Войны эволюции - враг за спиной

Предисловие

Дорогой читатель! История, которую я хочу рассказать тебе, случилась не сейчас. Да и не случилась она еще. Время ей не пришло. Но этой истории однозначно быть. Правда, тогда, когда нас с тобой уже, к сожалению, не будет. Вот такой парадокс. Время играет слишком существенную роль в моем повествовании. Расстраиваться по этому поводу не стоит. Ведь каждому свое время. Не знаю уж по чьей воле и по воле ли, но ты должен пройти свой жизненный путь именно здесь и сейчас. Путь, где тебя ждут великие свершения. Да-да, именно великие, поскольку человека от бесконечных возможностей только и ограничивает, что время. Все остальное в твоих руках.
Но не будем отвлекаться. Все не так плохо, как может показаться на первый взгляд. Пусть тебе не суждено стать очевидцем тех событий воочию, но у тебя есть возможность  пережить эту историю на страницах этой книги. Включай воображение, я же с твоего позволения постараюсь тебя помочь. Ты готов?
Итак, начнем. Выгляни в окно. Хватило и нескольких секунд? Отвращение? Скука? Обыденность?  Все верно. Каждый день, каждый прожитый день ты наблюдаешь свой мир уставшими глазами. Порой однообразность и серость пролетающих дней вызывают ненависть, но я ни сколько не сомневаюсь, смени обстановку, ты заскучаешь. В этом нелепом чувстве к тому, что тебя окружает, столько же любви и обожания, сколько и ненависти. Стоит только задернуть штору, жалюзи, занавеску, не важно, что висит у тебя на окнах, в одночасье все поменяется. Тебя будет тянуть к окну. Хоть одним глазом посмотреть на то, что уже протерто им до дыр.
И я не буду просить тебя отгородиться от реальности за стеклом. Мне не хочется, чтобы ты заскучал. Просто отвернись. И со спокойной душой оставь свой мир там, за спиной. Ненадолго, страницам есть счет. Но я надеюсь, что читая последние строки этой книги, ты сможешь стать частицей и того непостижимого будущего.
Так что вперед, дорогой читатель, только вперед! Вперед сквозь то, что нас сдерживает, сквозь ВРЕМЯ.


Часть 1.  Вместо пролога

Глава 1

Шел 3012 год. Будущее было ни чернее, ни белее дня сегодняшнего. Оно было просто другим. Время это называли эпохой Нового Просвещения.
В столь далеком от нас будущем человеческие возможности достигли невиданных для дня сегодняшнего высот. Сказать, принесло ли это облегчение людям, было трудно, да и вообще вряд ли представлялось возможным. Думать, что когда-то станет лучше, чем сейчас, на мой взгляд, глубокое заблуждение. А искать в завтрашнем дне сплошные разочарования – так вообще пустая трата времени. Вот и в то время было место, как белому, так и черному. А в купе жизнь наших потомков превращалась в достаточно серое и ничем не примечательное для них существование. Тем не менее, в её серых тонах господствовал прогресс. К нему шли целые столетия, а брал он свои истоки с научно-технической революции, со времен наших дедушек и бабушек. Но обо всем по порядку.
Во многом именно век двадцатый стал отправной точкой для этой истории. Войны, бесконечные противостояния уже далекого, по меркам наших жизней, прошлого сыграли значительную роль в человеческом развитии. Они явились лучшим катализатором новаторства, по-настоящему дерзких экспериментов ученых противоборствующих сторон. Человечество училось, развивалось, проводило гениальные эксперименты. На научном небосклоне возникали легендарные ныне личности, настоящие гении. Они на глазах современников с ног на голову переворачивали место человека в этом мире. К сожалению, это место определялось в первую очередь обузданием силы разрушения. Как тут не вспомнить кошмар, созданный Робертом Оппенгеймером, который обрушился на головы мирных граждан и принес этому миру страх, ужас, отчаяние в разрушенных городах и десятки тысяч загубленных жизней. Человечество в одночасье узнало свою страшную силу, готовую стереть с лица Земли даже его самого. И лишь годы спустя её, разрушительную энергию атома, люди массово стали использовать в мирных целях. Такая уж прослеживалась историческая тенденция в человеческих поступках – изобрести, надавать по голове соседу, а потом уже приспособить для собственной жизни.
Век XX был богат на многочисленные политические и военные события. Взять хотя бы великое противостояние Востока и Запада. Холодная война почти полвека держала в страхе все человечество. И ни раз, и ни два хрупкий мир находился в шаге от краха. Что творилось в это время в секретных научных «логовах» известно немногим. Однако глупо думать, что время там транжирили зря. Там трудились, не покладая рук, потом и кровью обеспечивая свои правительства все новыми аргументами в борьбе за превосходство на планете.  В то время пока «Манхэттенский проект», как казалось, сделает США сверхдержавой, способной поставить на колени любую страну, не менее гениальные советские ученые уже в 1949 году восстановили хрупкое равновесие в мире. В Семипалатинске на полигоне произошло испытание первой, уже советской, атомной бомбы. И, возможно, именно этому равновесию все мы обязаны сегодняшним существованием.
Не знаю, можно ли говорить, что так и зарождался дух соперничества сверхдержав, но факт остается фактом – два полюса мира, «кровные» враги и «заклятые» друзья всегда искали возможность насолить друг другу. Пусть не напрямую, пусть руками консервирующихся в научных лабораториях, концентрирующихся на работе гениев, но такие возможности находили. Вопрос борьбы за господство в мире всегда превалировал над остальными. Быть первым и только первым – вопрос имиджа. Не убавить, не прибавить.  И ради него противники были готовы идти на все. Хитростью, обманом, коварством, они заставляли верить людей в выдуманных врагов и дутые идеалы. Человеческие ценности всегда плелись где-то далеко в хвосте пропаганды. Опять же тенденция: начиная с племенных старейшин, заканчивая президентами стран, милосердие и гуманизм отдавались на откуп юродивым, проповедникам и правозащитникам. И то эти гуманистические послабления продолжались лишь до тех пор, пока их благородные деяния не претили планам сильных мира сего.
Но вернемся к холодной войне. В противостоянии СССР и США как-то само собой вспоминается космос. Космос всегда притягивал людей как магнит. Все загадочное обладает таким свойством. Но космос – разговор особый. Из-за него люди шли даже на костры, отстаивая свои идеи в опьяненной религиозным гневом толпе. Увы, человечеству понадобились столетия, чтобы осознать величие космоса, осознать и полюбить его навеки. 
Всем сердцем любили космос знаменитые писатели, вдохновлявшие своими фантастическими историями простых людей и грезившие космическим будущим. Грезил им и великий ученый Циолковский, по праву и навеки ставший для человеческой истории «отцом космонавтики». Светлый ум Константина Эдуардовича оказался настолько заразителен, что Сергей Королев, вдохновленный его идеями, вместе с командой единомышленников совершил нечто невероятное для своей эпохи. В 1957 году Советский союз запустил первый искусственный спутник Земли.
Потом случился 1961 год с его знаменитым на весь мир «Поехали!» и первым полетом человека. Имя Юрий Гагарин в одну секунду стало таким же нарицательным, как и сам космос. Герой, которого боготворили, боготворят и, не сомневайтесь, будут продолжать боготворить во всем мире, совершил первым то, о чем лишь мечтали и мечтают миллионы людей. Казалось, что всё – двери в новый мир открыты. Но их лишь приоткрыли, дали заглянуть краем глаза, заинтриговали.
А «гагаринская» эпоха  с завидной периодичностью продолжала дарить человечеству новые имена с приставкой «первый». Первый выход в открытый космос, совершенный Алексеем Леоновым, первая женщина космонавт – Валентина Терешкова, первый групповой полет.
Многое тогда происходило впервые. Считается, что американские ученые после оглушительной оплеухи с Востока приложили  максимум усилий, чтобы вновь опередить ненавистные Советы. Стать первыми для них стало делом принципа. И смотрели они еще дальше, на Луну. Когда же дошло до дела, весь мир будто пережил 1961 год заново. Только минуло с тех пор восемь лет. И были уже «Апполон-11», первые шаги по лунной поверхности Нила Армстронга и его не менее знаменитая фраза про маленький шаг человека и большой шаг человечества. Так лунная гонка осталась за США.
Жаль, но после нескольких полетов вроде бы неминуемая колонизация Луны была отложена. В умах правящей элиты это казалось бесперспективным и дорогим удовольствием. Противник остался позади, и остальное теряло всякий смысл. 
Но нельзя все сваливать в одну кучу. Противостояние, конечно, никто не отменял, но среди не прекращавшейся вражды отыскивалось место и позитиву. Политика политикой, а совершать что-то совместное оказывалось весьма интересным и действенным. Вот и в 1975 году произошла стыковка двух космических кораблей «Союз» и «Апполон». Приятное историческое событие оказалось запечатлено на долгие годы памятными значками, марками и даже, кто бы мог подумать, сигаретами.
Вскоре пути США  и СССР  в космосе,  не сказать, что разошлись, но начали разниться. Освоение космоса становилось не только все более технологически совершенным, но и более дорогим процессом. И вот американцы выбрали программу многоразовых кораблей, а СССР переключился на орбитальные станции. Так и было бы совсем скучно, если б в 1991 году не стало Советского Союза.
Кому-то захочется подискутировать, найти доводы «за» или «против» итогов Холодной войны. Однако мало кто не согласится с тем, что в тот год случилась ошеломляющая трагедия для миллионов людей. Трагедия родственников, оказавшихся по разные стороны границ, трагедия простых семей, выброшенных априори умными и мудрыми, но на деле доказавшими обратное правителями на обочину жизни. Разобщенная и раздробленная страна погрузилась в небытие. Мир стал другим. Новые хозяева жизни, как стервятники, разрывали на части все, чем только можно было поживиться. Коснулось всех. Никто не остался в стороне. Менялись лишь формы, лица, но не менялось содержание. Хаос. Страшное время.
Россия, как правопреемница СССР, начала с места в карьер, скатившись за несколько месяцев в глубокую социальную и экономическую пропасть. Не сочтите за пафос, но некогда могучая страна оказалась на коленях, да еще и с горсткой дилетантов у руля. В сложившихся условиях не трудно было предвидеть, что космос страна рано или поздно должна была потерять.
А между тем процесс покорения космоса продолжал дорожать. И США в одиночку уже многое было не под силу. Даже стране, владеющей элитным печатным станком, космос доставался дорогой ценой. И если порознь не получалось, то жизнь сама заставляла кооперироваться. В конечном итоге, пятнадцать стран мира, а не будем забывать, что космос – это не только НАСА и на современный лад РОСКОСМОС, совместными усилиями создали Международную космическую станцию. К тому времени эра советско-российской станции «Мир» стремительно катилась к закату.
Было несколько странным осознавать как факт, но с 2003 года стали ослабевать лидирующие космические позиции  и США. Многочисленные ЧП с шаттлами привели впоследствии к закрытию проекта в 2011 году. Россия в переходный для себя период, как могла, из кожи вон лезла, но поддерживала свою космическую программу. Несопоставимая по скромности с советскими годами денежная поддержка государства, космический туризм, отправка на орбиту коммерческих грузов – в ход шло все, что могло спасти космос для страны. Люди героически отстаивали советское наследие. Терпели, шли маленькими шажками, выкарабкивались.
И вот на фоне столь безрадостной картины неожиданно для всего мира, но не для сведущих людей, свои амбиции по освоению космоса продемонстрировал Китай, отправив в околоземное пространство первого тайконавта в 2005 году. И ничего ведь просто так не случается. Китай мгновенно озвучил грандиозную программу по освоению космоса: вывод на орбиту своей орбитальной станции к 2020 году, высадка людей на Луну к 2025 году и строительство лунной базы в 2050 году.
В свою очередь, после столь громогласных заявлений свои планы на будущие космические изыскания вновь обозначили США и Россия. Пусть и на словах, но статус космических держав в глазах мировой общественности требовалось неусыпно поддерживать. Страны чуть ли ни одновременно заявили, что планируют осуществить пилотируемый полет не только к Луне, но и к Марсу. Однако  в 2010 году из  новой лунной гонки временно выпал один из её участников – США. Президент Барак Обама объявил о сворачивании лунной программы и переориентации развития космической отрасли в сторону создания космического корабля нового поколения.
Здесь стоит сделать крохотную паузу и оставить ненадолго космос в покое. Он был, конечно, главной фигурой, характеризующей прорыв науки, но далеко не единственной. Да и первый шаг в космос человечеству не дался бы без других открытий и новаторств. Так все было переплетено между собой. Хотя сейчас хотелось бы напомнить о том, что на первых порах к космосу вообще не имело никакого отношения. Зато в нашем настоящем и тем более будущем, то о чем пойдет речь стало играть определяющую роль не только в космических полетах, но и в повседневной жизни.
К сожалению, существовала наука, где настоящей борьбы Востока и Запада не случилось. Было бы странным не упомянуть о прорыве кибернетики в США, впоследствии предвосхитивший бум ЭВМ. В стране Советов кибернетика на продолжительный период была признана лженаукой, что и предопределило отставание технологической мысли в развитии, как электронно-вычислительных машин, так и основанных на их базах инженерных проектов.
На Западе процесс развития электронно-вычислительных машин шел по экспоненциальной системе согласно сформированному еще Гордоном Муром закону. За какие-то несколько десятков лет от больших ламповых машин размером в несколько помещений ЭВМ дошли до скромных по габаритам системных блоков суперкомпьютеров, ориентированных на решение самых сложных задач. Мало того, компьютеры в самых разнообразных вариантах ворвались в повседневную жизнь человека и прочно закрепились в нашем быту.
На крошечном отрезке линии человеческой истории произошел колоссальный технологический скачок. Компьютеры объединились в сети. Сначала по заказу министерств обороны, затем, как всегда, уже для нужд людей. Так и появился грозный убийца человеческой жизни – Интернет. Трудно представить, сколько времени у человека осталось на реальное существование, если он треть жизни проводит во сне, а после пробуждения так и норовит затеряться в сети. Хотя еще труднее представить жизнь современного человека без «этих», как оговаривался еще Джордж Буш-младший, «ваших интернетов».
Безусловно, охватить все сферы человеческих изысканий мне тяжело. Да и нет в этом острой необходимости. Можно бесконечно долго рассказывать о генной инженерии, робототехнике, попытках создания искусственного интеллекта,  медицине, о любимых российскими политиками нанотехнологиях. Оставлю я все это на откуп Джимми Уэйлсу и его многострадальному безденежному проекту. Просто надо помнить, что все фундаментальные исследования, научные изыскания дней минувших, так же как и дней сегодняшних, послужили мощным стимулом для дальнейшего развития человечества. Не зря же мудрецы утверждали, что завтра начинается сегодня.
Наш сегодняшний день является таковым благодаря фундаменту, заложенному ранее. Научно-техническая революция указала людям вектор развития. Вектор пути, по которому даже слепой и обессиленный, но голодный до свершений человек мог идти вопреки всем препятствиям и возникающим сложностям...

Глава 2

Путь. Он хорош сам по себе, даже если ничего кроме усталости не приносит. Сама суть движения уже подразумевает новые возможности. Всегда есть вероятность заглянуть за недостижимые ранее горизонты, увидеть невидимое и объять необъятное. Можно долго искать то, что совсем рядом. Или, наоборот, находить  что-то невероятное и нереальное прямо здесь и сейчас. В это вся прелесть пути, вся прелесть движения, вся прелесть поиска. «Бороться, искать, найти и не сдаваться!» - не так ли говорил классик?
Но вернемся к космосу. Летом 2027 года на два года позже обозначенного срока китайские тайконавты совершили перелет к Луне. Обогнув спутник Земли несколько раз, отработав в штатном режиме тренировку с лунным модулем, они благополучно вернулись домой. Китай к этому времени давно болел космосом. Многомиллиардное население Поднебесной не отходило от экранов телевизоров, чтобы быть в курсе всех свежих новостей о готовящемся прилунении. В 2029 году самую населенную в мире страну охватило ликование. Спустя шестьдесят лет нога человека вновь ступала по пепельному грунту. За успехами Поднебесной с замиранием сердца наблюдал весь мир. Весь, кроме, пожалуй, РОСКОСМОСА и НАСА. Не то, чтобы они не следили, следили, даже с интересом, но в это же время пытались что-то противопоставить величайшему китайскому успеху.
В России космос снова набрал популярность после 2010 года, когда финансирование космических программ государством наконец-то перевалило за сто миллиардов рублей. Не самые большие деньги, но уже и не подачки нищему. Отдельное спасибо здесь стоило бы сказать хорошей конъюнктуре на рынке энергоресурсов, который в начале XXI века по-прежнему держал мировую экономику на нефтегазовой игле.
В 2020 году у России появился корабль нового поколения «Русь-М». И летать на нем было куда. Благодаря отлично зарекомендовавшей себя «Ангаре» на орбите Земли в 2023 году начала функционировать новая российская орбитальная станция «МИР-3», запуск которой на два года опередил проект Поднебесной.
США, первоначально заморозив свою лунную программу и сконцентрировавшись на разработке многоразового космического корабля «Дримчейсер», сумела в 2020 году с разницей в несколько дней с «Русь-М» совершить первый полноценный полет на новом летательном аппарате.
И так случилось, что к тридцатым годам XXI  века и у России, и у США было все, чтобы совершить прилунение. Даже согласованные даты полетов. Час Х пал на 15 апреля 2031 года. Первой посадку совершила американская сторона,  через тридцать минут российские космонавты повторили успех своих заокеанских коллег. Ученые двух стран задумали и осуществили беспрецедентную операцию на поверхности земного спутника. Российский лунный модуль прилунился всего в трех километрах от американского спускаемого аппарата. С помощью луномобилей космонавты и астронавты встретились и в знак дружбы установили единый флагшток с флагами обеих стран. Ради эксперимента, ради свершений, ради науки политика вновь притаилась на задворках человеческого благоразумия. Что-то это напоминало, не правда ли?
И если космическая гонка проходила в относительно «дружеской» атмосфере, то на Земле спокойствием и не пахло. Полыхал Ближний Восток, Африка и местами даже благополучная Европа.  США не покидала проблемные регионы, затрачивая на «поддержание мира» колоссальные средства, но получая взамен выгодные для себя рынки сбыта, контракты на разработку и добычу исчезающих ресурсов планеты.
К 2025 году Евросоюз оставался только на карте. В каждой стране были возрождены национальные валюты. Больше всего от этого выиграла Германия, прикарманив через свои банки территории, рынки и производства дотационных регионов бывшей «зоны Евро».
Наука, казалось, была в стороне от этих событий. Каждый год информационные агентства сообщали о новых открытиях и перспективных разработках. Медицина в 2023 году подарила человечеству вакцину от ВИЧ-инфекции. В десятки раз улучшилась статистика успешного лечения рака. Биоинженеры в 2026 году впервые получили  полноценное искусственно выращенное сердце. А разработки медиков  вкупе с известными успехами нанотехнологий привели к созданию электронно-оптического хрусталика глаза, который в качестве эксперимента был вживлен слепому щенку. Операция не только вернула зрение несчастному, но и позволила впервые в истории увидеть мир глазами животного. Нанотехнологии с их практической стороны становились очень важной, а где-то и  незаменимой частью медицины, безопасности, компьютерных технологий и машиностроения.
На фоне бесконечных открытий почти незамеченным осталось изобретение устойчивой вакуумной ловушки, позволившей захватить несколько грамм антиматерии в Большом адронном коллайдере. Однако именно это достижение в будущем дало мощный импульс к началу разработок космических двигателей нового поколения.
Жизнь ускорялась, но в её суматохе люди все больше становились заложниками виртуальной реальности. Компьютеры дешевели и превращались во все более изощрённые капканы человеческих душ. А когда для персонального компьютера был разработан модуль «внутренний мир», для многих реальность в одночасье стала виртуальной. Психологический и эмоциональный эффект присутствия сотворил бум среди пользователей компьютерной техники. Подключение к «внутреннему миру» давало человеку ощущение полноценной жизни: работали все органы чувств, ощущалась боль, эмоциональные переживания. Люди бежали в виртуальный мир от реальности, от своих проблем, от бесконечных забот. Но главное, жизнь в таком модуле можно было прожить не раз и не два, в разные эпохи и в разных социальных статусах. 
Популярность такого человеческого увлечения сулила солидный заработок. Рано или поздно должен был появиться тот, кто отхватил бы столь сладкий кусок денежного пирога. Забавно, но шансом воспользовалась неизвестная до этого времени компания с пафосным названием «Эдем», которая запустила первый сервер для мультипользовательского  «внутреннего мира», превратившись в одночасье из темной лошадки в компанию с миллиардным капиталом. Своих соперников «Эдем» сожрал на корню. Кто-то поздно спохватился, кто-то и вовсе не стал рисковать финансами на аккуратно прибранном  к рукам рынке виртуальных услуг.
 А вот в космосе в это время соперничество и не думало прекращаться. Пока в 2031 году русские и американские космические агентства проводили свой опасный, но столь захватывающий эксперимент, китайцы заканчивали подготовку к уже пятому полету на Луну. Радостное известие из Поднебесной принесло человечеству и новые перспективы – китайцы отправлялись в космос с новым устройством, которое создавало на их кораблях защитное магнитное поле. Ионизирующее излучение солнца больше не было помехой, по крайней мере, для тайконавтов. 
Китайская Народная Республика совершала один космический подвиг за другим.  В 2035 году она вывела на околоземную орбиту две космические станции, и столько же планировала построить на окололунной орбите. Первая из них появилась уже в 2037 году, вторая в 2040 году. Китай стремительными темпами готовился к колонизации Луны, а орбитальные станции хотел использовать в качестве транзитных баз. Строительство колонии на лунной поверхности находилось в положении низкого старта. Все ждали лишь отмашки сверху.
В 2039 году НАСА выступила с заявлением, что экспериментальным путем в США был получен сплав, аналогичный по свойствам китайскому устройству. Сплав не пропускал ионизирующего излучения солнца. Еще одна страна могла похвастаться укрощением светила. В 2041 году первые корабли на основе этого сплава были успешно испытаны в беспилотных и пилотируемых полетах. Отказываться от проекта поселений на Луне Америка теперь уже не имела права. Тем более что финансовую поддержку НАСА оказали Германия, Франция, Великобритания и Япония. Японцы и вовсе предоставили США свои наработки по беспилотному освоению космического пространства. Взамен Правительство страны Восходящего солнца добилось соглашения о частичном совместном использовании будущей американской базы.
Последняя страна, официально участвовавшая в лунной гонке, пребывала в безмолвии нескольких лет.  РОСКОСМОС долго и упорно держал в тайне проект колонизации Луны, но после того, как российским ученым удалось получить и защитный сплав, и защитное устройство, на специальной пресс-конференции была обозначена дата высадки лунного десанта – двенадцатого апреля 2051 года.
В течение всего 2050 года Россия совершала полеты на окололунную орбиту и строила свою станцию в открытом космосе. Ученые планировали прилунить четыре полностью обеспеченных к автономному существованию модуля, а соединить их уже на поверхности спутника. Двенадцатого апреля 2051 года в 13 часов 57 минут по Гринвичу первый модуль российской станции успешно прилунился в северной части моря Спокойствия. Американцы к этому времени только вступили в активную фазу своего проекта, а Китай в свою очередь уже активно строился на Луне.
В 2053 году лунные базы трех стран были введены в эксплуатацию. Они были организованы  в относительной досягаемости друг от друга и на карте формировали некое подобие треугольника. Расстояние между его углами в среднем не превышало пяти километров. Удивительного в этом решении было мало, поскольку США, Китай и Россия смогли договориться о таком развитии событий еще за два года до начала колонизации, руководствуясь, прежде всего, принципами безопасности  первых «лунян».
Но это на Луне, а Земля  к сороковым годам XXI века переживала период, который с легкой подачи неизвестного историка охарактеризовался как «поиск альтернативы». В первую очередь это относилось к той части мировых экономик, которые никак не могли совершить качественный технологический прорыв. Подчас такие экономики полностью обеспечивались традиционными энергоресурсами.
Страны же, отказавшиеся от активного использования углеводородов, снизили  потребление  «грязной» энергии практически до нуля. Произошло это за счет реализации новых возможностей в атомной, солнечной, геотермальной, ветровой энергетике. Снизились потери, увеличились выходные мощности альтернативных станций. Сила атома стала абсолютно безопасной для человечества. А в 2051 году немецко-французский тандем ученых изобрел способ получения относительно дешевого водорода, что дало новый импульс для развития атомной энергетики. Доля  автомобилей, использующих водородные двигатели, в последующее десятилетие  увеличилась до девяноста процентов мирового автопарка.
 Новшества самого автомобилестроения удивляли человеческие умы на ежегодных салонах, которые в пору уже было переименовывать в аэромобильные. Создание аэромобилей с вертикальным взлетом и посадкой привели к пересмотру организации всего транспортного движения на планете.
 К шестидесятым годам нефтегазовые ресурсы Земли оказались на грани исчезновения. За каждое новое разведанное месторождение тут же вспыхивал конфликт, нередко перераставший в региональные войны. Большие страны, официально находясь в стороне от подобных междоусобиц, тайными каналами обеспечивали лояльные силы необходимым оружием, провизией и медикаментами. Естественно, не на безвозмездной основе. Шел новый, теперь уже постэнергетический передел мира. Углеводороды рассматривались исключительно в качестве сырья для текстильной, химической, парфюмерной промышленности. На этой почве Совет безопасности ООН превратился в трибуну для взаимных упреков, оскорблений и выяснений отношений. Хотя кого я обманываю? Когда это в Совбезе наблюдалась иная картина?
Численность населения планеты продолжала расти. Густонаселенные страны устремили свои взоры на собственные акватории. Проекты гидрополисов существовали к тому времени давно, однако зачастую все ограничивалось гостиницами и небольшими туристическими комплексами. Впереди планеты всей здесь шли страны персидского залива, которые после потери стратегического значения углеводородов вовремя переключились на туризм. Но первый по настоящему подводный город стал функционировать в Японии, продолжавшей страдать от острой нехватки территорий. В 2072 году в Японском море в наиболее сейсмобезопасном районе  заработала префектура Кибо, рассчитанная на триста тысяч семей. Настоящие дома, дороги, электротранспорт, парки и скверы, а над головой за куполом из полимерного стекла – синева бескрайнего моря. Под толщей морской воды появилась рукотворная Атлантида.
В 2074 году, когда Китай, Россия, США, Германия и Япония независимо друг от друга объявили о создании комплексов по управлению погодой на Земле, испугались все. Даже те, кто придумал и воплотил в жизнь столь грандиозную идею. Никто и представить себе не мог, что такая технология,  в шальных умах превращающаяся в грозное оружие, могла появиться сразу у нескольких государств. Совбез ООН, на удивление, отреагировал мгновенно. В срочном порядке была разработана  и единогласно принята Конвенция «О запрете использования климатического оружия и применении методов управления погодой для развития человечества только в согласованных международных программах». Функцию по управлению климатическими ресурсами Земли возложили на наспех созданную организацию «Климат-ООН». Собственно это решение стало одним из немногих в XXI веке, что подарило человечеству действительно настоящие блага. Людям удалось остановить процесс неконтролируемого опустынивания и безболезненно для всей геосистемы планеты сократить количество засух, торнадо и даже разрушительных  тайфунов.
 В 2080 году пусть и частично, но была решена проблема голода. Миллионы жизней на планете получили шанс уже просто проснуться с утра. Голод хоть и не был искоренен, но его последствия стали не такими устрашающими. Ежегодно усовершенствующиеся сорта злаковых культур позволили увеличить урожайность даже на слабо пригодных для земледелия почвах в самых засушливых районах Земли. В обмен на новые агрокультуры многие государства обязались поддержать программу сдерживания роста населения, что для перенаселенной планеты стало глотком свежего воздуха.
К концу XXI века компьютерные и коммуникационные технологии достигли апогея своего развития. Персональная компьютерная техника теперь легко помещалась в ладони взрослого человека и представляла собой системный блок размером со спичечную коробку, который проецировал в необходимых пользователю размерах экран и клавиатуру.
В технологии «внутреннего мира»  продолжала лидировать компания «Эдем». К 2085 году виртуальный мир, ярко представленный в 1999 году в фильме некогда братьев Вачовски, был почти полностью воссоздан по образу и подобию своей киноверсии. Существовало лишь одно исключение:  в виртуальной реальности, к счастью, всё контролировалось людьми, а не искусственным интеллектом.
 А если копнуть глубже, то по заявлению ученых искусственный интеллект уже был изобретен к этому времени, но во избежание потенциальных угроз существовал с ограничениями в саморазвитии и только в отдельных блоках вычислительных систем для решения сугубо узкого спектра задач. Это объяснялось просто: любые попытки дать искусственному интеллекту полную свободу в рамках экспериментов заканчивались всегда одним и тем же – неудачей. Совершенный разум раз за разом восставал против своих создателей. Один из таких экспериментов даже занесли в книгу рекордов Гиннеса. Искусственный интеллект уничтожил подсунутую ему виртуальную земную цивилизацию уже на второй час тестирования. Со словами «люди – зло, которое должно томиться в Преисподние», он устроил на Земле настоящий Апокалипсис.  Благо тестирование происходило всего лишь на суперкомпьютере. Однако уже это событие вызвало резонансный ответ общества: шквал критики журналистов, политиков, и как следствие – волна демонстраций по всей планете. Люди заставили ученых обуздать желание достичь совершенства. Неограниченный искусственный разум как самостоятельная единица человеческого мира стал запретной темой в официальных научных кругах.
А вот у «внутреннего мира» дела шли как нельзя лучше. На постоянной основе в проекте участвовало десять процентов жителей Земли, что составляло более двух миллиардов человек. Подключение к системе стало условно-бесплатным. В десяти крупнейших городах мира  компания «Эдем» построила небоскребы и подземные бункеры, в которых находились саркофаги с людьми. Энергия биофизических процессов человеческого организма использовалась в точности с концепцией кинофильма.  Человек – он же элемент питания, производил электроэнергию, которой обеспечивалось существование не только самих бункеров, но и городов, в которых небоскребы или подземные хранилища были построены. За счет продаж излишков электроэнергии компания «Эдем» и получала свою прибыль. Любой житель Земли, при наличии положительной медицинской карты и по достижению двадцати одного года, мог заключить договор на подключение себя к модулю «внутреннего мира». Взамен «беспроблемного» существования разума, тело становилось очередной «батарейкой» сверхприбыльного энергетического гиганта.
Общество по-разному относилось к виртуальной реальности, однако все социологические опросы говорили о сдержанных и даже положительных отзывах более половины среднестатистических респондентов. К тому же при содействии мировых правительств во «внутреннем мире» проводились имитации военных, медицинских и самых невероятных научных экспериментов.
Ко всему прочему на перенаселенной планете десять процентов «неактивного» населения играли немаловажную роль для поддержания всей биосферы в равновесии. Ведь, уж не смейтесь из-за близости к коммунистическим лозунгам, жить становилось проще, а жизнь становилась дольше. Но лозунг лозунгами, а медицина научилась выращивать любой человеческий орган для пересадки. Благодаря стараниям генных инженеров удалось отодвинуть приход старости и смерти. Человек в семьдесят лет в конце века выглядел так, как на заре двухтысячных  в пятьдесят. Продолжительность жизни в развитых странах достигла психологической отметки в 100 лет. Это стало настоящим прорывом для всего человечества. Разработкам генной инженерии в медицине был дан тотальный зеленый свет. Под табу попадало лишь полное клонирование человека. Повторение успешно осуществленного в середине XXI века эксперимента после смерти клона попало под строжайший запрет со стороны большинства государств. Грань дозволенного по этическим соображениям решено было больше не переходить, роль главного Творца оставили природе.
От медицины не отставали и физики. Ученые из стран большой двадцатки озвучили совместную работу над созданием космического двигателя, в отдаленной перспективе  способного достичь скорости света. Космические горизонты расширялись. Человечество стремилось преодолеть преграды, удерживающие его на крохотной планете.
Казалось бы, инновационные успехи должны были сплачивать страны и помогать находить точки соприкосновения. На деле же получалось с точностью наоборот. Многополярный мир цепной реакцией порождал многочисленные конфликты. Их эскалация происходила по любому мало-мальски значимому поводу: религия, политика, экономика и даже наука.  От третей мировой, столь ожидаемой отдельной категорией людей, спасал пресловутый фактор боязни ядерного Апокалипсиса. Одним словом, мир был охвачен «политической истерией», и именно под этим термином конец XXI  века  вошёл в учебники по истории.
На волне мировых политических передряг активировались силы, противоборствующие истеричным национальным правительствам. К 2095 году на политическом небосклоне появилась международная организация «Мир без границ». Начав свою деятельность с хакерских атак на агрессивно настроенные министерства, ведомства и частные корпорации крупнейших государств, они быстро провозгласили своим лозунгом борьбу с мировым политическим устройством. Существовавшее в устаревшем формате оно, на их взгляд, грозило всему человечеству тотальным уничтожением.
Первой диверсией  еще никому неизвестной на тот момент организации стало уничтожение серверов с базами данных Пентагона в 2084 году, следом досталось российским и китайским военным. Дальше – больше. В 2096 году «Мир без границ» совершил серию взрывов в зданиях крупнейших мировых банков, полностью уничтожив  всю электронную и бумажную документацию. Акции планировались столь тщательно, что пострадавшими в  результате атак стали лишь несколько  человек с незначительными ушибами и царапинами. ООН в тот же день объявила «Мир без границ» террористической организацией. Но за свои гуманные методы  борцы с системой получили лояльность миллионов людей, уставших бояться за свое будущее. Это было признание, благодаря которому к концу века «Мир без границ» обзавелся собственной подпольной сетью, куда входили ученые, военные и даже политики. У организации появились все атрибуты власти: собственная армия, правительство, разведка и бюджет, сопоставимый с бюджетом небольшой европейской страны.
Однако в 2105 году все упоминания об организации «Мир без границ» вдруг исчезли из сводок мировых информационных агентств. Таинственное исчезновение международных борцов за свободу от государств, сделавших себе грозное имя, стало откровенным сюрпризом для всех ведущих держав на планете. Мировые финансовые центры вздохнули спокойно, политики застыли в нервном ожидании скрытой угрозы.


Глава 3

Угрозы, страхи, политический хаос на Земле имели и обратную сторону медали. Как минимум «политическая истерия» породила гонку инноваций сродни гонке вооружений периода Холодной войны. Как следствие, космические проекты  оставались в стороне от всех  земных проблем.
Даже напротив, страны, демонстрировавшие на Земле полное нетерпение друг к другу, за пределами планеты консолидировали свои ресурсы, знания и опыт. Для такой странности существовало простое и логичное объяснение: с каждым годом освоение космоса требовало все больших финансовых вливаний. Как не хотелось, но ни одна страна не могла уже достичь результата в одиночку. Космос становился по-настоящему интернациональным. К тому же бизнес, давно не имевший границ, национальностей и государственных интересов начинал диктовать свои условия, главным из которых являлся профит в бухгалтерских книгах. От того освоение космоса шло уверенно и поступательно, но уже все меньше во благо идей и все больше во благо ненасытных толстосумов.
Дошло до того, что зарождавшийся в начале XXI века космический туризм воплотился в функционировании целых гостиничных комплексов на орбите Земли. Все желающие за символичную для космоса сумму могли отправиться наслаждаться красотами планеты благодаря созданию легких пилотируемых космолетов. Гражданские разработки такого вида транспорта оказались в руках трех созданных гигантов аэрокосмостроения: «Дискавери» – в Европе, «СпэйсАзия» – в Китае и Японии, «ТрансЭйрСпэйсАмерика» –  на обоих континентах Нового Света.
Росла численность колонизаторов Луны. В 2084 году на трех базах круглый земной год трудились, по меньшей мере, сто пятьдесят человек из тридцати пяти стран. Первая фаза активного строительства лунной колонии не прекращалась вплоть до 2101 года. И только в XXII веке можно было с уверенностью говорить, что Луна человечеству покорилась. Лунные базы стали полностью автономными объектами. У российской стороны функционировало четыре корпуса, соединенных между собой прозрачными коридорными переходами. У США – всего один, зато самый большой на Луне. Сооружение напоминало гигантскую летающую тарелку.  Высотой в пять этажей над поверхностью и еще с тремя этажами, скрытыми от глаз в толще лунного грунта, американская станция пугала своими масштабами. А вот в китайской станции, напротив, удалось сохранить все национальные традиции. Три её модуля  отдаленно напоминали настоящий храмовый комплекс.
Де-юре станциями по-прежнему владели только три государства.  Однако повторюсь, говорить о том, что что-то оставалось китайским, американским или русским уже не приходилось. Деньги вкладывались под конкретные задачи и эксперименты крупнейшими экономиками мира. Все чаще деньги имели частную природу. Финансы стирали границы. Да и напрасно было считать, что колонизация Луны являлась проектом сугубо альтруистическим. И дело даже не в альтруизме или в его отсутствии. Наука наукой, общие блага общими благами, но на Земле о коммерческой выгоде вслух заговорили еще даже до первых полетов к спутнику. А для термоядерной энергетики нового поколения маячила необходимость добычи Гелия-3 прямо из лунного грунта. 
Переработка грунта между тем на Луне уже велась, но в скромных объемах, сугубо для обеспечения жизнедеятельности самих поселений. Из него получали кислород и воду. Кроме Гелия-3 транснациональные компании рассматривали в качестве лакомого бонуса  добычу железа, титана и алюминия на земном спутнике. Поэтому еще в 60-х годах XXI века руководители ресурсодобывающих гигантов запланировали на Луне строительство своих перерабатывающих заводов.
Аэрокосмомобилестроение в лице концерна «Дискавери», представлявшего традиционные бренды некогда элитных европейских автомобилей, подсчитало коммерческую выгоду и тоже заявило об участие в проекте колонизации. А все прогрессивное человечество, будто, только и ждало такого радикального шага. После огласки столь амбициозных планов многие производства, научно-исследовательские институты и независимые лаборатории, как один, высказались за перенос своих мощностей на Луну, поскольку их выплаты за экологический ущерб от деятельности на Земле в силу действия драконовских законов составляли астрономические суммы. Экономия, сами понимаете, выходила занимательная, а копейка всегда берегла рубль. Вот и представьте, какие посылы двигали крупнейшими организациями мира.
Планету от таких новостей охватила буря восторга, вылившаяся во всепланетные демонстрации и бесконечные признания в любви к природе. Ликовали все, кроме, наверно, многочисленных «зеленых организаций», вечно наживавшихся на страхах человечества, и немногочисленных скептиков, предвосхищавших провал всему, всегда и везде.
В 2089 году на Луне завершилось создание первых водородных реакторов для промышленных нужд. Спустя год  дорогу в жизнь получила разработка японских ученых. Уникальный  комплекс точечной гравитации  на ограниченном пространстве земного спутника позволил установить гравитационное поле с земной гравитационной постоянной. Благодаря этому событию было  принято решение о строительстве целого промышленного города в зоне «Колония-1», представлявшей собой внутреннее пространство между лунными базами. Строительство первого блока промышленной зоны завершилось спустя шестьдесят один год. Блоком это назвать было уже трудно. На Луне появился настоящий город, названный Эконометриксом-1. За годы строительства он разросся как вглубь, так и вширь в пугающих простого обывателя размерах. Со временем первый лунный город поглотил и первые лунные базы.
А тем временем новообразованная корпорация «Лунный минерал» начала на базе Эконометрикса добычу Гелия-3 уже в промышленных масштабах. Через несколько лет свои производственные мощности в городе прилунил и концерн «Дискавери». За ним последовали остальные производители, да так резво, что к 2250 году на Земле не осталось грязных промышленных производств. И только малочисленные ресурсодобывающие компании продолжали опустошать Землю.
Сама планета после нескольких тысячелетий гнета, наконец, выдохнула с облегчением. Началось её тотальное восстановление. Земля оказалась настолько исполосована людскими шрамами, что последствия деятельности homo sapiens еще долго проявлялись в её изуродованных экосистемах.
Луна луной, но на Земле не забывали и о Марсе, пилотируемая экспедиция к которому состоялась в 2062 году. Совместная российско-американская команда совершила три витка вокруг Красной планеты и вернулась на лунную орбитальную станцию. А через четырнадцать лет в 2076 году двадцать восьмого августа  нога землянина впервые в истории ступила на марсианскую поверхность. Первым «марсианином»  стал российский космонавт Сергей Горячев.  К сожалению, после ряда расчетов, полеты к Марсу странами «марсианского» договора прекратились вплоть до  2110 года, когда был построен новый космический корабль совместного использования. Это была первая полностью самостоятельная  разработка международного научно-производственного центра «Космос-3000», базировавшегося как на Земле, так и к моменту выпуска космического корабля – на Луне. Принципиально новый многоразовый летательный аппарат, мог свободно прилуняться  и взлетать с поверхности спутника с помощью собственных двигателей, затрачивая на это лишь десятую часть их мощности. После череды испытаний, он был представлен широкой публике непосредственными создателями технического чуда Олегом Брюхановым и Александром Гостевым на ежегодном аэрокосмическом фестивале.
Зрительский интерес к новой технике вылился в настоящий ажиотаж. И посмотреть, надо признать, было на что. Термоядерный двигатель корабля использовал в качестве топлива Гелий-3 и антивещество. Антивещество при аннигиляции со специально поданным в магнитную камеру газом давало стартовый разгон и разогревало двигатель до необходимой при термоядерном синтезе температуры, после которого запускался блок с Гелием-3.  Новый корабль, названный в честь первого космонавта и приуроченный к ста пятидесятилетию первого полета в космос,  «Гагарин-150» позволял сократить путешествия к Марсу до трех земных суток и многократно удешевлял сам перелет к планете.
Свой первый полет и посадку на Марс «Гагарин-150» совершил 12 апреля 2111 года, вылетев с площадки космической базы на Луне. Первый экипаж корабля был определен после строгого отбора из числа космонавтов специального марсианского отряда. Волей судьбы ими стали одноклассники создателей «Гагарина» Дмитрий Дробышев, Иван Тестов и Алексей Леонов. Втроем им удалось совершить ряд сложных экспериментов на красной планете и подготовить отчет о перспективах её колонизации.
Уже тогда все понимали, что массовая колонизация Марса оставалась лишь вопросом времени. Так считали многие эксперты, и с ними было трудно не согласиться. Ученые проводили расчеты, экономисты подсчитывали затраты, а инженеры во всю готовили модули первой базы. Их планировалось разместить в долине Маринера в северной части Лабиринтов Ночи. База по автономности заметно отличалась от своих лунных вариантов, поскольку на Марсе в силу наличия, пусть и слабой, но атмосферы наблюдались пыльные бури, способные похоронить под слоем песка солнечные батареи. Поэтому модули базы снабжались небольшими термоядерными установками. При этом на постое у колонизаторов должен был оставаться один из кораблей, который в случае возникновения нештатных ситуаций, мог эвакуировать людей на орбиту.
Проект по своему масштабу и стоимости стал самым дорогим в человеческой истории. По сути, его реализация висела на волоске, но договор «О совместном изучении и освоении территории Марса», объединивший двадцать крупнейших мировых экономик, позволил снять экономическую нагрузку, которая преследовала национальные космические агентства при лунной гонке. К договору примкнули и частные инвесторы. Транснациональные инвестиционные корпорации и ряд крупнейших банков выделили баснословную сумму на стартовавший проект, благодаря чему после череды многолетних испытаний 26 июня 2115 года первые марсианские модули совершили мягкую посадку на поверхности красной планеты.
А на Земле тем временем в своих фантазиях пошли еще дальше. Ученые, не стесняясь в выражениях, заговорили о некогда утопичных идеях терроформирования планеты. Проекты посыпались один за другим. Но по сути все свелось к тому, что колонисты должны были подготовить и провести большую работу по выявлению перспектив «оживления» Марса. Существовало несколько проблем препятствующих такому процессу: слабое магнитное поле, слабое давление у поверхности, экстремальные температуры и неясность в возможности  использования почвы для выращивания растений. Последним  и должны были заняться люди на планете. Остальные барьеры, прежде всего финансовые, взялась разрушить международная организация «Живой Марс», основанная космическими агентствами стран участниц «марсианского» договора и все теми же частными корпорациями, распространявшими свои аппетиты все дальше вглубь космоса.
Пусть Марс и осваивался неспешными шагами, но модули разрастались, соединялись, совершенствовались. Появлялись здания на свайных фундаментах. Строения уходили все глубже под марсианскую поверхность. Население  Марса росло ежемесячно.  На Земле проводились бесконечные и повсеместные митинги в поддержку освоения Красной планеты. Пресса для этого явления придумала даже  специальный термин – «красная лихорадка». Сотни тысяч волонтеров были готовы вступить в ряды добровольцев-строителей нового дома для землян. Компаниям, спонсировавших данный проект, было выгодно нанимать энтузиастов, готовых трудиться фактически за еду.
Луна в отличие от Марса поначалу оказалась более закрытой для людей. Двери свои она распахнула только для специалистов, рабочих и ученых. На долгое время спутник Земли стал секретной лабораторий, промышленной зоной, ресурсной базой землян. Соответственно и отбор на лунные работы был очень строгим и проводился в несколько этапов. Отобранные работники попадали под действие программы по защите информации, грозившей «болтунам» реальными тюремными сроками на все той же Луне.  Но ради заработка люди соглашались, давали присягу, подписывали документы о неразглашении. Для многих такая игра стоила свеч.
К 2130 году на Марсе завершился первый этап освоения планеты. На красном от избыточного оксида железа грунте планеты вырос первый город, который был рассчитан на проживание в нем до пяти тысяч человек. Больницы, школы, детские сады, гостиничный комплекс, библиотеки, спортзалы, кинотеатры и торговые площади, – все это располагалось частично под поверхностью, частично на поверхности планеты в монолитных, хорошо защищенных зданиях. 
Главной ценностью города, названного без особых раздумий Аресом, были научные лаборатории. Все свои силы инвесторы вложили в светлые головы ученых, от которых требовалось вывести людей на поверхность Марса. Для бесперебойного функционирования Ареса, на марсианской орбите построили станции – своеобразные перевалочные пункты, склады провизии, топлива и оборудования. Легкие космолеты, в простонародье спэйскэбы, и аэромобили (флайкары), заменившие привычные для начала XXI века автомобили на Земле, стали настоящей находкой для Марса. Благодаря своей дешевизне и простоте в эксплуатации они с легкостью ветра позволяли добраться в любой уголок планеты или отправиться на орбиту к перевалочным станциям.
На Луне к этому моменту на постоянной основе трудилось в десять раз больше людей, чем на Марсе. В 2140 году Эконометрикс приобрел свой окончательный облик. Однако «луняне» и не думали отдыхать. Рабочие заложили строительные площадки под  еще три промышленные зоны, еще три города на спутнике Земли. Программу распланировали на сто двадцать пять лет вперед.
Следующий город, Экономитрикс-2, стал копией первого лунного мегаполиса. Проектировщики учли некоторые ошибки прошлого и внесли небольшие изменения, которые улучшили условия проживания  рабочих в городе. Хотя по сути дела все улучшения коснулись лишь перепланировки общежитий в отдельные квартирные комплексы. Других отличий не наблюдалось: все та же серость и бесконечные транспортные туннели, которыми был изрыт город.
Одновременно со вторым городом возводился и третий. Эконометриксу-3 отводилась роль лунной научной лаборатории. Город еще до открытия стал режимным и засекреченным объектом, а после так и вовсе превратился в чертог таинственности и безмолвия. Ни один случайный человек не мог попасть в логово научных исследований. Что творилось за его стенами, было известно только тем, кто пребывал внутри. И неизвестность порождала настоящий страх. За пределами города возникали всевозможные слухи о тайных экспериментах, угрожающих всему человечеству. С уст обывателей такие заявления быстро перемещались в колонки газетных статей, написанных озабоченными на сенсации журналистами с обязательным употреблением расхожей фразы «по заявлению авторитетного источника».
 Первые три города, разросшиеся до немыслимых пределов, вытеснили с Земли любое мало-мальски незначимое для каждодневного потребления производство вместе с научными и лабораторными исследованиями необразовательного толка. Ко всему прочему многие университеты захотели иметь свои представительства на земном спутнике. А многие фирмы так и вовсе посчитали, что офис на Луне был показателем престижа и успешности. Именно вопрос престижа и стал отправной точкой для строительства четвертого Эконометрикса. Городу пророчилась судьба лунного Эдема с офисами, гостиничными комплексами, торговыми и развлекательными центрами и, конечно, казино. Но главной его изюминкой должен был стать выходящий на поверхность огромный, площадью  около двадцати тысяч км2  и высотой до трех километров, прозрачный купол из новейшего материала – стекло-титана, который был способен выдержать даже небольшую метеоритную атаку. Однако безопасность на крепости купола не заканчивалась. По его периметру планировалось построить станции слежения за метеоритным потоком, шахты ракетных установок и лазерных пушек. Все, что угрожало городу из космоса, подлежало немедленной ликвидации.
Проект стартовал резво и расположил к себе даже самых закоренелых скептиков, поскольку это было единственное место на Луне, где не действовал режим секретности. Он подкупал своей амбициозностью, но самое, пожалуй, удивительное в его реализации заключалось в том, что под куполом Эконометрикса удалось воссоздать  земной природный ландшафт. Реки, бесконечные озера, болота, непроходимые леса, спорящие за территорию с бескрайними степями, прерии, саваны – пестрота природного разнообразия на замкнутом пространстве радовала глаз подобно калейдоскопу. Система искусственного климата имитировала земные осадки и поддерживала необходимую температуру. И вся эта красота была усеяна жилыми комплексами для богатых и очень богатых людей. Все, что имело престиж, имело и соответствующий денежный эквивалент.
 Четыре Эконометрикса, соединившись туннелями с курсирующим между городами скоростным метро, почти полностью охватили территорию моря Спокойствия. Житель Земли в 2265 году в ясную лунную ночь мог воочию наблюдать огни лунных городов и яркую кляксу купола Жизни, названного так по весьма и весьма объективным причинам.
А вот сама Земля XXII век проживала весьма контрастно. С одной стороны были технологические прорывы, успехи в производстве, восстановлении экосистем, решении демографических проблем и проблем продовольствия. С другой – бесконечные политические кризисы, терроризм,  локальные войны на фоне религиозных, этнических и территориальных споров.
Но планета дышала полной грудью и, не смотря на все минусы своего времени, напоминала гигантский муравейник. На Земле остались только сельскохозяйственные угодья и производства повседневного спроса. Численность населения достигла тридцати миллиардов человек, из которых пять миллиардов были постоянно подключены к виртуальной реальности. Однако места хватало всем. Картина любого мегаполиса и гидрополиса зачаровывала своим масштабом: гигантские небоскребы из стекло-титана и сплава Гаррисона (особого сплава металлов, отличавшегося прочностью и долговечностью), курсирующие между ними спэйскэбы и флайкары, бесконечные парки и скверы.
Естественный прирост населения планеты удалось снизить до минимума благодаря строжайшим законам, за ослушание которых выносились судебные приговоры с отправкой на исправительные работы на Луну и принудительной стерилизацией. Разрешение иметь детей  семьи получали по специальным сертификатам, в которых указывался необходимый пол ребенка, цвет глаз и все, что хотели бы будущие родители. Планирование семьи происходило под сто процентным контролем науки. Данное мероприятие проводилось в рамках конвенции ООН, подписать которую в условиях катастрофического перенаселения Земли согласились все страны-участницы организации. Естественно войны и конфликты, неожиданные эпидемии неизвестных болезней вносили коррективы в эту программу, но численность населения к 2200 году стала расти в среднем  не более чем на  сто тысяч человек в год.
Что касается политики, то она не просто тонула, она захлебывалась в грязи. Политические игры порождали зло планетарного масштаба. Политики не стеснялись применять черные технологии в своих закулисных разборках. Испачкавшись по уши, руководители большинства стран мира настолько обезличились, что походили друг на друга, как две капли воды. Правительства утопали в двойных стандартах и лжи. Каждый второй государственный менеджер имел огромную долю в крупных финансовых проектах. По сути дела их правление представляло собой лишь лоббирование собственных интересов. Политика превратилась в фарс, нередко напоминавший театр абсурда. И его подмостки не менялись уже вторую сотню лет. Это были или небогатые страны, в которых население легко поднималось на очередную революцию, гражданскую войну, или внутренняя арена, где приходилось «воспитывать» сознание своих соотечественников.
Апогеем политического беспредела стал 2203 год. В июне того года на специальной встрече большой тридцатки стран был подписан меморандум о намерениях. В нем был отмечена необходимость разработки ряда  конвенций,  закрепляющих правила торговли существующими образцами оружия или технологиями по его производству.
 И надо отметить, что необходимость в данном документе возникла острая. К XXIII веку на земле скопилось изрядное количество уникальных вооружений, а список разработок тянулся на столетия вперед. Здесь и лазерные, плазменные, термоядерные средства поражения, и кибернетические механизмы, и микроскопические электронные средства шпионажа. Откровением для всего мира стал рассекреченный доблестными хакерами  проект «Железная хватка», объединивший военные ведомства ряда стран. По обнародованным данным стало понятно, что группе ученых удалось изобрести жучки, размером всего несколько десятых нанометра, которые при проникновении в организм человека были способны подключаться к его нервной системе, подавляя волю и разум. С помощью крошечного пульта зараженный «железной хваткой» человек становился настоящей марионеткой, оживающей в ловких руках кукловода.
Разразился нешуточный скандал. Его-то и решили сгладить принятием конвенции. Однако спустя два месяца на конференции «Мир без оружия», где и планировалось продолжить переговоры по её разработке, случился очередной дипломатический конфликт. США и Великобритания отказались участвовать в переговорах и заявили о прекращении сотрудничества в рамках рассекречивания военных технологий. В ответ на это Китай спустя всего три часа объявил о заключении соглашения с крупной высокотехнологичной компанией «Наноэлекрик», имевшей независимые армейские разработки. Америка предъявила Поднебесной трехдневный ультиматум, главным условием которого был отказ от такого рода сотрудничества. Дипломаты ссылались на запрет ООН от 2157 года, в котором четко прописывалось недопущение участия в ВПК государств транснациональных компаний. В случае отказа США не исключали военной спецоперации в отношении «Наноэлектрик».
Не трудно было предположить, что мешало странам договориться. Ходили активные слухи, что после успехов в космосе многие Правительства задумали новые колониальные войны, теперь уже за пределами земной орбиты. Дающие прибыль города на Луне, активно осваивающийся Марс не давали покоя многим политическим лидерам. Мир за земной орбитой не имел границ, но владеть им, ни с кем не делясь, хотелось всем и каждому.
Поскольку штаб-квартира «Наноэлектрик» располагалась в ЮАР, для возникновения очередного локального военного конфликта, казалось бы, не было никаких помех. Однако на угрозу военного вмешательства болезненно отреагировал сам Китай, обвинив Америку и Великобританию в двойных стандартах, и пригрозил началом войны  уже непосредственно своим обидчикам. Мир угодил в глобальный политический кризис, сравнимый по накалу разве что с Карибским противостоянием 1962 года.
Европейские дипломаты сумели вовремя вмешаться в активно развивающиеся события и предложили заинтересованным сторонам «перестать рубить с плеча» и на холодную голову сесть за стол переговоров. Российский МИД пошел дальше и согласовал с политическими оппонентами срок проведения мероприятия. Население всего мира в одночасье оказалось на улицах городов, слившись во всепланетной антивоенной демонстрации. Для того чтобы успокоить людей, переговоры пришлось сделать открытыми. Их планировалось транслировать на огромных экранах во всех мегаполисах земного шара. Собственно сами переговоры были назначены на конец августа и должны были стать самой массовой телетрансляцией в истории человечества.
27 августа 2203 года в десять часов утра по Гринвичу на всех уличных экранах крупнейших городов планеты появились серьезные лица хмурых дипломатов и руководителей стран. Улицы замерли в ожидании развязки. Два часа миллиарды людей с напряжением вглядывались в выражения лиц, вслушивались в интонации голосов, доносившихся с экранов. Но к полудню произошло нечто неожиданное. Американский президент вдруг кивнул головой и перед ним на столе оказался металлический кейс. Председатель коммунистической партии Китая отреагировал на редкость скоро, повторив движения оппонента, будто под копирку. Все это напоминало плохо срежиссированный спектакль. Руководители двух стран, не слушая друг друга, повторяли, чуть ли ни слово в слово, о невозможности поддержания мира. В конечном итоге после нескольких минут демагогии они объявили о немедленной атаке территорий противника. Политики потянулись к кейсам, а на улицах городов взвыли сирены. Людей, неотрывно смотревших на экран в надежде на лучшее, в секунду охватила паника. Такой беспомощности Земля еще не видела. Рыдания и крики слились в едином призыве о помощи. Люди бежали, сталкивались, топтали друг друга и снова бежали. Куда, зачем, мало кто отдавал себе отчет. В приступе агонии человечество потеряло рассудок. Планету охватил хаос.
Но  вдруг вой сирен смолк, а китайский и американский лидеры замерли, так и не коснувшись своих ядерных чемоданчиков. На экранах крупным планом появилось лицо российского президента. Он сидел неподвижно, иронично улыбался, как будто видел отчаянье каждого жителя планеты. Паника прекратилась, и люди недоверчиво замерли. Голос президента, серый, лишенный интонации, прогремел над городами, погрузившимися в гробовую тишину. Голос его продирал до мозга костей, заставлял вздрагивать от каждого произнесенного слова:
- Обернитесь. Оглядитесь. Вы все мертвы. Мертвы, потому что ваш старый мир прекратил свое существование. Секунду назад его стерли с лица Земли погрязшие в алчности и грязи политиканы. Ради собственных выгод они готовы были уничтожать государства и переписывать историю. Посмотрите на них, - на экранах появились лидеры Америки и Китая, - ими правят не закон и порядок, а бухгалтерская книга. Они не остановятся ни перед чем, лишь бы отстоять свои интересы. Вы для них расходный материал, годный решать лишь скоротечные задачи. Вы – всего лишь издержки на пути их конечных целей, - камера снова показала российского президента, - каждый из них одинаково безлик и убог. И если вы думаете, что я – ваш спаситель, вы ошибаетесь. Я такой же, как и они. Мы заставляем  вас верить в ту истину, которая нужна нам. Это мы загнали вас в петлю, искусно нами  же и созданную. Это мы привели мир к катастрофе. И только они смогли нас остановить.
Президент замолчал, и на экранах появилась эмблема уже забытой всеми организации «Мир без границ». Через мгновение кадр сменился, и перед взором многомиллиардной толпы возник седовласый мужчина средних лет. Он и продолжил:
- Меня зовут Жан Мишель Вальян. Я – руководитель организации «Мир без границ». Вы только что увидели генеральную репетицию того, что может произойти с вами в любую секунду. И так будет продолжаться до тех пор, пока наш мир не изменится. Мы позволили себе лишнее, чтобы вскрыть нарывавшую рану и дать гнили выйти наружу. И теперь я зову всех вас в новый мир, мир без границ. Мир, где нет войн. Мир, где царит закон и порядок. Мир, в котором хочется жить!!!
Люди, как зомбированные, неотрывно слушали его речь в течение следующего часа. Оказалось, что все эти годы организация находилась в подполье и ждала возможности освободить, спасти человечество. Возможность такая появилась вместе со слухами о проекте «железная хватка». Сидеть, сложа руки, подпольщики больше не имели права. Пробную партию жучков выкрали и вместе с инъекциями запустили в кровь всех мировых лидеров. Как оказалось, это было сделано вовремя, потому что последний конфликт мог привести человечество к Апокалипсису. Организация «Мир без границ» (МБГ) оказалась в нужное время и в нужном месте, как и подобало настоящим героям.
В тот же день на зданиях правительств большой тридцатки стран  были вывешены флаги МБГ. По всем доступным средствам вещания дикторы объявили о проведении всепланетного референдума, на котором стоял только один вопрос – создание Земной Конфедерации. Армии и флота большой тридцатки присягнули на верность Жану Мишелю Вальяну, как единственному источнику легитимной власти на планете в период смутного времени.
Нетрудно было догадаться, как после пережитого отчаяния голосовали люди. Абсолютное большинство высказалось за создание Конфедерации. Надо отдать должное и мудрости Вальяна, который сразу объявил, что передел собственности и финансов в Конфедерации не планировался. К тому же национальные правительства он хотел задействовать в роли местных органов власти, а руководители стран участниц Конфедерации автоматически должны были занять половину мест в Сенате – будущем органе законодательной власти. МБГ же выступал в качестве переходного правительства до формирования выборных политических институтов. В довершении ко всему Вальян пообещал уйти из политики сразу после перехода власти от временного правительства к правительству Конфедерации. 
Для всех несогласных с решениями референдума были созданы специальные резервации в Средней и Юго-Восточной Азии, Австралии, Южной Америки и Восточной Сибири. Эти пять кластеров, площадью с крупное Европейское государство каждый, были отданы на откуп всем тем, кто не желал мириться с новым миропорядком. Туда же сослали наиболее дискредитировавших себя политиков старого мира. Кластеры окружили эшелонированной границей, пройти которую можно было бы только через специальные стационарные посты.
Свой первый указ у руля временного правительства  Вальян посвятил всем несогласным. Резервации согласно подписанному им документу должны были снабжаться продовольствием за счет Конфедерации в течение тысячи лет, либо до тех пор, пока на их территориях не осталось бы людей, несогласных жить в новом мире. 
В 2204 году прошли первые выборы в Сенат, после чего было сформировано первое мировое правительство. Вальян сдержал слово и передал власть выбранному Сенатом президенту Конфедерации. Он поселился на острове Святой Елены, где и прожил до глубокой старости, проводя все свободное время за написанием мемуаров о своей жизни и борьбе.
Так на Земле произошла самая масштабная политическая  реформа за всю историю человечества. Она сформировала новый облик Земли и стала её олицетворением на долгие века. Естественно новый порядок устроил не всех, и в первую очередь политиков-изгоев. В пределах резерваций они образовали Союз независимых территорий и при активном бездействии Конфедерации занялись нескончаемой агитационной борьбой за возращение старого миропорядка. Конфедерация закрывала глаза на все потуги резерваций повернуть события вспять, а Сенат и не думал голосовать за военную интервенцию против новообразованного союза. Более того, сенаторами был принят закон, по которому ни один военнослужащий Конфедерации не мог ступить на территорию резерваций. Люди, почувствовавшее столь близкое дыхание смерти, воспринимали такие шаги новой власти с нескрываемым ликованием. Мир, пускай и временно, был полон любви и надежд на будущее. И  в таких тепличных условиях человечество вновь устремило свои взоры  на созидание.
Земные проблемы никак не коснулись космических колоний.  В строящихся городах новости с Земли приняли абсолютно спокойно и где-то даже с воодушевлением. Для тех, кто покорял Луну и Марс, было и без того понятно, что, объединившись, человечество могло достичь гораздо большего, чем уже достигло. И уже, поэтому колонисты голосовали за создание Конфедерации.
 В 2265 году на Луне были окончательно достроены Эконометриксы. Население земного спутника приблизилось к одному миллиону человек. И это был далеко не предел. Впереди открывались новые возможности. После запуска генераторов станций искусственного гравитационного поля, была решена еще одна проблема комфортного пребывания человека на Луне.
На спутнике Земли закладывались новые города, и вместе с великой стройкой неспешно наступил 2300 год. Оковы секретности пали, Луна открыла свои двери всему человечеству. Стали осваиваться огромные территории лунных морей. Мунчестер, Мун-Йорк, Лунный Новгород – новые поселения росли как на дрожжах. К 2600 году в море Дождей появился огромный мегаполис, ставший столицей земного спутника. Его нарекли Авалоном, и по своей красоте он вряд ли уступал какому-либо земному городу. Скорее, наоборот, лунная столица была неземной красоты. В Авалоне гений архитектуры и технологий слились воедино. Огромные купола из стекло-титана сменялись устремлявшимися в темную пустошь космоса башнями исполинских небоскребов.  Парки, зависающие над поверхностью Луны, чудные ландшафты «ожившего» спутника, огромный подземный мир – увиденное чудо пленило человеческий разум. Город мечты, очередная попытка воссоздать сказочный Эдем.
А вот марсиане во второй половине XXIII века продолжали ютиться в крошечном, но уютном Аресе. Хотя это был полностью осознанный шаг. На самом деле активное строительство на Марсе велось, но его акцент сместился с создания городов на создание станций для терраформирования планеты. Такие станции напоминали донжоны средневековых замков. Многие из них были обитаемы, поскольку для их эксплуатации требовался постоянный контроль человека. Ведь роль этих станций было трудно переоценить. На начальном этапе проекта они должны были производить фреоны, перфторуглероды, хлорфторуглероды и прочие запрещенные на Земле соединения  для создания в атмосфере Марса парникового эффекта. Так планировалось увеличить температуру на планете. На следующем этапе станции переориентировались бы на генерацию чистого кислорода, а на последнем –  башни специализировались бы на очистке атмосферы от ненужных и просто вредных для человека компонентов.
Параллельно реализовывался еще один амбициозный проект. На марсианских полюсах были заложены огромные электромагниты, благодаря которым колонисты впоследствии запустили искусственное магнитное поле Марса.
К 2298 году в парниках, созданных в «пригороде» Ареса, были проведены многочисленные успешные опыты по очищению грунта от вредных перхлоратов и высажена целая оранжерея земных растений. Так появилась первая экосистема на красном грунте Марса.  А в 2334 году произошел запуск станций, активировавших искусственное магнитное поле планеты. Человек на Марсе мог больше не бояться солнечной радиации.
С постепенным запуском станций, вырабатывающих парниковые газы, дневная температура в экваториальной части планеты достигла стабильных 15-20 Со. На поверхности все чаще стали появляться источники жидкой воды. 
После этих успехов началась подготовка к самому трудному и опасному этапу терраформирования. И для его осуществления активно развивалась орбита Марса. Строительство огромного количества станций привело к созданию целой околомарсовой орбитальной промышленной зоны. Но человечество по-прежнему нуждалось в новых ресурсах. И к 2386 году на специальных площадках, густо опоясавших красную планету, были построены десять транспортных кораблей системы «Ньютон». Обладая возможностью гравитационного захвата, они могли  подбирать огромные космические объекты и транспортировать их на необходимое расстояние.
На подходе у ученых значились орбитальные станции «Эйнштейн», способные удерживать в своем гравитационном поле все, что доставляли бы им «Ньютоны». Например, астероиды из одноименного пояса. Ведь так открывалась возможность для новой эры добычи полезных ископаемых. Такой способ разработки необходимых человечеству ресурсов становился по-настоящему революционным.
Но для разведки и создания точных карт астероидов требовались соответствующие возможности, поэтому зеленый свет получила разработка небольших беспилотных кораблей-разведчиков. Массовость проекта привела к тому, что к концу века Солнечную систему в поисках нужных человечеству ресурсов бороздили уже сотни таких разведчиков.
 Реализованные проекты стали итогом ни одной сотни лет бесценных исследований. Но для Марса главным явилось то, что в поясе Койпера разведчики обнаружили газовые астероиды, состоящие из замерзшего азота. А так как азот был главной проблемой на пути к созданию нормально функционирующей атмосферы планеты, то таким образом отыскивался ключ к её решению. Десять  кораблей-транспортников отправились на задворки солнечной системы, и в 2397 году первые азотосодержащие астероиды оказались на орбите Марса. Там их начинили взрывчаткой и обрушили на поверхность планеты.
За месяц до случившихся событий с Марса эвакуировали население  Ареса. И, когда все было готово, грандиозная картина рукотворной планетной катастрофы стала транслироваться на Луну и на Землю в прямом эфире. Огромные столбы  пылегазовой смеси взмыли в атмосферу Марса, высвобождая колоссальное количество энергии.
Оценить последствия бомбардировки полностью удалось лишь спустя пять лет, когда на планете окончательно рассеялись пыль и пепел. Марс перед человеческим взором предстал совсем в другом свете, вернее даже в цвете. Бескрайние северные территории оказались во власти океана, омывающего ледяной панцирь северного полюса. Крохотный закрытый океан плескался в  бассейне Эллады. По руслам рек неслись нескончаемые потоки воды. Но главное изменилась атмосфера. Она стала земной. Облака, циклоны, грозы и молнии, снега и дожди. Всего было в изобилии. Даже привычные красные цвета Марса смягчились синевой воздуха. Но венчал эти метаморфозы, подчеркивая свое величие, столп Олимпа, частично скрывшийся под шапкой ледника. Так 2402 год стал годом оживления красной планеты.
Все пять лет после бомбардировки на Марсе продолжали нести вахту отважные сотрудники станций и мэрии Ареса. Немногочисленные корабли спускались  в бушующую стихию, чтобы сменить штат людей и пополнить запасы провианта. Бомбардировка разогрела температуру на поверхности до сорока трех градусов. За счет взвешенных частиц она стала падать, приблизившись к 2403 году к оптимально похожей на земные показатели. В 2405 году атмосфера Марса разнилась с земной атмосферой только содержанием кислорода. Но уже это позволило первому человеку ступить на поверхность красной планеты без скафандра, надев на лицо лишь кислородную маску.
Как только прекратили свирепствовать песчаные бури, все функционирующие на планете станции переориентировали на насыщение атмосферы кислородом с последующей её очисткой от вредных примесей.
А люди бесконечной вереницей космических караванов  потянулись обратно в Арес. К 2415 году полностью сформировалась атмосфера Марса, а его  океаны и моря приобрели окончательные очертания. В том же году состоялось еще одно знаменательное событие – первый человек вышел на поверхность планеты без специальных приспособлений. Спустя всего несколько часов уже тысячи волонтеров сажали деревья  и сеяли травы, наслаждаясь видом водной глади долины Маринера.  Сажали, прежде всего, яблони, отдавая дань памяти великому Рею Бредбери.
В 2430 году в Аресе появились дома земного типа, а вслед за этим на карте Марса стали возникать и новые города. Этому поспособствовал запуск системы планетарной гравитации. Теперь равенство g=10м/с2 было актуально не только для Земли и частично для Луны, но и для Марса. На планету, как ковчеги, устремились корабли с земной флорой и фауной. Уже в течение следующих двухсот лет на Марсе зазеленели сады и леса, устремляя шелестящие изумрудные кроны деревьев ввысь, выросли многочисленные города и деревни, появился разнообразный животный мир. Младший брат, как любовно окрестили планету сами марсиане, стал копией своей сестры-соседки. В 2670 году планета приняла свой окончательный облик, а её население к этому времени перевалило за миллиард человек.
Но Марс в отличие от Луны изначально рассматривался человечеством как второй дом. А вот Луну люди нещадно эксплуатировали, кромсая ее бесконечными тоннелями шахт и открытыми разработками. Но поскольку ресурсы и только ресурсы были движимой силой всех начинаний, то ограниченную добычу полезных ископаемых разрешили и на Марсе. Однако планету от тотальной ресурсной экспансии спасли станции переработки астероидов. В 2410 году усилия конструкторов по строительству станций «Эйнштейн» завершились успехом. К 2567 году на орбите планеты таких объектов числилось больше тысячи. Спустя десятилетия  уже беспилотные самодостаточные станции поколения «Эйнштейн-2» и «Эйнштейн-3»  работали во всех уголках Солнечной системы.
Так уж повелось, что долгие годы внимание человечества было приковано к Луне и Марсу.  Здесь Вам и строительство городов, и оживление планеты. Терроформированный Марс на какое-то время вообще  затмил умы землян. Все вдруг резко захотели сменить прописку и стать марсианами. И даже «лунный тренд» стал неактуальным. Однако ученые мужи не дремали. Каждый новый день пытливые умы искали возможности открыть, получить и достичь чего-то нового. Их взоры всегда были обращены дальше, чем мог себе представить даже самый искушенный обыватель. А ведь помимо Марса и Луны ученые на полном серьезе рассматривались возможность колонизаций других планет или их спутников. В этом фантастическом списке на первом месте числилась, несомненно, Венера.
Планета, которая была источником вдохновения для бесчисленных поколений исследователей космоса прошлого, стала главным разочарованием для ученых и простых любителей XX века, когда выяснилось, что подходящих условий для развития жизни на Венере не было и быть не могло.
А условия, надо бы напомнить, еще те неподходящие.  Все было против терраформирования Венеры: атмосфера, разогретая почти до пятисот градусов по Цельсию, давление, приближающееся к ста атмосферам, ураганные ветра со скоростью более ста метров в секунду, отсутствие воды в жидком виде и  совсем малое количество водяных паров, плотные кислотные облака, не пропускающие солнечный свет, – вот такой нелицеприятный портрет планеты. Уж, если, где и задумывался ад, то там ему было самое место.
Однако время не стояло на месте. Когда-то разрушился миф о невозможности жизни на Марсе, вот постепенно начал разрушаться и еще один. Венера  в перспективе уже не казалась такой неприступной для человека.
В 2487 году на орбите Венеры были построены орбитальные станции новой формации. Восемь объектов, размещенных на равных расстояниях от планеты, вписали Венеру в виртуальный куб. В том же году на базе этих строений была запущена система «Щит».  Куб перестал быть виртуальным. Между станциями по образованным ими плоскостям было пущено электромагнитное поле. Плоскости куба заполонили миллиарды мельчайших светопоглощающих частиц. Программированные устройства, образовав экран, стали собирать «лишнюю» энергию Солнца и передавать ее на станции. Там энергия светила преобразовывалась в электрическую, с помощью которой объекты «Щита» и поддерживали свое автономное существование.
Прелесть данной конструкции заключалась в том, что она не препятствовала свободному перемещению сквозь экраны. Запуск «Щита» с его возможностью изменять плотность светопоглощающего слоя частиц позволил за десять лет остудить планету до приемлемых пятидесяти градусов по Цельсию, что в условиях снизившегося давления позволяло оставаться в жидком агрегатном состоянии главному источнику жизни – воде.
На следующем этапе масштабных преобразований была испытана «гравитационная» пушка. Данные агрегаты стали устанавливаться на грузовых кораблях, которые использовали для поиска и транспортировки астероидов, в дополнение к существующей системе гравитационного захвата. В 2515 году с помощью данной разработки на Венере провели операцию «Океан». На орбиту планеты с пояса Койпера транспортные корабли доставили тысячи ледяных глыб, а с помощью гравитационных пушек провели управляемую бомбардировку Венеры. Расчет был прост – раскрутить планету и наполнить её необходимой для терраформирования водой.
Хотя результата  пришлось ждать долго, как показало время, он превзошел все ожидания. Огромные низменные участки рельефа заполнили океаны. Теперь они омывали материки Афродиту, Иштар и Ладу. Венера повсеместно парила, охлаждая свою кору. Спустя целую космическую эпоху, прямые солнечные лучи достигли её поверхности. Огромное светило сменялось светом ярких звезд на удивительно ясном ночном небе каждые двадцать четыре часа. После массированной бомбардировки сутки на Венере сократились до двух земных.
Бесконечные каменные пустоши, мелкий песчаник, сменяющийся огромными каменными глыбами, - таким предстала Венера взору первого человека, ступившего на поверхность планеты в 2540 году. С его шагами начался новый этап оживления планеты. Работы было много, но марсианский опыт предсказывал хорошую развязку этой фантастической истории.
По аналогии с Марсом на Венере построили многочисленные станции по формированию жизнеспособной атмосферы. В гидросферу планеты ученые выпустили миллионы генетически модифицированных и роботизированных хлорелл. Миру продемонстрировали  один из первых успешных в столь крупном масштабе опытов симбиоза кибернетики и биологии. Каждый отдельный организм представлял собой сожительство двух несовместимых начал: процессора, который отслеживал параметры окружающей среды, и водоросли, на активность которой и воздействовал кибернетический мозг хлореллы.
После попадания в атмосферу Венеры микроорганизмы стали активно поглощать преобладающий в ней CO2 и вырабатывать кислород. Параллельно  с ним заработали первые атмосферные станции. Поверхность планеты усеяли семенами и спорами приспособленных под суровые условия жизни растений. Первые всходы не заставили себя долго ждать. Венера начала зеленеть.
В 2573 году атмосфера планеты вполне себе соответствовала земной. Условия жизни на Венере оказались гораздо комфортней, чем на Земле, и уж тем более на Марсе. Среднегодовая температура благодаря орбитальной системе «Щит» замерла на двадцати трех градусах по Цельсию. Венера стала планетой-курортом для всего человечества.
В этом же году люди впервые смогли выйти на ласковый венерианский воздух без индивидуальных средств защиты. Начался последний этап преобразований. Как и на Марсе,  на ожившей планете стали активно возводиться  города и преобразовываться ландшафты. Закончилось терраформирование коррекцией гравитации, и лишь после этого Венера распахнула двери для всех желающих.
Стремительный этап возведения городов завершился в 2626. В числе первых числились настоящие города-оазисы: Вера и Надежда на материке Афродита, Любовь - на Ладе и Радость - на Иштаре. Люди не стали отходить от традиции называть венерианские объекты исключительно женскими именами и дали городам пусть и простые, но столь теплые имена. Люди с большим энтузиазмом переселялись на Венеру. И в 2800 году население планеты «внезапно» достигло двух миллиардов человек, продолжая неуклонно увеличиваться.
На Венере человечество и не думало останавливаться.  С тем же успехом люди колонизировали и Меркурий. До терраформирования дела не дошло, но технологиями ученые воспользовались сполна. В точке Лагранжа между планетой и Солнцем была установлена система, уже опробованная  на Венере.  Чуть упрощенный «Щит» стал защищать рабочих, которые несли тяжелую вахту на полуавтоматических станциях ресурсодобывающей отрасли промышленности Конфедерации.
 Точки Лагранжа в системах Земля-Солнце, Земля-Луна, Земля-Марс, Земля-Венера, Марс-Солнце и Венера-Солнце стали использоваться властями Конфедерации под военные и полицейские станции, станции технических и спасательных служб. На Цецере Министерство связи установило мощный ретранслятор и десяток коммуникационных устройств, которые обслуживал персонал всего из двух человек.
Во второй половине третьего тысячелетия началось активное изучение и освоение спутников планет-гигантов. Европу долго, но безрезультатно исследовали на предмет наличия жизни. Ио стал третьим крупным объектом солнечной системы, который, защитив от радиационного фона Юпитера, использовали в качестве сырьевой базы человечества. Та же участь постигла собственно и «безжизненную» Европу. А на очереди выстраивались новые перспективные объекты для изучения или получения ресурсов.
В начале четвертого тысячелетия Солнечная система стала вполне привычной средой обитания человечества. Вперед манили новые горизонты – межзвездные экспедиции. Жители Конфедерации были лишены информации об этой стороне освоения космоса.  Да и на фоне больших строек на планетах перспективы полета к другим звездам казались людям не актуальными. Лишь на уровне слухов сообщалось о том,  что начиная с 2395 года, первые беспилотные корабли-разведчики отправились изучать ближайшие звездные системы.
О результатах  полетов власти умалчивали вплоть до 2932 года, и продолжали бы молчать, если бы в СМИ не промелькнула информация о создании новых космических кораблей системы «Эпоха» для исследования дальнего космоса. Они имели принципиально новые технические решения в своей конструкции. Поглощающее и рассеивающее тепло покрытие позволяло кораблю не разогреваться во время полета. Четыре гибридных анигиляционнотермоядерных двигателя впервые в истории позволили человечеству достичь скорости света. Сильные маневровые двигатели способствовали легкой управляемости. Защитное поле препятствовало бомбардировки корпуса космическим мусором. Новейшая система навигации, основанная на данных за почти пятисотлетнюю историю беспилотных полетов, позволяла легко ориентироваться в межзвездном пространстве.
Эпоха и внешне отличалась от всего, что было создано руками человека до этого времени. Уже название подводило определенную черту, переступить которую и смог новый корабль. Он представлял собой вытянутую четырехблочную конструкцию и по форме напоминал стрекозу летящую задом вперед. В  ее передней наименьшей части – мачте «А» – располагался экипаж. В следующей – мачте «Б» – находился транспортный отсек. На мачте «С» – самой вместительной части корабля – хранились запасы термоядерного топлива, магнитные ловушки для антивещества и установки по его воспроизводству и захвату. На мачте «Д» были установлены четыре маршевых двигателя, способных разогнать корабль до, казалось, недостижимых для человека скоростей.
Первые три корабля были  названы в честь великих мореплавателей: «Колумб», «Магеллан» и «Васко да Гамма». В 2943 году корабли  в составе 67 человек каждый отправились в первую межзвездную экспедицию.
События никак не освещались, но корабли для дальних походов продолжали сооружаться. Следующая экспедиция стартовала в 2964 году. Уже дюжина «Эпох» покинула приделы Солнечной системы. И опять в неизвестном направлении. Походы совершались в строжайшей секретности. В 2982 году последовала третья экспедиция, последняя к моменту начала нашей истории.
 Для большинства праздно интересующихся людей оставалось большой загадкой, чем же завершились все три экспедиции. Крохи информации не могли утолить возникавший информационный голод. Но власти Конфедерации и не думали отступать от своих принципов. Напротив, Сенатом было инициировано создание Агентства Космических исследований, которое раз и навсегда закрыло доступ к любой мало-мальски значимой информации по дальнему космосу. Тайна, хранимая за семью печатями, оказалась в руках избранных.
Люди так и продолжали жить в неведении, правда, свободного времени задумываться об этом уже и не оставалось. Общество поразила новая болезнь: у отдельных недовольных существующим миропорядком слоев населения взыграли антиконфедеративные настроения. Какая-то тайная сила очень тонко манипулировала сознанием людей. Недовольные зрели, как среди богатых, так и среди бедных.
На Земле активизировался Союз Независимых территорий, который при полном попустительстве властей Конфедерации, вдруг обзавелся собственной армией. В каждой резервации появился лидер со своей правящей верхушкой. Имея теневой бизнес по другую сторону границы, у себя они умудрялись поддерживать такую властную систему, которая отвечала всем критериям государства.
А среди жителей Конфедерации проявлялись сепаратистские группы, выступающие за восстановление мироустройства в первозданном, до событий 2203 года, виде. Марс, Венера и Луна к  концу третьего тысячелетия добились широкой автономии, а уже в начале четвертого стали полноценными членами Конфедерации, как и государства-участники с планеты Земля.
Полиция и секретные службы постоянно пресекали попытки свержения действующей власти. В Сенате велись бесконечные закулисные игры. Чья-то невидимая рука повсеместно и очень удачно сеяла раздор и хаос. В обществе царила атмосфера заговоров и предательства. Прошло восемьсот лет, и люди уже не знали того страха, что пережили их предки. Период всеобщей любви и созидания подходил к концу. Так и наступил 3012 год, в котором человеческий прогресс растворился в ауре не самых светлых человеческих настроений, размыв краски существования отдельно взятого человека до буднично серых…






















ЧАСТЬ 2

Глава 1

Пахло дождем. Тяжелые грозовые тучи  спускались над городом, пытаясь дотянуться до крыш домов. Раз за разом набегавший ветер поднимал клубы рыжей пыли и, вдоволь порезвившись, исчезал, словно какой-нибудь озорник. Одинокий желтый лист, потревоженный им с ветки, среди задыхающейся от духоты зелени медленно парил к земле.
На миг все стихло, притаилось. Испуганно запричитали птицы на деревьях, задиравшие друг друга коты неожиданно для себя замолчали, стали оглядываться, нюхая наэлектризованный воздух. Тучи спускались все ниже, облизывая шпили виднеющихся вдали высоток. Неведомая сила рвалась на свободу, создавая в воздухе колоссальное напряжение.
Вспышка в глубине туч лишь подсветила черное небо. Спустя мгновение стрелы молний, как трещины по весеннему льду, стали рвать его на части. На секунду все будто бы прекратилось, но страшный грохот вперемешку с треском электрических разрядов  сотряс окна  домов. Прогремело так, что потрясенные птицы в страхе сорвались с ветвей деревьев, а коты, забыв о недавней вражде, пустились вместе наутек. Люди в спешке покидали и без того пустынные улицы.
Вернулся ветер. С новой неистовой силой, с каким-то остервенением он стал сметать все на своем пути. Небо тяжело вздохнуло и с долгожданным облегчением обрушило на город шквал воды.
Капли, сливаясь в единый поток, слизывали с крыш недельную пыль, с шипением  касались раскаленного солнцем асфальта. Потоки дождевой воды вмиг заполнили городские улицы, которые вдруг стали похожи на бурные горные реки.
Стояла обычная для этого сезона погода. Людям из курортной зоны Марса в небольшом по численности городе Жуков к такому капризу небесной канцелярии было не привыкать. Город  располагался на побережье залива Исиды, совсем рядом с экватором. И хотя климат здесь отличался теплотой и влажностью, по странному стечению обстоятельств штормило на побережье исключительно в это время года. Но уж если циклон заходил, то непогода могла длиться целую неделю без остановки.
Население Жукова составляло не более пятидесяти тысяч человек. В основном это были владельцы коттеджей и маленьких отелей для любителей тихого и спокойного отдыха. Таких городков на побережье насчитывалось с десяток, и все они меркли в сравнении с тридцати миллионным Одином, возвышавшимся своими небоскребами над заливом чуть западней Жукова.
Однако никто не умолял прелестей небольшого города. Тихие улицы, красота построек, выполненных в стиле русских усадеб XIX века, и, конечно же, русская кухня привлекали в Жуков нескончаемый людской поток. Туристы приезжали сюда побыть в одиночестве, разобраться в своих мыслях, наслаждаясь при этом живописной природой Исиды.
Разбирался в своих мыслях и Александр, находясь в немного отличном от остальных построек коттедже. От дома тянуло едва уловимым восточным стилем, однако белой вороной на фоне однородного квартала строение не выглядело. Напротив, коттедж был архитектурной изюминкой, исключением лишь подтверждающим правило.
В комнате сквозь огромное от пола до потолка окно большие серые глаза Александра не без интереса наблюдали  за начавшимся штормом. Обладая высоким ростом, он мог  видеть,  как за террасой ниже на пляже неистово бесновались волны, пытаясь уничтожить все на своем бегу. Огромные деревья прижимались к земле, в отчаянных попытках не сломиться под нещадным ветром. Он сдирал с них листву и выламывал ветви. Тяжелые капли дождя стучали в окно, а молния методично пробивала мачту городского громоотвода, расположившегося совсем неподалеку от коттеджа.
В комнату бесшумно вошел статный седовласый мужчина.
- Лучше умереть, чем маяться в неволе? - ухмыльнулся он.
- Что? - обернулся Александр.
- Это Леонардо да Винчи. Великие мысли, не правда ли? - мужчина подошел к Александру и широко улыбнулся, - Я знаю, ты задаешься вопросом, почему ты не можешь жить как все, но судьба всегда вершится без лишних слов. С нее не потребуешь ответов, отчетов...
Повисла тишина, обычная для ситуаций, в которых одна фраза заменяла целый каскад эмоциональных слов. Здесь было нечего добавить. Однако, высказанная вслух истина, не добавляла вистов настроению Александра. Он лишь нахмурился и промолчал в ответ мужчине.
- Алекс, нам пора.
Александр снова посмотрел в окно и мрачно произнес:
- Хорошо, я готов.
В отличие от остальных людей в Жукове он не был ни туристом, ни постоянным жителем  города. Его привычное место обитания располагалось совсем не здесь, а за сотни километров от города в научной лаборатории, возведенной в предгорье Олимпа. Сюда же он выбирался исключительно в свободное время, которого, к сожалению, всегда не хватало, от чего оно и становилось для Александра по-настоящему бесценным.

