Закоренелый чудотворец

Мунгэн никогда не верил в чудеса.
Даже когда был чумазым мальцом, цепляющимся за юбку матери. А тем более после того, как повзрослел и вволю испил горькую чашу страданий.
Поэтому четырнадцатилетний Мунгэн даже не подозревал, что когда-нибудь увидит подобное.
А произошло вот что...
В тот самый день, юноша, как всегда промышлял на местном базаре и уже перевыполнил дневную норму уличного воришки.
Улов, был хоть куда.
Пронырливый Мунгэн сумел незаметно срезать три кошелька, в одном из которых оказалась большая серебряная монета.
Настоящее сокровище!
Кроме того, у него получилось ловко стащить с запястья зазевавшейся богачки браслет, украшенный цветными камушками.
Мальчик был очень доволен сегодняшними достижениями и уже возвращался с рынка в свою лачугу на окраине города, когда чуть не столкнулся с каким-то монахом в залатанном одеянии.
Незнакомец, улыбаясь чему-то своему и расправив широкие плечи, медленно шёл по улице, здороваясь с каждым встречным.
Скользнув опытным взглядом по его облачению, юноша сразу понял, что с этого ничего не возьмёшь.
- "Вряд ли у него есть хотя бы дырявая монетка чтобы заплатить ужин, не говоря уже о кошельке," - решил вор. - "Пусть себе бредёт куда глаза глядят."
Уже отворачиваясь, мальчик краем глаза заметил какой-то блеск на груди монаха.
Присмотревшись повнимательнее, он понял, что это массивный серебряный медальон, с выбитыми на нём письменами.
За такую штуковину можно было выручить немалые деньги. А человек, носивший её на шее, казалось, витал в облаках.
Игра стоила свеч и Мунгэн решил попытать счастья и стянуть украшение у нерадивого путника.
Развернувшись и незаметно пристроившись сзади, паренёк принялся следить за незнакомцем.

Кражу можно было совершить тремя проверенными способами:
Во-первых, как бы случайно натолкнуться на жертву и тихонько сняв медальон, исчезнуть в лабиринте узких улочек.
Во-вторых, быстро подбежать к цели и вытащив нож, на ходу разрезать бечёвку на которой висело украшение.
Ну а в третьих, просто ограбить монаха, угрожая ему всё тем же ножом.
Третий вариант отпадал сразу.
Путник был заметно выше и крупнее Мунгэна. Вероятно, что такой человек вполне мог постоять за себя. Тем более, когда речь шла о низкорослом четырнадцатилетнем грабителе.
Первый вариант требовал много времени и подходящего места. Нужно было подождать пока монах окажется в базарной сутолоке и выбрав момент, проделать задуманное. Однако увеличивался риск быть пойманным за руку, а также возникала вероятность того, что Мунгэна опередят конкуренты. Рынок кишел такими же, как и он воришками.
- "Быстрое нападение и моментальный отход. Вот самый подходящий способ," - решил мальчик.
Тут же вытащив нож, он потихоньку стал ускорять шаг, приближаясь к намеченной цели.
И вдруг земля под ногами сильно затряслась.
Всё вокруг заходило ходуном.
Деревянные лотки на рынке начали рассыпаться, а дома вокруг складывались, будто кости китайского домино.
Город Шигаце сотрясло мощнейшее землетрясение.
Юношу сбило с ног, и он, прекрасно понимая, что может быть задавлен какой-нибудь рушащейся стеной, попытался отползти на середину улицы.
Ему на глаза попался давешний странник.
Человек стоял как ни в чём не бывало и продолжал улыбаться.
Сейчас он напомнил Мунгэну ребёнка, с неподдельным интересом наблюдающего за увлекательным действом.
Внезапно лицо путника посерьёзнело и он почему-то пристально уставился на юношу.
От пронизывающего взгляда его тёмных, обрамлённых густыми ресницами глаз, паренька бросило в дрожь.
Он даже на секунду забыл о землетрясении.
Совершенно не обращая внимания на колышущуюся под ногами землю, монах быстрым шагом подошёл к нему и схватив за руку, сильно рванул на себя.
- Я не виноват! - на всякий случай закричал Мунгэн, пытаясь вырваться.
