Служу Советскому Союзу...

               

       База- район провинциального городка. На его территории  когда то стояла воинская часть. Раньше они были во многих городах страны. Для конспирации их звали почтовыми ящиками. В нашем ящике хранились сверхсекретные  передвижные  радиолокационные станции.
 Железные вагончики на колёсах  напичканные аппаратурой.

Позже это чудо оборонной промышленности  много лет служило нам на даче туалетом. Летом нужник, разогревался так, что содержимое в нём богатство закипало. И прежде чем войти в сортир, нужно было открыть скрытый люк. Иначе вырвавшиеся наружу благовония запросто могли повалить с ног. 

Территория военного городка была обнесена забором с колючкой. На нём, как на пиратских флагах, белели черепа с надписью «Не влезай, убьёт!».Электричества в проводах не было. Но однажды предупреждение сработало. Как-то зимой  с трехметрового забора, брякнулся пьяный начальник караула. Зачем и как он туда попал осталось загадкой.
 
Роковое пике оборвало его блестящую карьеру. И капитан, как герой песни Высоцкого так и не стал майором. Не помог даже снежный сугроб. При столкновении с землёй офицер умудрился откусить кончик языка. Подтвердив свою фамилию Безъязычный. Горемыку списали в запас, и он всю жизнь проработал в школе военруком. 
  Нерастраченный талант командира и обиду за несправедливость судьбы, Безъязычный яростно вымещал на старшеклассниках, гоняя их  до седьмого пота.
Он был человеком нервным, а когда особо распалялся то "строчил как пулемёт". И вместо "мальчиков" у него  получались "масики",  вместо "учеников" -  "усиники". Настоящим же шедевром была команда "класс встать", звучащая  откровенно  неприлично "класс ссать".  Часто урок НВП начинался с громогласного окрика капитана и всеобщего хихиканья.

От этого он заводился ещё больше.  Переподало и девушкам.
- Отожрали заднисы! - в запале орал он. Старшеклассницы обижались. Иногда плакали. 
- Разревелась корова? а я тебя  от смерти спас, - продолжал воспитание капитан, -  америкасы, Ждать не будут пока ты спрячешся в окоп.   
По мнению военрука НВП являлась главной школьной дисциплиной. Разборку "Калаша" он приравнивал к диктанту по русскому.  Кто не укладывался в норматив драил пол .
- Не доходит через голову, - любил повторять капитан, - дойдёт через руки. И поэтому класс гражданской обороны с его слов "блесел как котовы яйца".

Со щитов наглядной агитации прячась за ядерными грибами, смотрели  на школьников коровы и лошади в противогазах. В шкафах хранились респираторы всех  модификаций и аптечки индивидуальной защиты с загадочным  препаратом Торен. С которого, торкало покруче чем с водки. Главной же гордостью капитана было чучело бойца  дозиметриста. Манекен в противогазе и ОЗК.

 Стоял он на подиуме возле учительского стола, держа в руках как хоккейную клюшку дозиметр. Прикасаться к нему строго-на-строго  запрещалось. За посягательство на святыню военрук мог впаять двойку.   
В школе у капитана Безъязычного было прозвище "Джозеф". Откуда оно  взялось никто не знал, но оно ему  шло.