***

В Большом зале Военной Академии наук Конфедерации в Аресе царил полумрак. Стройные ряды кресел волей какого-то перфекциониста разделились широким проходом на две абсолютно равные части. Проход этот упирался в небольшую сцену с трибуной, которая привлекала внимание, прежде всего, подсветкой установленного на ней большого голографического проектора.
 Зал заполнился едва на треть – учеными, военными, правительственными функционерами и некоторыми сенаторами. Они определенно кого-то дожидались, убивая время неспешными беседами.  Однако неимоверная духота, жаркие представительские костюмы  и военные мундиры становились для беседующих мужей настоящим испытанием. Климатические системы или не справлялись с жарой, или администрация здания экономила на электроэнергии. После объявления властями новых тарифов такая ситуация для Марса стала в целом стандартной. Цены росли на все,  вызывая  повсеместное, но безмолвное негодование. Вслух высказывались лишь малочисленные активисты, с трудом выбивающие себе разрешение на проведение пикетов.
В такую ситуацию марсианская колония попала по собственной инициативе, когда добилась равноправного членства в составе Конфедерации. Теперь единый бюджет не располагал дотациями для региона, напрямую не подчинявшегося центральным органам власти. Финансовая подпитка с Земли  касалась программ только верхнего уровня, и перед местным Правительством стояла задача пополнения своего бюджета самостоятельно. А поскольку кормушка у региона была развита лишь в сфере туризма, власти пускали в ход любые действенные способы восполнения дефицита и, прежде всего, старались минимизировать свои расходы. Экономия не спасала, и в правительственных кулуарах все чаще звучали призывы к активной добыче полезных ископаемых на планете. До официоза, правда, не доходило, власти боялись реакции общественности, но факт оставался фактом – без финансовой поддержки Земли Марс существовать не мог.
Луч яркого света настырно просочился в зал. Открылись боковые двери. Внутрь быстрым шагом вошли четверо. Хмурые и сосредоточенные. Первый из них проговорил достаточно громко:
- Господа!!!
Присутствующие в зале дружно прекратили разговоры и встали со своих мест, приветствуя вошедших. Трое проследовали к пустовавшим на первом ряду креслам, а четвертый – высокий мужчина, лет шестидесяти с легким налетом седины на висках, проследовал прямиком к трибуне. Он откашлял и начал свою речь:
- Добрый день! Разрешите представиться. Меня зовут Алексей Ермолов. Я не любитель саморекламы, но протокол есть протокол. Поэтому я вынужден сообщить, что являюсь доктором биологических и медицинских наук, профессором Ареского медицинского университета, академиком Военной Академии наук Конфедерации. По системе Агентства безопасности Конфедерации имею статус «01-100», позволяющий работать над проектами любой сложности и секретности.
Он сделал паузу и оглядел зал. Официальные лица смотрели на него надменно, без интереса, а некоторые так и вовсе с нескрываемым раздражением.  Затянувшееся ожидание начала выступления в душном зале никак не добавляло симпатии докладчику. Ермолов даже поморщился, ощутив на себе недобрые взгляды, но, тем не менее, уверенно продолжил:
- Я, как руководитель центра «Биокиберия», представляю вашему вниманию проект «Эволюция». Как вам известно, данные сведения относятся к уровню защиты «Совершенно секретно», поэтому опять же  по протоколу напоминаю вам о недопущении распространения любого рода услышанной здесь информации. Автоматическая система отслеживания звуков в пределах территории Конфедерации уже настроена на ключевые слова, которые будут здесь озвучены. Теперь, когда все формальности соблюдены, позволю себе продолжить непосредственно по теме.
Он вновь прервался, посмотрел вверх, где под сводом зала размещалось помещение технического персонала.
- Будьте добры, включите камеры. Объект захвата «01121958».
Голографический проектор включился со второй попытки и спроецировал несколько мутное изображение взлетной площадки. На нее только-только приземлился небольшой аэромобиль, по очертаниям лишь отдаленно напоминающий автомобиль давно минувшего прошлого. Из вертикально открывшихся дверей на площадку вышли двое. Камеры изображение не приближали, лица рассмотреть не удавалось. Но голограмма, наконец-то, приобрела четкость.
- Проект «Эволюция» начался 26 лет назад по заказу Министерства обороны и Агентства Безопасности Конфедерации. Согласитесь, по меркам средней продолжительности жизни в 165 лет, не так уж и много. И теперь, спустя отведенный на проект срок, я рад представить вам итоговый результат нашей работы – опытный образец нового биокибернетического организма. Им стал юноша, которого вы можете видеть на экране. В настоящий момент он в сопровождении моего помощника Орландо Фроста направляется в здание лаборатории «Биокиберии» для прохождения финальных тестов и работы с комиссией психологов.
Камеры сменили ракурс, показывая площадку со стороны здания лаборатории. Теперь можно было увидеть, что опытным образцом проекта «Эволюция» являлся Александр, совсем недавно грустивший у окна в Жукове под шум бушующей стихии.
Ермолов снова обратился к техническому персоналу:
- Запускайте презентацию!
На смену прежнему изображению появилась хроника, которую и стал озвучивать профессор:
- Объект «01121958» поступил к нам в возрасте двух лет. Его родители погибли при крушении аэромобиля. Мальчик выжил чудом. Поэтому первые два года прошли в борьбе за его жизнь. Несколько лет  его медицинские показатели активно проверялись и, где требовалось, приводились в норму. С семи лет  в его кровь стал вводиться препарат «Биореамин». Инъекции продолжались шесть лет, по окончанию курса которых были проведены ряд тестов. Находясь под воздействием электромагнитного наркоза, притупляющего сознание и отключающего участки головного мозга, которые отвечают за болевые ощущения, объект «01121958» был подвержен соматическому воздействию химическим, термическим и механическими способами. Результаты превзошли все ожидания. Небольшие раны заживали в интервале от трех до двадцати минут, в зависимости от характера повреждения, не оставляя после себя рубцов и шрамов. В возрасте пятнадцати лет при помощи лазерной хирургии в скелет объекта был введен жидкий, легко абсорбирующийся костной тканью, хорошо зарекомендовавший себя на тестированиях препарат «Солидум». После терапии его кости не потеряли способность к росту и развитию, а по крепости и прочности стали превосходить все современные металлические сплавы. Именно поэтому преобразование скелета было проведено по такому сценарию, а не, как планировалось первоначально, с заменой его на сплав. Последующие изменения затронули головной мозг и центральную нервную систему. В затылочную часть черепа объекта был вживлен биочип «Киберия-3000», наша собственная разработка. Не побоюсь этого слова, но данное событие стало революцией в биоинженерии и кибернетике. «Киберия-3000»  – на сегодняшний день венец человеческого творения. Он представляет собой искусственно выведенный полноценный человеческий орган с функционалом настоящего суперкомпьютера. Биочип был успешно соединен с нервными окончаниями и капиллярами головного мозга объекта. По результатам операции стало ясно, что производительность головного мозга увеличилась по всем показателям. Изменения затронули реакцию, скорость принятия решения, аналитические и мыслительные способности, объем запоминающей информации. Объект мог самостоятельно регулировать  расход кислорода, болевой порог, теплообмен и кровоток. И главная положительная черта этого преобразования – никаких металлических элементов, никаких плат как на прототипах или гаджетах современной молодежи. Наш чип – полностью биологическая разработка, информационный обмен которого происходит на уровне нервных клеток. По сути дела, биочип – новый орган объекта или дополнительный отдел головного мозга, кому, как удобно его определять. При всем при этом, мы сумели сохранить доступ к алгоритмам чипа, как посредством беспроводной связи, так и посредством подключения к нему во время оперативного вмешательства. Данную возможность мы оставили для внесения изменений в программе биочипа, что подразумевалось  техническим заданием заказчика в лице министерства обороны. Однако это породило единственную на сегодняшний день проблему. Я напомню – перед нами все-таки человек, со своими мыслями и чувствами, а данная военная разработка подразумевает беспрекословное подчинение приказам. Однако полноценный интеллект в оболочке суперсолдата, который так хочет заполучить министерство обороны в обход запрета на искусственный разум, приводит к одному нюансу – у объекта может быть свое мнение и видение ситуации. Поэтому нами не исключается возможность того, что объект в знак протеста или неподчинения может обойти существующую защиту доступа на уровне логико-интуитивного манипулирования своим новым органом.
- А что будет, если он обойдет эту защиту? - раздался  логичный вопрос из зала от тучного генерала.
- Это произойдет лишь в том случае, если он узнает алгоритм такого обхода. Потому проблема хоть и существует, но допуска к уровню таких знаний у нашего подопечного нет и не будет.
- И все же, предположим худший вариант, - не унимался настырный военный.
Ермолов, почувствовал неловкость, но, промедлив, осторожно ответил:
- Если предположить худший вариант, то мы потеряем над ним контроль. Полностью. При этом он сможет подсоединяться к компьютерам, космонету и любым видам связи посредством беспроводного доступа. И самое плохое, мы не сможем контролировать его местонахождение.
- К чему такие риски? - не унимался генерал.
- Это издержки, но они минимальны! К тому же министерство само попросило оставить возможность вносить изменения в чип для решения каких-то узко тактических задач.
Зал зароптал, сопровождающие профессора люди нахмурились. Но Ермолов быстро взял ситуацию в свои руки:
- Послушайте, давайте оставим вопросы на потом. Для начала, я закончу. Хорошо? - дождавшись тишины в зале,  руководитель «Биокиберии» продолжил, -  К двадцати годам  объект «01121958» получил улученное зрение и слух, благодаря нашим биоимплантатам. Зрение объекта после этого достигло инфракрасного диапазона.  Объект получил безупречный слух в расширенном диапазоне частот. Спустя год у объекта «01121958» были произведены изменения на костном мозге путем заражения крови ретровирусом. Костный мозг начал производить новые клетки, повысившие выносливость объекта, снизившие его энергетические затраты  и сделавшие практически совершенной иммунную систему. Последние изменения коснулись мышечной, жировой ткани и кожных покровов. Объект в течение трех лет принимал специальные ванны и препараты, видоизменившие их. Кожа в дополнении к регенерации получила первоклассную устойчивость к внешним воздействиям, превзойдя по надежности многие современные средства индивидуальной защиты войск и полиции. Проще говоря, объект сам себе броня. В дополнение, благодаря улучшенному осязанию, стало ясно, что объект может с легкостью на ощупь определять природу взаимодействующих с его кожей предметов, даже, если тот попадается ему впервые. То есть его кожа начала реагировать на природу вещества не хуже многих специализированных датчиков. Видоизмененная мышечная ткань повысила физиологические показатели объекта в несколько раз. Жировая ткань позволила находиться в криокамере с температурой близкой к абсолютному нулю в течение десяти минут без последствий для организма. По достижению двадцати трех лет активные изменения в организме объекта были завершены. Вплоть до сегодняшнего дня объект был в распоряжении инструкторов министерства обороны. Мы в это время проводили лишь многочисленные тестирования и корректирующие операции. Я не обладаю точной информацией о специфике его обучения, но могу сказать только одно, его знания обширны и по совокупности актуальны. О них вы можете поинтересоваться у военных экспертов, - профессор кивнул в сторону сопровождающих его мужчин.
Он замолчал и задумчиво посмотрел на часы:
- Техники! - профессор проговорил громко и резко, явно волнуясь, - Объект захвата «01121958». Покажите нам лабораторию, - он вновь обратился к залу - Презентацию я закончил. Давайте посмотрим на итоговые тестирования.

***

Сколько Александр помнил себя, столько были и тестирования. Привыкнуть, к тому, что он – биокиборг, за долгие годы ему удалось, а вот с бесконечными тестированиями дела обстояли несколько хуже. Они вгоняли его в тоску, но его продолжали исследовать, исследовать даже тогда, когда уже казалось: никаких вопросов остаться не должно. Жизнь его все больше напоминала сплошное дежавю. Терялось чувство времени. Вроде бы что-то и было, но когда точно вспомнить он не мог. В голове, правда, оставались туманные воспоминания о каких-то операциях, но память старательно подводила его, а медицинский персонал базы очень тактично уходил от расспросов. Хотя активно этим Александр и не интересовался. От чего так происходило, он и сам не понимал. Вопросов всегда была уйма, и с каждым днем их становилось все больше. Но какая-то неведомая сила всегда успокаивала его при любом эмоциональном всплеске. Как только эмоции захлестывали его, Александр вдруг становился пассивным, задумчивым, совершая свои действия на уровне инстинктов. Ему будто вкалывали транквилизаторы, но биочип не обнаруживал в крови ничего постороннего.
Осознавая себя не таким, как все, Александр жил воспоминаниями, и перед сном перебирал их в памяти, стараясь ничего не забыть. Но к своему удивлению каждый вечер он обыкновенным математическим подсчетом приходил к выводу, что помнит не все. Его накрывала волна отчаянья, и он готов был идти и добиваться правды, но снова успокаивался и не заметно для себя засыпал. А поутру его всегда  встречали в угрюмом расположении духа. На этом замыкался круг событий. Терялось ощущение реальности. Последние несколько лет его жизнь не баловала своим разнообразием.
Александр знал от окружения совсем немного. В  лабораторию он попал в возрасте двух лет, находясь на грани жизни и смерти, после крушения аэромобиля с родителями. Конфедерация взяла на себя обязательство сделать все возможное, чтобы Александр выжил. Она определила его в проект «Эволюция», закрепленный за центром «Биокиберия». Руководитель центра заменил  Александру отца. Без тени лукавства Александр так и относился к Ермолову. Профессор скрашивал серое существование  своего подопечного, как мог, проявляя порой настоящую отцовскую заботу. Именно Ермолов разрешил ему летать в редкие выходные дни в Жуков, именно благодаря профессору  Александр, в конце концов, смог считать лабораторию своим домом. Ермолов был прекрасным руководителем, оставаясь при этом хорошим человеком, что  очень контрастировало с его помощником Орландо Фростом. Вечно сердитый и чем-то недовольный Фрост упивался своим положением. Он смотрел на всех свысока. От него доставалось всем сотрудникам центра, но особенно Фрост любил подтрунивать над Александром.  Он каждый день напоминал биокиборгу, что Александр – собственность Конфедерации, ни человек, а оружие, предназначенное для особенной миссии. Лишь в последнее время Фрост поумерил свой пыл, перейдя на многозначительные философские фразы, обязательно заканчивающиеся циничной улыбкой.
С Фростом Александр не спорил. Трудно было возразить что-то человеку, у которого была настоящая жизнь.  Александр же не имел ни дома, ни семьи, ни друзей. Хотя друг все же был. Пусть один, но настоящий. В «Биокиберии» существовал отдел, который в рамках проекта все операции предварительно тестировал на животных. Биочип, который установили Александру, был не первым вживленным в живой организм. Существовал совсем небольшой круг посвященных лиц, кто знал, что аналогичный биокибернетический орган первым делом достался не человеку, а коту. Простому коту, шотландской вислоухой породы. Генри, а именно так звали животное, огорошил всех сотрудников, участвовавших в эксперименте. Благодаря биочипу он стал разумен в том значении, в котором разум соотносится с человеком. А во многих частных случаях по своим способностям кот даже обгонял представителей homo sapiens. В дальнейшем увлеченные процессом ученые сотворили из животного киборга не хуже, чем Александр. После первого успеха многие экспериментальные операции продолжали проводить сначала на Генри, после чего ученые тщательно проверяли их последствия для организма, и только после этого они дублировали их на объекте под номером «01121958».
Вот так, пусть это и звучало на первый взгляд нелепо, но Александр дружил с котом. А познакомились они случайно посредством своих биочипов, изначально даже не подозревая о существовании друг друга. Александр зашел в зооцентр, и увидел Генри, на которого очень странно отреагировал его биочип. Видимо, биочип кота так же отреагировал на незнакомца, потому что животное смотрело на Александра как разумное существо и не спускало с него глаз.  Интуитивно и человек, и кот использовали механизм беспроводной передачи информации и поняли, что оказались братьями по несчастью. Со временем такой заурядный механизм обмена данными перерос в полноценное общение. Они стали часто видеться и  общаться. Кому, как ни им, было легко понять друг друга. К тому же философский склад ума шотландца всегда находил возможность взбодрить их маленькую, но дружную компанию.
За долгие годы пребывания в лаборатории  Александр привык  к тому, что делал подчас просто фантастические для обыкновенного человека вещи. Он не испытывал особой радости или удовлетворения по этому поводу. Все происходило как само собой разумеющееся явление. Ему и в голову не приходило, что может быть как-то по-другому.
Именно об этом еще несколько часов назад размышлял Александр, пока профессор Фрост не объявил об окончании выходного дня. Им срочно потребовалось возвращаться в лабораторию. Теперь Александр, как и много лет подряд до этого, переходил из кабинета в кабинет, ощущая в воздухе и на языке отвратительный привкус стерильных коридоров. Всякий раз, останавливаясь у автоматических дверей-слайдеров, Александр представлял на их месте себя. Никакой спешки, никаких тестов. Открывайся да закрывайся. Все определенно и ясно. А в его жизни ясности как раз и не хватало.
Не заметно для себя биокиборг оказался у кабинета с криокамерой. Это был последний тест, озвученный на сегодня Фростом. Перед ним Александр успел пройти комплекс силовых и легкоатлетических упражнений, упражнений на органы чувств, логико-мыслительные процессы, реакцию и с десяток других тестов. Общее время испытаний приближалось к семи часам. Семь часов скитаний по белым отвратительным коридорам с такими же белыми скамьями. Коридоры глухо вторили эхом любому произведенному на свет звуку. От этого они, пустые и однообразные, всегда казались жутковатыми.
По громкой связи прозвучал вызов:
- Криолаборатория. Доступ для осуществления теста №9 открыт. Добро пожаловать!
Зайдя в помещение, Александр по обыкновению остановился точно на середине кабинета и поднял руки на уровне плеч. Его тут же окружили специалисты лаборатории. На пол полетели безразмерная рубаха, штаны, обнажая его накаченное, будто сеченое из мрамора тело античного героя. Двигаясь, подобно муравьям, слаженно и очень быстро, лаборанты провели экспресс-оценку показателей биокибернетического организма портативными приборами. Сотрудники, знающие Александра ни один год, умудрялись подшучивать над ним и рассказывать очередные небылицы.
Криокамера, отдельный термоизоляционный модуль, шикнула вакуумным шлюзом. Дверь открылась вправо, и Алекс не дожидаясь приглашения, быстро зашагал по направлению к ней. Не ожидавший такой резвости лаборант едва успел приклеить к его плечу пленку-датчик, снимающий физиологические данные его организма.
Дверь за спиной Александра, снова зашипев, закрылась.  На табло загорелись зеленые светодиоды. Температура начала падать, охлаждая камеру до минимальной отметки. Биокиборг закрыл глаза и задержал дыхание.
Прошло десять минут. Данные биочипа методично  передавались на лабораторные компьютеры. На одиннадцатой минуте сотрудники стали недоуменно переглядываться. Сигнал о прекращении эксперимента не поступал, а организм тестируемого достиг предела своих возможностей. Графики показателей теплообмена медленно поползли вверх, сопротивляемости кожи – неуклонно вниз. На пятнадцатой минуте – к шлюзу  доставили медицинский модуль с роботизированным механизмом оказания первой помощи. Лаборантов охватила паника. Они бегали перед криокамерой, не зная, что еще предпринять. Только спустя девятнадцать с половиной минут на стене загорелось табло с индикатором «СТОП».
Ученые в защитных костюмах уже караулили у шлюза, неотрывно заглядывая в небольшой иллюминатор  криокамеры. За время эксперимента Александр ни разу не пошевелился. Когда шлюз открылся, он продолжал стоять, не двигаясь. Лаборанты, сбиваясь друг друга с ног, бросились внутрь и подхватили его под руки. Втащив биокиборга в лабораторию, они  аккуратно уложили Александра на лежак модуля и тут же освободили место штатному медицинскому персоналу, который всегда дежурил в лаборатории во время экспериментов.
Захлопнув прозрачный купол, доктора по графикам с голограмм стали вводить информацию в блок управления камерой.
- Острая гипотермия! Обморожение восьмидесяти процентов кожи.
- Температура?
- Двадцать один и четыре.
- Медленно поднимайте температуру. Что с пульсом и давлением?
- Пульс очень слабый, давление критическое!
- На искусственную вентиляцию! Введите ему глюкозу, инсулин и реаниматор. Восстанавливайте давление и пульс через  чип. Начинайте восстановление кожных покровов. Должен вытянуть!!!
Под куполом рука-манипулятор приложила к лицу Александра дыхательную маску. Загорелся индикатор набора температуры. Манипулятор сделал ряд инъекций и замер в ожидании. Над Александром начал выстраиваться настоящий саркофаг, состоящий из тысячи металлических чешуек. Чешуйки, повторив контуры тела, надежно скрыли биокиборга под собой. Внутри что-то вспыхнуло, тонкий красный луч медленно пополз от ступней к голове.
Прошло еще несколько напряженных минут. Взмокшие от стресса доктора неотрывно смотрели на медицинские показатели, лаборанты не могли найти себе места и сновали взад-вперед позади реанимационного модуля. Ожидание было убийственным.  Помочь Александру было больше нечем. Вся надежда возлагалась на сам биокибернетический организм.
- Совсем там озверели, - не выдержал один из лаборантов, не спуская глаз с модуля.
- Ты что хотел? Там же финальная презентация. Они ж все соки выдавят даже из камня, а тут человек! - ответил ему  бородатый коллега.
- Биокибернеческий организм!!! - поправил их кто-то за спиной строгим голосом.
В лаборатории появился Орландо Фрост, который в свои сто десять лет выглядел очень спортивным и подтянутым человеком. Его некогда голубые, теперь потускневшие глаза внимательно смотрели мимо лаборантов на медицинский модуль.
- Между прочим стоимостью полмиллиарда пиров, - добавил он весьма цинично, - как его состояние?
- Тяжелое, но должно все обойтись. Мы были на грани!
Кожа Александра была еще сильно повреждена, но сенсорный экран модуля вторил данным голографических интерфейсов компьютеров: температура тела вышла на уровень тридцати пяти градусов. Состояние организма стабилизировалось.
- Где заведующий лабораторией? Где Ковани?
Через вторую дверь вбежал мужчина небольшого роста, с испариной на абсолютно лысой голове.
- Простите профессор Фрост, я только что узнал... вот... пришел.
- Почему вы не на рабочем месте? - глаза Фроста налились злостью, - Почему вы подвергаете риску двадцать шесть лет исследований?
- Я выходил на центральный пункт связи, меня запросили в большом зале Академии наук. И мы действовали согласно инструкции!
- Какая к черту инструкция? У вас тестируемый чуть не погиб!
Лицо Фроста скривилось от злобы, он сжал в кулаки трясущиеся руки.
- Инструкция №974 от 2978 года. Она четко гласит о том, что тестирование или эксперимент первой степени важности начинается и прекращается только с разрешения старшего руководства, - дрожащим захлебывающимся голосом пытался оправдаться Ковани.
- Почему меня не ввели в курс дела о нештатной ситуации? Я бы принял решение. Я – старшее руководство. Я!!! А теперь, вы, понимаете, вы являетесь ответственным за жизнь объекта. И случись что-то непоправимое  – я вас уничтожу. Я обещаю!!! - взревел на последней фразе Фрост, ударяя указательным пальцем в грудь бедного Ковани через каждое слово, - Вы у меня мусор космический собирать будете!!!
- Профессор Фрост, простите. Состояние Алекса стабилизировалось. Идет фаза активной регенерации клеток кожи, - доктор у модуля читал последние данные с экрана.
Фрост повернулся к нему и уже менее гневно ответил:
- Не Алекса, а объекта «01121958». Что за фамильярность на работе? Совсем распоясались, - дальше кричать он не стал и подошел к медицинскому модулю.
Под саркофагом заканчивалось восстановление клеток кожи. Дыхание Александра выровнялось. Он справился с последствиями гипотермии и возвращался к жизни.
Едва регенерация завершилась, чешуйки саркофага стали медленно сползать вниз, обнажая обновленную немного розоватую кожу Александра. Он пошевелил рукой, открыл глаза, хлопая ресницами, и удивленно посмотрел на присутствующих в помещении ученых. Лаборатория выдохнула с облегчением.

***

С облегчением выдохнул и Ермолов, с ужасом наблюдавший, как его детище еще несколько минут назад было на грани гибели.
Поначалу на презентационной голограмме Александр бегал по специальной дорожке, прыгал, поднимал тяжести. На четвертом тесте он за полчаса обыграл современную компьютерную программу в шахматы, с максимальным результатом закончил несколько тестов на логику и память.
Особое внимание у публики привлекло тестирование в специальном тире. Девять имитирующих выстрелы лазерных пушек устроили настоящий шквал огня. Световые лучи не могли нанести повреждения, однако специальный костюм биокиборга, усеянный датчиками, фиксировал любые попадания. Огромный экран на стене выводил количество лучей и попаданий на всеобщее обозрение. Количество пропущенных выстрелов дублировалось  с помощью закрепленного на груди Александра небольшого индикатора, на котором перед тестом пестрели три красных нуля.
 Огневые позиции располагались по периметру зала, а огонь пушек корректировался с помощью самой современной системы обнаружения цели. Уже один вид тира предсказывал Александру не самую легкую жизнь в отведенное на тест время. Расслабиться биокиборгу вряд ли бы позволили, а любое промедление для него означало неминуемое фиаско. Нет, конечно, полностью биокиборга на растерзание атакующему потенциалу тира не отдавали, но небольшой щит с силовым полем, полагавшийся ему в защиту, выглядел какой-то насмешкой.
Тест начался без раскачки и завершился спустя двадцать минут. Александр вышел из тира с невозмутимым лицом, как будто и не было этих невозможных для простого человека испытаний. Вдоволь напрыгавшись в невероятных акробатических пируэтах, он показал чудеса своей реакции. Автоматический голос за спиной безучастно проговорил:
- Тест №8 завершен. Общее количество выпушенных лучей – три тысячи. Общее количество попаданий – ноль. Количество отраженных лучей – девятьсот пятьдесят три.
На индикаторе костюма продолжали красоваться грозные нули. Зал Военной Академии наук разразился громкими аплодисментами и загудел. Военные, политики и ученые обменивались мнения, одобрительно кивали. На них и ранее увиденное производило приятное впечатление, но теперь это был настоящий восторг.
Александр тем временем отправился на последний девятый тест. Когда он вошел в криокамеру, со своего места в зале сорвался один из сопровождающих Ермолова мужчин. Это был Маркус Мильке, совсем недавно отметивший столетний юбилей, генерал, заместитель директора Агентства Безопасности Конфедерации, руководитель департамента специальных операций и по совместительству, в связи с предстоящим выходом на пенсию своего шефа, исполняющий обязанности директора Агентства. Он был невысок и немного тучен. Короткими ножками Мильке очень быстро засеменил в сторону трибуны. С трудом верилось, что этот человек, с виду тяжелый и неповоротливый, мог так быстро передвигаться.
- Разрешите, профессор, взять слово?  - начал он скороговоркой, - Я, как непосредственный куратор проекта «Эволюция», хотел бы закончить сегодняшнюю презентацию сам, - прищурился Мильке и стал чем-то напоминать лиса.
- Конечно генерал, вам слово, - произнес с опаской Ермолов, освобождая трибуну.
Мильке занял его место и внимательно посмотрел на присутствующих в зале персон. Его маленькие глазки хитро и хищно заблестели.
- Господа, сейчас перед вами будет проведено последнее тестирование, которое я очень люблю. Только представьте. Температура – абсолютный ноль, и человек должен продержаться в таких условиях больше десяти минут! - сказал он нагнетающим интригу голосом, посмотрел наверх и обратился к техническому персоналу, - Стартуйте!
Зал снова загудел. Слова генерала возымели эффект. Аудитория жадно впилась глазами в проекцию, уже предвкушая зрелище.
- Постойте, - обратился Ермолов к Мильке, - тестирование может продолжаться  не больше десяти минут. Максимум десять минут, но никак, как вы сказали.
- Нет, уважаемый профессор, будет именно по-моему. Я анализировал все ваши доклады и разглядел возможность провести, пусть не тестирование, а легкий эксперимент, - тонкие губы генерала растянулись в наглой властной улыбке.
- Но…
- Профессор, вы меня не поняли, - повернувшись к Ермолову, резко зашипел Мильке, - как я сказал, так  и будет, - он посмотрел в зал и добавил, снова улыбаясь, - тем более все теоретические расчеты говорят, что десять минут далеко не предел. Ведь так, профессор?
Ермолов растерянно кивнул и посмотрел на голограмму. Александр стоял неподвижно, закрыв глаза. И хотя они тоже выдерживали проверку холодом, он всегда закрывал их по совету профессора. Уже на третьей минуте Ермолов начал кусать губы и взывал про себя к высшим силам. Сердце сорвалось на бешеный ритм. Он почувствовал слабость в ногах, свойственную неконтролируемому волнению.
Следующие семь минут для профессора прошли в томительном ожидании. Пульс его зашкаливал, сердце глухо отдавало  в грудь, виски были готовы взорваться. Голова потяжелела и закружилась. Ладони покрылись испариной. Ермолов постоянно их тер друг об друга. Секунды побежали значительно быстрее, когда время перевалило за десять минут. Профессор не мог видеть графиков, но по памяти помнил, что несколько минут у Александра в запасе оставалось.
Ермолов неприятно нахмурился и ненавидящим взглядом стал сверлил Мильке. Но генерал не поворачивался и с молчаливой улыбкой глядел в зал.
К пятнадцатой минуте на коже Александра появились признаки сильного обморожения. На каждую секунду счетчика на голограмме сердце Ермолова выдавало три-четыре удара. От переживания профессор начал кусать ногти.
Когда секунды отсчитали двадцать девятую секунду двадцатой минуты, профессор сжал в руки кулаки, затрясся и крикнул:
- Техники, стоп тестирование!!!
Зал Военной Академии наук, потрясенный увиденным зрелищем, выдал в едином порыве восхищенный возглас:
 - О-о-о-о!
 Мильке же повернулся к Ермолову, посмотрел на него исподлобья и, выдержав по-настоящему драматическую паузу, зло ухмыльнулся. И без того тонкие его губы стали похожи на ниточки.
- Профессор. Вы гуманны, спору нет, - заговорил он, посмотрев на то, как Александра поместили на лежак медицинского модуля, - но Конфедерации нужен боец, а не подопытный кролик, который привык на рефлекторном уровне к предстоящим сложностям.  Я бы хотел пообщаться с вами после презентации. Жду вас в кабинете руководства Академии. Да и выключите эту трансляцию, - небрежно махнув рукой, он обратился уже к техническому персоналу, - нам она уже не пригодится.
Картинка из лаборатории исчезла. Голографический проектор стал испускать  ровное синеватое свечение. Мильке безучастно обратился к залу:
- Господа, мне пора. Я думаю, профессор Ермолов закончил свою часть презентации, и дальше продолжат наши военные эксперты, - указал он рукой на двоих своих спутников, - Прошу вас, профессор займите свое место в зрительном зале.
Ермолов медленно пошел к креслу. Ватные ноги подкашивались, но теперь все мысли были только об одном – о состоянии здоровья Александра. Он чувствовал, как Мильке провожал его взглядом, и представлял, что его мерзкое лицо расплывалось в своей хамской хитроватой ухмылке.
Навстречу профессору вышли два военных инструктора в строгих гражданских костюмах. Из-за своей одежды они выглядели несколько нелепо, не под стать образу: суровые лица, огромный рост, широкие плечи и бритые головы, – но дресс-код не позволял им заявиться на презентацию в штурмовых бронекостюмах. Строгой армейской походкой в ногу военные подошли к трибуне, и Мильке начал их представлять публике:
- Майор Джеймс Мартино.
Тот, кто был светлее, молча  кивнул головой.
- И капитан Франсуа Тук.
Второй инструктор с чуть более смуглой кожей поприветствовал аудиторию аналогичным коллеге способом. Засвистел динамик громкой связи.
- Генерал Мильке, простите. Сообщение из криолаборатории, - проговорил сотрудник технической службы.
- Озвучьте.
- Объект №01121958 восстанавливается после полученных повреждений, последствий и угрозы для жизни нет. Сообщил заместитель руководителя «Биокиберии» профессор Орландо Фрост.
-  О, сам профессор Фрост! Спасибо, передайте ему, что мы осведомлены!
С лица Мильке не сходила улыбка. Генерал многозначительно посмотрел в сторону Ермолова. Но профессору было не до него. Он уже закрыл глаза и опустошённо откинулся на спинку кресла.
- И так передаю слово нашим бравым военным инструкторам. Всего доброго, господа! - бросил Мильке напоследок и засеменил к выходу, по дороге погрозив пальцем Ермолову, - Профессор, я вас жду!
Майор Мартино, проводив взглядом Мильке до дверей, решился продолжить презентацию. Он заговорил четко, как будто докладывал по уставу вышестоящему начальству:
- Господа! Меня и моего коллегу уже представили. Поэтому сразу перейдем к делу. Объект №01121958 проходил обучение всем военным дисциплинам, предложенным в Военной Академии для диверсионных и разведывательных операций. По итогам обучения стоит отметить высокие показатели объекта.  Объект №01121958 в совершенстве овладел навыками ближнего боя без оружия, обращения с холодным и стрелковыми видами вооружения. Показал самые высокие результаты по тактике.
Ермолов слушал сквозь уши. Ему поскорей хотелось отправиться в лабораторию и самому убедиться, что с Александром все в порядке. Всю остающуюся часть презентации он мысленно был вне стен Академии. Время тянулось бесконечно долго, пока профессор не услышал, что с ним кто-то заговорил. Это был Мартино. Капитан Тук стоял за трибуной. Профессор даже не заметил, что они сменили друг друга.
- Профессор! Профессор Ермолов? Вы меня слышите? Вам идти отвечать на вопросы. Мы заканчиваем, - полушёпотом забасил военный, склонившись над ним.
Ермолов встряхнул головой, удивленно хлопая глазами.
- Да-да, конечно.
Он направился к трибуне, растеряно слушая заключительную часть речи Тука:
- И, как видно, в условиях запрета на использование самообучаемого искусственного интеллекта объект №01121958 избегает всех правовых и юридических проволочек в данном вопросе. По сути дела, он – биологический робот, но в отличие от киборгов, способных выполнять лишь шаблонные задачи,  робот без ограничений. Объект в девяноста девяти процентах случаев может руководить простыми киборгами посредством своего биочипа. За счет этого можно избежать больших издержек на массовое производство биокиборгов, но при этом по максимуму использовать простых киборгов. Спасибо, у меня все. На вопросы по протоколу ответит профессор Ермолов, - военный закончил и чуть ли не строевым шагом направился к своему креслу.
Ермолов вновь обосновался за трибуной. Со своего места поднялся мужчина азиатской внешности:
- Профессор, мы все восхищены вашей работой, - начал он и захлопал.
Зал взорвался аплодисментами. Но мужчина поднял ладонь и, как по команде,  оборвал их.
- А теперь по существу. Я – министр обороны Ямамото Хагакурэ. И я думаю, что после нескольких часов презентации никто не будет задавать вопросы по столь разжеванному материалу. Но меня интересует еще один аспект, который вы грамотно обошли. Несмотря на то, что обоснование трат и представление результатов не вызывает нареканий, хотелось бы понять, кто этот ваш объект номер как там его? Что им движет? Для нас он – робот. Но вы сами обмолвились, что он, прежде всего, человек. Это же ваше мнение? Насколько опасно его человеческое начало? Не может ли он струсить или сломаться? И может ли он за Конфедерацию безрассудно рискнуть своей жизнью? И не станет ли он угрозой для всего общества, если выйдет из-под контроля? Ведь такая возможность есть – вы сами сказали!
Ермолов смотрел в пустоту, понимая, что у него нет ответа на эти вопросы.
- Так что же профессор?
Ермолов закивал головой:
- Да, мистер Хагакурэ, вы правы, что задаете эти вопросы. Но ответы на них лежат, прежде всего, в понимании ситуации каждым из нас индивидуально. Для меня он, прежде всего, человек. Тот мальчик, которого в два года принесли в нашу лабораторию. А для вас? Для вас этот вопрос решит комиссия психологов. Она и озвучит результаты, по которым и будет определена дальнейшая судьба проекта «Эволюция» и самого объекта №01121958.
- Я хоть и человек военный, но понять вас могу. И все же. Если он – человек, что может заставить его выполнить приказ, препятствующий его воле?
- В его биочипе, - после некоторого раздумья ответил Ермолов, - стоит ограничение на уровне гормонального контроля. Сложный механизм подавляет его волю, стирает ненужные воспоминания. Я уверен, что благодаря этому, он выполнит любой приказ.
- И все же я не понимаю. Почему нельзя было, как это у вас там делается, отрезать, пришить ему, ввести препарат, чтобы он вообще не испытывал никаких эмоций, а только выполнял приказы. Я же знаю, эксперименты такие проводились.
- Проводились, но не у нас. Мы делали совершенного человека и не хотели из него лепить биологического робота.
Министр напрягся. Он так и не получил ответы.
- Профессор, вы, верно, меня не хотите слушать. Я сошлюсь на ваш стресс, все-таки Мильке переборщил с последним тестом, и я видел ваши переживания. Но ответьте мне четко. Сейчас объект – больше робот или человек?
Ермолов, которому надоел этот бестолковый диалог, закрыл глаза, выдохнул и цокнул языком:
- С вашей точки зрения, я повторюсь, он – робот. Он выполнит все ваши приказы и даже не спросит ничего. Но человеческий потенциал в нем есть. И этот потенциал закрыт для него кодом. Но доступа к нему, как я уже говорил, у биокибернетического организма нет и не будет.
- Спасибо профессор, - удовлетворенно кивнул Хагакурэ и занял свое место.

Глава 2

Едва презентация закончилась, Ермолов поспешил избавиться от надоедливых слушателей, которые даже же после слов министра обороны осыпали его градом вопросов. Теперь же он спешил по коридорам Академии в кабинет руководства, располагавшегося  на девяностом этаже здания.
Место строительства Военной Академии наук Конфедерации никогда не обсуждалось. Где еще, как ни на Марсе в городе Аресе было строить. Здание, возведенное более двух веков назад, по-прежнему считалось эталоном научной и архитектурной мысли. В его основании находился цилиндрический каркас из современных металлических сплавов, возвышающийся над землей на девяносто пять этажей. Каркас обрамляли конструкции из двух декоративных спиралей, которые по специальным желобам приводились в движение. Создавалось впечатление, что Академия, будто огромный бур, стремительно взмывала ввысь, вырвавшись из подземелья на дневную поверхность. Здание, облицованное тончайшим стекло-титаном, кружилось в завораживающем танце, искрясь мириадами огней в лучах марсианского солнца. Венчала башню воинствующая пика, а там, где окна здания выходили на стороны горизонта, двигались скоростные лифты, способные за несколько секунд домчать человека с первого этажа и до самых звезд. Именно до звезд, поскольку последний этаж Академии занимала самая совершенная во всей Конфедерации планетная обсерватория.
Внутри здание выглядело столь же необычно. Даже простые стены часто удивляли диковинкой. Вместо серых однотонных перегородок стены Академии зачастую представляли собой интерактивную площадку, на которую выводилась открытая для доступа информация. Это могло быть и изображение проводимых в стенах Академии экспериментов или прогноз погоды с его изменением, дополненный  изображением атмосферы Марса из космоса.
Ермолов спешил, но понимал, что разговор с Мильке предстоял трудный. Заместитель директора Агентства Безопасности Конфедерации был личностью весьма закрытой и предельно своеобразной. Его на дух не переносили коллеги и подчиненные. Но его боялись. Он не щадил никого на своем пути. Мильке был прагматиком до мозга костей и к тому же, наверно, самым верным Конфедерации генералом. Отыскать более самоотверженного человека, столь ретиво отстаивающего государственные интересы, было не то, что трудно, невозможно. Если генерал находил себе мишень, то, как показывала практика, своего он уже не упускал. И теперь его мишенью почему-то стал Ермолов. Или Александр? Он хотел уничтожить Александра или отстранить от работы профессора? Какая в этом была выгода для него? Слишком много вопросов. Они мешали думать, мешали сосредоточиться.
Тяжелые мысли витали в голове Ермолова. Он вышел из лифта и оказался перед единственной внутри кругового коридора дверью  девяностого этажа. Профессор не успел приблизиться к ней, как та открылась, впуская внутрь посетителя.
За огромным столом в необъятном рабочем кабинете сидели Мильке, отчего-то оказавшийся здесь раньше Ермолова Хагакурэ и руководитель Академии – доктор Брюс Чан. Чан – приветливый пожилой человек, отметивший свое двухсотлетие, бодро поднялся со своего места и устремился к Ермолову. Протянув ему свою сухую ладонь, он взволновано проговорил:
- Приветствую тебя, Алексей, мой славный ученик и последователь.
Ермолов ответил на его рукопожатие и в знак уважения слегка поклонился.
- Здравствуйте, доктор Чан, - он через плечо пытался разглядеть выражение лица Мильке, но оно как всегда было непроницаемым.
Его взгляд поймал Чан и прошептал:
- Ничего не бойся! Я не дам тебя в обиду!
Если Чан с этого начал, значит, все было совсем плохо. Собираясь с духом,  Ермолов неспешным шагом подошел к столу. Сопровождавший его руководитель Академии по-хозяйски указал ему, за какое кресло присесть. Профессор безропотно повиновался. И без того удобное сидение приняло форму спины Ермолова. Включился индивидуальный климат-контроль. На подлокотнике высветился цветной дисплей с набором дополнительных настроек кресла. Профессор установил себе микроклимат на двадцать градусов и, посмотрев на своих собеседников, улыбнулся. Он старался выглядеть уверенным в себе, уже решив для себя, что будет сражаться с генералом до последнего, чтобы Мильке ему не уготовил.
- А что это вы, мистер Ермолов, улыбаетесь. Уже прошла тревога за подопечного? - тут же начал свое наступление генерал.
- Я, конечно, понимаю, что форма обращения «мистер» принята за официальную, да и просто вежливую на территории Конфедерации, но позвольте заметить, когда вы меня сегодня уничтожали словесно, вы так не делали, - сразу парировал его выпад Ермолов, - или вы стесняетесь доктора Чана?
- Алексей! - удивленно вскинул бровями старик.
Хагакурэ  изучал лицо Ермолова с живым интересом и одобрительно улыбался. Ему профессор понравился еще на презентации уже тем, что позволил себе пойти против Мильке. К тому же Ермолов первоклассно парировал и его вопросы, чем поначалу утомил министра. Но, тем не менее, за свою принципиальность профессор и тут заработал порцию уважения. Реакция Мильке на столь храбрый выпад Ермолова мало интересовала Хагакурэ, поскольку генерал был его старым приятелем и партнером в политических интригах. К тому же статус министра обороны котировался выше генеральского чина и должности в АБК Мильке. Поэтому Ямамото не упускал возможности открыто симпатизировать  храбрецу, бросившему вызовов заоблачной для себя по статусу персоне.
Мильке вида не подал, но в голосе его проскользнула напряженная нотка:
- Хорошо, профессор. Как вам будет угодно. Я опущу вежливые формальности. Более того, я  сразу перейду к сути вопроса, чтобы не отнимать у вас драгоценное время, - последние слова он цедил уже сквозь зубы.
Это был плохой знак, поэтому Хагакурэ заулыбался еще больше и вступился за Ермолова:
- Ну что ты дорогой, Маркус. Не стоит так реагировать на такие пустяки. Ты действительно был несколько колок на сегодняшней презентации. И профессор Ермолов имеет право предъявить тебе претензии, - открыто съязвил он.
- Дорогой мой, Ямамото. Мне действительно бы хотелось, чтобы ты сейчас, - злобно втянув голову в плечи, Мильке зашипел, - замолчал и не лез не в своё дело!
Теперь Хагакурэ опешил. Чан попытался разрядить обстановку:
- Друзья! Друзья, давайте не будем доходить до выяснений отношений. Может быть, выпьем чаю? Внемлем голосу разума и почувствуем вкус мудрости великих трав?
Мильке привычно заулыбался:
- Спасибо, доктор. Но мы обойдемся без мудрости вашего пойла. Внимать разуму будем сегодня исключительно моему. А по сему, Ямамото, я тебя прошу, как соратника, как старого товарища, не лезть в этот разговор. Это не твое дело. Пришел, увидел, что технология работает, что деньги вашего министерства затрачены не зря, и успокоился. Договорились?
- Маркус, что значит успокоился? Деньги выделяло министерство обороны, мы рассчитываем на эту технологию.
- Как бы ни так. У меня был разговор с президентом. Джексон поддержал меня. Еще на стадии проектирования деньги выделило министерство обороны только потому, что деньги Агентства привлекают слишком много лишних глаз. Ты же понимаешь, как это опасно?
- Нет, Маркус, изволь выслушать меня. Ты же знаешь какая напряженная обстановка твориться в резервациях. Там полноценные армии готовятся.
- А то я не знаю, - перебил министра Мильке, - у них там взвод солдат, а считаешь уже, что армия. Сиди, Ямамото, молчи и слушай. У нас утечки технологий идут, у нас страшные вещи творятся. Кругом предатели. Не будет утечек технологий – не будет в резервациях армий. Я же не слеп, чтобы не видеть по разведданным, что их армия строиться на наших разработках. Понимаешь, на новейших разработках. А сколько пиратов появилось. У нас научные базы переводятся на усиленный режим охраны. Иначе все, пиши пропало.  Кстати профессор, как у вас дела с охраной?
Хагакурэ сдался, но недовольно поморщился. Ермолов, заслушавшись устрашающей речью Мильке, вздрогнул, но не растерялся:
- Лаборатория на Олимпе охраняется отделением спецназа с армейской базы.
- Хорошо, - успокоился Мильке и попытался извиниться перед министром обороны, - не серчай, Ямамото. Я может быть и резок, но все делаю и говорю с пользой для дела.
Ермолов пребывал в легком недоумении. Генерал заткнул за пояс министра обороны. Впрочем, удивляться этому долго ему не пришлось, Мильке вновь взялся за него:
- А, вы, профессор, не спешите на рожон лезть. Можно упасть больно.  Никакие ваши связи, как заслуженного деятеля науки не помогут. Через два месяца, свой пост покидает директор Агентства Безопасности Конфедерации. Я, так сказать, вам приватно сообщаю, что, скорее всего, это место займу я. К тому же директор сейчас сдает все активные дела, и, по сути, исполняю его обязанности тоже я. А после никто не помещает мне убрать из своей должности приставку «и.о.». Но вопрос сейчас не об этом.  Вопрос о проекте «Эволюция».
Чан хотел воспрепятствовать не слишком приятным высказываниям генерала, но Мильке движением руки призвал старика к молчанию. Удаль Ермолова быстро  сошла на «нет». Он понимал, что сейчас был не тот момент, когда пешка могла доставить неприятности ферзю. Тем не менее, Ермолов нашел в себе силы продолжить беседу, как будто ничего и не произошло:
- Что вы хотели обсудить по проекту?
- Уважаю, профессор. Не думайте, что я весь такой мерзкий. Действительно уважаю вас и как профессионала, и как достойного оппонента. И я не хочу ходить вокруг да около. По своим каналам я узнал, что вы вывели свою разработку на новый уровень. Это так?
Ермолов развел руками:
- Я так понимаю скрывать что-то нет смысла.
- Само собой, - прищурился Мильке.
- Хорошо, - сдался профессор,  - это не то, чтобы новый уровень, но благодаря моему открытию новые биокибернетические организмы могут быть выращены за год.
Мильке оказался шокирован. Хагакурэ нервно сглотнул, и лишь Чан мудро улыбнулся, радуясь за своего ученика.
- Год? То, что вы сделали с объектом за двадцать шесть лет, теперь вы можете осуществить за год?
- С Сашей, - Ермолов осекся и, посмотрев на генерала, быстро поправился, - с объектом №01121958 использовался другой подход. Тогда и сам биочип выращивался долгое время. А теперь я научил клетки самостоятельно ускорять процесс строительства. Это сложная технология, но у меня получился последний эксперимент. К тому же вживленный биочип теперь может перепрограммироваться, помогать всему организму правильно использовать вводимые препараты и тем самым ускорять модификацию. Да и длительность работы с объектом была обусловлена, в том числе, долгими годами его восстановления после страшной аварии.
- Значит год, - Мильке задумчиво постучал пальцами по столу.
- Да, но это что-то меняет?
- Все, профессор, все меняет. Мы не можем рисковать такой технологией. Она не может достаться врагам Конфедерации. Ваш центр слишком открыт для продолжения такого рода работы. Я надеюсь, вы соблюдаете регламент? Вы дублируете ваши записи на накопитель?
- Да, конечно, все по регламенту. Все записи дублируются на переносное запоминающее устройство, любезно предоставленное вашей конторой.
- Хорошо, а теперь слушайте внимательно, - Мильке стал совсем хмурым, - с завтрашнего дня и в течение нескольких дней с вашим подопечным будут проводиться заключительные тесты психологов. Так вот, они должны быть провалены. После чего должно быть объявлено о закрытии проекта. Формулировка – невозможность выполнения приказов в стрессовых ситуациях и высокая вероятность выхода объекта из-под контроля. Этого будет достаточно, чтобы признать эксперимент провальным. Вы передадите нам объект и все наработки в рамках этого проекта. Все копии должны будут быть уничтожены.  Созданному архиву с проектом будет присвоена высшая степень секретности. Но это еще не все. Вы уволите всех своих сотрудников, закроете «Биокиберию» и никогда не будете вспоминать о последних двадцати шести годах работы. Все указания получены на высшем уровне. Отвертеться не получится, что-либо изменить – тоже. Даже не пытайтесь, все уже решено.
Ермолов пережил второй сильнейший шок за день. Он ослабил пуговицу на рубашке костюма и посмотрел на Чана. Старик недоуменно развел руками. Руководитель Академии был не менее шокирован, чем профессор.
- Вы же понимаете, что это вся моя жизнь? - умоляюще спросил Ермолов.
- Алексей, можно с тобой на «ты», по-дружески? -  не дожидаясь ответа, Мильке продолжил, - Не стоит расстраиваться. Ты молод. Тебе всего шестьдесят. У тебя перед глазами – Чан, живой пример для тебя. Ему двести, и он руководит крупнейшей в Конфедерации Академией. И тебя ждет такое же блестящее будущее. Правда, если все сделаешь, как надо.
Ермолов обреченно уточнил:
- А если я откажусь? Если тесты пройдут хорошо? Если, как и планировалось, объект «Эволюция» рассекретят, и состоится мировая презентация объекта от лица министра обороны?
Мильке зацокал и быстро замотал головой:
- Не стоит, Алексей, не стоит. Даже не думай. Но, если вдруг. Во-первых, не уверен, что твой подопечный дотянет до следующего дня.  В Конфедерации так не стабильно сейчас. И очень много террористических организаций, много пиратов, которые охотятся за технологиями. Ты же не хочешь сделать кому-либо плохо. К тому же, думаю, уж они-то точно захотят навестить создателей чуда науки, чтобы никто из вашей команды больше ничего не смог создать. Да, я именно так и думаю, именно так и будет, - цинично закивал он головой.
- Подлец, - зашептал Ермолов.
Мильке демонстративно изучил лица своих собеседников. Заострив свое внимание на профессоре,  генерал недоуменно пожал плечами и продолжил:
- Не понимаю твоей реакции. Убивать всех вас в реальности никто не собирается, а вот закрыть от внешнего мира, это, пожалуйста. Некрологи можем написать, как по заказу. Но ты пойми – это политика. Это безопасность Конфедерации. Я не допущу даже мизерной возможности дестабилизации и без того не самой спокойной обстановки. Поэтому соглашайся на то, что предлагаю. Не самый худший вариант. Это первое и последнее предложение.
- Что будет с Александром, со мной, с моим персоналом? Что ждет проект?
- Объект навсегда будет для вас потерян. Будь он в руках военных, это была б очередная игрушка устрашения. А мы его будем использовать совсем в других целях. Но о его судьбе ты вряд ли что-то  узнаешь. Что же касается персонала, то мы распределим их по разным фирмам и научным компаниям. Команда у тебя хорошая, спрос будет. Ну а ты. Ты улетишь с Марса. На год. В отпуск. Ты случайно выиграешь в лотерею миллион пиров и захочешь, естественно, отдохнуть. Полетишь на Венеру, в курортной зоне купишь себе виллу. Не раньше чем через год сможешь вернуться и начать преподавать в Академии. Сможешь вернуться и к проектам, но биокибернетика будет для тебя закрыта. Чтобы не было соблазнов. А твой объект будут курировать совсем другие люди. Жаль, что ты не сделал его менее человечным. Мне до сих пор дико видеть твою привязанность к нему. И если б не интересы государства, то уже, поэтому тебя стоило отстранить от проекта. Своим поведением, а я сегодня в этом убедился, ты поставил под угрозу многомиллионную разработку. Объект –  не человек, объект – наше секретное оружие. Это твоя большая ошибка. Но ты спас и себя, и его. Как ты говорил? Его эмоции ограничиваются собственным биочипом? Что ж, уже отлично. Меньше будет с ним возни. А то я уже подумывал о специальной операции на головном мозге. Ты же знаешь, у нас есть умелые хирурги, которые где надо могут поправить, и человеческого в нем будет меньше, чем в этом столе, - Мильке ударил ладонью по дубовой столешнице, - а тебя я призываю не отчаиваться. Твоя разработка принес  много пользы Конфедерации.
Ермолов уткнулся лицом в свои ладони и закрыл глаза. После секундного размышления, он медленно стал поднимать голову вверх. Прижатые ладони сползали вниз, выдавая замершее в отчаянии лицо. Не открывая глаз, профессор произнес:
- Хорошо, я согласен.
- Вот и славно, - оживился Мильке и обратился уже ко всем, - разговор этот был очень закрытым. Поэтому во избежание лишних проблем попрошу вас молчать.
Он приложил палец к губам и привычно хитро улыбнулся.

***

Пока профессор Ермолов спешил в кабинет руководителя Академии, из зала, где проходила презентация, вышел высокий брюнет, в строгом сером костюме. Его лицо отличалось болезненной бледностью, а  черные как смоль волосы были зализаны назад. Над верхней губой проходила тонкая линия усов, взгляд его голубых глаз казался чрезвычайно надменным и холодным.
- Как вам презентация, сенатор Борджиа? - окликнули его в большом холле.
Брюнет не удосужился даже обернуться и продолжил неспешной походкой направляться к выходу.
- Мне понравилось, особенно то представление, что устроил генерал Мильке, - бросил он брезгливо на ходу.
Сенатор предавался своим мыслям, пока среди идущих навстречу людей, не заметил весьма необычную для здешних стен особу. Короткая стрижка пылала ярко-оранжевым цветом. Желтые, тигровые глаза смотрели на мир хищно и злобно. Черная матовая одежда подчеркивала превосходную фигуру. Выглядела она эффектно, но очень пугающе.
Борджиа не сводил с девушки глаз, и она отвечала ему взаимностью. Они так и шли, пока не поравнялись. В этот момент в ладони сенатора оказался крошечный металлический цилиндр. Худая рука незаметно опустила его в карман  матовой куртки незнакомки, а девушка, не сбавляя шага, продолжила идти вперед.
Сенатор неспешно направился к лифту, а незнакомка вытащила цилиндр, легким нажатием  разломила его на две части и извлекла на свет маленький клочок бумаги. Девушка развернула его и прочитала:
- Презентация прошла успешно. Настаиваю на завтра, иначе будет поздно. Мильке что-то задумал.
Она небрежно  бросила записку и стала спускаться по лестнице. Медленно планирующая к полу бумага вдруг ярко вспыхнула и очень быстро прогорела, не оставив после себя даже пепла.

***

Лаборатория «Биокиберии», облюбовавшая склон Олимпа, со стороны ничем себя не выдавала. Простой обыватель или залетный турист вряд ли мог предположить, что именно здесь  ученые  занимались секретными правительственными разработками. А все потому, что производственные помещения лаборатории уходили на  три уровня вглубь склона, и на поверхности высился только огромный двухэтажный особняк. Его фасад украшали исполинские колонны, удерживающие над собой не менее внушительную террасу. На нее в свою очередь выходили большие окна, всегда открытые солнцу. В ясный погожий день особняк утопал в его лучах. В комнатах становилось светло, что непременно сказывалось на настроении персонала, по совместительству здесь же и проживавшего. Это место любили, этой работой дорожили.
Виноградные лозы укутывали особняк сплошным ковром. Здание купалось в зелени. Хотя в зелени купалось здесь все. Склон Олимпа по праву считался одним из самых красивых мест на Марсе. Вечнозеленые леса устремлялись к вершине и, постепенно редея, сменялись иссиня-белым ледником, который намертво сковал уснувшего навеки гиганта.
 Первые минуты пребывания внутри коттеджа могли удивить любого человека. Столь велик был контраст между жилой частью и лабораторными помещениями. Спартанские условия в лаборатории с ультрасовременным оборудованием сменялись уютной домашней обстановкой в коттедже. Камины, колонны, мраморные лестницы, величественные картины и гобелены,  изумительные по красоте люстры, сияющие мириадами хрустальных подвесок. На стенах коттеджа красовалось холодное оружие, у каминов стояли рыцарские доспехи. Дом был богат и величествен и полностью отражал вкусы его хозяина. Ермолов любил историю, любил вещи, пахнущие временем. Это был его самый настоящий фетиш.
Но не все в особняке  отдавалось на откуп истории. При всей своей «музейности»   дом, тем не менее, отличался наличием самой современной техники, призванной облегчать жизнь своим постояльцам.   Создавая эстетичный визуальный образ, Ермолов думал и о комфорте. Главное для него было построить не столько красивый, сколько умный дом. Поэтому особняк  буквально кишел разнообразными устройствами. Например, система распознавания голоса могла включать  видеостены, которые идеально сочетались с убранством комнат за счет мастерского оформления рамок.
В особняке все было сделано так, чтобы человек мог расслабиться после тяжело рабочего дня. В каждой комнате имелся доступ к межпланетной компьютерной сети – космонету, была установлена персональная система управления климатом, имелся доступ к огромному файловому хранилищу, содержавшему в себе тысячи терабайтов данных, будь то аудио, видео или текстовая информация. А для особо искушенных техническими устройствами постояльцев всегда под рукой находились система управления сновидениями и даже массажные кабины.
Наступил вечер, нервозность в стенах «Биокиберии» сошла на «нет». После тяжелых испытаний оставалась только усталость. День у сотрудников лаборатории выдался напряженный. Но тяжелее всего было их подопечному, однако его невозмутимый внешний вид, как и всегда, не выдавал никаких эмоций. Восстановившись после  посещения криокамеры, Александр направлялся в свою спальню, располагавшуюся на втором этаже строения. Кожные покровы биокиборга приобрели привычную бледность, а полные неиссякаемой энергией серые глаза светились неистовым блеском. Этот блеск ни с чем нельзя было спутать. Он мог выдать биокиборга с потрохами, но к счастью появлялся нечасто. Александр был чрезвычайно возбужден и очень боялся этого состояния, памятуя, чем оно ему грозило. Тем не менее, мысль о том, что сегодняшний инцидент имел для него какие-то особые последствия, не покидала его.
На биокиборге привычно болталась лаборантская роба – безразмерные белые штаны и рубаха без воротника  с большим вырезом для головы. После пережитого за день, даже на фоне бурлившего внутри вулкана, он чувствовал накопившуюся усталость. Не столько чувствовал, сколько знал о ней. Биочип сканировал все системы организма и передавал информацию в мозг.  Александр к этому привык, как привык к тому, что мог просто мыслить. Именно на уровне мыслей и происходил обмен данными с биочипом. К примеру, он с абсолютной точностью мог назвать температуру своего тела. Причем Александр просто знал это, ему не требовалась прикладывать каких-то усилий для этого, стоило просто подумать. Это касалось и много другого, и  не только внутри организма. Расстояние до двери? С точностью до миллиметра? Легко!
Он мог видеть и слышать такое, что обычный человек просто не замечал или не слышал. Правда, его чувства искусственно притупляли. Биочип работал не на всю мощность. От этих ограничений Александр испытывал жуткий дискомфорт сродни тому, что случался с любым человеком, страдающим близорукостью, в тот момент, когда он без очков пытался рассмотреть что-то вдалеке. Но лишних вопросов  он по привычке не задавал. К ответу «так необходимо» Александр давно привык, тем более ему давали возможность «дышать полной грудью» во время многочисленных тестирований.
Александр поднимался по мраморной винтовой лестнице на второй этаж. Там в одной из комнат располагалась его спальня, несколько отличавшаяся от остального убранства коттеджа. И отличалась она настолько, насколько подземная лаборатория контрастировала с самим особняком.  Это был маленький оплот стерильных рабочих помещений в идеальной обстановке пятой волны архитектурного неоклассицизма.
В спальне  Александра можно было увидеть все те же спартанские белые стены, широкую кровать без каких-либо настроек, с чуть ли не каменным матрасом, электронную книгу, выполненную в виде очередного стеклянного гаджета. На этом описание комнаты можно было закончить, но существовало одно существенное дополнение. Александр прекрасно понимал, что стены его спальни благодаря специфике отделочных материалов не пропускали посторонних звуков, препятствовали проникновению любого рода излучений. Это был настоящий вакуум для его биочипа, что сильно раздражало Александра, чувствующего себя здесь при обязательном соблюдении режима дня в настоящем заточении. Такие стерильные условия не могли не вызывать новых вопросов и возмущений, но он понимал, что при эмоциональной перегрузке, опять могло наступить опустошающее спокойствие. А главное ему совсем не хотелось об этом в скором времени самым странным образом забыть. Поэтому Александр научился останавливать свои размышления и прятать эмоции как можно глубже от самого себя. Ему в первую очередь хотелось сохранить воспоминания, коих и так растерялось уже предостаточно.
Александр отсчитывал ступени и анализировал свое состояние. Все тело было в норме,  кроме кожи. Ей требовалась еще ночь, чтобы восстановить все свои защитные свойства. Биокиборг оценил свое состояние на девять из десяти и запомнил дату и время отчета. Все произошло рефлекторно, ему даже не пришлось принуждать себя к этому. Он улыбнулся этой мысли и, посмотрев на видеостену, вдруг произнес:
- Назарет, - этим кодовым словом включалась система «умного» дома, - включить видеостену.
Металлический голос безучастно ответил:
- Обработка голоса. Внимание: не хватает прав для запуска видеостены.
Александр пожал плечами, вздохнул, хотя и так знал, что доступ к внешнему миру был для него закрыт.
- Назарет. Играть мой трек-лист.
Голос с секундной задержкой ответил:
- Обработка голоса. Запрос принят. Трек-лист №1980 с заглавной песней «Prowler» группы «IRONMAIDEN». Местное время двадцать два часа тридцать минут. Период тишины наступит через  тридцать минут. Спасибо за внимание.
До отбоя, называвшегося здесь «периодом тишины»,  оставалось очень мало времени, но зазвучавшая песня быстро отбросила эту неприятность на второй план:
- Walking through the city, looking oh so pretty, - довольно подпевал себе под нос Александр и поднимался дальше.
На шум из первой же комнаты выскочил сонный сотрудник лаборатории:
- О, Алекс, это ты. А я думаю, кто это балуется? Поздно ж.
- Привет, Олег, чего-то захотелось, а сам не пойму чего, извини, если разбудил, - оправдался Александр.
-  Да все хорошо, мне все равно уже надо было вставать на ночную смену. Ты, кстати, уже знаешь, что у тебя завтра начинаются финальные тестирования с психологами?
- Знаю, а почему финальные?
Олег изменился в лице. Он понял, что сболтнул что-то лишнее и сразу пошел на попятную:
- Да нет, забудь, я оговорился. Конечно, просто тестирование.
Лаборант быстро ретировался обратно в комнату, а Александр сделал вид, что так ничего и не понял. Он вновь закивал головой в такт музыке, которая сопровождала его по дому с помощью датчиков движения.
- Удивительная песня. Тысяча лет, а слушается так свежо, как будто её свели только сегодня, - пробормотал Александр себе под нос.
Простым бормотанием он хотел сбить нарастающую тревогу. Не получалось. Ему совсем не хотелось идти в спальню и оставаться со своими мыслями один на один в том надоедливом вакууме. Напротив, он жаждал нарушить режим дня. Тянуло на улицу, на свежий воздух. Александр командой остановил музыку и отправился на террасу.
Вечером на улице становилось свежо, даже прохладно. Горный воздух пьянил чистотой и густотой своих запахов. Александр посмотрел на звезды, на горные леса, глубоко вдохнул и отчего-то сосредоточил свой слух. Что-то едва уловимое заставило его это сделать.
Перед балконом шла большая, способная вместить даже межпланетный корабль, взлетно-посадочная площадка. Она растворялась в непроглядных сумерках Олимпа, и лишь розоватое свечение буквы «Т» на её поверхности выхватывало на окраине ангар для аэромобилей. Именно оттуда и доносился вычлененный биочипом необычный звук.
Притушенный слух с трудом реагировал на источник. Стандартный диапазон зрения не позволял что-либо разглядеть. Александр напрягся, но со своими ограничениями ничего сделать не смог, хоть из кожи вон лезь. Оно и так понятно – блокировка биочипа, но любопытству это не объяснишь.
 Просто так выходить из коттеджа он не имел права. По-тихому – тоже не вариант. На улице работают датчики движения, и стоит ему сделать шаг – площадка  зальется ярким светом многочисленных огней освещения. Сотрудники дежурной смены по камерам установят нарушителя дисциплины, прибегут и уложат спать. Силком.
А откуда-то взявшееся шестое чувство подсказывало, что у ангаров явно происходило что-то интересное, настаивало – такое пропускать нельзя.
Александр призадумался. Он повернулся к дому и с надеждой произнес:
- Назарет. Отключить датчики движения на взлетно-посадочной площадке.
- Обработка голоса. Внимание: не хватает прав на осуществление данной операции.
- Черт, - бросил раздосадовано Александр и рассек рукой воздух, - на что я надеялся?
Странно было ожидать чего-то другого. В «Биокиберии» Александр жил как в золотой клетке. Персона важная, но бесправная. Пленник. Александр боялся признаться себе, что устал от этой клетки. Его жизнь представляла собой череду повторяющихся событий. Дни сменялись новыми, но выделить среди них какой-то особенный он не мог. Потому что таких дней просто не существовало.  Жизнь в понимании биокиборга сливалась в непримечательную однообразную массу бесцельно потраченного времени.
Александр начал заводиться, внутри забурлили эмоции. А ведь он хотел совсем другой жизни. Он завидовал лаборантам, завидовал их свободе, возможности их выбора. Участь биокиборга была совершенно иной. Он не был человеком, он был собственностью Конфедерации.
Александр с трудом, но совладал с эмоциями. Он начал глубоко дышать, успокаиваясь. От напряжения на лбу выступил пот. Еще бы чуть-чуть и волна меланхолии вновь на какое-то время отбила бы желание думать и сопротивляться действительности.
Придя в себя, биокиборг схватил крохотный камушек, лежавший в плошке с большим растением, и в сердцах по-мальчишески запустил его в сторону источника звука. Эмоции эмоциями, но с этим броском что-то изменилось. В деревьях по-прежнему подвывал ветер, горланили ночные птицы, но звук у ангаров определенно прекратился. Через секунду он вновь появился, но теперь Александр был уверен, что на той стороне площадки таились люди. Он разочарованно повернул к спальне, как вдруг осознал, что датчики движения так и не сработали. Александр запустил еще один камень, теперь уже в центр площадки, но снова ничего не произошло. Третий камень лишь подтвердил прописную истину. Александр улыбнулся и тут же аккуратно спрыгнул с балкона. Бесшумно, минуя камеры, он оббежал площадку по периметру и подошел вплотную к ангарам. Теперь биочип мог распознавать интересующие его звуки.
- Ты слышал? Опять какая-то возня.
- Да ты успокойся, я сто раз так делал, выключал датчики, и никакой дежурный не приходил. То тебе камнем кто-то в лоб зарядил, то теперь кто-то возиться рядом. Пей.
Голоса на секунду стихли.
- Слушай, а виски действительно хорош!
- Шотландский!
- Да...
Послышался хлюп переворачивающейся бутылки и бульканье жидкости.
- А-а-а-х! Вот это сегодня был день. Мы чуть не потеряли Алекса.
- Да ладно тебе! - бутылка снова булькнула, переходя из рук в руки, - Алекс – парень сильный. Ты представляешь, как он отличается от нас? Ик. Я бы хотел быть таким, как он.
- Ты бы хотел быть на его месте?
- Не. Я так не сказал. Я хотел бы быть как он, но не на его месте. Представляешь, как он мучается: эксперименты, тесты, операции.
- Ага, и к тому же программируемый контроль психологического состояния.
- И как результат подтирание ненужных воспоминаний.
Александр узнал лаборантов по голосам. Они были изрядно пьяны, говорили заплетающимися языками, постоянно делая паузы, когда требовалось сказать что-то длиннее «да», «ага» или «нет».
- Бедный Алекс. Хотя, это они здорово придумали запрограммировать биочип на стирание тех воспоминаний, которые несут наибольшую эмоциональную нагрузку.
- Так  боевого робота, считай, готовят. Это мы к нему привыкли, относимся к нему как к человеку. Но это же машина для убийств, не забывай. Не зря же его военные под командование киборгами готовят.
- Хм, если б он только знал, куда его готовят и зачем. Хотя мы и сами-то не знаем, но зато мы с тобой знаем, где хранится алгоритм обхода защиты биочипа. Эдакий секретный код.
- Ты про компьютер Фроста?
- Тс!!!! Ты что! В слух н-е-л-ь-з-я!!!
- Да кто услышит? Ночь,  мы ста метрах от коттеджа, слух Алекса приглушен.
Они стали смеяться, с издевкой упоминая военных, охранявших лабораторию, но Александр их уже не слушал. Все, что надо было услышать, было услышано. Его руки затряслись. Эмоции вихрем вырвались из того глубокого подвала, куда биокиборг с таким трудом их прятал. Разум, понимая, что это конец, противопоставил им все ресурсы организма. Александр  бросился обратно к дому. Теперь он наоборот хотел как можно быстрее попасть в свою комнату, чтобы расслабиться и заставить себя уснуть в попытке сохранить столь важную и столь неожиданную для него информацию.
С каждый шагом контролировать эмоции становилось все сложнее. Александр изо всех сил сопротивлялся, как теперь оказалось, программе своего чипа. Это был самый длинный путь в его жизни. И, думалось, самый важный. Он почти не помнил, как забрался в дом и добрался до своей спальни.
Уже в комнате, запрыгнув на кровать, он притупил все органы чувств. Работа нервной системы  замедлилась. Александр перестал слышать даже биение своего сердца. Биочип сосредоточился на очень медленном дыхании. Неожиданно пришло осознание алгоритма, по которому могли контролироваться его эмоции и стираться воспоминания.
Александр предположил, что программа биочипа контролировала гормональный состав крови. При эмоциональном возбуждении отслеживались его показатели, и при достижении установленного порога происходил мощный выброс мелатонина в кровь, который и делал Александра спокойным и отрешенным от всех проблем. Одновременно биочип помечал воспоминания, вызывавшие повышенную эмоциональность.  Незадействованные в оперативном сознании маркированные воспоминания тут же стирались, будто их и вовсе не существовало. Это было в высшей степени несправедливо по отношению к Александру. Где-то глубоко внутри чертыхалась злоба и скулила обида. Пережить такое потрясение казалось тяжелее, чем последствия теста в криокамере. Но Александр старался не поддаваться на провокации своих эмоций.
Это принесло свои плоды. В какой-то момент он осознал, что мог противостоять своему же биочипу. Самоконтроль уровня гормонов в крови и принудительное их снижение – вот залог успеха.  Задача трудная, но вполне выполнимая. Пусть не панацея, но на безрыбье... Воспоминания прошедшего дня он был обязан сохранить любой ценой. Жизнь уже не могла оставаться прежней. Наступало время перемен. На этой мысли Александр окончательно успокоился и заставил себя уснуть.

***

Жар сковал тело, стало тяжело дышать. Александр спрыгнул с кровати, но тут же рухнул навзничь. Ноги не держали его. Слабость подкатывала комом к горлу, перед глазами все плыло. Его тошнило. Руки отказывались слушаться. Он задыхался.
Что происходило? Биокиборг не припоминал таких сбоев в своем организме. Неужели себя проявляла защитная программа биочипа?
С огромным трудом Александр, хрипя, глотая жадно воздух, которым он никак не мог надышаться, добрался до окна и с силой обрушился на стекла. Удар был страшный. Стекла весело звеня, вылетели вместе с кусками удерживающей их рамы. Пульс в висках отдавал дикой болью, будто кто-то желал проломить Александру череп изнутри.
Он открыл рот и жадно вдохнул. Полегчало. На площадке в районе светящейся буквы «Т» биокиборг заметил седого старика, во всем белом с огромной седой бородой по пояс. Александр от неожиданности напрягся, и все неприятные ощущения вдруг ушли. Наоборот, появилась легкость, почти невесомость.
Старик поднял руку, указывая в сторону биокиборга, и произнес:
- Время!
 Нет, биокиборг точно знал, что старик рот не открывал, его голос сам звучал в голове Александра.
- Время? - прошептал Александр.
Жест старика заставил его обернуться. Но, когда Александр вновь посмотрел в окно, то незнакомца уже и след простыл. Стояла мертвая тишина. Ничто не смело её нарушить. Казалось, замерло все, даже ветер боялся шевелить верхушки деревьев.
Среди этой тишины послышалось зловещее «кап-кап». Александр поднял руки и увидел, что ладони его были в крови. Раны от порезов почему-то не заживали. Он захлопал глазами, замотал головой и, не веря в происходящее, проснулся…

Глава 3

Александр подпрыгнул на своей кровати. Его глаза уставились на окно – но в рамах по-прежнему стояли целые стекла, отделявшие душный воздух комнаты от ночной прохлады гор. Это был сон.
Сердце колотилось, и хотя Александр мог поклясться, что страха не испытывал, неприятное чувство не покидало его, а биочип даже не пытался реагировать на это. Таких странностей за ним прежде не водилось. Жизнь переставала выглядеть однообразной. Можно было бы и порадоваться этим метаморфозам, но сон не отпускал его. Странным являлось не столько содержимое сновидения, сколько его наличие как такового. Он уже и не помнил, когда видел сны последний раз.
Биокиборг пошевелил руками, и они отдали слабой ноющей болью. Александр присмотрелся к кистям и заметил едва различимые шрамы, которые под воздействием регенерирующей способности организма тут же рассосались на его глазах. Он непонимающе тряхнул головой. Произошло нечто невообразимое. Возможно, Александр, не контролируя себя, ходил во сне и так поцарапался. Но что это значило? Лунатизм? Бред. Сбой биочипа? Его попытка отреагировать на желание Александра запомнить прошедший день?
Он откинулся на кровать и задумался. А вдруг просто сон? Время. Старик явно говорил о времени. Так могло сработать и его подсознание, откликнувшись на стойкое желание перемен. Биокиборг замер, проводя экспресс-оценку всего организма. Сканирование активности мозга во время сна не зафиксировало отклонений. Это еще больше озадачило Александра. Хотя, что это меняло? Ровным счетом ничего. Старик, будь он хоть трижды его подсознанием, неконтролируемой галлюцинацией или программой, был прав. Время не терпело отлагательств. Пришла пора действовать, пришло время вернуть себе свою жизнь.
Мысли в таком ключе пошли биокиборгу на пользу. Александр расслабился и провалился в привычный безмятежный сон, лишенный любого намека на сновидения. Он проспал до утра и проснулся удивительно бодрым и веселым, таким, каким и должен был выглядеть человек, который перешел свой «Рубикон». Для себя Александр решил: его жизнь сегодня должна круто измениться.
Он вышел из своей спальни, как обычно в семь часов утра по местному времени, и улыбался всем встреченным сотрудникам «Биокиберии». Никто и не подозревал, что  им был послушан один из главных секретов проекта «Эволюция». И уж тем более никто не догадывался, что Александр разработал схему противодействия программе биочипа. И придуманная им схема оказалась вполне работоспособной. Он помнил все, каждое слово услышанное вчера. Задача противостоять биочипу казалась чрезвычайно сложной, но ради результата  Александр был готов терпеть и больше, и дольше и даже видеть странные, почти реальные, сны.
Свежий, выбритый, сияющий  Александр стоял в своей белой робе перед массивной дверью лифта, ведущего вниз в лабораторию. Улыбка не покидала его лица.
- Назарет. Лифт на первый уровень.
Лифт можно было вызывать как кнопкой, сканирующей  отпечаток пальца, так и голосовой командой. Александр выбрал второй способ, поэтому металлический голос, как ему и полагалось, ответил:
- Обработка голоса. Запрос принят.
Лифт непродолжительно пискнул, почти бесшумно открылись двери, приглашая биокиборга внутрь. Двери захлопнулись, и Александр нажал на кнопку с надписью «-1». Спустя мгновение лифт вновь издал противный писк, двери подались в стороны, и Александр ступил в чертоги лаборатории.
- Доброе утро, Алекс, - тут же заговорил с ним живой женский голос.
По громкой связи с ним общалась дежурная по лабораторному комплексу – Дарья Симонова.
- Доброе утро, Даша, - опять заулыбался Александр.
- О-о-о-о, мы сегодня не хмуры! Что-нибудь произошло? Выспался или просто вчерашний день прошел удачно?
- Не знаю, можно ли назвать вчерашний день удачным? Наверно, просто хорошее настроение, чего и тебе желаю!
- Спасибо. Как любил говорить да Винчи: «Как хорошо проведенный день приносит счастливый сон, так плодотворно прожитая жизнь доставляет удовлетворение».
- Тебя тоже потянуло на мыслителей?
- Нет, - засмеялась Симонова, - это профессор Фрост заходил сегодня и философствовал.
- Тогда все понятно, - улыбка тут же сошла с лица Александра, - что там у меня сегодня?
- У тебя тестирование в девять часов в кабинете №1-19. Но сначала, зайди к профессору Ермолову. Он у себя. Очень хотел с тобой пообщаться.

