Спасла от погибели 2

 
–   Ой,  ктой-то?  – вертится она перед зеркалом то боком,  то  другим, то спиной повернется.  – Краса ненаглядная! –  приблизив лицо  к стеклу, восхищается видом своим, –  белолица,  а губки бантиком, пухленькие,  не то, что  полосочкой  тонкие. В  молодости себя такой не помню .  Можно и в путь. Нет,  так не годится! Нельзя ж сразу пред мужчинкой голяком показываться,  ещё удар хватит от прелести такой! Надо прикрыть  наготу нескромную!   Где-то у меня Еленкино платье завалялось». – Подбежала  к сундуку, стоявшему возле окна , открыла , а там нарядов каких только нет, – полетели платья на  пол.

– Ага,  вот оно!  Выбрала наряд   да ленточку  голубую,  под стать платью, узором вышитую,  красоты великой. Натянула на себя.  – Как раз размерчик.  Ооо,  какая грудь, и низ хорош! – радовалась она  отражению своему,   в восторге неописуемом.  – Тьфу-тьфу, – сплюнула через левое плечо, – чтоб не сглазить! – заплела волосы в косу богатую,  ленточкой перевязала, смотрит,  на себя не налюбуется.  Глазки небесной синевы, обрамлённые густыми ресничками.  Пальчики послюнявила да подправила  бровки чёрные, по щекам свёколкой прошлась. –  Чем я хуже Еленки?  Да ничем! Я краше! – довольно,   теребя кончик косы,  проговорила  она. – Ну,  что… пора! – вышла  за порог, об кота запнулась, чуть с крылечка не свалилась.  Кот тут же завопил:

– Навела красоту,  под ноги не смотришь! Куда  лыжи навострила? Опять Кощеюшку сваво соблазнять будешь?

– Вопросов много задаёшь! Какое тебе дело до того?  Умеешь, настроение испортить!  – садясь в ступу, пробурчала она, глядя на недовольного кота,  готовящегося к прыжку.  Тот прыг. Поймала  его  на лету, опустила на землю,  – тебе со мной нельзя! Кощей как увидит тебя,  так сразу и поймёт,  что красавица это я и прогонит, чтоб не мешала девкам головы туманить.  Так что - сиди и карауль избушку. Ну,  всё,  пока. Скоро буду,  а,  может,  и не скоро.  Всё зависит от Кощеюшкиного  приёма!

Летела она над полями да лесами,   озёрами и реками.  Любовалась природной красотой,  думала  лишь о том,  как бы побыстрее к Кощеюшке прилететь,  чтоб девки не смогла его сгубить красотой своею да корыстью.

– Ну, наконец-то!  –  прошептала она,  приблизившись к дворцу величавому да в золотом свечении. – Где ты, друг мой сердешный? – сделала круг вокруг дворца , не увидев Кощея, к  саду ступу  направила. Глядь, а тот сидит на скамеечке, в окружении цветов всяческих, красотой восхищающих,  на коленях предмет какой-то неопознанный.  На землю опустилась, из ступы вылезла да к нему направилась, платьице поправила, волосы пригладила, косу на грудь уложила,  идёт,  улыбается. Вдруг слышит:
 «Краса моя  Катька,  договорились.  – Сам улыбается, довольный, – завтречка и прибуду к тебе моя любушка» …
 
«Вот дурень! Совсем ума лишился!  – думала бабка-девица, –  На свидание собрался! Не будет этого!»

  –  Здравствуй, добрый молодец!  – промолвила она елейным голоском. Стоит перед Кощеем, улыбкой светится, косу в руках теребит.

 Тот, аж, подпрыгнул,   предмет  из рук выронил,  рот открыл от удивления. Таращится на девицу, появившуюся пред ним,  пригожую да в наряде голубом   под стать глазам, фигуркой стройную. Вскочил,  да к ней направился, плечики распрямил, руки протянул ей навстречу, молвит:

– Ты кто, краса - девица?  Откуда явилась пред очами Кощея-молодца  да еще в ступе,  как баба Яга?  Нынче другие средства передвижения,  а это по старинке.

– Ой,  сколько ж много ты сказал.   Так я была в музее восковых фигур сказочных,  там ступу и умыкнула.  Видела тебя там. Понравился  мне.  Вот и захотелось познакомиться.  Вижу лучше  ты, чем там.  Врут людишки - стариком дряхлым изображают.

– Правда,  твоя, – довольно улыбается Кощей – бравый молодец, – мне ты не первая говоришь.

– Ага,  ты мужчинка хоть куда!  Ивашке до тебя далеко. Статью ты прекрасен, на лице  румянец,  ни одной морщинки,  глаза твои цвета травы зеленой, в плечах косая сажень,   в общем,    влюбилась сразу.

– Да-а-а? – поправляя  волосы длинные белокурые,  да  на спину закидывая,  обрадовался Кощеюшка.   « Яге спасибо», – подумал. –  Как величать краса тебя? – подойдя к бабке  – девице да за талию обнимая,  к себе притягивая.  Та в скромности своей запуталась да от  него отстраниться пытается.   Кощеюшка  её настойчиво да крепко  прижимает  к себе.  В глазки,  смущёно прикрытые ресничками,  пытается заглянуть.

– Еленой   нарекли при рождении, какой вы, однако прыткий. Неловко мне.  Я девица скромная,  не к лицу мне принимать такое внимание от  мужчины малознакомого. …

– Да,  что ж ты заладила  неловко да неловко. Скромница моя,  люба ты мне!

– Правда? Так уж и люба?  Тогда,   что ж  так в  «предмете»  твоём  Катька кричит? Не по нраву мне это. Лучше уж я пойду, …

– Да ну её! – Кощеюшка ногой по «предмету» стук,  оно и погасло, противный голосок коварной девицы затих.

– Ой,  что ты сделал? Как же ты теперь без этого? – притворно вскрикнула Яга-Еленка, сама рада этому происшествию,  но вида не показала.

– А на кой она  мне,  коли рядом такая  девица?! Других   не надобно.  Ну  их,  к Лешему!

«Спасла от погибели! – подумала бабка, лукаво улыбаясь, да к Кощеюшке прильнула, глаз с него не сводит,  – мой он,  мой!  Никому не отдам!»  – Ненаглядный! – проговорила Краса-Яга-девица.

– Что ты там говоришь, девица? – спросил Кощеюшка, обнимая за талию,  увлекая  во дворец. – Знать тому и быть,  будем вместе жить,   люба  моя! Согласна ль ты на такую  перспективу?

– Не откажусь, Кощеюшка.  Только никаких  «предметов» говорящих.

– Никаких! 


Продолжение тут   http://www.proza.ru/2015/05/20/1715