Во времена моей учебы Джозефу было уже под семьдесят. Строевая, марш броски, выезды на полигон и другие эксперименты по 2перековке молодёжи"закончились. Военрук снизил накал воспитательной работы . "Неуды" ставил в редких случаях.  Допуская даже отсутствие белых подворотничков и накрашенные ресницы. Но сам из последних сил держал марку. До синевы брил подбородок. Утюжил стрелки на брюках, под горло затягивал галстук-удавку.  И все же  на смену канадке с идеальным пробором явились замшелые кустики волос над ушами. И пускающая зайчиков лысина. В добавок Джози стал глуховат.  На "базар во время уроков",  не обращал внимания. Над ним стали шутить и даже издеваться. Подкладывали кнопки на стул, заклеивали классный журнал. Одно время любимым развлечением стала шутка со звонком. На уроке заводили будильник и ставили в шкаф . За 10 минут до перемены он срабатывал и все дружно уходили.  А Когда  давали настоящий звонок всё списывалось на ошибку  "технички". Но однажды  Джозеф обнаружил подлог. Его реакция удивила всех .Он забрал часы,сделав вид будто ничего не произошло. Военрук превратился в местного деда  Щукаря. По понедельникам скрывая амбре, жевал апельсиновые корки.По запаху апельсина мы узнавали  как он провёл выходные...
  Но одно оставалось неизменным  23 февраля - Праздник советской армии. В этот день капитан Безъязычный одевал  мундир и являлся в школу при полном  параде.
 В тот день 23-го по расписанию стояла НВП. На столе у Джозефа лежали благодарности, грамоты и другие подарки к празднику. Мы приобрели для него классический букет гвоздик . Но вручить  решили  оригинальным  способом. А именно, цветы капитану должен был преподнести дозиметрист. То есть кто-то должен был одеть на себя его костюм  и поздравить военрука . Придумала это секретарь комсомола Светка Орешкина. На собрании актива директор  напомнила о военруке.
-  Скоро 23 -е. Не забудьте поздравить Николая Ивановича.Придумайте что-нибудь оригинальное! Вы же комсомольцы!
  Идею с манекеном класс принял с восторгом.
- Лишь бы не обосрался со страху, - прокомментировал инициативу Орешкиной   второгодник  Балашов. Светка хотела  сделать всё сама, облачившись в ОЗК. Но не подошла по росту.  Манекен был её на голову выше. И тогда операцию возложили на долговязого Славку Стоумова. А Орешкиной доверили "стоять на шухере". На большой перемене мы отправились готовить сюрприз. Стянув  резиновый костюм с манекена мы  неожиданно обнаружили, что боец целиковая конструкция. Он не  разбирался на туловище руки, ноги и голову. И от этого не помещался в шкаф, куда мы хотели его на время  упрятать . Тогда голого военослужащего мы водрузили  на подоконник и закрыли  картой  мира.После этого Славка Стоумов надел  на себя его скафандр. ОЗК был прелым  и чем-то изнутри сильно вонял.
- Блин, я из-за этого урода весь в каком-то говне.
- Терпи,  Стоумыч, - успокаивал его Балашов, -  военрук  тебе за это  пятёрку в году  поставит.
- Да на фига она мне нужна...
 Костюмчик Славке оказался в пору.
- Теперь самое главное  противогаз и капюшон, что бы Джози тебя не узнал, - руководил Балашов. 
Славка напялил противогаз, и тут же его снял ...
- Кажись он сломан, с клапаном что-то , никак дышать .
- Фигня,  короче ,наденешь в последний момент, отдашь цветы  и снимешь. Это секунд  15-20 , не ссы, не задохнёшься.
В этот момент  прозвенел звонок.  В класс вбежала Орешкина.
 - Идет,- сказала она, - по местам.  Из коридора  послышался голос директора.
- С праздником  Вас, Николай Иванович!  Мы за Вами как за каменной стеной. Спасибо вам за ребят, таких орлов воспитываете. Вы у нас всегда  на боевом посту. Как говорится не сдаётесь в плен годам.
- Служу Советскому Союзу, - отрапортовал  Джозеф слышно было как он пристукнул каблуками. 
Все слушали, что происходит за дверью. Славка не шевелился. 
Ну, пойду, служба... У меня ещё десятый"Б" и Джозеф засеменил к кабинету.