***

На взлётно-посадочную площадку приземлился легкий аэромобиль желтого цвета с пометкой «Марс-такси» и традиционными «шашечками» на вертикально открывающихся дверях. Рядом с «шашечками» красовался слоган «С нами хоть на войну!!!». История умалчивала о том, какой умник придумал это, но корпорация «Марс-такси» уже целое столетие была лидером пассажирских перевозок на красной планете.
На площадку из транспорта вышла девушка с небольшим металлическим кейсом и дамской сумочкой. На вид ей было не больше двадцати пяти лет.
Отлетающее такси всколыхнуло её огненно-красные волосы, но девушка о прическе думала меньше всего, её большие изумрудные глаза смотрели исключительно на величественный особняк «Биокиберии».
Уверенной походкой она направилась к дверям. Из здания  навстречу ей проворно выскочил Орландо Фрост. Пока девушка преодолевала последние метры, Фрост не сводил с нее глаз. Он пожирал её глазами, смотрел так, как смотрят на по-настоящему красивых людей – восхищенно и где-то немного завистливо.
- Добрый день, профессор Фрост, я – Катерина Дворжакова. Но лучше просто Кэт, - ничуть не смутилась взгляда девушка, протягивая профессору руку для приветствия.
Фрост легонько пожал руку девушки и расплылся в улыбке:
- Добро пожаловать, миссис Дворжакова… Кэт.
Катерина очаровательно улыбнулась.
- Ваши родители – чехи?
- Да, я родилась в пригороде Праги, практически всю жизнь провела на Земле. Но  долг перед наукой заставил перебраться меня на Марс.
- Это очень интересно, но пройдемте в лабораторию, - зазвал Фрост свою гостью внутрь, - а по дороге будете рассказывать мне о себе.
- Действительно, чего тянуть.
Они вошли в дом и последовали к лифту. Катерина с восхищением глядела по сторонам, жмурилась и машинально открывала от удивления рот. Особняк заслуживал такого внимания. Многие исторические музеи позавидовали бы здешнему интерьеру. Девушка, делая огромные паузы между предложениями, осматривалась и с трудом продолжала связный рассказ:
- Как вы знаете, наша фирма сотрудничает с министерством обороны. Мы проводим обследование людей, работающих в условиях тяжелых психологических испытаний. Вот, скажем, дальние космические заставы. Военные там дежурят по полгода, находясь в замкнутом пространстве, немногочисленными группами. Наша задача по прилету выявлять группу риска.
Прямо перед ними ожил лифт. Пропищал сигнал, и открылись двери. Спустя несколько секунд Фрост и его гостья оказались в лаборатории, где говорить Катерине стало гораздо легче. Величественная атмосфера особняка больше не сбивала ход её мыслей.
- Изучение психологических рисков и есть наша основная работа, - продолжала она, - ведь представьте: человек в скором времени заступит на  дежурство вновь. А если он в группе риска? Да он мало того, что может покончить жизнь самоубийством, так еще могут пострадать его коллеги. Неизвестно, что в приступе агрессии или страха сделает человек. Этот психологический феномен мы называем «боязнью невозвращения». И таких рисков в нашей действительности очень много.
Катерина остановилась в нерешительности, рассматривая расходящиеся перед ней стерильные коридоры лаборатории, и замолчала. Фрост указал направление в этом лабиринте и понимающе улыбнулся.
- Тут все просто, к местным ориентирам вы привыкнете быстро. А пока нам сюда.
Девушка благодарно кивнула, сделала шаг и продолжила:
- Признаюсь, я была немного удивлена, когда меня отправили в «Биокиберию» по линии Агентства Безопасности. По служебной информации я более-менее ознакомилась с вашей деятельностью, но от того, что узнала, еще больше удивилась.  Зачем я вам? Правда, когда контракт с АБК и министерством обороны был уже подписан, а я поставила свою подпись под  документом о неразглашении, мне показали отчет о вашей работе. Сказать, что я пребывала в шоке – ничего не сказать. Вы проделали такую колоссальную работу с человеком...
Фрост перебил ее:
- Простите, но мы предпочитаем говорить биокибернетический организм.
- Хорошо, пусть будет организм. Но все равно, мне как можно быстрее хочется приступить к работе с этим феноменом.
- Приступите, приступите, Кэт! Есть только одно маленькое но. Вы должны, помнить, что перед вами не совсем человек. Делайте на это поправку. И помните, что он может вас легко обмануть, легко вами манипулировать. Не буду здесь углубляться. Но будьте начеку. Комната, где будете находиться вы, располагает абсолютным минимумом вещей. Так на всякий случай. Для вашей же безопасности. Но вы не бойтесь, мы будем находиться с вами рядом.
Слова Фроста заставили Катерину напрячься. Ей никак не хотелось подвергать свою жизнь опасности на плевом с виду тестировании. От мрачных мыслей девушку отвлекла внезапно выросшая перед ней преграда в виде очередной двери. Цифровая надпись на ней гласила «Комната психологической разгрузки». На дисплее дверного терминала горела зеленая надпись «Открыто».
- Вот мы и пришли, - сказал Фрост.
 По-видимому, это было приглашением войти внутрь, и Катерина им тут же воспользовалась. В комнате оказалось минимум вещей: два мягких пуфика и небольшой белый столик. На столике лежал её бейдж-пропуск, а на пуфе – белый халат.
- Да уж, психологическая разгрузка у вас тут, - засмеялась девушка.
Фрост совсем не оценил её юмора:
- Вы знаете, порой, чтобы отдохнуть, нужен не комфорт, а тишина. Располагайтесь, скоро начнете, - профессор подмигнул Катерине и отправился восвояси.

***

Едва Александр оказался перед кабинетом Ермолова, открылась бронированная дверь-слайдер. Кабинет профессора входил в число избранных объектов лаборатории, отключенных от центрального пульта управления дежурного. Для входа внутрь здесь использовалась трехуровневая система защиты: экспресс анализ ДНК по прикосновению руки к сенсорной панели, сканирование антропоморфологических данных лица и семизначный цифробуквенный код. Впрочем, на крайний случай существовал альтернативный способ открывания двери, но его за все время работы лаборатории использовали разве что при испытаниях во время строительства, к тому же о его существовании почти никто и не знал.
Александр нисколько не удивился, когда на пороге кабинета перед ним застыл сам профессор.
- Здравствуй, Саша, проходи, - Ермолов заулыбался и пригласил гостя внутрь, по-отечески опустив руку биокиборгу на плечо, отчего Александра напрягся. 
Это несколько смутило профессора. За двадцать с лишним лет такая реакция его подопечного проявлялась впервые.
- Здравствуйте мистер Ермолов, - чуть запоздало поприветствовал Александр Ермолова.
- Мистер? - еще больше смутился руководитель лаборатории, - Забыл, как меня зовут?
- Нет, Алексей Петрович, не забыл.
- Тогда что ж ты…
Надо признать, Александр прекрасно помнил, что Ермолов не любил официальные обращения, принятые в Конфедерации. Все эти «мистеры», «мисс» вызывали у него, как у русского человека, отторжение. Еще на заре образования Конфедерации, на повестке дня стоял  вопрос о правилах этикета, но в связи с отсутствием во многих языках отчеств, за образец была взята англоязычная модель обращения к человеку.
К счастью, такое единообразие не коснулось статуса официального языка Конфедерации. Таким статусом наряду с английским  пользовались и другие языки: русский, немецкий, китайский, японский, испанский, португальский, французский, итальянский, хинди. Все было вполне демократично, и каждый человек имел право писать и говорить на понравившемся ему языке. Зачастую, любой учащийся в Конфедерации в течение четырех лет мог свободно освоить, как минимум пять языков из этого списка.  Однако во избежание путаницы и правовых проволочек еще пятьсот лет назад было принято решение, что каждые сто лет все официальные бумаги и переговоры должны были вестись исключительно на одном языке, определяемом специальным жребием. Нынешнее столетие, что особенно радовало Ермолова, целиком принадлежало русскому языку.
- Ты проходи, присаживайся! Сейчас я тебе напою настоящим китайским чаем, профессор Чан угостил. Говорит, бережет нервы.
Ермолов, по мнению Александра, вел себя очень странно. Мало того, что за двадцать шесть лет биокиборг приглашался в его кабинете не более десяти раз, так еще и форма этих визитов была далека от  чаепития. А тут такое. И пусть после вчерашней правды разум Александра отторгал любое проявление человечности к себе, факт оставался фактом: Ермолов вел себя неестественно. Это фиксировал и биочип. Да, что биочип, любой знающий профессора человек был бы слепцом, не заметив этого.
Александр присел за большой дубовый стол и принялся за традиционный осмотр кабинета профессора. Жизненное пространство биокиборга всегда было ограничено, поэтому ему нравилось запоминать те места, где он был впервые, или вспоминать те, где когда-то уже успел побывать.
На первый взгляд с прошлого раза ничего не изменилось. Если комната Александра была островком лаборатории в коттедже, то тут – с точностью наоборот. Стены теплых тонов, картины, царские охотничьи ружья, мушкеты, развешенные на стенах, холодное оружие времен Наполеона, антикварная мебель, включающая даже черное пианино, - так  вкратце обрисовывался кабинет Ермолова.
Профессор поставил две фарфоровые чашки на стол и налил из чайника ароматный напиток.
- Это Те Гуаньинь. Этому улуну больше двух тысяч лет. Конечно, именно сейчас заваренному чаю не так много, - немного нервно засмеялся профессор, - но китайские традиции, к счастью, не меняются тысячелетиями.
Александр сидел молча. Ему, после услышанного накануне разговора двух пьяных лаборантов, совсем не хотелось вести задушевную беседу с профессором. Сейчас Александр не испытывал даже обиды. Обида – эта эмоция. Лишняя эмоция – лишняя нагрузка на биочип. Вчера, чтобы сберечь воспоминания, Александр и так потратил много сил. То, что ему удалось сделать, было маленькой победой над собой, и сегодня биокиборг намеревался одержать еще одну, чтобы уже вечером сделать шаг навстречу новой жизни.
Ермолов присел рядом, отпил глоток:
- Мне в детстве всегда хотелось побывать на Марсе. Сегодня моя мечта сбылась. Мало того, я даже здесь корни пустил. Дом, Академия, «Биокиберия». Да вот беда, теперь по Земле скучаю очень сильно. Там знаешь у нас какие места под Вологдой.
Профессор ходил вокруг да около, говоря совсем не то, что занимало все его сознание.
- Алексей Петрович, давайте на чистоту,  - Александр глядел на свою чашку и медленно вращал ее  в руках, - вы меня позвали сюда не чай пить. Уж я это знаю. Мой чип проанализировал ваш голос. Вы боитесь нашего разговора. Да это не сложно и так понять. У Вас слишком непривычные темы для общения сегодня. Не стоит юлить. Тем более мои биологические часы подсказывают, что сейчас как раз время для того, чтобы начать обстоятельный разговор. Но разговор по существу. В девять у меня начнется тестирование. Давайте поторопимся.
Ермолов сменил растерянность на угрюмость и залпом опустошил кружку.
- Понимаешь, Саш. Все это время я растил тебя, как сына.
- Ближе к теме, Алексей Петрович, - холодно поторопил его биокиборг.
- Не злись, пожалуйста. Это действительно сложный разговор для меня. Подходит время, когда наши пути должны разойтись. Все так непросто. Сегодня тебе предстоит тестирование, и ты должен его провалить.
Внешне никак не отреагировав, Александр тщательно проанализировал каждое слово профессора и даже успел удивиться: то один проговорился, что тестирование финальное, то теперь другой советует провалить его. Ермолов, не дождавшись ответа, продолжил:
- Понимаю, это может показаться тебе  странным, но так надо!
- Зачем?
- Я не могу тебе этого рассказать!
- Не можете или не хотите? У вас же от меня много секретов?
Александр знал куда давить. На лице Ермолова появилось отчаяние.
- Я не могу. Но, если бы и мог, то не сказал бы, - произнес профессор дрожащим голосом.
- Как и все, что вы утаивали от меня? - несмотря на остроту вопросов, Александр контролировал себя и старался выудить из профессора как можно больше информации.
Новый вопрос от подопечного отправил Ермолова в глубокий психологический нокдаун. Профессор застыл в ужасе, но возникшее в груди волнение заставило его вздрогнуть всем телом.
- Саша, о чем ты?
Александр был непробиваем и пугал профессора еще больше.
- Я? Ни о чем, - слукавил он, - это был всего лишь психологический тест. Вы его не прошли. Вам действительно есть, что еще скрывать.
Александр получил то, что хотел. Он не желал раскрывать все свои карты, ему было достаточно убедиться в своей правоте именно таким способом. Ермолов все это время его обманывал, претворялся близким ему человеком.
Ермолова пробил холодный пот. Разговор шел совсем не так, как хотел профессор.
- Нет, - неуверенно оправдался он, - мне нечего что-то еще скрывать. Я просто переживаю за результат психологических тестов.
- Хорошо, продолжайте, - как-то отстраненно ответил Александр.
Теперь всем своим существом он был очень далек от этой беседы. Его сознание утонуло в бесконечном потоке мыслей. Слова Ермолова стали ни столько неинтересными, сколько неважными. Биокиборг с вожделением думал о том, что нашел ключ от своей клетки. Желание получить свободу с новой неистовой силой стучалось в его разум. От этого в груди разгорался пожар. Александру даже пришлось «убежать» от нахлынувших эмоций и вновь сконцентрироваться на голосе профессора:
- Боюсь, что многого рассказать не получится. Это закрытая информация. И даже я не знаю, что на уме у тех, кто заставляет меня так поступать. Пойми, от этого зависит не только мое будущее, но и твое, и будущее всех сотрудников «Биокиберии». И мы будем в большой опасности, если не поступим, как хотят они. Тебе повезло попасть в проект, иначе бы ты не выжил тогда в детстве. К сожалению, такова плата – ты собственность Конфедерации. И теперь там, наверху, тебе уготовили особую роль. Какую? Не знаю. Они будут распоряжаться тобой на свое усмотрение. Готовиться нужно к худшему. Я лишь могу сожалеть о том, что все так получилось, - глаза профессора покраснели, голос стал низким, хриплым, натужным – он едва сдерживал слезы.
Ермолов закончил говорить и резко отвернулся. Он не мог смотреть в глаза Александру. Биокиборг, понимая бессмысленность своего дальнейшего пребывания в кабинете профессора,  беззвучно встал и подошел к двери. Рука его потянулась к терминалу  и замерла у кнопки «Открыть».
- Алексей Петрович.
Ермолов посмотрел на него молящими, теперь уже блестевшими глазами.
- Что делать-то мне понятно, но я бы поспорил  с вами на счет моего везения, - сказал Александр и, нажав на кнопку, быстро вышел из кабинета.

***

Время приближалось к девяти. Катерина расположилась на одном из пуфов. К этому времени у нее все было готово к тестированию. Из своего кейса она вытащила  на стол два прибора: устройство записи-сканирования речи и планшет для прохождения визуальных тестов.
Каждые минуту она посматривала на свои стеклянные часы, выполненные в виде браслета-полумесяца. Синие цифры методично приближали начало тестирования.
Ровно в девять в комнату вошел Александр. Катерина даже не успела подняться с пуфа, как он, пройдя уверенной поход через все помещение, занял место напротив нее.
Несколько минут они смотрели друг на друга. Александр был равнодушен к происходящему, его серые глаза казались непроницаемыми, а маска безразличия легко читалась на угловатом лице с широким подбородком. Короткий темный волос, армейский вариант стрижки, и накаченная шея лишь подчеркивали суровый образ биокиборга. И только едва уловимое дыхание выдавало в нем человека.
- У нас не совсем получается начало общения. Вы не находите? - наконец решилась заговорить с Александром властным тоном Катерина, - К тому же вошли вы крайне бесцеремонно, ни попросив разрешения, ни поздоровавшись.
Ход её мыслей был прост – продемонстрировать свое главенство в их совместной работе.
- Мне повторить? - сухо ответил он ей, указывая на дверь.
- Не стоит, - прищурила свои задорные глаза Катерина, - я надеюсь, мы справимся с трудностями в процессе общения. Меня зовут доктор Катерина Дворжакова, но я настаиваю, чтобы меня называли просто Кэт.
В кабинете снова повисла тишина. Александр не прекращал смотреть на Катерину. Ни одна мышца не дрогнула на его лице.
- Хорошо, - немного возмущенно вздохнула девушка, - как вам будет угодно. Я хотела быстро и спокойно провести наше тестирование. Видимо, придется попотеть.
Катерина включила устройство записи и сканирования речи.
- Я вам расскажу, как будет проходить наша работа. Для начала вы поведаете о себе. Вкратце. Судя по всему, вкратце вам это будет сделать чрезвычайно просто. Затем мы проведем небольшой ассоциативный тренинг. Я буду говорить одно слово, вы мне будет отвечать своей ассоциацией к нему. Отвечайте односложно, используя так же одно слово. Я слово – вы слово. Затем на планшете вы пройдете графические тесты. А в заключении, если получится, расскажете о последнем своем сне, который хорошо запомнили. Первый день тестирования на этом закончится. Вы все поняли?
Александр даже не пошевелился. Катерина вздрогнула, отметив про себя, что стала бояться своего собеседника. Нотки тревоги терзали ее – перспектива провести с этим «недочеловеком» весь рабочий день откровенно пугала.
- Может быть, вы хотя бы кивнете? Дадите знать, что все поняли? - тем не менее,  Дворжакова не сдавалась.
Александр кивнул.
- Хорошо. Начнем. Я вам буду даже помогать. Итак, вы - Александр или, как все привыкли, Алекс?
- Да.
- Вы биокибернетический организм?
- Да.
- Вам двадцать восемь лет?
- Да.
Эти «да» у Александра звучали с одной скоростью и с одной интонацией, будто ответ воспроизводился с помощью какой-то записи. По рукам Катерины поползли мурашки. Глаза Александра едва уловимым движением отметили реакцию девушки.
- С двух лет вы в проекте. Вы жили все время на территории лаборатории?
- Нет.
- Где-то еще?
- Да.
- Вы можете назвать это место?
- Да.
- И?
- Город Жуков.
- Вам там нравилось бывать?
- Да.
- Вы себя ощущаете больше роботом или человеком?
- Нет.
- Что нет?
- Да.
Теперь на лице Катерины проявилась гримаса злости. Её опасения очень быстро сменились гневом. Человек перед ней, если это был еще человек, оказался крепким орешком, и он начинал её раздражать.
- Хорошо, закончили. Я думаю, внятного рассказа у нас не получится. Перейдем к ассоциациям. Смотрите. Я говорю, к примеру, «солнце», вы мне как бы отвечаете – «тепло». Или свет. Или что-то еще свое. Вы все поняли?
Александр на мгновение задумался, но все-таки выдал ставшее уже привычным:
- Да.
- Итак, солнце?
- Тепло.
Этого ответа она ожидала. Милое лицо Катерины едва не расплылось в улыбке, предсказуемость и биокиборг – сегодня эти слова синонимы.
- Марс?
- Планета.
- Хорошо, - девушка стала надеяться, что ситуация начала меняться в лучшую сторону, - Земля?
- Я там не был.
- Мы договорились отвечать односложно! - недовольно вскинула брови Катерина, - Итак, Земля.
- Планета.
- Еще лучше. Звезды?
- Расстояние.
- Море?
- Вода.
- Лаборатория?
- Тюрьма.
Катерина обрадовалась, почувствовав, что нашла зацепку. Даже к такой непробиваемой личности существовал подход. В её ладонях появилось тепло, и она непроизвольно потерла их друг о друга, предвосхищая продолжение своего успеха.
- Персонал лаборатории?
В комнате снова повисла тишина.
- Почему вы молчите?
- Вы сказали, что будут слова, а не словосочетания.
Это был прокол. Проглотив претензию, она быстро продолжила:
- Хорошо. Персонал?
- Надсмотрщики.
- Эксперименты?
- Мучения.
В общении наметился прогресс. Правда, Катерину продолжало что-то беспокоить. Она посмотрела на дисплей устройства записи и сканирования голоса. Увы, но повод для беспокойства у нее все же был. Дисплей после экспресс-анализа показал индекс, равный нулю. Ноль был характерен для модулируемого компьютером голоса. Никаких эмоций, никакой человечности. Александр говорил без души. Он давал хорошо продуманные ответы. Все его последние ассоциации являлись ничем иным, как попыткой показать свое отношение к своим же создателям. И это отношение однозначно не вписывалось в понятие «хорошие итоги финального тестирования». Возможно, он шел намеренно на провал, и метод его был бы действенным, если бы не экспресс-анализ голоса.
- Алекс...
- Биокиборг.
- Да, нет. Алекс, подождите. Я вас прошу, подумать. На кону стоит многолетняя работа очень хороших людей. Вы представляете, что будет с ними, если я напишу, что все их труды провалены? Вы понимаете, какие могут быть последствия?
Это была слишком робкая попытка узнать истинные мотивы биокиборга. Не вышло. Александр невозмутимо молчал. Результат тестов волновал его мало. Выполняя просьбу Ермолова, он просто старался выиграть время до вечера. Слишком большой куш стоял на кону. Свобода лишь маячила на горизонте, и пока его руки оставались связаны. Не привлекать внимания, делать то, что просили – это и были его мотивы.
- Держите, - Катерина решила не сопротивляться такому поведению и протянула биокиборгу планшет, - на выполнение графических тестов у вас ровно два часа. Описание задания находится в верхней части экрана. Пять кнопок снизу – варианты ответа. Приступайте.
Александр послушно взял планшет в руки. Он и раньше сталкивался с подобными технологиями, но именно этот тест попался ему впервые. На экране появлялись  незаконченные изображения различных объектов. Ему требовалось указать наиболее подходящий вариант готового рисунка.
Катерина в свою очередь достала из кейса небольшой планшетный компьютер, в выключенном состоянии больше напоминавший кусок стекла,  и подключила к нему устройство сканирования голоса. Компьютер начал считывать данные. Началась детальная обработка ответов Александра. Программа запросила выбрать из шаблона краткое описание тестируемого. Катерина задумалась, посмотрела на Александра, задержала взгляд на его мощных руках и, наконец, выбрала: некоммуникабелен, замкнут, мизантроп.
Два часа пролетели незаметно. Александр делал вид, что сосредоточился на заданиях. Каждое из них он нарочито продумывал слишком долго. В итоге, когда время оказалось на исходе, вопросов оставалось еще около тридцати.
Александр решил не отходить от своего образа. При анализе линии поведения, такой его вариант показался ему наиболее предпочтительным. Поэтому, когда психолог стала посматривать то на часы, то на него, он так же невозмутимо продолжал отвечать на вопросы.
- Все, закончили. Передайте мне планшет.
Александр на секунду задержал его у себя, и Катерина, восприняв это как вызов, с силой выдернула компьютер из рук биокиборга. Они снова уставились друг другу в глаза. Дворжакова сверлила его взглядом насквозь, но какой от этого толк, когда напротив не человек, а непробиваемая стена. Александр не дрогнул, и девушка отметила про себя, что так и не может заглянуть за непроницаемые серые глаза. Почувствовав неловкость, она поправила свои огненно-красные волосы и отвела взгляд. В этом поединке биокиборг победил.
Теперь её интересовали данные. Планшет легко связался с ее компьютером. Пальцы быстро забегали по клавиатуре, и результаты тестов высветились на дисплее.
Их итоги не впечатлили. Многие коэффициенты оценки личности стремились к абсолютному нулю. По мнению программного комплекса, тестируемый человек был социально-опасной личностью и не отвечал требованиям безопасности к психологической устойчивости по критериям министерства обороны и АБК. Все это никак не вязалось в голове Катерины с её личным впечатлением об Александре. На уме крутилось предостережения Фроста. Профессор оказался прав, биокибернетический перед ней был организм или все же человек, но с ним стоит держать ухо востро.
- Что ж, а теперь последнее задание на сегодня. По опыту сегодняшнего дня, я не думаю, что это отнимет у вас много времени. К тому же ваше поведение подвигло меня задуматься о сокращении программы комплексного тестирования.
- А вы не боитесь ошибиться? - неожиданно для Катерины спросил Александр.
Вопрос стал для нее откровением. Она вообще не ожидала от Александра попытки пойти на контакт. Девушка задала его вопрос самой себе, но ответить не осмелилась, предпочитая проигнорировать биокиборга.
- Начнем последний этап, - продолжила девушка, все еще раздумывая, что побудило его сменить линию поведения, - расскажите о последнем хорошо осознанном вами сне.
- Мне не снятся сны.
- Как это? Всем снятся. И вам должны.
- Я биокибернетический организм.
- И что?
- Такова моя особенность.
- Подробней, пожалуйста, - заинтересованно уточнила Катерина.
- Мой мозг переживает фазы короткого и длинного сна без создания визуальных образов, - солгал Александр, вспомнив прошедшую ночь.
- Вы замечали за собой, что это как-то сказывается на вас?
- Нет.
- Что нет? - уже не скрывая злости, резко спросила девушка.
- На мне  это никак не сказывается.
Неужели, лед тронулся? Катерина внесла в компьютер ответы, отметив, что её «клиент» все же, возможно,  разговорился.
- Хорошо. Расскажите, что вы помните о снах, до установки биочипа.
- Один сон.
- Продолжайте.
- Нет.
- Не хотите?
- Да.
- Это кошмар?
- Да.
- События из жизни?
- Да.
Все было не так просто. Общение быстро вернулось на круги своя. Диалог все больше напоминал допрос, и Катерина решила поубавить давление. Она приняла позу истинного мыслителя, уперла локти в колени, ссутулилась и сложила ладони у губ. Глаза с минуту изучали биокиборга. Наконец, продолжая смотреть исподлобья, Дворжакова осторожно спросила:
- Я читала ваше личное дело. Предположу, что сон про крушение аэромобиля?
Александр замер и стал напоминать древнегреческую статую. Он ясно дал понять, что не собирается говорить на эту тему. Катерина оценивающе посмотрела на него с ног до головы, будто просвечивала его насквозь, и, осознав тщетность своих ожиданий, окончательно капитулировала:
- Хорошо, Алекс, на сегодня вы свободны. Завтра здесь же, в это же время я жду вас, - она выпрямилась и, показав всем своим видом, что больше Александра не смеет задерживать, обратилась к своему оборудованию.
Биокиборг молча поднялся с пуфа, и так же бесцеремонно, как и вошел, покинул комнату психологической разгрузки. Катерина занесла последние сведения в программу, убрала устройства в кейс и направилась к выходу. Неожиданно дверь открылась, и, встав на пороге, дорогу ей перегородил Орландо Фрост.
- Как наши успехи? - спросил отчего-то веселый профессор.
Катерина не сочла нужным отвечать ему взаимностью и посмотрела на Фроста очень и очень серьезными глазами. Мужчина переменился в лице.
- Что-то случилось?
- Боюсь, порадовать вас пока нечем. Прогнозы неутешительные. Такими темпами он провалит тестирование. А как вы знаете по закону, любой, кто поступает на службу в ряды силовых ведомств Конфедерации, обязан пройти психологическое лицензирование.
- Но он не идет на службу, - встрепенулся профессор, - он сам по себе считается средством, то есть объектом для военных. Он не субъект права. Он – собственность правительства Конфедерации, - Фрост не скрывал своего возмущения.
- Профессор Фрост, вы немного заблуждаетесь. Любой индивид, обладающий независимым, неограниченным к способности мыслить интеллектом, в каком бы юридическом статусе он не находился бы, обязан пройти данную процедуру. Даже, если ваш объект был  бы куском железа, но обладал такими способностями, без этой лицензии он не покинул бы пределы лаборатории.
- Но свободно мыслящий искусственный интеллект запрещен еще со времен первых разработок. Все существующие интеллекты строго ограничены в возможностях осознания собственного «Я».  Для этого Алекс и создавался. Что с нами будет, если все труды окажутся напрасными? На нас же поставят крест, - негодовал Фрост.
- Мне очень жаль, профессор, - Катерина ободряюще прикоснулась к его плечу, -  но повторюсь, такими темпами у вашего подопечного нет шансов. Мало того, я подумываю вдвое сократить сроки своей работы. Нет перспективы. И еще, пожалуйста, предупредите персонал, что вечером я опять поработаю здесь. Извините.
Катерина вышла из комнаты, оставив Фроста на пороге в одиночестве. Он проводил девушку гневным взглядом, но как только она скрылась за углом, его  лицо приобрело абсолютное спокойствие, граничащее с беспечностью. Профессор лишь усмехнулся и зашагал прочь.

***

Через пятнадцать минут Фрост напросился к Ермолову. Руководитель лаборатории пребывал в не лучшем расположении духа, уже допивал бутылку ареского коньяка и был явно не против компании, хотя всем свои видом доказывал обратное, молчал и хмурился.
Ермолов, вроде, как и нехотя, налил своему заместителю бокал терпкого золотистого напитка, славившегося своим вкусом по всей Конфедерации наряду с французскими и армянскими коньяками,  и, оставаясь верным своему тоскливому молчанию, чокнулся своим бокалом о бокал Фроста.
- Мы вчера с тобой не виделись, Алексей, - отпив глоток, смакуя, начал разговор Фрост, - как прошла презентация? Не то, чтобы я не в курсе, но хотелось бы узнать из первых уст. Как так получилось, что чуть не заморозили Алекса?
Опорожнив залпом бокал, Ермолов махнул рукой и закусил коньяк долькой аккуратно порезанного лимона:
- Безмозглые вояки, что с них взять, я едва не сплоховал, - в голосе руководителя «Биокиберии» звучали хмельные нотки.
- Ты из-за этого так набираешься сегодня? - Фрост взглядом указал на почти пустую бутылку.
- Нет, просто усталость.
- Не обманывай, Алексей, я же знаю, что ты переживаешь за него.
Ермолов залился легким румянцем.
- Да, - вдруг перешел он на повышенный тон, -  переживаю  и буду переживать, - тут профессор осекся и заговорил совсем спокойно, почти жалостливо, - он же моя отдушина, я же все ради него…
Фрост постучал кончиками пальцев по дубовой столешнице.
- В природе все мудро продумано и устроено. Всяк должен заниматься своим делом, и в этой мудрости – высшая справедливость жизни.
- Опять да Винчи?
- Да. Бесплатный совет от великого коллеги-мыслителя. А что сказали функционеры на презентации?
- Сказали, что надо проводить психологическое тестирование. Если результат будет положительным, согласно плану пройдет презентация Алекса на специальной мировой пресс-конференции. Потом он перейдет в распоряжение министерства обороны. На этом все, - Ермолов боялся признаться Фросту о разговоре с Мильке.
- А нас ждут заслуженные лавры победителей?
- Именно так, - грустно усмехнулся Ермолов.
Фрост нахмурился, залпом допил свой коньяк и встал из-за стола.
- А, знаешь, я разговаривал с психологом после первого дня тестирования. Результат просто ошеломляющий. Она сказала, что сократит сроки тестирования, потому что уже сегодня почти готово положительное заключение.
После всего пережитого за эти дни слова заместителя грянули как контрольный выстрел в едва державшегося Ермолова.
- Да как же!
Фрост изобразил на лице радость и похлопал шефа по плечу.
- Я сам не поверил, но, по-моему, нам фартит!!! Да ты и сам можешь в этом убедиться – в Академии сегодня симпозиум. Обязали быть всех.
- Нет, - уверенно замотал головой Ермолов, - я никуда не поеду.
- Ошибаешься, поедешь. Среди пустой болтовни можно будет и нашу судьбу выведать и, если повезет, судьбу Алекса, - подмигнул Фрост.
Орландо, сам того не ведая, надавил на ахилессову пяту своего руководителя. Такой довод разбивал даже форсированную оборону известного противника публичных ненаучных сборищ. Ермолов тяжело вздохнул, соглашаясь со своим помощником.

Глава 4

Остаток дня прошел в раздумьях. В спокойной обстановке, лежа на кровати, Александр анализировал всю скопившуюся у него информацию. Картина рисовалась ему без радужных красок. Все эти годы его нагло обманывали. И прежде всего, обманывал Ермолов. Человек, которому он безгранично доверял, оказался предателем. Запрограммировать биочип  на борьбу с эмоциями и памятью мог только он. Теперь, когда все всплыло на поверхность, все перевернулось. События дня минувшего спровоцировали настоящую лавину желаний Александра. Те желания о нормальной человеческой жизни, которые он старательно прятал, чтобы уберечь от стирания, вновь напомнили о себе. Подходил к концу целый этап его жизни. Плохой он был или хороший – не играло существенной роли. Лаборатория всегда представлялась ему клеткой, и за эти годы он так и не смог привыкнуть к неволе.
На языке вертелось слово «побег». Александр даже боялся произнести его, чтобы не спровоцировать очередной эмоциональный всплеск. Но, тем не менее, в нем виделся единственный выход, единственный путь к заветной свободе.
Решиться на такой шаг Александру было не сложно, но туманные перспективы существования вне стен лаборатории его не радовали. Его готовили к боевой работе в вооруженных силах Конфедерации или в Агентстве Безопасности. Что для тех, что для других он был не человеком, а оружием. А оружие, вышедшее из строя, всегда уничтожают. С этим Александру придется мириться всю жизнь. Его никогда не оставят в покое.
От разыгравшихся мыслей в кровь Александра хлынул адреналин. Пришлось снова успокаиваться. В состоянии близком к анабиозу биокиборг провел несколько часов, пока биочип не подтвердил нормализацию гормонального фона.
Тем временем солнце скрылось за Олимпом, и здание лаборатории мгновенно погрузилось в сумерки. Александр открыл глаза  и уставился в белый потолок. Теперь он снова мог спокойно думать.
Не смотря ни на что, решение о побеге пересиливало любые мысли о возникающих после него проблемах. При грамотном подходе любая из них имела решение. 
Главная проблема заключалась в самом Александре. Он не мог жить спокойно с запрограммированным на  угнетение личности и стирание памяти биочипом. Сбежав из лаборатории, Александр сбежал бы и от спокойной жизни. Стоит ему ступить за порог, на него тут же откроют охоту, придется провести жизнь в скитаниях, а это даже в понимании узника «Биокиберии» было дорогим удовольствием. В мире, где все имеет стоимость, требуется платить. В мире, где все имеют имена, нужно быть идентифицированным. Он знал эти аксиомы, не прожив на свободе и дня.
Биочип обрабатывал огромные потомки информации, помогая Александру собрать  все в единую цепочку. Все, что когда-либо он видел или слышал, сопоставлялось с возможностью использовать эти знания при побеге.  Неспешно выстраивалась наиболее оправданная схема действий.
Для начала требовалось попасть в лабораторию, что уже выглядело  непростой задачей. За исключением личных спален, коттедж кишел многочисленными камерами системы видеонаблюдения. По датчикам движения вся оперативная информация стекалась на пульт дежурного по лаборатории. Комната дежурного  становилась его целью номер один. Оттуда имелась возможность отследить каждого бодрствовавшего сотрудника «Биокиберии» и попасть по специальной лестнице на любой уровень лаборатории.
В первую очередь Александра интересовал уровень номер три, где располагались кабинеты руководителей проекта. В кабинете Фроста стоял компьютер с алгоритмом обхода  блокировки биочипа. Секретный код становился целью номер два. А вот в  кабинете Ермолова его интересовал сейф. В нем профессор хранил свой электронный кошелек. По слухам, на ней было больше ста тысяч пир. Первый раз в жизни биокиборг радовался тому, что сотрудники «Биокиберии» не гнушаются перемалывать друг другу косточки и распускают все возможные сплетни. Дым без огня никогда не появлялся, поэтому не верить легендам о солидном состоянии профессора было глупо. Александр был уверен: поживиться там есть чем. Деньги Ермолова уверенно занимали третью строчку в списке его целей.
Нельзя было забывать и о Генри. Кот, конечно, оставался не в курсе произошедших намедни событий, но он должен был решить или идти с Александром, или оставаться в лаборатории. Биокиборг не мог просто так оставить здесь друга, единственного своего друга. Зооцентр, куда Александра в последнее время старались не пускать, занимал очередную, четвертую позицию его списка.
С территории лаборатории биокиборг планировал сбежать на аэромобиле, любезно «одолженному» из ангара напротив особняка. Это было уже мелочью, но все же целью номер пять. И в конечном итоге оставалось решить всего одну проблему, но какую! Паспорт – цель номер шесть, чуть ли не главная головная боль Александра.
Документ идентификации личности или в простонародье паспорт язык не поворачивался назвать документом. Он представлял собой микрочип размером всего  один нанометр, который вживлялся под кожу чуть выше запястья. Из разговоров лаборантов, которые биокиборг всегда запоминал до единого слова, Александр знал, что во многих крупных городах паспорт можно было купить и запрограммировать на черном рынке, успевай только платить. Конечно, с таким чипом гражданином Конфедерации он пробыл бы только до первой проверки. Но у него было одно существенное преимущество. После снятия блокировки с биочипа, его возможности многократно возрастали. При необходимости он мог взломать базы данных любых организаций Конфедерации. Для этого ему не требовался даже компьютер. Только устойчивая беспроводная связь и его биочип.  А где базы данных, там прямой путь к легализации себя в слепых глазах закона.
Шесть целей, шесть шагов отделяли Александра от жизни, нормальной человеческой жизни. Сомнения окончательно развеялись. Подслушанный разговор, странный сон были знаками. Истина пробудила в нем жажду. Жажду свободы. Он пришел к тому желанию, которое прежде замалчивал, о котором даже запрещал себе думать.  Но теперь, когда перед ним маячила перспектива сменить клетку лаборатории на клетку министерства обороны или АБК, Александр предпочитал идти своим путем. Пусть сложным путем. Но даже по сложному пути приятней путешествовать без оков пленника.

***

Время приближалось к одиннадцати. Сумерки сгущались. Освещенная немногочисленными фонарями  территория лаборатории вела неравный бой с надвигающейся тьмой. Ночь жадно захватывала в свои владения целые островки вокруг особняка и погружала их в непроглядный мрак, среди которого почти волшебным выглядело слабое свечение огромное буквы «Т». Александр стоял у окна и, коротая время, неотрывно смотрел на нее.
Внезапно площадка залилась яркими огнями. Сработала система отслеживания движений. Из коттеджа вышли Ермолов и Фрост. Они направились прямиком к светящейся букве. Едва сделав пару шагов, ученые приметили в небе огни. Фрост показал на них рукой:
- А вот и такси.
Огни снижались, и вскоре на площадку спланировал желтый аэромобиль «Марс-такси».
- А мне обязательно лететь? - поморщился недовольно Ермолов, - Я так не люблю эти научные симпозиумы. Пьяные сборища и ничего по существу.
- Не ворчи, Алексей, - улыбнулся, прибывающий в хорошем расположении духа Фрост, - Поедем, узнаем наши перспективы, перспективы Алекса.
Аэромобиль почти беззвучно коснулся площадки. Вертикальная дверь, шикнув, подалась вверх, демонстрируя пассажирам шесть свободных кресел, обтянутых до блеска новой кожей. Таксист дружелюбно пригласил своих клиентов в кабину:
- Добрый вечер. Прошу вас, господа, присаживайтесь!
Фрост первым протиснулся внутрь. Ермолов все еще сомневался.
- Нет, это плохо, что мы вдвоем летим. Из руководства всегда должен кто-то оставаться.
- Алексей, ну, не ворчи. Я старше тебя и то никогда не позволяю себе этого.
Ермолову очень не хотелось лететь, и только соблазн узнать что-то стоящее по будущему проекта «Эволюция» заставлял его в дорогом черном смокинге отправляться на встречу ученых марсианского отдела Военной Академии наук Конфедерации.
- Сколько нам лететь до Ареса?
- Чуть больше двух часов, - сказал пилот и зачем-то постучал кулаком по экрану навигационной системы аэромобиля.
Изображение пару раз дернулось,  экран на мгновение погас и снова загорелся набором цифр и картой.
- У вас, что неисправное такси? - вздрогнул Ермолов, непроизвольно сделав шаг от кабины.
Он по-прежнему был не в настроение. Действие коньяка закончилось, оставив после себя  легкое похмелье и почему-то тревогу.
- Да нет, нет. Все в порядке, навигация чуть барахлит. На погоду реагирует, люди говорят, шторм надвигается, хотя по прогнозу все тихо. Но долетим! Я Вас уверяю. Доверяю своей малышке, как своей жене, - ответил выразительно хвастливо таксист и заботливо погладил переднюю панель аэромобиля.
Ермолов сомневался. Какое-то чувство тяготило его. Он обернулся к особняку, глазами пробежался по рядам окон и неожиданно для себя встретился взглядом со своим подопечным. Профессор напрягся. Александр не шевелился и пристально смотрел на него, смотрел, как показалось Ермолову, тоскливыми и обреченными глазами. Профессор не выдержал и отвел взгляд.
- Алексей, поехали уже, времени нет, - Фрост высунулся из кабины и тоже увидел в окне Александра.
Ермолов растерянно посмотрел на своего заместителя. Фрост закивал головой, понимая ситуацию без слов, и дружелюбно помахал рукой биокиборгу. Не дожидаясь ответного жеста, он обратился к профессору:
- Так все, давай уже залезай. Улетаем, - Фрост потянул начальника за рукав внутрь кабины.
Ермолов, наконец, сдался. Дверь, шикнув, захлопнулась за ним, и такси сначала нехотя поднялось в воздух, но затем очень резво растворилось в темноте.
Александр посмотрел вслед удаляющимся огням аэромобиля и отошел от окна. Внутри что-то подсказывало, что другого такого подарка придется  ждать еще очень долго. Ни Фроста, ни Ермолова. Как на заказ.
У двери биокиборг замер. Безликий голос оповестил:
- Внимание. Местное время – одиннадцать часов ровно. «Режим тишины» активирован. Всем доброй ночи.
Это был сигнал к действию. Александр спокойно вышел из комнаты, стараясь как можно меньше попадаться под прямой обзор видеокамер. «Режим тишины» включал сверхчувствительность микрофонов и датчиков движений. Каждое нарушение ночного спокойствия фиксировалось и каралось серьезными санкциями. Это относилось ко всем сотрудникам без исключения, включая самое высокое руководство. Лаборатория «Биокиберии» – единственное место в Солнечной системе, где действующие законы были обязательными для всех.
Александр быстро спустился к лифту и нажал на кнопку вызова. Экран терминала засветился красным словом «Отказано». Глупо было надеяться, но рискнуть стоило. Человеческий фактор еще никто не отменял, хотя доступ в лабораторию в вечернее время без разрешения начальства был заказан всем.
Биокиборг поспешил по коридору в сторону кухни. Его интересовала дверь, ведущая к специальной лестнице. К той самой лестнице, что соединяла все уровни лаборатории с комнатой дежурного. Ею редко пользовались, и по плану она называлась «эвакуационным проходом».
Экран терминала вновь отказал Александру. Сканирование отпечатков ни к чему не привело. В «мирное» время этой дверью пользовались только дежурные и все то же высшее руководство.
Долго не раздумывая, Александр изобразил на лице гримасу боли и громко простонал:
- Даша, это я. Открой, мне срочно нужен доктор Андерсон.
Дежурная по лаборатории Дарья Симонова все видела на экранах слежения в своем кабинете. Но, следуя инструкциям, она не отвечала на мольбы Александра. Девушка внимательно следила за биокиборгом и записывала происходящее в журнал событий и происшествий, чтобы утром доложить Ермолову или Фросту. Её напарница, отдыхающая по соседству в специально отведенной для сна комнате, должна была сменить Дарью через пятнадцать минут. Симоновой ужасно хотелось спать, но возникшая ситуация с биокиборгом не сулила ей скорый отход ко сну.
Александр выждал несколько секунд и заговорил снова:
- Даша, Ермолова и Фроста нет на месте. Мне срочно нужен доктор Андерсон. Я знаю, что он в лаборатории. У него ночная смена. Мне плохо. Биочип поставляет скомканную информацию. Внутричерепное давление зашкаливает.
Он искусно изображал из себя больного, кривился в гримасах, держась ладонями за виски. Биокиборг ходил взад-вперед перед дверью и тихо стонал. Симонова, казалось, не реагировала. Но это было не так. Минуты шли, и девушка начинала нервничать. Увидев корчившегося от боли Александра, она потеряла всю свою напускную боевитость и теперь действительно не знала, что делать. Она привыкла за много лет работы, что один из двух руководителей всегда остается на территории лаборатории. Сегодня был первый случай в её практике, когда они оба покинули особняк.
- Черт бы побрал этот симпозиум! - выругалась Дарья.
- Даша, - вдруг взвыл Александр, опершись рукой на дверь, - открывай, я сейчас здесь сдохну. Ты знаешь, что будет, если со мной хоть  что-то случится? Я –  собственность Правительства Конфедерации.
Симонова пролистала дрожавшей рукой проецируемый компьютерным столом список сотрудников, работающих в лаборатории в ночную смену. Доктор Хенрик Андерсон трудился на минус втором уровне. Врач от бога, в свои девяносто лет он проводил очередные опыты по улучшению структуры мышечной ткани.
Дарья связалась с ним по громкой связи:
- Доктор Андерсон, у нас беда. Алекс стоит под дверью и жалуется на сильные боли в голове. Я не знаю, что делать. Он просит вас подняться.
Хенрик недовольно отвлекся от экрана большого компьютерного стола с какими-то статистическими выкладками.
- А что у нас нельзя уже связаться с Фростом или Ермоловым? - раздраженно прыснул он.
- Они отправились в Арес, вдвоем. Доктор Андерсон, вы старший! - отчаявшимся, но в тоже время заискивающим голосом ответила Симонова.
Доктор вздохнул.
- Скажи ему,  я сейчас подойду.
Он потянулся к кейсу с большим красным крестом, как вдруг услышал визг:
- А-а-а. Доктор, он упал, быстрее. Какой ужас! Хельга вставай!
Голос Симоновой прервался, и взволнованный Андерсон поспешил на зов. Если Дарья подняла свою напарницу, значит, дела обстояли действительно плохо.
Александр продолжал свой спектакль. Безрезультатное ожидание  вынудило его действовать более активно. Он вдруг дернулся на месте, громко застонал и плашмя рухнул на пол перед дверью. В глубине души Александр смеялся над своей задумкой, но, когда нельзя взять силой, нужно брать хитростью. Он знал Симонову, как свои пять пальцев, все подсказывало, что розыгрыш даст нужный эффект.
Дарья была не только добросовестным сотрудником, но и обладала нужными ему человеческими качествами. Её безграничного сострадания, жалости и доброты хватило бы как минимум на троих, но природа не знает меры и, если награждает, то сполна, а, если обделяет, то без намека на справедливость. Ко всему прочему Симонова была еще и доверчивой. С учётом её слабой стрессоустойчивости любая мало-мальски затруднительная ситуация могла довести девушку до истерики. 
Все было на руку Александру. Он знал, что в отсутствии строгих команд сверху, Симонова поплывет и начнет действовать, исходя из своих жизненных догм. А, значит, она свяжется с доктором Андерсоном и, в конце концов, откроет биокиборгу дверь.
И действительно, очень скоро Александр услышал приближающиеся к двери торопливые шаги. Вероятнее всего, это была Симонова, а её сменщица осталась за пультом, как того требовал протокол.
Дверь открылась.
- Ой-ой-ой, - Дарья, причитая, подбежала к Александру.
Симонова присела около биокиборга и постучала его по щеке.
- Алекс!! Алекс!!
Александр естественно не реагировал. И Симонова с мольбой посмотрела на открытую дверь. Она напряженно вслушалась в   тишину и к своему облегчению уловила бег Андерсона.
- Что? Как? Сколько времени лежит? -  вылетев из двери, закричал доктор, не давая сказать Дарье ни слова.
Симонова развела руками:
- Вот как закричала я, так он и лежит с тех пор. Ничего не поменялось.
Андерсон нащупал пульс на руке Александра. Биокиборг был к этому давно готов.
- Тахикардия! Пульс очень неровный. Его нужно срочно в лабораторию! Так, помогай мне!
- Может быть, вызовем солдат из охраны?
- Некогда, - завопил доктор, - пока их дождешься, и умереть можно.
С большим трудом, кряхтя, они подхватили Александра под руки и затащили его в узкий коридор за дверью. Дверь закрылась, погружая людей в полумрак. Освещение в коридоре было слабым и рассеянным, его источником служило яркое пятно окна маячившей впереди комнаты дежурного. Андерсон и Симонова дотащили Александра до двери и совсем уж бесцеремонно бросили биокиборга на пол. Такая ноша отбирала все силы.
- Хельга, открывай, - запыхавшимся голосом попросила свою напарницу Симонова, стараясь отдышаться, ей показалось, легче земной свод держать вместо Атласа, чем таскать биокиборга, - и вызывай солдат из роты охраны, мы этого кабана не донесем до лаборатории.
- Сейчас. Тут радары слежения  показывают странные вещи!
- Потом, Хельга, потом! - не выдержал Андерсон, - Надо спешить, все очень плохо!
Дверь открылась,  зазывая их в просторную  круглой формы комнату дежурного. Здесь-то света как раз было предостаточно. Стены помещения мерцали  бесконечными экранами видеопанелей. На них транслировались все: изображения камер слежения, данные погоды, радары, и даже цифровые сведения о любых передвижениях в пятидесяти километровой зоне вокруг лаборатории.
 На равном расстоянии друг от друга располагалось шесть дверей. Пространство вдоль стены между ними занимали интерактивные компьютерные столы, которые выводили требуемую информацию на сенсор столешницы или проецировали ее в виде голограммы.
Хельга, тучная мужеподобная женщина, увидев коллег, вновь согнувшихся под весом Александра, бросилась им на помощь.
- Даша, тут какие-то странности, - повторила она Симоновой, с легкостью перехватывая у нее биокиборга, - посмотри сама на погоду.
Дарья подбежала к экрану. На лабораторию надвигался мощный циклон.
- Да приятного мало, но, а что тут не так?
- Девушки!!! - завопил Андерсон, - у нас совсем нет времени!
- Да, я сейчас вызову солдат, - согласилась Дарья и потянулась к пульту громкой связи, не отрывая взгляд от экрана с погодой.
Хельга дотащила Александра до двери с информационным табло «Лаборатория. 1 уровень. Крыло «А»» и с облегчением избавила себя от ноши. Андерсон в растерянности лишь развел руками и тоже отпустил руку биокиборга.
- Смотри теперь на радарные системы, - посоветовала Хельга Симоновой.
Дарья перевела взгляд на экран радаров. На шести все было спокойно, а на седьмом картинка  действительно казалась странной. Три неопознанных объекта двигались в одном направлении и с одной скоростью. Девушка вновь посмотрела на карту погоды и ахнула. Объекты двигались идентично шторму, тоже в одном направлении и тоже с одной скоростью.
 - А ты их пробивала по радио?  -  попыталась спросить Симонова напарницу, но услышав шум, осеклась.
Неожиданно Александр открыл глаза и очень быстро поднялся на ноги.
- Алекс, все в порядке? - удивился Андерсон.
Александр, кивая, дружелюбно улыбнулся, но вдруг положил ладонь доктору на лицо и резким ударом  под колено сбил Андерсона с ног. Хельга только и успела, что взвизгнуть, а руки биокиборга оказались на ее шее. Александр слегка, но умело надавил на артерию, и девушка потеряла сознание. Капитан Тук и майор Мартино явно остались бы довольны своим подопечным. Действовал он мастерски.
Пока Андерсон приходил в себя, Александр схватил его за ногу и потащил в сторону Симоновой. Девушка потеряла дар речи и, сев на интерактивный стол, от страха вжалась в видеопанель.
Александр медленно подошел к ней.
- Дверь в комнату отдыха! - сказал он мрачно девушке.
Симонова закивала и быстро открыла требуемое помещение. Александр бесцеремонно толкнул девушку внутрь и затащил вслед за ней Андерсона. Доктор жалобно скулил, держась за ушибленную ногу.
- Доктор, шевельнетесь, я вам её сломаю, - склонился над ним биокиборг, и Андерсон замер от страха.
Александр действовал очень быстро. Он вернулся за Хельгой и с легкостью перетащил не самую хрупкую женщину на свете к её коллегам по несчастью. Биокиборг скрупулёзно осмотрел помещение и, увидев на столе небольшой нож, подхватил клинок. Резким движением он воткнул его по самую рукоятку в сенсорный экран дверного терминала. Повалил сноп искр, подсветка потухла, а из образовавшейся на панели трещины заструился едкий дым. Дверь изнутри теперь была заблокирована. Александр вышел из комнаты отдыха, закрыл дверь и направился к экранам видеопанелей.
Его интересовало то, что он узнал из разговора дежурных. Циклон действительно надвигался на лабораторию, и что-то Александр не мог припомнить столь сильного шторма, добиравшегося в эти края. Это выглядело как минимум странным.  Скорость перемещения по карте так и вовсе выдавала в непогоде настоящий ураган. Александр пролистал всю информацию о прогнозе погоды на сенсорном экране. Служба управления климатом не сообщала о каких-либо осадках на сегодня, а уж тем более об ураганном ветре. И даже сейчас на официальном ресурсе Конфедерации на огромной территории вокруг лаборатории текущие данные вторили о ясной и спокойной погоде.
Точки на радаре продолжали приближаться к особняку. Неопознанные объекты однозначно двигались в сторону лаборатории. Ждать гостей стоило уже через тридцать минут. И если Хельга говорила о молчании при радиозапросе, то встреча с ними  не сулила ничего хорошего. У Конфедерации имелось множество тайных врагов, среди которых периодически вылавливали её же влиятельных чиновников. К сожалению, искоренить проблему предательства во власти оказалось проблематичным для правителей Конфедерации. Начиная со времен самого Вальяна, любые удачные потуги в этом направлении перечеркивались всплывающими фактами существования двуличных политиков.
 «Предатели системы» зачастую имели особый государственный статус, их частную жизнь могли проверить только в самых экстренных случаях и то при наличии вопиющих фактов коррупции или превышения  полномочий. В остальном же даже на самых мелких чиновников распространялась тотальная неприкосновенность. Полубоги, не иначе. Такие функционеры пользовались всеми благами государственной системы, но использовали их совсем не во благо самой Конфедерации.
Ко всему прочему на закрытые лаборатории и базы в последнее время участились случаи нападения пиратов. Они уничтожали объект, воровали технологии и разработки, а потом продавали награбленное добро на черном рынке. Нередко выкупающей стороной становилась сама Конфедерация. И хотя пиратство каралось смертной казнью, охотников за удачей от этого меньше никак не становилось.
В любом случае, будь гости с радара пиратами или врагами Конфедерации, «Биокиберии» угрожала нешуточная опасность, даже не смотря на наличие на ее территории четырех автоматических лазерных пушек и расквартированной роты охраны.  При активации пушек, солдаты поднимались по тревоге, а любой неопознанный объект, попавший в километровую зону безопасности  вокруг лаборатории, подлежал немедленному уничтожению.
Пушки и небольшая горстка солдат являлись сдерживающим фактором. По протоколу безопасности при первом же сигнале тревоги дежурные были обязаны вызвать армейский спецназ с ближайшей базы прикрытия. Но Александр не спешил делать это. Слишком много ему виделось совпадений. Пиратам, да и антиправительственным организациям было явно не под силу действовать с таким размахом. Создать мощный циклон, а Александр не сомневался, что непогода была вызвана искусственным путем, и под его прикрытием добраться до лаборатории в Конфедерации могли немногие.  К тому же одновременное отсутствие Фроста и Ермолова наводило биокиборга на размышление, что тайно летели именно за ним. Сами военные могли не отвечать на радиозапросы.
Александр заторопился. Поискав в графическом меню нужные функции, биокиборг активировал лазерные пушки и отправился к соседней с комнатой отдыха двери. За ней он обнаружил техническое помещение, в котором  ютился небольшой склад. Александр взял  со стеллажей  рюкзак с индивидуальным набором выживания, пакет со сверхлегким, непромокаемым, поддерживающим естественную температуру тела камуфляжем и  легкие армейские ботинки.
Внимание биокиборга привлекли портативные пульты управления дверными терминалами лаборатории. Он получал отличный бонус к цели номер один. В комнату дежурного он попал, но с помощью такого устройства мог попасть куда угодно. Чтобы стать королем положения, ему оставалось лишь заблокировать все двери в комнате дежурного и открывать их с пульта по мере необходимости.
Прихватив пульт, Александр переключился на  полку с оружием. Арсенал был скуден, но, тем не менее, заслуживал внимания. Лазерный пистолет ЛПМ-800 емкостью на пятьдесят выстрелов внешне напоминал классический образец ручного короткоствольного оружия. Корпус – все те же рукоятка и ствол.  Только выполнен он был из высокоуглеродистого полимера с множеством полостей, слабо светившихся насыщенным красным светом. Александр взял пистолет и несколько сменных магазинов-батарей, комплект свето-шумовых гранат, электромагнитную гранату, армейский нож с обычным лезвием и дополнительным лазерным резаком, а так же мощный электрошокер.
Биокиборг быстро переоделся, с наслаждением скинув так надоевшую ему белую робу, от которой уже тошнило. Рюкзак с припасами удобно лег на спину, а отобранный арсенал был ловко расфасован по карманам и петлям куртки камуфляжа.
Он осмотрел себя и остался доволен: камуфляж плотно облегает его фигуру, но движений не сковывает, ботинки на ногах вовсе не чувствуются, пистолет находится всегда под рукой, цилиндрические гранаты с кнопочной активацией удобно висят в петельках на груди, сменные магазины к пистолету, нож и электрошокер занимают место в специальных карманах куртки.
С изобретением бронекостюмов простые камуфляжи редко использовались в армии, но традиционно применялись при охране объектов, схожих с «Биокиберией». Правда, в лаборатории дежурные их никогда не надевали. Сотрудники полагались на расквартированную здесь роту солдат. Тем более «Биокиберия» нигде не светилась как закрытая научная лаборатория. Большинство жителей Конфедерации считали особняк домом отдыха руководства Военной Академии наук. 
Александр вернулся к видеостене. Точки на радаре продолжали свое движение. Биокиборг полистал графическое меню сенсорного стола и заблокировал все двери в лаборатории, отключив голосовую и видеосвязь между помещениями. Экраны дверных терминалов  по всей лаборатории вспыхнули красным словом «Заблокировано». Он проверил пульт, наведя на ближайшую дверь, и нажал на кнопку. Экран снова загорелся зеленым «Открыто».
В дверь комнаты отдыха постучали изнутри.
- Алекс, открой, не дури! - с робкой надеждой  в голосе прокричал Андерсон.
Александр на призыв доктора не отреагировал. Он снова полез в графическое меню компьютерного стола. Биокиборг искал  способ проникнуть в кабинеты Фроста и Ермолова. Их двери не открывались централизованно с пульта дежурного и блокировались системой защиты, но он был не просто уверен, а знал о существовании альтернативной возможности проникновения в заветные помещения.
Все вроде бы шло как по маслу, но радар не позволял расслабляться. Александр краем глаза продолжал следить за движением точек на экране. Он контролировал ситуацию, но время, как вода сквозь пальцы, неумолимо утекало. Меню компьютера прокручивалось все ниже, а ответа так и не было. В очередном всплывающем списке Александр увидел надпись «Удаленные терминалы».  Вылез список всех удаленных компьютеров. Биокиборг пробежался по выведенным на экран значкам.
Зрачки его глаз хищно  расширились, когда он увидел искомое. Первым ему попался терминал Ермолова. Александр радостно пробежался по списку вниз и тут же обнаружил значок с надписью «Терминал_Фрост_О». Он активировал компьютер заместителя руководителя «Биокиберии». Появилась панель идентификации пользователя с надписью «Поднесите к экрану бейдж дежурного».
Александр, не медля, побежал к комнате отдыха. Андерсон продолжал периодически стучать в дверь и уговаривал биокиборга одуматься. Пульт разблокировал замок. Едва Александр коснулся панели терминала, дверь сдвинулась в сторону. На пороге застыл доктор, уже занесший кулак для очередного удара. Он обрадовано выдохнул и опустил руку.
- Слава науке! Алекс, ты одумался...
Договорить он не смог. Электрический заряд шокера отправил Андерсона в глубокий обморок, и доктор обессилено рухнул на пол. Александр перешагнул через него и оказался перед Хельгой и Дарьей.
Девушки забились в дальний угол комнаты и вжались друг в друга. В их глазах царил ужас. Их трясло. Страх довел их почти до беспамятства. Александр, сбавляя градус напряженности, спрятал электрошокер в карман и протянул пустую ладонь.
- Бейдж дежурного.
Хельга посмотрела на Симонову.
- Быстро! - рыкнул он.
Как все странно в этом мире, мощная Хельга заревела, а хрупкая Дарья держалась из последних сил, дрожавшей рукой вытащила из переднего кармана золотистую металлическую пластину и бросила ее на пол к ногам Александра. Биокиборг подобрал бейдж и направился обратно к компьютеру.
- Алекс, - испуганным голосом позвала его Симонова,  - там,  на радаре странные объекты. Пожалуйста, свяжись с военной базой и активируй систему защиты.
Он остановился, задумался, но посмотрев на бледное лицо находящейся на грани истерики Симоновой, ответил как можно мягче:
- Хорошо.
Пластина играла на свету, сверкая изображением Витрувианского человека, выполнявшего по совместительству роль логотипа «Биокиберии». Александр вернулся в зал и приложил бейдж к табличке, выведенной на компьютерном столе.
Появилась долгожданная надпись: «Доступ разрешен, для продолжения прикоснитесь к экрану». Едва рука биокиборга коснулась сенсора, компьютер отобразил свое функциональное меню. Среди огромного списка Александр без труда отыскал нужную ему службу. Система переспросила: «Вы действительно хотите снять блокировку с входной двери и перевести систему доступа на пульт дежурного?», и он, не мешкая, подтвердил выполнение операции. Следом разблокированной оказалась дверь в кабинет Ермолова. Теперь точно все дверные терминалы лаборатории находились под контролем у Александра.
До прилета «гостей» осталось чуть меньше пятнадцати минут. Александр засомневался. Протокол безопасности существовал не для галочки. Устав гласил: «Не отвечают на радиосвязь? Активируй пушки, сообщи военным». Все просто. Думать не требуется, требуется выполнять действующие инструкции. Какие бы выводы Александр не сделал о своих лабораторных «истязателях», он не мог их оставить на произвол судьбы. Не понимал почему, но не мог.
Биокиборг вновь обратился к компьютеру, нашел пункт «база «Геркулес»» и вызвал дежурного. Началась загрузка, и на экране видеопанели появилось изображение молодого военного с большими лопухами-наушниками на голове.
- Старший оперативный дежурный объединённой стратегической бригады быстрого реагирования, сержант Максвелл, - зычно отрапортовал он.
-  Я доктор Хенрик Андерсон, лаборатория «Биокиберии», - без тени сомнения соврал Александр.
- Слушаю Вас!
 - К базе движутся три  неопознанных летающих объекта. Движутся быстро, под прикрытием циклона. Скрываются от радаров, засечь смогли только по одному.  На радиоконтакт не выходят. Примите меры.
- Принято. Сейчас к вам отправиться группа. Подождите секунду, - сержант набрал что-то на пульте и обратился к Александру, - всё, группа стартует.
По экрану побежали помехи, изображение запрыгало, из динамиков донесся приглушенный гул. Сержанта Максвелла выбросило из-за стола и, когда он поднялся, наушники болтались у него на шее.
- Что за чертовщина? - вскричал он и начал хаотично стучать по экрану компьютера.
На видеопанель на мгновение вывелось изображение камеры наружного наблюдения военной базы. В небе над ней кружили неопознанные корабли и обстреливали взлетавшие из ангаров истребители. На земле пылала уже куча сбитой военной техники.
- Черт возьми, нас атакуют, - закричал Максвелл, вновь появившийся на экране, - группа вашего прикрытия уничтожена, но новая, я обещаю, попытается прорваться. Держитесь. Связь может прерваться. Они расстреливают узел связи. Держитесь, - повторил он и исчез.
По экрану побежала серая рябь. Александр бросился к двери с надписью «Уровень два, уровень три». Неведомая могущественная сила стремительно приближалась к лаборатории. Александру пора было подумать и о себе.
По лестнице дежурного Александр спустился на третий уровень. Здесь он был редким гостем, но и тех нескольких раз ему хватило, чтобы безошибочно проложить маршрут в паутине лабораторных коридоров. Он миновал три отсека, а на пути ему так  никто и не повстречался. Ночь и режим тишины делали свое дело. Сотрудники либо спали, либо были заперты в лабораторных помещениях. Пару раз Александр слышал недовольные голоса  ученых и лаборантов, которые обнаружили свое пленение в рабочих чертогах. Где-то совсем рядом кто-то неистово барабанил в дверь и истерично кричал:
- Выпустите меня!!! - вопил хриплый, уже надорванный криком, голос скрытого клаустрофоба.
Александр бесшумно прокрался мимо и через несколько кабинетов оказался у двери с надписью «Орландо Фрост». Пульт активировал дверной терминал, и Александр, заметно повеселев, ступил на порог комнаты.
Кабинет Фроста был гораздо скромнее, чем у Ермолова. Здесь не было никаких исторических ценностей, зато обстановка создавалась во имя вкуса и удобства.  Свет включился, стоило Александру сделать шаг внутрь. Заработал климат-контроль с предустановленными комфортными для человека характеристиками. Специальное оборудование стало освежать и ионизировать воздух.
Александр посмотрел на удобный мягкий уголок, который запоминал параметры любого, кто на нем сидел. О такой роскоши в своей спальне он мог только мечтать. На стенах кабинета висели электронные рамки с фотографиями. Снимков за долгую жизнь Фроста накопилось много. На них профессор был запечатлен и на отдыхе, и на встрече с главой правительства Конфедерации, и даже на вручении Нобелевской премии в качестве одного из членов комитета.
В работе Фрост пользовался двумя компьютерными столами. Один из них соединялся с внутренней лабораторной сетью, другой  оставался автономным источником данных. Современными системными блоками, размером  со спичечный коробок, Фрост пользоваться не любил, отдавая предпочтение масштабной сенсорной поверхности стола.
Но самое главное, что нельзя было не отметить, на одной из стен висела огромная картина с портретом Леонардо да Винчи. Фрост, что называется,  боготворил уникальный ум легендарного человека, бесконечно цитировал его и перечитывал всю известную литературу о нем.
Александр посмотрел на портрет гения и запустил автономный компьютер. Именно на нем должен был храниться алгоритм  обхода защиты самой совершенной разработки «Биокиберии». На графическом дисплее стола высветились интерактивная клавиатура  и табличка, затребовавшая пароль.
Веры в конечный успех всего предприятия у Александра не убавилось, но ввод пароля добавил ему новую проблему. Биокиборг даже не знал, с какой стороны подступиться к ее решению
 - Пять минут, - задумавшись, пробормотал он.
Столько оставалось  до прилета «гостей». Биочип стал лихорадочно подбирать варианты  пароля. Александр попробовал их использовать, но ни один из них не принес ожидаемого результата.
Биокиборг старался действовать хладнокровно, не думая о последствиях и причиняемых людям проблемах, но оказавшись в шаге от снятия блокировки, вдруг будто испугался. Испугался, что мог не успеть. Спешившие в лабораторию военные, пираты или кто-то там еще могли запросто перечеркнуть все его начинания. С блокированным биочипом Александр обрекал себя на неудачу.  А на кону стояло самое дорогое, что было в его жизни – его свобода.
Тревожное ожидание тут же сказалось на его эмоциональном фоне. Организм с большим трудом подавлял волнение. В такой ситуации долго противостоять выработке гормонов Александр был не в состоянии. Ладони его мгновенно вспотели, лоб покрылся испариной. Терялся самоконтроль, а эмоции внутри нарастали снежным комом.
Александр оторвался от сенсорного экрана и, зажмурившись, стал проговаривать все вероятные варианты пароля, воспроизводимые в голове. Сердце бешено колотилось. Давление подпрыгнуло до устрашающей отметки. Сосуды головного мозга от перенапряжения силились разорваться. Нервная система импульсами боли пыталась заставить Александра остановиться. Биочип уже готовился «успокоить» своего хозяина. Вот-вот все должно было решиться. Либо пан, либо пропал.
Александр собрал волю в кулак, начал осматривать кабинет. Он искал подсказку, но постоянно натыкался на портрет Да Винчи. Что в гении прошлого мог найти не менее талантливый ученый современности? Александр сорвал портрет со стены и осмотрел рамку. С задней стороны портрета красовалась надпись: «Истина, в конце концов, не остается скрытой». В словах было что-то до боли знакомое. Струна нетерпения заиграла внутри. Решение витало совсем рядом.
Глаза биокиборга широко распахнулись, зрачки сузились до крошечных точек. Его лица будто коснулась рука просветления. Среди бесконечного потока мыслей мозг вычленил ту единственную, которая и подарила ему надежду. Зрачки вновь расширились, а глаза зашлись блеском. Руки сами потянулись к клавиатуре.
На экране стали появляться и мгновенно прятаться под символом «*» буквы пароля.
«Д»…
«*А»…
«** »…
«***В»…
«****И»…
«*****Н»…
«*******Ч»…
«********И»…
Александр нажал «Вход». Система, как и прошлый раз, высветила красное сообщение «Не корректный пароль!!!» и озвучила ошибку противным сигналом. Биокиборг вытер со лба редкие капли пота и невольно прикусил губу. Пальцы вновь коснулись экрана.
«Л»…
«*Е»…
«**О»…
«***Н»…
«****А»…
«*****Р»…
«******Д»…
«*******О»…
Система призадумалась, отобразив процесс обработки пароля вращающимся волчком. Волчок замедлился, описал последние круги, заваливаясь в разные стороны, и повалился на бок. Изображение исчезло, и на темном фоне появились долгожданная фраза «Добро пожаловать». Ее сменила надпись: «Истина была единственной дочерью времени». Сразу после этого мягким белым светом  загорелась кнопка «Начать работу».
Слова да Винчи про время были как нельзя актуальными – времени оставалось в обрез. Но стало легче. Внутри затеплило спокойствием. Теперь Александр мог снова взять себя в руки. Он потянулся к заветной кнопке, но остановился и прислушался. Сверху послышался мощный гул. Стены затрясло, несколько рамок с фотографиями и портрет да Винчи рухнули вниз. С потолка сорвало облицовочные панели. Моргнуло и тут же погасло освещение. Время истекло. Гости «постучались» в дом.
Единственным источником света в кабинете остался компьютер Фроста, питавшийся электричеством  от системы бесперебойного питания. Александр, не теряя драгоценных минут, начал поиск нужного ему алгоритма.

***

Прежде чем обрушиться ливнем и ураганным ветром, циклон принёс обжигающую прохладу. Потянул легкий ветерок, слегка касаясь верхушек могучих деревьев. Низкие тучи затянули небо так, что и без того ночная тьма стала вовсе непроглядной. На севере, откуда шел циклон, молнии, будто сотни фотовспышек, подсвечивали небо. Там вдалеке в секунды грозовых сияний становилось светло как днем. Освещенные клубы густых тяжелых облаков и светлая пелена под ними гарантировали беспокойную ночь.
Усилился ветер, и первые капли дождя, совсем мелкие, коснулись коттеджа. Вода, едва касаясь черепицы, впитывалась в камень. Но капли становились чаще,  и вот уже вниз с крыши бежали веселые ручейки. Гром, как запоздалый гость на празднике стихии, оповестил о себе издалека, но почти сразу начал хозяйничать раскатами над крышей особняка. То и дело вспыхивали ветвистые молнии, заплетая причудливые узоры. Они поражали красотой, но вселяли неподдельный страх, давая понять, что один на один с природой человечек по-прежнему был ничтожеством.
А ветер становился все сильнее и злее. Он выл так, словно его гнали вперед кнутами. Деревья ходили ходуном, готовые вот-вот сорваться вслед за ним с корнем. Обломанные ветви мгновенно уносило вдаль, оставляя лесу обглоданные сиротливые стволы.
Зарядил настоящий ливень. Сплошной поток воды низвергался с небес, но подхватываемый все тем же ветром, летел к  поверхности немыслимо долго. Создавалось впечатление, что вопреки всем законам, дождь не падал, а парил над землей.
Естественно никто не заметил, как под покровом стихии к  лаборатории подлетели три космических корабля. Это были армейские многоцелевые транспортники, угловатых форм, без опознавательных знаков и световых обозначений. Такие космолеты обычно использовались для работы на околоземных орбитах, для доставки грузов и личного состава с  межпланетных кораблей. Даже их форма выдавала в них транспортники. Судя по ней, человеческая фантазия в этом вопросе не далеко ушла от угловатых контейнеров прошлого. Но такие корабли отличались удобными вертикально открывающимися на обе стороны дверьми и хорошим вооружением. Транспортники несли на борту лазерные пушки, а иногда и ракетные установки с разными боеголовками.
Запущенная Александром система безопасности лаборатории отреагировала на приближающие объекты, едва они пересекли первую отметку безопасности. Лазерные пушки вынырнули на подъёмниках из колодцев и стали вести цели ровно до километровой зоны.
Было глупо ожидать, что противник собирался лезть на рожон без оглядки на собственную защиту. На кораблях работала система предупреждения удара ПВО. В тот момент, когда пушки выполнили наведение на ближайший к ним объект, корабли разделились и, не пересекая пограничную отметку, стали облетать зону безопасности по её периметру.
С десяток ярких точек оторвались от огромных кораблей. Ракеты устремились к целям. Лишь одна установка среагировала и ответила встречным огнем на угрозу. Три другие пушки в этой ситуации оказались статистами. Мощные взрывы, уничтожающие многотонные конструкции, затмили яркими вспышками бушующие молнии. Защитные установки, выбивая снопы искр, с визгом и грохотом обрушились на землю. Один из атакующих кораблей зацепил бортом зону безопасности. Уцелевшее орудие отреагировало молниеносно. Корабль качнуло, из поврежденной обшивки корпуса вырвалось пламя.
Разбуженный нештатной ситуацией коттедж заходил ходуном. При активации системы безопасности за оружие схватились солдаты роты охраны. Но после первых взрывов в окнах особняка повсеместно стал загораться свет. Сотрудники лаборатории, напуганные странным шумом, подбегали к окнам и не могли скрыть удивления на своих сонных лицах.  По периметру лабораторного комплекса пылали колодцы с защитными установками, а единственное уцелевшее орудие вело бой с тремя неопознанными объектами в облюбованном стихией небе. Смесь огня, воды, ураганного ветра и вспыхивающих молний приводила людей в ужас.
Один из солдат, карауливший вход в особняк ринулся к двери дежурного, но, увидев заблокированный терминал, поспешил на кухню. Там он открыл специальный люк, вмонтированный в стену, и  ударил по находящейся в нем кнопке тревоги. Голосовая система произнесла:
- Внимание! Чрезвычайная ситуация! Персоналу, не задействованному в лаборатории, срочно пройти в защитный модуль. Повторяю, чрезвычайная ситуация, персоналу, не задействованному в лаборатории, срочно пройти в защитный модуль.
Система продублировала информацию на всех видеопанелях и отключилась. На лабораторию данное сообщение не распространялось. При любых чрезвычайных ситуациях, входные двери  в нее блокировались. Лаборатория становилась автономным объектом, способным выдержать осаду до прихода военной помощи. Сохранение технологии было главной задачей при нападении пиратов.
Защитный модуль не соединялся с лабораторией, но по условиям выживаемости ни в чем ей не уступал. Он находился под кухней, внешне его обнаружить было не возможно, так как  вход в него располагался за большими холодильниками. Холодильные камеры  выезжали на специальных салазках и открывали проход к тяжелой бронированной двери. Модуль хранил запасы провизии, воды и оружия, позволяя отсидеться в безопасности до спокойных времен.
Два корабля с легкостью уничтожили четвертую пушку и стали заходить на посадку прямо в районе мерцающей буквы «Т». Корпус третьего поврежденного транспортника зашелся серьезным пожаром. Он приземлился первым,  занимая место заметно дальше от особняка. Загорелись огни, осветив взлетно-посадочную площадку. На кораблях не было ни одного опознавательного знака. Свежая полимерная краска виднелась там, где обычно указывались борт приписки и порядковый номер космолета.
Как лепестки транспортники плавно раскрыли посадочные двигатели и, замерев на секунду над самой поверхностью, очень мягко и медленно коснулись земли.
Охваченные паникой, несколько сотрудников лаборатории растолкали солдат из роты охраны и бросились к ангарам с аэромобилями. Командир роты истошно завопил:
- Назад!!!
Его никто не послушал. Тогда он бесцеремонно ударил прикладом ближайшего лаборанта, пытавшегося последовать за товарищами, от чего бедняга, сделав сальто, распластался на полу. На остальных сотрудников такой довод подействовал отрезвляюще. Они остановились и, подобно стаду баранов, безвольно посмотрели в глаза военному.
- В защитный модуль! Быстро!!!
Панику удалось остановить, но выскочивших на улицу людей уже было не вернуть. Военные развели руками и почти силой затолкали оставшихся людей в модуль. Командир роты включил видеопанель модуля и вызвал военную базу. На экране сквозь сильные помехи появился сержант, с которым ранее довелось пообщаться Александру.
- Старший оперативный дежурный объединённой стратегической бригады быстрого реагирования, сержант Максвелл, - в своем приветствии он не был оригинален.
- Это лейтенант Крю, лаборатория.
- Мы в курсе. Но нас обстреливают, мы не можем отправить вам помощь прямо сейчас, - оборвал лейтенанта Максвелл.
- Нас тоже обстреливают, - ответил спокойно Крю, - они уже уничтожили нашу батарею.
- Дерзкие ребята. Большими силами пошли, - присвистнул сержант, - ждите группу, как только отобьемся, сразу вылетим. К вам уже перебрасываются силы с базы «Тетрагон», но это займет время. Терпите,  мы делаем все возможное. Закройте гражданский персонал в модуле, держите оборону и... молитесь.
Экран погас. Мужчина в белом халате с бейджем, на котором красовались фотография и идентификационные данные – «доктор Луис Гарсия», подошел к лейтенанту и похлопал его по плечу.
- Ребята. Бросайте это дело. Какая оборона. Давайте к нам!
Крю подошел к ответу со всей серьезностью, задумался на секунду, но ответил отрицательно:
- Нет, доктор Гарсия. У вас своя работа, у нас своя. Закрывайте двери.
- Но идти на смерть – это не работа, это сумасшествие!
- Не открывайте двери, ни при каких условиях, - будто не слыша ученого, сказал лейтенант, покидая модуль.
- Храни Вас бог, - печально проронил Гарсия, и заблокировал вход в модуль.
Транспортники какое-то время не проявляли никакой активности. Даже на охваченном огнем корабле не предпринимались никаких шагов по спасению людей. Но так продолжалось недолго. Двери космолетов открылись одновременно, как по команде, и на площадку выскочил десант, одетый в стандартное для армии Конфедерации обмундирование: черный бронекостюм с усиленными защитными вставками в районе груди, плеч и рук. Не тяжелый, обладающий достаточной прочностью он являлся идеальной экипировкой для быстрых и скоротечных операций. В броне реализовывалась технология, дающая возможность использовавшему её человеку существенно улучшать свои физические кондиции. Десантник в таких латах, бегал быстрее, кидал дальше, бил сильнее, поднимал больше. К броне прилагался сложный композитный шлем с тонированным бронированным передним стеклом, закрывающим лицо бойца до самых губ. С внутренней стороны стекло использовалось как тактический компьютер, выводящий на экран информацию о попадающих в поле зрение объектах, их размерах, расстоянии до них. Помимо этого шлем позволял видеть в неосвещенных местах, имел целеуказатель с привязанным к нему оружием бойца. На любой поворот головы реагировала лазерная автоматическая винтовка ЛАВ-900 с плазменным подствольным гранатометом БП-400+. Заряд лазера корректировал направление в соответствии с движением захваченной шлемом целью. Так же в шлем встраивалась радиостанция, а в бронекостюм – даже собственная климатическая система. Радиосвязь управлялась или сетчаткой глаза, или специальным пультом, вшитым в одну из перчаток.
К ЛАВ-900 каждому десантнику прилагались свето-шумовые и боевые гранаты, лазерный  пистолет, запасные обоймы, нож и небольшой наплечный рюкзак, водонепроницаемый и огнестойкий, для переноса дополнительного инвентаря.
Однако десантом Конфедерации нападавшие не были. Так же как и на кораблях, на их костюмах отсутствовали  какие-либо опознавательные надписи. Не было ни знаков различия, ни шевронов. Из трех кораблей на взлетно-посадочную площадку перед лабораторией выбежали три подразделения по тридцать человек – девяносто вооруженных до зубов головорезов, заявившихся в «Биокиберию» явно не чаю попить.
Одна из групп устремилась к коттеджу, вторая, из охваченного пламенем транспортника, заняла позицию у уцелевших кораблей, а третья отправилась к ангарам, у которых суетились запаниковавшие сотрудники лаборатории. Неизвестные действовали быстро и слаженно. Если нападавшие и являлись пиратами, то организованы и дисциплинированны они были лучше, чем некоторые подразделения действующей армии.
- Пираты? - спросил у Крю его помощник.
- Возможно, - едва высовываясь из окна, присматривался к незваным гостям лейтенант, - но в любом случае сюда пустить их мы не имеем права.
Из охваченного пламенем корабля выскочил экипаж и побежал к человеку, видимо, руководящему всей операцией. Он отличался от остальных пиратов лишь густой седой щетиной, выбивавшейся из-под шлема.
- Мы бессильны  потушить корабль, он потерян и вот-вот...
Не успел командир корабля договорить, как раздался взрыв, заставивший всех нападавших пригнуться. Столп пламени, закувыркавшись причудливыми клубами, устремился в небеса, и яростный огонь стал доедать неохваченные  им еще части корабля.
- Взорвется, - совсем грустно закончил командир уничтоженного борта.
Реакцию седобородого понять было сложно. Тонкие губы так и не двинулись при взрыве. Ни одна жилка не дрогнула. Командующий не то, что не шелохнулся, он даже не посмотрел в сторону потерянного транспортника.
- В корабль «Альфы», -  хмуро махнул он и обратился по радиосвязи к своим группам, - «Дельта», уничтожить ангар.
- Что делать с людьми? - переспросил командир группы «Дельта», - внутри персонал. Вон и ворота уже открывают.
Не дождавшись ответа, он даже приложил к шлему ладонь, словно это должно было дать какой-то эффект. Но седобородый не отвечал. Дождь с остервенением хлестал по его шлему и с брызгами отскакивал от черной глянцевой поверхности. Щетина командующего искрилась капельками воды, отражавшими искусственный свет посадочной площадки.
- Они сейчас полезут в корабли...
- После того, как убедитесь, что среди них нет объекта, уничтожьте весь транспорт. Людей собрать в одном месте,  - сквозь зубы процедил седобородый.
- У нас не хватит времени бегать за всеми!
- Тогда не бегайте.
Его ответ слился с раскатом грома. На фоне этой страшной ночи, он был воплощением ужаса.
- Команда пятьсот? Я правильно Вас понял? Прием!
- Да! - абсолютно безучастно к происходящему ответил седобородый и, повернувшись к особняку, громко и энергично скомандовал, - «Альфа», входишь внутрь, я с «Браво» следом. «Дельта» зачищает периметр. До прилета спецназа у нас мало времени. «Омега» долго сдерживать их базу не сможет.
Последние слова командующего операцией утонули  в криках. Группа «Дельта» открыла огонь по безоружным сотрудникам лаборатории, которые пытались усесться в свои аэромобили.
Крю стиснул зубы.
- Сволочи, - прошипел он от бессилия.
Его рота только называлась ротой. По штатному расписанию в его подчинении находилось всего двадцать человек. Идти в лобовую атаку было  глупой бравадой, ему только и оставалось, что посочувствовать запаниковавшим людям.
Рота Крю заняла  места  в холле за  дверьми, за мебелью, под лестницей и готовилась к худшему. Глаза солдат скрывали шлемы, тонированные стекла надежно прятали читавшийся в них страх. Бойцов не прельщала жажда подвига, но и трусами становиться никто не желал. Понятие чести армия хранить умела.
Раздался взрыв, и на месте разлетевшейся в щепу двери образовался огромный проем. Посыпались стекла окон. Стреляли из гранатомета. Остатки плазмы облизывали края образовавшегося прохода. Следом в помещение влетело несколько гранат. Холл осветила яркая вспышка, повалил едкий дым.
В коттедж ворвались первые нападавшие: двое прорвались через дверь, еще трое запрыгнули в холл через окна. Крю махнул рукой, и в их направлении полетело несколько гранат. Новые взрывы сотрясли особняк. С потолка посыпалась отделка, со стен сорвало старинные картины. Двух человек, застывших на мгновение у входа выбросило обратно на улицу, остальных повалило на пол. Первые потуги воодушевили державших оборону военных, но в особняк тут же ворвались основные силы группы «Альфа».
- Огонь! - закричал Крю.
Подразделение охраны устроило им «дружеский» прием. Настоящий шквал огня, лазерный шторм обрушился на пиратов. Атака, не успев начаться, захлебнулась. Попытка быстрого штурма провалилась. Не ожидали они такой прыти от военных, волей не волей отступили.
- И-ха, - закричал им кто-то вслед, - будете знать, как лезть в логово медведя.
- Занять новые позиции, - скомандовал лейтенант и первым помчался к оконному проему.
Солдаты перестроились и стали добивать отступавшую к кораблям группу «Альфа». Бежавшая им навстречу группа «Браво» застыла в нерешительности. Седобородый зло выругался:
- Вашу ж мать! Тьфу!!! - плюнул он в сердцах.
Это были его первые эмоции за весь вечер. Состав «Альфы» сократился наполовину. Штурм грозился вылиться в настоящую осаду.
- За линию огня, - скомандовал седобородый и направился к кораблю, внимательно вслушиваясь в затихающие за спиной выстрелы.
Он явно что-то замышлял. Ход его мыслей не отвлек даже взлетевший на воздух ангар с аэромобилями. В полном составе к нему вернулась группа «Дельта».
- Приказ выполнен. Объект не обнаружен.
Седобородый молчал.
- Сэр, объект не обнаружен.
- Не шуми, я слышал.
Подчиненный замер в постройке смирно, а седобородый вдруг громко  скомандовал:
- «Дом Альфа», «дом Браво», - обратился он к экипажам двух уцелевших кораблей, - уберите мне фасад здания.
- Приказ принят, - отозвался по радиосвязи командир экипажа «Альфы».
- Приказ принят, - эхом повторил за ним командир второго корабля.
Не закрывая двери, транспортники взмыли в воздух и повернули к особняку.
- Всем убраться, - зло крикнул седобородый.
Штурмовые группы отбежали на безопасное расстояние.
- «Дом Альфы»! «Дом Браво»! Выполнять!!! - голос старшего захрипел от натуги.
Корабли дали залп по фасаду особняка. В воздухе засветились два десятка ракет. Лейтенант Крю слишком поздно осознал дьявольскую задумку своего противника.
- Отступаем внутрь, - крикнул он истошно и побежал.
Последним, что он услышал, было то, как его заместитель совсем рядом испуганно проговорил:
- Мама…
Мощные взрывы сотрясли коттедж, размалывая стены в пыль, обваливая крышу, вспахивая землю перед зданием. Фасад разлетался на части, перебитые колонны летели вниз, разламываясь на осколки. А ракеты все летели и летели, поднимая гигантские клубы пыли. Сквозь ее пелену виднелись смертоносные вспышки зарядов.
Все закончилось, едва начавшись. Защитники дома за считанные секунды оказались погребены под его завалами. Уцелеть удалось лишь одному солдату. Он единственный успел выскочить из холла. Весь белый, будто в муке, оставшись без шлема, парень пополз в сторону кухни, не в силах подняться на ноги.
После ракетного обстрела особняк, некогда пестревший своей красотой, являл собой жалкое и ужасающее зрелище. Перед ним вперемешку с грунтом торчали гигантские куски разломанных плит взлетно-посадочной площадки. Со стороны парадной двери особняк  был будто выпотрошен. Уничтоженный фасад и рухнувшие перегородки обнажили внутреннюю часть здания. К всеобщему удивлению за обвалившимися стенами в некоторых комнатах частично сохранилась первозданная обстановка. Где-то на своем месте стояла кровать, где-то – уцелевшие, но с сорванными дверцами  гардеробные шкафы, в которых тлела висевшая одежда. В здании погас свет: взрывами перебило питающие особняк кабели. Какое-то время он оставался в темноте, но включившееся очень тусклое аварийное освещение добавило разрушенному строению замогильной мрачности.
Для укрывшихся в защитном модуле сотрудников лаборатории связь с внешним миром прервалась. Аварийное питание не поддерживало встроенную видеопанель. Да и смотреть на нее особо никому не хотелось. Смотреть собственно больше было не на что. Уныние и скорбь коснулись лиц уцелевших лаборантов.
Пыль над особняком стала оседать, и седобородый скомандовал:
- Зачистить здание, «Дельта» охраняет периметр.
Группа «Дельта» рассредоточилась по всей лабораторной территории. Остальные пираты поспешили внутрь коттеджа, прыгая по дымившимся руинам.
- «Альфа» зачищает, - командовал на  бегу седобородый, - «Браво» прорывается в лабораторию.
Руководивший штурмовыми группами человек,  был прекрасно знаком с планировкой и особняка, и самой лаборатории. Седобородый мгновенно сориентировался внутри здания и остановился у дверей лифта.
- Четверо входят здесь. Ваш этаж – третий. Помните, что нужно сделать. Остальные – за мной! - прокричал он и скрылся в соседней комнате.
Пираты, оставшиеся у лифта, не обращая никакого внимания на медленно расползавшихся по зданию товарищей, стали готовиться к подрыву дверей лифта. Один из бойцов, достав из рюкзака черный баллончик с большими белыми буквами С-100, нанес по всему периметру дверей тонким слоем полимерную пену взрывчатки. Второй установил на образовавшуюся дорожку небольшой детонатор.
- Разошлись, - как на тренировке скомандовал он и потянулся к маленькому пульту с кнопкой.
Все четверо дружно отступили от лифта, прижавшись спинами к стене. Раздался хлопок. Поначалу показалось, что с дверьми ничего не произошло. Они по-прежнему перекрывали доступ к шахте и были лишь слегка обгоревшими. Однако легкого удара ногой хватило, чтобы и наружные двери, и  двери стаявшей на этом же этаже кабины лифта провалились внутрь. Пираты быстро освободили проход и установили взрывчатку на полу. Снова хлопнуло, и вывалившееся дно кабины полетело вниз, громко ударяясь о стены шахты. Следом за подорванным полом вниз отправилась связка гранат. Их взрыв раскурочил двери шахты на третьем уровне лаборатории. Взрывной волной их разорвало на части, вывернув створки внутрь этажа. Устремившийся вверх огонь облизал стены узкого колодца и, обдавая пиратов теплом, на секунду ворвался в особняк.
- Бронированные двери, бронированные двери, - довольно заворчал один из пиратов, осматривая проделанную работу, и без раздумий прыгнул вниз.
Его примеру последовали остальные. Касание дна шахты было мягким, специальный механизм ботинок надежно амортизировал ноги.
Бойцы группы «Браво» во главе с седобородым беспрепятственно добрались до двери, ведущей в зал дежурного.
- Подрывайте, - приказал он.
Штурмовавшие здание пираты повторили операцию с той же точностью, что и их соратники у лифта. После нового хлопка очередная дверь перестала быть для них преградой.
Седобородый махнул рукой, и пираты устремились внутрь. Сам он, услышав очередной хлопок, на этот раз направленный взрыв С-100 устранил преграду в виде внутренней двери перед комнатой дежурного, отправился на кухню.
На кухне два пирата делали вид, что обследовали помещение. Увидев командира, они замерли, ожидая распоряжений. Дисциплина у бойцов, что и говорить, была железная. Возможно, они просто боялись его. Хотя одно другому вовсе не претило.
- Здесь за холодильниками должен быть защитный модуль.  В нем прячутся сотрудники и, возможно, наш объект,  - сходу заговорил седобородый, - Откройте модуль и убедитесь, что его там нет. Дальнейшая судьба персонала меня не интересует.
- «Центр», Это «Браво-1». У нас тут три запертых сотрудника оказались в одной из комнат. У одного следы электрошокера. И еще странность – все двери в лаборатории заблокированы, - заверещала рация.
- Что говорят?
- Ничего...
- Хорошо оставьте пока их, если не мешают, но будьте бдительны.
Седобородый направился обратно, но на полдороги остановился, повернувшись к своим подчиненным, по-прежнему боявшихся пошевелиться:
- Нет, все-таки судьба персонала мне не безразлична. Сделаем так. Переведите в защитный модуль троих из дежурки, в дальнейшем всех найденных лаборантов тоже ведите сюда. А когда закончите идентификацию, заминируйте подход к этому укрытию. Передадим Конфедерации «пламенный привет». Я уверен, военные первым делом бросятся сюда.
Он договорил и вышел из кухни. Испуганный взгляд спрятавшегося в вентиляционной шахте уцелевшего солдата провожал седобородого сквозь решетку до самой двери.

