Первый шаг

Моему двоюродному брату Самусенко Михаилу Васильевичу посвящаю









Мишка рос спокойным, уравновешенным мальчишкой. Любил, как и все подростки, компьютерные игры, но и читал довольно много. Увлекался футболом, ходил в секцию, но как-то не всё ладно у него получалось. И однажды папа ему сказал:

– Может быть, попробуешь скелетон? А что, интересный вид спорта: скорость, такие ощущения – Шумахер позавидует!

Мама с бабушкой, услышав краем уха эту фразу, подняли крик:

– Ты что, хочешь остаться без сына? Это же страшно, одно неверное движение – всё, конец!

Но папа был твёрд. Да и Мишке было жутко интересно. И они поехали вместе на Воробьёвы горы, показались тренеру. Мишка побегал, сделал растяжку, и инструктор сказал, что парнишка подходит. Было тогда Мише пятнадцать лет. Его взяли в ЦСКА.

Как шутил наставник Сергей Степанович, главное – пробежать стартовый отрезок, примерно сорок метров, со скелетоном, прыгнуть в него, и всё. Лечь, расслабиться и получать удовольствие. Удовольствие, добавлял он, скажем прямо, спорное, на виражах так вдавливает в скелетон, что испытываешь огромную перегрузку, как при взлёте ракеты. Можно даже потерять сознание. Скелетоном управляешь же всем телом. Чтобы разогнаться побыстрее, наклоняешься то в одну сторону, то в другую, смещая центр тяжести. Иметь нужно идеальную координацию. В случае аварии защита – только крепкие мышцы, они амортизируют удар об лёд.

– И поэтому, ребятки, будем заниматься всем, что укрепит вашу мускулатуру, – подытоживал Сергей Степанович. И гонял, их не жалея. Бег, штанга, тренажёры, тренировки каждый день.

Из школы Мишка обычно шёл с Майкой, и он практически ни о чём больше не мог говорить, только о скелетоне: о самом снаряде, о том, как тщательно его нужно подготавливать к старту, что подгоняется он индивидуально для каждого спортсмена. Майка, свой человек, терпеливо слушала: она тоже не была чужда спорту – занималась фигурным катанием. С ней было уютно и помолчать, просто гулять по улицам, быть как бы отделёнными от всей толпы. Иногда Майка читала стихи, свои и чужие. Мишке нравилось её слушать, голос у неё был мягкий такой, обволакивающий.

Как-то она спросила:

– Тебе бывает страшно, там на трассе?

И Мишка честно ответил:

 – Бывает, но это так здорово, когда преодолеешь страх. Чувствуешь, что сможешь всё, если сильно захочешь, что тебе подвластно многое. И невероятная скорость, это чувство полёта. Нет, я не променяю скелетон ни на что.

– А мама? Как она? Переживает, наверное. Я бы с ума сходила каждый раз от страха.

– Но ты же не сходишь с ума.– Мишка как-то странно глянул на Майку.

– Я не мама. Хотя если честно, то побаиваюсь за тебя. Но я верю в тебя, ты сильный, Миша.

Они стояли у подъезда Майкиного дома. Смеркалось, в синих сумерках загорались золотисто фонари. И Мишка тогда впервые, не совсем умело, поцеловал Майку.

В семнадцать лет он прошёл по очкам на отборочных соревнованиях, и вот Миша на чемпионате России среди юниоров.

День был солнечный, стоял лёгкий морозец. Миша слегка волновался, но был внутренне собран, переоделся в «теплице», как они называли раздевалку, в аэродинамический костюм и шлем. И вот тридцать секунд до старта: снять с шиповок чехлы. Десять секунд: застегнуть шлем, разгон и... поехал, полетел, чутко реагируя на каждый поворот. Финиш, голова кружится, глаза залепил снег. Его тискают, поздравляют. И до него доходит. Победа!!! Миша счастливо улыбается.

 


Рецензии