Его слова заглушил громкий скрежет позади.
На том месте где он только что лежал, образовалась глубокая трещина. Если бы не вовремя подоспевший путник, мальчик обязательно туда провалился.
- "Вот это да!" - округлились глаза воришки. - "Похоже, я обязан ему жизнью. Пожалуй, теперь не буду его обворовывать."
Землетрясение закончилось так же внезапно, как и началось.
Вокруг повисла звенящая тишина, которую сразу же нарушили стоны и причитания пострадавших.
Не дожидаясь благодарности, монах развернулся и сделав несколько шагов в сторону, подошёл к широкой трещине, разделяющей улицу.
- Закройся, - буднично произнёс он, звонко хлопнув в ладоши.
Земля у его ног снова задрожала и края разлома стремительно соединились.
- "Не может быть!" - пронеслось в голове у Мунгэна. - "Неужто настоящий чудотворец?!"
Однако на этом чудеса не ограничились.
- Этих, надо бы спасти, - задумчиво пробормотал странник себе под нос.
С этими словами он взглянул на ближайшую, полуразвалившуюся стену и дирижёрским жестом взмахнул руками.
Стена исчезла, будто её и не было.
Под ней оказалась свернувшаяся калачиком женщина, прижимавшая к груди закутанного в пелёнки младенца.
Сначала Мунгэн подумал, что оба мертвы, но грудничок зашёлся неистовым криком, а его ошеломлённая мать зашевелилась и приняв сидячее положение, стала успокаивать своё чадо.
- Теперь, всё, - удовлетворенно кивнул монах и даже не посмотрев на спасённых им людей, повернулся и исчез за поворотом.
Из-за того, что в воздухе витали густые клубы пыли, никто кроме юноши да женщины с ребёнком не увидел свершившегося чуда.
Видимо, мать так и не поняла, что именно с ней произошло.
А вот молодой вор всё прекрасно уяснил и тут же сделал собственные выводы.
- "Ведя дела с таким сообщником, как этот монах, я быстро стану очень богатым человеком," - подумал он, вприпрыжку пускаясь вслед за чудотворцем. - "А если он меня научит своему мастерству, я смогу разбогатеть сам, и тогда мне ни с кем не придётся делиться! Я просто заставлю исчезнуть стены у сокровищницы храма Ташилунпо и смогу вынести оттуда всё что захочу!"
Мунгэн нагнал монаха лишь на окраине города. Тот быстрым шагом направлялся в сторону окружающих эту местность заснеженных пиков.
- Чего тебе? - не останавливаясь и даже не обернувшись, коротко бросил странник когда запыхавшийся юноша поравнялся с ним.
- У меня к тебе дело, - еле переводя дух, сообщил Мунгэн. - Очень выгодное между прочим...
- Нет!
- Что нет? - опешил воришка.
- Что бы ты ни предложил, я несогласен.
- Но ведь ты даже не знаешь о чём речь!
- Мне и не надо этого знать, - равнодушно пожал плечами монах. - Нет, и всё!
- В таком случае возьми меня в ученики! - взмолился мальчик, чувствуя, как удача ускользает из его рук.
- А ты уверен что хочешь этого? - вдруг остановился монах.
- Конечно. уверен! - не колеблясь, посмотрел ему в глаза Мунгэн. - Больше всего на свете мне хочется стать твоим учеником!
- Зачем тебе это? - внимательно взглянул на него чудотворец. - Не думай, что ты мне должен. Я спас тебя, отдавая кармический долг.
- Просто меня впечатлило то, как ты помогаешь другим, - соврал воришка. - Я бы тоже так хотел...
- Понятно, - серьёзно покивал путник. - Очень благородно с твоей стороны. Но ты не понимаешь чего просишь. Чтобы обучить тебя, могут понадобится годы.
- Годы? - вздёрнул брови Мунгэн. - А можно узнать сколько?
- А это уже зависит от тебя самого, - развёл руками мужчина. - Может, десять лет, а может, пятнадцать...
- "Пятнадцать лет?!" - мысленно ужаснулся юноша. - "Долгий срок. Больше чем я прожил на свете... Но дело того стоит. Я смогу вытерпеть общество этого ненормального, и в конце концов превратиться в самого богатого человека во всём Тибете!"