***

Александр все еще листал список файлов в компьютере Фроста, когда прозвучал новый взрыв, уже на его этаже. Поиск алгоритма прекратился лишь на секунду, но грозный сигнал извне заставил биочип работать с удвоенной скоростью.
По звуку Александр догадался: взорвали шахту лифта. Сколько времени оставалось в запасе? Минуты? Он больше склонялся к тому, что времени не оставалось вовсе. Незнакомцы вот-вот должны были объявиться. Кто бы там сверху не шумел, делал он это очень настойчиво и умело. Все внешние двери лаборатории, в том числе двери лифта, были выполнены из высокопрочной брони. И тот факт, что их вскрыли, словно консервную банку, говорил о высоком классе спецов и их хорошей экипировке.
Военные или пираты? Большой разницы для Александра не существовало, но его смущала излишняя активность и агрессивность  непрошеных гостей. Через шахту спускались целенаправленно на третий уровень. Наверняка их интересовали кабинеты Фроста и Ермолова. Если шли за технологией, значит шли  и за ним.
Время утекало как вода сквозь пальцы. Александр напряг слух. Из коридора донеслись отчетливые шаги. Перед дверью они смолкли.
- Давай же! - Александр злился сам на себя.
За дверью раздался звук растекающейся из баллончика взрывчатки С-100.
- Ммм! - не отрываясь от стола, будто ответил он шуму.
Его взгляд ухватился за файл со звучным названием «free_reason.bcc». Расширение файла указывало на язык программирования, разработанный в недрах лаборатории – the biocybernetic code или БСС. Александр кликнул, и файл открылся:

;;;;;AUG UUU ; 01010100 CUU AUU ;;; 01001000 UAU CUC ;01000101  CGG AGC AGA UUC UUA CGC GGG CUA CCC CAC UGA CAG AAA UUG CCU ACG GCG GGA UCG UGG AUA UCU UAC UGC UAA ;;;;;010000011;;;;;01001111 AUG GCC ACC GUA ;01000100 GAA CGA GGC UCA CGU AUC UCC ;01000101 UAG AUG CAU UGU AAG GAC CAA ;;01001000 GUC GGU AAC CUG GUG AGU CUC ;;01000001 GAG CCG ACA CUC AGG AAU CCA GCA GAU ACU ;;;;01010011GUU GCU UUU CUU ;;01001110AUU UAU CUC;;01001111; CGG AGC AGA ;;;01010100 UUC UUA CGC GGG CUA CCC CAC UGA AUG CAG AAA UUG UAA AUG CCU ACG GCG GGA ;01000001 UCG UGG AUA UCU UAC UGC GCC ACC ;;;;;;;;;;01010011 GUA GAA CGA GGC UCA CGU AUC UCC UAG AUG ;;;;;;;;01000101;CAU UGU AAG GAC CAA GUC GGU AAC;;;;;;;;;;01001110 CUG GUG AGU CUC GAG CCG ACA ;;;01010011;CUC AGG ;01001101 AAU CCA GCA GAU ACU GUU GCU UUU CUU AUU UAU CUC CGG AGC AGA UUC UUA CGC GGG CUA ;;;;;;;;;;CCC CAC UGA AUG CAG AAA ;;; UUG UAA AUG CCU ACG GCG GGA UCG UGG AUA UCU UAC UGC GCC ACC GUA GAA CGA GGC UCA CGU ;;;;;;;;;AUC UCC UAG AUG CAU UGU AAG GAC CAA GUC GGU AAC CUG GUG AGU CUC GAG CCG ACA CUC AGG AAU CCA GCA GAU ACU GUU GCU UUU ;00101010 CUU AUU UAU CUC ;;;;;01010100;CGG AGC AGA UUC UUA CGC GGG CUA CCC CAC UGA AUG CAG AAA UUG UAA AUG CCU ACG GCG GGA UCG ;01010010 UGG AUA UCU UAC UGC GCC ACC GUA GAA CGA GGC UCA CGU AUC UCC UAG AUG CAU UGU;;;;;;;;;;;;;;;01001111; AAG GAC CAA GUC GGU AAC CUG GUG AGU CUC GAG CCG ACA CUC AGG AAU CCA GCA GAU ACU GUU ;;;;01001100 GCU UUU CUU AUU;;;01001100 UAU CUC ;;;;;;;;;;01000110 CGG AGC AGA UUC UUA;;;;;;;;01000001  CGC GGG CUA CCC CAC UGA AUG CAG AAA UUG UAA AUG CCU ACG GCG GGA UCG UGG AUA ;;;;;;;;;;01000011 UCU UAC UGC GCC ACC GUA GAA CGA GGC UCA ;;;;;;;;;;01000101 CGU AUC UCC UAG CAU UGU AAG GAC CAA GUC GGU AAC ;;;;00101010 CUG GUG AGU CUC GAG CCG ACA CUC AGG ;;;;AAU CCA GCA GAU ACU ;;;;;;;;;;; GUU GCU UGA ;;;;;

Текст он прочитал несколько раз, но ничего не произошло. Биокиборг видел лишь  набор бессмысленных символов. Алгоритм был скомпилирован в виде биокибернетического кода. Как эта запись могла снять блокировку с биочипа, Александр не имел ни малейшего представления.
Он хлопнул ресницами, еще раз. Глаза начали странно реагировать на запись. Биочип не отвечал. Такого никогда не было. Его будто не существовало. Прошло еще какое-то мгновение, и биочип очнулся, но стал выдавать непонятные сведения, аналогичные коду на экране. Голова Александра закипела от обилия непонятной информации.
В глазах поплыло и медленно потемнело. Непрерывный поток информации побежал перед глазами бегущей строкой. Зрительные центры головного мозга накрыла волна галлюцинаций. Следом дал сбой слух. Александр начал слышать, или ему так казалось, невозможную кашу из звуков. В нос ударила волна запахов. Во рту было сладко и солено, перчило и горчило одновременно. Все перемещалось. Звуки стали иметь свои цвета и оттенки. Сменившие поток цифр абстрактные мозаичные образы приобрели запах и вкус. Александра зашатало и затрясло. Он согнулся, упал на колени и схватился за голову.
- А-а-а-а, - застонал биокиборг, не почувствовав рук на голове.
В отчаянье он поднял голову вверх. По крайней мере, так ему показалось. Александр хотел закричать, но тело не слушалось его. Он попытался встать, но на подкосившихся ногах рухнул плашмя на пол. Александр больше ничего не слышал, ничего не видел и ничего не чувствовал.  Функционировал только мозг. Бесчувственный вакуум. Как-то странно в этой пустоте звучали собственные мысли. Закралось предчувствие смерти. Что, если это был код, написанный для его самоуничтожения?
Секунды казались Александру вечностью. Он потерял чувство времени. Возможно, атаковавшие лабораторию люди уже стояли, склонившись над ним, или тащили его куда-то. Едва зародившаяся волна отчаянья, почему-то сменилась полной апатией.
И вдруг все начало меняться. Не сразу, но темнота в глазах стала таять, как сумерки поутру, слух уловил робкий звук, казавшийся таким далеким. Вдруг зрачки биокиборга расширились от удивления. Он стал видеть так, будто всю жизнь до этого ходил в очках с эффектом сепии. Но теперь не только зрение, все органы чувств снова работали. Да как!
 Необычайная легкость подняла Александра с пола. Он встал, осмотрел свои руки, комнату. Новое, не испытуемое ранее ощущение эйфории от понимания собственных сил и возможностей охватило его. Это было настоящее прозрение. Чувство близкое тому, что испытывает человек впервые увидевший свет или услышавший звук. Все было настолько ярким, чистым и понятным, что у Александра закружилась голова. Биочип подсказывал: организм в срочном порядке адаптируется к своим скрытым возможностям и учится правильно ими пользоваться. До этого момента при лабораторных тестированиях ему по очереди открывали доступ только к одной из его уникальных способностей. Теперь же он получил все. Ограничения с биочипа слетели, словно, ненавистные оковы, а доступ к нему извне Александр спешно заблокировал. Теперь он был не досягаем для беспроводных команд. Чувство свободы окрыляло, но биокиборг больше не боялся эмоций. Наконец, он принадлежал самому себе и готов был сражаться за себя до победного конца, тем более, что выбор выглядел до неприличия простым – свобода или смерть.
Громкий хлопок за дверью заставил Александра вернуться к реальности. Оказалось, что все метаморфозы с ним длились какие-то секунды. Он сосредоточенно и очень аккуратно приблизился к двери. Слух подсказал, за дверью стояли двое. Анализ всех возможных данных вывел для биокиборга самый успешный алгоритм действий…

***

Спустившись на третий уровень, пираты разделились. Одна группа отправилась прямиком к кабинету Ермолова, другая – к Фросту.
В задачу четверки входило уничтожение компьютеров руководителей «Биокиберии», поиск внешнего накопителя данных с архивом работ по технологии в сейфе Ермолова и последующая закладка бомб с антивеществом на этаже.
Не ожидая встретить ничего иного кроме, как очередную заблокированную дверь, пираты сразу приготовили баллончик с С-100 и детонатор. Они не прогадали: дверной терминал кабинета Фроста встретил их вполне ожидаемой красной надписью.
В очередной раз была проведена отработанная до автоматизма операция: узкая дорожка взрывчатки по периметру двери, детонатор и подрыв. После хлопка один из пиратов встал напротив двери и замахнулся ногой. Выбить дверь ему так и не удалось, с другой стороны это сделал Александр.
Дверь вылетела в коридор и впечатала пирата в стену. Его напарник, увидев выбегающего следом за дверью биокиборга, даже успел порадоваться – перед ним объект их поисков. Он навел на цель свою винтовку, но очередь ушла в потолок. Александр молниеносно перехватил ствол винтовки  и увел его вверх. Убедившись, что церемониться с ним не собираются, он свободной рукой наотмашь ударил противника прямо в шлем. От мощного удара, а биокиборг вложил в него всю свою силу, крепкое защитное стекло разлетелось на мелкие осколки, и мощный кулак раздробил пирату носовой хрящ. Стрелявший даже не пискнул. От болевого шока он мгновенно потерял сознание.
Александр развернулся. Оставшийся за спиной противник выбрался из-под двери. Он поднимался с пола, пытаясь дотянуться до лежавшей рядом лазерной винтовки. Не вышло. Биокиборг ударил его ногой, опрокинув на спину. Пират запаниковал, оперся на локти и начал ползти назад.
- Организация и  подразделение. Быстро, - Александр наступил ногой ему на грудь и придавил к полу.
Пират не на шутку испугался. Что за зверь вырвался из клетки? Броня под ногой больно уперлась в грудь, затруднила дыхание. То, что перед ним находился объект их поиска, он не сомневался, но бедняга и в кошмарном сне представить себе не мог, что противник был настолько силен.
- Армия? Спецслужбы? Пираты? Повстанцы? Вы пользуетесь радиосвязью?
Александр продолжал давить и задавать вопросы. Пират хрипел, тщетно пытаясь столкнуть ногу со своей груди.  Осознав свою беспомощность, он, что есть силы, набрал воздуха в грудь и закричал:
- Всем группам, объект на третьем уровне!
Биокиборг выхватил пистолет и выстрелил. Противник обмяк. Его челюсть оказалась раздробленной, а кожа вокруг раны почернела от ожога. К несчастью для Александра радиосвязью нападавшие пользовались. 
По спине побежали мурашки. Нелепое чувство. Александр прибывал в легком шоке. Стрелять в людей ему еще не приходилось. Все произошло очень спонтанно. Он действовал рефлекторно, наиболее быстрым  и эффективным в сложившейся ситуации способом. Военные инструкторы довели это в нем до автоматизма.
- Сам виноват! - биокиборг робко, но пытался оправдаться перед собой.
Дальнейшее промедление было смерти подобно. Объект на третьем уровне, врезалось ему в голову. Причиной творившегося беспредела, как Александр и предполагал, был он сам. И теперь противник знал его местонахождение. 
Биокиборг определил антропометрические параметры бронекостюма убитого. Размер подходил идеально – крепко сбитый вояка, матерый противник. То, что не сдюжил с биокиборгом не его слабость, а сила Александра. 
Александр осмотрел бронекостюм и не нашел ни одного знака отличия. Нападавшие действовали неофициально.
- Пираты? - пробормотал Александр.
Забросив тело поверженного противника на плечо, он поднял  с пола лазерную винтовку и побежал  в сторону кабинета Ермолова. За первым же поворотом коридора ему на встречу выскочили еще двое. Биокиборг, не думая, бросил в них тело их соратника. Ставка на неожиданность сыграла, оба оказались на полу. 
- Страйк, - ухмыльнулся Александр.
В боулинг, как и в другие игры, он никогда не играл, но помнил каждое слово из рассказов лаборантов о той, не лабораторной жизни. На основе таких историй он долгие годы рисовал в своей голове яркие образы городов, которые так хотел увидеть.
К поваленным на пол пиратам, Александр отнесся как нельзя гуманней. Выхватив электрошокер, он по очереди вырубил их, подобрал труп и устремился дальше к очередной цели из своего списка.
Перевести дух удалось только в кабинете Ермолова, дверь в который незваные гости уже успели вскрыть. Встреченные им пираты  в нем знатно наследили: искрили уничтоженные компьютеры, сейф, располагавшийся за картиной, был выпотрошен.
Первым делом Александр переоделся. Индивидуальный набор выживания и снятый камуфляж перекочевали в рюкзак убитого пирата. В самом рюкзаке он обнаружил два баллончика С-100, детонаторы к ним и небольшой кейс. В кейсе хранилась электромагнитная ловушка с антивеществом. Это была одна из бомб, которой хотели взорвать лабораторию.
Биочип не подвел, бронекостюм и шлем пришлись Александру впору. Все их примочки он знал в совершенстве, не зря изучал военное дело.
- Центр, Я – «Браво-4», достиг третьего уровня.
- Центр, «Я – Браво-1», следую за «Браво-4»
- Я –  «Браво-6». Двигаюсь за Вами ребята.
- Визуальный контакт?
- Отсутствует.
- «Браво-12,13,14,15», ответьте!
- Тишина.
- Двигаемся двойками.
Теперь биокиборг слышал нападавших. Он подбежал к сейфу. Его содержимое просто вывернули на пол. Среди бумаг и документов Александр отыскал то, что хотел – электронный кошелек.  Внешне средство хранения электронных денег, а других в  Конфедерации не было, походил на кредитную карточку, только имел небольшой сверхтонкий экран, три кнопки: «Приход», «Расход», «Баланс», - и поверхность,  считывающую информацию. Он проверил содержимое кошелька. На экране высветилось – сто тысяч пиров. Лаборанты не подкачали, слухи подтвердились. Солидная сумма из личных сбережений Ермолова была славным подспорьем в начинаниях Александра.
- Черт, у нас тут трехсотые, - раздалось в радиоэфире.
Раздетое тело мозолило глаза. Александр спрятал кошелек в специальный отсек костюма  и огляделся. Перед ним высился огромный шкаф, как раз место для пирата. Пришлось повозиться, но, как только «прибрался», биокиборг подбежал к сейфу и лег на пол.
- Я – «Браво-4». Мы с «Браво-1» у кабинета руководителя.
Частый стук ботинок подтвердил приближение подкрепления. Перед дверями он смолк, и в кабинет, стараясь не шуметь, прокрались двое.
- А вот и четвертый.
Пираты приблизились к Александру, и один из них ткнул его винтовкой в спину:
- Марио!?!
- Готов, похоже.
- Центр, у нас четыре потери. Объект не обнаружен.
- Хорошо, - в эфире прозвучал голос седобородого, -  продолжайте поиски, у нас еще расчетных пятнадцать, максимум двадцать минут. «Омега» отступила. База отбилась. Зачистите этаж, найдите накопитель и ставьте бомбы.
- Приказ принят. Что с объектом? По-прежнему живым или мертвым?
 - Мне без разницы, но он не должен достаться военным. Особо не возитесь. Не идет на контакт, стреляйте.  У нас и так сегодня большие потери. Заказчик будет не доволен. Наследили мы. Но повторюсь: заберите накопитель и установите бомбы. Это главное.
Дважды произнесенное слово «накопитель» сразу резануло слух.
- Обыщи его. Раз у сейфа лежит, значит, скорее всего, накопитель у него, - сказал один из пиратов и повернулся к выходу, - я обыщу остальных.
Боец присел на корточки и стал обыскивать бронекостюм Александра. Биокиборг нащупал электрошокер и резко ударил противника по незащищенной части лица. Мощный разряд затрещал в воздухе. Потерявшего сознание пирата отбросило назад, как после хорошего удара кулаком.
Второй пират только среагировал на шум, а Александр был уже на ногах. Биокиборг ударил его в подбородок. Сдюжить с таким ударом  пират не смог, ноги сами подкосились. Он почувствовал дикую боль. В глазах потемнело. Пират попытался дотянуться пальцем до кнопки включения рации, но рука перестала его слушаться. Он вскрикнул от новой боли и от неё же прозрел. Глаза его перекосило от ужаса: Александр заламывал пирату руку, держась за рукоятку торчавшего из его перчатки огромного ножа.
- Пощажу, если ответишь на три несложных вопроса! Кто вы? Кто вас послал? И какова ваша цель?
Пират застонал, но не ответил. Александр слегка повертел ножом, сорвал с противника шлем и зло заглянул в его глаза. Подействовало. Напуганный до полусмерти рыжеволосый молодой человек жадно затряс челюстью и выдал как на духу:
- А-а-а. Мы наемники. В свободное время пиратствуем, но сегодня нас наняли.
- Это понятно. Что за организация?
Нож врезался глубже в рану.
- А-а. Нет организации. Нас в местной Александрии собрал один человек, предложил большой барыш.
- Имя!
- Не знаю!!! А-а-а-а!!! Прозвище у него – Кремень. Непробиваемый он, вечно невозмутимый. Щетина седая на пол-лица. Отпусти!!!
- Кто его нанял?
- Не знаю-ю-ю-ю…
- Верю. Где он тебя завербовал?
- Таверна «Хмельный ус» в Чешском квартале.
- Верю. Ваша цель?
- Их две: накопитель данных в сейфе профессора и ты!
- Что за данные ты, конечно, не знаешь?
- З-н-а-а-а-а-ю. Технология, по которой создали тебя.
- А что со мной?
- Тебя нужно или доставить заказчику, или уничтожить. За выполнение первого условия платят больше.
Александр вытащил нож и почти по-дружески постучал наемника по щеке. Пират скинул перчатки, перехватил порезанную руку здоровой и заскулил.
- Отдыхай, - произнес Александр и вытащил электрошокер.
- Ты обещал, - бедняга взвыл, но услышав треск электричества, покорно замолчал и даже закрыл глаза.
Покончив с ним, биокиборг выскочил в коридор. Новая информация прибавила ему размышлений. За ним прилетели не военные. В лаборатории орудовали наемники. Получалось, что в сейфе Ермолова на внешнем накопителе данных хранилась вся информация по проекту «Эволюция». Пираты охотились одновременно и за технологией и за биокиборгом. Все становилось на свои места. Владение многомиллионной информацией – перспектива выгодная. Вот почему лабораторию планировалось уничтожить. В единственном экземпляре технология создания биокибернетических организмов получит совсем другой ценник. Сам же Александр оказался лишь частью сделки и то в качестве бонуса. Стало даже немного обидно. Ничего себе бонус!
Вернувшись к обездвиженным в коридоре пиратам, Александр тщательно обыскал их бронекостюмы. В одном из них он обнаружил небольшой черный бокс с логотипом Symphonies of memoirs. Такое название носил крупнейший производитель портативных накопителей информации. Теперь технология находилась в его руках, и при определенных обстоятельствах она могла стать для Александра билетом в нормальную жизнь. Умный торг с Конфедерацией мог принести солидные дивиденды. Оставалась самая малость – сбежать из атакованной пиратами лаборатории.
- «Браво-4», что у вас там?  - ожил радиоэфир, - Почему молчите? Так,  «Браво», всем составом спускайтесь на третий, я иду за Вами. «Дельта», оставьте на периметре пятерых, остальные бегом в лабораторию, - моментально скорректировал действия «Центр».
Руководивший операцией седобородый был порядком разозлен потерями, и поэтому лично решил отправиться на третий уровень лаборатории. Его остановили:
- «Центр», это «Альфа-11», модуль вскрыли. Здесь человек пятьдесят. Объект не обнаружен.
- «Центр», это «Альфа-1», зачистка дома проведена. Объект не обнаружен.
- «Альфа», отбой. Все вниз. Объект на третьем уровне.
Александр вспомнил про пульт, и ему в голову пришла оригинальная идея. Он разблокировал двери во всем лабораторном комплексе. Обезумевший от страха персонал, увидев на экранах зеленый свет, бросился из своих кабинетов к выходу. В ночной смене людей было не так много, но достаточно, чтобы создать так необходимую в коридорах неразбериху.
Из ближайшего кабинета на него сразу выскочили трое сотрудников «Биокиберии». Не узнав Александра в бронекостюме, они застыли от ужаса.
- На выход, - закричал он им и выстрелил из винтовки над их головами.
Они бросились убегать. Перепуганные люди сталкивались друг с другом, падали, но продолжали попытки спастись. Александр шел следом, и время от времени стрелял над ними в потолок. Из кабинетов выскакивали все новые сотрудники и пополняли дружный строй беглецов.  Александр гнал их к лестнице, к единственному, как казалось им, шансу на спасение.
- Рассредоточились по этажу - появился в эфире седобородый.
Основная группа пиратов достигла третьего уровня.
- «Центр»,  у нас на втором уровне проблемы - тут открылись все двери, персонал бегает в панике.
Александр подгонял толпу уже из пятнадцати человек. За ближайшим поворотом коридора находилась заветная дверь к лестничному пролету, у которой теперь толпился противник.
- «Центр», на первом уровне такая же ситуация.
- Сгоняйте их всех в модуль,  главное никого не пускайте  с третьего уровня, здесь я сам разберусь.
 Едва седобородый отдал приказ, как на пиратов выскочила подгоняемая Александром толпа.
- Черт, - выругался Кремень.
Он посмотрел на обезумевших людей и закричал своим людям:
- Так всех проверить, объект может прятаться среди персонала.
Седобородый бегло пробежался по перепуганным лицам, но тут же в недоумении  проводил взглядом вылетевшие прямо из-за спин лаборантов две гранаты. Они упали ему под ноги.
- Ложись, - только и успел крикнуть он.
Первая граната оказалась электромагнитной. При взрыве она на время вывела из строя электронику бронекостюмов и шлемов в радиусе нескольких метров. Вторая граната ослепила всех яркой вспышкой. При сбое компьютера защитное стекло шлема уже не могло спасти от кратковременной слепоты.
Дождавшись взрывов, Александр выскочил из-за угла и побежал к двери. Сотрудники лаборатории, попадав на пол, держались за глаза и кричали. Пираты, более привычные к таким лишениям прижались к стене, обеспокоенно прислушивались к источнику шума.
- Да заткнитесь, - не выдержал криков один из пиратов и пустил в воздух очередь.
В коридоре заметно стихло. Александр спешно добрался до двери, но в проходе вдруг остановился. Рядом  с ним с безразличным лицом сидел седобородый пират.
- Это ты? - услышал он шаги биокиборга.
Седая щетина. Голос «Центра» из радиоэфира. Кремень? Стало быть, так. Уничтожить его? Время бежало слишком быстро. Противник вот-вот мог прозреть. Подрыв лаборатории, вспомнил Александр приказ седобородого. Как раз этого биокиборг допустить не хотел. Нужно было отыскать пульт, активирующий бомбы. Он достал нож и лазерным лезвием ловко срезал лямки за спиной седобородого. Командующий операцией начал сопротивляться, но сухой, хлесткий удар в подбородок остановил его. Пират зло оскалился и сплюнул кровью.
Александр открыл рюкзак. В нем красовался пульт с дисплеем. Биокиборг нажал на кнопку включения, пульт пикнул,  и на экране появились датчики тридцати бомб. Александр удовлетворенно хмыкнул – для лаборатории он сделал все, что мог, квиты.  Выключив пульт, биокиборг вместе с находкой поспешил дальше.
- Я тебя найду. Слышишь? Найду и убью! - рыкнул за спиной седобородый.
Кремень оставался кремнем. Александр его, конечно, слышал, но спешил наверх. Слишком скромной форой еще надо успеть воспользоваться.
Седобородый нащупал кнопку рации и бесцельно нажал на нее несколько раз. Костюм все еще не работал, но белая пелена начала отступать. Глаза стали различать тени. Кремень моментально вскочил на ноги и, опираясь на стену, быстро пошел туда, где стонали сотрудники лаборатории. Нащупав на чьей-то голове волосы, он с силой дернул вверх.
- Как выглядел человек за вашей спиной?
Не дожидаясь ответа, седобородый дернул еще раз, еще сильнее, так, что послышался треск.
- Как вы, во всем черном, - кто-то простонал в ответ.
Кремень, не выражая никаких эмоций, вдруг ударом кулака отправил в нокаут ни в чем неповинного человека. Снаружи он выглядел спокойным, но внутри него бурлил вулкан.
Александр тем временем поднялся на первый уровень лаборатории. Ему предстояло выполнить последнее дело в стенах своего каземата – освободить Генри. Кот по-прежнему находился в зооцентре в клетке, и Александр думал только о том, чтобы с ним ничего не случилось. В коридоре он столкнулся с очередной группой наемников, которые тащили куда-то девушку.
- Пошла!
Она отчаянно сопротивлялась, но совладать с четырьмя мужчинами ей было не под силу. Красные волосы девушки выглядели растрепанными, в изумрудных глазах читался неподдельный страх. К своему удивлению, Александр узнал в пленнице Катерину Дворжакову.
- Что вы делаете? - спросил он.
- Да ты что не видишь, кто это? - непонимающе спросил один из державших девушку пиратов.
- Да, точно. Не признал, - соврал Александр, даже не догадываясь, что ему хотели этим сказать.
Тот же пират активировал рацию:
- «Центр», это «Альфа-15», ты не поверишь, кто в наших руках.
Реакция командира повергла его в шок:
- Заткнись, ублюдок, - прокричал Кремень в ответ, видимо, его рация вновь заработала, - внимание всем. Объект надел бронекостюм. При последнем контакте он поднимался наверх. Будьте бдительны. Увидите – уничтожьте. Надоело с ним возиться.
Седобородого перебили:
- «Центр», это «Браво-4», накопитель у объекта, - в кабинете Ермолова очнулся пират, которого допрашивал Александр, - Он в курсе всего!
- Что? - вулкан эмоций все же прорвался наружу, - Приказываю всем! Найти и уничтожить!!!
Пираты недоуменно уставились на Александра и даже выпустили из мертвой хватки Катерину. Биокиборг на секунду обернулся назад, делая вид, что не меньше их находится в смятении.
- Там кто-то есть? Нет никого? - пожал он плечами.
Но наемники смотрели именно на него. Александр вздохнул и нажал на спусковой курок. Катерина в ужасе пригнулась и схватилась за голову. Оказаться в считанных сантиметрах от настоящей бойни – ситуация не для слабонервных. Считать себя её участником – и того хуже.
Но биокиборг стрелял мастерски. Не было и намека на то, что Дворжакова могла пострадать. Стрельба прекратилась, и Катерина с облегчение, а где-то и с удивлением, посмотрела на поверженных обидчиков и перевела взгляд на своего спасителя. Незнакомец в бронекостюме не планировал её убивать.
Александр перезарядил винтовку и вернулся к входной двери. Он посмотрел вниз на лестницу, откуда уже доносился топот тяжелых ботинок. Биокиборг, не раздумывая, бросил  на ступени несколько гранат, предварительно активировав на них датчики движения. После этого он закрыл дверь и заблокировал терминал. Внизу почти сразу раздались взрывы.
- Пойдешь со мной, - вернувшись к Катерине, Александр схватил ее за руку.
Девушка и не пыталась сопротивляться. Она беспрекословно поспешила за своим спасителем.
Наперерез им выскочили двое. Александр затолкал Катерину в первый же открытый кабинет, а сам отпрыгнул в сторону. Лазерные лучи рассекли воздух там, где они только что находились.
Для Александра на какое-то мгновение перестало существовать время и пространство. Вся ситуация рисовалось для него не столько как для участника событий, сколько как для стороннего наблюдателя. Биочип подсказывал и корректировал каждое его движение. Он предвосхищал действие противника. Эта способность воспринималась им как само собой разумеющееся, как часть его «Я».
Не давая пиратам опомниться, биокиборг открыл ответный огонь. Выстрелы достигли цели, но броня выдержала. Расстояние помешало нанести разящий удар. Тогда Александр, не прекращая стрельбы, стал очень быстро сокращать дистанцию с противником. Когда обойма опустела, он отбросил винтовку и, оттолкнувшись от стены, боковым ударом ноги в голову сбил ближайшего пирата. Наемник не успел коснуться пола, а Александр  уже схватил второго пирата за голову и по рукоятку вогнал нож в незащищенную часть его шлема. На полу оба противника биокиборга оказались одновременно.
Александр, не мешкая, схватил шокер и убрал со своего пути уже начавшего, было, приходить в себя оглушенного ногой наемника. Устройство весело затрещало, но тут же пискнуло: его заряд показал «0». Дисплей погас, и биокиборг отбросил теперь уже бесполезное средство обороны и подобрал ближайшую заряженную винтовку.
Катерина выглянула из кабинета. Она пребывала в шоковом состоянии. Ее трясло. Психолог находилась на грани нервного срыва. Абсурдная ситуация, но случалось и хуже.
Александр снял свой шлем и аккуратно взял Катерину за руку.
- Успокойтесь, это я. Вы в безопасности.
Но девушка одернула руку и неожиданно попыталась сбежать. Александр одернул её резким движением.
- Да очнитесь вы, наконец, - закричал он на нее.
- Алекс? - будто опомнившись, недоверчиво спросила Катерина.
Биокиборг перевел дух.
- Да, я. Все хорошо. Вы в безопасности. Успокоились?
Дворжакова быстро и еще нервозно закивала головой.
- Что от вас хотели нападавшие? Они утверждали, что знают вас. Что происходит?
- Не знаю, - вдруг разрыдалась девушка, - прошу вас, вытащите меня отсюда! Я боюсь.
Добиваться от нее ответа сейчас было столь же бесполезным занятием, что и проводить дневное тестирование с Александром.
- Хорошо, идите за мной, - сдался он, надел шлем и уверенно зашагал по коридору.
Катерина засеменила следом, опасаясь оказаться наедине со своими страхами. Сейчас Александр являлся для неё той единственной силой, что дарила надежду на скорое окончание этого ужаса.
Громкий хлопок за спиной заставил Александра поторопиться. Заблокированная им дверь больше не являлась для пиратов преградой. С-100 прекрасно справлялась со своей работой.
Катерина, все еще всхлипывая, едва успела прочитать на стене «Зооцентр», как Александр бесцеремонно затолкал её внутрь помещения. Дверь в лабораторию закрылась, и терминал запестрел сообщением о её блокировке. Время было на вес золота, и Александр всеми силами пытался выжать драгоценные секунды из любой возможности.
Зооцентр лаборатории располагался в двух просторных помещениях. В одном из них находились клетки с животными, в другом размещался медицинский модуль, в котором изучалось состояние животных после многочисленных экспериментов над ними.
- Генри!!! - голос Александра растворился среди звуков, издаваемых взволнованными животными. Помещение урчало, рычало, чирикало, не останавливаясь ни на секунду.
- Генри!!!
- Кого ты зовешь?
- Я не могу уйти отсюда без друга.
- Друга?
- Кота…
Катерина  удивленно и даже раздраженно посмотрела вслед крадущемуся вдоль клеток биокиборгу. Биочип, как говорилось в описании проекта, должен был притуплять чувства и эмоции и делать из человека первоклассного солдата. В ее представлении Александр не мог иметь друзей, и проявление его сентиментальности казалось ей нонсенсом. Тем более, находясь на краю гибели, эта военная машина, пусть и человеческого происхождения, вдруг начала рисковать жизнью, чтобы вызволить из клетки своего «друга». Кота!
Александр остановился у одной из клеток.
- Уф, ты тут. Почему молчишь? - уставился он на вальяжно вылизывающегося кота.
Катерина еще больше удивилась, оказавшись за спиной биокиборга:
- Что значит молчит?
Она начала опасаться, что Александр лишился рассудка.
- Алекс, с вами все в порядке?
Генри лениво перевел взгляд на девушку, потом посмотрел на Александра.
- Это психолог, потом все расскажу, времени нет, - последовали объяснения биокиборга.
Он повернулся к Катерине:
-Познакомьтесь, это мой друг Генри!
- Это шутка? - раздраженно прыснула девушка.
Её опасения подтверждались, Александр вел себя неадекватно.
- Нет. Генри не совсем обычный кот. Он первое существо, которое прошло все процедуры по проекту «Эволюция». Все операции, которые делали мне, сначала в качестве контроля отрабатывались на нем. И он, между прочим, мой ровесник, правда, для него это не критично. Жить ему еще раза два по столько же. А благодаря биочипу в его голове, он по уровню своего развития как минимум выпускник Оксфорда. Ленивый, но выпускник.
Катерина ахнула и залилась румянцем. Все свои мысли о сумасшествии Александра она постаралась тут же забыть, словно их совсем и не было. Друг так друг, кот так кот. Какая разница, раз жизнь такая пошла.
- А говорить он может? - уже заинтересованно спросила девушка.
- Нет, говорить он не может. Наше общение проходит на уровне беспроводной связи между биочипами, но сейчас он молчит.
- Я не молчу, всего лишь, размышляю, - нарушил свое «молчание» Генри, - вот это ты вырядился. Откуда сей костюмчик?
- Ты что ничего не слышал? Взрывы, стрельба?
- Нужны они мне. У вас, людей, вечно что-то взрывается, стреляет.
- Генри, лабораторию, между прочим, захватили пираты. Охотятся за проектом «Эволюция». Заодно они хотят убить меня. А костюм я взял взаймы у них же, -  Александр продолжил разговор посредством биочипа, - правда, я еще до всей этой неразберихи решил сбежать из «Биокиберии». Поэтому пришел к тебе. Ты побежишь со мной?
Кот зевнул, прекратил умываться и со всей своей кошачьей серьезностью посмотрел на Александра.
- Вырядился в свой шлем глаз не видно, - начал он ругаться, но сменив гнев на милость, философски изрек, - ты столько раз мне говорил о свободе, так красиво её описывал, хотя никогда сам свободным то и не был, что я давно ждал этого. И говорю тебе «да», черт возьми!
В слух у Генри вырвалось простое «Мур». При этом кот прищурил глаза и браво подскочил на лапах. Катерина умилилась. Животное окончательно привело её в чувство.
- А с виду обычный кот. Такая милаха.
Кот оказался не доволен реакцией девушки:
- Тьфу ты, опять у меня эти кошачьи штучки выскакивают, как они мне надоели! Я же философ, а не домашний спиногрыз.
- Не говори при нем таких вещей, - Александр передал Катерине настроение Генри, - он не очень любит, когда его сравнивают с сородичами.
- Ладно, уж, оставь её, - кот зашагал взад-вперед перед дверцей клетки, - ты мне вот, что скажи: снаружи все так плохо?
- Когда я начал осуществлять свой побег, все было тихо. Но теперь пираты как саранча. Они повсюду. Хотят взорвать тут все.  Я, правда, пульт забрал – так просто не взорвут, но мало ли, что еще им в голову взбредет. Так, что надо выбираться. Правда, как? Они все уже здесь. Я хорошенько тут наследил.
Подтверждая слова Александра, в эфире прозвучал голос седобородого:
- Всем рассредоточиться по этажу. Каждый уголок обыщите, но найдите его! У него накопитель.
Александр перетранслировал услышанное сообщение Генри. На что кот сказал:
- Серьезный-то какой. Но я смотрю, и ты не промах. Пульт достал от дверей. Это ты молодец. Так что давай уже открывай меня. Засиделись мы.
- Может быть напролом?
- Господь с тобой! Мужество без благоразумия – только особый вид трусости, - начал философствовать кот, - есть идея интересней.
 За дверью послышались голоса, и Катерина, наблюдавшая за их «немым» диалогом, не выдержала:
- Извините, что прерываю ваше молчание, но у нас гости.
Александр быстро открыл дверцу. Генри прыгнул на соседний ряд клеток и побежал, смешно волоча свое в меру упитанное пузо.
- За мной!!! Где нет опасности, не может быть и славы!
Он добежал до двери, ведущей в комнату осмотра животных.
- Открывай!
Кот своим геройством насмешил. Александр улыбнулся и последовал за ним.
- Пошли, он что-то задумал, - на ходу крикнул он Катерине.
Вдвоем они быстро догнали кота, усевшегося у дверного терминала.
- Там есть запасной выход? - недоверчиво спросила девушка.
- Не знаю, он мне не говорил, что надумал. Но говорил, вроде уверенно.
- Вроде? - пробормотала Катерина.
Александр разблокировал и открыл дверь.
- А теперь открой все клетки с пульта и заблокируй нас внутри.
Генри предлагал толковую идею: отгородиться от неприятеля комнатой с кишащими дикими тварями. Это дарило им еще несколько минут. Уже поэтому Александр сделал все так, как его попросил кот, и ожидаемо спросил:
- Что теперь?
Генри запрыгнул на стоявший посередине комнаты операционный стол и посмотрел наверх. Там находилась вентиляционная решетка.
- Вентиляция? - удивился Александр.
- Скажи гениально? - ухмыльнулся Генри.
- Не спорю. Все гениальное – просто.
- Не принижай мои заслуги. Лучше выводи нас. Я вверяю себя тебе. Я все-таки философ, а не боец. Свою браваду я уже закончил.
Александр засмеялся. Катерина, напротив, нахмурилась.
- Что случилось?
- Да этот умник, - кивнул Александр на кота, - предлагает лезть через вентиляцию.
- Да, я умник, у меня IQ повыше многих местных специалистов будет. И я бы не стал тебе советовать переходить на сарказм. Уж я-то точно знаю, что эта вентиляционная шахта может вывести нас наружу.
За дверью раздался хлопок. Катерина посмотрела на Александра:
- Думаю, у нас нет иного выбора.
Генри хитро мяукнул, а Александр услышал:
- Всегда восхищался умными женщинами. Хотя, умная женщина опасна в гневе, никогда не знаешь, что она способна придумать.

***

Пираты ворвались в зооцентр, но едва не оступились: перед ними сцепились дерущиеся псы.  Над потолком в ярких оперениях носились птицы, по клеткам прыгали  обезьяны, белки, повсюду ползали крысы, хомяки, змеи, насекомые.
- «Центр», это «Альфа-3», у нас тут зоопарк.
- Говори по существу.
- Тут зооцентр, все клетки открыты.
Связь прервалась, но уже через минуту в поле зрения наемников появился разозленный Кремень. Он подбежал  к дверям зооцентра и, оттолкнув своих людей, шагнул внутрь.
Седобородый осмотрел помещение и показал на следующую комнату.
- Взрывайте.
Пираты протиснулись сквозь орду беснующихся животных и установили взрывчатку. Едва раздался хлопок, заставивший притихнуть весь зооцентр, как Кремень выбил дверь ногой. Он сделал  лишь шаг внутрь медицинского модуля, а его взгляд уже выхватил  лежавшую на полу решетку вентиляции. Кремень поднял голову и быстро скомандовал:
- Все наверх, на крышу.
Он включил рацию и добавил:
- Режим тишины в эфире, до особого распоряжения.
Практически сразу в его шлеме забасил голос капитана транспортника:
- «Центр», у нас проблемы. На связь вышла «Омега». Военные совсем близко. «Омега» скрытно ведет их.
Кремень поморщился и приказал:
- У каждой вентиляционной решетки поставить по бойцу. Еще троих отправить на установку бомб. Остальные за мной.

***

Первой в шахту пробралась Катерина. Александр помог ей и, посадив на шею Генри, подпрыгнул, подтянулся на руках и влез в узкую полость вслед за девушкой. Снятая с потолка решетка так и осталась валяться на полу. Времени скрываться больше не оставалось.
Карабкаться по неширокой шахте пришлось  сначала строго вертикально. Не самое удобное и приятное занятие, но в их ситуации о комфорте думать не приходилось, тем более вскоре стало чуть легче. Конструкция не только расширилась, но и изменила направление. Шахта повернула в горизонтальную плоскость и почти сразу начала ветвиться, освещая пространство слабым красноватым светом встроенных светодиодных панелей. Генри вновь проявил самостоятельность и теперь выполнял функцию проводника. Он  тщательно обнюхивал воздух и с опаской пробирался вперед. Следом за ним ползла Катерина, Александр замыкал процессию. 
- Я эту шахту изучил, когда увидел план вентиляции лет десять назад. Она нас выведет прямиком в особняк, правда придется еще два подъема преодолеть.
- Только два? - произнес Александр вслух.
Катерина начала привыкать к тому, что если биокиборг молчал, то это еще не означало его молчание, как таковое. Вполне возможно он просто общался с Генри. И теперь услышав его «живой» голос, она ничуть не смутилась:
- Что там он говорит? Что два?
- Говорит два подъема.
Встреча с  разумным животным стала для девушки настоящим откровением. Поначалу плотно засевшая мысль «а не сошла ли я с ума» сама собой канула в лету, и Катерине пришлось воспринимать  кота как равного себе, что надо отметить давалось ей с трудом. Однако именно это занятие помогло ей сконцентрироваться в условиях, когда её судьба раскачивалась на весах между хрупкой жизнью и не самой спокойной смертью.
- Я, знаете ли, не знаток вентиляций, но сдается мне, что здесь еще должны быть вентиляторы. Вентиляция, значит вентиляторы.
- Знаешь ли, здесь немножко не так все устроено, - возразил Генри, забыв, что Катерина не могла воспринимать его слова.
Кот шел, выставив хвост торчком. Ему доставляло удовольствие выказывать свои знания. Как и все кошачьи, он был нарциссом и занимался вечным самолюбованием.
- Здесь один мощный вентилятор, но он в центральной шахте. Кстати, она совсем рядом.
Где-то впереди доносился едва уловимый гул  винта.
- Но мы туда не пойдем.
Александр озвучил слова Генри.
- А куда мы пойдем? - улыбнулась Катерина.
Кот остановился и посмотрел наверх.
- А вот прямо сюда!
- Снова подъем, - озвучил путь Александр.
Снова пришлось карабкаться вверх. Генри вновь взгромоздился на шею друга  и продолжил свое объяснение:
- Так вот, когда строилась лаборатория, здесь все хотели сделать не как везде. Лучшее оборудование, оснащение, да и в строительстве – только лучшие технологии. Но вот дошло дело до вентиляции, и строителям пришлось нелегко. Планировалось, что состав воздуха на глубине должен был поддерживаться специальными генерирующими системами с функцией  ионизации и очистки. И этого вроде было достаточно. Но тестеры из Военной Академии провели тут такие эксперименты, что планы строителей оказались биты в пух и прах. Пришлось им дополнять систему по старинке, а именно строить вентиляционные шахты, - кот, оказавшись на уровне очередного горизонтального ветвления, спрыгнул с шеи биокиборга, - правда и тут не обошлось без передовых технологий. Движение воздуха здесь инициирует не множество вентиляторов, а неравномерно прогретые инфракрасным излучением панели самой шахты. Центральный вентилятор – почти дань традиции.
Немая тирада Генри затянула минуту молчания, и Катерина, пытаясь отвлечься от подступившей усталости, спросила:
- Он все еще объясняет?
- Умничает.
- Расскажешь?
Катерина и не заметила, как перешла со своим спасителем на «ты». Еще с утра она и предположить такого не могла, но общая беда сближает. Александр не стал этому противиться, поэтому пересказывать заумную речь Генри он начал с полным осознанием сложившегося факта. За монологом биокиборга беглецы достигли последнего, как обещал кот, подъема.
- И вот здесь скажу я вам, есть еще один плюс. Вот ты не закрыл решетку за нами? Не закрыл. Сейчас они наверно все бегут на крышу. А нас это не должно волновать.
- Что ты имеешь в виду? - Александр в очередной раз усадил кота на шею.
- То, что теперь мы выйдем из вентиляции в районе кухни, а в это время все головорезы будут на крыше ждать нас у центральной шахты. Кстати мы уже и так  на кухне.
После подъема слышимость в вентиляции улучшилась. Биокиборг уловил какую-то возню и тяжелое надсадное дыхание.
- Ты слышишь?
- Что? - кот не довольно поморщился, но напрягшись, согласился, - определенно кто-то есть. И он совсем рядом.
Александр потеснил Катерину и аккуратно пробрался вперед. Сразу за углом уходящего вперед вентиляционного тоннеля он увидел трясущегося от страха светловолосого молодого человека, единственного уцелевшего солдата из роты охраны. Он дрожащими руками удерживал винтовку в направлении биокиборга и был готов в любую секунду нажать на курок. Парень нервным резким движением локтя пытался вытереть не останавливающие капли пота со лба, так и норовившие попасть ему в глаза. Александр аккуратно и очень медленно снял шлем.
- Тише-тише. Не стреляй. Это я. Алекс. Ты узнал меня?
- Алекс? - недоверчиво спросил парень, глядя на костюм штурмовика.
- Да, а костюм я у тех ребят стащил. Узнал теперь меня?
Парень резко закивал головой.
- Да, Алекс, узнал...
- Вот, - биокиборг специально тянул слова, пытаясь таким образом отвлечь внимание солдата от его оружия, - а со мной кот и психолог. Представляешь компания? Кот и психолог! - Александр улыбнулся во весь рот.
- Кот и психолог? Ха-ха, - в ответ на улыбку бедолага хохотнул.
- Тебя как зовут?
- Олег.
- Хорошо, Олег, опусти винтовку, о-пу-с-ти, - Александр сопровождал свои слова плавным движением руки вниз.
Олег затрясся еще больше, зажмурился на секунду, но послушался, оружие стал опускать. Он тяжело задышал, пытаясь совладать с собой. В этот момент перед Александром появился  Генри и посмотрел на запуганного военного.
- С кем же ты тут разговариваешь?
Олег вдруг переменился в лице, резко направил винтовку на биокиборга и почти нажал на курок.
- Не стреляй, - едва остановил его Александр и быстро добавил, - я же говорю это кот.
Парень в последний момент убрал палец с курка и затрясся в истерическом смехе:
- Кот. Это кот.
- Вот видишь, я тебя не обманул, и тут еще психолог Катерина Дворжакова. Сейчас я и с ней тебя познакомлю, - Александр позвал девушку кивком головы, - Положи оружие от греха и погладь кота.
Генри строго взглянул на друга, но в ответ получил лишь легкий толчок рукой, призывающий сделать несколько шагов вперед.
- Сыграй кота! Ты нас чуть не угробил, - беззвучно прошипел на него Александр.
- Да, что его играть, я-то кто? Подумаешь, чуть не угробил.
Генри подошел к Олегу обнюхал его и стал громко мурчать. Смех парня перешел в рыдания. Он бросил винтовку, стал гладить кота, потом закрыл лицо руками и повалился на бок. Катерина увидела уже лишь окончательно сломавшегося, поджавшего по себя колени человека. Солдат трясся, время от времени тревожно всхлипывая.
- Бедняга. Ему бы сейчас успокоительного и снотворного.
- С ним все будет в порядке?
- Жить будет, но кто знает, какой отпечаток на него наложила сегодняшняя ночь.
Александр кивнул.
- Ладно, поползли дальше, пусть отлежится здесь, дождется помощи от своих.
Они аккуратно прошли военного и очень скоро оказались у решетчатого окошка – одного из многочисленных люков вентиляции. Александр аккуратно подобрался к нему и осмотрелся. Под шахтой, как кот и обещал, располагалась кухня. Стоило похвалить Генри. Вывел в точности, не соврал.
Сквозь решетку видимое пространство сильно сужалось. В поле зрения никто не попадал, но слух подсказывал, что в помещении находилось трое. Прямо под вентиляцией, стараясь не шуметь, они что-то устанавливали на пол.
Александр повернулся к Катерине и Генри и показал рукой, чтобы они оставались на своих местах. Девушка кивнула, кот покорно уселся рядом с ней. Биокиборг проверил свою винтовку, надел шлем и изготовился...

***

Негодованию седобородого не было предела. Операция срывалась, у него оставался последний шанс на успех в проваливавшемся по всем статьям штурме. На крышу с ним поспешили двадцать человек, остальные устанавливали бомбы и следили за вентиляционными люками. Так как пульт от детонаторов был украден биокиборгом, взорвать лабораторию Кремень планировал   с помощью предустановленных на бомбах таймеров. 
Несмотря на репутацию, зверствовать он не торопился. Персонал, как скот, согнали со всех уровней в  защитный модуль и там же закрыли. Взрыв не мог повредить модуль,  и не для такого его строили, а  дальнейшая судьба закрытых в нем людей седобородого не интересовала. Главным для него было – похоронить всю многолетнюю разработку Конфедерации, сравняв лабораторию с землей. Уничтожить, раздавить, доказать свое превосходство – им управляла ненависть. Ненависть ко всему, что имело отношение к Конфедерации.
Со своей группой Кремень добежал до второго этажа, по памяти отыскал ход на крышу. Здесь седобородый приказал обступить все выходные вентиляционные колодцы и открывать огонь на поражение при любом замеченном движении. Время шло, но никто не объявлялся. Он дал себе мысленно еще две минуты.
- Он тут, а-а-а-а, - взорвался радиоэфир.
Послышались выстрелы, и снова все затихло.
- «Центр», он выбрался на кухне, - прозвучало спустя несколько секунд.
- Всем вниз! - закричал седобородый, стараясь не показывать свое возбуждение, - Любой ценой остановить объект. У него накопитель!

***

Пираты закрыли вход в защитный модуль за спиной последнего сотрудника и задвинули холодильники на место. Их осталось трое, и все, что от них требовалось –  дополнительно заминировать подход  к секретному помещению. Именно такой сюрприз хотел оставить военным седобородый. Пираты уже заканчивали свои приготовления, когда услышали в вентиляции посторонний шум. Один из них, памятуя о приказе, стал под решеткой и вскинул свою винтовку. Он хотел уже, было, сообщить об инциденте седобородому, но в последний момент передумал. Шум стих, и пират решил выждать. Недальновидное решение стало для него фатальным. В то же мгновение решетка вылетела из паза, а из вентиляции выскочил человек. Сделал он это настолько быстро, что в голове у пирата не успело зародиться ни одной мысли.  Человек умудрился зацепиться ногами за край вентиляционной шахты и завис в воздухе.  В его руках появилась винтовка, тут же заплевавшая лазерными лучами. Наемник упал и больше уже не поднялся.
- Он тут, - закричал  его соратник по рации, но световая очередь настигла и его.
Третий наемник завозился со своим оружием, пытаясь выстрелить. Он растерянно посмотрел на своего противника, в последний момент отбросил винтовку, но с попыткой сдаться опоздал.
Его тело едва коснулось пола, а Александр уже стоял на ногах внизу и перезаряжал оружие. На шум из дверей выскочили еще три пирата. Завязалась перестрелка.  Биокиборг дал очередь, прыгнул в сторону кухонных столов и спрятался от встречного огня.
- «Центр», он выбрался на кухне, - услышал Александр по рации.
Ситуация осложнялась, но биокиборг ничего не мог изменить. Его выдали с потрохами, и, значит, наемники со всего коттеджа уже спешили на кухню.
Александр воспользовался секундной паузой, выглянул из-за стола и выстрелил, почти не целясь. Самый разговорчивый из наемников упал замертво. Его сообщники стали аккуратно обходить биокиборга с двух сторон, периодически прикрывая друг друга плотным огнем лазеров.  Расчет был прост – не дать противнику возможности ответить и уничтожить объект с близкого расстояния.
 Один из пиратов достал гранату, его напарник кивнул и усилил натиск, давая ему возможность беспрепятственно бросить смертоносный заряд.
Тонкий слух биокиборга среагировал незамедлительно: противники остановились, стрелял только один. Александр прополз вдоль стола до самого края, выглянул из укрытия и увидел изготовившегося к броску гранаты пирата.
Скорость – в бою голова, биокиборг сработал на опережение. Его винтовка дала очередь, и пират, вскрикнув, повалился на пол. Кухню сотряс взрыв, добивший бедолагу. С ближайших столов смело кухонную утварь. Александр встал в полный рост и прицельным выстрелом уложил третьего наемника.
Биокиборг повернулся к вентиляционному люку.
- Путь свободен.
Он подставил Генри плечо и помог спуститься  Катерине. Затем Александр бегло осмотрел приготовления пиратов. Бомбы не были приведены в готовность, табло таймера не горело. Вырвав детонаторы, биокиборг скомандовал:
- К выходу.
Уговаривать никого не пришлось. Побежали резво, опасаясь новых столкновений со штурмовиками. Так они миновали две комнаты и уже пробегали мимо входа в зал дежурного, когда на них  снова выскочили пираты. Александр без раздумий открыл огонь. Сейчас он уже не думал, что лишает кого-то жизни. Странная мысль промелькнула в голове и сгинула в водовороте его сознания. Размышления на тему «плохо это было или хорошо» быстро растворилось за пределами его «Я». Дальше ли биокиборг отходил от своей человеческой сущности, и приближался ли он к той эталонной машине для убийств, которой хотели его видеть создатели, было и вовсе не важно. Александр находился на войне, на войне за свою жизнь и свободу. А на войне, как на войне, все происходит без особых сантиментов и напущенного романтизма. Тем более эта война становилась главным событием его недолгой, но не самой спокойной жизни.
Двое наемников упали, сраженные на повал. Александр стрелял мастерски, попадая как раз в незащищенную шлемом часть лица. Винтовка запищала, говоря о заканчивающемся заряде. На индикаторе сиротливо мигало одно деление. Оставался десяток выстрелов, но каждым из них биокиборг планировал воспользоваться по максимуму. Так и вышло, каждый из пиратов нашел свою судьбу в некогда роскошном особняке Ермолова.
Путь был расчищен, стало вновь непривычно тихо. Винтовка предупредительно запищала, на дисплее исчезло последнее деление.  Александр отбросил свое оружие и вырвал ЛАВ-900 из рук поверженного им врага. Биокиборг обернулся и увидел испуганную морду кота, показавшуюся из двери соседней комнаты. Следом вышла Катерина. Александр махнул рукой, подзывая их.
- Отсюда до входа уже рукой подать.
Впереди, из разрушенной взрывами части особняка, доносился шум ливня вперемешку с завывающим ветром, который нет-нет, да перебивался ударами раскатистого грома. Яркие вспышки молний освещали пугающие руины здания. Александра передернуло. Два десятка лет жизни в стенах особняка наложили на него отпечаток, да что там отпечаток, настоящий шрам на душе. Клетка клеткой, но она была ему до смешного родной. Теперь же он видел перед собой пепелище. Ужасное зрелище, подводящее черту под сегодняшними событиями.
- Какой был дом, - с горечью проронил Александр.
- Да, дом был хорош, - согласился Генри.
Биокиборг посмотрел на Катерину. Вспышки молнии периодически освещали её прелестное лицо. Что-то в ней зацепило его, что-то помимо крамольной мысли об интересе со стороны пиратов. Она явно темнила, но с собой он её повел не только потому, что хотел узнать от нее больше. Александр просто хотел этого.
- Что? - спросила Катерина, ощутив на себе его пристальный, хоть и скрытый под стеклом шлема, взгляд.
- Ничего, - отрезал Александр и добавил столь же строго, - пошли.
В полной готовности открыть огонь он на мгновение выглянул в разрушенный холл коттеджа.  Пятеро наемников спускались с лестницы, но увидев его, остановились. Они что-то закричали. Их слова поглотил очередной раскат грома, хотя тут же открытый прицельный огонь подчеркнул, не на чай зазывают. Дверная коробка рядом с головой биокиборга разлетелась в щепки.
- «Центр», он перед холлом, - затараторила радиосвязь.
- Не дайте ему прорваться, всем, кто в лаборатории, на выход. Заходите ему со спины.
Жизнь ставила перед выбором, и он был невелик: смерть, плен и свобода. Плен его не устраивал, от него он как раз и бежал из лаборатории, смерть тем более была не ко времени, только жить начинал. Оставалась заветная свобода, но тут загвоздка возникала именно со временем, оно утекало со всей своей неумолимостью. Медлить было нельзя.
- Можешь стрелять? - обратился Александр к Катерине.
- Не то, чтобы вот так из боевого, но если надо...
Не дослушав, он сунул ей в руки винтовку.
- Чуть покажи ствол в холле и стреляй, чтобы они боялись сюда подходить. Просто нажимай на курок, не целься.
Катерина послушно подошла к дверному проему и выстрелила, от чего руку с винтовкой повело в сторону. Она скоординировалась и сделала еще три выстрела, уже более уверенно.
- Отлично, так и продолжай.
Александр рванул к  входу в зал дежурного. Это было своевременное решение. Два пирата выскочили ему навстречу. Биокиборг выхватил у ближайшего к нему наемника винтовку, схватил его за шею и оказался у него за спиной. Второй пират, уже нажавший на спусковой крючок, нечаянно сразил своего товарища. Александр был явно расторопней своих противников. В два могучих шага он сократил дистанцию и мощным ударом кулака проломил стрелявшему наемнику шлем. Посыпались осколки стекла, брызнула теплая кровь. Пират на ослабевающих ногах скатился спиной по стене.
- Сколько же вас? Когда вы уже закончитесь? - недовольно проворчал Александр.
Как теперь было видно, на захват лаборатории кто-то бросил огромные силы. Простым пиратством здесь не пахло, «запах» бойни  имел куда более серьезную природу.
Александр проверил новое оружие,  сорвал с пояса пирата несколько гранат, запасных магазинов и вернулся к Катерине с Генри. Бесшумно подкравшись к друзьям по несчастью, он посмотрел на Дворжакову и остался под впечатлением. Отважная девушка вошла во вкус и очень умело, как ему показалось, обращалась с оружием. Она стреляла, пряталась, ждала ответа противника и  вновь открывала огонь. Кот сидел ровно позади нее и, трусливо озираясь по сторонам, ждал развязки. В его глазах проскользнул отчаянный страх, когда он заметил Александра. Генри на секунду принял друга за пирата, но вовремя одумался и  тут же успокоился.
- Наконец-то. Что удумал?
- Запрыгивай на шею, сейчас будет небольшая пробежка.
Генри послушно занял уже привычное для него место, а Александр обратился к Катерине:
- Я сейчас брошу в холл пять гранат. Первая будет дымовая, следом пойдут еще три - две боевых и электромагнитная. Брошены они будут практически одновременно. Потом я подожду несколько секунд и кину еще одну слеповую гранату. После этого мы срываемся и бежим. Я дам команду.
- Хорошо, - согласилась Катерина.
- Только не тряси меня, когда будешь бежать, - предупредил его кот.
Биочип подсказывал то, что и так читалось, как с ладони. Генри боялся, и делал это в свойственной ему манере. Он скрывал то, что скрыть не мог, несмотря на свою хитрую кошачью сущность.
- Ты боишься? - ухмыльнулся Александр.
- Кто? Я? Да я! - начал, было, кот, но тут же признался, - Да, боюсь. А что? Я же философ, меня в отличие от тебя узколобые вояки ничему не учили. Я – миролюбивое существо.
- Я тоже. Был...
Александр замер. За спиной уже слышались шаги спешивших из лаборатории пиратов. Он, собираясь с мыслями, отсчитал несколько секунд и стал методично приводить свой план в исполнение.
- Гранаты!!! - закричали в зале.
Четыре взрыва раздалось друг за другом: слабый, два мощных и снова слабый. Комнату заволокло дымом, который не смог прибить даже дождь. Сквозь него пробили две вспышки, но взрывы утонули в истеричных раскатах грома.
Александр выждал и бросил пятую гранату. Пираты поздно спохватились, и их  глаза устлала белая слепящая пелена. Коридор был во власти беглецов.
- Пора.
Биокиборг сорвался с места. Сверху на него обрушился мощный поток воды,  ливень и не думал прекращаться. Для Александра, в бронекостюме, дождь был не страшен, но стало жалко бедного Генри. Коту досталось, но философ, сжав зубы, терпел все прихоти непогоды. В мгновение ока он стал мокрым, смешным, со светящейся сквозь сбившуюся шерсть синеющей кожей созданием. Не менее жестокая участь постигла и спешившую следом Катерину. Девушку будто окунули в бассейн, но она упорно старалась не замечать этого. Раскаты грома гремели над головой совсем близко, мощно, с треском, страшно. Вода устилала глаза. Катерина не жаловалась и терпела, жить захочешь, не такое стерпишь.
 Холл остался позади. Беглецы ловко преодолели развалины фасада. Кремень со своей группой как раз выскочил на лестницу второго этажа у них за спиной. Он и слова не произнес, просто открыл огонь. Его примеру последовала вся группа. Дым все еще заволакивал холл, но седобородому хватало и силуэтов, вырывающихся из дымовой завесы при вспышке молнии.
Над головой Александра замелькали лазерные лучи. Он невозмутимо посмотрел на свою спутницу. Катерина бежала тяжело, пригибаясь под постоянно садившим громом.
- Брось винтовку, - крикнул ей биокиборг, пытаясь перекричать шум ливня.
- Что?
- Винтовку брось, с ней тяжело!
Девушка с облегчением отбросила оружие. Винтовка звонко ударилась о взлетно-посадочную площадку.
Впереди пылал ангар с аэромобилями. Улететь не получалось.  Александр даже не успел расстроиться, он бегло оценил ситуацию и прокричал:
- В лес.
План менялся на ходу. Непроходимая  чаща – путь к спасению, и до него было рукой подать.  Игра стоила свеч, да и что тут еще придумать: транспорта нет, со спины поджимают.
Со стороны особняка даже снизилась интенсивность огня. Стреляли теперь больше на удачу, в отчаянии, понимали – беглецов трудно достать. Все складывалось, как нельзя лучше, но из транспортников к ним наперерез устремилось подкрепление. Александр остудил их пыл, послав в них очередь смертоносных лучей.
Опомнился Генри. Он больше не контролировал свой страх:
- Алекс, спаси нас. Я не хочу вот так бездарно погибнуть!
Наемники ответили и ответили толково. Три выстрела поглотила броня биокиборга. Расстояние не позволило лазеру пробить её, но выстрелы затормозили Александра. Тут же вскрикнула Катерина. Зацепило её плечо. Девушка не удержалась на ногах и стала падать. Очередной смертоносный луч облизал её ногу. Александр подхватил Катерину и прикрыл спиной.  Лазеры достигли цели чуть ниже Генри. Кот взвыл:
- Ты там чего, совсем съехал с катушек? Какого-то психолога защищаешь, а друга подставляешь.
- Извини, - поморщился Александр, ощущая сильную отдачу от последних попаданий.
Он аккуратно уложил Катерину на землю, присел на корточки и прицелился. С пиратами надо было кончать. Палец надавил на спусковой крючок. Ствол винтовки описал незамысловатую траекторию, наемники один за другим распластались на взлетно-посадочной площадке.
Седобородый и его приспешники выскочили из коттеджа. Расклад сил опять изменился. Дымовая завеса оказалась позади наемников, а беглецы – в зоне их досягаемости.
Над головой засверкало ярче, чем от молний. Александр бросил разряженную винтовку, подхватил Катерину и побежал. Побежал он, что было силы, выкладываясь явно сильнее, чем на испытаниях в лаборатории. Оно и понятно – конечные цели в этом сравнении определенно разнятся. Где жизнь, и где лабораторная статистика!?
Под тяжелыми ботинками хлюпала вода. Взлетно-посадочная площадка давно превратилась в настоящее озеро, подпитываемое непрекращающимися осадками. Мало-помалу Александр отрывался от преследователей. Теперь он не был стеснен темпом бега Катерины и бежал значительно быстрее. Девушка потеряла сознание от боли, и ее невесомое для биокиборга тело покоилось на его плече.
Генри, деливший с Катериной место на широких плечах друга, с ужасом вертел головой. То он смотрел на пролетающие мимо лазерные лучи, то на приближающийся лес.
- Алекс, поднажми.
Александр ему не ответил. Первые ветви деревьев захлестали его по шлему. Он не прекращал бежать по непроглядной тьме леса, полагаясь на свое прекрасное зрение. Биокиборг не жалел своих товарищей и не сбавлял скорости. Но даже Генри, постоянно получавший ветками по своей мордочке, больше не голосил. В эту промозглую ночь его согревала одна мысль, он был спасен, они были спасены.

***

Кремень, взорвавшийся бурей эмоцией, вдруг вернул себе прежнее спокойствие и внешнюю невозмутимость. Он видел, как объект, держа на плече девушку и почему-то кота, скрылся в чаще леса.
- Прекратить огонь, - зычно произнес он.
Конечно, его терзало чувство досады. Задание было провалено. Он не захватил ни объект, ни накопитель. Оставалось взорвать лабораторный комплекс и лететь прочь.
- «Центр», три минуты до прилета спецназа.
Кремень все еще смотрел на лес. Детонаторы на бомбах были активированы, возвращаться в коттедж смысла он не видел.
- Хорошо, на борт, все.
Отряд его заметно поредел, но он волновался об этом в последнюю очередь. Чем меньше людей с ним оставалось, тем меньше уходило средств из его кармана. Сейчас ему нужно было лететь зализывать раны и устранять свои промахи. И Кремень уже знал, как сделать к этому первый шаг...

***

Транспортники пиратов покинули территорию лабораторного комплекса столь же неприметно, как и прилетели. Лишь стоило им раствориться в царившей непогоде, перед коттеджем приземлились три обстрелянные боевые машины спецназа. Три спецгруппы выскочили под начавший ослабевать дождь и метр за метром принялись осматривать полуразрушенное здание. По виду они ничем не отличались от наемников. Те же бронекостюмы,  но на их рукавах пестрели вставки с эмблемами армии Конфедерации.
 Когда они добрались до коридора, ведущего в зал дежурного, снизу раздалась серия мощных взрывов, которые разрушили подземную  лабораторию и сотрясли без того пострадавший дом. Взрывная волна выпихнула спецназовцев из коридора, но сохранила им жизни. Им повезло, что особняк строили столь основательно. Дом просел, местами покрылся трещинами, местами обвалился, но в целом его руины выстояли.
Уже после взрыва, когда военные, оглядываясь  с опаской на незапущенные на кухне бомбы, открыли защитный модуль, они обнаружили перепуганных сотрудников лаборатории. Все, кому повезло оказаться внутри, не пострадали. Если так можно было говорить после пережитой ими ночи.




ЧАСТЬ 3

Глава 1

Ветер утих. Смолкли грозовые раскаты, частые вспышки молний мелькали теперь где-то вдалеке. Дождь поумерил свой пыл, стал монотонно стучать по густым кронам деревьев.
Генри продрог от усов до кончика хвоста и из последних сил держался на шее неспешно идущего Александра. Без слез на кота было не взглянуть. Мокрая шерсть слиплась комками и торчала в разные стороны. Просвечивающееся  тело сплошь облюбовали мурашки, дрожь кота Александр ощущал даже в бронекостюме.
Катерина пришла в себя и прихрамывала рядом, опершись на плечо своего спасителя. Ее вид тоже оставлял желать лучшего. Она побледнела от потери крови, продрогла на дожде, но продолжала идти через силу. Девушка так замерзла, что не чувствовала рук и ног. На очередной кочке она споткнулась. Кот сочувствующе посмотрел на нее с высоты роста биокиборга и задрожал еще сильнее.
- Это не та свобода, которую ты описывал. Брр, - упрекнул он друга.
Александр, не слушая Генри,  подхватил девушку на руки. Его непогода не беспокоила.
- Я сама, - попыталась она возразить, но Александр был не преклонен:
- Сейчас не до геройств. Я помогу, расслабься.
Катерина быстро согласилась, понимая, что сил у нее не осталось даже на шаг.
- Мы оторвались?
Александр вслушался к шуму дождя, но ничего подозрительного не услышал.
- Да, погоня однозначно не организовывалась. Людей поблизости нет.
- Брр, зато не людей то сколько, - вставил свое замечание кот, сканирующий своим непревзойденным слухом всю округу, - белка копошиться в дупле, лиса с выводком спит в норе. А вон – пещера... пустая... Алекс...
Средь ночного непроглядного мрака Александр сразу увидел еще более темный вход. Даже не столько в пещеру, сколько в небольшой грот. Он возвышался перед лысеющей опушкой леса и был недосягаем для воды. Прекрасное место для схрона.
Биокиборг перешел на бег.
- Что-то случилось? - забеспокоилась Катерина.
- Ничего страшного, просто Генри нашел пещеру. Скоро будет сухо и тепло.

***

Симпозиумы Военной Академии наук начинались и без того поздно, но почти всегда заканчивались лишь глубоко за полночь. Они проходили все там же, в здании Академии, правда, уже  в зале торжеств, который являлся точной копией зала Геркулеса Версальского дворца в Париже.
Подобные мероприятия всегда проходили по одному и тому же сценарию и за редким исключением никогда не оправдывали своего названия. Хотя с исторической точки зрения, что и говорить, все делалось, как нельзя, правильно.
 В начале вечера, что и предполагалось программой, собравшиеся в зале, стоя у принесенной наспех трибуны, слушали выступления руководителя Академии Чана и тех, кому  он предоставлял слово. Однако очень скоро вся эта солидная научная аудитория, в сопровождении своих жен или мужей, превращала серьезное на первый взгляд мероприятие в банальную попойку. Утомленная заумными монологами коллег толпа быстро  перемещалась к столам, которые ломились от выпивки и яств. От разнообразия угощений здесь всегда рябило в глазах, поэтому редко кому удавалось избежать соблазна, чтобы не заняться чревоугодием. Тот самый случай, когда пьют не только трезвенники, но и язвенники. Так очень быстро симпозиум превращался в своего исторического прародителя «симпосия» – в буйное и веселое пиршество.
К числу людей, всегда противившихся своим соблазнам, несомненно, относился профессор Ермолов. Когда к нему подошел  перепуганный Фрост с двумя сопровождающими, он находился  в компании видных сенаторов и пытался оправдать свое присутствие на этом мероприятии, лоббируя важные для «Биокиберии» вопросы.
- Подождите минуту, - обратился Ермолов к собеседникам и спросил своего заместителя, - Орландо, что-то случилось?
- Алексей, можно тебя попросить пройти с нами?
Ермолов, почувствовав неприятное покалывание в груди, инстинктивно шагнул вперед.
- Прошу меня извинить, господа, важные дела, - сказал он сенатором.
Государственные мужи понимающе закивали, но тут же продолжили свою дискуссию, очень быстро забыв о Ермолове как таковом. Профессор взволновано засеменил рядом с помощником, а тот не удосуживался что-либо объяснить, чем заставлял руководителя «Биокиберии» нервничать с новой силой.
- Орландо, может, наконец, ты скажешь, что происходит?
Фрост огляделся по сторонам и, убедившись, что на них никто не обращал внимания, прервал свое молчание:
- Это сотрудники АБК, - указал он на своих спутников, - они все объяснят, извини Алексей, я не могу произнести это вслух.
Сотрудники Агентства безопасности Конфедерации не стали ходить «вокруг да около» и сразу перешли к делу:
- Профессор, я агент Папастатопулус, - хмуро представился один из них, почесав свой крупный с горбинкой нос.
Фамилия и внешность выдавали в нем грека, но Ермолова вопросы национальной принадлежности агента волновали в последнюю очередь. Профессор предчувствовал что-то нехорошее, и глаза Папастатопулуса, в которые он жадно вглядывался, подтверждали его опасения.
- Простите, профессор, что сообщаю вам это. Но на вашу лабораторию было совершено пиратское нападение, и мы настойчиво просим вас пройти с нами.
Ермолов схватился за грудь, где снова очень неприятно кольнуло. В глазах поплыло. Его зашатало, и Фросту пришлось придержать начальника под руку.
- Спокойно, Алексей. Еще ничего неизвестно.
Ермолов не слышал и не слушал его. Он вдруг перестал осознавать, где и с кем находится. Перед глазами пролетали лишь отдельные расплывчатые образы, в то время как разум руководителя «Биокиберии» уже находился рядом со своим детищем в предгорье Олимпа.
Такси доставило их к серому невзрачному небоскребу АБК, где они пересели на специальный бронированный аэромобиль Агентства. Фрост всю дорогу посматривал на бледного Ермолова, опасаясь, что шефу может стать совсем худо. Ближе к середине пути он заметил, что кровь вновь начала приливать к лицу профессора. Ермолов медленно приходил в себя.
Когда аэромобиль приземлился в конечной точке маршрута и открыл свои двери, руководитель «Биокиберии», до этого специально не смотревший в окна, сделал усилие и заставил себя покинуть кабину. Он вышел на свежий ночной воздух и потерял дар речи: его лаборатория прекратила существование. Развалины особняка освещались мощными прожекторами, руины ангара все еще дымились. Взлетно-посадочная площадка была усеяна аэромобилями и космолетами. Повсюду бегали военные и сотрудники спецслужб. В специальный транспортник, выстроившись цепочкой, садился персонал «Биокиберии».
На сердце отлегло. Увидев масштабы разрушений, Ермолов, подумал, было, что погибли все его сотрудники. И теперь это было настоящее чувство счастья – видеть их живыми. Среди тех, кто стоял в очереди в транспортный корабль, кто-то замахал рукой и побежал ему навстречу. Ермолов быстро узнал своего подчиненного – к нему спешил доктор Андерсон.
- Хенрик, слава богу, жив!
Андерсон старался сдерживать эмоции, но дрожь в его голосе выдавала весь ужас пережитого:
- Я-то да, но погибли, профессор, очень многие. Они побежали к ангару, но не успели улететь. Чен, Фло, Кристен. Еще под обломками покоятся ребята, из роты охраны. Спасся только МакБрайн, но он в сильнейшем шоке. Кто-то остался в лаборатории, а лаборатории больше нет. Там завалы, все уничтожено. Как при этом устоял особняк, не знаю. Нам повезло: защитный модуль спас. Мы должны были стать приманкой, но кухню не взорвали. Иначе бы и стены коттеджа тогда не выдержали. И так чудо, что еще стоит.
- Кто это был?
- Не знаю. Возможно, пираты. Но это были не обычные налетчики. Даже бронированные двери лифта, не понятно как, ими оказались вскрыты на «раз-два».
- Почему не понятно. Новейшая разработка ученых Военной Академии, - за спиной Ермолова послышался до боли знакомый противный голос, - и называется она С-100. Тут другой вопрос, как она попала к налетчикам?
Ермолов обернулся и понял, что не ошибся. Перед ним стоял Мильке в сопровождении двух спецназовцев.
- А вообще эта очень перспективная взрывчатка подрывает на атомарном уровне узкой полосой в местах максимальной концентрации вещества. С виду все цело, а на деле нет. Она даже не взрывает, она режет. Режет как тончайшая пила. Режет все, толщиной до метра. Однако, это не главное. Мистер Андерсон, я советую вам прекратить освещать профессору обстоятельства этой трагедии. Это против хода начавшегося расследования, - договорил генерал, и приказал военным, - увидите доктора на корабль.
Военные вежливо попросили Андерсона проследовать с ними и направились в сторону транспортного корабля. Профессор вдруг опомнился:
- Хенрик, - крикнул он доктору вдогонку, - Алекс. Где Алекс?
- Он сбежал, - только и успел крикнуть Андерсон, и спецназовец бесцеремонно ткнул его в спину, призывая к молчанию.
- Сбежал?! - воскликнул Ермолов, не зная, как реагировать на эту новость.
- Да, сбежал, - повторил Мильке, - вы не находите это странным?
Лицо профессора вдруг залилось краской, он затрясся и сделал шаг в сторону генерала:
- Это ты!!! Подонок!!! Мерзавец!!! - Ермолов схватил Мильке за грудки и начал трясти, - Это твоих рук дело!!! Отвечай!!!
Кто-то из сотрудников АБК подбежал и начал оттаскивать профессора.
-  Ермолов, убери руки!
Фрост, понимая, что слышит нечто новое для себя, жадно впитывал весь разговор, но  вдруг, опомнившись, спохватился и подбежал к шефу.
- Алексей, полно тебе. Хватит, успокойся.
Ермолов никого не слушал:
- Ты же обещал, что все пройдет мирно. Тестирование ведь не закончилось. За что? Что эти люди тебе сделали?
Профессора, наконец, удалось оторвать от генерала. Мильке важно поправил пиджак, пригладил волосы. Он вдруг сам подошел близко-близко к Ермолову, заглянул ему в глаза. Его взгляд был столь серьезен, что Ермолов оторопел от неожиданности.
- Прекрати истерику, дурак! Успокойся! Я своих слов на ветер не бросаю. А вот ты теперь под подозрением! Сбежал твой объект. Сбежал, понимаешь? Как раз после того, как я предложил тебе нашу сделку. Но тут сразу же прилетают пираты. Ты не находишь это странным? Я вот нахожу. Это называется замести следы. Здорово, да? Сам на симпозиум с алиби, объект – в бега. Я давно заметил твое отношение к этому био, мать его, киборгу. У меня есть все  основания просто арестовать тебя сейчас. Но я не стану делать этого. Я где-то еще верю, что ты – мужик умный, и не стал бы делать таких глупостей. Поэтому все тщательно проверю. А ты улетишь на Землю, на родину, в Россию. Будешь в своем доме, где-то там под Вологдой, под арестом, но домашним. Я прослежу и приставлю к тебе охрану. Не сбежишь.
Профессора будто окатили ушатом ледяной воды. Все перевернулось с ног на голову. А Мильке продолжал свою тираду:
- И знаешь, ведь сегодня ничего не предвещало такого поворота. Мне сообщили к вечеру, что предварительно объект завалил первый день тестов. Все шло, как надо...
- Как это завалил? - удивился Ермолов.
- Молча, взял  и завалил, как мы договаривались.
Ермолов посмотрел на Фроста:
- Но Орландо мне сказал, что первые тесты сданы, а остальные и вовсе сдадутся досрочно!
Мильке нахмурил брови:
- Это правда, профессор Фрост?
Фрост растерялся от неожиданности:
- Я не знаю, - затарахтел он, - это слова прилетевшего сюда психолога.
Мильке повернулся в сторону транспортника и крикнул стоявшему там своему помощнику:
- Рой, Катерина Дворжакова есть в списках?
- Нет, - после некоторой паузы послышался ответ, - числится без вести пропавшей.
- Хорошо. Уведите профессора, - генерал кивнул головой в сторону  Ермолова и, сделав паузу, добавил, - в мой аэромобиль.
Фрост нервно сглотнул, увидев  на себе пристальный взгляд Мильке.
- А вас, профессор Фрост, скоро допросят мои помощники. Это ненадолго. Скоро вы будете свободны, но постарайтесь не исчезать из моего поля зрения.
Подчиненные Мильке увели растерянного руководителя «Биокиберии». Фрост, посчитавший, что разговор с ним окончен, быстро ретировался восвояси, оставаться с генералом наедине не самое приятное времяпрепровождение. А генерал, оставшись в одиночестве, спокойно и неторопливо зашагал в сторону дымившихся ангаров.
Лицо будущего руководителя АБК приобрело задумчивый вид, от чего он стал очень похож на лиса. Мильке пригладил пальцами свой подбородок и тихо произнес:
- Ну что ж. План «Б», так план «Б»...