- Приготовились... - шепотом скомандовала Орешкина.
Славка глотнул воздуха, натянул  маску с хоботом, взял  в руки гвоздики и принял боевую стойку.
Дверь открылась, на пороге стоял сияющий военрук.
   Класс замер.
- Садитесь,- улыбнулся военрук, но никто не шевелился.
 Джозеф в недоумении оглядел учащихся. 
-Вы сто команды не слышали?- удивился он. Орешкина  молчала. В этот миг Стоумыч ожил и медленно повернулся к Джозефу .Военрук остолбенел. Славка же подняв букет будто намереваясь им ударить Джозефа двинулся вперёд. Но сделав пару шагов, запнулся выранил букет и повалился на пол. Джози  побледнел,  лицо его вытянулось.
 - Поз-драв-ля-ем!- проснулась наконец Орешкина.
Военрук не шевелился.Глаза  его выкатились из орбит. 
 В это время Стоумыч встал на четвереньки и пополз на Джозефа. Тот отпрыгнул к окну .
- Поз-драв-ля-ем! - ещё громче вновь завопила  Орешкина, а следом  класс. Джозеф дернулся, будто  от удара током. Как греческий актёр вскинул руки к небу. Фуражка слетела с его головы. Он задел подоконник и медленно по стенке сполз на пол. На него легла карта мира, а следом  за ней рухнул дозиметрист . Военрук  неподвижно лежал на полу накрытый бумажным плакатом  из под которого торчали  войлочные боты "прощай молодость".  Сбоку валялся голый солдат, а чуть поодаль  в неравной схватке с противогазом бился на полу Стоумыч. Наконец  противогаз сдался. Славка вскочил. Он был красный, в тон знамени в углу кабинета.
 - Я там чуть не задохнулся, - кашляя еле выговорил он.
Схватил вазу с водой для гвоздик и начал из неё лить себе на лицо.
-Там какой то порошок внутри, он мне в глаза попал , вообще ничего не видно.  А Джозеф где, ушёл что ли ?
- Стой на месте! - остановила его Орешкина -  Ты сейчас на него наступишь, - и медленно подошла к военруку.
- Николай Иванович, что с вами? Вам плохо?
Джозеф не шевелился. Комсорг осторожно нагнулась и приподняла карту. Из под неё показалось  серое лицо военрука, с голубой  полоской  губ. Глаза  были закрыты. Рядом лежал маленький букетик гвоздик.
- Николай Иванович, - вставайте.
- Чего это с ним? - удивился Стоумыч.
- Не видишь,человек сознание потерял .  Это ты его напугал, придурок.
- Да я его  не трогал.
- Николай  Иванович, - тихо произнесла Орешкина  и легонько потянула Джозефа за рукав. Военрук не шевелился. 
- Может стукнуть,- посоветовал Балашов.
   И Светка внезапно, лупанула  военрука по щеке.
- А-а -а, -  вдруг застонал он и открыл глаза.
- Николай Иванович, вам  плохо?- заплакала Орешкина.
-  Хорошо, - очнувшись  произнёс военрук. Он приподнялся и увидел лежащий рядом с ним манекен.
- Что здесь у вас произошло? 
- Вы упали -сказал Балашов. 
- Мы хотели вас поздравить, - подхватила в слезах Орешкина, - а вы, вы...
- Я запнулся, - сказал он. 
Встал,поднял фуражку и направился к двери.
- Я за журналом, повторяйте  устав, приду - буду спрасывать.
Военрук  не вернулся. После урока, мы разошлись по домам.  На следующий день Светку вызвала  директор.Расспрашивала, что произошло на НВП. Орешкина сказала, что военруку на уроке стало плохо и он упал в обморок. Потом настали выходные. В понедельник военрук в школу не явился. А через  неделю директриса сообщила, что Николай Иванович заболел. Вскоре поползли слухи, что военрука забрали в "дурку". Родственников у него не оказалось. Скорую вызвали соседи. Говорят, что он сутки распевал песни на балконе.
Орешкина со Стоумычем несколько раз ходили к военруку в больницу. Но Николай Иванович  их не узнал.


Рецензии
Ничего. Написано нормально. Одно время тоже поработал военруком.
Про армию можете прочитать в моём рассказе "Весенний призыв".
С уважением,

Ильхам Ягудин   24.05.2019 15:19     Заявить о нарушении
Спасибо, обязательно прочту.

Дмитрий Аксёнов 2   25.05.2019 21:02   Заявить о нарушении
На это произведение написано 20 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.