- Нет, пожалуй, я ошибся, - покачал головой монах в такт мыслям вора. - Лет двадцать, не меньше. Понимаешь, мальчик? Двадцать лет медитаций, лишений и полной аскезы.
- Понимаю, - еле слышно прошептал юноша. - Это того стоит. Я надеюсь...
- Ну хорошо, - кивнул чудотворец. - Как тебя зовут?
- Мунгэн.
- Мунгэ-э-эн, - протянул монах, как будто бы собирался петь мантру. - Означает — серебро. О чём интересно думали твои родители, называя тебя таким образом?
- Наверное, о серебре, - пожал плечами паренёк. - Может мне на роду написано стать богачом...
- Может и так, - не стал спорить его собеседник. - А ко мне будешь обращаться Аян.
- Аян? - переспросил Мунгэн. - Это же — странник. Чудное имя. Видимо, твои родители желали чтобы ты вечно скитался. Бессмыслица какая-то!
- Это не имя, а скорее прозвище, - улыбнулся монах. - Привыкай и может быть когда-нибудь я разрешу тебе называть меняя учителем...
Он развернулся и снова зашагал в сторону гор, предоставив мальчику самому решать что делать дальше.
Конечно же, юный Мунгэн попытался не отстать от своего новоявленного наставника...
* * *
Девятнадцать лет спустя, в резные ворота монастыря Ташилумпо постучался высокий широкоплечий человек с массивным серебряным медальоном на шее.
- Меня ожидает Панчен-лама, - сказал он охраняющим ворота монахам.
Услышав титул настоятеля, охранники тут же отворили створки и дали путнику войти.
- Тебя проводить, уважаемый? - спросил один из молодых монахов.
- Не стоит, - улыбнулся в ответ странник. - Я найду дорогу сам.
Быстро поднявшись по широкой лестнице, человек равнодушно прошёл мимо позолоченных, увешанных драгоценными бусами статуй всевозможных Будд, установленных на каждой ступени.
Пройдя по коридорам храма он дошёл до покоев Панчен-ламы и тихонько постучал.
- Войдите, - послышался старческий голос.
Путник открыл дверь, и спокойно кивнув устроившемуся на шёлковых подушках настоятелю, подошёл к нему.
- Учитель, - низко поклонился старик. - Это большая честь для меня...
- Зови меня просто Аян — странник, - равнодушно сказал человек. - Я пришёл по просьбе своего наставника. Он велел, чтобы твой храм устоял.
- Это большая честь для... - начал благодарить Панчен-лама.
Но широкоплечий монах остановил его взмахом руки.
- Вот-вот начнётся, - буднично произнёс он. - Давай выйдем на балкон. Мне пора приступать.
Послушавшись его, пожилой настоятель резво вскочил на ноги и проводил гостя на просторную террасу с которой открывался прекрасный вид на весь храм и на сам город Шигаце.
Встав на середину балкона и набрав побольше воздуха в лёгкие, странник запел глубоким проникновенным голосом.
Звуки этого голоса, казалось, заполнили всё окружающее пространство. Воздух вокруг завибрировал и стал более плотным.
За свою долгую жизнь старик повидал множество чудес, но такого он даже и представить не мог...
Величественный монастырь Ташилумпо, вместе со всеми его обитателями, и пристройками, как по волшебству поднялся в воздух.
Весь храмовый комплекс воспарил над землёй, будто поддерживаемый рукой огромного великана.
А через несколько секунд началось мощное землетрясение.
Город, оставшийся внизу, подвергся значительным разрушениям, ну а висящий в воздухе монастырь совершенно не пострадал.
Когда земля перестала трястись, мужчина закончил петь и храм плавно опустился на своё место.
- А теперь мне пора, - как ни в чём не бывало сказал монах. - Надо вызволить многих людей, заживо погребённых под развалинами. Сотни горожан нуждаются в помощи.
- Сотни? - удивился настоятель. - Неужели у тебя так много кармических долгов?
- Много, - улыбнулся чудотворец, направляясь к двери. - Видишь ли, раньше меня звали Мунгэн и я их обворовывал...