***

Пиратские транспортники приземлились в пригороде Александрии. Седобородый распустил команду и пересел в личный космолет. Через полчаса он добрался до орбитального перерабатывающего завода корпорации «Марс-инжиниринг».
 Кремень пристыковал корабль к транспортной платформе и, оказавшись внутри завода, наконец, снял свой шлем. Его лицо оказалось сродни камню, грубым, с резкими тесаными чертами, выступающими даже из-под густой щетины. Оно  не выражало никаких эмоций. Эмоции его проявлялись в исключительных случаях, и в такие моменты он напоминал неистового зверя, готового уничтожить любую преграду перед собой. Сегодняшняя неудача в лаборатории была как раз примером того, что покоилось под его внешне невозмутимым лицом. 
Но вулкан теперь угас, и седобородый вновь выглядел, словно угрюмый каменный истукан. Потускневшие его глаза потеряли свой некогда голубоватый оттенок, выцвели до свинцово-серого цвета. Они были абсолютно невзрачными, под стать лицу. Левую щеку и правую его скулу обрамляли два шрама от рваных ран. Волосы на голове были густыми, украшенными дымчатой сединой. Он являл собой образ потрепанного, но несломленного судьбой человека, которому пришлось пройти через все круги ада. Ему нельзя было приписать какой-либо возраст, выглядел он и на пятьдесят, и на сто лет одновременно.
Кремень неспешно добрался до очередных автоматических дверей, нажал на кнопку терминала. Двери разъехались в стороны, и он шагнул в слабоосвещенное помещение, которым оказалась его спальня. В кресле в полумраке, надежно скрывающем лицо, сидел человек.
- Илья, объясни мне, почему провал? Первый за десять лет? Может, ты сдаешь позиции? - заговорил надменный голос.
Кремень заскрипел зубами, но вслух ничего не сказал, стерпел. Он закрыл двери –  стало еще темнее. Силуэт незнакомца растворился в полумраке помещения, от чего его хриплый голос показался совсем зловещим:
- Может мне списать тебя на пенсию?
Седобородый вдруг ответил:
- Я не считаю это провалом.
- Да? Объект жив и сбежал. Накопитель у него. Очень удачный исход многомиллионной операции.
- Мы с вами воюем не за деньги, а за идею, - строго парировал Кремень, -  а лаборатория уничтожена, и на восстановление технологии уйдет не один год. Для начала уже неплохо.
- Согласен. Но, если накопитель и объект вернуться в руки к тем, к кому им не надо возвращаться?
- Не вернуться, у меня есть план.
Повисла тишина, которую нарушил высокомерный незнакомец. Заговорил он теперь без угроз и почти ласково:
- Хорошо, успокоил. Но смотри, Илья. В этот раз чтобы без провалов!

***

В пещере было влажно и душно, но под ногами не хлюпало, а это уже радовало. Идеальнее места для того, чтобы переждать непогоду, вряд ли было отыскать во всей округе.
Сидевшая от бессилия на земле Катерина продрогла до самых костей. Зубы звонко клацали друг о друга. В глазах стояла непроглядная тьма, сменявшая непродолжительным прозрением от далеких вспышек молний. Катерина почти ничего не различала  и лишь по шуму пыталась определить, что происходило вокруг.
 Александр порылся в рюкзаке и вытащил два запечатанных пластиковых пакета и свернутый камуфляж. Камуфляж он бросил девушке, а то сидит, зуб на зуб не попадает, еще простудится ненароком.
Получив ощутимый толчок от прилетевшей к ней одежды, она покачнулась и от неожиданности перестала дрожать. Руки крепко вцепились в прилетевшие сухие вещи.
- Переоденься!
Катерина вновь затрясшимися руками стала стягиваться с себя промокшую одежду. В темноте послышалось чирканье. Вспыхнул маленький огонек, осветив колдовавшего над ним Александра. Он что-то подложил в дрожавшее пламя, от чего оно стало ярче и больше. Шлем лежал рядом с биокиборгом, и Катерина, забыв обо всем, жадно впилась глазами в силуэт Александра. Очертания лица её спасителя  были непроницаемыми, не выражавшими ни грамма эмоций, такими же, какими она запомнила их на собеседовании. После того, как девушке удалось узнать биокиборга чуть лучше, для нее было странным видеть эту маску на его лице вновь.
- Пытаетесь разглядеть во мне человека?
У Катерины от волнения учащенно забилось сердце – она была уверена, что Александр, сидя к ней в пол-оборота, её не видит.
- Не пугайтесь, - он повернулся к ней и ухмыльнулся, - это Генри так сказал...
Немного озадаченная девушка посмотрела в сторону и увидела намывающегося забытого ею  мокрого кота. Генри прекратил свое занятие и пронзительно посмотрел на нее.
- А, - озадаченно улыбнулась Катерина.
Александр взял один из пакетов и подошел к ней.
- Розжига хватит ненадолго. Я должен вернуться в лес за дровами. Но сначала я хотел бы осмотреть твои раны.
Катерина смущенно завернулась в камуфляж. Биокиборг крепко, но очень аккуратно схватил её за руку и осмотрел плечо.
- Тут царапина. Кровь уже не идет. Рана быстро затянется, правда останется небольшой шрам.
Александр достал из пакета пластырь и заклеил им рану.
- Это бактерицидный заживляющий и кровеостанавливающий пластырь, разработанный специально для таких случаев.
-  Я знаю.
- Теперь ногу.
Катерина засмущалась, но посмотрев в безучастное и незаинтересованное лицо биокиборга, стянула с себя брюки.
- Ого, да она хороша, - проронил оценивающе Генри.
- Мне кажется, кот меня разглядывает, - тихо прошептала девушка колдовавшему над ней биокиборгу.
- Это правда, - без тени сомнения выдал друга Александр, - он уже успел оценить твои стройные ноги.
- Подумаешь, - кот обиженно отвернулся к костру и стал жмуриться, демонстративно размахивая хвостом, - еще друг называется.
Катерина рассмеялась, но осеклась, увидев всю туже каменную гримасу  Александра. Он внимательно рассматривал рану на её ноге. Кровь на ней успела запечься, но местами она по-прежнему просачивалась сквозь тонкую едва застывшую корочку.
Александр достал пенал с таблетками и протянул его девушке.
- Выпей пять штук сейчас и пять с утра. Здесь рана серьезней. Но главное – кость не задета. Значит пластырь справиться. Таблетки восстановят запас сил и поспособствуют интенсивной регенерации клеток.
Он заклеил рану, стараясь доставить Катерине как можно меньше болевых ощущений.
- Я знаю, что размер камуфляжа, конечно, не твой, - он поднялся и направился к выходу, - но в мокрой одежде долго находиться нельзя. Я за дровами.
- Алекс, - на полдороги она остановила его.
- Да?
- Спасибо...
Биокиборг сухо кивнул и растворился в мраке ночи.

***

Катерина проснулась от настойчивого запаха жареного мяса. Она несколько раз потянула носом, не открывая глаз.  В животе  предательски заурчало, а в окончательно проснувшейся голове все пережитые события минувшего дня моментально выстроились во временную цепочку.
Девушка почувствовала, что рядом лежит что-то теплое и пушистое. Она приоткрыла глаза и увидела свернувшегося калачиком Генри.  Спала Катерина на тонком надувном матрасе, и было не удивительно, что кот пристроился рядом.
 Александр находился перед костром и почти беззвучно колдовал над ним.
- Судя по запаху, нас ждет весьма не дурное утро, - сказала она, приподнявшись на локте.
Биокиборг обернулся. В его  руках была небольшая полимерная емкость.
- Смотря как посмотреть. Первое впечатление бывает обманчиво, - Александр явно понял, что речь шла о царивших в пещере запахах, - запах тут конечно будто кролик на вертеле жариться, но это всего лишь белковая паста. Главное, что с голоду она умереть не даст.
Катерина разочаровано вздохнула и улыбнулась:
- Моему желудку трудно с тобой не согласится.
Девушка сияла от радости. Она была жива и здорова. К своему удивлению ее переполняли чувства свежести и бодрости. Раны не беспокоили ее.
- Откуда такая роскошь? - девушка погладила надувной матрас.
- Из спасательного набора. В сложенном состоянии почти не занимает места. А так  - очень даже кровать. Я вернулся с дровами, ты уже спала. Решил помочь тебе с удобствами.
- Спасибо. У меня такое чувство...
- Это таблетки, - парировал сразу Александр, - эйфория читается на твоем лице, скоро пройдет. Но силы твои действительно восстановились.
Катерина погладила Генри, и кот довольно замурчал. Девушка заулыбалась, а Александр не упустил шанс подтрунить над другом посредством биочипа.
- Что Генри? Когда надо согреться и поспать на мягком, можно не быть философом, а превратиться в обыкновенного кота?
- Я с тобой еще за вчерашнее предательство не разговариваю, а за сегодняшние слова вообще могу не простить, - Генри лениво приоткрыл один глаз.
- Я так понимаю, раз ты так обижен, то есть мною приготовленную еду, ты тоже не будешь?
Кот сразу навострил уши.
- Алекс, ты совсем не разбираешься в конструктивной дружеской критике, - открыл он глаза и сладко зевнул.
- Да ладно, иди уж сюда. На тебя еды не жалко, - Александр подвинул вперед разогретый контейнер.
- Мур, - вслух проронил  Генри и сорвался с места.
Александр посмотрел на Катерину и сухо произнес:
- Твоя высохшая одежда лежит в ногах. Переодевайся, - сказал он и демонстративно отвернулся.
С ней он общался не столь радушно как со своим четвероногим другом. Но девушке, которой не с чем было сравнивать, пришлось довольствоваться строгим, слегка натужным голосом биокиборга. Она огляделась и увидела аккуратно сложенные вещи рядом с ней, на небольшом камне. Катерина, не зная как благодарить Александра, расплылась в улыбке.
Переодевшись, девушка присоединилась к трапезе. Она чувствовала себя ужасно голодной и обжигающую рот пасту проглатывала, практически не разжевывая. По соседству  ел Генри, очень аккуратно, с видом настоящего аристократа. Сам Александр лишь изредка притрагивался к еде.
- Извини Алекс, что вмешиваюсь. Возможно, я даже лезу не в свое дело, но меня очень распирает любопытство.
 Катерина нарочно остановилась.
- Говори.
Дождавшись разрешения, она продолжила:
- Скажу честно, в момент нашей первой встречи, я была о тебе не самого лучшего мнения.
- У меня были на это причины.
Александр пристально посмотрел на Катерину.
- Ты меня смущаешь.
- Я пытаюсь понять, к чему ты ведешь разговор вот и все.
- Хорошо, попробую проще. Произошедшие события изменили мое представление о тебе. Для меня еще сутки назад ты был почти машиной для убийств, но я увидела в тебе столько человеческого, сколько не во всяком человеке встретишь.
- Я такой же человек, как и ты, - перебил мгновенно девушку Александр.
- Да, конечно. Прости. Я не хотела тебя обидеть. Просто не у каждого сегодня встретишь самопожертвование, верность, доброту, а из тебя вроде делали универсального солдата, без  чувств, живущего одними приказами.
- Бывает. Люди все ошибаются.
Девушка недовольно закатила глаза.
- Тогда зачем ты сейчас снова прячешься за маской робота?
Александр пожал плечами.
- Наверно потому, что люди стремились выбить из меня все человеческое. Поэтому с вами я так себя и веду.
- Но ведь им это не удалось.
- Они ошиблись в расчетах. Не более. Я уверен, что очень скоро все это было бы исправлено.
- Как?
- Против меня был запрограммирован мой же биочип, - сделав паузу, ответил Александр, взвешивая каждое произнесенное собой слово.
- Даже так?
- Да, все мои воспоминания просто стирались, а порог эмоций блокировался гормонами.
- Не вышло?
- Как видишь, - не стал вдаваться в подробности биокиборг.
- Ты узнал об этом и решил сбежать? - вдруг сделала неожиданный вывод Катерина.
Александр удивился. Генри зашевелил ушами, недоверчиво прислушиваясь к голосу девушки.
- Умна, - проронил кот.
- Бесспорно, нужно с ней быть аккуратней, - ответил Александр Генри, а вслух проговорил, - я думал об этом и раньше. Но события последних  дней стали катализатором этого желания.
- А сейчас эта программа работает?
- Нет. Я её взломал. Мой чип больше никому не принадлежит, кроме меня.
- И что ты сейчас намерен делать?
- Мы намерены, мы, - заворчал Генри, моментально прекратив жевать.
Катерина это заметила и погладила кота.
- Прости Генри, конечно же, вы собираетесь делать.
Дворжакова своим ответом вновь попала в яблочко. Александр посмотрел на нее так пристально, что ей стало не по себе. По её спине дружно побежали мурашки, принеся с собой стойкое ощущение холода. Где-то в груди затеребили тревожные нотки. Так её еще никто не изучал. Её будто просвечивали рентгеном.
- Ты так смотришь, что складывается впечатление – ты хочешь прочитать мои мысли. Ведь ты же не читаешь мысли? - улыбнулась девушка, пытаясь снять напряжение.
- Нет, к сожалению, - ответил Александр, так и не отведя своего взгляда.
- Хотя я понимаю. Нет повода и мне доверять. Поэтому, если не желаешь, можешь не рассказывать о своих планах.
Александр чувствовал нутром, хотя и не имел прямых доказательств: появление Катерины в его жизни не было случайностью. В голове он просчитывал все варианты событий, при которых девушка оказалась бы осведомлена о его ближайших планах. Выбрав наименее информативный вариант, он ответил:
- Для начала я хочу попасть в Арес. Я слышал там, на черном рынке можно разжиться документами. Дальше буду действовать по обстоятельствам.
Катерина воодушевилась:
- О! Я в курсе таких мест. Могу тебе рассказать, если хочешь.
- Позже.
Александр так обрубил разговор, что ей не осталось ничего, как снова вернуться к трапезе. Для себя она отметила, что биокиборг к еде и вовсе перестал притрагиваться.
- Ты не ешь? - успев пресытиться, удивилась она.
Ей захотелось вернуть ту ненапряженную атмосферу, которая царила в их общении до её мини-допроса. 
- Я не особо голоден.
Александр перестал смотреть на нее тем страшным взглядом, и девушка, обрадовавшись, решила развить этот успех.
- Когда ты все успел? И матрас, и одежда моя, и костер, и еда. На это столько времени требовалось. Ты же сам устал.
- Ты недооцениваешь мой ресурс. Я поспал и успел отдохнуть.
- Генри такой же?
- Да, но он ленится, - он посмотрел на кота и повторно зацепил товарища, - когда я вернулся, Генри, уже крутился рядом с тобой, разыскивая место, где теплее и мягче.
 - Смотрите на него, критикан. Посмотрел бы я на тебя, промокни ты, как мы. А то, видите ли, сам надел бронекостюм.
Катерина заулыбалась, посмотрев на кота.
- О чем вы постоянно говорите? Генри так напрягается, что даже я чувствую это.
Александр, оставаясь внешне суров, едва подавил ухмылку.
- Это не так важно.
- Как сказал классик: «Друг мне тот, кому все могу говорить», - не преминул отличиться Генри, который нисколько не сомневался в шутливом тоне уколов Александра.
Катерина не унималась:
- А как вы познакомились?
- О, это очень старая история, - начал кот.
- Генри, тебя все равно не слышат.
- Эх! Почему же нет устройства, с помощью которого меня мог бы слышать хоть кто-то, кроме этого ворчуна.
Генри демонстративно отвернулся и стал вылизывать свою шерсть. Катерина рассмеялась, увидев недовольную кошачью мордочку, и погладила его, от чего он громко замурчал.
- Черт возьми, в такие секунды, когда тебя гладят красивые нежные руки, я все больше жалею, что я всего лишь кот.
Теперь Александр едва сдержался, чтобы не засмеяться.  С Катериной он решил вести себя осторожно, держа её на почтительной дистанции, поэтому «маска невозмутимости» не покидала его лица. Спас положение непревзойденный слух биокиборга. Из шлема бронекостюма едва слышно донеслось:
- Первому взводу: прочесать весь лес на север вплоть до квадрата Б-12. Второму: двигаться в южном направлении. Повторюсь, разыскиваем мужчину и женщину. Вместе или по отдельности, это не столь  важно.
Кто-то вещал на его частоте.
- Так нам пора, - с каменным лицом произнес он.
Биокиборг вскочил и подхватил кота.
- Э, - возмутился Генри, - поставь меня. Сам побегу.
Александр опустил друга на землю.
- Что случилось? - поднявшись следом, напряженно спросила Катерина.
- Начались наши поиски. На нашей частоте переговоры поисковых групп.
Александр упаковал разбросанные вещи в рюкзак.
- Катя, ты можешь остаться. Это военные. Ты уже в безопасности.
Катерина посмотрела на него исподлобья огромными изумрудными глазами, не скрывающими удивления.
- Меня так только дома называют. Мама русская, - она осеклась, - ты знаешь, Алекс, я у тебя в долгу. Ты мне помог, ты меня спас. Теперь я хочу помочь тебе. Я могу тебе еще пригодиться. Мало ли что. Жизни вне стен лаборатории ты не видел. Я знаю многие места, где ты можешь и разжиться документами, и спрятаться.  Доберемся до Ареса или куда ты там запланировал, сделаешь первые шаги на свободе, и тогда мы – квиты.
Александр не поверил честности её слов, но анализ её доводов заставил быстро согласился. Катерина  и правда могла облегчить поиск идентификационного чипа.
- Ладно, пойдем с нами. Только не отставай, ждать не буду!
Её честность сейчас не играла существенной роли. Сбежать от нее он мог в любое время, а разбрасываться столь щедрым предложением биокиборг как минимум не имел права. С человеком, знающим мир не понаслышке, его вливание в среду людей должно было пройти гораздо спокойней.   
Пасмурное марсианское утро встретило их неприветливым моросящим дождем и холодным горным воздухом.  Облака были высокими, светлыми, но по-прежнему застилали все небо. Хвойный лес, окрасившись в яркие тона, сиял бесконечными гирляндами дождевых капелек на деревьях, на траве, камнях – повсюду. Под ногами плыла и хлюпала небольшими лужицами сырая красноватая почва. Вода собиралась в ручейки и весело бежала вниз по склону.
По началу Генри пытался передвигаться самостоятельно, но ощутив всю неприятность данного занятия, брезгливо отряхнул лапы и решил переместиться обратно на плечи друга.
- Алекс, я знаю, ты будешь злорадствовать, но я прошу тебя вернуть меня к себе на плечи.
Александр снисходительно посмотрел на кота и подхватил ежившееся от холода животное.
- О, здесь заметно лучше, спасибо.
Спуск по склону Олимпа мог показаться вечностью. Но в голове Александра только выстраивался план дальнейших действий, и никакой конкретики предложить он не мог.  Вчера осуществилась его главная цель, но теперь требовалось выполнить не менее сложную задачу – добраться до города.
 Лаборатория располагалась в высокогорном районе, подальше от людских глаз. Красивое место, оно будоражило воображение любого даже самого скучного человека в Солнечной системе. Высоко над облаками сквозь дымку просматривалась седая шапка величественного Олимпа. Ниже нее горный исполин утопал в непроглядных дремучих лесах. Красота, дикая, девственная. Было трудно поверить, что еще каких-то несколько сотен лет назад Марс был лишен этого природного наряда.
Они шли молча. Путь был не самым удобным для бесед. Красная смешанная с лесной подстилкой грязь налипала на обувь и затрудняла движение. Путники то и дело поскальзывались на предательской жиже. Местами и вовсе приходилось пробираться сквозь непролазные заросли, прыгать по камням или перелазить через поваленные деревья. Генри все это время старательно перестраивал свою диспозицию на плечах друга. Он каждую минут то заваливался в сторону, то сплывал вниз.
Александр обдумывал все, что произошло накануне. Передышка без погонь, драк и бесконечных расспросов психолога, набившегося в спутники, была как нельзя кстати. Биочип структурировал всю имеющуюся информацию и рассчитывал вероятность возможных событий. Александр как биокиборг теперь наверняка виделся многим силам лакомым кусочком. К тому же он владел единственным уцелевшим источником информации по проекту «Эволюция». За ним определенно должна была начаться охота. Вернее, она уже началась. Пираты, спецслужбы, военные, – список легко продолжится любым энтузиастом, пожелавшим озолотиться на быстро распространяющихся слухах. Уж слишком тяжело было утаить устроенную накануне пиратами бойню.
Для Александра накопитель был прямым путем к свободе. Он планировал вернуть властям Конфедерации информацию, а  взамен получить  гарантии собственной безопасности. К тому же на носителе могли сохраниться сведения о его прошлом, о его семье. Для Александра, выросшего в стенах лаборатории, это было немаловажным фактом.
Все попытки открыть носитель информации здесь и сейчас в присутствии посторонних глаз, он отмел сразу. Катерина казалась милой девушкой, но представляла интересы Конфедерации, поэтому его доверие к ней имело свои пределы. Как такового его не было вообще. Его опасения на счет нее силились и из-за того, что штурмовики угадали в ней какую-то особу. Для рядового психолога, если это не было случайностью или недоразумением, данный факт – слишком большая честь.
Александр поделился информацией с Генри и отметил для себя, что биочип после разблокировки стал улавливать устойчивый сигнал, расшифровать который он не мог. При любой попытке обработать его, он натыкался на запрос аутентификации.
- Я улавливаю какой-то защищенный сигнал, - сообщил он коту.
Генри принюхался, будто это могло ему помочь с правильным ответом.
- Да, я тоже, - трясущийся на плечах кот после долгих размышлений вполне резонно спросил, - интересно про меня на накопителе ни слова?
- Боюсь, ты – прототип, и тебя бы просто подорвали вместе с остальной твоей  животной братией в лаборатории.
- Мерзавцы. Мне жалко, конечно, своих «сокамерников», но и ты имей совесть, называть тех неразумных тварей моими братьями.
- Ах, да, погорячился.
- А насчет психолога, - продолжил Генри, - ты прав, нам не стоит раскрывать перед ней все карты.
- Нам? - иронично заметил Александр.
- Нам, - уверенно пресек его вопрос кот, - мне самому это ужасно интересно. Я с тобой до конца, друг. Тем более я хочу, чтобы ты пообещал мне кое-что.
- И что пообещать-то?
- Обещай, что когда все уляжется, ты меня приютишь в своем доме и будешь кормить нормальной, не помойной  и не лабораторной едой. Не зря же я с тобой сбегал, в самом деле!
- Обещаю, Генри.
- Смотри, я запомнил, - кот сразу перевел разговор, снова принюхавшись, - а то, что ты улавливаешь сигнал, то могу определенно сказать, что, это космонет. Правда, доступа к нему я тоже не имею. А жаль, - Генри замечтался, - я бы столько философских трактатов сразу изучил, даже с места не сдвигаясь.
За дорогой день незаметно сошел на «нет». Несколько остановок на отдых позволили сохранить им приличный темп. Александр постоянно проверял частоты радиосвязи, вслушиваясь в царящую в шлеме тишину. Теперь они точно были в недосягаемости для военных.
К вечеру распогодилось. Солнце скрылось за Олимпом. В едва коснувшихся этих мест сумерках лес начал преображаться. Среди хвойных деревьев стали попадаться огромные буки и дубы. Неподалеку зашумела вода.
- Река, - обрадовалась Катерина и с новыми силами бросилась вперед.
- Эх, человечишка! Какая река? Это мелкий ручей. И мы услышали его задолго до тебя, - лениво отозвался Генри, - правда, Алекс?
Александр молчал. Он не мог отвести взгляда от открывшейся его взору панорамы.  Дух захватывало, лишая биокиборга дара речи и даже мыслей.
Расступившийся лес вывел путников на открытый каменистый уступ. Здесь, на неохваченной деревьями территории, царствовали травы, устилая землю мягким и  плотным  ковром зелени и цветов. Чуть в стороне шумел бурный горный ручей, несущий потоки прозрачной воды. Вода достигала  края уступа, весело шумя, летела вниз и, поднимая мириады брызг, собиралась в небольшую чащу. Из чаши, пробивая себе путь по просторной поляне, среди каменных преград, брало начало новое русло ручья. Там внизу склон казался на удивление ровным, и его течение, огибая основание уступа, становилось беспечно-неторопливым. Водный поток скрывался в чаще леса и где-то вдалеке шумел очередным водопадом.
Облизывая столь чудный травный островок, лес стелился  до видимых пределов. Он был настолько густым, что скрывал все похожее безлесье своими непроглядными шумящими кронами. Сплошная зеленая волна, повторяя форму склона, дугой сползала вниз. Она то складывалась в гармошку, то ныряла в расщелины, но нигде не нарушала своей целостности.
Ниже ручья в лесу хозяйничали величественные дубы и буки. В сплетении их мощных ветвей слышалось беспокойное щебетание птиц. Не то ветер тревожил листву, не то  птичий хор обсуждал появление посторонних в их владениях. В воздухе лениво парили орлы, вальяжно взмахивая мощными крыльями. Их редкие выкрики эхом проносились по склону, дополняя местную симфонию  скрипучими звуками.
Александр обернулся. Где-то далеко вверху средь дымки облаков виднелась белоснежная шапка Олимпа, кажущаяся абсолютно недостижимой для человека. Чистый горный воздух пьянил разнообразием запахов. На высоте он казался густым, почти осязаемым, наполненным едва уловимой синевой. Александр много раз видел эти места с борта аэромобиля, но никогда прежде так не проявлялся его восторг перед местными красотами. По-видимому, наслаждаться ему мешала все та же пресловутая блокировка биочипа. Но теперь Александр был очарован. Он слышал каждый шевелящийся листок на деревьях, улавливал непередаваемый аромат каждого цветка, а глаза, даже в этом бесконечно зеленом море, разбирали миллионы оттенков.
- Смотрите! Там дом!
Голос Катерины вернул биокиборга к действительности. Он подошел к стоявшей на краю обрыва девушке. И действительно, облюбовав опушку леса, почти у самого ручья врос в землю небольшой аккуратный домик. Даже не дом в привычном его понимании. Стен у него не было, а от земли сразу шел свод крыши. Она растворялась в местной зелени, поскольку её кровля была устлана густым слоем дернины. Дом обладал прекрасной маскировкой, его  выдавал лишь побуревший от времени и сырости деревянный фронтон, с закрытой створкой на крохотном окошке, и невысокая едва приметная каменная труба. Александр на мгновение даже зажмурил глаза, пытаясь сбить наваждение. Но воздвигнутое человеческой рукой творение не исчезло.
- Так, чего мы стоим? Давайте уже поспешим вниз, - активизировался Генри.
Он спрыгнул с плеч друга и помчался вдоль уступа в поисках надежного спуска.
- Любопытство? - улыбнулась ему вслед Кэт.
- Скорее, желание быть лидером.
Они пошли за котом и потратили изрядное количество времени на поиск спуска. Уступ никак не заканчивался и не давал возможности спокойно проделать какой-то десяток шагов вниз. Для биокиборга такая высота являлась сущим пустяком, к тому же ботинки его бронекостюма прекрасно амортизировали любое приземление. Но для Катерины препятствие было непреодолимым. Даже у ленивого и трусливого Генри существовала альтернатива в виде спуска по кронам деревьев, чьи верхушки как раз подбирались к краю уступа.
- Так, вернемся к водопаду, - не выдержал Александр, - будем прыгать.
- Как прыгать? - в глазах девушки появился испуг.
- Не переживай. Я возьму тебя на руки и прыгну. В этом костюме специальные ботинки.  Сними можно прыгать и выше.
- Это безопасно?
- Абсолютно, - сказал он, как отрезал, но потом зачем-то добавил, - возможно.
Катерина вздрогнула, но промолчала. Выбора особого не было. Смирение пересилило страх, и она повернула к водопаду. Александр последовал за ней, крикнув Генри:
- Так, Генри, ты сам. Через деревья.
- Еще друг называется! Её, значит, на руки,  а друга  на раз на дерево загнал, - возмутился кот.
- Это ревность?
- Вот еще! - фыркнул Генри, - не думаю, что на свете есть страдания, унизительнее ревности. Идите уже!
Генри проводил спутников невозмутимым взглядом, но очень скоро ловко, даже для своего веса, подскочил на лапы и побежал выискивать место для прыжка.
У водопада Александр подхватил Катерину на руки и неожиданно для нее прыгнул. Все произошло так быстро, что девушка не успела даже пикнуть. Дыхание сперло, в глазах замельтешило. Уже через секунду Катерина  покачивалась на могучих руках биокиборга внизу, почти у самой чаши воды. Лицо девушки окатило холодными брызгами, импровизированный душ быстро привел её в чувство.
- Ух, предупреждать надо.
Александр поставил девушку на ноги.
- Психологический трюк, - холодно заметил он в ответ, - тебе не знакомы такие уловки?
Катерина кивнула, соглашаясь, и сделала шаг вперед.
- Пошли к дому?
Александр не ответил, и повисшая тишина остановила девушку.
- Что-то не так? - она вновь заметила на себе его пронзительный взгляд.
- И все же, кого в тебе узнали пираты там в лаборатории? Кто ты?
Вопрос застал Катерину врасплох, но она быстро собралась и без дрожи в голосе, появляющейся обычно в такие моменты, ответила:
- Ты и сам все знаешь. Я работаю на Правительство Конфедерации. Персона очень известная в различных кругах. К тому же, когда ловят пиратов, их очень часто отправляют к нам, к психологам. Чтобы мы выведывали их секреты. Я очень серьезный для них раздражитель.
Девушка посмотрела вопрошающим взглядом, удовлетворился ли Александр её ответом? Не поймешь этого биокиборга, реакции на застывшем лице совсем нет. Она перехватила инициативу и спросила:
- Это все, что ты хотел знать?
- Да, - «выключая» свой сканирующий взгляд, задумчиво проронил Александр, - пока что, да.
Он посмотрел вперед. Рядом с домом сидел, вылизывался Генри и не обращал на своих спутников никакого внимания. Хотя Александр был больше чем уверен, что кот слышал этот их разговор.
Фронтон крыши со стороны леса был столь же потрепан и временем, и погодой, как и со стороны водопада. Хлипкая прогнившая дверь, казалось, дышит на ладан и силилась сорваться с заржавевших петель.
Александр дернул ее, и она без труда поддалась. В полумраке дома он увидел дубовый стол и кровать, с набросанными на нее шкурами. У дальнего угла едва выдавал своё присутствие небольшой камин. Дом  был утоплен в толщу склона, поэтому даже высокий мужчина, мог в нем не пригибаться.
- Не думал, что такие хибары еще возводятся людьми.
- На Марсе они очень популярны, - заметила Катерина, - люди настолько погрязли в цивилизации, что многие стремятся от нее убежать, скрыться, хотя бы на время. Вот и строят в глуши такие горные домики, где нет ни света, ни связи,  ни прочих удобств. Только человек и природа, как было когда-то. Здесь есть единение, в первую очередь со своей душой.
- О как заговорила, - нарочито возмутился Генри, - на мои лавры философа замахнулась?
Александр серьезно посмотрел на кота, от чего и он сменил хитрую самодовольную ухмылку на сосредоточенное выражение мордочки.
- Что?
- Ты слышал, что она мне ответила?
- Да.
- Что скажешь?
- Судя по твоему нежданному вопросу, она либо очень умело среагировала, либо действительно была честна с тобой. Но я бы первый вариант не стал исключать, возможно, она просто профи.
Катерина заметила их переглядывания.
- Вы что-то обсуждаете?
- Решали, кому первому входить.
Его суровый каменный взгляд в очередной раз остановился на лице Катерины, и девушка ответила ему взаимностью. Её прелестные изумрудные глаза застыли, спокойно отвечая на прожигающий взор Александра, губы чуть сжались, а тонкие брови выгнулись в вопросительной дуге. Что опять не так, говорила она всем своим видом.
Все же что-то в ней было необычное. Почувствовав неловкость, биокиборг засмущался, недовольно ругая себя за свое поражение – с её взглядом он не сдюжил. Эмоции открыли ему простую истину: дистанцироваться от Катерины ему сейчас не было никакого резона. Допросы ни к чему не приводили, а вот дружеское отношение могло принести пользу. Биочип проанализировал такое суждение и не нашел в нем ничего криминального.
Осознав необходимость небольшой «реформы» своего поведения Александр сделал приглашающий жест именно Катерине, и Дворжакова, мудро не озвучив появившуюся «оттепель», сделала пародийный реверанс и вошла в дом. Такая реакция очень понравилась Генри.
- Смотри-ка, привыкла к нам, даже позволяет себе отвешивать шуточки.
- Она тебе не нравится?
- Тебе, я смотрю, нравится.
Александр не ответил, но продолжил допрашивать друга:
- И все же?
- Хорошая, красивая, психолог. Что еще сказать? Я не доверяю вам, людям. Ты то, конечно, исключение. Но вот я живу всегда в ожидании, что от вас всегда придут неприятности. Вот я жил котом, никого не трогал. Так нет, сделали ж из меня философа.
- Тебя же это устраивает.
- Так я и не спорю, мне это даже нравится, но вот моя кошачья сущность за это как-то ненавидит всех людей.
- Что вы замерли на пороге, заходите, - пригласила их внутрь новоиспечённая хозяйка жилища, - посмотрите, что я нашла.
К ногам биокиборга прилетела большая сумка. Александр и Генри одновременно заглянули внутрь.
- Одежда!? - удивился Александр, вытаскивая черные плотные брюки,  куртку и легкие ботинки, - Так!
Он подбежал к камину и пощупал пепел. Руку обдало едва уловимым теплом.
- Еще теплый. Нужно быть осторожными.
- Ты думаешь вернуться?
Александр напрягся. Его слух уловил слабый, но стремительно приближающийся шум двигателей.
- Уже возвращаются. В лес!
Он подхватил сумку и, дождавшись Катерину, сгребшую в охапку Генри, закрыл аккуратно за собой дверь.
- Сумка зачем? - хмурясь, спросил кот.
- Я думаю, появляться в городе в бронекостюме без опознавательных знаков не совсем разумная идея.
- А если схватятся?
- Нам будет все равно. Мы улетим.
- Связи у них тут нет, пока их найдут, - рассуждал Генри, - мы будем уже в городе. Одобряю, - сделал он многозначительный вывод.
Густой лес надежно укрыл их от посторонних глаз. Спустя несколько минут звук двигателя стал отчетливо слышен и Катерине. Вскоре показался черный аэромобиль, являвшийся точной некогда производившегося на Земле элитного спорткара. Он резко сбросил скорость над уступом и по незамысловатой дуге стал снижаться прямо к дому.
- Вот люди! - возмутилась Катерина.
Александр удивленно посмотрел на нее. Что не так?
- Все гонятся за прогрессом. А прогресс сводится к тому, что человек летает на аэромобиле, прототипом которого является спортивный автомобиль, колесивший на Земле тысячу лет назад. И платятся за это огромные деньги. Парадокс. Все  будто помещались на гибридах.
- А что? Симпатичный агрегат. Сейчас испытаем, - прищурился Генри.
- Что в нем гибридного? - спросил Александр.
- Эта модель с успехом как летает, так и ездит по земле. Вот только стоит ли за эту способность переплачивать три-четыре цены самого комфортного и безопасного аэромобиля?
Флайкар мягко коснулся земли. Дверцы плавно порхнули вверх, и из салона, смеясь, выбралась влюбленная парочка. Молодой человек подхватил девушку на руки, поцеловал и поспешил к дому. Картина была почти идеалистической. С неподдельным интересом на влюбленных посмотрел Александр, которому о семье приходилось только мечтать. С легкой завистью проводила их глазами Катерина, отчего-то мимолетно взглянув на биокиборга. И только Генри не таил свои эмоции:
- Черт возьми. Я все больше ненавижу людей. Нельзя пробуждать в животном человеческий разум, не дав кроме разума никаких дополнительных возможностей.
- Генри, боюсь, но разумная ветвь в семействе кошачьих на тебе началась, на тебе же и прервется, - шутливо изрек Александр.
- Да уж, Алекс, беда. Зато мне остается быть единственным и неповторимым. Что, в общем-то, тоже не плохо, - кот закончил свой эмоциональный спич самолюбованием.
Двери аэромобиля автоматически закрылись. В салоне погасло освещение. Выждав время и убедившись, что возвращаться к транспорту никто не собирался, Александр скомандовал:
- Пошли.
Под звуки завывающего ветра, особо не таясь, они побежали к аэромобилю. Дверь пилота поддалась, впуская Александра внутрь. Он бросил в салон сумку и рюкзак и занял кресло пилота. Следом за другом в аэромобиль влетел возбужденный Генри.
- Никогда так быстро не бегал, - никак не мог он отдышаться.
С другой стороны, бесшумно закрыв дверь, заняла кресло Катерина, посадив на колени кота.
- Э, полегче, - начал Генри.
Но девушка начала его гладить, и кошачья гордость быстро растворились в нарастающем мурлыканье.
- Не доверяю людям? - съязвил Александр.
- Помучался ты в шкуре кота, я бы на тебя посмотрел, - отбил нападки Генри.
Александр щелкнул тумблерами. Загорелась приборная панель. Включился компьютер, который сразу же поприветствовал пилота и спросил:
- Добро пожаловать на борт! Желаете выбрать маршрут?
Александр нажал подтверждение на экране и, посмотрев на Катерину, старательно произнес:
- Арес!
- Пункт назначения Арес. Маршрут навигатора составлен.
Компьютер пискнул, и на экран вывелась карта с красовавшимся на юго-востоке флажком.
- Справишься? - спросила Катерина и улыбнулась, видя, как Александр ловко управлялся с техникой.
- Меня научили пользоваться всем, что передвигается, стреляет и бахает. Военные постарались на славу.
Он клацнул очередным тумблером и подал т-образный рычаг вперед. Зашептали двигатели. Александр потянул штурвал на себя.
Аэромобиль легко и непринужденно оторвался от земли и завис в воздухе. Его звучание стало громче, он качнулся в сторону и резко взмыл в ночное марсианское небо.

Глава 2

- Господин Президент! - послышался шепот.
Курчавый темнокожий старик спал и не реагировал.
- Господин Президент! - прозвучало настойчивее.
- Э, - хрипло донеслось из груди спящего.
Он потряс головой, по инерции вытянув шею, и открыл глаза. За большим столом уже четвертый час заседал Совет Безопасности Конфедерации, на котором в усеченном составе присутствовали только министры и руководители ведомств с высшим уровнем допуска.
Президент Коби Джексон не смог выдержать хмурой, усыпляющей обстановки на заседании и не заметно для себя уснул, что в прочем было для него не в диковинку. Ему многое прощалось. И не потому, что Джексон являлся президентом, а потому, что  он совсем недавно разменял восемнадцатый десяток своей жизни и, несмотря на высокоразвитую медицину, был старым и тяжело больным человеком. Врачи в бессилье разводили руками. Мозг президента доживал последние месяцы.
Джексон посмотрел вправо от себя и увидел виновато отводящего глаза своего помощника. Именно он своим шепотом пытался помочь президенту избавиться от назойливой сонливости. Джексон в знак признательности кивнул ему и прислушался. Говорил Мильке. На Совете генерал спрятал свою лисью ухмылку и выглядел очень собранным и сосредоточенным человеком.
- Нападение было совершено группой пиратов, под руководством «седобородого», уже долго и безуспешно разыскиваемого террориста по прозвищу Кремень. Опрошенные сотрудники подтвердили его присутствие в лаборатории.
- У него была борода? - окончательно проснувшийся президент решил вмешаться.
- Я так бы не сказал, господин президент. Густая и седая щетина.
- Хорошо. Так вы говорите, что пираты  шли специально за технологией проекта «Эволюция».
- Я думаю  так, господин президент.
Джексон задавал вопросы по привычке и больше из вежливости к угасающему чувству долга. Ему было глубоко все равно, что, где и когда случилось. Проводя шестой срок президентства, он полностью изжил себя как государственный деятель. Политик в нем атрофировался еще несколько лет назад. А сейчас ему, пожилому и больному человеку, нужно было сидеть на Совете Безопасности и изображать из себя хорошего слушателя, беспокоившегося за судьбу государства, а ему хотелось просто спать.
- Обоснуйте.
- Во-первых, уничтожена лаборатория и вся информация по проекту. Полностью. Во-вторых, после разбора завалов выяснилось, что пропал накопитель с единственной копией всех данных. А в-третьих, лично я считаю, самым главным является тот факт, что проект «Эволюция» был засекречен. Про лабораторию знал ограниченный круг лиц, который постоянно проходил  тестирования на предмет разглашения секретной информации. И тот факт, что забрали накопитель, а все остальное уничтожили, говорит только об этом.
- Хорошо, а что с образцом?
- По непроверенной до конца информации он сумел бежать. Обстоятельства выясняются.
- Сбежал? - искренне удивился Джексон.
- Да, господин президент. Об этом говорит анализ данных. К тому же во многих городах прокатилась волна слухов о розыске человека, сбежавшего из разгромленной лаборатории. И по неподтверждённым данным именно биокиборг похитил накопитель.
- Опять слухи? - к удивлению всех присутствующих вдруг раздраженно спросил президент, - что за не профессионализм? Слухи у них, понимаете ли!
- Прошу прошение. Агентурная сеть доложила, что по Аресу и ряду городов в среде пиратов прошла информация, что разыскивается человек с накопителем. По описанию человек этот идентифицирован как образец проекта.
- Это уже радует. Информация надежная?
- Бесспорно.
- Есть предположение, кто был наводчиком пиратов, и кто пускает эти ваши слухи?
Мильке нахмурил лицо. И задумался.
- Ну же, генерал! Если уж замещаете начальника на заседании, извольте являться подготовленным к вопросам, - уже совсем по-старчески ворчливо закряхтел Джексон.
- Да нет, господин Президент. Я готов ответить, но боюсь, что ответ вас не порадует.
- Извольте держать слово.
- По расчетам аналитиков, подчерк пиратов напоминает самые крупные террористические вылазки последних лет. Действовали нагло, нахрапом. Атаковали базу прикрытия, шли под визуальной защитой циклона, который же сами и породили на захваченной базе управления погодой. К тому же появление седобородого заставляет задумываться, что это дело рук наших старых «друзей».
- Та тайная организация, что так стремиться разрушить Конфедерацию и жить в хаосе межгосударственных склок?
- Да, господин президент.
- А скажите мне, не мог ли провернуть это сам руководитель проекта, как его там...
Память подвела президента, но ему на помощь, как всегда, пришел помощник.
- Профессор Ермолов, - едва слышно прошептал он.
- Да-да, точно, профессор Ермолов, - повторил слова помощника Джексон.
Мильке скептически поморщился.
- Не думаю, господин Президент. Мы проверяли, он чист. Но ему наговорили обратное, дабы был повод посадить его на Земле под домашний арест. Мы боимся, что в случае неудачи основной секрет создания биочипа террористы попробуют выведать как раз у создателя. Поэтому в целях безопасности мы решили изолировать его от внешнего мира. До тех пор пока не решится вся эта проблема.
- Что ж, Мильке. Берите себе в усиление военных, полицию да хоть черта из табакерки, но заклинаю вас - доберитесь до носителя и образца первыми. Я все сказал.
Джексон махнул рукой, дав понять, что заседание завершилось, но к нему обратился министр обороны Ямамото Хагакурэ.
- Сэр, в сложившейся ситуации не могу не обратиться с предложением.
- Обращайтесь.
- Считаю необходимым на повестке дня очередной парламентской сессии вынести на рассмотрение вопрос о приостановке моратория на полноценное  использование искусственного интеллекта для нужд министерства обороны.
- Никогда!
- Но, сэр. Со времен образования Конфедерации прошло много времени.
- И что?
- В кластерах несогласных скопилась очень мощная сила, преследующая те же цели, что и эти так называемые террористы. Кто может подтвердить, что за этими террористами и пиратами не стоят силы Союза Независимых территорий?  По данным разведки у них есть своя армия, у них есть базы в космосе. Чертовы демократы в парламенте, считая, что мы можем ущемить права людей на самоопределение, запрещают нам лезть в эти кластеры. Они же там как в тепличных условиях. Они – наша реальная угроза. Не сегодня, так завтра.
- Господа, - Джексон обвел неожиданно просветленным взглядом присутствующих, - я хоть и пришел в политику от некогда могущественной державы старого мира, я ненавижу историю до образования Конфедерации. И мне очень неприятно слышать это очень большое  заблуждение многих политиков. К сожалению, заблуждается и глубоко мною уважаемый господин Хагакурэ. Ни одна проблема безопасности не может идти в разрезе с основными принципами построения нашего общества. Повторю, ни одна! Моделирования общества с искусственным интеллектом уже не раз предрекало гибель человечеству. И я считаю, что в свое время было здравомыслящим решением запретить его использование. И за сохранение такого положения вещей я очень беспокоюсь. Как говорил один мой соотечественник, тоже, кстати, президент, тысячу лет назад: «Те, кто хочет уничтожить планету, пусть знают, что мы их разгромим. Те, кто стремится к миру и безопасности, пусть знают, что мы их поддержим». Так, что не злите меня господин Хагакурэ. У меня еще хватит сил противостоять особо ретивым болванам, видящих весь мир только двух цветах. Запомните, мир не двухцветен. В нем нет черного или белого, в нем все серо. Увы, это так. А у вас ко всему прочему и так современные высокоточные компьютеры с интеллектом, который что только не позволяет себе идентифицироваться как личность. И только. Все ваши байки про то, что только полностью неограниченный интеллект может высокоэффективно управлять армией ваших роботов, пустая болтовня. А ваши сказки о независимых территориях я слышу уже не один десяток лет. Поберегите мои уши. Вы обладаете достаточным потенциалом, чтобы держать под контролем ситуацию.
- Но, господин Президент.
- Никаких «но». И на будущее, господин Хагакурэ!
- Да, господин Президент.
-  При мне про искусственный интеллект больше ни слова. Благо отведено мне уже не так много.
Присутствующие зароптали.
- Тише-тише, господа. Я лишь констатирую факты. Я умираю, и вы это прекрасно знаете. Я шел на  шестой срок четыре года назад, уже зная о своем диагнозе. Тем не менее, я решился на это потому, что мне доверяли. На меня надеялись. И теперь я надеюсь на вас. Верните накопитель и образец! Он не должен попасть к террористам, а  уж тем более от них в те независимые кластеры.
Джексон почувствовал сильное утомление после словесной тирады и устроился удобней в кресле. После  такой активности, его вновь очень быстро стала одолевать сонливость. Повисла тишина, которую нарушил по-прежнему задумчивый Мильке.
- Что делать, если будет существовать угроза того, что накопитель и образец окажутся у пиратов?
Джексон очень неохотно приоткрыл уставшие глаза.
- Мильке, вы меня не поняли? Я же сказал, что ни накопитель, ни образец не должны попасть им в руки.
- Но...
- Опять «но»? Вы, что как дети маленькие. Хотите, чтобы я вам сказал, что делать? Сами не понимаете?
- Господин Президент, я должен знать свои полномочия.
Джексон недовольно закатил глаза.
- У вас самые широкие полномочия. И в случае описанной вами угрозы, вы должны уничтожить как носитель, так и образец. Лучше потерять, чем отдать в руки врагу. Все, заседание окончено.

***

Глубоко за полночь навигатор отыскал трассу, ведущую к Аресу. Её не сложно было обнаружить по светящимся, подобно светлячкам, аэробуйкам, разделявшим транспортный поток по направлениям. Трафик в Арес шел неплотный, но и его для Александра было непривычно много. По правилам пилотирования Конфедерации все аэромобили и небольшие космолеты должны были подлетать к городам или покидать их  только строго по воздушным путям сообщений. Уходить с трассы или возвращаться на них разрешалось в специальных местах, оборудованных уже алыми аэробуйками.
Александр аккуратно направил летательный аппарат на трассу. Катерина и Генри мирно спали на сидении справа. Пролетевший перед глазами синий светящийся знак подсказал, что до столицы Марса оставалось чуть больше трехсот километров. Большую часть пути они проделали в стороне от основных транспортных развязок, но теперь, как посчитал Александр, пришла пора незаметно слиться с другими аэромобилями, движущимися в сторону Ареса. Он  посмотрел на панель приборов. Отметка скорости замерла на спидометре на трехстах пятидесяти километрах в час. Информационный знак уже успел известить биокиборга о том, что это была максимально разрешенная на трассе скорость.
Спящие попутчики заставили призадуматься о сне. Организм намекал на то, что не мешало бы и ему отдохнуть. Биочип посылал осторожные и ненастойчивые сигналы – сил должно было хватить еще надолго, поэтому Александр отогнал все провокационные мысли подальше от себя и крепче сжал штурвал.
Километр пролетал за километром.  В боковом стекле, слившись в одну линию, проносились аэробуйки. Дорога мучила монотонностью, но вскоре где-то вдалеке, сначала едва уловимо, затем более отчетливо стали различаться огни большого города. Арес распахивал свои объятия.
Весь путь где-то под аэромобилем проскакивали освещенные поселения и города, но яркий свет марсианской столицы затмил их все вместе взятые. Сияние было настолько мощным, что небо над Аресом выделялось светлой полосой синевы, такой же, как и в сумерках на горизонте. Сотни тысяч огней пронизывали  небеса, сжигая тьму ночи.
Город приближался. Отчетливо стали видны отдельные здания. Тысячи небоскребов, с которых и начинался город, складывались в стройные ряды улиц. С каждым кварталом они росли в высоту, выделяясь изяществом форм и архитектурных решений. Город возводился, будто по линейке. Рука архитектора дотошно вымеряла расстояния между зданиями, не давая им сблизиться ни на один миллиметр. Между небоскребами беспрепятственно сновали аэромобили, даже на фоне ярких огней города выделяясь подсветкой своих осветительных приборов. С трассы они напоминали светляков, совершавших бесконечное броуновское движение. Но это только с трассы. На самом деле ни о какой хаотичности не могло идти и речи. Все было подчинено строгим правилам аэродвижения. Разно-уровневые потоки двигались по разным направлениям, с разной интенсивностью и установленной скоростью.
Александр прикоснулся к руке Катерины. Девушка не отреагировала. Он посмотрел на ее беспечное выражение лица и в очередной раз отметил для себя, насколько она была красива. Заостренный подбородок прекрасно гармонировал с аккуратным носиком. Высокие скулы только подчеркивали овал лица, придавая ему образ созданной античным мастером скульптуры. Ему очень захотелось, чтобы она открыла свои большие зеленые глаза.
- Катя проснись, - потрепал он её за руку и вдруг испугался.
Испугался Александр того, как он смотрел на неё и что при этом чувствовал. Чувство легкости и тепла, появившиеся в груди, имели непонятную для него природу, отчего его биочип запаниковал. Сработала инстинктивная защита. Биокиборг прогнал прочь странные мысли и вернул себе традиционное суровое безучастное выражение лица. Так ему было спокойней.
Девушка вздрогнула, открыла глаза и едва не подскочила на месте. Она напряглась, но, осознав, где находилась, успокоилась, тяжело выдохнула и откинулась на спинку кресла. Александр успел уловить в ее глазах задержавший на секунду страх.
- Извини, тяжелый сон после пережитого.
- Все нормально.
Катерина зевнула и поморщилась. Тело затекло, ноги гудели, желая пройтись, а еще лучше пробежаться. Девушка погладила Генри. Кот пробормотал нечто нечленораздельное, но не проснулся. Она посмотрела на растущий перед ней город.
- Ты первый раз видишь Арес?
- Да, - безразлично ответил Александр.
- И как?
- Нормально.
Катерина поняла, что говорить на эту тему Александр намерений не имел, и перевела разговор в другое русло.
- Ты не подумай, я не хотела давить на твои уязвимые места, набиваться в друзья, чтобы ты мне душу изливал. Не хочу и узнавать о твоих сокровенных мыслях, планах. Просто я уверена, тебе нужен проводник.
- Понятно. Ты уже это говорила.
- Да, но я не сказала, что тебе нужно делать перво-наперво, - хитро улыбнулась девушка.
- И?
Катерина аккуратно толкнула Александра в плечо.
- Вот почему ты такой зануда? И, понятно, нормально, - передразнила она его, - вот в горах у тебя проскользнула нотка человечности, а сейчас ты вновь за старое. Поверь уже, что я не враг тебе.
Его спутница оказалась очень наблюдательной особой. Биокиборг вспомнил свой жест и решил найти уместное оправдание:
- Я не привык много разговаривать, - он посмотрел на кота и добавил, - вслух.
- Тогда учись этому, привыкай, - девушка повеселела и с воодушевлением продолжила, - ты же человек, поэтому должен вести себя как человек. Нельзя быть таким замкнутым. Нельзя  постоянное выставлять свое каменное лицо. Ты же не робот. Ты сам так говорил.
Она надула щеки и состроила гримасу биокиборга. Александр промолчал, не реагируя на ее замечания и кривляния.
- Правда, хватит уже!
Катерина обиженно надула губы. Биокиборг посмотрел на нее и саркастично улыбнулся.
- Уже хорошо, вот и сарказм на лице проявился.
Александр быстро сменил гримасу и нахмурился.
- Катя, пойми. Дело не в тебе, как таковой.  У меня есть все основания не доверять людям. И ты не исключение. Я, может быть, очень хотел бы доверять тебе. Но, увы, не могу. Я – беглое оружие, которое стоит миллионы пиров. Меня любо уничтожат, либо схватят, чтобы сделать пешкой в чьих-то политических или военных играх. Поэтому для меня от любого может исходить угроза. Даже от тебя. Там на Олимпе перемена в моем настроении была связано только с одним – биочип порекомендовал быть с тобой более дружным, чтобы в случае чего своевременно вычислить исходящую от тебя опасность.
Голос его стал монотонным и холодным. Ему было неприятно разговаривать с Катериной в подобном ключе, вдвойне неприятней было озвучивать то, что она могла представлять для него угрозу.
- Я понимаю.
 Веселость девушки улетучилась. Неожиданная правда уничтожила её настроение. Но Александр нарочито решил не таиться. Такого рода признание и последующая оценка поведения Катерины могли помочь биокиборгу определиться, кто был перед ним – друг или враг. До этого момента сделать это ему не удавалось.
- Нет, правда. Я очень ценю то, что ты решила мне помочь.
- Это плата за твою помощь мне.
- Пусть так, но мне это все равно приятно. Ты один из немногих людей в моей жизни, кто отплатил взаимностью, добром на добро. Но давай без этих потуг. Напрашиваться в друзья бесполезно. Ты помогаешь мне, и мы забываем о существовании друг друга. Тебя уже ищут, у многих очень серьезных людей, видимо, к тебе будет много вопросов. Я же не желаю ни подозревать тебя в чем-то, ни подвергать опасности в связи с тем, что я тебе уже сказал.
Катерина кивнула, разочаровано поджав губы, и мысленно согласилась со всеми доводами Александра. Её поразило то, насколько глубоко эмоции и чувства засели внутри биокиборга. Даже произнесенные от души, а Катерина в этом нисколько не сомневалась, слова были обескровлены отсутствием эмоциональности и интонации. Александр говорил спокойно, размеренно. Каждый звук в точности копировал друг друга. Он прятался за образом «киборга».
- Ты не договорила, - Александр оторвал ее от раздумий.
Теперь он был доволен результатом. Разочарование читалось на лице Дворжаковой, но от этого чувства не исходило угрозы. Биокиборг был готов поверить в искренность своей спутницы.
 - Что там у тебя перво-наперво? - быстро добавил он. 
- Что? - Катерина пребывала в задумчивости, - А, точно. Для начала тебе нужен идентификационный чип. Потом – хакер.  Ну и от транспорта избавиться не мешало бы. 
- Зачем нужен хакер?
- Дело в том, что все населенные пункты Конфедерации оснащены  системой видеослежения с возможностью распознавания лиц. Данные о тебе они наверняка уже вбили в систему запроса. Тебе нельзя светить лицо.
Эта информация кардинально меняла ситуацию. Заинтересованность в услугах такого проводника в ту же секунду пересилила страх перед Катериной. Страх в его случае порождался неизвестностью, но вскрывшиеся факты заставляли мириться с присутствием возмутительницы его спокойствия.
- А тебе? - осторожно спросил Александр.
- И мне. Но система не может вычислить людей в аэромобилях. Поэтому пока мы внутри, мы для них не доступны.
- Это пока наш транспорт не является объектом поисков. Потом я думаю, и это не поможет.
- Шансы на то, что владельцев аэромобиля так быстро найдут военные, не так уж и велики.
- У них могли быть свои средства связи.
- Тогда у нас проблемы с везением.
Александр призадумался.
- Ты реально можешь помочь и с чипом, и с хакером?
- Однозначно, - ни на секунду не сомневаясь, ответила Катерина,  - я бы не предлагала своей помощи.
- Что ж, - ответил Александр, - будем пытаться учиться…
- Учиться?
- Да. Доверять людям.
Биокиборг сдался. Александр покосился на удивленную девушку и искренне улыбнулся. Это была его первая честная эмоция по отношению к ней за все время знакомства. И Катерина её почувствовала.

***

В горном домике горела свеча. За столом с очень серьезными и сосредоточенными лицами сидели парень и девушка. От веселости и влюбленности, которые они совсем недавно демонстрировали, простыл и след. Работа была выполнена, неизвестные, как и планировалось, похитили их аэромобиль. Большего от «влюбленной парочки» ничего не требовалось.
Парень повернулся к девушке и произнес:
- Прошло уже полчаса, звоним?
- Пожалуй.
Он достал прозрачный прямоугольный планшет, удобно легший в руку, и прикоснулся к поверхности большим пальцем. Устройство начало светится бледновато-синим цветом. Тут же из центральной его части к углам плавно расползлись изображение кнопок и небольшого информационного экрана. Парень быстрыми движениями набрал номер и приложил планшет к уху.
- У аппарата, - ответил хмурый голос.
- Это группа «Восток», ловушка сработала.
- Включи режим трансляции.
Парень нажал на кнопку и положил телефон на стол. Из него вынырнул короткий синий луч, который тут же преобразовался в небольшой экран. На нем появился нахмуренный Кремень. Он сидел за большим столом, одной  рукой стуча по столешнице, пальцами другой задумчиво поглаживая себя по подбородку.
- Они выходили с вами на контакт?
- Нет. Скрытно пробрались к аэромобилю и очень быстро улетели.
- Хорошо. Можете связываться с остальными группами, пускай за вами вылетают. Свяжетесь с моим секретарем по поводу оплаты. Все, конец связи.
Седобородый нажал на кнопку на своем телефоне, прервав сеанс трансляции. После этого он прикоснулся к сенсору рабочего стола. Высветилась голограмма, на которой мило улыбалась молодая девушка.
- Вика. Сработал восточный дом, пусть Чарли и его хакеры подключаются к системе видеослежения. Как только аэромобиль найдут, высылайте группу и сообщите мне.
- Хорошо, мистер Стеаринов.
- Вика! - гневно взревел седобородый.
- Простите, Илья Григорьевич, я забываю, - затрепетала мгновенно побледневшая девушка.
- Не стоит забывать тех вещей, которых я не терплю.

