя, словно принадлежит мне. А сейчас… Страшная ответственность- вот что чувствую! Сейчас я в ответе за нее, она моя, а значит я должен заботиться о ней… Но я не готов! Я не хочу! Мне самому нужна забота! Только одна мысль о том, что эта хрупкая внутри девушка зависит от меня, вызывает гнобящий дискомфорт и некий страх, который я так не могу перебороть.
Крик филина вновь разорвал ночную тишь. Вот уж кому сейчас наверно хорошо. Наверняка не думает сейчас о любви…
Не знаю, почему меня это понесло на философию. Она никогда не была моим коньком. Хотя, забавно наверно стать философом, писать книги.  Я бы на писал одну, но только не философскую, а то читать будет неинтересно. Лучше напишу, что-нибудь эдакое, криминальное, типа в стили «нуар». И название дам такое же: «Нуар-нуар». Почему бы и нет? Появятся деньги, смогу обеспечивать близких, и моей девушке не придется иногда за меня платить. Хотя, она всегда с особым рвением угощает меня чем-нибудь…Ей это нравится. Действительно нравится! В такие минуты ее глаза горят неподдельным счастьем. Чем-то в такие моменты ее глаза схожи с глазами матери кормящей грудью свое недавно рожденное дитя.
И снова крик филина. И снова парень поднимает ногу, чтобы сделать очередной шаг. Снова шаг, а за ним еще и еще. Безудержно иду вперед. А куда не знаю. Смотрю по сторонам, зачем не знаю.
Что-то белое на секунду мелькнуло между деревьями, и парень встал как вкопанный.  Я не на шутку испугался. Вдруг там маньяк! Или может призрак? Но призраков нет, и я в них не верю!
Я стоял и внимательно смотрел на то место, где мне что-то привиделось. Позади того места, в десятке метров, опять что-то мелькнуло, но на этот раз плавно.
Все во мне сжалось, все напряглось.
У-ху!
И парень рванул вперед, что есть духу! Крик филина словно выстрел, означающий старт забега.
Я несся вперед, и деревья сбоку меня мелькали одно за другим. Все быстрее и быстрее. Внутри меня кто-то словно подгонял кнутом. Я бежал и дрожал. А затем, на долю секунды я увидел, как из-за одного дерева появилась белая сияющая девушка в длинном-длинном белом платье, подол которого пьедесталом лежал под ногами. Эта белая, как снег девушка плавно переместилась за соседнее дерево, исчезнув за ним, как за огромной стеной. 
Быстрее! Быстрее отсюда!
Парень мчался со всех ног по заезженной тропинке. Бежал до тех пор, пока в боку не появилась нестерпимая боль. Затем он остановился.
Что это, черт возьми, было?! И где оно теперь?
Призрак? Или человек? Нет, не может быть! Я просто не могу в это поверить!
А может это был призрак с того проклятого моста? А? Не зря же о нем ходят всякие байки! Мол, там толпа влюбленных парочек, приняв кучу наркоты, перерезала себя и попрыгала вниз. Байки это всё! И призраки эти- тоже брехня! Но что я тогда видел?
Подумав, что лучше не останавливаться, парень двинулся вперед. Я еще был сильно напуган, и поэтому каждую минуту нервно оглядывался, готовясь опять рвануть, что есть силы.
Постепенно я успокоился, сбавил шаг.
Я двигался все дальше и дальше по тропе.
А потом, со мной начало происходить что-то не так.
Я выворачивался наизнанку и шел по освещаемой луной тропинке. Я чувствовал какую-то опьяненность. Какое-то непонятное рвение и желание! Голова, как и сейчас, кружилась, и всё ходило ходуном. Что-то внутри истерично смеялось, в то время как я хотел прижать мою маленькую суицидницу к себе, заключить ее в свои стальные объятия, слиться с ней в один комок. Это чувство, как жажда - оно сводит с ума. Словно я тряпка выжатая досуха, которая хочет вновь напиться. Да, такое странное чувство - так разрывает все внутри, что хочется упасть на землю и вцепиться ногтями в землю…
А знаете что?
????
Знаете????
Неа, нихрена вы не знаете!
Вот тут чудное и красивое небушко, такие яркие и красивые огонечки в небе… А к черту мне они? Я хочу проснуться, и увидеть рядом с собой ее молодые плечики, хочу, просыпаясь каждый чертов день, видеть ее милое спящее личико, хочу прижимать ее к себе когда она спит, хочу, направляясь домой, знать, что она меня там ждет...
 Ой-ей-ей! Звезды закружились надо мной! Эти маленькие проституточки, прогуливающие бессонные ночи, они, то есть на небе, то где-то бродят. Ох, как лихо они кружат надо мной! И лес! Он тоже кружится надо мной! Вокруг меня!  Ох, ты ж Божечки, все кружится! И деревья и земля и небо и звезды и луна! Ах-ха-хах! Кружат! Кружат! И я готов расцеловать это все! Каждую травинку! Каждую звездуляшку! Каждую землинку! А еще себя! Своё молодое тело! Горячее, молодое тело!
Ой, ну надо же, я лежу на земельке! А глазки все закрываются и закрываются! Хочется спать.  Сейчас усну! Но мне еще нельзя! Я должен найти Каростэль и сказать ей, что люблю ее. А еще я должен сказать, что согласен… что женюсь, епти мать!...



          Хочу, возвращаясь домой, знать, что она, моя жена, ждет меня…



***
Не думайте, что все на этом заканчивается. Нет, это не конец. Это своего рода начало. Еще одно начало. Это не конец моей истории, ибо конец уже был, я рассказал вам его. Наверно, еще в самом начале.

Ваш Я.

И да, если кому-то что-то не понравится, хоть какая-то мелочь, то прошу, смело дайте мне пощечину.