Жизнь, встречи, воспоминания Пушкина в Париже

В Париже некогда дремать.
В вилле удобно жить и спать
В лесу, в тени высоких вязов,
Под шум листвы,- в дворце из сказок!

Просторный двухэтажный дом
С колоннами. И обнесён
Оградой с чугуна ,- литьём
Как Летний сад. Туда придём

И мы когда — нибудь... Вы были
В саду том на Неве? Любили
Гулять аллеями средь статуй?
Где что ни Бог,- ума палата...

Глаза там радуют они!
Крылов сидит, басни слагает,
Словами ушлых задевает.
В зверей они облачены,

Хвосты поджав, приручены...
Водили офицеры дам,
Посольские встречались там.
Подвластны северным ветрам

Там зрели опусы поэтов.
Кто рядом с Пушкиным там жил,
В Париже кровь не остудил.
В Декабрьских дел апологетах

Бродило эхо революций.
В умах и в письмах им был мил
Росток проектов, каждый пил
Тот яд желанных конституций...

Тургенев Николай делился
С Пушкиным всем, чего добился
В трудах по экономике,
Печатно, скромно в томике.

Сей труд он на французском
Издал в конце концов.
Читал Царь это,- подлецом
Назвал его по- русски!

—"Дорогу чтоб не знал сюда
Предатель, Декабрист!- Основы
Он потеснить желал, сословья,
И трон наш царский расшатать!

В Россию чтобы не пускать!
При случае его убрать!
Тот приговор оставить в силе,
И приложить к тому усилья!"

Брат Александр хотел унять
Вердикт Монарший,- зря опять.
Немилость только заработал,
Здоровье подорвал в работе.

Лечиться в Баден укатил,
На Пушкина дела свалил.
Стал резидентом наш "Дюма"
Нагрузка больше раза в два!

Одним из первых посетил
Наш Александр Гюго по праву.
Как друг Дюма Пушкин по нраву
Пришёлся как двойник его.

Конечно, было то не просто.
Сошлись они в "Гранд опера",
Где стройный, маленького роста
Смотрел "Дюма" на Петипа.

"Сильфида" хороша, и в ложу
По- дружески вошёл Гюго.
Стоит и смотрит:  там другой,
На друга издали похожий

Таиться Пушкин с ним не стал,
Историю всю рассказал.
Они покинули театр,
Как раз там начался антракт.

Кареты привезли к дворцу.
Иное было не к лицу
Известности такой великой,
Каким Гюго был знаменитым.

За поздним ужином бокалы
С шампанским дружно подымали.
Чудесным стал такой союз
Пушкина с мэтром славных муз!

Истории писать в фарватере!..
"Собор Парижской богоматери"-
Один достоин мадригал.
Других он столько написал!

Конечно, Пушкина читал,
И восхищался он стихами!
"Онегина" он вспоминал,
Сказал, что Байрон тоже славен...

—"Читал,- признался Пушкин,- где
В ту пору Байрона усердно:
В Гурзуфе было это, верно,
В дворце у Дюка Ришелье!

Потом в Одессе Воронцова
Читать давала: было ново
Познать великого поэта,
Хотелось встретиться с ним где-то.

Уже тогда побег был в плане.
До Греции добраться тайно.
Там Байрон поддержал движенье
Восстал за их освобожденье.

За Ипсиланти был готов
Уйти с России там без слов.
Но Воронцова удержала
Его побег в корне сорвала.

Витте сумел предотвратить,
И за границу не пустить.
Надзор за Пушкиным он вёл,
И связи тайные нашёл.

Собянского он натравил,
Амалию тот соблазнил,
Уехал за нею за рубеж,
И бросил там... (Совесть — то где- ж?-

Да нет её!) Там, не рискуя,
Он "долг" исполнил лишь почуяв:
Ему пристроиться лишь с  "буем",-
Альфонсом жизнь вести пустую!

Свечи задул и опоросил...
И сына в Сербии забросил.
Всем объяснял, что не его,
Послед там Пушкина всего...

Расстался с ней без сожаленья!
Болезнь и смерть её ждала,
И сын не выжил,- догнала,
Косой скосила без зазренья.