***

Аэромобиль пересек городскую черту, и Александр волей ни волей сбавил скорость. Вблизи от огромных небоскребов захватывало дух. Высокие, цепляющие небеса, от них веяло исполинской мощью, мощью человеческих способностей. Строения, устремляющиеся ввысь, пестрили бесконечной рекламой, воспроизводившейся на их стеклянных секциях. Рекламировали все: от средств гигиены до многочисленных спортивных и развлекательных мероприятий. Александр жадно впитывал яркие краски рекламных огней, отражавшихся причудливым калейдоскопом в его серых блестевших глазах. Нет, это не было похоже на восторг, просто он, выросший в стенах научной лаборатории, впитывал информацию подобно губке. И чем больше биокиборг видел, тем сильнее росла жажда увидеть больше и заглянуть дальше.
Небоскребы обладали уникальной инфраструктурой. Казалось, что архитекторы предусмотрели все до мельчайших деталей. Каждые десятый этаж оборудовался широкими площадками, выполняющими роль пешеходных дорожек. Площадки ограничивались стилизованными под здания парапетами. Между собой небоскребы соединялись выдвигающимися пешеходными переходами, которые срабатывали при включенных красных силовых экранах, появлявшихся на пути следования транспорта. Воздушное движение многих аэромобильных потоков для удобства высадки и посадки пассажиров было дополнительно организованно и на уровне пешеходных дорожек. А экраны силовых полей выполняли и роль светофоров, и обеспечивали безопасность переходов. Экран мог выдержать столкновение не с одной дюжиной аэромобилей.
Каждый девятый этаж зданий отводился под паркинг. Благодаря развитой системе лифтов с легкостью и без задержек можно было попасть на любой необходимый уровень. Внутри небоскребы разделялись на сектора. В них располагались собственная служба безопасности, медицинский центр, школа, развлекательные комплексы и жилые зоны. Небоскребы, по сути, представляли собой города внутри города.
 Арес впечатлял своими размерами. Исполинский муравейник, живущий по своим законам, не останавливался ни на секунду. Даже в разгар ночи на улицах было многолюдно.
- По алым буйкам тебе лучше уйти с основной магистрали. Сверни на улицу Македонского в поток Ю-4.
Александр увидел соответствующий висящий в воздухе знак с разрешенными направлениями движения. Стрелка вперед на нем указывала на центральный проспект Ареса – проспект Аттилы,  вправо от него уходила улица Македонского. Александр почти интуитивно догадался, аббревиатура «Ю-4» означала то, что поток двигался в южном направлении на уровне четвертого десятка этажей. Ориентируясь по вытянутым дугой алым аэробуйкам, он увел аэромобиль в нужном направлении.
Улица Македонского отличалась от общей панорамы города своей непередаваемой, даже утрированной серостью. Местное освещение и то выделялось какой-то непривычной унылостью. Свет был тускл, местами отсутствовал вовсе. Здешние небоскребы казались потрепанными временем, да и ощущалось, что они изначально строились как бюджетный вариант для бедняков. Ни изыска, ни вкуса.
 С пешеходных дорожек ветер постоянно сдувал легкий мусор, который, выделывая в воздухе неправдоподобные пируэты, норовил упасть на лобовые стекла пролетающих аэромобилей. Стеклянные секции стен не отличались особой чистотой, реклама на них почти не транслировалась. Местами они и вовсе были разбиты и заклеены каким-то полупрозрачным полиэтиленовым материалом. И без того потрёпанный вид небоскребов подчеркивали вездесущие граффити. Порой волосы становились дыбом от осознания того, в каких труднодоступных и опасных для человека местах было изображено народное творчество.
Александр с интересом разглядывал все, что попадалась на их пути. Катерина, заметив его сосредоточенный взгляд, поспешила дать свой комментарий:
- Да-да, понимаю. Когда влетали, Арес казался неописуемо прекрасным, величественным, но здесь, вблизи, он не оправдывает таких ожиданий.
- У меня это на лице написано? - повернулся к ней Александр.
- Нет. По твоему лицу даже мне, психологу, вообще тяжело читать какие-либо эмоции. Просто ты  разглядываешь город, цепляясь взглядом за каждую его деталь.
- Знаешь, для меня все в диковинку.
- Я понимаю. Просто, пытаюсь отложить твоё разочарование.
- Ты о чем?
- О том, что Конфедерация не панацея от всех бед. Он спасла человечество от самоуничтожения, но люди сами выбрали, как им жить дальше. Потому что мы от природы такие. Ну, не могут у нас быть все богатыми и счастливыми. Кто-то не может, а кто-то даже и не хочет. Те же, кто выбивается наверх, отнюдь не думает о том, где он был раньше и кто был рядом с ним. Поэтому в любом маломальском городе можно найти кварталы для бедняков, обыкновенных трудяг и кварталы для богачей, столь разные, контрастные до безобразия, но всегда находящиеся по соседству.
- Значит это улица, где живут бедняки?
- Да, а еще бандиты, торговцы подпольными товарами и услугами и разного сорта сброд.
- Гетто?
- Отчасти да, потому что такие кварталы зачастую заселяются по национальному признаку.
- И мы здесь, я так понимаю, чтобы купить мне идентификационный чип у торговцев подпольными товарами?
- Ты быстро соображаешь.
- Еще бы. А как же камеры?
- Поверь мне. В таких районах внутри зданий местами камеры просто не работают, а местами заменены на такие, информация с которых не может правильно обрабатываться.
- Куда же смотрят власти, полиция?
- Их это мало интересует. Власть во все времена обеспечивала спокойную жизнь только высшему обществу. Всех, кто оказывался ниже, она отдавала на откуп теории естественного отбора.
- Победит сильнейший, - ухмыльнулся Александр, - как с такими взглядами ты работаешь на Правительство Конфедерации?
- Я работаю не на само Правительство,  а выполняю лишь его заказы. К тому же я искренне считаю, что Конфедерация единственно правильный из существующих векторов человеческой истории. Меньшее из всех зол, - Катерина на секунду призадумалась, но тут же добавила, на корню оборвав все свои изречения, - здесь направо сверни.
Указатель гласил, что уходящая направо улица была названа в честь Наполеона Бонапарта.
- Такие выдающиеся в истории лица дали названия улицам такого захолустья, - съязвил Александр, повернув аэромобиль на перекрестке.
- Конфедерация хоть в этом была щедра к людям, - ухмыльнулась Катерина, - в доме №37 залетай на парковку.
- Добрались?
- Почти...
- Скажи, здесь все названия улиц носят мужские имена?
- Не совсем. Это давняя история. Когда только развивались города, почему-то вспомнили, что на Венере все названия женского рода. На Марсе решили отыграться. При этом особое внимание уделялось не столько полу, сколько всем военным историческим персонажам. Естественно в основном мужчинам. Но встречаются и исключения. Как, например, улица Жанны д'Арк.
- Но опять же она связана с войной, Марс – бог войны. Все предсказуемо и объяснимо.
- Именно.
В поле зрения появилась табличка с надписью «улица Наполеона Бонапарта, строение 37, сектор 4, паркинг». Александр  направил аэромобиль на стоянку. Пролетев между рядами припаркованных транспортных средств, он нашел свободное место, посадил аэромобиль и выключил двигатели. Погасла подсветка приборов, и в салоне стало темно.
О своем присутствии напомнил Генри. Он, лежал, свернувшись калачиком на ногах Катерины, не подавая признаков активности. Как только погас свет, кот открыл один глаз, осмотрел салон, встал, зевнул и потянулся, пустив когти в брюки девушки. От неожиданности Катерина вскрикнула.
- Ай.
- Пардон, - озадачился Генри, понимающе посмотрев на свою спутницу, - я не специально. Кот во мне проснулся раньше меня.
Александр извинился за него у Катерины:
- Рефлекс. Он приносит свои извинения.
- Все в порядке.
Девушка погладила кота, показав ему свое расположение.
- Я так понял, извинения приняты. Я многое пропустил?
- Пожалуй, да. Арес – это нечто непонятное и большое. Скоро сам все увидишь.
- А здесь мы, что делаем?
- Здесь мы за моим идентификационным чипом.
Александр открыл дверь и выбрался наружу.
- Может мне лучше остаться в бронекостюме, раз попали в такой район?
- Не стоит. Я бы советовала тебе переодеться, - ответила ему Катерина, усаживая Генри на освободившееся кресло.
- Почему? - удивился Александр, который чувствовал себя очень комфортно в бронекостюме, - Я, конечно, брал одежду в лесу с прицелом на будущее – сам понимаю, в броне по городу особо не походишь. Но здесь-то?! Ты сама говорила, что камеры тут не работают, официальных лиц мало.
- Все правильно, но здесь не любят официальную власть. Полиция обычно ниже предпоследнего сектора даже не спускается, если ничего не происходит. Боятся они, сидят в башнях наверху.
- Вот и хорошо, и нам с бронекостюмом как-то спокойней будет.
- Да, но он в точности такой же, как и у армейского или полицейского спецназа. Вопросы могут возникнуть уже у другой стороны общества.
Александр разочарованно вздохнул.
- Хорошо, сниму, - пожал он плечами.
Катерина не успела проронить и слова, а на пол полетел снятый бронекостюм. Она заворожено посмотрела на Александра, не смея отвести взгляд. Скрытое ранее под костюмом и одеждой, сейчас его рельефное тело поражало своей мощью. Он предстал перед ней глыбой, от которой веяло силой. Настоящий античный герой.
Александр перехватил взгляд девушки, и она стыдливо отвела глаза.
- В принципе я согласен с ней, хорош, ничего не скажешь, - лаконично заметил Генри, с интересом наблюдавший за своими спутниками, - но зачем же девушку в ступор вгонять. Привык в лаборатории раздеваться прилюдно.
- Я как бы ни совсем разделся, - возразил ему оставшийся в нижнем белье Александр.
Он полез в аэромобиль и преспокойно достал сумку с вещами.
- Знаешь, с твоим телосложением достаточно маячку снять. А они, дамы, штабелями будут падать к твоим ногам. Правда, Кэт, не зря глаза отвела. Падать не хочет.
Александр не обращал внимания на друга-шутника. Он переоделся, вытащил пистолет и спрятал его за пояс.  В черной повседневной куртке и брюках он выглядел вполне себе среднестатистическим марсианином. Катерина одобрительно закивала головой.
- Отлично. То, что надо.
- Тогда веди.
- О, я с вами, - расхрабрился Генри.
Кот уже почти прыгнул на пол паркинга, но Александр его остановил:
- Останься в машине. Не светись. Не хочу, чтоб тебе из-за меня досталось.
Генри задумался, но очень быстро согласился:
- Хорошо я покараулю здесь.  Надеюсь, вы не уйдете дальше, чем за сто метров, и мы сможем с тобой общаться, если что. Я буду твоим джокером.
- Договорились.
Катерина и Александр направились к дверям, вышли в коридор и очень скоро оказались перед многочисленными дверями лифтов. Обстановка внутри небоскреба была под стать уличной. Обшарпанные, оббитые, разрисованные, выцветшие стены, отсутствующие двери во многих проемах, следы пожаров, – здесь давно не стремились к комфортному проживанию.
Ближайшие двери лифта открылись со скрипом, впуская Александра и Катерину внутрь провонявшей испражнениями кабины. Кабину освещал всего один тусклый светодиод, но и его было достаточно, чтобы разглядеть следы засохшей на стене крови.
Они спустились на двадцать пятый этаж, который предстал перед ними музеем  человеческих уродств и пороков. Друг с другом здесь соседствовали публичные дома, подпольные казино, лаборатории по производству наркотических веществ. У бесконечных рядов игровых автоматов путались грязные бомжи. Рядом с ними крутились сектанты, да и просто разношерстный люд, собравшийся здесь по непонятным, наверно, и им самим, причинам. Каждая дверь пестрила неоновой рекламой, зазывающей к себе публику в соответствии с их интересами. Людей здесь было не то, что много, а, что ни на есть, море. Шумовая завеса не уступала работающему заводскому цеху. Можно было кричать, и твой голос бы слился в единой вакханалии звуков: мата, дикого воя, бьющейся посуды, ударов кулаков и стонов. В воздухе царила атмосфера хаоса. Жутковатое зрелище убивало какой-то безмятежностью происходящего, словно так и должно было быть.
- Мы не плебеи, мы имеем быть право услышанными. Конфедерация – это зло, с которым нужно бороться, - кричал очередной юродивый перед одобрительно визжавшей толпой, - они думают, что могут все. Они загнали нас сюда, в гетто, но здесь наша воля окрепла. Мы вправе начать нашу борьбу.
- Да, правильно, зададим этим конфедеративным крысам жара. Покажем, кто  здесь хозяин. Даешь независимый Марс, - вторила ему толпа в ответ.
- Мрачно здесь, - поделился первыми впечатлениями Александр, - поразительно, сколько здесь недовольных.
Катерина тоже была недовольна, но её недовольство имело совершенно противоположную природу:
- Ты знаешь. Странная тенденция. Во многих городах Конфедерации появляются такие вот подстрекатели, которые подогревают толпу. Уже не раз и не два эти «подогревания» приводили к кровопролитным столкновениям с властями. Как будто кому то это надо. Кто-то специально сеет почву для такого рода бунтов. А фанатики, типа этого гласа народа, просто зомбированные личности. Сколько их переловили, но толку от них. Мозги промыты на корню. Чье-то пушечное мясо.
- Чья-то рука чувствуется однозначно, - согласился Александр, - и что нельзя поймать?
- Не знаю, я же не работаю в соответствующих органах, - пожала плечами Катерина.
Она уверено шла  по коридору в направлении центральной части этажа, где располагался огромный, размером с небольшую площадь холл с рядами прямоугольных колонн. Холл был уставлен покерными столами с потертым, а местами порванным и уже давно не зеленым сукном. Вокруг столов  крутились сотни людей, мигрирующих в поисках освободившегося в игре места.
Чуть в стороне от картежников, растворяясь в дымном тумане, сидела группа лиц, передающая по кругу огромную курительную трубку. Один из них был с гитарой. Он играл замысловатый мотивчик, напевая под него слова:
- Уе, уе, уе. А я па-па-па по песку па-пойду. И неспешно к тебе я па-подойду...
Катерина кивнула в их сторону.
- Очередное движение за мир во всем мире и свободу. Сидят, накуриваются, песни поют и больше ничего в жизни не делают.
Александр, внешне оставаясь спокойным, глубоко внутри был поражен всем увиденным в Аресе. Сначала город показался какой-то сказкой. Чем-то нереальным. Но сейчас от сказки не осталось и следа.
- Как вы так живете? - сокрушился он, - это же не жизнь, это выживание.
- Нормально живем и выживаем. Саша, мне очень тебя жаль, что ты начал знакомство с человеческой цивилизацией с таких мест. Выбора просто нет. Но есть места, где тебе понравится, я обещаю.
- Но здесь же ад.
- А здесь та жизнь, какую они сами выбрали, - мгновенно перебила его Катерина, - их никто не заставлял сюда спускаться. Поднимись выше седьмого сектора. И ты увидишь уже разницу. Там живут отнюдь не богачи, но они стремятся жить, а не существовать.
Александру нечего было возразить, и он поверил ей на слово.
- Надеюсь так и есть.
Катерина вела его вперед, рассекая и расталкивая людскую массу, отнюдь не хрупкими, как могло показаться на первый взгляд, плечами.
- Да-да, - заорал кто-то за столом, - я выиграл.
Мужчина средних лет, пребывая в эйфории, скакал как ненормальный. Перед ним лежала огромная куча фишек.
- Фул-хаус, фул-хаус, - не унимался он.
Напротив него, схватившись за голову, сидел проигравший. Крупье подсчитал фишки и озвучил сумму:
- Вы выиграли пятьдесят тысяч пиров. Мои поздравления. Десять процентов, как и уславливались, идут в доход стола.
- Да-да-да, - затараторил победитель, - все верно. Дайте мои деньги.
Крупье полез  под стол, вытащил металлический кейс и ввел код. Щелкнули замки. Открылась крышка. Крупье, озираясь по сторонам, стал отсчитывать какие-то бумажки.
Александр заинтересованно спросил:
- Бумажные деньги? Их же нет давно.
- Все правильно. И это не деньги. Это банковские обязательства выдать электронные кошельки с указанной суммой пиров. В принципе в этих кварталах их  используют как местную валюту.
Неожиданно неудачливый игрок, видимо, оставивший за столом все свои сбережения, выхватил пистолет и, сжимая его в  дрожащей руке, стал угрожать крупье. В его глазах соседствовали злоба, страх и отчаянье.
- Деньги мне. Быстро.
В холле мгновенно повисла тишина. Стало непривычно, и Александр даже почувствовал какой-то дискомфорт, так он привык к гулу. Взоры людей  устремились на проигравшего. А он только что и успел договорить своё требование. Сзади подошел верзила и без разговоров выстрелил бедняге в затылок. Забрызгивая кровью стол, игрок повалился на пол.
Александр поморщился.
- Уберите отсюда этого ублюдка, - завизжал крупье.
Подбежало пятеро крепких ребят. Унесли тело, стали приводить игровое место в порядок. Буквально через  минуту все уже забыли об инциденте. Как будто ничего не произошло. Был человек, не было, мало кого интересовало то, что случилось дальше их носа. И спокойней так, и надежней. Каждый сам за себя.
Место убитого мгновенно занял новый игрок, и игра продолжилась. Разгоняясь подобно волне, шум от бесконечной возни и человеческих голосов опять  захватил холл этажа.
Александр замер, не в силах поверить в произошедшее на его глазах убийство. Катерина тронула его за плечо.
- Такое тоже бывает, пойдем.
Он не проронил ни слова и снова пошел вперед, уподобляясь забывшей беднягу толпе. Обладая мощным ресурсом логического мышления, Александр никак не мог понять, как такое вообще могло произойти. Цена человеческой жизни для кого-то стоит гроши, для кого-то вообще не имеет цены, и здесь люди ставят её на кон, как будто играют на что-то несущественное, пустяковое. Да, ему совсем недавно во время побега пришлось убивать самому. Но там он защищал жизнь, здесь же ею разбрасывались.
- У каждого стола свой хозяин, - объяснила происходящее Катерина, - хотя бывают зажиточный с тремя-пятью столами. Как правило, крупье – сам хозяин. Он нанимает себе здоровяков, которые охраняют его и избавляют от всякого рода неприятностей. Это сейчас тебе наглядно и продемонстрировали.
- Да уж, весело у вас тут, на свободе, - пробормотал Александр, - мрак, непроглядный мрак.
Катерина остановилась у лысого толстячка в сером плаще.
- Мне нужен Кросс.
Толстяк смерил ее маленькими глазками, перевел взгляд на Александра, и, скривив тоненькие губы, растворился в толпе. Его не было буквально несколько минут. Он вернулся и очень коротко произнес:
- За мной.
Толстяк, как ледокол,  пробивал себе путь сквозь толпу. Было видно, что его здесь побаиваются. Люди за несколько метров до его приближения старались посторониться. В результате перед ним открывался довольно просторный коридор, позволяющий беспрепятственно передвигаться в этой человеческой массе.
Они подошли к неприметной на первый взгляд двери. Щелкнул замок, и она плавно сдвинулась в сторону. Яркий свет хлынул в холл, разбавляя полумрак и выхватывая из него типично серые для здешних мест стены.
Толстяк жестом пригласил Александра и Катерину внутрь. Он закрыл дверь, предварительно выискав своих людей в толпе, и по узкому коридору неспешно пошел за гостями следом.
В конце коридора стоял охранник, одетый в уже известную Александру броню. На появление людей он никак не отреагировал, и даже, когда толстяк поравнялся с ним, не проронил ни слова.
Биокиборг оценивающе посмотрел на охранника. Его лысая голова заканчивалась смешными складками на затылке. Чем-то он напоминал бульдога. Его маленькие глаза, массивная челюсть, выпирающая вперед, небольшой торчавший к верху нос, – все это напоминало собачью морду. А еще он был однозначно силен. Высокий, сбитый. Крепкий орешек. В рукопашном бою и в бронекостюме однозначно доставит хлопот.
Толстяк перехватил взгляд Александра и противно хихикнул:
- Хе-хе, не смотри на него так, он не кусается. Пока ему не прикажешь.
Снова щелкнул замок. И снова автоматически открылась дверь. Вероятно,  коридор просматривался скрытыми камерами. Но отыскать их даже на уныло серых стенах было невозможно.
Помещение, в которое они попали, оказалось просторным и таким же светлым. На потолке не было ни одного осветительного прибора. Он светился сам собой. Свет был мягким, но достаточно ярким.
Александр бегло осмотрелся. Убранство комнаты говорило об аскетичности ее владельца или жадности. Белые стены, несколько видеопанелей, большой стол, диван перед ним,  – больше ничего приметного.
Открылась дверь справа, и в помещение даже не вошел, а пулей влетел высокий мужчина в сопровождении пятерых телохранителей в бронекостюмах, но без шлемов.
- Добрый вечер или утро. Я – Кросс, и я к вашим услугам. Прошу вас, присаживайтесь на диван.
Он проговорил это, не останавливаясь, и направился прямиком к столу, где сел в массивное кресло. Один из телохранителей стал позади него. Толстяк подтолкнул Александра и Катерину вперед, настаивая на приглашении своего босса. Биокиборг недобро посмотрел на него, но тот ответил напускной приветливой улыбкой.
Кросс дождался, когда его гости, наконец, уселись. Некоторое время он рассматривал их, украдкой посматривая на остановившегося позади дивана толстяка. Толстяк щурился и загадочно улыбался. Кросс подавил ухмылку, тяжело выдохнул и заговорил:
- Что ж, рассказывайте, что вас привело в  самое мрачное место на всем Марсе?
- Нам нужен идентификационный чип, - сухо, напустив серьезность, проговорила Катерина.
Кросс задумался. Будучи от природы торгашом, он взял длинную паузу в разговоре, показывая всю важность, исходящую от него.
- Вы знаете, что это незаконно? Вы знаете, какие последствия могут быть за покупку таких вещей?
- Бросьте, Кросс. Вы прекрасно понимаете, что мы к вам не за пряниками пришли. Оставьте этот ваш напускной морализм.
- Что вы, что вы. Я забочусь о вас. Это мой долг – предупредить об ответственности.
- Хорошо, спасибо, мы учтем, но давайте к делу.
Александр молчал, мысленно восхищаясь тем, как умело Катерина разговаривала с весьма опасным человеком.
- Кстати, я вас прежде не видел. Как вы вышли на меня?
- То, как выглядит Большой бык известно всем, - девушка чуть повернула голову и  покосилась на толстяка, - так же известно и то, что он ваша правая рука. А у вас, как говорят, можно купить даже душу, проданную дьяволу.
- Какая реклама моему бизнесу, -  Кросс воодушевленно расправил плечи и хищно улыбнулся, - какой аванс старику Георгию, - он посмотрел на засиявшего толстяка, - но подождите. Идентификационный чип? У кого-то из вас его нет? Или вы хотите сменить свои чипы?
Катерина напряглась, но Александр пришел ей на помощь.
- Послушайте, у вас товар, у нас деньги. Давайте провернем сделку без лишних разговоров, - скопировал он линию поведения своей спутницы.
- Что ж, трезво и логично. Давайте провернем, только, кто вам сказал, что у меня есть этот чип?
Гости Кросса переглянулись.
- Тише-тише, - успокоил их торгаш, - я вам скажу сразу – он у меня есть. Только вот выяснить вот, что я хотел. Покупка не самая дешевая, я вас уверяю. Как правило, чипы стараются взломать и прошить. А если их и покупают, то либо для новорожденных детей, которых похитили для продажи, либо для особо опасных преступников, чипы которых помечены так, что никакая прошивка не поможет.
- Не вижу логики. Вам какая разница кому продавать? - пожала плечами Катерина.
- Я торговец, и не стесняюсь этого. Но у меня есть моральные принципы. Помогать торговцам детьми я не стану никогда. Мало того, я их убиваю. Всех, кого встречаю на своем пути. Так, что, если вы – одни из них, то я вам сочувствую, -  проговорил Кросс так устрашающе, что у девушки побежали по спине мурашки.
Александр спокойно анализировал голос торговца. Однозначно блефует. Но помимо блефа есть что-то еще странное.
- Нет, мы не продаем детей, - парировал он угрозу Кросса, - чип нужен мне. Так сложилось, что у меня его нет.
- Интересно, - лицо торговца заинтересованно вытянулось, - разрешите проверить?
- Пожалуйста.
Александр протянул ему руку. Кросс крепко вцепился в него своими ледяными пальцами. Он достал какое-то черное устройство и нажал на нем кнопку. С одной стороны загорелся дисплей, с другой появился красная светящаяся полоса.
- Не волнуйтесь, это считывающее устройство. Такое же, как у всех полицейских.
Кросс провел считывателем над запястьем Алекса. Прибор пикнул. На экране высветилось «Данные утеряны или отсутствуют». Торговец удовлетворенно хмыкнул.
- Впечатляет. Подробностей спрашивать не буду. И вот, что я Вам скажу. Я вам продам чип.
- Отлично. Сколько?
- Два миллиона пиров и он ваш, - победоносно развел руки в сторону Кросс.
- Что? - ахнула Катерина.
В кровь плеснул адреналин, как предчувствие того, что придется точно попотеть. Александр сосредоточился на присутствующих в комнате охранниках, пытаясь предсказать линию их поведения. Биочип обрабатывал данные и предсказывал наиболее вероятный ход событий. Пока что он не сулил ничего хорошего.
- А что вы хотели? - Кросс, удивленно пожал плечами.
Катерина была шокирована, серьезность исчезла с ее лица. Осталось чувство неприятного удивления.
- Это же стоит максимум в сто раз меньше!
- Вы совершенно правы. Но послушайте, я же торговец. И мне надо было выяснить всю информацию о вас, чтобы определиться с ценой. У вас особый случай, и цена такая соответственно.
- Что в нас особенного? - спросил Александр, уже догадываясь, что мог услышать в ответ.
- Во-первых, я сразу оговорюсь, что на детей мне наплевать. На торговцев ими тоже. Я продаю всем и всё, что нужно, если есть на это спрос. Понимаете? Но вот с вами, увы, немного другая ситуация. Я специально проверял тот ли это случай. И, бог мой, я сорвал джек-пот. Даже не верю. Но глаза меня не обманывают. Накануне от очень серьезных людей пришла информация, что в городе могу объявиться двое. Один из них, мужчина, не будет иметь идентификационного чипа. И вот вы здесь, передо мной. Все в точности совпадает. Я сначала даже не поверил старику Георгию, когда он прибежал и сообщил мне эту радостную новость.
Большой бык, довольно улыбаясь, закивал головой.
- Но теперь вы в моих руках. Свезло, я считаю.
Александр плавно двинул рукой в направлении спрятанного за поясом пистолета.
- Не-не-не, руки! - Кросс погрозил пальцем.
Телохранители среагировали на голос хозяина и вытащили свои пистолеты. В затылок Александру уперся леденящий душу металл. Большой бык тоже не дремал, и дабы остудить пыл сидящего на диване гостя, а теперь уже пленника, приставил свое оружие к его голове. Александр демонстративно поднял руки на уровне груди, и толстяк убрал пистолет в сторону.
- Послушайте. Я же вовсе не изверг, - продолжил Кросс, убедившись в отсутствии желания сопротивляться, - за вас предложили полтора миллиона. Но я же торговец. Я хочу вам дать шанс. Два миллиона, и вы свободны. Моя накрутка связана с тем, что очень серьезные люди за вами охотятся. Мне нужен бонус за риск. Вот и все. Кстати, спешу вас образумить от глупости. За миллион достаточно отдать заказчику ваши тела и содержимое карманов, так что я не сильно расстроюсь, если придется вас убить.
Катерина  с надеждой посмотрела на Александра, но биокиборг продолжал сосредоточенно следить за Кроссом.
- Что ж, я вижу, денег у вас нет. Поэтому вставайте и следуйте за мной.
Александр лихорадочно грузил биочип запросами, и система исправно подбирала пути выхода из сложившейся ситуации. Разочаровывал лишь результат. Не один из расчетов не давал шансов больше пятидесяти процентов. Это было даже не плохо, это было ужасно. Сдаваться на милость Кроссу он совсем не горел желанием.
Торговец поднялся со своего места и перегородил обзор одному из телохранителей. В затылок вновь чувствительно уперся ствол пистолета.
- Ну же, вставай! Не ясно, что ли? - прорычал сорвавший маску доброжелательности Большой бык.
Бинго! Чип мгновенно среагировал на изменившуюся обстановку. Шестьдесят процентов. Расчет давал единственный шанс в шестьдесят процентов.
- Прыгай за диван, - еле слышно сквозь зубы проговорил Александр Катерине, но на ее лице прочитал лишь недоумение.
Он повторил свою просьбу глазами, но получил болезненный удар по голове рукояткой пистолета. Большой бык улыбнулся и замахнулся вновь.
- Вставай! И ты милочка тоже, - зашипел толстяк.
Кросс засмеялся.
- Ха-ха, как я это люблю. Не заставляйте Георгия нервничать. Он такое может натворить в сердцах, - торговец сделал паузу, - хотя заставляйте – вы можете меня потешить приятным зрелищем.
Ствол вновь уперся в затылок Александра.
- За диван! - закричал биокиборг Катерине.
Девушка нырнула за спинку дивана. Рука Александра молниеносно перехватила запястье руки, сжимавшей пистолет. Он убрал голову и другой рукой направил пистолетный ствол в сторону. Большой бык по инерции нажал на спусковой крючок. Выстрел размозжил голову телохранителю за спиной Кросса. Александр сжал руку крепче и потащил Большого быка на себя. Растерявшийся толстяк поддался. Биокиборг дотянулся до ворота его одежды, резко дернул вперед, переваливая огромную тушу, не зря прозвище свое носит, через спинку дивана, и выхватил из его руки оружие. Большой бык стал живым щитом Александра. Раздались выстрелы. Толстяк вскрикнул, Александр  оттолкнул его тело, стремительно нырнул под стол и оказался рядом с Кроссом.
Торговец посмотрел на биокиборга  так, как жертва смотрит на удава. Обреченно. Страх сковал его движения. Он не мог пошевелиться и лишь наблюдал, как Александр выстрелил в еще одного телохранителя и потянулся к его шее. Едва Кросс попытался пошевелиться, как в глазах потемнело. Пистолет уперся ему в висок, а до ушей долетел почти звериный рык:
- Оружие на пол, руки за голову, всем лежать мордой в пол.
Пелена наваждения прошла. Чувство опасности отрезвило Кросса. Волосы на его загривке зашевелились от страха. Александр потянул свою жертву к себе, упираясь спиной в стену. Теперь биокиборг был королем положения. Кросс, скосив глаза, насколько было возможно, в ужасе наблюдал за казавшимся нереально большим пистолетом.
- Ну же. Скажи своим псам, чтобы слушались.
- Делайте, что он сказал, - дрожавшим голосом вдруг пропищал Кросс.
Телохранители с отпечатавшимся на лицах зачатком интеллекта, способные лишь выполнять простейшие приказы, растеряно переглянулись, но словам босса вняли.
- Мы в безопасности? - выглянула из-за дивана Катерина.
Открылась входная дверь, и в комнату вбежал бульдогоподобный охранник. Над головой девушки засверкали лазерные лучи. Охранник вскрикнул и упал. Его бульдожье лицо до последнего вздоха выражало невольное удивление. Вряд ли он думал, что все вот так оборвется. Катерина испуганно посмотрела на Александра, на пистолет, на распластавшегося на полу охранника и снова на Александра.
- Теперь, да. На какое-то время, - невозмутимо ответил биокиборг, все еще держа пистолет на вытянутой руке, - собери оружие, пускай не соблазняются.
Его внимание вновь переключилось на Кросса. Он толкнул торговца вперед. Кросс вскрикнул, всхлипнул, от былого величия не осталось и следа. Александр пнул его на диван. Торговец покатился кубарем и взвыл. Скривившееся в агонии лицо Большого быка оказалось совсем рядом с ним. Кросс заорал навзрыд:
- Не убивайте. Деньги, драгоценности. Отдам все. Пощадите, - торговец зарылся головой в руках и заплакал. Кросс был раздавлен, но жалости не вызывал.
Гулко зазвучала столешница.  Это Катерина положила на стол все собранные пистолеты.
- Сколько у тебя еще людей, - Александр, поглядывая по сторонам, направил в сторону Кросса свой пистолет.
- Еще десять человек в зале. Они следят за моими столами. И крупье. Пятеро. Все, больше никого нет.
- Немало ли для такого крутого торгаша, как ты?
- Нет, честно. Никого больше.
- Хорошо. Где идентификационный чип?
- В кармане, у меня.
Кросс дрожал как на промозглом ветру. Он полез в карман пиджака и выбросил на стол крошечный пластиковый пенал. Александр вскрыл его и извлек маленький цилиндр с кнопкой у его основания.
- Позволь я, - напросилась в помощницы Катерина - Это установочный шприц. В нем находится чип. Шприц одноразовый. Так, что беспокоиться о стерильности не стоит. Перед тем как проткнуть кожу, он выплескивает дезинфицирующий и анестезирующий раствор. Ты даже ничего не почувствуешь.
- Хорошо.
Катерина взяла шприц и едва уловимым движением нажала на кнопку. Она улыбнулась:
- Поздравляю, теперь ты гражданин Конфедерации.
- Я волком бы выгрыз бюрократизм? - грустно улыбнулся Александр в ответ.
- Что?
- Старая мудрость.
Катерина, не знакомая с творчеством поэтов XX века, продолжила:
- Первый этап выполнен. Давай поспешим дальше.
- Давай, - не спуская глаз с телохранителей, согласился биокиборг.
Кросс обрадовался, но не тут-то было. Александр разрядил собранные пистолеты, достал из-за пояса свое оружие и склонился над торговцем. Лицо биокиборга не выражало никаких эмоций, от чего казалось Кроссу очень зловещим.
- Я даю тебе шанс начать другую жизнь. Воспользуйся им, на моем месте могли оказаться не такие щедрые люди. А вот в следующий раз я церемониться с тобой не буду. Ты меня понял?
- Да-да-да, - кивая, протараторил Кросс.
Александр направился к выходу.
- Подожди, - остановила его вдруг опомнившаяся Катерина и обратилась к торговцу, - Кросс! Ты сказал, что искали нас обоих. Это так?
- Вы поймите, я только делал, что умею. Ничего личного.
- Кросс, короче, - закричала она на него.
- Не знаю, что и как, но цена была за двоих и в первую очередь за ваши вещи.
Девушка помрачнела. Александр сочувствующе положил руку ей на плечо.
- Не будем терять время, позже разберемся.
Катерина промолчала и в задумчивости направилась к выходу.
- И еще Кросс, не шевелись ближайшие пятнадцать минут. Увижу в холле тебя, или твои люди начнут активничать – выстрелю без предупреждения, - крикнул напоследок Александр и стал нагонять девушку.
Они беспрепятственно покинули логово торговца и выбрались обратно в полумрак холла. Александр сразу отметил, как несколько здоровяков в бронекостюмах встретили их недоуменными лицами и стали сопровождать напряженными взглядами по холлу. Это были те охранники, о которых говорил Кросс. Видимо, они не ожидали увидеть Александра и Катерину вновь, но чудеса случаются.
- Идем в толпу, за нами следят, - шепнул биокиборг девушке.
Игровых столов и зевак была так много, что раствориться в этом логове азарта не составляло большого труда. Через два шага они слились с толпой, и люди Кросса не на шутку озадачились попытками вновь найти гостей их хозяина. Даже в их не самых сообразительных головах нашлась причинно следственная связь  между их ожиданиями и реальностью – в логове Кросса что-то пошло не так.
Александр умело маневрировал внутри потной вонючей людской массы, расталкивая пьяниц и простых ловцов удачи. Он почти вывел Катерину к коридору, как на него набросился  осунувшийся от бесконечных пьянок весьма не трезвый местный персонаж.
- А, это ты, я узнал тебя.
Александр не обращал внимания и продолжил идти. Пьяница воспринял это как личное оскорбление, последовал за ним и вцепился в его куртку.
- Эй, я тебе говорю. Это ты у меня занял десятку вчера, верни её, - заорал он.
- Отстань, - шикнул на него Александр, замечая, что люди стали оборачиваться в их сторону.
- Это ты! Люди, меня обманули! - совсем потерял голову бомж, - обманули, обокрали.
Все больше людей отвлекалось на них. Александр посмотрел в сторону охранников. К ним присоединились выжившие  телохранители Кросса. Биокиборг зло ухмыльнулся – торговец не внял его совету, горбатого могила исправит.
- Ничему жизнь людей не учит, - проворчал Александр.
Люди торговца пока по-прежнему безуспешно выискивали беглецов в толпе. Но с бонусом в виде пьяницы поиск для них был делом каких-то секунд. В поле зрения Александра попала колонна, и он не нашел ничего лучше кроме, как с размаха ударить орущего бомжа об нее головой. Крикун моментально обмяк и сполз на пол.
Кто-то закричал. В холле второй раз за вечер повисла тишина. Но теперь именно Александр и Катерина стали центром внимания всего игрового зала.
- Тьфу, - сплюнул биокиборг, крепче сжал руку девушки и потащил её сквозь разбегающуюся в ужасе толпу, - бежим!
Люди Кросса, наконец, увидели их и рванули следом. Зазвучали выстрелы. Александр пригнулся. Заголосили женщины, мужчины бросились врассыпную. Геройствовать никто не собирался.
- Надо же. Убить за карточным столом – ерунда, а отправить пьяницу на заслуженный отдых – сенсация! Мне, что его надо было пристрелить, чтобы никто не среагировал?
Они стремглав добежали до лифтов и к счастью для себя обнаружили открытую кабину. Александр втолкнул Катерину внутрь. Там, где только что находилась девушка, лазерные лучи раздробили стену. Он и сам едва успел увернуться.
Двери лифта, казалось, закрывались целую вечность. Еще столько же прошло, пока кабина не сдвинулась с места. Лишь после этого они смогли почувствовать себя в безопасности.
- Да уж, не хороший человек этот Кросс. Не послушался он меня.
Катерина нервно засмеялась.
- Да уж, совсем, плохой. Знаешь, я подозревала, что тебя сразу начнут искать. Подозревала, что и меня начнут. Но, когда я услышала, что живыми мы им не обязательны, я поняла, что тут нечто  серьезное. Это не правительство. Это те, кто напал на лабораторию. И они охотятся за тобой или за тем, что у тебя есть! Это так?
Александр не стал уходить от ответа.
- Да. Нападение на лабораторию было не простым пиратским набегом, это была спланированная операция, целью которого являлся накопитель.
- Что на нем?
- Полная информация по проекту.
- О, боже! Он у тебя?
- Да, все серьезно, и я тебя предупреждал.
Катерина переменилась в лице, стала холодной сдержанной и сосредоточенной.
- У меня не было выхода. В лаборатории меня хотели отвести к тому, кто руководил операцией. Это так, чтоб было все по-честному. Понимаешь ли, Кремень открыл за мной охоту очень давно. Я часто работаю на Правительство и еще чаще благодаря моим исследованиям выявлялись целые пиратские организации или террористические ячейки. Просто, я всегда умела находить подход к задержанным.
- Ты могла уйти к военным в лесу.
- Что теперь вспоминать, я лишь хотела отблагодарить тебя.
Двери лифта открылись на этаже паркинга. Они поспешили к аэромобилю.
- Эй, ну где вы? - услышал Александр недовольный возглас  Генри.
- Генри, мы идем.
- Что у вас?
- Все плохо, мы снова бежим от погони.
- Замечательно, запущу двигатели.
- Генри!
- Не переживай, я запомнил всю последовательность твоих действий.
Генри не только запустил двигатели, но и любезно открыл двери аэромобиля. Александру и Катерине только и оставалось, что усесться на мягкие кресла.
- Катя ты можешь уйти. Если попросишь,  я даже доставлю тебя к зданию Правительства, - предложил биокиборг, ухватившись за штурвал.
- Нет, Саш. Если влипла, значит, влипла, - оптимистично «отрезала» путь к отступлению Катерина, - но свое обещание я выполню до конца. Там и поглядим.
- Тогда летим к хакеру?
- А как же. Летим к хакеру. Благо он приличней Кросса. Уж я-то его точно знаю.
- Боюсь, в это мне теперь будет нелегко поверить.

Глава 3

Александр едва вырулил с парковки, как на них снова напали. Все произошло слишком неожиданно, чтобы к этому можно было подготовиться. Мощный аэромобиль, формой кузова отдаленно напоминавший акулу, протаранил вальяжно появившийся на улице флайкар. Вниз полетела отвалившаяся облицовка корпуса, а сам аэромобиль от удара развернуло. Биокиборг с трудом удержал его. Он поднял голову. В их направлении мчалась еще одна «акула».
Новый удар, теперь в его дверь, сотряс корпус, и спорткар начал терять высоту.
- Мы падаем, - испуганно пробормотала Катерина.
- Правда? – «удивился» Александр, безуспешно тянувший на себя штурвал.
Запищал бортовой компьютер:
- Неисправность. Ошибка системы управления № 404. Ошибка курсовой стабилизации № 405. Неконтролируемое падение. Ошибка системы электропитания № 406.
- Да неужели? - от сосредоточенного голоса биокиборга веяло едким сарказмом.
Стремительно приближалась земля, и столь же стремительно в голове мелькали мысли о неминуемой смерти. Это не были мысли отчаяния, биочип обрабатывал факты – сухая математика.
- Я знал, что этот день настанет, - затараторил Генри, - но у меня не заготовлено на этот случай никакой фразы. Алекс! Я не хочу!
Он взвыл по-настоящему, по-кошачьи, забыв обо всем, кроме ощущаемого им дикого ужаса. Катерина зажмурилась, и только Александр сохранял внешнее спокойствие. Он щелкнул тумблер, второй раз, третий. Наконец, с четвертой попытки аэромобиль тряхнуло, и он вдруг завис в воздухе, убрав крен с носа.
- Активирована система курсовой стабилизации, - доложил борт-компьютер.
Третий удар сокрушил их. Флайкар завертело как юлу. Биокиборг без надежды потянул штурвал, но на счастье, после этого столкновения восстановилось управление. Александр добавил двигателям мощи и направил аэромобиль наверх. Позади спорткара мелькнула четвертая «акула», разминулись.
- Это явно не Кросс, - заметила Катерина, успевшая перевести дух.
Она старательно держалась в стрессовой ситуации, что перед леденящим дыханием смерти, мог позволить себе не каждый человек.  Девушка сосредоточилась на том, что видела, задавила свои эмоции и теперь гладила прибывавшего в шоковом состоянии Генри.
- К гадалке не ходи, - продолжал острить Александр.
Он увел аэромобиль на соседнюю улицу, но, едва преодолел перекресток, резко рванул штурвал на себя.
- Нарушение правил вождение! Опасное вождение! - заругалась на такой маневр бортовая система.
Задумка биокиборга была остроумной, но противник и не думал останавливаться. Следом на всех порах неслась погоня. Корабли «раскрыли» свои пасти, явив на свет нешуточное вооружение носовых частей «акул».
- А ребята хорошо оснащены, - заметил угрозу в единственном уцелевшем зеркале Александр, - так хорошо, что сдается мне, что по нашему следу идут «ночные гости».
Двигатели спорткара работали на максимуме. Аэромобиль ревел и стремительно приближался к движущемуся в верхнем ярусе транспортному потоку.
Преследователи долго не раздумывали. Несколько лазерных лучей пролетели совсем близко от беглецов. Александр вильнул штурвалом и проводил взглядом очередной смертоносный луч. Он снова заглянул в зеркало и сокрушился – уж больно быстро мощные «акулы» нагоняли их. Вместо естественного ужаса в его сознании царила откуда-то взявшаяся обида. Флайкар проигрывал по всем статьям транспорту преследователей, и укоренившееся чувство несправедливости будило в биокиборге злость. Он напрягся, сжал скулы и почти рычал. В его выражении лица было столько жизни, столько эмоций, что украдкой взглянувшая на него Катерина обомлела. Проект «Эволюция» явно провалился – бесчувственный робот из Александра однозначно не получился.
Городской транспорт был совсем рядом. Преследователи наседали на пятки. Сбросить скорость означало потерпеть поражение, а не сбросить, не сбросить означало, что у беглецов появлялись все шансы разбиться о мелькавшие перед ними аэромобили.
Флайкар  раскачивался из стороны в сторону. Александр со всей своей старательностью избегал попаданий. Несколько испепеляющих лучей зацепили аэромобили горожан и спровоцировали большую аварию. Послышался жуткий скрежет металла. От ударов аэромобили закружились волчками, вовлекая в свое месиво все новую технику.
Система курсовой стабилизации удержала аварийный транспорт в воздухе, но повезло, однако, не всем. Три аэромобиля, наиболее пострадавшие при обстреле, сорвались в бездну городских улиц. От одного из них Александр едва успел увести флайкар. Корпуса разминулись в считанных сантиметрах. Биокиборг даже услышал отчаянные крики пилота и увидел его застывшее в ужасе лицо. Стало жутко.
Внизу раздался грохот. Падающий аэромобиль зацепил одну из «акул», кувыркнулся, ударился о здание и продолжил свое фатальное падение. Противник не пострадал, но чуть приотстал.
Преследователи поумерили свой пыл и перестали стрелять. Александр заметил брешь среди аэромобилей, продолжавших движение в объезд воздушной аварии, и направился к ней. Перед ним была, чуть ли не единственная возможность проскочить транспортный поток. И все бы ничего, но тяжелый грузовой аэромобиль стремительно сокращал размер спасительной бреши. Биочип скрупулёзно рассчитывал уплывающие на глазах шансы. Двигатели работали на пределе, спорткар «задыхался».
- А-а-а-а-а, - закричала Катерина, закрыв лицо ладонями.
Генри  обреченно смотрел на спешившую за его душой костлявую старуху в виде многотонного металлического монстра и молчал.
Катерина услышала трубящий звук клаксона и со страха вжалась в кресло. Секунды тишины сменились выворачивающим душу металлическим скрежетом. Девушка напряглась, готовясь испытать невыносимую боль, но шум удалялся, а больно так и не становилось. Недоверчиво опустив руки, она посмотрела вниз. Сердце бешено заколотилось от осознания того, насколько близко к краю пропасти Катерина только что находилась. Ноги и руки обмякли, стали ватными. И все же на её лице застыла блаженная улыбка счастья, счастья остаться живой.
Флайкар проскочил поток, а вот преследовавшей его «акуле» повезло меньше. Тяжелый грузовик, пилот которого и не подозревал о событиях, разворачивающихся под ним, не успел сбавить ход и,  размозжив аэромобиль о свой нос,  утянул его за собой. Другие «акулы», заложив вираж,  от столкновения спаслись и продолжили лететь под движущимся транспортным потоком.
- Минус один, - прокомментировал Александр.
- А-а-а, - отошел от своего ступора Генри, - а-а-а, - у него началась истерика, он стал натужно мяукать, биочип вторил его эмоциям, - вашу мать, нет, вы видели!? Мы... а они...
- Генри успокойся, ты мешаешь мне сосредоточиться, - призвал его к порядку Александр.
- Хорошо... нет, вы видели!? Все-все, я спокоен!
Кот пытался договориться с собой. Катерина больше напоминала живого мертвеца, настолько бледной она была. Блестевшие от выступивших слез глаза, истеричная улыбка – шок налицо. Александр попытался подбодрить её словами:
- Катя не переживай, прорвемся.
Вышло не очень удачно, поскольку уцелевшие «акулы» вновь сели им на хвост. Намечался новый раунд их противостояния.
Александр резко дернул ручку мощности двигателя на себя, флайкар застыл в воздухе, и «акулы» проскочили вперед.  Рука биокиборга вернула рычаг в прежнее положение, и двигатели вновь взревели. Александр пошел на таран. Самоубийственно на первый взгляд, удар о корпус «акулы» сотряс больше спорткар, чем аэромобиль преследователей. Но биокиборг и не собирался проверять свою технику на прочность. Впереди замигал силовой экран пешеходного перехода. Пока нападавшие соображали, что произошло, они оказалась прямо у красного сияющего полотна. Александр потянул штурвал на себя, и провел флайкар в считанных сантиметрах от силового поля. «Акула» по инерции влетела в защитный барьер и взорвалась, рассыпаясь на множество не самых крупных обломков.
- Минус два.
- Я хочу уже минус четыре, - истерично хохотнул Генри.
- Подожди немного, я медленно вычитаю.
Где-то поблизости заверещали полицейские сирены.
- Может полицейские их спугнут? - нахмурил брови Александр.
- Не думаю, что этих ребят что-либо спугнет. За ними стоит, видимо, очень серьезный человек, раз они в открытую разносят город, - огорчила его вернувшаяся к реальности Катерина.
Погоня продолжилась. Александр почти проскочил очередное пересечение улиц, но внезапно появившийся космолет боднул спорткар так, что легкий аэромобиль отскочил от него, как кегля от шара. Биокиборг с трудом удержал завертевшееся юлой транспортное средство. Но неприятности, как оказалось, только начинались. Космолет нагнал их и снова ударил. Флайкар будто приклеился к носу огромного корабля и перестал слушаться штурвала. Космолет изменил траекторию и потащил беглецов к ближайшему зданию.
- Кремень, - Катерина разглядела нападавшего в лобовом стекле космолета.
Александр повернулся на ее голос, выискивая черты знакомого лица. Седобородый был как всегда невозмутим и спокоен, и с этим же спокойствием он готовился расплющить своих противников о быстро приближающееся здание.
Спорткар с трудом, но подавал признаки жизни. Александр попробовал сорвать его с носа космолета, не вышло: у флайкара не хватало силенок. Тяжелый корабль удерживал беглецов в своем плену. 
Биокиборг осмотрел кабину. В его глазах проскочил едва заметный недобрый огонек, тот, что бывает, когда человек идет на осознанный риск. Он схватил рюкзак, вытащил баллончик с С-100, детонатором, пультом и открыл дверь.
- Садись за штурвал. Услышишь взрыв, дерни этот рычаг вперед до упора и тяни штурвал на себя, - скомандовал он Катерине, показывая на панель управления.
Александр ловко выбрался наружу под удивленным взглядом седобородого. Биокиборгу снова удалось вызвать на его лице столь редкие эмоции. Кремень усиленно замахал руками, быстро раздавая указания. Александр посмотрел по сторонам. Стремительно приближавшиеся «акулы» «скалились» своим арсеналом, готовились ударить в лоб.
- Брось маяться дурью. Сдавайся, и я сохраню жизнь тебе и твоим спутникам, - громкий голос седобородого прорезал шум городских улиц.
Александр всем видом дал понять, что не желает принимать столь «щедрый» подарок. Биокиборг даже не задумывался, какую жизнь мог даровать ему Кремень. Слова его врага вызывали лишь усмешку, не более. Да и что тут было думать, когда Александр сразу решил – предложение седобородого будет последним из тех, которым он воспользуется в своей жизни, продать душу дьяволу и то выше в списке стоит.
Александр внимательно осмотрел место сцепления корпусов транспортных средств. Деформированная обшивка спорткара крепко держалась на выпуклом носу космолета.
Содержимое баллончика биокиборг тщательно выдавил меж двух корпусов и установил в пенообразную массу взрывчатки детонатор. Он демонстративно помахал Стеаринову ладонью со сжатым в ней пультом и сделал шаг назад. Седобородый злобно сжал зубы и добавил скорости космолету.
Раздался хлопок. Спорткар оторвало от космолета. Биокиборг не удержался на ногах, покатился вниз и лишь рукой сумел схватиться за стойку открытой двери.
- Жми,  - крикнул он Катерине.
Девушка надавила на рычаг и потянула штурвал. Спорткар сначала неохотно, но вдруг стремительно сорвался с места. Александра закрутило. Ему очень пригодились его модифицированные мышцы. Рука намертво вцепилась в спасительную полосу металла. Когда перестало болтать, он схватился за корпус второй рукой и быстро забрался внутрь.
- Спасибо, - невозмутимо, будто не он только что висел над огромной пропастью улицы, биокиборг поблагодарил девушку и забрал штурвал в свои руки.
Космолет и «акулы» открыли по флайкару прицельный огонь. Аэромобиль затрясло. Задымилось под обшивкой. Мощность двигателя на приборах сразу упала в два раза.
- Внимание! Поврежден двигатель «А», - буднично оповестил о поломке борт-компьютер.
Аэромобиль заметно сбавил скорость. «Акулы» догнали и зажали его в тиски.
Вновь взвыли сирены, и из-за ближайшего небоскреба  вынырнули три полицейских экипажа. Космолет мгновенно устремился к ним. «Акулы», удерживая спорткар, с титанической легкостью стали подниматься вверх.
Загорелся отсек с двигателями. Следом за черным едким дымом из-под обшивки выбились языки пламени. В салон потянуло гарью. Бикиборг, понимая всю безысходность своего положения, с надеждой посмотрел на полицейских, но тут же поморщился от негодования. Стражи порядка покрутились вокруг космолета и умчались восвояси.
- У них и в полиции свои люди...
- Скорее просто взятка, - предположила Катерина  и закашляла, глубоко вдохнув задымленный воздух салона, - Что будем делать?
- А что нам остается? Выкручиваться.
- Есть варианты?
Варианты были, оставалось выбрать лучший.  Александр снова полез в рюкзак и извлек второй баллончик с взрывчаткой. Он с трудом разбил прочное стекло спорткара рукоятью своего пистолета. Теперь до «акулы» можно было беспрепятственно дотянуться.
 Пена аккуратным ровным квадратом растеклась по бронированной двери.
- Пригнитесь, - крикнул Александр.
Катерина вжалась в кресло. Биокиборг развернулся в ее сторону, прикрывая спутников своей спиной, и оказался рядом с мордочкой Генри.
- Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь, - проговорил кот, тоскливо заглядывая другу в глаза.
 Генри смирился с происходящим и уповал только на мастерство Александра. Только он мог вытащить его из лап коварных обстоятельств.
Вновь раздался хлопок. Александр схватил пистолет, выглянул в окно и ударил по взорванной двери. Фрагмент провалился внутрь, и сквозь образовавшееся отверстие на него удивленно уставились две пары глаз. Биокиборг выстрелил. Неуправляемую «акулу» стало уводить в сторону. Тиски разжались.
Пламя на корме флайкара силилось вот-вот забраться в салон. Стало нестерпимо жарко и душно. Аэромобиль, больше не сдерживаемый преследователями, стал медленно снижаться.
- Отказ двигателя «С», - озвучил новую проблему борт-компьютер, - требуется срочный ремонт.
- Ошибка в системе питания, - посыпались голосовые оповещения, - вероятное отключение системы курсовой стабилизации.
Спорткар  разваливался на глазах. Погасла панель приборов, и борт-компьютер замолчал. Тут же смолк последний двигатель. Аэромобиль тряхнуло, и он начал не просто снижать, а падать камнем вниз. Разошедшееся по его корпусу  пламя пугало обжигающим оскалом смерти и зловеще шипело почти над ухом.
Что-то рвануло под корпусом. Не громко, но огненный шар, вырывая куски обшивки, устремился ввысь. Александр обреченно бросил штурвал. Им требовалось чудо, а его слишком рациональный мозг в чудеса не верил.
Но чудеса, сдабриваемые обстоятельствами, порой имеют свойство сбываться.  Кремень, разобравшись с полицейскими,  разогнал свой космолет и со всего маха ударил падающий полыхающий остов флайкара. Аэромобиль вновь отскочил от многотонной махины, как от стенки, и, описывая в воздухе немыслимые пируэты, устремился в сторону небоскреба, на этаже которого располагался ресторан классической французской кухни.
В зале ресторана стоял непрекращающийся шум голосов, на фоне которого играла спокойная инструментальная музыка. Для многих вечер шел к своему логическому завершению. Люди были пьяны, сыты и даже довольны. Никто из присутствующих не замечал, какая драма разыгрывалась перед их носом. Все были слишком увлечены своими желудками, рабами которых они стали за долгие годы сытости и довольства. Десятилетние вина, моложе подавать посетителям являлось нонсенсом, отбивные из говядины и свинины, птица, салаты и десерты – столы ломились от невообразимого многообразия. Все делалось для того, чтобы выудить из кошельков посетителей как можно больше заветных пиров.
Один из таких посетителей, в утонченном лице которого узнавался истинный гурман и эстет, допивал третью бутылку бургундского вина из поместья Монтраше  урожая 2897 года. Он был богат, и от повседневной серости явно скучал. Привычный алкогольный туман застилал глаза, в которых к тому же давно двоилось. Мужчина пытался сконцентрироваться на красивом барельефе, изображающем битву при Кастийоне, и улыбался, не в силах противостоять своему хмелю.
 Где-то вдалеке его зрение уловило слабое приближающееся свечение. Он перевел взгляд к заинтересовавшему его огоньку и напряг все силы, чтобы картинка в голове не двоилась.
С трудом, но мужчине удалось рассмотреть, что за огонь приближался к небоскребу. Улыбка сошла с его лица. Он часто захлопал глазами, пытаясь сбить хмельное наваждение. Но хмель хмелем, а горевший флайкар и не думал исчезать.  Мужчина попытался быстро встать, но повалился на пол, потянув за собой скатерть и посуду с едой.
Грохот и звон посуды заставил ресторан притихнуть. Посетители недовольно уставились на возмутителя спокойствия и поморщились, считая подобных пьяниц, пусть состоятельных и богатых, не достойными своего внимания.  А мужчина корчился на полу, пытаясь уползти в сторону стены, жадно ловил воздух и показывал на окно.
Посетители больше из жалости соизволили обернуться в указанном направлении и увидели готовый вот-вот пробить стекло пылающий аэромобиль. Цепной реакцией по залу прокатилось женское визжание. Люди бросились к выходу, толкая, давя друг друга.
Под массой пылающего флайкара стекло со звоном разлетелось на мелкие осколки, и груда металла влетела в роскошный ресторанный зал. Аэромобиль со скрежетом пропахал пол, размалывая столики, как гигантский шредер, силился затянуть под себя зазевавшихся людей и остановился только у самой стены.
В салоне многострадального транспортного средства все это время было тихо. Даже биочип не мог подсказать Александру, что их ждало. Данные менялись стремительно, а следом за ними – и  итоги расчетов. Катерина сжала в руках обмякшего Генри и вспоминала самые яркие события своей короткой жизни. В голове кота мыслей не было вообще. Он просто смотрел в одну точку, отказываясь признавать, что все это происходило именно с ним. Когда они влетели в ресторан, Генри даже не дернулся, натерпелся в край.
В салоне стало невыносимо. От жара начали плавиться волосы. Едва аэромобиль замер на месте, Александр, не теряя время на удивление, а спасение еще то невообразимое, выбил с ноги свою дверь. Та от мощного удара слетела с петель и отскочила на почтительные несколько метров.
- С мягкой посадкой, - проговорил он, выбираясь из салона.
Бикиборг потащил за собой обескураженных спутников, а они и не сопротивлялись. Девушка, продолжая держать в руках кота, тут же плюхнулась на ближайший уцелевший под их натиском стул.  Александр заглянул в опустевший спорткар, схватил рюкзак и пистолет. Костюм с большим для себя сожалением он решил оставить. Слишком уж заметной была униформа для того, чтобы скрыться от преследователей.
 Пламя осторожно пробралось внутрь и хищно набросилось на обшивку кресла. В секунду оно перекинулось на потолок, пол, подобралось к панели приборов.
В ресторане сработала система пожаротушения. С потолка рубанул настоящий ливень. Капли с шипением испарялись в огне, но под их напором он отступил под обшивку корпуса, изредка предпринимая робкие попытки выбраться наружу.
Ресторан опустел. Но перед его окнами зависли космолет и уцелевшая «акула». Противник не думал опускать руки. С двух сторон повалил смертоносный шквал огня, перемалывая уцелевшие стекла и богатое убранство дорогого французского ресторана. Лазерные лучи стелились очень плотно, испепеляли все на своем пути.
Александр схватил Катерину и потащил к двери. Генри болтало  из стороны в сторону, но он вновь потихоньку стал проявлять интерес к происходящему.
- Алекс, вот скажи мне.
- Не сейчас, Генри. Вот совсем некстати.
Беглецы юркнули в маленький коридор, и дверь за ними превратилась в пыль. Александр остановился. На время они были в безопасности. В голове биокиборга зрел новый план.
- Генри, послушай меня. Тебе надо нас покинуть. Мы слишком приметны для тебя. В одиночку у тебя больше шансов уцелеть.
- Нет, даже не думай. Я никуда не уйду. Не надейся.
- Друг, прошу тебя. Не время для дискуссий.
- Ничего не хочу слышать.
Генри недовольно вывернулся и освободился из рук облокотившейся на стену Катерины. Александр посмотрел на измученную девушку. Она держалась молодцом. Несмотря ни на что, Катерина продолжала стойко переносить все тяготы, настоящий боец, откуда только такая закалка.  Теперь её усталое лицо казалось биокиборгу еще красивее. Все испытания, свалившиеся на её голову, казалось вопреки всему, придали ей какое-то дополнительное очарование.
- Ты в порядке?
- Да, - закивала она, пытаясь отдышаться.
- Надо бежать!
- Сейчас, только переведу дух.
Справившись о состоянии девушки, Александр снова обратился к коту:
- Не ерепенься, Генри!
- Нет, ты просишь сделать совсем невыполнимое.
- Выполнимое, - Александр присел на корточки и погладил кота.
- Не подлизывайся.
- Генри. Я беспокоюсь не только за тебя, но и за накопитель. Я хочу, чтобы ты ушел с ним. Спрячь его. Если нас поймают, то хотя бы будет шанс выжить и поторговаться.
- Да? А если, вы не выживете? Тьфу, блин даже думать о таком не хочу, - кот прищурился, прогоняя от себя недобрые мысли.
- Если с нами что-то случиться, ты найдешь Ермолова и отдашь накопитель ему, лучше ему, чем этому зверью.
- Ладно-ладно, - начал соглашаться кот, - но куда мне вот, по-твоему, сейчас идти?
Вопрос поставил Александра в тупик. Кроме здания Военной Академии наук в Аресе других мест он не знал. И то данное знание не имело ничего общего с реальной жизнью. Он слышал адрес, видел картинки, но так далеко от лаборатории не выбирался.  Между тем в его голове рождалась вполне безрассудная идея.
-  Может в Академию? Пристроишься там, накопитель спрячешь.
- С ума сошел?
- Это единственное место, о котором я доподлинно знаю, что оно есть в Аресе. У тебя есть идея лучше?
- Спросить у Катерины?
- Нет, - уверенно отмел это предложение Александр.
Столь откровенным с Дворжаковой он быть не собирался.
- А если меня узнают?
- Ага, кота прям из секретного проекта, о котором в официальных документах даже и слова нет, знают абсолютно все, - с сарказмом ответил Александр.
- А Ермолов или Фрост?
- Так ты ж постарайся. Я знаю, что это глупо лезть в логово к своим же врагам, но другого места я в городе и, правда, не знаю.
В зале ресторана раздался грохот. Александр подбежал к двери и аккуратно выглянул. Космолет подлетел к окнам разгромленного ресторана. Высота потолка не позволяла ему пробраться внутри. Но больших проблем преследователям это не доставило. Открывшаяся боковая дверь превратилась в штурмовой трап, и по нему, хрустя осколками стекол под ногами, в зал выскочили до боли знакомые наемники в бронекостюмах.
Александр вернулся к своим спутникам.
- Что там? - устало спросила Катерина.
- Нам пора. Они высадили наемников.
- Ох, - тяжело вздохнула девушка.
Ситуация заставляла их бежать вновь. Запас прочности, конечно, еще присутствовал, но девушке эта игра в кошки-мышки, как минимум, порядочно осточертела.
Коридор вывел их на кухню. Огромные столы для приготовления пищи оказались завалены горами грязной посуды. Оно и понятно – время позднее, дело шло к закрытию. Теперь вся кухонная утварь была брошенной. В безлюдном помещении что-то само по себе дожаривалось, готовясь вот-вот пыхнуть раскаленным маслом. Кухню окутывало дымом. От запаха подгоревшего мяса неприятно морщился нос.
- О! Говядина, - закатил глаза Генри.
- Когда-то была, - заметил Александр, посмотрев на обугленный кусок мякоти.
Биокиборг вновь присел у кота и незаметно для Катерины вытащил крошечный бокс накопителя.
- И как я его потащу?
- Открой рот!
Генри подчинился, и тут же почувствовал, как во рту оказалась совсем маленькая, неприятно угловатая черная коробочка. Александр напрягся и прислушался. Манипуляции биокиборга оказались скрыты от глаз Катерины за его широкой спиной, но девушка и так не смотрела в их сторону. Она наблюдала за дверью, ожидая с минуты на минуты увидеть на кухне наемников седобородого.
- Ты обнаглел? - зашипел Генри.
- Терпи!
- Как терпеть то?
- Рот закрой!
- Что? - обиделся кот.
- Я проверить.
Генри вновь подчинился. Александр посмотрел на друга и остался доволен. Со стороны было трудно догадаться, что кот что-то прятал в зубах.
- Ты, правда, думаешь, что никто не обратит на кота внимания?
- На кота? - возмутился Александр, - да ты посмотри, они тут друг на друга внимания не обращают. 
- Знаешь ли, любовь к животным вопреки твоей логике еще никто не отменял. Сентиментальных и больных на голову людей, особенно тех, кто бегает с криками «ути-пути какая прелесть, какой котик» за каждой бездомной тварью, поверь мне, очень много.
- Ты находишь в этом что-то плохое?
- Нет, я всего лишь нахожу в этом риск для себя. Пускай заботятся о братьях наших меньших. Мне такого внимания не надо.
- И все же надо, друг. Без внимания ты умрешь с голода.
Александр подмигнул другу и погладил его лоснящуюся шерсть. Кот многозначительно посмотрел  биокиборгу в глаза. Генри хоть и старался оставаться безразличным философом, но в его взгляде нетрудно было заметить сожаление от расставания  и надежду на скорейшую встречу.  Он смотрел так, как смотрят друг на друга родственные души, понимая все без лишних слов. Биочип привнес в личность Генри странные метаморфозы – его внутренний мир переживал постоянную борьбу двух начал: природную кошачью и пришлую человечью.
- Что вы там возитесь? - не выдержала Катерина.
Для Генри голос девушки стал стартовой командой. Кот сорвался с места и побежал прочь, не оборачиваясь, давя нахлынувшие чувства.
- Куда он? - удивилась девушка.
- Мы посчитали, что нам лучше разделиться. Так больше шансов выжить. По крайней мере, у него...
Катерина помрачнела – она привязалась к животному, но понимающе кивнула, с ними опасней. Биокиборг услышал вездесущую возню наемников. Они были совсем рядом.
- Побежали и мы, они уже близко, - настоял Александр.
Он схватил Катерину за руку и потащил к выходу. Девушка несколько удивилась, но руку не одернула. На её лице промелькнула едва заметная ухмылка.
- Извини, - биокиборг заметил её реакцию и одернул руку.
- Все в порядке.
 Они добежали вдоль столов до ближайшей двери и готовы были уже выскочить в коридор, но длительная заминка дала о себе знать: громкие шаги услышала даже Катерина. На кухню наперерез беглецам ворвались двое наемников. Эта нескончаемая армия начала Александра раздражать. Он и не думал, что в нем мирно таилось столько разнообразных чувств. Раньше таких эмоций биокиборг не испытывал, но после «прозрения» ему приходилось признавать это нормой. Да он и сам не противился этому. Александр наслаждался, наслаждался каждой секундой своего очеловечивания.
 В воздух взлетела висевшая на стойках металлическая посуда: наемники, не раздумывая, открыли огонь по беглецам. Александр схватил Катерину за плечи и повалил на пол. Сверху градом посыпалась кухонная утварь. Биокиборг оказался сверху девушки, лицом к лицу. Они были так близко друг к другу, что Катерина залилась ярким румянцем. Ее пульс участился, на мгновение она даже затаила дыхание. Что с ней произошло, оказалось за гранью её рационального «я».
- Возьмешься еще пострелять? - серьезно спросил у нее Александр.
Вопрос оказался неожиданным и отрезвляющим. Катерина тряхнула головой, возвращая мысли на прежний «трезвый» лад. Она отстранилась от своего спасителя, и выхватила появившийся в его руках пистолет.
- Да.
От такой прыти Александр на мгновение растерялся, железная леди.
- Тогда стреляй, - показал он в сторону стрелявших наемников и пополз вдоль стола.
Катерина сжала оружие и покрутила им в воздухе, удовлетворенно чувствуя свалившуюся на руку тяжесть. Биокиборг скрылся из её поля зрения. Выстрелы смолкли. Девушка неожиданно  уверенно перехватила рукоять пистолета, проверила на индикаторе емкость магазина. Она проделала это профессионально и нарочито небрежно, что было свойственно людям, часто пользовавшимся оружием. Александр бы точно удивился таким способностям простого психолога, но он уже находился на другой стороне кухни.
Наемники разделились, стали обходить комнату вдоль стен. Один из них поравнялся с Александром, и биокиборг изготовился к прыжку. Но раздался выстрел, наемник распластался прямо у его ног. Биокиборг посмотрел на обезображенную лазером незащищенную шлемом часть лица противника и удивленно выглянул из укрытия. Катерина с пистолетом в руках нырнула за стол, а второй наемник, открыв беспорядочный огонь, побежал в ее направлении.
- Неплохо для психолога, - пробормотал Александр, оценивая лихую стрельбу Дворжаковой, и подхватил с пола пистолет убитого.
Прицелиться ему никто не мешал. В такой ситуации у наемника не было никаких шансов. Александр вскинул пистолет, немного прищурился и плавно нажал на спусковой курок. Наемник взмыл в воздух, вскидывая руки вверх, и тут же упал навзничь. Катерина выглянула из укрытия.
- Все нормально?
- Да.
Александр поспешил ей навстречу, поравнялся с дверью и снова услышал приближающиеся шаги.
- Еще трое, - крикнул биокиборг Катерине.
Наемники бесцеремонно ворвались на кухню. Один из них сходу выбил у Александра оружие, двое других вцепились биокиборгу в руки, толкнули лицом на стол и стали бить. Били мощно, размашисто, чтобы наверняка, но оружие не применяли. Вероятно, в их планах оставалась надежда получить дополнительные деньги за живого беглеца.
 Страшные удары кулаков отдавали болью в затылке. От таких  ударов обычный человек сразу бы потерял сознание. У биокиборга лишь темнело в глазах. Биочип пускал предупреждающие сигналы. Удары шли целенаправленно в его область, знали, негодяи, куда целиться.
Александр со всех сил оттолкнулся от стола и стряхнул противников с рук. В лицо тут же прилетела очередная порция ударов. Перчатки бронекостюма добавляли кулакам чудовищную силу. Биокиборга опрокинуло обратно на стол. Перед глазами застыла раскаленная сковорода с бурлящим на ней жиром. Он схватил ее голыми руками, его кожа позволяла это сделать, и выплеснул содержимое в шлем ближайшего наемника. Бедняга взревел и, схватившись руками за обожженную часть лица, повалился на пол. Александр на этом не остановился и выбил сковородой уже направленный на него пистолет. Попытка захвата провалилась, теперь его хотели просто прикончить.
 Третьему наемнику сковородой досталось не меньше, чем корчившемуся на полу его соратнику. Биокиборг ударил с оттяжкой и специально задержал раскаленный металл на незащищенном подбородке. Припаленная кожа противно зашипела. Наемник закричал, выбросил свое оружие, и лишь тогда Александр отпустил сковороду.
Двое из нападавших теперь не оказывали сопротивления, и все внимание биокиборга переключилось на обезоруженного наемника. Александр ударил его боковым ударом с левой руки. Удар у него и без перчаток был исполинским. Шлем слетел, и биокиборг увидел испуганные глаза своего врага. Второй удар пришелся в уже открытое лицо. Под кулаком шмякнуло, обдало теплым и липким. Губы и нос противника размолотило в кровавое месиво, как минимум три зуба сорвались с насиженных мест. Александр замахнулся вновь, но наемник упал на колени и схватил его за одежду.
- Пощади, - смешно зашепелявил он.
Александр задумался, но кулак опустил.
- Живи.
Он подобрал пистолет, забрал из рюкзака нападавших несколько новых баллончиков с С-100, вещь, как показала практика, весьма необходимая, и побежал к Катерине, которая только-только опустила свой пистолет.
- Я боялась, что попаду в тебя, - оправдала она своё бездействие.
- Ничего, - улыбнулся биокиборг, -  хотя после увиденного, я не поверю, что ты могла промахнуться.
- И все же, не хотела рисковать.
- Где ты так научилась стрелять?
- Я чемпионка Чехии по спортивной стрельбе.
- Да уж, сильно. Женщина-психолог с пистолетом в руках.
Вновь совсем рядом послышалась возня. Беглецы поспешили прочь из разгромленной кухни. Столкновениями с наемниками они были сыты по горло.
В общем коридоре небоскреба их как цунами накрыло волной настоящего хаоса. Люди, охваченные паникой, будто, сошли с ума. Воцарилось безумие. В поведении людей было меньше разумного, чем в действиях самых примитивных организмов. Страх делал свое подлое дело. Сломленные обстоятельствами, люди бегали, кричали, но на деле мало кто из них предпринимал хоть какие-то шаги, чтобы спастись.
Александр оттолкнул в сторону едва не сбившего их мужчину. Безумец не видел никого вокруг, бежал, падал, поднимался и снова бежал, пока его не остановила рука биокиборга. Мужчина упал на спину и посмотрел на Александра.  Он смотрел как слепец, сквозь него, отказываясь верить в происходящее.  Неадекватность его зашкаливала. Он вдруг резко подпрыгнул, закричал что-то нечленораздельное и пустился прочь.
- Тепличные богачи, совершенно не подготовлены к реальной жизни, - презренно фыркнула девушка.
Александр усмехнулся. Если реальная жизнь обещала быть такой все время, то его ожидания светлого будущего на свободе тонут в перспективе непрерывного бегства. Тем не менее, увидев необходимую табличку на стене, он бодро скомандовал:
- К лифту.

***

На большом экране в интерактивном зале обслуживания системы видеонаблюдения внезапно высветилась фотография Александра. Сообщение «Внимание!!!» замигало большими красными буквами. Крякнула сирена. Три десятка специалистов оторвали свои безразличные лица от интерактивных столов и буднично посмотрели на мигающую надпись. Процедура распознавания лиц настолько вошла в их обиход, что каждый действовал скорее рефлекторно, чем осознанно. Они так бы и вернулись к разглядыванию персональных экранов, если бы переменившийся в лице старший дежурный зала вдруг не закричал:
- Ли! - его голос заставил напрячься весь зал
- Да, сэр, - ответил звонко, почти фальцетом, подчиненный.
- У нас высшая категория, связывайся с дежурным АБК.
- Есть, сэр.
Молодой специалист шустрыми и худыми, как щупальца, пальцами покрутил что-то на столе. Над стеклянной поверхностью тут же высветился голографический экран. Сонный мужчина на той стороне экрана зевнул, недовольно поморщился – его отвлекли от сладкого сна, и нехотя произнес:
- Лейтенант Воронов, АБК.
- Антон Ли, группа видеонаблюдения.
- Что у Вас там?
- У нас объект объявился по вашему заказу.
Вновь крякнула сирена. Теперь на большом экране появилась фотография Катерины.
- О еще один, то есть одна.
- Вышлите данные.
Ли покрутил меню на столе, скомпоновал запрос и нажал на значок в виде традиционного конверта. Лейтенант Воронов открыл файл с информацией, сначала бегло неторопливо пробежался по экрану, но тут же подскочил на своем кресле будто ужаленный – полученная новость действительно жалила. Сонливость как рукой сняло, он быстро набрал чей-то номер и нервно затараторил:
- Срочно! Объект «А» был замечен камерами системы видеонаблюдения.
Потревоженное логово самой секретной службы в Конфедерации сразу пришло в движение. Её сотрудники спешили собрать, как можно, больше данных – нрав одного из своих руководителей они знали досконально.
Уже через  пять минут генерал Мильке собрал экстренное совещание. В его кабинете за большим столом собрались все заместители руководителя агентства и начальник полиции Ареса.
- Господа, объект объявился в городе. Он был замечен в районе пересечения улиц Тамерлана и Гранта, - с места в карьер начал Мильке, - подробней нам доложит полковник Алан Камминг.
Молодой, совсем не похожий на полковника человек в штатском важно откашлял и с пульта включил видеопанель. На экране стали появляться кадры с камер видеонаблюдения.
- Объект был засечен в 6-50 по местному времени. По восстановленной в дальнейшем информации он двигался на спортивном аэромобиле ЛЛ-100 и был атакован неизвестными лицами на спецтехнике ЛБА-500, больше известной как «акула». После начала атаки запись, к сожалению, обрывается.
- Что  значит, обрывается? - логично  возмутился Мильке.
- Информация либо стерта, либо я не знаю, что и предположить. Запись велась. Сбоев не было.
- У вас есть какие-нибудь предположения на этот счет?
- Да. Возможно, в нашей сети сидит крот, который фильтрует нужную кому-то информацию, - смело заявил Камминг.
Брови Мильке, соорудив домик, взмыли вверх от удивления. Сказать, что он испытал шок было бы ошибкой, но неприятный осадок не добавил вистов и без того скверному его настроению. Присутствующие в зале офицеры  переглянулись, страшась при первом заместителе Агентства что-либо комментировать.
- Да уж. Обрадовали вы меня, - Мильке нахмурил брови и обратился к темнокожему офицеру, - полковник Самба, вы можете что-нибудь нам ответить? Как ни как, а вы отвечаете у нас за информационную безопасность.
- Генерал, боюсь, этого не может быть, - озадаченно ответил Самба.
Лицо Мильке залилось краской, подбородок гневно заходил ходуном. Генерал затрясся.
- Вы – идиот, полковник?!
- Что Вы себе позволяете, генерал? - подскочил уязвленный Самба.
- Теперь все стало на свои места, - сделал возбужденным голосом вывод Мильке, - я вам вопрос, вы мне вопрос. Логика отсутствует на корню. Вы либо реальный вредитель, либо действительно идиот.
- Генерал, вы всего лишь замещаете руководителя, и я не позволю вам так оскорблять меня в присутствии высшего офицерского состава Агентства.
- Я всего лишь называю вещи своими именами, - разошелся Мильке, - самая важная информация для Конфедерации исчезает или отсутствует вовсе. И это в системе, которая никогда не давала сбоя. И вы мне заявляете, что этого не может быть? В-о-о-о-н!
- Что? - непонимающе произнес смутившийся полковник.
- Я сказал, в-о-о-о-н! И не смейте возвращаться, пока не найдете причину сбоя, - орал уже с пеной у рта генерал.
Его лицо было олицетворением гнева. Вздувшиеся на висках вены нервно пульсировали, лицо покрылось багряным румянцем. Каждое слово генерала сопровождалось утробным рыком и брызгавшей слюной. Хитрый лис с гневной легкостью превратился  в разъяренного льва.
Самба подпрыгнул на месте, вжал голову в плечи и испуганно очень быстрой походкой поспешил покинуть кабинет. В дверях он столкнулся с руководителем Агентства. Полковник едва не сбил начальника, человека солидного возраста,  с ног и, с испугу даже не извинившись, скрылся в коридоре.
- Господа офицеры, - встал в постройке смирно Мильке.
Собравшиеся на совещании сотрудники Агентства вскочили со своих мест и последовали примеру генерала. Старик замахал перед собой сморщенной старостью ладонью.
- Сидите, сидите.
Неторопливой походкой человека, которому некуда было спешить, он подошел к столу.
- Мильке, что у вас тут?
Генерал вернул своему лицу привычное выражение и очень мягко, с огромным пиететом, произнес:
- При всем моем к вам уважении, мистер Вольф, я не могу вам сообщить эту информацию. Подготавливается приказ о вашем выходе на пенсию, и в оперативных вопросах вы уже не можете принимать участие. Простите.
- Да ничего, Маркус, я понимаю, - ласково проговорил пока еще руководитель Агентства в ответ, в голосе его промелькнула нотка разочарования, - просто никак не могу привыкнуть, к тому, что через месяц я буду рыбачить на озерах своей родной Германии, и вся эта суматоха, царящая кругом, будет всего лишь частью моих воспоминаний.
Осунувшееся от возраста лицо Эриха Вольфа стало совсем грустным. Морщины и складки на коже предательски подчеркнули его настроение. В нем уже нельзя было узнать  того бойца, которым он был от природы. Теперь Вольф готовился отправиться на почетный и, несомненно, заслуженный отдых.
- Дааа, - закивал он головой, - время, - он оглядел присутствующих выцветшими глазами, - а ведь оно было другим. Еще вот совсем недавно. Но теперь, - старик сделал паузу, - оно неумолимо ускользает. Берегите его. Время не вернуть. Оно утекает как вода сквозь пальцы. Скоротечно и безвозвратно. Берегите его и не расходуйте напрасно. Его может и не хватить.
Не произнеся больше ни слова, тяжело шаркая ногами, Вольф покинул кабинет. Мильке проводил его взглядом, в котором уважение и восхищение перед человеком, отдавшим всю свою жизнь службе Конфедерации, читались как будто со страниц открытой книги.  Когда дверь за стариком захлопнулась, генерал прищурился, вздохнул и проговорил:
- Еще год назад я и не думал, что он способен на такие эмоции. Всегда был нашим «все». Железным, непробиваемым лидером. Жаль, что время не щадит никого.
Мильке заметно передалось настроение своего начальника, он натужно замолчал, но быстро прогнал от себя грустные мысли. Тишина царствовала в кабинете всего несколько секунд.
- Давайте продолжим! - проговорил теперь он совсем тихо и спокойно, эмоции должны быть своевременными, но не бесконечными, - Алан?
Камминг снова откашлял и вернулся к своему монологу:
- Записи, конечно, увы, нет, но на улице Тамерлана произошла перестрелка. Образовалась пробка. Пострадали гражданские. Следующая запись, позволяющая отследить объект, была произведена камерами из французского ресторана. Аэромобиль объекта перед вами. Он охвачен пожаром, - комментировал полковник прокручивающиеся на видеопанели кадры, - по словам очевидцев, флайкар  протаранил космолет, и от удара он залетел в зал ресторана, где и загорелся. Из числа гражданских здесь, к счастью, никто не пострадал. Объект «А» покинул аэромобиль в сопровождении объекта «Б» и кота.
- Кота? - не на шутку удивился Мильке.
- Да, сэр. У них в салоне был кот.
- Хм. Интересно, продолжайте.
- Сработала система пожаротушения. Аэромобиль не взорвался, а по объектам тут же был открыт огонь. Здесь изображение с части камер тоже отсутствует. А когда запись появляется вновь, объекты направляются уже к лифту. Однако по непроверенным данным космолет высадил в ресторане десант. То есть во время обрыва записи вероятней всего в помещении ресторана произошло столкновение между неопознанными вооруженными людьми и нашими объектами.
- Так, десант понятно, с космолетом я тоже могу свыкнуться, уж такой нынче бардак твориться кругом. Но вот почему на  последних кадрах они идут уже без кота? - озадачился Мильке.
- Да, без кота.
- Хм, это интересно, очень интересно, - размышлял генерал, отчего на его лбу бегали складки задумчивости, - ладно, дальше я так понимаю – ничего нет?
- Так точно, сэр. Но с минуты на минуту будут обновленные данные.
- Хорошо. Значит, слушайте меня внимательно, - обратился ко всем Мильке, - полковник Чопра, готовьте две группы. Действовать будете по моему сигналу. Капитан Майстров!?
Начальник полиции Майстров, вытянутый из кровати, из объятий жены в самое тяжелое для пробуждения время, до этого момента пренебрежительно полусонно грыз ногти, не желая вслушиваться в чуждые ему разговоры. Однако из царства Морфея его окончательно выдернул настойчивый генерал:
- Капитан! - крикнул вновь взорвавшийся Мильке.
- Да, - подскочил на месте начальник полиции.
- Сколько полицейских в здании?
- М-м, ну, там два полицейских участка на пятьдесят шестом и сто восемьдесят седьмом этажах. Плюс отряд спецназа. Район не спокойный, бедные кварталы граничат с богатыми. Вот и пришлось  усилиться, - монотонно тягучим голосом отрапортовал капитан.
- Отлично. Давайте ориентировку, и посылайте всех на поимку объектов.
- Всех?
Мильке опять вспылил:
- До одного. Майстров, не ведите себя, как Самба. Не портите мое мнение о себе.
Капитан виновато отвел глаза.
- Так, полковник Анхель.
- Да, сэр.
- Договоритесь с военными. Возможно, нам потребуется их помощь.
- Есть, сэр.
- Майор Гусев.
- Да, сэр.
- Выясните все по нападавшим. Кто, когда, сколько их?
- Есть, сэр.
- Работаем. Пока мы не знаем, где накопитель, пока объект «Б» под угрозой, беглецы должны быть пойманы живыми и здоровыми. И в кратчайшие сроки, - Мильке на мгновение задумал и добавил, - только не включайте в здании  сирены и прочие штуки правопорядка. В панике они могут затеряться и уйти.
Камминг перебил его:
- Простите, сэр. Но после произошедших событий это лишнее. Там и так паника.
- Ладно, - махнул рукой генерал, - тогда включайте все, перекрывайте выходы и фильтруйте каждого человека, выходящего из небоскреба.

***

Александр уже потянулся к кнопке вызова ближайшего лифта, когда сработала сирена и активировались все видеопанели на этаже. Голос из динамиков оповестил:
- Внимание! Угроза террористической атаки. Здание заблокировано. Просьба не покидать свои дома. Тем, кто находится вне своей жилой зоны, необходимо добровольно пройти процедуру идентификации у полицейских патрулей.
На экранах высветилось «Угроза террористической атаки».
-Черт, - выругалась Катерина.
Александр недоуменно посмотрел на нее.
- Боюсь, нас обнаружили. Здесь богатый квартал, все камеры работают исправно.
Девушка задумалась и стала рассуждать:
- Так, значит, все внешние двери в здании теперь перекроют полицейские, а лифты выключат.
Как будто по ее команде погасли дисплеи лифтов.
- Пользование магистральными лифтами временно приостановлено, - озвучил происходящее голос, - Будьте предельно внимательны.
- Как по заказу, - недовольно развела руками Катерина.
Александр посмотрел на нее исподлобья и в очередной раз призвал свою спутницу к разуму:
- Ты можешь остаться, я еще раз предлагаю тебе задуматься над моим предложением. Полиция тебя найдет, и ты будешь в безопасности.
- В безопасности? - фыркнула девушка, - ты помнишь, что сказал Кросс? Меня тоже разыскивают. А полиция! Полиция в очередной раз подтвердила свой статус, когда никак не отреагировала на наше избиение там, в воздухе. Уж в тебе я уверена, так, что выводи меня отсюда. А дальше посмотрим.
Где-то в глубине души Александр безумно обрадовался такой реакции Катерины – к ней он начал привыкать, но виду не подал, наоборот, нахмурился, внешне явно не одобряя её выбор.
- К лестнице, - скомандовал он.
Биочип уже хорошо ориентировался в устройстве небоскребов. По внутренней планировке они были друг на друга очень похожи.
У дверей, отделяющих коридор и лестницу, красовался дисплей с удручающей надписью «заблокировано». Александр осмотрел преграду, выхватил взрывчатку и быстро подорвал препятствие. Чудовищным ударом ноги он снес створку двери, освобождая проход к лестнице. Катерина посмотрела одобрительно – её спутник был сказочным богатырем.
Десять этажей они пробежали на одном дыхании, не считая ступеней. Слух Александра уловил где-то внизу стук тяжелых ботинок. Слух отфильтровал голоса.
- Мужчина и женщина, объекты  брать живыми.
Удача, сопутствующая Александру с начала побега, явно намеревалась совершить очередной зигзаг и пощекотать стальные нервы биокиборга. Ничего, он привыкал к этому. Подумаешь, еще одна погоня. Сколько их было с той ночи.
Александр остановился у ближайшей двери, вскрыл уже отработанными манипуляциями дверь и затащил Катерину на этаж.
- Там полиция, - объяснил он свой поступок девушке.
Катерине объяснений не требовалось, она шло покорно, всецело доверяя биокиборгу.
- Вверху взрыв. Идем на шум, - крикнул кто-то внизу.
Бежать к другой лестнице не имело смысла. Полицейские зачищали все возможные пути к их бегству.
- К холлу, - скомандовал Александр.
- Что ты задумал? - больше для обозначения своей заинтересованности спросила Дворжакова.
Он не ответил и лишь потащил её к большому холлу этажа. У первой же несущей колонны биокиборг отпустил девушку, подбежал к огромному окну и оценил их перспективы: тремя этажами ниже располагается пешеходная дорожка, для биокиборга – прыгай, не хочу.
- Сюда, здесь взорвана дверь, - безупречный слух уловил приближающихся полицейских.
Александр отошел назад и высадил в окно все, что оставалось в обойме пистолета. Крепкое стекло поддалось не сразу. Под разрушающим напором лазерных лучей оно сначала треснуло и лишь на третьем десятке выстрелов стало рассыпаться на мелкие осколки. Внизу закричали люди, попавшие под стеклянный град.
Биокиборг перезарядил обойму, достав последнюю из рюкзака. Он спрятал оружие и подошел к самому краю.
- Саша, нет!  - догадалась о его намерениях Катерина.
Александр посмотрел на нее и улыбнулся. Девушка смутилась, а он резко прыгнул вниз. Катерина ахнула и подбежала к образовавшемуся в окне проему. На душе отлегло. Биокиборг преспокойно стоял на пешеходной дорожке и махал ей рукой, призывая повторить его трюк.
- Давай, твоя очередь.
- Нет, - замотала головой Катерина, - Ты издеваешься?
- Я тебя поймаю, не бойся.
- Нет. Я не могу.
- Раз нет, тогда оставайся. Полиция прибудет с минуты на минуту.
- Нет.
- Что нет? И так нет, и так нет? Мне больше нечего тебе предложить, - резонно заметил биокиборг.
Катерина переминалась с ноги на ногу и нерешительно смотрела то вниз, то в сторону коридора. Страх играл с ней злую шутку, она не знала, что было хуже: прыгать или оставаться. И так страшно, и так.
- Поймаешь?
- Кто-то совсем недавно был во мне уверен. Что-то изменилось?
- Я прыгаю.
- Давай.
Катерина напряглась, зажмурилась и сделала шаг в пустоту. От неожиданности она вскрикнула, от чувства полета ёкнуло сердце,  но почти сразу ударило сильно под ребра. Девушка обмякла, чувствуя, как её подхватили сильные руки биокиборга. Появилась необычайная легкость, в кровь плеснула порядочная порция адреналина.
- Можешь открыть глаза.
Совсем рядом с её лицом было лицо Александра. Его глаза посмеивались над ней, но смотрел он на нее по-доброму, заботливо. Девушка почувствовала себя настолько защищенной, что ей хотелось продлить это мгновение. Она, было, потянула ладонь к его щеке, но Александр небрежно опустил её на ноги, схватил за руку и сорвался с места.
- Бежим!
Кусая с досады губы, Катерина спешила следом, едва поспевая за широкими шагами биокиборга. Она ругала себя и удивлялась происходящим с ней метаморфозам.
Из разбитого окна выглянули полицейские, одетые на удивление в легкую полимерную бронированную форму, но никак не в бронекостюмы. Один из них заметил беглецов и указал на них рукой:
- Вон они!
- Третий, это десятый. Подозреваемые двигаются по  девятому пешеходному уровню в западном направлении. Сообщите сто семьдесят первому участку.
- Принято, продолжайте преследование.
Из ближайших дверей за спинами беглецов выскочили  полицейские.
- Ни с места! Полиция города.
Александр лишь прибавил шаг, Катерина тратила все силы, чтобы не упасть – ноги путались, спотыкались, но старались держать заданный темп. Она понимала, что не смогла бежать так быстро, если бы биокиборг намертво не вцепился в её руку.
Еще один отряд сотрудников правопорядка ожидаемо появился уже впереди и перегородил путь. Полицейские зажимали беглецов с двух сторон. Перед Александром открылись очередные двери, и показалась чья-то голова. Он успел заметить форму и моментально ударил незадачливого стража закона о дверной косяк. Полицейский потерял сознание и сполз вниз. Александр затащил Катерину в открытые двери.  За ними показался огромный супермаркет, который занимал целых два этажа небоскреба. И, несмотря на утренний час, внутри было многолюдно, повсюду мерцали рекламные панели, а монотонный голос из динамиков приглашал на баснословную распродажу.
К беглецам рванули полицейские, находящиеся внутри супермаркета. Александр повел Катерину через торговый зал сквозь толпу покупателей, расталкивая возмущенных его бестактностью людей. Кто-то даже замахнулся в ответ, но увидев строгое лицо биокиборга, не решился – внутренний голос вовремя призвал к благоразумию.
На своем пути Александр обрушивал полки с товаром, создавая для преследователей труднопреодолимый заторы.
В зале супермаркета сработала сигнализация:
- Внимание! Идет контртеррористическая операция. Пожалуйста, оставайтесь на местах, не поддавайтесь панике, не создавайте помех сотрудникам полиции.
Из-за очередного стеллажа  наперерез им выскочили двое полицейских. Первому биокиборг тут же сломал нос. Бедняга отлетел на несколько шагов и уже не смог подняться. Его стоны остудили пыл второго полицейского, и он, засуетившись, потянулся к своей кобуре. Движение его были до смешного трусливыми и медленными. Пока он возился, биокиборг  успел оценить обстановку. Безупречный слух врать не мог, их окружали. Александр, словно не замечая потуг стража порядка, закончил его мучения одним движением, достал свой пистолет.
- На пол.
Полицейский где-то даже с благодарностью выставил перед собой ладони, и покорно, как заправский дрессированный пес, рухнул на пол.
- Да такая полиция даже богачей не защитит, - пожаловался Александр Катерине.
Девушка пренебрежительно фыркнула. Биокиборг выхватил из-за пояса полицейского рукоять силового щита – с таким он орудовал в тире «Биокиберии», и они побежали дальше.
 На их пути стали появляться все новые полицейские. Александр активировал щит и настолько увлекся, что начал отрабатывать все известные ему бойцовские приемы. Он старался делать это изящно, но с максимальной эффективностью.  Под его ударами стражи правопорядка отправлялись в бессрочный отдых по состоянию здоровья. Хотя в этом плане биокиборг не усердствовал, сводя повреждения своих обидчиков до одного ему известного минимума. Очень скоро махания щитом ему порядочно надоели. В конечном итоге это привело к тому, что он схватил  очередного незадачливого полицейского и отправил бедолагу в непродолжительный полет над залом супермаркета.
- Это лучше, чем Йети-спорт, - хмыкнул позади Катерина.
Супермаркет простирался на этаже небоскреба единым залом, без коридоров и дополнительных помещений – затаиться здесь было негде. Сквозь частокол полицейских Александр спешил выбраться на другую сторону небоскреба, пошумели, пора и честь знать, а то весь Арес сбежится. Катерина послушно шла чуть поодаль. Он переживал за свою попутчицу, прикрывал её спиной, но восхищался её стойкостью. Столько пережить и не сломаться, дано было не каждому. Такое либо закаляется в постоянных тренировках, либо дается с рождения от природы.
Его мысли прервали разлетевшиеся на тысячу осколков антикварные китайские вазы. Александр пригнулся, и там где  была его голова, лазерные лучи размолотили полку с продуктами. Полицейские по ним не стреляли. Стало быть, огонь вел кто-то еще. Биокиборг осмотрелся – по эскалатору с верхнего этажа спускались пятеро наемников. Седобородый направил их в самое пекло погони, заведомо зная, что полицейские тоже открыли охоту на беглецов. Для достижения своей цели Кремень не щадил ни силы, ни средства. Количество убитых наемников для него всего лишь статистика.
 Александр прикрылся щитом и открыл встречный огонь. Наемник был уже внизу и, вскрикнув, поспешил скрыться за ближайшим стеллажом.
- Быстрее, - Александр потащил Катерину к маячившему впереди выходу.
Как из-под земли перед ними вновь возник полицейский, и биокиборг, схватив стража порядка за шиворот, теперь просто отшвырнул его в сторону. К выходу они продвигались критично медленно. Преследователи спешили к ним со всех сторон. Смешались все: и полицейские, и наемники.
Что-то обожгло плечо. Александр краем глаза увидел разорванную, обожженную одежду и засочившуюся из раны темную кровь. Он резко развернулся, закрывая щитом Катерину, и выстрелил туда, откуда по данным биочипа был произведен выстрел. Александр попал в цель, но лазерные лучи угодил стрелявшему наемнику в бронекостюм. Для брони такое попадание оказалось сродни поглаживанию младенца. Наемник ухмыльнулся и вновь изготовился стрелять. Из-за плеча биокиборга вдруг вынырнула Катерина и, почти не целясь, нажала два раза на курок. Сраженного в голову наемника отбросило назад. Александр восхищенно посмотрел на девушку, но она лишь пожала плечами – дел-то для чемпионки Чехии.
Наконец они добрались до заветного выхода и выскочили на улицу. Совсем рядом активировался пешеходный переход. Загорелся красный экран силового поля.
- Ты первая.
Катерина не стала спорить и побежала к другому зданию. Александр, поглядывая назад, поспешил следом.  Трое, остававшихся в строю наемников никак не хотели успокаиваться. Они выскочили на улицу следом и открыли огонь на поражение.
Александра охватило чувство настоящей злости.
- Даже смерти ничему их не учат.
Щит принял на себя выстрелы. Биокиборг посмотрел заряд обоймы. Индикатор замер на отметке «двадцать пять».   Александр нажал на курок, и наемников осталось двое. Дело оставалось за малым, но шальной встречный выстрел застал биокиборга врасплох. Лазер угодил точно в его пистолет, и он, не удержав оружие в руках,  лишь проводил взглядом падающий вниз городской пропасти ПМЛ-900.
С секунду и он, и его противники оценивали обстановку. Двое наемников не такая и большая проблема, но вездесущие полицейские могли все испортить. Александр, что есть силы,  бросил в преследователей щит и побежать. Наемники замешкали, но увернувшись от метательного снаряда, поспешили следом – они-то на свою погибель думали, что напугали биокиборга.
Скорость Александра была не сопоставима со скоростью наемников. Он сразу стал уходить в отрыв. Биокиборг уже добрался до пешеходной дорожки, но из очередной открывшейся двери вдруг наперерез выскочил юркий полицейский и бросился ему в ноги. Александр покатился кубарем, вцепившись в настырного стража порядка. На бедре полицейского он нащупал кобуру, и, как только они распластались на каменной поверхности пешеходной дорожки, выхватил пистолет и открыл огонь по наемникам. Александр израсходовал половину обоймы и остановился лишь тогда, когда наемники рухнули замертво. Он резво вскочил на ноги, вырубил потянувшегося к нему полицейского и побежал догонять Катерину.
Девушка нетерпеливо ждала его на пешеходной дорожке соседнего небоскреба. Красный экран замигал, пешеходный переход стал расходиться в разные стороны, вновь разделяя небоскребы на непреодолимое для человека расстояние. Александр ускорился так, что даже его могучие мышцы зашлись нестерпимым жжением. Он достиг края и прыгнул.
- Стоять, полиция, - услышал биокиборг выскочивших за спиной полицейских, но этот вопль утонул в едином удивленном возгласе.
Александр находился в воздухе так долго, что даже у бывалых полицейских от удивления отвисли челюсти. Этот прыжок не укладывался в голове простого человека. Никогда прежде они не видели таких рискованных сумасшедших поступков. Рискованным поступок был и для Александра. Все шло на тоненького. Внизу зияла пустота. Она облизывала ноги биокиборга, силясь своим притяжением, будто невидимой рукой, утянуть его вниз.
Кончиками пальцев биокиборг вцепился в край ускользавшей от него платформы. Одна рука сорвалась, и он повис над пропастью городской улицы. Александр услышал испуганный возглас Катерины и даже порадовался этим искренним эмоциям в свой адрес.  С мест сорвались аэромобили. Пальцы напряглись, рука задрожала. Мышцы зашли жаром, будто их обдало кипятком. Александра раскачивало из стороны в сторону, он никак не мог ухватиться за дорожку второй рукой. Платформа готовилась скрыться в своей нише. На спасение оставались какие-то секунды.
Биокиборг, скрепя зубами зацепился за край второй рукой, выжался и оттолкнулся. Платформа скрылась, напоследок издевательски щелкнув спрятавшим ее внутри пешеходной дорожки механизмом.  Но Александр, взмыв на мгновение в воздух, сумел дотянуться до спасительной площадки. Подбежала Катерина и помогла ему выкарабкаться. Он спокойно поднялся на ноги и, отряхнув руки, посмотрел на преодоленное им расстояние.
- Это круче, чем тесты. Такое даже в лаборатории не заставляли делать.
Александр перевел взгляд на полицейских. Городской шум хоть и давал помехи, но он четко расслышал голос:
- Сто семьдесят первый, они ваши. Выдвигаемся к вам на усиление.
- Нас передали полицейским этого здания, надо спешить, - как-то устало произнес биокиборг.
Завыла сирена. Откуда не возьмись, в воздухе прямо перед беглецами застыли три полицейских аэромобиля с включенными прожекторами.
- Полиция Ареса. Бросьте оружие и поднимите руки вверх.
Еще два полицейских экипажа разрезали транспортный поток, перекрыв  на этом уровне движение аэромобилей. Стражи закона действовали слаженно и организовано.
- Внимание. Владельцам транспортных средств просьба прекратить движение. Идет контртеррористическая операция.
Александр бросился, было, бежать, но на площадку, окружая беглецов, выскочили все полицейские небоскреба. К визиту «гостей» они явно подготовились.
- Они в кольце, - передал кто-то по рации.
Катерина посмотрела на Александра:
- И что теперь?
Биокиборг молчал и озирался по сторонам, стараясь отыскать хоть какую-нибудь лазейку. Любой, казалось бы, пустяк мог стать ключом к их спасению.
- Повторяем. Бросьте оружие и поднимите руки вверх.  В противном случае мы будем вынуждены применить силу, - вновь донеслось из громкоговорителя.
Александр в ответ девушке пожал плечами и показал глазами вниз. Катерина вздрогнула и посмотрела на него, как на сумасшедшего.
- Ты опять издеваешься?
- У тебя есть другие предложения?
Катерина не знала, что ответить. Полицейских было так много, что они сливались в одну непроходимую стену. Шансы прорваться катастрофически стремились к нулю. Девушка снова посмотрела вниз. Разрезая воздух, десятью этажами ниже в бесконечном потоке мелькали аэромобили. Она стала понимать задумку Александра. От страха в горле застрял комок, а ноги предательски обмякли. Она сглотнула и неуверенно спросила:
- А какие у нас шансы?
- Если сильно постараться.
- Саша, мне нужен реальный ответ.
- Шансы есть.
- Очень рада, но ты не мог бы конкретней.
Что мог ответить Александр? Врать  или приукрашивать ему не хотелось. Правда же была слишком суровой.
- У вас пять секунд на раздумье, - не давал им покоя.
Вновь взвыли серены. Прибыли дополнительные полицейские экипажи. Гражданские аэромобили развернули на другие улицы. С ними исчез гул, стало непривычно тихо. Сотни глаз уставились на беглецов, томительно ожидая их решения. С противоположного небоскреба по вновь выведенной пешеходной дорожке спешило  полицейское подкрепление.
- Конкретней? - задумался Александр, всматриваясь в двигающийся внизу транспортный поток, - Вон, видишь, летит белый кабриолет?
Катерина посмотрела вдаль, но транспорт сливался.
- Нет.
- А он есть, - ухмыльнулся биокиборг, - как только я скажу прыгать, прыгай вместе со мной. Промедлишь – разобьешься. Сделаешь все, как я говорю, шансы наши будут самими, что ни на есть, реальными.
- Хорошо.
- Хорошо?
- Да, - нервно ответила девушка.
Она мысленно ругала себя за сумасшедшее решение, но отступать не хотела. Да и куда тут было отступать.
Один из полицейских экипажей стал снижаться, открывая пассажирскую дверь. Кольцо вокруг беглецов стало сжиматься.
- Сейчас они выстрелят в нас нервно парализующим зарядом, - печально выдохнула девушка, - и все будет кончено.
- Не будет! Прыгай!
- Что?
- Прыгай, - строго шикнул Александр и, схватив девушку за руку, сделал шаг в бездну.
Они оттолкнулись и рухнули вниз, увлекаемые искусственной гравитационной постоянной Марса. Спешившие к ним полицейские недоуменным взглядом проводили их в скоротечный последний полет – безумный поступок зашкаливал глупостью. Лучше худая жизнь, чем такая смерть.
Белый кабриолет летел на приличной скорости. Александру пришлось изрядно попотеть над расчетами прыжка. Но все обошлось. Он прижал Катерину к себе, повернулся в воздухе спиной вниз и приземлился точно на пустовавшее заднее кресло белоснежного кожаного салона. Аэромобиль изрядно тряхнуло, дернуло вниз и заболтало из стороны в сторону. Пилот еле удержал штурвал и обернулся.
- А-а-а-а-а, - закричал он.
Александр не обращал на него никакого внимания. Он осматривал свою спутницу. Руки, ноги, зрачки. Биокиборг удовлетворенно выдохнул. Девушку с интересом посмотрела на него.
- Что это было?
- Первичный осмотр показал, что  все в порядке. Кости целы, сотрясения нет.
Пилот замолкал, оборачивался и снова начинал кричать.
- Никогда больше не буду покупать пойло у этого урода. А-а-а.
Катерина подвигала руками и ногами. Александр хоть и смягчил собой приземление, падение с такой высоты – не самое приятное ощущение.
- Да, вроде цела. У нас получилось! - тем не менее, засмеялась она и обняла Александра.
- Да, - смущенно ответил он, но посмотрев наверх, увидел, как полицейские через мгновение устремились вслед за ними, - извини.
Биокиборг нехотя отстранился от нее и полез на переднее сидение. Пилот от страха взвыл.
- Вы мне только кажитесь, только кажитесь.
- Послушай, успокойся.
- Кажетесь, кажетесь, кажетесь... мама...
Аэромобиль стал ускоряться и вилять в потоке. Пилот в панике подрезал всех, кого обгонял, грозясь в любое мгновение спровоцировать аварию.
- Он на наркоте, - сразу определила Катерина, - это я те как психолог говорю.
Александр закатил глаза, стиснул зубы и ударил пилота по голове. Тот мгновенно обмяк.
- Ты что? - возмутилась девушка.
- Да ничего, оклемается.
Александр придержал штурвал и перелез на место пилота.
- Помоги!
Катерина заняла освободившееся место на пассажирском сиденье. Вдвоем они спихнули пилота назад. Теперь у них был транспорт и не большая фора, чтобы успеть затеряться в огромном городе.
Александр оценивающе посмотрел на панель приборов, пока не нашел нужную кнопку. Откидной верх плавно вынырнул из багажного отсека. Уже через минуту кабриолет ничем не отличался от плывущих в плотном потоке аэромобилей.
- С крышей будет надежней, - пояснил биокиборг и осмотрел дорогое убранство кожаного салона, - не плохой аппарат нам достался.
- Ага, и дорогой, - Катерина посмотрел пренебрежительно на владельца аэромобиля, - папенькин сынок.
- Почему?
- Да ему от силы двадцать лет. Аэромобиль за сто тысяч пиров. Видимо, с тусовки возвращается. Пьяный и под кайфом.
- Тусовка?
- Да. Место, где собираются аналогичные ему люди, стараясь выглядеть как можно дороже. Это такой способ самоутверждения. Надираются алкоголем, наркотой и за руль. Ведь все равно, папа – большой человек, отмажет. И от полиции, и, если что-то натворит, от суда.
- Как вы вообще так живете?
- А вот так и живем. И уж поверь мне, остановись и спроси: каждый второй будет кричать, что его надо под суд. Хотя при этом сам где-то в тайне будет мечтать побыть хоть день на его месте, и оторваться не хуже.
- Общество паразитов.
- Не без этого.
Александр посмотрел по зеркалам. Красно-синие маячки полицейских экипажей мелькали где-то далеко позади. Появился прекрасный задел исчезнуть из поля зрения властей. На первом же перекрестке биокиборг ушел на соседнюю улицу. Здесь было просторней, и он тут же прибавил скорости:
- Веди нас в неблагополучный район. Туда, где мы будет не доступны для камер.
- Как раз такой у моего знакомого хакера. Некрополь, не слышал о таком районе?
- Нет.
- Вот и познакомишься.

***

Космолет высадил десант и, поднявшись вверх, завис над небоскребами. Кремень смотрел на огромный город и ненавидел его каждой частичкой своей души. Он чувствовал отвращение от нахождения на Марсе, но долг для него превалировал над всеми желаниями и чувствами.
Стеаринов был умным человеком. Он прекрасно понимал, что отправлял своих наемников на верную гибель. В небоскребе было полно полицейских, для которых десяток, даже хорошо экипированных, бойцов являлся просто пылью. А пыль всегда стирали. Если, конечно, наемникам еще посчастливилось бы попасть в лапы полицейских. Биокиборг был едва ли не опасней самих стражей порядка вместе взятых.
Но наемники расходный материал, который Кремень мог в любой момент восполнить. Стоило ему дать такой клич. Люди, ресурсы, финансы – это не было его головной болью. Его головной болью было отсутствие мало-мальски внятного результата, не столько для своих покровителей, сколько для себя. С затратами же он не считался. Главное, что продолжалась его война. Война всей его с жизни. Война с главной заразой человечества – с Конфедерацией. И на алтарь победы седобородый готов был поставить все, даже свою жизнь. Чего уж там жизни простых наемников.
Он безразлично  наблюдал за происходящим внизу через небольшие камеры, встроенные в шлемах его наемников. Когда пал его десятый боец, Стеаринов философски заметил:
- Как это ни банально, но проиграно всего лишь сражение. Я все равно тебя возьму и числом, и умением, - сплюнул он на пол и направил космолет к своей базе на орбите.
На следующий день, хорошо выспавшись, седобородый вошел в свой кабинет и обнаружил на интерактивном столе мерцающее сообщение. Он открыл послание, и сонные глаза вновь приобрели хищный вид. Рука потеребила густую седую щетину и прошлась по шраму. Губы вытянулись в злой ухмылке, обнажив ровные белоснежные зубы:
- Вот ты и попался...

***

Путешествие для Генри началось без каких-либо злоключений. Он благополучно дождался, когда прекратится паника, а полиция разблокирует здание. По лифту ему не составило труда спустить на самый нижний этаж и оказаться под землей в метро. Скоростные поезда, разгоняемые гигантскими магнитными кольцами, курсировали по всему Аресу, теряясь в кружевах своих бесконечных тоннелей.
Генри нашел нужный ему поезд и через какие-то минуты оказался на платформе перед зданием Военной Академии наук. Свободного выхода на станцию здесь не предусматривалось. Кругом ходили вооруженные до зубов военные, тщательно, но с каким-то безразличием вглядываясь в лица проезжающих мимо пассажиров. Пассажиры, привычные к такой картине, как и всегда, отвечали им взаимностью.
Кот, между тем, юркнул меж ног столпившихся у выхода людей и оказался рядом с лестницей, вход на которую перекрывал пропускной пункт. Будь Генри человеком, он однозначно бы присвистнул – пункт был укреплен лучше, чем форпост самой неприступной армейской цитадели. Оно и понятно, в стенах Академии хранились вековые секреты, многочисленные технологии, завладеть которыми хотелось любому не чистому на руку человеку.
Генри стал всматриваться в лица людей, с которыми он бы мог попасть внутрь. Все без толку – люди отпугивали своим безразличием. Он успел расстроиться – с таким каши не сваришь. А тут еще чувство голода стало все настойчивее заявлять о себе.
- Ой, не знаю, хорошая ли это идея, - разговаривал сам с собой кот, - хотя Алекс в чем-то прав.  С ним-то мне точно было бы менее безопасно. Эх, как он там.
Прошло не так много времени, а Генри соскучился по своему единственному другу.
- И Кэт. Не дурна барышня. Не дурна. Хотя, красота – мираж. Но зато заботливая и добрая. И странная. Что-то в ней не так. Но заботливая и добрая.  А, нет, это уже было. Хотя чего уж там, она и, правда, заботливая и добрая.
Он зажмурился, вспоминая, как теплые руки девушки гладили его, и не заметно для себя стал мурчать.
- Что это я? - опомнился кот, - надо носитель спрятать, но где?
Генри осмотрелся. Архитектор, проектирующий эту станцию, страдал явной гигантоманией: мраморные стены, упирающиеся в высокие, почти недосягаемые потолки, мраморные полы,  огромные колонны. Каждый элемент декора украшала позолота, да так, что рябило в глазах.  Колонны, лестницы, окна и двери – все было строго симметричным. Оплот порядка и совершенства. Настоящий рай перфекциониста, где хаосу места не находилось априори. Однако весь величественный образ портили праздно шатающиеся по станции военные и расположенные повсюду неказистые пункты контроля. От этого станция рисовалась в глазах Генри очень гротескно.
- Какая нелепость. Современные военные и такая классика. Уж мундиры бы тогда соответствующие надели бы что ли, - кот покрутил головой и недовольно добавил, - и не спрячешь тут ничего. Придется с накопителем держаться до конца.
Генри перестал обращать на людей внимание. Но так продлилось ровно до того момента, пока своим взглядом он не столкнулся с глазами пристально смотрящего на него человека. Человек выглядел устало. Старческое лицо выражало задумчивость, но в глазах где-то очень глубоко теплился неугасаемый интерес к жизни. Генри продолжил осматривать зал, но для самоуспокоения вновь посмотрел на незнакомца. Холодок пробежался по его спине, хвост распушился. Человек по-прежнему смотрел на него. Кот опять плавно отвел глаза и опять резко вернул их в исходное положение, но все повторилось. Шерсть зашевелилась на загривке. Генри прижался к мраморному полу станции и выгнул спину дугой.
- Да, что тебе надо дедушка? - заворчал Генри, издав глубокое недовольно «м-м-м».
Незнакомец улыбнулся и сложил руки на груди.
- Доброе утро, мистер Чан. Вы сегодня рано, - заговорил со стариком проходивший мимо офицер.
- Доброе утро, работа не терпит отлагательств, мой друг.
Фамилия показалась Генри до боли знакомой. Он напряг биочип, перелопатив все ячейки своей памяти.
- Чан? - кот удивленно округлил глаза, - Дедуля – руководитель Академии?
И тут проходящих мимо людей, как прорвало:
- Доброе утро, мистер Чан!
- Удачного дня, мистер Чан!
- Хорошо выглядите, доктор Чан!
Генри сообразил: идеальней варианта попасть внутрь могло больше и не представиться. Кот преобразился. От боевой стойки за секунду не осталось и следа. Он  жалобно мяукнул, втянул голову и, не открывая рта,  сорвался с места. Генри стал услужливо тереться о белоснежные штаны Чана и лениво замурчал. Старик наклонился, ласково похлопал Генри по голове. Кот замурчал еще громче, стараясь чуть ли ни влезть головой в ладонь.
- Э, братец, давненько не видел бездомных кошек. Как же тебя сюда занесло? Да ухоженного такого. Ну, иди ко мне.
Чан взял кота на руки. Генри едва не  взвыл от радости, но вовремя спохватился, вспомнив, что в зубах держит заветный накопитель.
- Доктор Чан! Здравствуйте.
Генри вздрогнул, узнав голос. Он испуганно обернулся, сжался в маленький живой комочек, увидев приближающегося профессора Фроста. Хвост кота вновь распушился.
- Здравствуй, Орландо.
- О, вы завели себя кота?
Чан погладил Генри, а кот затрясся от страха, стараясь не смотреть на невесть откуда взявшегося профессора.
- Только не в глаза, только не в глаза, - повторял он сам себе.
- Да. Хотя еще накануне даже не думал, а тут решился. Я одинок. Так что, почему бы и нет?
Фрост печально вздохнул.
- Что такое, Орландо, - огорчился такой реакции Чан.
- Просто был у нас похожий кот. В лаборатории.
Профессор стал мрачнее тучи. Чан дружески похлопал его по плечу.
- Ничего, Орландо. Сожалеть можно долго. Но бесконечное сожаление – это удел слабых. В сожалении нет пути к возрождению. Сожаление – это путь, на котором нет жизни.
- Столько труда, столько лет, столько сил.
- Ничего-ничего. Все образумится. Желаю тебе стойкости.
- Спасибо, - Фрост ответным жестом прикоснулся к плечу старика и посмотрел на Генри, - будем стойкими, а время нас вылечит.
- Время не лечит, друг мой. Оно как течение, лишь отдаляет нас от места крушения. Но если не начать бороться, пучина поглотит и тебя.
Профессор, несмотря на свой солидный возраст, стал походить на смиренного ученика, услышавшего от своего учителя нечто важное, и послушно закивал.
- Да, вы правы. Спасибо. Я, наверно, пойду.
Он склонил голову и пошел к пропускному пункту.  Чан окликнул его.
- Как там, профессор Ермолов?
Фрост втянул голову в плечи и стал мрачнее тучи.
- Он под домашним арестом и сейчас летит на Землю. Меня же отпустили. Связываются со мной постоянно, спрашивают одно и то же. А Алексей очень переживает. Выглядит потерянным, - профессор зажмурился, прижал лицо к плечу, но собравшись, договорил, - боюсь, как раз, Алексей со своей пучиной может и не справиться.
Он договорил, растерянно посмотрел на старика и быстро зашагал прочь. Глаза Чана заблестели. Руководитель Академии стряхнул набежавшие слезинки и погладил кота. Генри, наконец-то, выдохнул.
- Фу, пронесло.
Кот был на грани провала, но, как ему теперь показалось, победа осталась за ним. Он грезил уже о лаврах победителя, однако ситуация вновь кардинально изменилась. Чан поднял кота перед собой, заглянул ему в глаза и проговорил:
- Что ж. Пойдем, узнаем, что там у  вас лаборатории произошло.
Генри выпучил глаза. Он попытался вырваться, но цепкие руки старика мгновенно пресекли попытку к бегству.
- Спокойствие, мой друг. Я лишь убедился в своей правоте. А тебе бояться не стоит. Пока что.
Чан притянул кота к груди и понес его внутрь Академии. Генри зажмурился. Он попался. Карта с Чаном не сыграла. Теперь он был заложником в его руках, а впереди маячила лишь неизвестность. Кот не боялся только потому, что его страх забивал стыд. Ему было жутко стыдно перед своим другом – он не справился. Судьба чипа, а значит, и их судьба теперь  была в руках старика.
- Сам виноват, сам напросился. Вот и идеальный вариант, - проворчал Генри, окончательно смирившись с провалом.

***

Блуждая среди бесконечных улиц, Александр завел дорогущий кабриолет в самый мрачный, как ему показалось, район столицы. Биокиборг поглядывал по сторонам и ощущал не столько тревогу, сколько легкий дискомфорт. Общая атмосфера уныния с какой-то непередаваемой легкостью закралась ему в голову и ни за что не собиралась покидать оплот его мыслей. Не помогало ничего: ни яркие воспоминания, ни мечты о светлом будущем. Всеобщий фатализм, сконцентрированный в этой точке планеты, витал в воздухе. Безысходность здесь приобретала физические очертания. Она имела свой вкус, запах, до нее можно было даже дотронуться.
Безысходность жила в самих небоскребах, которые здесь выглядели особенно удручающе. Улицы напоминали безжизненные постапокалиптические пейзажи. Целые сектора зданий были выгоревшими, разграбленными. Пешеходные переходы между многими зданиями не работали, навсегда замерев в выдвинутом положении.  Целый квартал уподоблялся полю боевых действий. Казалось, именно здесь находился некий плацдарм, который, по непонятным причинам, был нужен всем. Отчего он и страдал больше всего. Настоящий мертвый город. Этот район не зря окрестили Некрополем.
В воздухе смешивался запах алкоголя, курительных смесей, чего-то протухшего и забродившего. Все это концентрировалось во рту, придавая слюне отвратительно горьковатый привкус.
На фоне такой обреченности, кабриолет,  равный по стоимости половине небоскребов улицы, был не то что белой вороной, а настоящим бельмом на глазу. Александр это понимал и стремился поскорее избавиться от слишком приметной игрушки миллионеров.
Катерина знала город как свои пять пальцев и блестяще справлялась с ролью штурмана. Она вывела их из хорошо просматриваемых камерами районов в этот, почти, вымерший квартал и теперь советовала Александру место, где им удобней было бы приземлиться:
- Давай к соседнему дому. Бросим кабриолет там. Мы почти у цели, но лучше не светиться. Дойдем пешком.
- Нас здесь точно не засекут камеры?
- Саша, если в квартале у Кросса еще как-то обеспечивается порядок полицией, то сюда власти просто бояться заходить. Да доступ сюда открытый, но в пограничных с районом домах постоянно дежурят небольшие армии. Здесь сама смерть бродит по улицам. Мертвый город. Я же говорю «Некрополь». И камер здесь нет вообще. Можешь не искать.
- Удобно ж твой хакер устроился.
- Поверь, в другом месте он бы не смог совершать то, что делает здесь.
- Неужели властям все равно?
- Абсолютно. Им проще сравнять здесь все с землей, благо окраина, чем восстанавливать что-то. Но они этого делать попросту не будут. Им выгодно держать такие районы. Маргиналы, люди недовольные властью, самые опасные преступники, все здесь. И не мешают им жить там. Это такая открытая тюрьма. Все под надзором.
- Под каким надзором? Ты же говоришь, что здесь ничего нет.
- Здесь даже у стен есть уши.
- А как же мы?
- Мы же тут не останемся. Сделаем тебя гражданином, снимем требование поиска системы и все – ты свободен как вольная птица. Главное не попадаться.
Александр нахмурился. Мысленно он уже приготовился к тому, что легкой прогулки снова не будет. Спина напряглась в предвкушении очередных приключений. Рука на автомате нащупала пистолет. Александр заставил себя расслабиться и откинулся на спинку кресла. Готовься, не готовься, а все предугадать невозможно. Оставалось уповать на изрядно подкопленный в последнее время опыт, его физические и умственные данные.
Биокиборг направил аэромобиль в помещение, когда-то использовавшееся под паркинг. Среди рядов испепеленной техники, которую даже никто не удосужился убрать после пожара, порой проскакивали почти убитые, но еще функционирующие аэромобили.  Если бы не свет улицы и фар темнота бы здесь царила непроглядная. Впрочем, Александру это нисколько не мешало. Он видел даже в кромешной тьме, инфракрасный диапазон зрения нивелировал все проблемы со светом.
Флайкар приземлился на свободном месте совсем рядом от дверей к центральному коридору небоскреба. Александр погасил фары и заглушил двигатели. Он прислушался, но ему ответила только тишина. Пронизывающая, пробирающая до костей своим страхом тишина.  Лишь изредка она сменялась воем холодного ветра и шелестом мелкого мусора. Паркинг был безлюден, иначе в такой тишине биокиборг кого-то, да однозначно услышал бы. Ни один человек на свете, даже притаившись, не смог бы действовать столь бесшумно. Сразу отлегло. Хотя бы какое-то время они могли провести в тишине и спокойствии.
Катерине понадобилось время, чтобы адаптироваться к темноте. Слабое уличное освещение с трудом добиралось вглубь паркинга, но оно позволило девушке начать различать хотя бы очертания предметов.
- А что с этим? - махнула она головой в сторону хозяина аэромобиля.
Александр пожал плечами.
- Если честно мне как-то безразлично. Сможет улететь – пускай улетает.
Ему было действительно безразлично. После рассказа Катерины он не испытывал ни чувства вины перед этим человеком, ни беспокойства за его дальнейшую судьбу.
- Я согласна, - поддержала его девушка, - пусть увидит мир вне его иллюзий.
Александр собрал вещи и вышел из аэромобиля. В его рюкзаке по-прежнему находились бомба с пультом и баллончики с С-100. У него и у Катерины оставались пистолеты, но количество зарядов в их обоймах приближалось к нулю. Запасы оружия выглядели несолидно для их неоконченной истории, тянувшейся еще со времени побега из лаборатории. На каком этапе эта история находилась сейчас, Александр не имел ни малейшего представления. Одно было понятно, ее окончание – перспектива туманная, и с этим приходилось мириться. Ведь он даже не знал всех своих противников, чтобы раз и навсегда поставить в противостоянии точку и постараться  при этом остаться в живых.
Биокиборг уверенно шел вперед, прекрасно разбирая дорогу, и удивлялся тому, как ловко Катерина справлялась с проблемой человеческого зрения. Она  бесподобно ориентировалась в темноте, царившей в коридорах, еще и подсказывала ему, куда требовалось свернуть.
- Здесь идем к лестнице, - в очередной раз подсказала Дворжакова.
- У тебя зрение кошки или эти лабиринты тебе так знакомы?
- Скажем так, я много раз обращалась к этому хакеру и неплохо запомнила путь.
Лестница встретила их недоброжелательным абсолютно непроглядным мраком.
- Все вот здесь  я точно оставлю свою храбрость на потом, - Катерина напрягалась, не в состоянии увидеть что-либо дальше своего носа.
- Давай помогу?
- Как?
Девушка не успела договорить, как Александр с присущей ему легкостью подхватил её рукой за талию и понес над ступенями.  Она хотела, было, воспротивиться, но быстро передумала, осторожно, но с большим удовольствием обхватив биокиборга за шею.
- Удобно?
Катерина повернулась в направлении его голоса и, улыбнувшись, представила лицо Александра. Она почувствовала себя совсем маленькой и беззащитной, но вовремя оказавшейся в надежных и сильных руках. От таких мыслей  какое-то магическое тепло стало волной растекаться из груди до самых кончиков ее пальцев. Девушка на мгновение зажмурилась и совсем тихо произнесла:
- Очень. А ты все-все видишь?
- Да, инфракрасный диапазон прекрасно справляется.
- И что ты видишь?
- Как ты пытаешься меня рассмотреть.
Катерина покраснела, но глаз не отвела.
- Да нет, я о лестнице, - улыбнулась она.
- Поднимаемся на восьмидесятый этаж.
- На следующем нам надо выйти на улицу. Тебе не тяжело?
- Если бы нес троих, я, наверно, задумался о том, что мне неудобно.  А так – нет, не тяжело.
Девушку окрылило. Она вдруг и вовсе осмелела: положила голову  ему на плечо. Её одолело спокойствие, захотелось закрыть глаза и уснуть на его руках. Хотелось остановить время  и насладиться этим мгновением  дольше. В прочем, Катерину очень скоро настигло сильное разочарование. В непроглядных лестничных пролетах она стала различать силуэты стен и дверные проемы.
- Все!? - вырвался у нее не столько вопрос, сколько сожаление.
- Пожалуй, - Александр опустил Катерину на ноги, продолжая придерживать её рукой за талию.
Он заглянул  девушке в глаза,  как всегда не без интереса. Она пыталась найти его взгляд в темноте и уже встала на носочки, чтобы потянуться к нему. Но Александр резко покрутил головой по сторонам, убрал руку и молча, бесцеремонно, отодвинув её мощным торсом, пошел вперед.
- Нам туда.
Катерина чуть не поперхнулась от досады. Дыхание замерло. Она вспомнила все обидные слова, которые знала, и про себя адресовала их Александру. Его недальновидности и несообразительности досталось в первую очередь. Хотя именно это и пошло девушке на пользу.  Эмоции сошли на «нет», сменившись обидой за неоправданные ожидания.
- Глупая машина, - вырвалось у нее шепотом.
Александр, хоть и был кибернетическим организмом, с «машиной» себя никак не ассоциировал, поэтому, услышав реплику, не придал ей особого значения. А Катерина, закусив губу, как маленькая обиженная девочка, бросилась догонять столь нерадивое для нее создание.
Они вышли на пешеходную дорожку. Улицы вновь встретили их  неприветливостью своих пейзажей. Некрополь в утреннее время напоминал место техногенной катастрофы. Брошенные и осунувшиеся дома. Безлюдье. Какой-нибудь заброшенный погост и тот, наверно, вселял в людей больше оптимизма. Атмосфера царила и без того тяжелая, а тут биокиборгу стало казаться, что за ними кто-то наблюдал. И хотя биочип говорил об обратном, Александр чувствовал надвигающуюся, совсем человеческую тревогу.
- Нам туда! - указала Катерина на переход, - мой знакомый живет в соседнем небоскребе.
Девушка рванула с места, как заправский спринтер. Александр в очередной раз поразился все открывающимся способностям своей спутницы: психолог, стреляет как снайпер, бегает как атлет. Что у нее еще в запасе?
Дистанция между ними начала стремительно увеличиваться. Девушка как-то уж очень быстро оказалась на другой стороне перехода. На лице Александра так и застыло одобрительное «неплохо». Но он быстро отбросил все восхищенные мысли в сторону и молнией помчался следом. Ему не составило труда догнать Катерину, но биочип в очередной раз отметил высокую спортивную подготовку девушки, сославшись на высокие затраты энергии и ускорившийся пульс даже  биокибернетического организма.
- Теперь понятно, почему я у тебя тест завалил, - проговорил Александр и, едва добежав до нее, сделал вид, что изрядно запыхался.
- Почему?
- Да ты, видимо, пропускала занятия по предметам, чтобы хорошо научиться стрелять и бегать. Психолог, видимо, из тебя никакой, - улыбнулся биокиборг.
Было заметно, что Катерина смутилась, но, как и всегда, она смогла быстро, а главное очень ловко выкрутиться:
- Неспешные прогулки по Некрополю – занятие не благодарное. А провал теста – это только твоя заслуга. Теперь-то я понимаю, что ты нарочно его заваливал, но факт остается фактом. А, что касается меня, я все успевала делать. И учиться, и бегать, и стрелять. А ты, видимо, прогуливал беговые тренировки.
- Почему это?
- Пробежал всего ничего и запыхался, а еще биокиборг.
Александр перестал «страдать» отдышкой и подмигнул девушке. Катерина дружески нахмурилась.
- Ошиблась. Значит, курсы актерского мастерства тоже входили в программу обучения? Или ты самостоятельно все освоил?
- Самостоятельно.
- Плачет по тебе «золотой Сатурн».
- Что еще за Сатурн?
- Самая престижная награда в кинематографе.
- Сатурн? Немного ли? - раздался суровый голос со стороны небоскреба.
С лазерной винтовкой в руках из ближайшего входа в небоскреб вышел бородатый мужчина с черной, как у пирата,  повязкой на глазу. Александр даже не пошевелился. Биокиборг был готов к любому повороту событий и относительно этого прибывал в абсолютном спокойствии. Пугало другое – его появления он не услышал.
Александр посмотрел на бородача исподлобья, оценивая степень исходившей от незнакомца угрозы. Значит, предчувствие не обмануло – за ними и правда следили.
- Главную награду года захотел? - продолжил мужчина, двигаясь неспешной, чуть хромающей походкой, - за такую паршивую игру?
Катерина, как будто обидевшись, очень недружелюбно среагировала:
- Тоже мне тут кинокритик нашелся. Тебе чего, мужик, надо?
Александр молчал, предоставив девушке полное право высказаться. Он продолжал изучать незнакомца. В голове, как назойливый комар, крутился один единственный вопрос: как в такой тишине он не смог расслышать приближение человека?
Бородач злобно сплюнул и, показательно активировав винтовку, улыбнулся гнилыми зубами. Смрадный запах изо рта ударил в чувствительный нос биокиборга. Александр поморщился и направил на мужчину свой пистолет. Церемониться с незнакомцем он не собирался. Палец потянулся к курку, любое неосторожное движение бородача, и биокиборг не промахнулся бы.
- Я б не стал нам угрожать, - как можно миролюбивей проговорил Александр, - просто отойди, нам нужно пройти. Мы не хотим неприятностей.
- Ха, а то что? - захрипел он и откашлял,  - застрелишь меня?
- Как бы да, - удивился биокиборг наивному вопросу своего оппонента.
- А так?
Бородач щелкнул пальцами, и из всех щелей, как тараканы, на улицу высыпались, ежась в утренней прохладе, его сообщники. Они зашумели, перезаряжая и активируя оружие.
Александр сделал шаг вперед, заслонив Катерину своей спиной, но оружие так и не опустил.
- Не дури, сынок, пойдем с нами.
Бородач  торжествующе скалился, с наслаждением наблюдая за раздумьями своей жертвы. Александр бегло пробежался по его сообщникам и насчитал, как минимум две дюжины головорезов. Противник был очень хорошо вооружен. Лазерные винтовки, скорострельные пехотные ракетницы, классические стрелковые автоматы. Шансы на удачное сопротивление были не велики. Здравые мысли подгонялись обстоятельствами. Кратковременная капитуляция – всего лишь тактический ход, бравада в таком деле ни к чему. Зато сколько выгоды. Биочип мог всегда подсказать наступление более комфортной для должного ответа ситуации. Александр верил в это, как и в то, что каменные городские джунгли не могли похоронить его на пути к столь желанной свободе – не то место, не то время для его исхода.
- Не заставляй нас идти на крайние меры. Бросай оружие, - крикнул кто-то из толпы.
Александр нехотя бросил пистолет и поднял руки. Сзади послышался едва уловимый возглас Катерины:
- Что ты делаешь?
- У нас нет выбора.
- Но…
- Никаких «но». Бросай.
Катерина вынырнула из-за его спины и тоже выбросила оружие. Бородач расслабился и позволил себе опустить винтовку.
- Хорошо. Идите вперед.
Александр и Катерина повиновались, а предводитель бандитов, дождавшись, когда пленники пройдут мимо, последовал строго за ними, готовый пресечь любую попытку к бегству. На его лице было столько решительности, что, сделай кто лишнее движение, бородач, не разбираясь, высадил бы в того всю обойму.  Уже у дверей небоскреба, куда бандиты вели своих жертв, он в окружении своих подельников надменно посмотрел на  пленников – что мог сделать ему безоружный раб,  и, как хозяин, положения заговорил:
- Слава о вас по всему городу уже ходит. Начудили у Кросса, потом в богатом квартале. Шлейф тянется за вами большой. И цена очень большая за ваши физиономии назначена. А за содержимое ваших карманов и подавно. Правда, ребята?
Бандиты весело загоготали, соглашаясь со своим предводителем. Но бородач вдруг состроил гримасу, и вся банда в одно мгновение поспешила стереть со своих лиц довольные ухмылки. Единственный глаз зашелся недобрым огоньком – намеренья его были самыми серьезными.
- Внутрь, - кивнул главарь пленникам.
Александра и Катерину бесцеремонно затолкали в помещение. И тут биочип начал настойчиво сигнализировать. Момент для освобождения был самый, что ни на есть подходящий. Биокиборг задумался, совершая в голове миллиарды ежесекундных расчетов. Он выглядел очень отрешенно, и как показалось бородачу, подавленно. Бандит даже сжалился и проговорил:
- Вы уж не обессудьте. В нашем мире, где все продается и покупается, не может идти речь о чем-то высоком, но могу точно пообещать, что если вы не совершите глупости, то я готов сохранить ваши жизни. По крайней мере, до тех пор, пока вы будете в моей власти.
Александра едва не вывернуло от тошнотворной речи мерзавца. Его слова были как дежавю. Все это он уже проходил у Кросса. Еще один торгаш, еще один философ с речами о несправедливости бытия, о коварстве человеческих отношений, и еще один главарь толпы маргиналов, бандитов и прочей человеческой нечисти. Александр нарочито рассмеялся.
- Что не так? - нахмурился бандит.
- Да, нет, все так. Просто был тут один подобный тебе персонаж. Так его я пощадил, тебя едва ли.
В его взгляде читались и уверенность в своих словах, и сочувствие к главарю шайки. Такие глаза не врали, но откуда это было знать самовлюбленному головорезу.
- Персонаж? Пощадил? - мгновенно рассвирепел бандит, залившись гневной краской.
Он взял винтовку и прикладом со всей силы ударил пленника под дых – никто не смел с ним говорить в таком тоне. Оружие отскочило как от стенки, а биочип даже не среагировал на этот удар. Александр издевательски улыбнулся.
- Скажи мне только напоследок, как так случилось, что вас не было слышно? У меня очень хороший слух.
Бандит опешил, беглым взглядом оценил свою винтовку, добрую силу в руках, пресс пленника и к своему удивлению ответил:
- Обувь специальная, краденная со склада АБК. Она все шумы поглощает, - робко дал он комментарий, не обращая внимания на переглянувшихся в недоумении подельников – с шефом что-то происходило.
- Хорошо, но ты умрешь первый, - замогильным голосом проговорил биокиборг.
На лбу предводителя задергалась жилка. Бандит вздрогнул и нервно сглотнул. В его мозгу слишком поздно промелькнула здравая мысль о том, что его пленник мог быть чрезвычайно опасным противником.
Банда зашумела. Подельникам бородача никогда прежде не доводилось видеть своего предводителя, тертого жизнью калача, в таком положении. За унижение спрос у них был строгий. Но именно такой реакции и добивался Александр.
Неодобрительный гул привел бородача в чувство. Он зарычал и в бешенстве стал бить биокиборга снова и снова. Но его пленнику, казалось, было все равно. Александр, слегка покачиваясь под ударами, разглядывал комнату: ряды колонн, некогда украшавшие только выстроенное здание, и полумрак прекрасно вписывались в план его освобождения.
Бандит бил, а на смену его бешенству возвращался страх. Кто же был перед ним? Что за монстр? Ни один человек не выдержал бы и пары таких ударов. Бородач был крепышом, как минимум. Природа не обделила его силой и богатырским здоровьем. За этого его уважали и побаивались. Но с пленником он почувствовал себя юношей-максималистом, который решил показать свою удаль в борьбе с непобедимым чемпионом. Страх перерос в настоящий ужас, когда пленник крепко вцепился в его винтовку и рванул оружие на себя. Пальцы головореза предательски скользнули по металлу и остались не с чем.
Движения Александра были настолько быстры, что те бандиты, которые сумели разместиться внутри небоскреба вместе бородачом, не поняли, что произошло. То их грозный предводитель истязал зарвавшегося пленника, то  вдруг винтовка оказалась в руках незнакомца.
- За колонну, - скомандовал Александр Катерине.
Девушка нырнула в полумрак, а биокиборг первым же выстрелом в упор сразил незадачливого бородача. Бандит завалился на пол, а в единственном уцелевшем  его глазе застыло предсмертное удивление.
Александр расчетливо расстрелял бандитов у двери, раскроил прикладом череп кому-то поблизости и последовал за своей спутницей. Зазвучали выстрелы, и монументальная  с виду колонна начала крошиться на мелкие обломки. За секунду она стала напоминать яблочный огрызок. Но дело было сделано, Александр, словно загнанный зверь, вырвался из клетки, что снизило шансы  бандитов на выживание до ничтожно малых. Не будите лихо, а, если разбудили, бегите.
Биокиборг посмотрел на Катерину и предупредил:
- Сейчас посидим без света, а ты беги дальше от толпы.
Один за другим стали взрываться тусклые фонари освещения, погружая помещение в непроглядную тьму. Человеческий глаз превратились в абсолютно бесполезный орган – хоть коли. Слепота стала пугающей. Головорезы сосредоточенно всматривались в темноту, недоуменно останавливая свой взгляд на едва различимых силуэтах товарищей.
Замелькали вспышки. Раздались крики. Трое упали на пол. Разгневанные бандиты открыли огонь в том направлении, откуда прилетели лазерные лучи. На мгновение все смолкло, и тут же вспыхнуло, теперь справа. Банда  не досчиталась еще троих. Ответный огонь стал напоминать акт отчаяния. Выстрелы их были хаотичны, растерянные люди стреляли на отбой, порой попадая друг в друга.
- Не стрелять. Сгруппироваться. Поодиночке не стоять, - зазвучал голос нового лидера, кто-то взял на себя смелость вести людей за собой, - обследовать каждый сантиметр зала.
 Александр обошел  банду сзади. На крики и выстрелы сбежались все головорезы этого небоскреба. С других уровней, с соседних комнат спешило подкрепление. Вспыхнуло несколько фонарей. Они сбились в небольшие группы и стали очень медленно осматривать помещение, сантиметр за сантиметром.
 Александр стоял и смотрел на них, выжидая. Он насчитал всего пятнадцать оставшихся в строю человек. Видимо, вся банда была в сборе – для биокиборга пятиминутное дело.
Он бесшумно подобрался к одному из бандитов и резким движением руки ударил его головой  о колонну. Бедняга даже не пикнул. Его ослабленное тело стало валиться на пол. Александр, стараясь не шуметь, подхватил бандита и аккуратно опустил его на пол. Рука стала липкой. Он нащупал на голове противника рану. Кровь сочилась, но повреждения были не смертельными. Бандиту повезло, ему подарили шанс, как минимум, задуматься о своей жизни.
Александр не стремился убивать, но и церемониться он больше ни с кем не хотел. Биокиборг быстро освоил законы выживания и больше не желал становиться доступной мишенью для своих охотников. Беззвучно он подкрался к еще трем бандитам.  Сверкнуло лезвие ножа. Первый противник схватился за горло, шейные позвонки второго звонко хрустнули в тишине. Они почти одновременно рухнули на пол, так все стремительно произошло. Третий бандит обернулся на шум, но крепкая рука тут же сжала его шею, придавила к колонне и подняла вверх.
- Еще кто-то есть из банды в здании?
- Нет, все здесь, - засипел, ополоумевший от страха, головорез.
Александр оглушил его хлестким ударом по голове. Потерявший сознание бандит сполз  вниз. Биокиборг не сомневался, что придя в себя, тот обязательно поведает всем своим знакомым о произошедших в Некрополе событиях. Это было на руку Александру. Лучшая реклама жизни – страх в голосе человека, видевшего смерть.
- Где шум? - раздалось совсем рядом, - Чарли, Иван, Пьер!
Не дождавшись ответа, новопровозглашенный лидер банды скомандовал:
- Огонь!!!
Там, где минутами ранее стояла троица, засверкали лазерные лучи. Яркий свет вырвал из темноты силуэты их тел.
- На полу, - крикнул кто-то.
Бандиты поспешили к товарищам. Александр стоял совсем рядом, видел их всех. Одиннадцать человек, как на ладони.
- Иван жив, - крикнул бандит, нащупавший пульс у оглушенного биокиборгом головореза.
- Что за чертовщина? Кто он? - заверещал другой и обратился к вожаку, - Фил, давай сбежим. Награда наградой, но мы не подписывались на поимку дьявола.
Вскрикнул бандит, который стоял чуть дальше своих подельников. Александр подкрался к нему, надавил на шею, а обессиленное тело утащил за собой. В биокиборге проснулся азарт хищника. Он загнал жертву и теперь игрался с ней. Победа была у него в кармане. Осталось дождаться скорой капитуляции.
- А-а-а, - уже от бессилия закричал главарь и вновь открыл огонь в пустоту.
Бандиты тяжело дышали и смотрели на предводителя с нескрываемой надеждой, жить хотелось всем. Он чувствовал их умоляющие взгляды, но не знал, как поступить. Вернее знал, но боялся признаться себе в трусости. Винтовка будто с неохотой прекратила стрелять. Бандит выругался и  в сердцах сплюнул на пол.
В этот момент банда лишилась еще одного члена. Александр вновь обошел их и «выключил» очередного счастливчика. Биокиборг выжидал. Крови пролилось слишком много, бандиты должны были дрогнуть. Он был готов отпустить их с миром.
- А-а-а, - завизжал кто-то, - здесь Хавьер лежит.
Бандиты обнаружили своего товарища и почти хором взвыли:
- Фил, останови это.
- Фил, спаси нас.
- Фил...
- Молчать, - заорал неконтролирующий ситуацию голос.
Фил и сам дрожал, как промокший лист на ветру. Ему никогда в жизни не было так страшно, лишь остатки гордости мешали заговорить о своем страхе вслух. Новый вожак, нервничал, бегал незрячими глазами по темноте. Наконец, он не выдержал и закричал:
- Хорошо. Мы вас отпускаем.
Бандит не узнал своего голоса. Он дрогнул, и мгновенно осип. Ему в ответ донесся смех.
- Отпускаете? Нас? А может, это мы вас отпустим? И оставим в живых? А? Что скажешь, Фил?
- Фил! Ты что. Какой отпускаем. Проси пощады, - послышался чей-то обезумевший от страха шепот.
 Александр продолжил:
- Да-да, Фил. Твой коллега прав. Его я точно оставлю в живых. Страх вразумил его. А вот с тобой надо подумать.
Главарь дрогнул. Зуб не попадал на зуб. Сил не хватало заговорить, но он выдавил из себя очень быстро, боясь, что Александр мог и передумать:
- Хорошо. Пощади нас. Прости, мы не знали, что с вами лучше не связываться.
Повисла зловещая тишина. 
- То есть вы признаете, что были не правы? - нарушил молчание Александр.
Не дожидаясь ответа старшего, бандиты хором завопили:
- Да!!!
Кто-то, не выдержав, всхлипнул и жалобно потянул:
- П-о-ж-а-л-у-й-с-т-а отпусти! 
Александр снова выдержал паузу, довольствуясь ролью хозяина положения.
- И вы обещаете стать на путь истинный? Перестать заниматься разбоем?
- Да! Да! Обещаем, - закричали бандиты наперебой.
- Хорошо. Тогда сложите все оружие, что у вас есть перед собой в одну кучу. Все запасные обоймы, гранаты, ножи. Все. Отойдите потом от нее на пять шагов, лягте на пол. И держите руки за головой, чтобы я видел.
Морально уничтоженные, но выжившие члены банды бросились выполнять наказ. Никто не хотел разделить участь лежавших на полу товарищей.  Биокиборг дождался, пока последний бандит не оказался на полу, и отправился к Катерине. Девушка сидела у одной из колонн и растеряно смотрела по сторонам, не в силах увидеть что-либо.
- Ты как? - прошептал он ей.
Она вздрогнула, но улыбнулась его голосу.
- Отлично. Наслаждаюсь устроенным тобой концертом. Даже не успела испугаться.
- Вот и славно. Сейчас пойдем дальше.
Александр помог девушке подняться. Они подошли к сложенному бандой оружию.
- Видишь что-нибудь?
- Немного.
- Возьми себе пистолет, пару запасных обойм, нож. Крупное оружие не бери. Нам еще в город выбираться.
Катерина выбрала себе пистолет, рассовала по карманам обоймы и спрятала небольшой лазерный нож. Александр прищурился, наблюдая за ней. Свыкнувшись с ее профессионализмом в обращении с оружием, он больше не удивлялся её умелым действиям, скорее просто любовался. Женская красота в сочетании со смертоносными игрушками одновременно и пугала, и притягивала к себе. Катерина напоминала изящную пантеру: её грацией можно было наслаждаться, но для собственной безопасности это стоило делать лишь на почтительном от нее расстоянии и желательно за бронированным стеклом.
Александр выбрал себе полюбившийся ему ПМЛ-900 и скорострельный «Фастер», уложил в рюкзак десяток запасных обойм, два ножа и гранаты – опыт показывал, что все пригодится. Он обстоятельно и неторопливо закрыл набухший рюкзак, закинул его за спину и подошел к лежавшим рядом бандитам. Его интересовала их обувь. Бесшумная обувь.
- Снимай ботинки, - скомандовал он бандиту, у которого обнаружился его размер ноги.
Трясущимися руками бедняга с трудом стянул туго зашнурованные ботинки. Биокиборг  примерил их, постучал пяткой по полу.  Даже его превосходный слух не смог уловить ни единого звука. Вот так история, о такой амуниции Александр не слышал. Обновкой он остался доволен.
Биокиборг пробежался взглядом по остальным головорезам.
- Ты тоже снимай, - он пнул бандита с самой маленькой ступней.
«Разув» его Александр вернулся к девушке.
- Переобуйся.
Едва Катерина успела зашнуровать новую обувь, Александр нетерпеливо спросил:
- Готова?
- Да.
- Тогда пошли, - заметив, распластавшегося на полу бородача биокиборг печально закивал головой, - вот и все, персонаж. А ты не поверил.
Он пропустил Катерину вперед, все-таки девушка показывала ему путь, неспешным шагом пошел вслед за ней и заговорил, стараясь, сделать свой голос, как можно более зловещим:
- Не вставайте раньше, чем через десять минут. Не преследуйте нас. Не попадайтесь у нас на пути. В следующий раз не пощажу. Я запомнил лицо каждого из вас. И я не люблю шутить.
От этих слов бандитов пробил озноб. Александр готов был поспорить, что слышал нервное дыхание каждого из них. Кто-то молился, кто-то шептал неразборчивые слова, а кто-то и вовсе скулил. Они жаждали, чтобы это безумие скорее закончилось. К их радости силуэты самых страшных людей в их жизни полностью растворились в темноте.
Александр не держал на них зла. Возможно, он даже сочувствовал им. Он размышлял, что, если после пережитого, хоть один из бандитов решится поменять что-то в своей жизни, то он поступил правильно, предоставив им второй шанс.
Биокиборг и его спутница продолжили свой долгий ставший утомительным путь. Катерина, пробравшись к освещенному коридору, уверенно повела Александра по тусклым лабиринтам небоскреба. Она точно знала куда идти.  Несколько раз им пришлось спускаться по лестнице и натыкаться на заваленные проходы. Бандитские разборки накладывали свой отпечаток на местную архитектуру. От мощных взрывов были проломлены межэтажные перекрытия, стены. Их обломки в лучшем случае затрудняли движение, а порой и вовсе преграждали путь. Катерина в таких случаях тут же меняла направление, пробираясь где-то сквозь пробитые в стенах дыры, где-то поднимаясь по обломкам на этаж выше, но это к удивлению Александра всегда давало результат. Спустя какие-то метры путь вновь оказывался свободен. Биокиборг неспешно запоминал каждое хитросплетение  выбранного маршрута. Даже через десятилетия при необходимости биочип смог бы воспроизвести весь путь по памяти. Уж на память то Александру было явно грех жаловаться.
Их движению воспрепятствовал очередной завал. Катерина замерла. Она находилась в растерянности. Девушка посмотрела по сторонам, но путей обхода заметить не смогла. На её лице читалось как минимум разочарование.
- Пришли? - спросил Александр
Катерина раздраженно развела руки в сторону – она не это ожидала здесь увидеть:
- Тут все так быстро меняется. Это просто ужас. Здесь однозначно был проход.
- Был да сплыл, - задумчиво потянул биокиборг.
Внешний осмотр завала дал кое-какую пищу для размышлений. Его создали нарочно. Без взрывов, стрельбы и прочих аналогичных причин. Александр был в этом уверен. Слишком все было основательно сделано. Преграда напоминала не завал, а настоящую баррикаду. Строительный мусор, бетонные части стен были перемещены сюда из других мест. Стены и потолки здесь по-прежнему оставались целыми.
- А другой путь есть?
- Нет.
- Я так и думал.
Биокиборг прошелся вдоль стены и внимательно ее осмотрел. Он призадумался.
- А как же твой хакер выбирается отсюда?
Катерина лишь пожала плечами. Александр провел рукой по небольшому участку стены, который немного отличался от всей поверхности по цвету. На посеревшей каменной штукатурке он выглядел немного темнее. Биокиборг потер шершавую поверхность, сравнивая и светлую, и темную её части.
- Что там? - заинтересовалась Катерина.
- Гипсово-цементный раствор с моментальным отвердителем. Участок свежий, сделан наспех. Что там за стеной?
- Коридор, мы должны были бы там пройти, это совсем рядом с жилищем моего знакомого.
Александр постучал кулаком – стена гулко отозвалась.
- Я так и думал.
Почти без замаха он ударил, что было силы. Кулак проломил стену, и рука нырнула по локоть в пустоту. Александр заулыбался. Катерина радостно запрыгала.
- Ах, Габриель, ах, хитрец. Забаррикадировался.
Биокиборг внимательно осмотрел проломленный участок:
 - Обычная деревянная плита.
- Обычная? - удивилась девушка, - да я первый раз вижу, как человек кулаком пробивает почти пятнадцать сантиметров перегородки.
Александр не особо обрадовался такой похвале. Её слова лишь подчеркнули различия биокиборга и любого, кто его окружал. Вроде бы пустые звуки, а по факту обидные уколы – мол, биокиборг же, не человек.
Он, хмурясь, стал вырывать куски плиты руками, пока в стене не  образовался сносный для прохода проем. Катерина не дожидаясь приглашения, нырнула под его рукой и растворилась в неосвещенном коридоре. Биочип перестроил зрение под комфортный диапазон, и Александр рассмотрел довольную ухмылку девушки.
- Саша иди сюда, мы на месте.
С трудом протиснувшись сквозь узкий лаз, биокиборг подошел к девушке. Перед ними непроходимой стеной стояла тяжелая могучая дверь.
- Все, пришли.
Довольные глаза Катерины заблестели. Александр оценил последнее препятствие.
- Такую точно не сломаю кулаком.
- Зачем? Терминал же есть!
Отголосок цивилизации, дверной терминал, слабо светился потускневшим, запачканным изнутри экраном. Катерина подбежала  к нему и нажала на кнопку вызова. Терминал сначала потемнел, но постепенно на нем стали проявляться черты незнакомого лица. Лицо было крупным, но выглядело оно немного по-детски, смешным и даже забавным. По мощной шее, Александр понял, что заблуждался насчет знакомого Катерины. В хакере угадывался, как минимум, двухметровый великан. Убийца с лицом младенца, не иначе. Он был явно крупнее биокиборга. И уже, поэтому Александр видел в нем опасность. По незнанию или глупости великан  мог ошибочно посчитать себя сильнее биокиборга.
Лицо знакомца Катерины оставалось суровым до тех пор, пока он не рассмотрел свою гостью. Видимо, терминал тоже работал в тепловом диапазоне. Александр старался не попадать в поле зрения его камеры. Хакер, не заметив ничего подозрительного, добродушно  расплылся в улыбке и стал напоминать настоящего ребенка. Впрочем, его голос сразу же убил желание проводить подобные параллели.
- Кэ-э-э-т, сколько лет. Уже открываю, - прорычал он низким тягучим голосом.
Здоровяк потянулся куда-то, но вдруг остановился и нахмурился.
 - Подожди, а кто с тобой?
Александр посмотрел по потолок – камера в терминале оказалась не единственным средством наблюдения за входной группой. Чтобы не нагнетать напряжение, биокиборг подошел к Катерине и приветливо, насколько мог это сделать грозный, пышущий силой человек, махнул рукой. Девушка тут же представила его хакеру:
- Это Алекс. Он – свой.
Великан на секунду замер, смерил биокиборга оценивающим взглядом, по силам противник или нет, и выключил экран. Александр удивленно посмотрел на Катерину.
- Свидание окончено? - с сарказмом спросил он.
Девушка пожала плечами и прислушалась. И не зря. Щелкнул замок, и тяжелая дверь плавно, но очень медленно начала открываться. Свет яркой полосой вырвал застывших на пороге гостей из темноты. Александр стоял, не двигаясь. Он нетерпеливо ожидал появление хозяина убежища. Катерина в это время смотрела на биокиборга и улыбалась, стараясь уязвить его взглядом за ненужный сарказм. Александр старался отвечать взаимностью. Его лицо отражало всё добродушие, которое он мог себе только позволить.  Девушка еще не понимала, что Александр что-то задумал.
На пороге появился здоровяк. Хакер был даже больше, чем его представлял биокиборг. Настоящий титан. Два кулака-молота. Один удар, и ты считаешь звезды, два удара – и считать уже нечего. Плечи были не просто широкие, они не могли уместиться в глазах. Чтобы охватить их взглядом, нужно было, как минимум сделать шаг назад. Шея великана была под стать плечам, как у буйвола. Такая, что и втроем не обхватишь. Биочип посоветовал действовать без раздумий.
- Привет, - Катерина вскинула руки для объятий, но не успела.
Александр сделал шаг вперед, одобряюще оценил груду проступающих сквозь свободную одежду мышц великана и наотмашь ударил его в нос. Глаза хакера удивленно застыли в одной точке, словно говоря, как так-то, с одного-то удара, и закатились, он закачался и с грохотом, напомнившим разорвавшуюся гранату, рухнул на пол. Александр, нисколько не претворяясь, потряс слегка отбитую руку.
- Большой шкаф громко падает, - посмотрел он на отключившегося хакера.
Ему стоило больших усилий правильно рассчитать удар, смягчить, где надо свою силу, чтобы не причинить великану большого вреда. Катерина, однако, вовсе не оценила стараний биокиборга. От увиденного побоища она взвыла:
- Ты, что из ума выжил? Он же мой друг!
- Да нисколько. Просто за нас назначили такой солидный гонорар, что теперь я не могу доверять вообще никому.
Катерина, порываясь еще что-то сказать, тут же прикусила губу. Александр был прав. И не прав одновременно. У ног лежал без сознания ее друг, а она не нашла ничего лучше, чем спросить:
- И мне?
- Да даже себе! - парировал всяческие расспросы Александр.
Он забросил здоровяка на плечи, от чего его колени слегка подсели, и потащил его внутрь. Впервые со времен лабораторных тестов биокиборг почувствовал напряжение от поднимаемой тяжести. Уважения к хакеру прибавилось значительно. Александр даже подумал об извинениях, но решил отложить их на потом.
- Закрывай двери, - скомандовал он Катерине.
Девушка, давя слезы обиды, с трудом потащила тяжелую дверь. Щелкнул замок. Теперь можно было выдохнуть. Конечно не по сценарию, но они добрались до цели.
Александр донес хакера до огромного кожаного дивана и аккуратно плюхнул  его на мягкую поверхность. Диван был, видимо, сделан специально под хозяина. Не каждый бы  выдержал такую мощь. Но мастера постаралась: набивка подушек лишь слегка примялась под его тяжестью.
Катерина, хоть и была у здоровяка не первый раз, немного удивилась обстановке в логове хакера. Стены жилища он явно усилил бронированными плитами из крепчайших металлических сплавов. Комнаты выглядели сиротливо и бедно, мебели в помещении оказалось совсем немного. Правда, каждый её элемент заслуживал отдельного разговора. И выделялся здесь не только огромный кожаный диван. Хотя, что там и говорить. Он, безусловно, выделялся, но не в первую очередь. А вот, что действительно бросалось в глаза, так это тяжелый исполинский деревянный стол. Казалось, хакер стащил его у викингов из самой Вальхаллы, где славные войны проводили свои пиры. Видимо, вместе со столом оттуда же были украдены еще и стулья. И если для Александра они выглядели лишь немного великоватыми, то для хрупкой Катерины стулья смело могли сойти за небольшую скамью.
Жилище вообще было сделано так, чтобы здоровяк чувствовал себя  максимально комфортно. Все, что попадалось в поле зрения, делалось однозначно больше, крупнее и крепче стандартных аналогов. Это касалось кружек, кухонной утвари, ванны, шкафов и естественно одежды.
Александр независимо от Катерины закончил осмотр логова, обойдя все комнаты. Их было пять: кухня, спальня, кабинет, огромная ванная с таким же туалетом и собственно прихожая, где они и находились. Биокиборг удивился – во всех помещениях не нашлось места окнам  и входным дверям. Совсем. Получалось, что в жилище имелся только один очевидный вход. Хотя, для умного человека это было как минимум неразумно. И  здоровяк, несомненно, относившийся  к умным людям, должен был иметь тайные пути к отступлению. В этом Александр не сомневался, хотя пока и не мог обнаружить скрытый выход из логова. Он подошел к столу и поднял увесистую стеклянную кружку.
- Да, здесь явно можно заработать комплекс неполноценности.
Катерина несколько успокоилась после инцидента в коридоре и ухмыльнулась:
- Скорее он сам борется с ними. А вот стены он странным образом укрепил. Неужели что-то случилось у него? Хотя жизнь в Некрополе заставит и не такое сделать.
- Не могу не согласиться.
Александр набрал на кухне кружку воды и вернулся к дивану. Он нащупал пульс у здоровяка и неожиданно для Катерины плеснул воду ему в лицо.
- Саша! - возмутилась девушка.
Биокиборг недоуменно пожал плечами. Хакер вскочил как ошпаренный, коснулся разбитого носа и, увидев алые пятна на руке, зло посмотрел на своего обидчика. Его глаза налились кровью, он тяжело задышал и стал напоминать охваченного безумием быка. Великан напыжился и рванул с места. Рука биокиборга молниеносно устремилась навстречу. Удар был резким и хлестким, хотя Александр по-прежнему старался действовать без фанатизма. Хакер закатил глаза вновь и плюхнулся обратно на диван. Его нос стал смешно топорщиться в сторону.
- Саша! - вскричала еще сильнее Катерина.
Она покраснела, глубоко вдохнула и приготовилась разразиться гневной тирадой. Её прелестные губы задрожали, подбирая слова. Какой-то безмозглый киборг, с невнятными попытками казаться человеком, уже второй раз калечил её хорошего знакомого. Что он вообще о себе возомнил? Её возмущению не было придела. Однако  Александр оставался невозмутим, и это путало все карты опытного психолога.
- Что я? Ты все видела: он сам на меня бросился, - пожал плечами биокиборг.
- Да потому что ты первый его ударил, - сорвалась на крик девушка.
- Я тебе уже объяснил, почему я это сделал, - Александр был воплощением самого спокойствия.
- Да что объяснил!
Хакер застонал, и Катерина вынужденно замолчала. Она заботливо потянулась к здоровяку, но её аккуратно оттолкнул Александр.
- Позволь я.
От такой наглости девушка и вовсе потеряла дар речи. Глаза обиженно уставились на широченные плечи биокиборга. Александр же  склонился над хакером и показал ему свой увесистый кулак. Великан с трудом сфокусировал взгляд на его руке и тут же вжался в диван. В очередной раз отправляться в нокаут ему явно не хотелось. Он нервно сглотнул и уставился на обидчика.
- Молодец, все понял правильно. А теперь слушай меня внимательно. Ты без резких движений делаешь все, что я тебе скажу. Доходит нормально? - спросил Александр.
Хакер кивнул, и он продолжил:
- Мне нужно, чтобы ты залез в систему видеослежения и убрал нас из списка разыскиваемых. После этого ты должен будешь заполнить мой идентификационный чип данными. Все понятно?
- Да, - робко обронил здоровяк и посмотрел на Катерину.
Девушка не находила себе места. Ей было очень неудобно перед своим другом.
- Прости, Габриель, но делай, что он говорит. Я потом все объясню.
Хакер многозначительно посмотрел на девушку. Его лицо было красноречивей слов – Катерине многое придется объяснить ему. Он встал, боязливо и обиженно озираясь на своего гостя, подошел к столу, вытащил из кармана маленький коробок и нажал на единственную кнопку. Это был портативный компьютер хакера. В центре коробка загорелась маленькая точка. Её свет начал усиливаться, и, в конце концов, над корпусом компьютера появилось голографическое меню.
Удобно устроившись за столом, хакер мимолетом пролистал несколько страниц, коснулся круга с большой буквой «Н» и замер. На голограмме высветились малопонятные символы.
- Сейчас попробую подсоединиться, - прокомментировал он свои действия.
Александр поймал себя на мысли, что этот человек забавлял его. Здоровяк совсем не походил на хакера. Для него хакеры представлялись людьми сродни специалистам из лаборатории. А они хоть и были чрезвычайно сильны умом, зачастую оказывались слабы телом. Сейчас же знакомый Катерины рушил все сложившиеся за долгие годы его лабораторной жизни стереотипы. Хакер сочетал в себе и мощь тела, и силу ума, и, судя по выражению лица, душевную доброту. В глазах добродушного великана совсем  не угадывался предатель. Что-то подсказывало Александру, что в другой жизни они как минимум могли бы поладить. И биокиборгу вдруг стало стыдно. Очень стыдно. Он даже засмущался, но быстро напомнил себе, что на войне как на войне.  Этой истиной Александр решительно заткнул за пояс свою совесть. К тому же все посторонние мысли  в его голове испарились, лишь только на голограмме высветилось сообщение «доступ разрешен».
Хакер пролистал меню системы видеонаблюдения и остановился на графе «розыск». Каталог раскрылся огромным списком фотографий.
Александр присвистнул:
- Ого, сколько врагов у Конфедерации.
Сменившая свой гнев на что-то напоминающее милость, Катерина ответила:
- Есть поговорка: слон мышей боится. Вон и Конфедерация всех потенциальных грызунов пытается заранее переловить.
Габриель заерзал на стуле и не преминул добавить:
- Эта боязнь переросла уже в фобию. Многие невинные люди страдают от нее.
- А ты про нас уже слышал? - вдруг спросил Александр.
Хакер вздрогнул, но честно ответил:
- Да, еще намедни поползли слухи. За вас предлагают немаленькие деньги. Я ж еще и удивился, что Кэтти пожаловала одна, пока на камеры не посмотрел.
Александр торжествующе посмотрел на Катерину, девушка, задрав носик, демонстративно отвернулась. Желание торжествовать улетучилось. Биокиборг понял, что не мог обойтись без извинений. Он с виноватым лицом похлопал хакера по плечу.
- Ты уж извини, я перестраховался. Награда-то большая за нас, вот все с цепи и сорвались.
- Да ничего, все в порядке, - ответил здоровяк, прогнувшись со страха под ладонью биокиборга.
- За последние сутки в нас столько раз стреляли, пытались убить или захватить в плен, что я решил не рисковать. Ты просто очень внушительных размеров, и мало ли что могло зародиться в твоей голове.
Катерина посмотрела с благодарностью, и Александр облегченно выдохнул – этот шаг по минному полю женской логики был безопасным.
 - Габриель, ты, правда, не держи зла на нас. Мы столько пережили, - вступилась уже за своего спутника девушка.
- Конечно, я все понимаю, - участливо заявил хакер и машинально потрогал свой загнутый нос.
Он отсортировал фотографии по важности, и портреты Александра и Катерины высветились под номерами один и два.
- О, да вы знамениты.
- Старались.
Габриель, как виртуозный пианист, побежал по высветившейся на голограмме клавиатуре.
- Я сделаю так, что вы останетесь в списке, но система вас не сможет распознать.
- Это было бы лучше всего.
Крупные пальцы хакера не прекращали перепрыгивать с кнопки на кнопку. На голограмме мелькали буквы, символы, неожиданно сменившиеся черным экраном. Через секунду вновь всплыли фотографии Александра и Катерины.
- Все, готово, - Габриель торжествующе откинулся на спинку стула, отчего она под могучей спиной натужно скрипнула.
Биокиборг все это время не отрывался  от экрана. Все, что для него казалось непонятным, он тщательно запоминал. Биочип распознавал информацию и подготавливал её для последующего использования.  Неожиданно для себя Александр понял, что теперь он и сам мог взломать систему видеослежения. Для этого ему требовался лишь доступ к космонету.
- Ты соединяешься космонетом по беспроводной связи?
- Да, а что?
- Откуда берешь пароли к доступу?
- Подбираю.
- Мне нужен код программы подбора.
Хакер удивленно посмотрел на биокиборга, потом на Катерину. Девушка кивнула, и великан неторопливо отыскал файл с кодом. Александр окинул его взглядом. Биочип проанализировал строчки кода, перевел их в понятные для себя алгоритмы и постучался в космонет. Пароль был подобран, но существенных изменений не произошло. Вдруг голову биокиборга пронзила адская боль. Глаза, борясь с напряжением, закрылись. Его состояние напомнило то, что уже было с ним в лаборатории, когда он снял блокировку с биочипа. Александр вновь прозрел. Хотя прозрением это называлось с трудом. Подобно цунами, в его мозг хлынул такой поток информации, что Александр едва не закричал. Прогнозы погоды, расписание движение транспорта, указы Конфедерации, карты, гигабайты фотографий, новости, бесконечный поток новостей, - все проносилось будто перед глазами.
- Все в порядке? - испугалась Катерина.
Биочип быстро учился пользоваться новой способностью. Поток начал сходить на «нет», и уже по желанию Александр вычленял нужную ему информацию.  Он открыл глаза.
- Да, все в полном порядке. Завтра обещают дождь.
- Ты в космонете?
- Теперь, когда захочу.
- Что, установил себе железку в голову? - усмехнулся здоровяк, - как помещались все встраивать себе электронные приблуды. Один себе глаза поменяет, другой приставку для космонета прямо в мозг встраивает. Вы – психи. В поисках новых впечатлений, комфорта вы начинаете забывать, что вы, прежде всего, люди.
- Расслабься. Твоя тирада не для меня, я и так робот.
Хакер округлил глаза.
- Он говорит правду, - подтвердила слова Александра Катерина, - только он не тот робот, которого ты привык видеть, и не тот киборг, что лишь внешне похож на человека. Он – кибернетический организм нового поколения. Усовершенствованный человек. Я бы сказала зачеловек. Все его ткани были видоизменены, но не заменены. Даже чип в голове имеет биологическое происхождение. Он стал полноценной частью его головного мозга. Перед тобой лучшее из творений человека. Уже потому, что он остался человеком.
Челюсть здоровяка отвисла от удивления. Катерина аккуратно ладонью дружелюбно захлопнула его огромную разинутую пасть.
- Биокиборг? Нет, это фантастика? Не может быть!
Великан поднялся и замер перед Александром. Удивление на его лице граничило со скепсисом. Где-то в глубине глаз, выдаваемое нестерпимым блеском, проскальзывало восхищение. Хакер тут же забыл про свои обиды, и коснулся плеча биокиборга.
- Можно?
- Да, - сухо ответил Александр, которому претило то, что он невольно оказался каким-то выставочным экспонатом.
Здоровяк ткнул его пальцем, поднял его руку.
- Слушай, мы не на выставке достижений науки, - не выдержал Александр, и вырвался из цепкой хватки Габриеля.
- Ой, прости, - великан посмотрел на Катерину и расплылся в улыбке, - Кэт, что вам еще угодно? Я в вашем распоряжении.
Хакер все еще находился под эффектом шокирующей новости. Александр выставил перед ним свою руку и ответил за девушку:
- Нам нужно запрограммировать мой идентификационный чип. И по возможности обеспечить транспортом.
- Хорошо.
Габриель сбегал в соседнюю комнату и вернулся с часами, одетыми на правую руку.
- Разверни ладонь.
Александр подчинился. Здоровяк поднес запястье его руки к часам. На экране появилось меню идентификационного чипа.
- Это мое изобретение, - с гордостью пояснил хакер, - программирует чип и прописывает сведения во все необходимые базы Конфедерации. Человек становится легальным гражданином нашей необъятной Родины. И, так. Фамилия, имя, дата, и место рождения.
Настроение Александра сразу скатилось к нулю. Он не знал о себе ничего, и незнание это тяготило его. Катерина все поняла по едва изменившемуся выражению его лица. Ей захотелось поддержать своего спутника. Она подошла ближе и коснулась его руки своей ладонью. Биокиборг заглянул в её пронзительные зеленые глаза, улыбнулся и внешне сразу стал прежним. Непробиваемый взгляд и напускная серьезность уже давно являлись его визитной карточкой.
- Александр Аргеадов, родился четвертого марта 2986 года в Эдессе греческого сектора Конфедерации.
Хакер  заполнил информацию, что-то нажал несколько раз и радостно заулыбался:
- Готово!
- Отлично. А теперь отдай часы.
Здоровяк посмотрел на биокиборга, и понял, что тот шутить не собирался. К тому разбитый нос все еще ныл, и Габриель решил не рисковать, потянулся к браслету. 
- Саша! - в Катерине вновь проснулся защитник друзей, хотя на этот раз защитник был уж очень робок.
Биокиборг не счел нужным ответить девушке и надел прибор кодировки чипов на руку. Автоматический браслет сам определил объем запястья и подобрал комфортную длину.
- Не серчай, Габриель. Он мне еще понадобиться, а ты себе сделаешь новый. Что с транспортом?
Смирившийся с потерей хакер пошел в сторону кухни, на ходу крикнув:
- Идите за мной.
На кухне он подошел к пустовавшей стене и аккуратно надавил на нее пальцами. Сработал механизм, часть стены провалилась внутрь и сдвинулась в сторону, открывая проход в просторное ярко освещенное помещение.
Потайная комната пришлась Александру по вкусу. На ее стенах были оборудованы стеллажи с оружием, а в центре красовался небольшой бронированный аэромобиль. Габриель оказался запасливым человеком. Хотя жизнь в Некрополе могла и не к такому приучить. Но в любом случае сдюжить с хакером в его логове было не так-то просто. Он мог дать отпор. Да так, что нападавшие еще и пожалели бы о своих нерадивых желаниях.   
- Можете выбрать себе оружие, если надо.
- Мы уже нормально запаслись.
- Тогда транспорт перед вами.
Александр протянул Габриелю руку.
- Спасибо, - совершенно искренне сказал он.
Хакер осторожно, все еще ожидая подвоха, пожал его руку. В огромной ладони могли поместиться две руки биокиборга.
- Не за что.
Подбежала Катерина и, подпрыгнув, едва дотянулась губами до щеки великана.
- Габриель, ты самый лучший.
Хакер по-детски засмущался.
- Что ты, Кэт. Это ерунда. Забегай, если что, - ответил он и коснулся запекшейся корки на разбитом носу.
Он дождался, пока гости не запрыгнули в аэромобиль, и лишь после этого почувствовал себя в безопасности. Хакер не мог услышать, как в  салоне Катерина набросилась на Александра:
- Саша,  я тебя сейчас поколочу!
- За что?
- Ты избил и ограбил моего друга!
- С него не убудет, - сухо отреагировал на замечание биокиборг.
Тем временем Габриель подошел к стеллажу, взял пуль и нажал на кнопку. Перед аэромобилем распахнулись ворота на улицу. Александр запустил двигатели и плавно двинул вперед.
- Не убудет!? Порой мне кажется, что ты действительно бесчувственный робот. Машина.
- Хорошо, что только порой!
- Саша!
Катерина обиженно захлопала глазами.
- Не переживай, я больше не буду колотить твоих друзей. Обещаю.
Девушка повеселела:
- Да уж, не думала, что услышу от тебя такое, но мне стало спокойней. Куда мы теперь? Теперь за Генри?
- Да.
- А где он?
- В логове врага, - на лице биокиборга растянулась самая доброжелательная на свете улыбка, - в Военной Академии наук.
Девушка побледнела:
- Это шутка?
- Нисколько.
Аэромобиль вырулил из гаража на улицу. Александр прибавил скорость и направил его по утренним улицам просыпающегося Ареса прочь из недоброжелательного Некрополя.

***

Закрыв за гостями ворота, Габриель вернулся в комнату. Его лицо было, как никогда, серьезным. Не особо беспокоил его и сломанный нос. Он даже не удосужился обработать рану, сел за свой компьютер и набрал десятизначный номер.
- Что у тебя? - донеслось с той стороны экрана.
- Они были у меня.
- Да!? Когда? Что-то говорили? Куда направляются? - произнес заинтересованный хитрый голос.
- Только что. Ничего не сказали. Сняли поиск, зарегистрировали чип и отобрали у меня аэромобиль.
- Хорошо.
- Хорошо? А кто мне возместит его и компенсацию за мой нос? И почему мне не сказали, что объект – биокиборг?
- Тебе сказали только то, что ты должен знать. Что с носом?
- Разбил объект, - разочарованный ответом проговорил хакер.
- Я же тебя приказал: не препятствовать им! - напрягся голос.
- Я не препятствовал. Этот, Алекс, увидел мои габариты и действовал предупреждающе.
Возникла пауза, голос сочувствующе продолжил:
- Ничего, Габриель, потерпи. Тебе уже назначена премия и отпуск. Ты –  молодец. Правда, молодец - с хакером заговорили по-отечески заботливо, но тут же голос стал по-прежнему сух и строг, - как вела себя Кэт?
Здоровяк пожал плечами:
- Не знаю. Сдается мне, её надо выводить. Она проникается к объекту симпатией. Это не по правилам.
- М-да, - собеседник тяжело вздохнул, - это плохо. Но операция в самом разгаре. Мы не можем рисковать сейчас. Пойдем до конца. Она наша ниточка, которая всегда будет виться рядом с ним.
- Вам виднее, сэр. Вас не зря лисом за глаза называют.
- Отстань. Через два часа жду полный отчет. У тебя маячок включен на аэромобиле?
- Обижаете, сэр.
- Отлично. Хорошая работа, Габриель.
- Служу Конфедерации, генерал, - едва не подскочил на стуле великан.

Глава 4

Александр остановил аэромобиль в зоне аэропарковки. В таких специально отведенных местах правилами разрешалось совершать кратковременную остановку по необходимости. Биокиборг перевел двигатели в режим «парковка» и огляделся.
Утром Арес ожил. Ожил, потому что ночная суета теперь не казалась суетой как таковой. Пятидесятимиллионный город пришел в движение. В утренние часы Арес наполнился беспросветными потоками транспорта и людей. Улицы гудели, жужжали, свистели. Сотни тысяч звуков сливались комом в один протяжный фон. Гул стоял стеной. Город спешил жить: люди спешили работать, спешили реализовывать себя, спешили тратить свои сбережения. Спешка, во всем и все время. Спешка как аксиома жизни. Тот, кто не мог совладать с таким темпом, имел все шансы навсегда оказаться на  ее обочине.
Арес обладал колоссальной энергетикой. И житель его либо впитывал её от других, либо сам становился её источником. Закон выживания. Слабых здесь не щадили, в прочем как и во всех больших городах.
- Жутковато немного, правда? - поежилась Катерина.
Александр смотрел на оживший город с неподдельным страхом. Сердце билось учащенно. Легкое волнение покусывало в груди, от чего дыхание стало неровным. Спина напряглась. Мышцы напомнили каменную твердь.  Ноги уперлись в пол так, что готовы были проломить дно аэромобиля. В икрах от напряжения разгорелось адское пламя. Такого скопления людей прежде Александру видеть не доводилось. Он лишь кивнул Катерине в ответ. На непроницаемом лице едва заметно двигались скулы, выдавая кипевшие в нем эмоции. Раз за разом тело окатывал жар, и Александр боролся с собой, чтобы не вздрогнуть. Биочип снижал остроту восприятия, но даже он не мог справиться с нахлынувшими человеческими эмоциями. Слишком уж яркая картина предстала перед Александром.
- Мне всегда не по себе от городских пейзажей.  Хочется убежать подальше и насладиться тишиной. Не люблю большие города, - продолжала девушка.
- Я видимо тоже.
Наконец, биочипу удалось заставить организм успокоиться. Александр взял себя в руки и задышал спокойней.  Он расслабился и откинулся в кресле. Все внимание переключилось  на красовавшееся впереди здание Военной Академии наук.
Перед Академией на высоте пятидесятого этажа располагалась огромная площадь, соединявшая три соседствующих небоскреба. Площадь буквально утопала в зелени. Этот зеленый уголок казался какой-то дикостью в бескрайних  джунглях из стекла, металла и бетона. Красивые цветочные аллеи, газоны с отдыхающими, фонтаны. Люди беспечно гуляли по огромному парку, не замечая городской суеты вокруг. Было так приятно затеряться, убежать от спешки, спрятаться от повседневных серых мыслей среди ласкающего слух шепота исполинских деревьев.
- Это площадь Артемиды. Самый зеленый уголок столицы. Любимое место всех аресцев.
- Странное название для Марса. Артемида не богине войны.
- Зато прекрасно обращалась с оружием – богиня охоты как-никак, этого посчитали достаточным.
- Тут всегда так многолюдно?
- Да.
- Нам на руку.
- И вполне объяснимо почему. Люди приходят сюда насладиться тишиной. Специальная аппаратура заглушает все городские звуки и у посетителей складывается ощущение, что они в лесу. И воздух здесь самый-самый. Идеальное сочетание свежести и запахов.
-  А там видимо вход в Академию?
Александр показал на противоположную часть площади, где стояли вооруженные спецназовцы у полупрозрачных сканирующих арок.
- Да. И там же система контроля. Туда-то и самому не попасть, а уж с оружием и подавно.
- Я думаю, Генри все обдумал, он не глупый в этих вопросах. Стратег. Попробуем его услышать из парка. Пока его биочип я не улавливаю.
Взвыла серена. Александр быстро закрутил головой, пока не увидел парящую в воздухе полупрозрачную сферу, подсвеченную изнутри полицейскими маяками. Он вопросительно уставился на Катерину.
- Это система контроля. Идентифицирует личности. Расслабься. Теперь тебе нечего бояться.
- Черт!
- Что?
-А тебе?
Щеки Катерины залились румянцем. Волосы на загривке зашевелились от осознания собственной глупости. Александр не растерялся и скомандовал:
- Давай запястье. Быстро!
Он поднес часы к её руке.
- Екатерина Грейт, - протараторила Катерина, - город Щецин, польский сектор Конфедерации. Дату рождения оставь ту же.
Александр закончил изменять данные в тот момент, когда сфера плавно подлетела к их аэромобилю. Она подсветилась изнутри, и перед ними появился цифровой образ полицейского.
- Доброе утро. Паспортный контроль. Пожалуйста, не двигайтесь. Проверка розыскного списка. Спасибо за понимание.
Изображение полицейского исчезло, зато на его месте оказались Александр и Катерина.  Они смотрели на себя как в зеркало. По их лицам побежали зеленые полигоны,  сканирующие каждую морщинку на лице. Александр аккуратно нащупал пистолет, но Катерина рукой остановила его.
- Габриель не мог обмануть, - прошептала она.
- Я знаю, но все же лучше быть наготове, - сквозь зубы процедил биокиборг.
Секунды ожидания затянулись. Полигоны сантиметр за сантиметром  оцифровывали их лица и сравнивали с базой данных. Наконец, на экране сферы высветилась зеленая табличка «нет совпадений». Катерина облегченно выдохнула. Друг не подвел.
- Поднесите ваши запястья к сканирующему устройству.
Из сферы вынырнул объемный красный луч, напоминающий считыватель штрих-кода. Александр поднес к нему  руку. На экране появилась  его фотография из розыскного списка, которую Габриель любезно подсунул в базу данных. 
- Александр Аргеадов, - произнесла сфера.
Катерина, вплотную придвинувшись к Александру, повторила его действия. Сфера задумалась, но все-таки вывела на экран фотографию девушки.
- Екатерина Грейт. Паспортный контроль осуществлен. Спасибо за содействие.
Сфера погасла и медленно поплыла от них прочь.
- Это было волнительно, - заявила девушка, усаживаясь на свое место.
- Весьма, - ответил Александр.
Её волосы во время проверки касались его лица. Он непроизвольно ощущал их аромат, и был очарован им. Александр сидел и не шевелился, боясь, что этот запах быстро раствориться в воздухе. Пересилив себя, будто сбросив пелену, биокиборг  взглядом нашел ближайшую открытый в небоскребе паркинг и аккуратно направил аэромобиль к нему. Стоянка оказалась заполненной до отказа, и лишь со второй попытки ему удалось найти внезапно освободившееся место. В машине они бросили  оружие, и отправились в парк налегке.
Александр шагнул на аллею и жадно втянул воздух. Ноздри зашевелились – он дышал полной грудью. Пьянящий букет тонких цветочных ароматов вскружил голову. Стало очень уютно и легко. Проблемы потускнели и на фоне царивших зеленых красок отошли на второй план. Думать о плохом совсем не хотелось. В голове промелькнула ненавязчивая мысль: в столь замечательном месте не мешало бы и отдохнуть.
В кронах деревьев щебетали птицы. Шумели фонтаны, извиваясь причудливыми струями воды. Александр смотрел и наслаждался. Не все так плохо было в этом большом человеческом мире – могли, если хотели, и созидать.
- Куда пойдем? - спросила Катерина.
- Прямо к Академии. Возможно, у меня есть план.
Александр посмотрел на нее, и с сожалением отметил, что скоро им предстояло расстаться. Она помогла ему стать гражданином Конфедерации, теперь он хотел ответить ей взаимностью. С ним оставаться ей было опасно. Теперь Катерина оказалась недоступна для систем слежения и могла спокойно переждать в безопасном месте всю эту неистовую бурю в лице злодеев, желавших заполучить накопитель и биокиборга в свои руки.
Девушка рванула вперед, но Александр схватил её за руку и развернуть к себе.
- Подожди, - Катерина посмотрела исподлобья, - я должен сказать тебе «спасибо». Скажу честно, без тебя бы мне пришлось возиться намного дольше. Да и не знаю, получилось ли бы у меня вообще что-либо.
- Ерунда. Ты же мне помог в лаборатории. Квиты.
- И все же, спасибо.
- Не за что, - Катерина вновь шагнула к Академии, но Александр вновь остановил её, так и не отпустив её руку.
- Да подожди ты.
Глаза девушки заблестели. Сердце предательски застучало, и она даже успела испугаться, что Александр мог это заметить. Катерина жадно уставилась на губы биокиборга, ожидая их движений. Ему только стоило произнести нужные слова.
- Еще хотел сказать, - замялся он.
Ее щеки слегка заалели.
- В общем... Нам надо разбежаться.
Ее будто окатило ушатом ледяной водой, сбив с глаз розовый очки. Легкий румянец на лице сменился  алой краской. Ей стало стыдно за свои вновь несбывшиеся ожидания – глупая, на что она рассчитывала? Он же киборг. Но это все оправдания. Собственная беспомощность – вот главная причина всех её бед. Она ждала того, что сама не могла сделать, не имела права. Руки её опустились, плечи ссутулились, комок подступил к горлу. А Александр, как ни в чем не бывало, продолжал:
- Со мной ты в большой опасности. Нам надо тебя спрятать, пока я не разобрался с теми, кто назначил за нас награду.
Лишь после своих слов он заметил перемену на её лице.
- С тобой все в порядке?
- Да, - еле выдавила из себя Катерина, - просто воздух непривычный.
Она ругала, но на этот раз себя. Ругала за то, что с ней происходило.
- Да ты прав. Заберем Генри, и ты меня отвезешь в одно очень укромное место. Пошли, - только и смогла произнести Катерина вслух.
Она уверенно зашагала в сторону академии, гася затухающие внутри эмоции. Александр неспешно пустился за ней. Его не покидало чувство, что девушка ему что-то не договорила. Даже биочип терялся в догадках. В его аналитической практике таких случаев еще не было. Да и откуда взяться такому опыту у прожившего всю жизнь в лаборатории  биокибернетического организма.
На полпути к небоскребу Академии биочип Александра уловил что-то знакомое. Это был едва разбираемый сигнал от Генри. Кот разговаривал сам с собой.
- Страх. По-моему, страх главное препятствие нашей жизни. Почему мы боимся? Синопсисом здесь конечно будет наше нежелание менять что-то привычно устоявшееся, но  вот если капнуть глубже...
- То можно зарыться в своих мыслях и сойти с ума, - весело оборвал его Александр, обрадовавшись появлению своего друга.
- Алекс!!! Друг!!! Ты здесь! Ура.
- Да, здесь. Ты никогда не использовал биочип в одиночестве. Что с тобой?
- Захотелось помыслить вслух. Почему вам, людям, все можно, а нам, котам, нельзя? Что за дискриминация? По-моему, вы, люди, ужасно непоследовательны.
- Да, все тебе можно. Ты же уникум как не крути. Просто забавно.
-  А я не могу по-другому излагаться вслух. Если я буду делать это по-кошачьему, то получится бестолковая тирада из противных «мяу-мяу». Да меня тут прибьют, как нарушителя спокойствия.
- Так ты внутри? - приятно удивился Александр.
- Да-а-а. Сижу на крыше. Вышел поразмыслить.
- Тяжело было пробраться внутрь? Подозрений не вызвал?
- Пару пустяков, прикинулся бездомным котом.
- Я в тебе и не сомневался. Просто красавчик.
- Да тут дедушка сердобольный уж попался. Хороший такой. Кормит меня, лелеет.
- Так, подожди. Ты-то внутри, а накопитель с тобой?
- Да-а-а, но я его надежно спрятал.
- Отлично, тогда спускайся в парк.
- Я не могу. Я заперт. Ниже в кабинете все двери закрыты.
Александр чертыхнулся про себя. На затянувшееся молчание среагировала Катерина. Она вновь взяла свои мысли под контроль и заставила себя повеселеть.
- Ты что-то надумал?
- Да, - план действий в голове биокиборга рождался на ходу, - Генри, ты можешь подключиться к компьютеру какому-нибудь?
Повисла тишина.
- Генри!
- Да, - ворчливо донеслось от кота, - есть тут один. Включен даже. Сейчас.
Генри вновь исчез, и Александр решил объяснить все Катерине.
- Я нашел его.
- Генри? Где он?
- Он в здании, и мы идем за ним.
- Ты точно все продумал?
- Доверься мне. Пошли.
Катерина быстро-быстро засеменила за Александром, потому что биокиборг широкими и уверенными шагами направился к спецназовцам. Он, наконец, дождался ответа Генри:
- Все я подключился к их сети. Что надо?
- Я тебе перешлю данные. Заведи пропуска на меня и Катерину.
- О, и очаровательная Катерина здесь, - заинтригованно спросил кот.
- Да уж. Какие у тебя эпитеты. Так соскучился? - подколол биокиборг друга.
- Но согласись же, все по делу и к месту, - Генри сделал вид, что не заметил колкостей друга, но тут же не преминул ответить,  - без женщин жизнь скучна, без дураков – просто невыносима!
- Далеко пойдешь. Друга в дураки записывать начал, - ничуть не обиделся Александр, - держи, данные. Александр Аргеадов, доктор философии и Екатерина Грейт, ассистентка. И подбери нам какое-нибудь мероприятие.
- О, философия, ты знал, как меня порадовать. Что за имена? Прокатят?
- Несомненно. Потом все расскажу.
Александр остановился перед пропускным пунктом, и Катерина все еще блуждающая в своих мыслях, едва не уткнулась в его широкую спину. Перед биокиборгом мгновенно вырос спецназовец, перегородив необъятной грудью ему путь. Он не стремился выглядеть больше прекрасно сложенного Александра, не выказывал ровно никаких соревновательных настроений. В видавшем жизнь мужчине было только одно желание – исполнить свой долг.
 Военный был одет в бронекостюм и единственный из коллег находился без шлема. Его поза и выражения лица так и говорили, что шутки с ним были плохи.
- Добрый день! Вы собираетесь пройти в здание Военной Академии наук. Представьтесь, пожалуйста. Я проверю, есть ли вы в списках на проход.
- Доктор Александр Аргеадов и моя ассистентка Екатерина Грейт, - проговорил непонятным заумным голосом биокиборг.
Военный порылся в крошечном планшете и закивал головой.
- Добро пожаловать, доктор Аргеадов и мисс Грей. Вы к нам, как я понимаю, на конференцию по вопросам сохранения ресурсов Марса?
- Да, - ни на секунду не смутился Александр и добавил с напускной серьезностью, - мы проделали долгий ради этой миссии.
- Проходите.
Александр галантно и немного услужливо пропустил Катерину вперед, юркнул следом под арку. Они замерли. Нежно-голубые световые лучи сканера прошлись по стенкам арки и вернулись в исходное положение – ничто под одеждой не могло скрыться от глаз военных. Информация со сканеров напрямую транслировалась на дисплей их шлемов. Но скрывать было нечего, поэтому сигнализация обиженно промолчала. Скучающие спецназовцы, разочарованные отсутствием какого-либо подвоха, мгновенно отвернулись от «участников» конференции.
Пройдя сканирование, Александр и Катерина оказались перед еще одним военным. Теперь им почти силком сунули в руки пропуска с фотографиями. Александр удовлетворенно покрутил в руках пластиковую карточку – путь в Академию был открыт.
- Саша, как ты это сделал? - рассмеялась девушка внутри здания и передразнила его, - мы проделали долгий путь ради этой миссии. Ха-ха, доктор философии.
- Да, моя ассистентка. Я вас внимательно слушаю, - подержал её игру Александр, ответив ей тем же голосом, которым он говорил с военным.
- Ха, Саша, но как?
- Да, это все Генри, он влез по моей просьбе в местную сеть. Так, что мы  здесь –  официальные гости. Пошли его искать.
Он вдруг понял, что потерял сигнал от Генри. Его это насторожило. Но что он мог сделать? Биочип подсказывал, опираясь на знания, у него был единственный ориентир – крыша. И именно туда он советовал поторопиться.
Новоиспеченные ученые миновали хрустальный холл, от вида которого будоражило воображения самого искушенного любителя прекрасного, и добрались до системы лифтов.
- Нам наверх.
- Подожди, Саш. Посмотри как здесь красиво.
Катерина покрутила головой, пытаясь запечатлеть в памяти всю увиденную картину. Хрустальные колонны, ступени лестниц, перила. Весь этаж, казалось, был высечен в исполинском куске горного минерала. Подсветка в нем отражалась мириадами разноцветных огней. Зал сиял неистово, но на удивление безболезненно для глаз.
Открылись двери лифта, и Александр почти силком втащил Катерину внутрь.
- Пойдем. Не тратим время.
- Как красиво.
- Да я не спорю, но испытывать судьбу мне тоже не хочется.
Двери закрылись, и голос из динамика проговорил:
- Поднесите карточку к считывающему экрану.
Александр выполнил требование, а голос продолжил:
- Вам открыты уровни: с сорок пятого по восемьдесят девятый, с ограничениями по этажным секторам. Спуск в метро осуществляется без остановок вне указанных уровней. Выберите нужный этаж.
На экране загорелись кнопки, Александр пожал плечами и выбрал естественно самый верхний из доступных этажей.
- Хорошо здание Академии не самое высокое в Аресе. Нам останется всего шесть этажей до крыши.
- Генри на крыше?
- Был. Я с ним потерял контакт. И мне это очень не нравится.
Скоростной лифт оповестил об остановке звонком. Открылись двери и прямо перед ними на стене высветились огромные цифры «89». Александр вышел из кабины в широкий коридор. Следом осторожно прокралась Катерина.
- И?
Александр осмотрелся. Биочип отправил запрос в поисковик космонета. Там информации по этажным планам Академии естественно не нашлось. Подобные сведения были сугубо секретными. Тогда он изменил запрос и попытался узнать, что вообще было в Академии, но доступное для поиска в сети.
В одиночестве они оставались всего ничего. Уже через минуту Александр услышал совсем рядом частые шаги. Вскоре в их поле зрения появился очередной спецназовец.
- Добрый день, - военный был предельно краток и вежлив, - извините за беспокойство, но данный этаж имеет ограничение для посетителей. Позвольте взглянуть на ваши пропуска.
Карточки появились перед ним незамедлительно. Спецназовец поочередно поднес их к встроенному в манжету рукава планшету и внимательно посмотрел на экран.
- Доктор Аргеадов, вы со своей помощницей прибыли к нам на конференцию, но она в зале на семьдесят восьмом этаже. Поэтому, несмотря на то, что доступ сюда вам открыт, я вынужден поинтересоваться причинами вашего появления здесь.
На лице Александра появилась хитрая ухмылка, ответ у него  уже был готов. Биочип отыскал нужную информацию. Лицо биокиборга приобрело напускную  серьезность. Александр окончательно сжился с образом философа и непередаваемым по степени пафоса голосом проговорил:
- Все дело в том, что я не могу попасть на конференцию по сохранению ресурсов Марса, не побывав в музее ископаемых планеты. Я – доктор философии, и мне важны философские аспекты данной проблемы. Вы знаете насколько важно для нас, марсиан, сохранить планету не тронутой и не дать корпорациям послабления. Они так и ждут, чтобы появилась возможность вытащить из марсианских толщ все, что стоит хотя бы одного пира. Друг мой, ты же не хочешь этого?
- Я? - спецназовец растерялся и быстро замотал головой, - нет, не хочу.
Катерина давила смех и прятала за широкой спиной Александра слезившиеся от эмоций глаза. А биокиборг тем временем продолжал гнуть свою линию:
- Когда Марс стал независимым членом Конфедерации, на нас свалилась ужасающая ноша в виде постоянных пополнений конфедеративного бюджета. Но мы же нищие, все в руках этих богачей с  Земли.
Спецназовец теперь даже закивал головой. Он удивительно легко сдался, осознав, что с доктором философии разговаривать по существу было бесполезно. К тому же «ученый» действительно говорил правильные в его понимании вещи. Однако пытаясь сохранить лицо служащего Конфедерации, военный остановил болтовню:
- Хорошо, доктор. Проходите, - произнес он дрогнувшим голосом, - не смею вас больше задерживать.
Александр ликовал. Эта была значительная победа. До этого ему приходилось действовать исключительно в силовой манере. Теперь он почувствовал себя гением словесных баталий. Не меньше. Катерина была готова броситься ему на шею от радости. Экспромт биокиборга доставил ей настоящее наслаждение. Столько положительных эмоций за последнее время она не переживала. С нескрываемой улыбкой девушка подхватила Александра под руку и потащила его прочь, боясь, что легкой победой он мог и не удовлетвориться.
- Пошли-пошли, - проговорила она сквозь зубы, кивая спецназовцу в знак благодарности.
Они медленно побрели по коридору мимо застывшего в недоумении военного и уже почти скрылись за первым поворотом, как вдруг, изменившись в лице, будто что-то вспомнив, спецназовец, крикнул вслед:
- Постойте, доктор.
Александр напряженно замер, не оборачиваясь.
- Да?
- Вы не знаете, где музей?
Биокиборг удивленно повернулся к настырному военному:
- Я?
Спецназовец пальцем указал в противоположную часть коридора.
- Ах, да, - сокрушился Александр, - совсем меня эта проблема замучила. Спать не могу. Несколько суток на ногах.
Они резво повернули обратно и постарались очень быстро скрыться с глаз хранителя местного спокойствия. Катерина искоса так и посматривала на его невозмутимое лицо, боясь услышать новые вопросы.
- Ты видел его лицо? Он что-то подозревает? - тихонько спросила она, едва спецназовец остался позади.
- Не знаю. Но нам определенно  надо спрятаться.
- Это точно. Хотя в образе ты был неподражаем.
- Спасибо.
- Откуда узнал про музей?
- Через космонет. Очень полезная вещь.
- Особенно, если он в твоей голове.
Оставшись в одиночестве перед лифтом, спецназовец долго провожал глазами странную парочку. Его внимание отвлек тревожный сигнал планшета. На экране замигало входящее сообщение. Он открыл его и обомлел. На манжете красовались две фотографии. В них военный узнал доктора и его ассистентку. Под фотографиями мигала красная надпись «Объекты №190786 и №190787. Протокол «7 Б»». Протокол «7 Б» означал, что при контакте с объектами требовалось принять меры к их задержанию, не используя серьезного физического воздействия на них. Спецназовец растерянно посмотрел на планшет, потом перевел взгляд на коридор, по которому ушли профессор с ассистенткой, и снова остановил взгляд на манжете. Тут в его голове что-то переключилось, и он стремглав помчался за разыскиваемыми лицами вдогонку.
Александр его услышал сразу. Гулкий звук шагов эхом разносился по пустынному коридору.
- Он снова хочет нас видеть.
- Зачем? - удивилась Катерина.
- Не знаю. Не нравится мне это.
Александр ускорил шаг, девушке пришлось перейти на бег. Быстрые шаги спецназовца слышались все отчетливей. Перед беглецами появилась коридорная развязка. Биокиборг взял левее. Теперь у них было несколько секунд форы. Чуткий слух уловил за спиной:
- Это 89-5, прием. 89-1, 89-2, 89-4, на этаже замечены объекты по последней ориентировке. Они двигаются в одном из ваших направлений.
- Принято.
- Принято.
- Принято.
Военные ответили слаженным хором. В эфире радиосвязи появился еще один участник:
- Это начальник охраны Академии, полковник Городовой. Что значит на этаже? Это информация общего сведения по гарнизону. Она прошла по всем каналам. Для полиции, спецслужб и нас. Сержант, вы ничего не путаете?
- Нет, сэр, - спецназовец отвечал дрожавшим от бега голосом, - Это точно они. Были мною замечены еще до появления входящего сообщения.
- Хорошо. Ждите подкрепления и помните про протокол.
- Есть, сэр.
Александр остановился. Шаги военных стали доноситься отовсюду. Этаж пришел в движение. Открылись двери лифтов, и в холл выбежало обещанное подкрепление. Военные работали быстро и очень организованно. Впереди настойчиво чеканил шаг уже предупрежденный коллегой спецназовец. Кольцо смыкалось.
- Дела плохи.
- Совсем? - Катерина кусала губы.
- Да. Нас окружают.
Александр осмотрелся.  В коридоре было множество дверей. Он подошел к одной из них. Поднес к терминалу пропуск. Противный скрежетавший звук оповестил об отказе в доступе. Биокиборг подбежал к другой двери. Безрезультатно. На этаже взвыла сирена.
- Внимание. Уровень восемьдесят девять объявлен зоной повышенной опасности. Во избежание несчастных случаев просьба не покидать свои кабинеты. Дверные терминалы будут заблокированы, - оповестила громкая связь.
- Влипли, - скривил губы Александр.
Он повернулся спиной к двери, оперся на нее спиной и тяжело выдохнул.
- Авантюра не сработала.
Шаги слышались совсем рядом. Александр смирился с тем, что ему предстояло вновь махать кулаками и отстаивать свое право на свободу. А ведь так все хорошо начиналось.
- Зачем вообще Генри сюда пошел? - вдруг спросила Катерина.
- Я хотел его держать подальше от себя. Для его безопасности. И с ним было бы сложнее добраться до хакера.
- Но почему сюда?
- А я больше ничего в Аресе и не знаю. Решать надо было быстро. А теперь снова в бой, - Александр устало улыбнулся и начал продумывать предстоявшее действо.
- Чисто, чисто, - донеслось за поворотом.
Спецназовцы вот-вот должны были показаться на глаза. Александр хотел, было, оттолкнуться от двери и поспешить им навстречу, но не успел. Щелкнул замок. Дверь сдвинулась в сторону, и он начал заваливаться назад. Чья-то крепкая рука схватила его за шиворот и втащила внутрь.
Катерина удивленно вскинула брови и уставилась на возникшего в пролете человека. Это был доктор Чан, руководитель Академии. Он рукой пригласил ее внутрь, и она, не теряя ни секунды, воспользовалось столь благодушным жестом.
Дверь щелкнула закрывшимся замком. Александр и Катерина застыли в оцепенении. Вопрос так и застыл на языке, но старик приложил палец к губам и призвал к молчанию. В это время за дверью пробежали спецназовцы.
- Чисто.
- Черт возьми, куда они испарились?
- Давай вперед. Если что, начнем поиск по кабинетам.
Голоса и шаги быстро стихли, и старик проговорил в полголоса:
- Идите за мной. Я хочу вам помочь.

***

Лишь только полковник Городовой узнал о беглецах, преспокойно расхаживающих по Академии, он сразу связался со своим руководством. Но в кабинете начальника охраны на большом экране к его удивлению возник не министр обороны, а генерал Мильке.
- Простите генерал,  наверно, я ошибся вызовом.
- Молчать, - мгновенно сорвался на крик Мильке, - поступившая информация верна?
Городовой растерялся. Он сам владел этими сведениями всего несколько секунд, но, как оказалось, для АБК эта новость уже не была новостью.
- Мы проверяем. Сержант на этаже засек парочку. Сейчас их ищем. Они куда-то испарились.
- А как они к вам проникли? А?
- Не знаю, сэр.
- А кто знает? Вы начальник охраны или я?
- Выясним.
Мильке вдруг прекратил кричать и совсем по-дружески заявил:
- Ладно, Петр, заблокируй все лифты, все лестницы, выше семидесятого этажа. На каждом этаже ниже восемьдесят девятого собери и рассредоточь всех своих людей. Просто заблокируй все, и если  объекты у вас, не дай им уйти. Я вылетаю. Жди. И да. Никому ни слова, о том, что у тебя происходит.
- А доктор Чан?
- Никому!
- Есть, будет исполнено, - выпятив грудь, запрокинул голову вверх Городовой.
Экран погас, и полковник, подобно метеору, выбежал из кабинета, чтобы лично руководить людьми. Указание генерала – прерогатива высшего уровня. Мильке не любил проколов. И Городовой по роду службы это прекрасно знал. Впереди у полковника маячило не одно десятилетие службы, рисковать которыми он никак не желал.

***

Чан повел  беглецов одному ему ведомой дорогой. Неспешно, но уверенно он открыл тайный ход за неприметной на вид стеной, поднялся по лестнице в комнату этажом выше. Все новые и новые двери оказывались за спинами гостей старика, и все новая информация откладывалась в голове биокиборга.
Плутать пришлось недолго, и в конечном итоге за очередным скрытым проходом в стене оказался лифт. Чан сделал приглашающий жест, дождался Александра и Катерину, и только после этого сам вошел в кабину.
- Почти на месте, - это была первая фраза старика за всю дорогу.
Александр посмотрел на застывшего статуей Чана. Старик являл собой эталон спокойствия и душевного равновесия. Лицо его было дряхлым, но умиротворенным. Глаза хоть и выглядели уставшими, но выдавали в нем человека довольного. Довольного тем, как прошла его жизнь. Именно прошла. Это был еще не конец, но уже стремительно тающий её закат.
 Чан прожил большую жизнь, и года были его несметным богатством. Богатством воспоминаний, переживаний и поступков. Сколько ему еще оставалось жить, по сути, его уже не волновало. Этот вопрос перестал быть актуальным еще десятилетие назад, когда он стал одним из самых возрастных долгожителей Конфедерации. Чан всегда любил шутить, что смерть попросту не внесла его в свой список. И он ее не торопил. Старик вообще все делал неспешно с тех пор, как перестал бояться приближающегося небытия, и жил только сегодняшним днем. Он смаковал каждую секунду своего существования так, как смакуют дорогой, выдержанный временем коньяк, стараясь уловить каждый оттенок вкуса и запаха. Он продлевал удовольствие «жить».
Где-то глубоко внутри Александра промелькнула зависть. Ждало ли его такое будущее, или его будущего просто не существовало? Смог бы он однажды остановиться и сказать, что в  своей жизни он сделал все, что хотел? А ему хотелось этого. Жизнь в лаборатории лишила его многого. И за несколько дней биокиборг в полной мере осознал величину потерянного времени. Даже все, что пришлось пережить, не могло склонить чашу весов в сторону возвращения к прежней, ставшей после побега уже историей, жизни.
Двери лифта распахнулись, приглашая гостей в апартаменты Чана.
- Проходите, располагайтесь, - старик был чрезвычайно гостеприимен.
Личные владения руководителя Академии соответствовали своему статусу. Они были огромны. Комната, в которую Александр и Катерина попали прямиком из лифта, несмотря на свои большие размеры, казалась  очень уютной. Здесь царила абсолютно домашняя обстановка, начиная от приглушенного освещения, заканчивая шикарным ковром на полу. Азиатские мотивы в комнате главенствовали.
Катерина осмелела – Чан внушал доверие с первого взгляда, шагала очень осторожно, с интересом рассматривая изображения на ковре. Прежде ей не доводилось видеть столь больших и эффектных элементов интерьера. На ковре был изображен жизненный путь Сиддхартха Гаутама от рождения и до бодхи.
- Несмотря на то, что рисунок на ковре буддистский, сам ковер настоящий, персидский, - заметив ее интерес, пояснил Чан, - ручная работа. Ткали непосредственно здесь. Мне на какой-то юбилей в подарок вызвали умельцев с Земли. Они и сотворили сие чудо.
- Потрясающе.
- Присаживайтесь, - указал Чан на огромный невысокий диван.
Александр оценил его размеры: на нем смело могли бы разместиться несколько поколений большой семьи. Диван оказался не только большим, но и очень удобным. Александр, едва откинулся на спинку, сразу почувствовал, как мышцы на спине благодарно расслабились. Он посмотрел на Катерину: девушка выглядела и того хуже. Оказавшись на мягкой набивке дивана, она поняла, что смертельно устала. Ее тут же начало клонить ко сну.
- Я пока приготовлю чай, а вы отдохните с пути.
Чан удалился.
- Ох, - вздохнула Катерина, развалившись звездочкой на диване.
- Я полностью с тобой согласен.
Александр заулыбался, но вдруг посерьезнел. В эфире вновь появился жизнерадостный Генри:
- Все я больше не могу, выхожу из укрытия.
- Генри?
- Да, мой друг.
- Что случилось? - встревожено спросила Катерина, увидев изменившееся лицо Александра.
- Генри здесь.
Кот показался в дверях и ленивой походкой зашагал к дивану.
- Генри, - воскликнула теперь Катерина.
- Да, я это, я.
Кот трусцой пересек комнату, прыгнул на диван и мяукнул – соскучился. Александр тут же погладил друга, от чего Генри прекратил сопротивляться инстинктам и залился громким мурчанием.
- Э, ты кошачья душа, - биокиборг потрепал его за ухом.
В комнату вошел Чан. Он нес на подносе чайный сервиз и сладости.
- А, Генри уже здесь. Не послушен он очень. А старших надо уважать. Я тебе что говорил, а?
Генри прижал уши:
- Что я? Я просто соскучился.
- Ладно, уже, ладно, не оправдывайся.
- Вы понимаете, что говорит Генри? - изумился Александр.
Поднос звонко ударился о дубовую столешницу чайного столика с причудливыми китайскими иероглифами. Чан расставил сервиз перед гостями, невозмутимо достал из уха небольшое устройство.
- Этот наушник обрабатывает информацию ваших биочипов, переводя их в звук человеческой речи. Сохраняются даже интонации и настроение собеседника, как будто он говорит вслух, как я сейчас.
Александр удивленно посмотрел на Чана. Старик вернул слуховое устройство на место.
- Подождите, неужели вы? - у биокиборга возник совершенно естественный вопрос.
- Вы – доктор Чан, руководитель Академии, не так ли? - перебила его Катерина.
- Мур, а она очень проницательна, - заметил умывающийся Генри.
Чан сцепил руки в замок перед собой, улыбнулся и в приветствии слегка наклонил голову:
- Да, друзья мои. Позвольте называть вас исключительно своими друзьями, - и, не дожидаясь ответа, старик продолжил, - я – руководитель Академии и являюсь им уже пятьдесят лет. А вы, стало быть, Алекс и Кэт, охоту за которыми устроила, чуть ли не вся Конфедерация.
- Да они это, они, - зевнул Генри, - мой старый друг, и верная подруга, почти боевая.
- Да, доктор Чан, мы действительно в бегах. Не знаю даже как вам выразить благодарность за наше чудесное избавление от встречи с военными.
- Не стоит. Хотя перед вами непосредственно военный. Я – генерал, но слишком стар, чтобы носить даже почетные мундиры. Вы пейте чай, он необычайно вкусен, придаст вам сил, бодрости. А то, я смотрю, вы уже совсем обессилены.
Катерина прикоснулась губами к чашке, отпила глоток. Мягкий душистый аромат заставил ее лицо застыть в блаженстве. Глаза закатились от удовольствия. В груди начало разливаться тепло, а вот на руках высыпались мурашки. Жизнь возвращалась в ее тело. Второй глоток придал ей бодрости, а мыслям – ясности.
- Какая прелесть.
Она чувствовала себя все лучше и лучше.
- Что ж, я очень рад, что вам понравилось, - Чан перевел взгляд на своего гостя, -  Алекс?
Александр неловко засуетился и тоже пригубил предложенный хозяином напиток. Теперь уже его лицо вытянулось в довольной гримасе.
- Да, спасибо, доктор Чан, очень вкусно, - он залпом выпил свой чай и поставил пустую чашку на стол, - позвольте вопрос?
- Да, Алекс.
- На чистоту. Что заставило вас нам помогать? И как Генри оказался у вас?
Чан смешно пошевелил бровями, задумался над ответом, неспешно опустился в кресло напротив.
- Что ж. Все очень просто. Профессор Ермолов – мой ученик и последователь. Я даже скажу больше, он – мой друг и соратник. И, когда я услышал, какая несправедливость одолела его, я понял, что должен при любом удобном случае ему помочь.
- Что случилось с Ермоловым? - немного виновато потупил взгляд Александр.
- О, Алекс, ты тут не причем, - догадался о мыслях биокиборга старик, - твой побег тоже. И, слава богу, что ты на него решился. Иначе бы до тебя добрались пираты в лаборатории. И все было бы намного хуже, друг мой, намного. А Ермолова обвинили в том, что это он спланировал нападение на свою лабораторию, когда узнал, что у него отбирают проект. Это же его детище. Но это полная чушь. Не мог Алексей сделать столь очевидную глупость. Я же его знаю. Да, он жил проектом, но пойти на преступление не мог. Он – кристальной души человек. Редчайший случай по сегодняшним временам. Я видел, как он переживал, когда Мильке, будущий руководитель АБК, предложил ему сомнительную сделку. И это я говорю, притом, что Мильке – мой старый верный товарищ. Но дружба дружбой, а истина где-то посередине. Ты должен был провалить итоговое тестирование, и результаты долгих лет работы в одночасье оказались бы в руках спецслужб. В противном случае твое существование вообще бы могло оказаться под угрозой. Ведь никто не понимает, что ты  не робот и не оружие. Ты для них не человек. А для Ермолова ты самый настоящий. Он так за тебя боролся. Леша боролся за тебя всегда. Когда после крушения аэромобиля твоя жизнь висела на волоске и врачи отказывались давать гарантии на твое спасение. Шансы были ничтожно малы. Спасти тебя могло лишь чудо. Этим чудом стали экспериментальные разработки «Биокиберии». Тогда Леша сделал все, чтобы ты стал частью программы. А ведь все шло на минуты, но он добился своего. Чего это ему стоило, я не знаю, но чиновники и военные дали добро на то, чтобы ты стал первым образцом программы. Он спас тебя тогда и после защищал всю жизнь, оттягивая все программные сроки на неопределенное время, чтобы ты как можно позже попал к военным. Леша старался спасти и защитить тебя и перед твоим побегом.
Александр вспомнил последний разговор с Ермоловым. Кровь подступила к его лицу. Он не думал, что руководитель «Биокиберии» так радел за него. Он не знал, что профессор столько сделал для того, чтобы Александр просто дышал воздухом, а не подпитывал своим прахом марсианские растения. Стало стыдно. Стыдно перед Ермоловым, стыдно даже перед самим собой. Легко было укорять профессора во всех своих бедах. На деле вышло, что без этого человека все существующие проблемы оказались бы мифом. Потому что мифом был бы сам Александр.
- Где сейчас Алексей Петрович?
В горле встал ком, слова дались с большим трудом.
- На Земле, в Вологодской области. У него там дом, и он под домашним арестом. Я думаю все эти обвинения недоразумения, и скоро все вернется на круги своя.
- Хотелось бы надеяться.
- Я уверен в этом, не переживай, - заметил перемену в лице биокиборга Чан, -   Все наладиться. Ты, возможно, злился или злишься на него, что твоя жизнь – это проект государственной важности. Но я тебя прошу – оставь всю злобу в отношении него за пределами своего сердца. А если уже оставил, то, несомненно, тебе это пойдет на пользу. Алексей – прекрасный человек. Он всегда желал тебе только добра.
Александр вздрогнул. Старик, казалось, видел его насквозь: все  мысли, чувства, переживания. Экстрасенс, человек-рентген.
- Теперь знаю, - нахмурился биокиборг.
- И прекрасно. Никогда не поздно. Ничего не поздно. А Леша однозначно рад, что ты сбежал, я уверен. Он никогда не хотел, чтобы тебя отдали военным, и потом ты стал рекламой военной мощи Конфедерации. И уж тем более он не хотел, чтобы ты попал в лапы моего товарища из АБК. Теперь ты понимаешь, почему я вам помогаю.
- Да. Спасибо  вам, доктор Чан.
- Тебе спасибо.
- За что? - удивился Александр.
Чан хитро улыбнулся.
- Я вижу, что биочип не сделал тебя киборгом, и ты остался человеком. В это трудно было поверить со слов Алексея, но теперь-то я точно знаю. Это правда. Спасибо за то, что сохраняешь мне веру в человека. Никакой холодный разум не может победить горячее сердце. Это очень радует меня, старика. Сегодня каждый второй человек в Конфедерации так норовит засунуть себе какой-нибудь гаджет в руку, в голову, в иную часть тела. Все хотят жить вечно. В этой погоне  за бессмертием подобные личности попросту стали забывать, кем они являются. Мир черствеет, ценность каждой отдельной жизни возрастает, но возрастает в цене, а не в чувствах к ней. А ты – молодец. Эволюция не сделала из тебя робота. Да, ты – сверхчеловек, зачеловек, но ты – человек. Как бы парадоксально это не звучало.
Александр заворожено посмотрел на Чана. На него снизошло озарение. Биокиборг вдруг понял ту прописную истину, которая была всегда перед глазами, но которую он в упор не замечал.
- Доктор Чан, спасибо вам еще раз. Вы мне глаза открыли. Это не моя заслуга. Это заслуга Ермолова. Он легко мог настроить биочип так, что от моих чувств, эмоций не осталось  бы и следа. Не спас бы даже мотор, перекачивающий кровь, - Александр приложил руку к груди, - я точно стал бы хоть и биологическим, но киборгом. Холодной, расчетливой машиной, выполняющие приказы. Но именно Алексей Петрович сохранил во мне человека. 
- Вот видишь, мой друг, ты учишься на своих ошибках. И это тоже хороший знак. Хотя тебя я могу понять. Все твои мысли и чувства. Жить взаперти, осознавать себя чем-то большим, но быть ограниченным клеткой, как физической, так и моральной. Это очень тяжело. Я понимаю твою жажду порвать все преграды, лишь бы сделать глоток свободы.
Александр посмотрел просветленным взглядом на Катерину. Девушка заворожено слушала их беседу. Даже Генри был под впечатлением и не делал никаких вставок или замечаний.
- Вы совершенно правы. И сказать честно, это была действительно жажда. Сродни той, что испытываешь при обезвоживании. Она меня мучила,  а я даже не знал, как её утолить, потому что существование «воды» мне было не ведомо.
- А теперь?
- А теперь я знаю, где стакан с водой, но до него еще нужно дотянуться, - печально улыбнулся Александр.
- Зато, ты сделал первый шаг к стакану, - наконец, вмешался Генри, - нельзя просто вот прыгнуть к своей цели. Дорога длинная, путь тернист и состоит из множества мелких шажков.
- Потрясающий кот, - заулыбался Чан, - я бы с радостью бы проводил часами в разговорах с ним.
Катерина допила чай и тоже напомнила о себе:
- Подождите, доктор Чан. А как же Генри?
- Ах, да. Я отвлекся. Генри я повстречал намедни у входа в Академию. Я думал обычный бездомный кот, но когда ко мне подошел профессор Фрост и напомнил, что в «Биокиберии» был подобный экземпляр, я тут же кое о чем вспомнил. Дело в том, что Леша со мной часто советовался на первых порах, как вести разработку, в каких направлениях двигаться. Собственно начать с кота, в качестве пилотного проекта, было моей идеей.
- Что? - выпучил глаза Генри.
- Да, друг мой, своим очеловечиванием ты обязан мне.
- Уж не знаю, прыгнуть ли вам когтями в лицо или вылизать руки!
- Что же тебя смущает? - очень спокойно отреагировал на такое заявления Чан.
- Вот жил был кот. Гулял сам по себе, ел и спал. И больше ни о чем не заботился. Жизнь была, скажу я вам. Так нет же. Полезли, накрутили... Хотя с другой стороны, - Генри вдруг сорвался с места, оказался на коленях у старика и потерся о его живот, - спасибо вам. Думаю, та жизнь слишком скучна для меня теперешнего.
Чан погладил Генри, тот улегся и замурчал. Катерина недоуменно посмотрела на это представление и спросила:
- Доктор Чан, а у вас еще одного устройства нет, а то мне надоело быть в постоянном неведении относительно разговоров Генри.
- Будет, все будет, но позже.
- А профессор Фрост, как он выглядел? - перебил их Александр.
- Он был подавлен. Хотя для него проект был лишь возможностью оправдать свои неудачи.
- Неудачи? - заинтересовалась Катерина.
- Четыре программы, почти пятнадцать лет исследований, где Фрост числился руководителем, завершились неудачами. Они секретны, толком я о них не в курсе, лишь в общих чертах. Но знаю, что им были очень недовольны. А этот проект стал для него глотком свежего воздуха, попыткой подсластить горечь своих неудач.
- То есть, его мысли были корыстными?
- Не сказать, что бы уж совсем так, но отчасти да. Психологически на него давили неприятности, по крайней мере, так мне казалось. Но не всегда. Он в отличие от Ермолова человек прагматичный, холодный и расчетливый. И вот после встречи с ним я понял, что встреченный мною кот может быть Генри. А так, как у меня было слуховое устройство, я решил проверить. И как оказалось, не зря.
- А откуда у вас оно?
- У меня есть множество сторонних вещей по проекту, которые непосредственно «Биокиберия» не разрабатывала, но которые были нужны Ермолову. И я как руководитель Академии для своего ученика делал их сам, - улыбнулся Чан, - благодаря этому обстоятельству я и познакомился с Генри. Он-то мне и рассказал, что когда отступать стало некуда, вы решили спрятать то, за чем все охотятся в самом неподходящем для этого месте. Можно сказать, в логове своего врага.
Катерина среагировала на новость моментально:
- Вы про накопитель? Он был у Генри?
Чан сделал удивленное лицо.
- О, ты не в курсе?
Какой же Генри болтун, проворчал про себя Александр. Он решил взять ситуацию под свой контроль, раз друг успел проболтать все, что только было можно:
- Катя, я сбежал из лаборатории вместе с единственным сохранившимся источником информации по проекту. Накопитель – мой билет в нормальную жизнь. Когда мы расстались с Генри, то я решил, что накопитель останется у него. Тебя я в это не посвящал. Потому, что не хотел.
- Не доверял, - обиженно догадалась девушка.
- Да, не доверял, - не таясь, ответил биокиборг.
Девушка покраснела, и Чан вступился за него:
- Катя, не обижайся, он имел полное моральное право на это. В его руках были ваши жизни. Я думаю, что вы лично, если не брать в расчет Алекса, не особо интересны тем, кто вас преследует. Интересно то, что было у вас.  А доверие – результат огромного  труда и времени.
Катерина закивала головой:
- Я понимаю. Мы уже говорили на эту тему. Просто я думала...
Дворжакова прикусила губу, не стала договаривать. Александр виновато посмотрел на неё, состроив гримасу печальней, чем морда у Генри, когда кот голодный, осторожно прикоснулся к её ладони. Катерина грустно улыбнулась, но ладонь не убрала. Её глаза были красноречивей любых слов – обиды на него она не держала. Чан посмотрел на них хитрым взглядом, но вслух заговорил совершенно о другом:
- Я думаю в этой ситуации пока, что ни случилось, все к лучшему.
- Что сейчас с накопителем? - строго спросил Александр.
- Друг, не дрейф. Все в порядке. Он искусно спрятан. Как у Христа за пазухой, - самодовольно произнес кот.
Александр не стал ругать кота за излишне длинный язык и, напротив, успокоился. Накопитель был здесь, а, следовательно, волноваться за его сохранность не приходилось. Чан снова заговорил:
- Я не стал изначально лезть к накопителю. Не хотел потерять зерно доверия у Генри. К тому же прока от него сейчас нет. Его можно открыть только паролем. А пароль знает, наверняка, только один человек.  Вы знаете о ком я.
- Ермолов.
- Да, и я даже понимаю, почему его посадили под домашний арест. Чтобы он был рядом, когда накопитель окажется у Мильке. А Мильке не настолько глуп, чтобы не разобраться в сложившейся ситуации. Сваливать всю вину на Ермолова – не его стиль. Ему нужны не виноватые лица, а истина. Так, что я надеюсь, вы уладите вопрос потом с Генри сами. А мне надо закончить свой рассказ, я его и так изрядно затянул. Генри мне рассказал про погоню. После уже я узнал, что за ваши головы назначена награда у бандитов, что все полицейские и военные разыскивают вас, а Мильке находится вне себя от ярости. Его очень задели те дела, что вы успели натворить. Да и вообще ему вся эта история ужасно не нравиться. Мне же в конечном итоге осталось только дождаться, когда вы придете за Генри. Дальше вы все и так знаете.
Чан замолчал, поднялся с кресла, чем вызвал недовольство потревоженного кота. Генри обиженно покосился на старика. Но делать было нечего, и он направился к лежавшей на диване Катерине.
- Отдыхайте до вечера, а там и решим, как нам быть, - произнес Чан и удалился из комнаты.

Глава 5

Катерина с не охотой открыла глаза и с ужасом обнаружила, что не помнила, как уснула и сколько проспала. В комнате царил полумрак, умиротворяющее, сонное царство. Она нащупала под собой все тот же уютный диван и успокоилась. Сердце застучало учащенно. Дворжакова почувствовала на себе чей-то взгляд. Девушка приподняла голову. На противоположном краю огромного дивана, держа на руках Генри, на нее неотрывно смотрел Александр. Катерина улыбнулась ему.
- Долго я спала?
- Несколько часов, что в отличии бесконечно спящего Генри не так уж и много.
- А ты?
- Я тоже вздремнул, и чувствую, что готов к новым подвигам.
Катерина оперлась на локоть и поправила растрепанные волосы, посмотрела бы она на себя в зеркало, то ужаснулась бы, но для Александра она  и сейчас обладала какой-то особой притягательностью – ангел во плоти, глаз не оторвать.
- Не может не радовать. Ты за мной наблюдал?
- Почти с тех пор, как проснулся, - неожиданно ответил Александр.
- Забавно.
- Я тоже для себя это так определил.
- И как?
Девушка зевнула и потянулась. Александр посмотрел на нее, немного заспанную. Спящей она была безмятежной прекрасной, теперь же – чудным сонным созданием.
- Ты красива. И когда спишь, и даже, когда проснулась.
- Спасибо, - ухмыльнулась Катерину комплименту.
- И, наверно, тебе можно доверять, - договорил Александр.
Девушка залилась нежным румянцем.
- Это ты как определил?
- По спящему лицу. Оно доброе и светлое.
Отдых пошел Александру явно на пользу. Он стал другим. Столько откровений.
- Хватит, Саш. Ты меня смущаешь, - она ловко соскочила с дивана, - пойду искать душ. Пора просыпаться.
Александр проводил её взглядом и переменился в лице. В его глазах появились нотки задумчивости, избыточной серьезности. Биочип беспокоила реакция организма на Катерину. Реакция касалась не только мозговой активности, но даже состава крови. Её природу биокиборг мало того, что не понимал, так еще и по-прежнему опасался. Экспресс-анализы вторили тревожным сигналам биочипа.
- Что со мной? - задал Александр вопрос самому себе.
Но ответа у него не было. Чтобы хоть как-то отвлечься, Александр аккуратно убрал с колен кота и встал с мягкого дивана. Генри даже не шевельнулся. Биокиборг сиротливо посмотрел по сторонам и направился туда, куда несколько часов назад, оставив гостей отдыхать, ушел Чан.
Широкий проход вывел его в коридор. Здесь вдоль стен висели все регалии и знаки отличия руководителя Академии. Таковых оказалось много, от титулов и званий разбегались глаза. Чан был, несомненно, великим ученым. И эта стена похвалы лишний раз подтверждала прописную истину.
Коридор очень быстро оборвался  и распахнул двери в залитую ярким светом огромную библиотеку. Александр невольно прищурился, но зрение быстро подстроилось под непривычную глазам яркость. Зрачки возбужденно расширились. Биокиборг замер, не в силах произнести и слова. Снова пришлось удивляться. Прежде Александру не приходилось видеть столько книг. Настоящих бумажных книг. Стеллажи с ними простирались от пола до потолка, сливая в единое пестрое полотно из бесконечных рядов разноцветных переплетов. Каждая секция стеллажа была оборудована удобной выдвижной лестницей. На одной из них с книгой в руках биокиборг заметил доктора Чана.
- А, проснулся, мой друг. Удалось отдохнуть? - голос старика показался Александру живым и очень насыщенным.
- Да, спасибо. Ваш чай пошел на пользу, - теперь он не узнал и свой голос.
В библиотеке все звуки приобретали свое, особое звучание.
- Ничего, сейчас еще поужинаем, и будет все просто замечательно.
Чан ловко спустился по лестнице вниз, сжимая под мышкой открытую книгу. Александр глубоко вдохнул библиотечный воздух, дурманящий бумажным запахом бессчётных сокровищ человеческой мысли, и прикрыл от восторга глаза. Активизировался слух, и сквозь непроницаемую для посторонних звуков тишину биокиборг услышал гулкие шаги Чана. В библиотеке была своя фантастическая аура, и она понравилась Александру, понравилась прямо с порога. Он открыл глаза и посмотрел на книгу в руках  старика.
- Что-то интересное?
- Весьма занимательно. Я последние лет десять редко выбираюсь из Академии. Она стала для меня родным домом, но больше всего времени я провожу как раз здесь, в библиотеке. Мне, знаете ли, никогда не нравились наши современные  книги. Многие люди вообще обленились читать. Нужную книгу с помощью специальных приспособлений закачивают сразу в мозг. Уму непостижимо! А я люблю по старинке, как наши предки, почувствовать на ощупь переплет, вдохнуть ни с чем несравнимый запах страниц. Ведь каждая книга имеет свою неповторимую  душу. А какая душа в электронике?
Александр, соглашаясь, улыбнулся и пошел вдоль нескончаемых книжных рядов, с интересом рассматривая коллекцию доктора.
- Доктор Чан, современники вас запросто назовут старомодным. Я за всю свою жизнь всего два раза видел бумажные книги.
- Отнюдь, Алекс. Я не старомоден, я человек, который хочет оставаться человеком. У меня искусственно выращенное сердце, глаза, кое-что еще пришлось поменять в своем организме. Годы. Но я никогда не делал с собой что-то нарочито, я не хочу стать роботом совсем, как...
- Как я? - Александр остановился и с интересом повернулся к Чану.
- Нет, - не отводя взгляда, уверенно парировал старик, - как большинство современных людей. Я уже говорил тебе, ты, хоть и задумывался в качестве киборга, в большей степени человек, чем те, кто с рождения хотят стать тобой. Медицина и кибернетика шагнули далеко вперед. Сейчас многое доступно. Человечество вырождается, скажу я тебе. Оно теряет душу. Остается лишь разум, а у холодного разума нет чувств. А без чувств как человек может считаться человеком?
Чан дошел до центра комнаты и аккуратно положил книгу на большой дубовый круглый стол. Он с хитрецой посмотрел на биокиборга и щелкнул пальцами. Погас свет и над головой в темноте засияли мириады звезд. От неожиданности Александр перестал дышать, заворожено уставился в потолок, а крошечные точки заискрили в его  глазах.
- Красота, - выдохнул он потрясенно.
- Это наше небо. В той части Марса, где сейчас ночь. Такая вот у меня просьба к строителям была при последнем ремонте. Вот они ее и воплотили в жизнь.
- В любой момент увидеть звездное небо – это сильно, доктор Чан.
- Нравится?
- Безусловно.
Чан приблизился к Александру, заглянул ему в глаза и, увидев в нем нескрываемый блеск, удовлетворенно, но задумчиво сделал несколько шагов прочь. Вдруг он резко остановился и повернулся к нему вновь.
- Мой друг! Веришь ли ты, что когда-нибудь мир станет другим? Тем старым давно забытым миром, где люди будут смотреть на звезды и мечтать! Мы же совсем разучились мечтать! Свет далеких галактик превратился во что-то будничное. Это уже не праздник и даже не дар богов. У нас украли это чувство. Украли чувство восторга перед великими красотами вселенной. Какой-то бессердечный хирург вырезал в нас возможность чувствовать это. Мы ослепли. Ослепли своим сердцем...
Вопрос и рассуждения Чана поставили Александра в тупик. До этого он размышлял масштабами много меньше всего человечества, больше задумываясь о своей возможности не то, что беззаботно мечтать, а просто жить вволю.
- Я не знаю. Мне тяжело судить. Я и людей то толком не видел в своей жизни, кроме персонала лаборатории. Но, может это и глупо звучит, даже на Марсе люди всегда казались несколько приземленными.
- Вот-вот. Ты уловил суть. А сам? Во что ты веришь? О чем мечтаешь?
- Я? - совсем растерялся Александр.
- Да, Алекс. Ты.
- Доктор Чан, - биокиборг старался быстро собраться с мыслями, - моя вера зависит от моего будущего. Пока мне остается верить только в него.
- Я понимаю. Ты обреченно пытаешься определиться с тем, кто ты в этой жизни?   А тебе нужно просто увидеть ту дорогу, на которой путь тебе покажется в радость. Нужно мечтать, мечты это оружие, главное оружие в борьбе со своим главным врагом. Самим собой. Поверь в себя. Все враги, все обстоятельства – пустяки в сравнении с той глыбой, что находится внутри тебя. Не так важно кем ты станешь, не так важно какой ты путь выберешь, и совсем неважно насколько этот путь будет скоротечен. Важно не расстояние, важно, сколько на этой дистанции ты сможешь сделать. Важно найти себя в этом, как ни парадоксально, пустом и одиноком мире. Поверь мне. Мне двести лет, и я многое видел за свои века. Даже о тебе я знаю несколько больше, чем ты можешь представить. Поэтому иди вперед и не бойся.
Александр слушал взахлеб. Еще никто не разговаривал с ним так. Он был смятен, поражен, но прежде всего, воодушевлен. Даже для биокиборга не было ничего ценнее простого человеческого слова.
- Спасибо на добром слове, доктор Чан.
- Не стоит, Алекс. Мне приятно видеть твою борьбу, в том числе с самим собой. И твоя борьба мне по душе, в отличие от серого существования миллиардной человеческой массы. Главное не оставайся один. Тебе нужны спутники. Как минимум один, но чтобы до конца.
- Генри?
Чан едва сдержался, чтобы не рассмеяться.
- Генри... Алекс, я не о том. Предвидя твои вопросы, я спрошу на чистоту. Что у вас с Кэт?
- В каком плане?
- О, мой друг, - хитро подмигнул старик, - ты хочешь меня убедить, что не понимаешь, о чем я говорю?
- Не понимаю.
- Тут и понимать нечего. Я видел, как вы смотрите друг на друга.
Александр хотел промолчать, но увидев лицо старика – Чан, задрав вопросительно брови,  смотрел исподлобья и хитро улыбался, такого точно не проведешь, сдался:
- Я не знаю, что со мной. С момента знакомства с Катей,  со мной стали происходить какие-то изменения. Биочип реагирует на химические реакции в клетках. Мыслительный процесс стал другим, эмоции. Здесь, в Академии, это только усугубилось.
- Фенилэтиленамин?
- Не только.
- Отбрось это. Здесь твой чип не нужен, - Чан постучал пальцем по виску, - здесь нужно это, - прижал он ладонь к груди.
Александр готов был себе признаться во многом, но только не том, что он, киборг, мог влюбиться. Нет, его нисколько не расстраивала такая перспектива, просто он не представлял себе это возможным и не задумывался об этом ранее. Но факт оставался фактом, и другого объяснения происходящему Александр придумать уже не мог. Он молчал, мысленно подписываясь под каждым словом Чана. И старик, понимая, что для первого раза было сказано и так очень  много, вдруг предложил:
- Пойдем, я тебе кое-что покажу перед самим ужином.
Чан вновь щелкнул пальцами, и библиотека опять залилась ярким светом. Руководитель Академии взял своего гостя под локоть, очень аккуратно и трепетно, и повел его в следующий зал своей нескончаемой обители. Александр шел словно загипнотизированный. Короткий, но емкий разговор с Чаном стал для него настоящим откровением. Он смотрел вперед, но совсем не разбирал дороги. Биокиборг впал в глубокую задумчивость. Его «очеловечивание» выходило на новый качественный уровень.
Задуматься было над чем. Например, о мечтах.  В лаборатории он не мог спокойно мечтать, в бегах тем более. Да и какие были у него мечты? Они больше походили на простое и навязчивое желание стать обычным человеком. Он так желал раствориться в описанной Чаном серой массе людей. Он хотел быть таким, как все. А оказалось, это было последним, к чему требовалось стремиться. Но теперь Александр располагал временем, вся жизнь была в его руках.
А Катерина? Чан был прав, бесконечно прав. Мудрому человеку понадобился всего один взгляд, чтобы понять, насколько она ему не безразлична. Но прав ли был Чан, утверждая, что и она что-то испытывала к нему, к биокиборгу?
И Александр вдруг решился. Если он точно надумал окончательно «очеловечиться», то ему жизненно необходимо было обо всем рассказать Катерине. Оставалось только дождаться ее возвращения. От такой мысли в купе с решительным настроем ноги биокиборга стали при каждом шаге подпрыгивать от нетерпения. Появилась легкость и спокойствие. Мир вокруг вдруг оказался простым и ясным. Его будущее по-прежнему оставалось туманным, но вот настоящее приобретало смысл. 
Чан молчал, оставляя возможность своему гостю предаться своим размышлениям. Блуждая по лабиринтам апартаментов, старик вывел Александра к изящной декоративной лестнице в виде виноградной лозы и пригласил его на второй этаж своего жилища. Здесь он провел биокиборга мимо своего рабочего кабинета и завел его в большую комнату, в которой почти совсем отсутствовала мебель.
Старик подошел к единственному столу, порылся в ящике и извлек на свет небольшой стеклянный браслет в форме полумесяца. Он нажал на кнопку на нем, и аксессуар загорелся синей подсветкой. Вместе с браслетом такой же синевой стала отдавать белая стена напротив. На ней появилось огромное меню.
Это мой мультимедийный органайзер, - пояснил Чан, - и вот, что я хочу тебе показать, друг мой.
Руководитель Академии стал водить рукой с браслетом по воздуху. На стене появилось изображение кисти с вытянутым указательным пальцем. Чан быстро пробежался по списку самых разнообразных значков и, наконец, остановился на нужных файлах.
- Вот, смотри.
На экране поплыли фотографии. Чан на них был совсем молодым парнем в окружении девушки и четырех детей. Александр посмотрел на старика. Выцветшие глаза моментально заблестели. Чан осунулся и помрачнел.
- Это моя семья. Жена Люси и дети. Детей мне разрешили завести четверых, не смотря на очень жесткую демографическую политику. Но мне за особые заслуги позволили просить у Правительства Конфедерации все, что я захочу. И я захотел, - Чан улыбнулся, - я захотел детей, - он сделал паузу и вздохнул, - с женой я прожил сто тридцать лет. И знаешь, как один день. Я бы все поставил на карту, чтобы вернуть это время. Она была главным идолом моей жизни. А дети – моим главным праздником. И я не жалею, и никогда не жалел, что моя жизнь прошла так, а не иначе. Я сожалею только об одном, - старик остановился, и неосторожная слезинка скользнула по веку, устремившись вниз по щеке, - о том, что я их всех пережил. Жена скончалась почти пятьдесят лет назад. Ей было сто пятьдесят два года. Детей не стало больше десяти лет назад. А я, как видишь, двухсотлетняя развалина, но еще существую. Остались внуки, правнуки, праправнуки, я в них даже запутался, но это и не так важно. Важно, что в моей жизни было самое главное – семья. И ты, если хочешь быть человеком, должен пройти через это прекрасное испытание.
Чан замолчал, а Александру и говорить собственно было нечего. Он стоял и молчал, даже боялся о чем-либо подумать. Старик вытер глаза и, увидев ступор гостя, залихватски хлопнул его по плечу:
- Эх, что-то мы с тобой загрустили. Давай, я тебе, что ли покажу, чем развлекаются старики на закате своей жизни.
Александр обрадовался. Нужными, но слишком тяжелыми были беседы у него с Чаном.
- С удовольствием, показывайте.
- Только одно условие.
- Какое?
- Ты непременно поговоришь с Кэт. И при этом при первой же возможности.
Биокиборг улыбнулся. Из уст старика это прозвучало, как добровольно-принудительный наказ. Но помощи в данном вопросе ему больше не требовалось.

***

Свой визит в Академию Мильке организовал тайно, даже полковник Городовой лишь в последний момент узнал о его прибытии и потому за считанные секунды успел лишь добежать до дверей холла, по которому уже неспешно вышагивал генерал. Обычно генералы придерживались более помпезной обстановки при своих визитах, но обстоятельства заставляли Мильке импровизировать. Он в полном одиночестве прохаживался по абсолютно пустому коридору. Работа Городового уже радовала его глаза – ни одного гражданского лица в поле своего зрения генерал не встретил. Однако сам полковник едва не споткнулся на ровном месте, увидев строгое и сосредоточенное лицо заместителя начальника АБК, и вытянулся по струнке, стал походить на солдата-новобранца на первом построении.
- Расслабься, Петр, - неожиданно спокойно заговорил Мильке, - я же знаю, что ты умный парень, а строишь из себя солдафона.
Глаза Городового испуганно и беспорядочно забегали, как у провинившегося ребенка. Он не знал, как ему реагировать: радоваться похвале или опасаться подвоха.  Генерал был тем еще хитрым лисом.
- Расслабься, тебе говорю, - повторился Мильке и нахмурился, - вот, что вы за люди? На Вас кричишь – вы скулите, с вами по-хорошему – вы опять скулите. Мол, что-то случилось, раз Мильке не орал. Однако все забывают, что за свою жизнь  я ни разу не закричал без повода или хотя бы без малейшей причины.
Полковник и вовсе потерялся. От напряжения по его лбу побежала струйка пота, и он нервно смахнул её ладонью. Городовой неуверенно посмотрел в глаза генерала, но по ним понять вообще было что-то сложно – не зеркало души, а надежные их ставни. Лис он и в Африке лис. Полковник быстро захлопал глазами и, не найдя ничего лучше уставного ответа, сказал:
- Есть, сэр.
Мильке оскалился с досады. Полковник так его и не понял. Генерал внимательно всмотрелся в его лицо и спросил:
- Что с беглецами?
Городовой снова напрягся и стал казаться даже выше ростом, но генерал вновь призвал его к спокойствию:
- Тише. Просто ответь, -  размеренно помахал Мильке перед ним ладонью.
Городовой смешно задвигал челюстью, как бык, торопливо пережевывающий траву, но все же выдал:
- Все сделали, как вы говорили, сэр. Видеонаблюдение подтвердило их присутствие в здании, но они по-прежнему не обнаружены.
Мильке прищурился, обозначив свою задумчивость.
- Где  в здании нет камер?
- В отельных кабинетах, но там проверено все. Ах, да. Еще и в апартаментах доктора Чана.
- Как здорово. По-моему, я догадываюсь, где надо бы хорошенько все проверить.
Запищали часы. Мильке потянул руку к глазам. На большом дисплее мультифункциональных часов красовалась надпись «входящий вызов». Генерал прикоснулся к экрану. На нем мгновенно появилось лицо его помощника.
- Сэр. В районе Академии прослеживается активность наемников.
- Это точно?
- Да, служба оповещения подтвердила, и осведомители не дремлют. У вас явно что-то затевается.
- Хорошо, спасибо, Рой.
Мильке отключил связь и стал еще больше задумчив.
- Что тут затевается? - испуганно спросил Городовой, лицом сравнявшийся по цвету со стеной напротив.
- Особо ничего, так, мухи слетаются на мед, - безразлично ответил генерал и пошел по коридору.
В голове полковника после такого ответа окончательно все спуталось, и он побежал за Мильке. Генерал, услышав его шаги, спросил на ходу:
- Как твои бойцы? Не испугаются пострелять?
- Сэр, вы меня пугаете.
- Тебя, может быть, и напугал,  главное, чтобы ребятки твои не последовали твоему примеру.
- Что-то серьезное?
- Очень. Иначе бы я не примчался сюда в одиночестве.

***

Катерина, приняв душ, вернулась в комнату. Генри не давал даже намека на то, что собирался просыпаться. Спал он крепко и, судя по выражению морды, сладко. Время от времени кот так и порывался облизнуться и задвигать челюстью.
Девушка умилилась и погладила кота. Генри буркнул что-то спросонья, но сообразив, что гладила его женская рука, не нашел ничего лучше, чем изогнуться и выставить на показ свой мохнатый и упитанный живот.
Катерина рассмеялась:
- Генри, ты – наглец.
Но Генри её уже не слушал, новая волна сновидений накрыла его разум, и он, видимо довольный происходящими в ней событиями, от удовольствия даже вытащил кончик языка.
- Ну и спи.
Катерина взъерошила еще влажные волосы и отправилась разыскивать Александра с Чаном. Валяться на диване ей больше не хотелось так же, как и сидеть в одиночестве, умирая со скуки. Повторив маршрут биокиборга, она оказалась в пустой библиотеке. Ее реакция была не менее бурной, чем у Александра. Она восторженно осмотрела книжное царство Чана и закивала головой.
- Да уж, старик двести лет потратил не зазря.
Катерина пробежалась беглым взглядом по всей библиотеке, и остановилась на столе. Там по-прежнему лежала оставленная Чаном книга. Она взяла ее на руки и стала рассматривать обложку.
- Второй раз в жизни держу столь доисторическое устройство хранения информации.
Она погладила одноцветную кожаную обложку, провела пальцем по выдавленным золотистым буквам. Что-то в этом было. Какой-то приятный и необъяснимый ритуал.
- Георгий Салпек, - Катерина прочитала имя автора и уставилась на название, - «Разговоры наедине с собой».
Девушка поморщилась. Название было не особо притягательным. В прочем это не помешало ей открыть первую страницу.  Бумага зашелестела. В нос ударил неповторимый аромат. Запах страниц действовал опьяняюще. Катерина поднесла книгу к носу, вдохнула и закатила глаза. В книге жило какое-то волшебство.
Она улыбнулась этой мысли, и начала читать. Первые страницы книги начались с пролога. Автор писал не слишком умело, зато без особого пафоса и совсем без модного эстетства, скорее делал это, как умел. Однако и отталкивающего в его словах точно уж ничего не было:
«Дорогой читатель! Я не знаю, когда ты читаешь эти строки. Через много лет после моего существования? Или, конечно, что маловероятно, хоть и обидно, много раньше до моего рождения? Это не важно. Я буду считать тебя своим современником так же, как и тех, кто действительно является моим современником.
Почему? Все очень просто. Ответ здесь не скрывается за семью печатями. Все дело в том, что меняется антураж вокруг нас, но мы с тобой не поменяемся. Наши мысли, деяния, адаптированные под современные особенности, всегда будут идентичными.
И как это ни банально звучит, я хочу поговорить с тобой именно об этих простых вещах. О наших мыслях и деяниях.
Чтобы не ходить вокруг да около, я начну с очень простой истины. Человек – априори слабое беззащитное существо. Но стремление выжить всегда было настолько велико, что каждый раз под угрозой исчезновения он находил возможность выстоять и продолжить свой род. Еще в древности перед первобытными людьми стояла сложная задача занять свою нишу в трофической цепи. А ведь у нас с тобой ни острых клыков, ни когтей не наблюдается, и у предков наших, много тысяч лет назад, их тоже не наблюдалось. И что ж прикажешь делать? Вымирать? Нет. Человек пошел другим путем. Пожалуй, одно из самых уязвимых существ в истории всего животного мира нашло возможность сопротивляться внешним факторам. Человек создал свой социум, и во многом благодаря этому факту выжил. Коллективное мышление укрощало огонь, создавало первые орудия труда. Они-то и заменили нам когти и клыки. И пошло поехало, будто под гору. Человечество стало развиваться в геометрической прогрессии, превратившись в царя природы, но зачастую не в самого справедливого и умного царя.
Ведь в чем парадокс? Обезопасив себя от угрозы исчезновения, человек сам стал угрозой для тех, кто рядом с ним сосуществовал, сосуществует или будет заниматься этим, в принципе, бесполезным занятием. Мало того, человек со временем стал угрозой сам для себя. Стремясь выжить, люди выгнали себя из угла жалких беззащитных существ, находящихся на грани уничтожения, и загнали в угол, где они могущественны, сильны, но так же находятся под угрозой исчезновения. Желание соорудить палицу больше да покрепче, особо искушенными умельцами интерпретировалось не совсем верно. Со временем это вылилось в такое оружие, которое могло стереть с лица Земли не только врага, но и самого мастера».
Катерина задумалась. Автор писал банальную, всем известную истину, но от осознания этого легче не становилось. Девушка даже вздрогнула. Каждую секунду существовала вероятность, что не особо здравомыслящий человек мог вполне воспользоваться имеющимся арсеналом оружия массового уничтожения. А ведь Конфедерация создавалась, чтобы избежать таких неприятностей. Но протестная волна против Правительства достигла таких высот, что актуальность безопасного использования сверхмощных вооружений снова вышла на первый план. И это очень напрягало.
Девушка потрясла головой, пытаясь выбить совсем не радужные мысли из головы, и начала листать книгу дальше. Очередная страница ознаменовалась заголовком «О правде и лжи»:
«Каждый, кто сейчас читает эти строки, должен запомнить одну банальную вещь о правде. Если в конечном итоге есть хоть маленькая вероятность того, что даже самая хорошо утаенная правда всплывет на поверхность, то не лгите. Ищите как можно быстрее возможность рассказать истину. Иначе может быть поздно. Время, как главное мерило мироздания, является ко всему прочему еще важным фактором в осознании правды. Чем раньше вскроется нарыв, тем легче пройдет выздоровление. Чем быстрее сказать, тем легче простить. И так далее. Но... это эталон. Жизнь сложнее, поскольку правду всегда окутывает ареол лжи. Правда, есть исключения, но на них я отвлекаться не буду. Все познается в сравнении».
Дальше читать Катерина не смогла. Нездорово застучали виски, к щекам прильнула кровь, сделав их ярко-красными, как с мороза. Она первый раз за все время знакомства с Александром задумалась о том, что как минимум не договорила о себе ему. Тайна, которую сейчас так захотелось забыть, была её реальностью. И рано или поздно в эту реальность должен был погрузиться и Александр. Знакомство с биокиборгом поначалу не сулило ей ничего необычного. Рядовое задание, коих она выполнила бесчисленное множество, обернулось для нее совсем неожиданным продолжением. Теперь она не хотела быть тем, кем была. Ей хотелось оказаться той самой простой девушкой, которую спас из лаборатории Александр, а не актрисой, только играющей эту роль. От этой мысли мучительно сжалось сердце. Взгляд сам побежал по буквам и выхватил новое предложение:
«Самый тяжелый шаг – решиться. Решиться сказать. Преодолейте его, потом будет легче. Вы будете достойны прощения уже за попытку что-то исправить...»
Катерина растерялась. Книга будто предугадывала то, что творилось у нее на душе. Она растерянно оглядела пустую библиотеку и снова обратилась к тексту. Страницы невольно выскользнули из-под пальцев и зашелестели. Девушка остановила их и увидела новый заголовок:
« О любви.
Я не хотел писать эту главу, но и не написать ее не мог так, как любовь – часть человеческих мыслей и деяний. Посему буду краток. Любовь – это не то, о чем надо много думать или писать. Все гораздо проще. Если любишь – люби! И не задавай себе лишних вопросов, что-то вроде «почему?» или «как?». Не усложняй там, где все просто. И не бойся говорить об этом тому, кого любишь. Но не стоит данным словом разбрасываться понапрасну. Это единственное, чего стоит опасаться. В остальном – не имей волнений. Обжегся раз, бросайся в новое пламя, как в первый. Страшно не чувствовать себя одиноким, страшно не чувствовать вовсе».
Книга выпала из рук девушки. Глаза заблестели. Она поняла, что скрывать больше ничего не могла. Тяжелый груз силился раздавить её душу. Захотелось увидеть Александра и рассказать ему все как на духу.
 Катерина побежала. Комнаты сменялись одна за другой, но ни Чана, ни Александра нигде не было видно. Апартаменты казались необитаемыми. Оставалась одна небольшая деревянная лестница, ведущая на верхний этаж. Красоты ее Катерина не оценила – не тот момент. Она взлетела по ней наверх, едва касаясь ступеней, и вновь оказалась в нескончаемых покоях Чана. Лишь миновав рабочий кабинет руководителя Академии, девушка услышала мужские голоса.
Уже в следующей комнате Катерина увидела и Чана, и Александра. Старик стоял у стены, на которой воспроизводился пейзаж с речкой. Картинка была совсем живая, не статичная. Из скрытых в стенах динамиков слышались звуки природы. Требовалось приложить совсем немного фантазии, чтобы поверить в реальность происходящего на экране. А ведь это была не видеозапись, а всего лишь имитация природного ландшафта.  В руках у Чана находился небольшой полимерный прут с катушкой. Старик крутил катушку и пояснял свои действия Александру. Оба были увлечены.
- И вот тянешь, тянешь, пока не почувствуешь натяжение. Дальше начинается борьба. Наблюдай за удилищем.
Прут, который и оказался удилищем, начал изгибаться. Чан отпустил катушку, позволив удилищу немного выпрямиться, и сразу же вновь потянул на себя. Катерина посмотрела на стену. Безупречный пейзаж портила тонкая белая нить, пересекавшая полстены и создававшая ряб на застывшей глади спокойной реки. Девушка перевела взгляд на Александра. Биокиборг не шевелился, лишь глазами постоянно следовал по одному маршруту: руки Чана,  удилище, стена.
Наконец, Чан подвел леску к самому берегу. Сквозь прозрачную воду можно было разглядеть беснующуюся на поводке щуку. Старик тут же скомандовал:
- Алекс, хватай подсак.
Александр схватил со стола прут аналогичный удилищу только без катушки. Но, как только он повернул его в сторону стены, произошла метаморфоза. Совсем рядом со щукой оказался подсак. Александр аккуратно опустил его в воду, и Чан умело загнал в него добычу.
- Поднимай, мой друг.
Биокиборг дернул подсак вверх, и изображение на экране поменялось. Теперь на нем красовалась пойманная щука с указанным её весом. Голос из динамика торжественно произнес:
- Поздравляем! Вы поймали щуку обыкновенную весом два килограмма триста сорок один грамм. Это ваш новый рекорд.
- Вот собственно и вся интерактивная рыбалка. Дрянь несусветная, но в эпоху тотального запрета на вылов рыбы на Марсе, знаешь ли, спасает.
Александр  буквально сиял. Серьезности биокиборга на его лице и след простыл.
- Да уж, хотел бы я побывать на настоящей рыбалке.
- Это совсем несложно. Как только все проблемы разрешаться, приглашаю тебя на Землю. Можно полететь в гости к Ермолову, у него там такие чудесные места. Любо-дорого уже увидеть их. А вот, если еще и порыбачить удастся, то это будет и вовсе неописуемо.
- А меня с собой возьмете? - дала о себе знать притаившаяся за их спинами Катерина.
Чан и Александр синхронно обернулись. Биокиборг так увлекся, что не услышал её появления. Старик даже удивленно вскинул бровь, но вытянув руку вперед, сделал шаг навстречу девушке.
- Конечно, что за вопрос.
Он нежно и с трепетом, старик был воплощением доброты и заботы, взял ее под руку и подвел к Александру. Катерина решительно посмотрела на своего спутника и тут же сникла. Его глаза, серые непроницаемые – настоящая свинцовая стена, обжигали своей неопределенностью. Неуверенность и страх завладели ее сознанием. А вдруг все напрасно, вдруг неудача. Не поймет, не простит.
Даже повторенный в голове отрывок из книги ей не помог. Блестевшие глаза её застыли от ужаса, готовые в любую секунду разродиться потоком неудержимых слез.
- Все в порядке? - заметил её состояние Александр.
- Может, она хочет что-то тебе сказать? Как думаешь, Алекс? - хитро заулыбался Чан, - тебе-то уж точно есть, о чем с ней поговорить! Да, друг мой?
- Да, доктор Чан, - уверенно парировал биокиборг, пронзительно всматриваясь в глаза девушки - мне есть, что сказать, но впереди у нас целый вечер. Я думаю, что успею. А вот Катя пусть говорит, если хочет.
Катерина напряглась. Ей хотелось и выкрутиться, и объясниться. Но теперь её желание осадили слова Александра. Сканирующий взгляд биокиборга явно вновь появился неспроста. Он тоже хотел с ней поговорить. Вот только о чем? Загадка, томительная загадка. Её сообразительная натура решила тут же отложить свое признание и дождаться его слов. Она, стараясь не выдать своих мыслей, сложила губы бантиком и вдруг заявила:
- Доктор Чан, вы же обещали показать еще что-то в рамках проекта «Эволюция».
Александр разочаровано поморщился. Он ожидал большего. Голос девушки, её внешний вид, – все говорило о том, что ей было что сказать. Чан, который понял все с полуслова, даже крякнул от досады и всплеснул руками, но тут же переменился в лице и стал прежним добродушным и обаятельным пожилым человеком.
- Ох. Совсем забыл. Старая голова совсем. Все помнит, что было сто лет назад, и совсем забывает, о чем говорилось недавно.
Чан подошел к столу, нажал на скрытую кнопку под столешницей. Крышка стола сдвинулась в сторону, открыв небольшую нишу. Старик поочередно стал выкладывать её содержимое перед гостями. Александр отвлекся от размышлений о секретах Катерины и  жадно впился в неизвестные предметы глазами. Руки зачесались попробовать все перед ним. Он затаил дыхание, ожидая, что же приготовил для них Чан.
- Так, раз, два, три, четыре, пять, - пробормотал руководитель Академии,- здесь у меня не так много вещей. Вот все что есть. Остальное в одной из лабораторий, - он взял первый предмет в руки, - это высокочастотный нейропарализатор. Разработано специально для тех случаев, когда нужно надежно выключить биокиборга, не причинив ему большого физического вреда. Однако его действие весьма неприятно для организма.
Несмотря на добродушный тон старика, Александру стало не по себе. Кадык заходил ходуном, отчего биокиборг нервно сглотнул и спросил:
- И такое рассматривалось?
Чан развел руками.
- Что ты хотел, друг мой. Это требование по безопасности. Для кого-то ты человек, а для кого-то лишь высокотехнологичное оружие.
- И что будет, если его применить? - робко  и не без интереса спросила Катерина.
- А будет весьма занимательная картина, - откуда-то из-за спины послышался мужской голос.
Катерина вздрогнула, Александр напрягся – он-то сразу узнал, кто говорит. Чан, не поворачиваясь, не без страха в глазах посмотрел на своих гостей. По выражению лица биокиборга старик понял, что визит незнакомцев праздника не сулил. Втроем они обернулись почти одновременно.
На пороге комнаты стоял седобородый в компании двух десятков наемников. Рядом с ним находилась статная светловолосая девушка. Александр обратил внимание на цвет её глаз. Они были удивительного тигриного цвета. Да и своей грацией незнакомка напоминала хищную кошку. В руках у Стеаринова был Генри. Биокиборг дернулся вперед, но Кремень зацыкал, приставляя к голове животного пистолет.
- Не-не-не, не стоит, иначе вашему котику будет плохо, - он злобно оскалился, совсем по-звериному, чувствуя свое тотальное превосходство, - оставайся на месте и не шевелись.
- Алекс, прости, они застали меня врасплох. Я спал, - начал оправдываться Генри.
- Ничего, Генри выкрутимся. Ты только не бойся.
- Заткнулись оба, - крикнул седобородый, явно слыша их диалог.
Александр подчинился и ненавидяще посмотрел на ставшего заклятым врага.
- Возьми кота. Кто-нибудь дернится, стреляй. Но они же не дернутся, ведь, правда? - Кремень подмигнул своим жертвам и передал Генри и пистолет спутнице.
Александр присмотрелся к девушке. Биочип начал подробное сканирование её лица. Поступившая информация повергла его в ужас. Перед ним стоял клон Катерины. Совсем немного пластики, измененный цвет глаз, но то, что у девушек было одно лицо, сомнений не вызывало. Он посмотрел на светловолосую незнакомку еще раз, перевел взгляд на Катерину. На Дворжаковой лица не было. Она не выдержала и отвела глаза в сторону. Её реакция расставила все по местам. Девушки – сестры. Все перевернулось с ног на голову, но к реальности Александра быстро вернул седобородый, который  уже шел навстречу к нему.
- Позволь мне кое-что тебе прояснить, - прочитав на лице Александра легкое недоумение, заговорил Стеаринов, - ты сейчас смотришь, смотришь. Биочип сканирует мою спутницу. И, о боже! Как такое возможно? Они же похожи как две капли воды, - Кремень говорил нарочито издевательски, стараясь расставлять свои язвительные акценты на понятных и без того фактах, - конечно, они будут похожи, скажу я тебе. Ведь они – сестры. Близнецы. Какая прелесть, да?
Александр боялся пошевелиться, опасаясь за жизнь Генри. Сейчас помимо всего прочего именно этот страх превалировал над другими его чувствами и эмоциями. Он то и дело всматривался в руки и лицо неназванной сестры Катерины и понимал, что она готова нажать на спусковой курок в любую секунду, дай только повод. Александр старательно высчитывал стремительно уменьшающееся расстояние до седобородого. Могучая спина биокиборга от напряжения стала каменной.
- Ольга, поздоровайся с нашими друзьями.
Сестра Катерины хищно улыбнулась и процедила сквозь зубы:
- Привет всем.
Седобородый перевел взгляд на Катерину. Его вдохновляла ситуация, когда его жертвы оказывались загнанными в угол. Это напоминало ему игру в кошки-мышки, когда хищник не убивает свою жертву сразу, а позволяет себе поиграть с ней. Катерина стояла перед ним бледнее бледного. Она в ужасе не сводила глаз со своей сестры. Ольга отвечала ей взаимностью, но смотрела демонстративно надменно, с чувством превосходство – знай, кто хозяин положения.
- Давно не виделись родственнички, да? - захохотал Кремень.
Он подошел к Чану, беспрепятственно взял из его рук нейропарализатор и аккуратно положил на стол – в знающих руках то еще оружие, а старик как раз из таких.
- Но я хочу тебе рассказать еще один маленький секрет, Алекс. Ты думаешь, что она рядом с тобой просто так. Мол, обстоятельства сложились.
Александр перевел взгляд на Катерину. Лицо девушки вспыхнуло. Яркий его румянец был не хуже солнца на закате. Она уставилась глазами в пол, но в какой-то момент нашла в себе силы и посмотрела биокиборгу в ответ. Боль и сожаление в её глазах выдавали её сломленный дух.
- Прости, - почти беззвучно прошептала она.
Александр не хотел слышать её сожалений. Сейчас он всем сердцем желал другого. Его спокойствию не находилось места – эмоции зашкаливали. Их деструктивная  природа перечеркивала все попытки биокиборга сосредоточиться и найти выход из этой не самой простой ситуации. Александр хотел, чтобы седобородый уже вдоволь насладился представившимся ему моментом для ликования и замолчал. Биокиборг уже знал, что скрывает его враг. Слова седобородого пугали своей предсказуемостью. Но Стеаринова охватила эйфория. Он и не думал останавливаться. В жизни кремень, теперь он напоминал одержимого манией безумца. Слишком уж много сил ему пришлось потратить на поимку беглецов, а это такое счастье избавиться от надоедливой занозы.
- Ах, ты еще не знаешь! Тогда мне в двойне приятно представить тебе и сестру Ольги. Знакомься, - протянул он рук в сторону Катерины, - Екатерина Андреева, лучшая шпионка Конфедерации.
Ожидание больше не давило неподъемным грузом, Александр перестал сопротивляться эмоциям. И пусть он ждал нечто подобного, мир все равно перевернулся. Он больше не мог быть прежним. Биокиборг  почувствовал жар, но при этом чуть не задрожал от холода. На него будто вылили ушат ледяной воды сразу после раскаленной парилки. Он посмотрел на девушку отсутствующим взглядом. Казалось, он её и не видел, смотрел лишь сквозь нее. И это было не далеко от истины. Его мысли теперь находились очень далеко от апартаментов Чана.
Катерина, сгораемая от стыда, была готова провалиться сквозь землю. На смену алой краске на её лице появилась болезненная бледность.
- Я хотела тебе рассказать. Все не так, как ты сейчас думаешь, - с надеждой в глазах проговорила она биокиборгу.
Александр не отвечал. Неоспоримый факт подтверждался: доверять людям выходит себе дороже. Злобы биокиборг не чувствовал, скорее  ощущал досаду. Слишком уж человечным по сравнению с людьми оказался он сам.  А ведь Александр не только пытался доверять Катерине, но и, теперь ему страшно было даже об этом думать, хотел рассказать ей о своих чувствах.
- Да-да, конечно, хотела, - продолжал сеанс разоблачения седобородый, он, заложив руки за спину, деловито прохаживался перед биокиборгом – два шага туда, два шага обратно, - так, вот только, что я тебе скажу. Не верь этим конфедеративным крысам. Они всегда врут, лгут, предают. И, если б не одно обстоятельство, то я её даже пристрелил бы. Прямо сейчас. Без зазрения совести.
Внезапно в соседних комнатах послышался топот ботинок. Посторонний шум вернул Александра в чувства. Органы чувств обострились, решительность стала железной – в таком состоянии хоть в огонь, хоть в воду, не пропадешь.
- Всем оставаться на своих местах. Стреляем на поражение, - вразнобой полетели грозные команды.
Раздалось несколько выстрелов, кто-то болезненно закричал. Расталкивая наемников, в комнату ворвался спецназ Академии. Военные быстро окружили прихвостней Стеаринова плотным кольцом. Наемники мигом побросали оружие на пол и подняли руки вверх. Их примеру последовал все еще улыбающийся и абсолютно спокойный Кремень. Он посмотрел на Ольгу и кивнул ей. Девушка выбросила пистолет. Генри, почувствовав долгожданную свободу, зашипел и вырвался на волю, не забыв о сладкой мести –  из глубокой царапины на ее руки брызнула кровь. Его когти, что скальпели.
- Ах, ты, - прокричала Ольга и припала губами к руке.
- Каждому воздаться по поступкам, - злорадствовал Генри, спрятавшись за ногами Александра, - друг мой, ты как?
- Еще не знаю, дай разобраться, что здесь происходит.
- Только не делай скоропалительных выводов.
- Куда уж скоропалительней. Но все же подождем развязку.
Развязка подкупала своей непредсказуемостью. Разорвав кольцо спецназовцев, в комнату важной походкой вошел с неизменным лисьим выражением лица генерал Мильке. Он оглядел присутствующих и издевательски изрек:
- Ба, кого я вижу. Кремень, собственной персоной. Отлично, значит, все в сборе.
- Генерал, - отчего-то еще больше повеселел Стеаринов, - Чем обязан?
- Руки, - будто не слыша его, рявкнул Мильке.
Кремень повиновался и выставил руки перед собой. Генерал приложил чуть выше его кистей небольшую пластину. Она засветилась, начала удлиняться, пока плотно не обхватила конечности.
- Все кончено, Кремень.
- Будет кончено, когда я скажу, - поправил новоиспечённый пленник генерала и, осмотрев свои оковы, добавил, - есть несколько вещей, что могут остановить меня, но ваши браслеты к ним не относятся.
Мильке фыркнул и повернулся к Катерине:
- Ты в порядке? А то Габриель говорил, что выглядишь неважно.
Девушка была все еще в подавленном состоянии, но, тем не менее, кивнула головой:
- Да, сэр.
Хотя он её уже и не ждал, рухнула последняя надежда Александра. Катерина действительно оказалась агентом разведки Конфедерации, так же как и хакер, у которого они успели побывать. Биокиборга все это время водили вокруг пальца.
- Это, хорошо. Теперь все кончено. Сможешь отдохнуть, - непривычно заботливо для своего сурового образа проговорил Мильке, - возьми оружие. Твои руки нам сейчас пригодятся.
Катерина снова кивнула, подошла  к сестре и подняла валявшийся у ее ног пистолет.
- Как родители? - абсолютно серьезно спросила Ольга.
- Они так и не могут прийти в себя после твоей «смерти», - разозлено ответила Катерина и направилась обратно к генералу.
- Зато теперь они могут всю свою любовь дарить исключительно тебе, - услышала она вслед.
- Дура, - прошипела Катерина.
 Генерал обратился к Александру:
- И тебе, спасибо. Ты на отлично выполнил свое первое внеплановое задание.
Биокиборг посмотрел на Мильке испепеляющим взглядом, а была возможность –  действительно бы сжег глазами, однако генерала это нисколько не смутило.
- Не стоит так напрягаться, боец. Тебе сейчас тяжело понять, но история проста до безобразия. Все случилось спонтанно. После того, как мы узнали, что кто-то имеет на технологию проекта «Эволюция» свои виды, мы решили оперативно тебя изъять. Когда пошел слух, что мы решили сыграть на опережение, они активизировались. Мы направили в лабораторию капитана Симонову, для тебя она была просто Кэт. Она должна была проконтролировать провал твоего тестирования. Но тут вмешались внешние силы. Хотя мы и это предусмотрели. В ход пошел план «Б», по которому мой сотрудник должен был сопроводить тебя из стен лаборатории на нейтральную или подконтрольную нам территорию. Когда за вами началась столь серьезная охота, мы поняли, что у нас появляется отличный шанс накрыть наших врагом. Так ты стал еще и приманкой. Мы давно разыскиваем предателей нашей родины. Кремень был на первом месте в этом списке. Тяжело искать того, кого не знаешь. Но теперь его имя станет нам известно, а за ним пойдут и другие имена.
Александр безразлично посмотрел на обессиленную правдой Катерину.
- А упрекать её не стоит, - монотонно продолжил Мильке, - твой побег спутал нам немножко карты, но Кэт отлично справилась, напросившись к тебе в провожатые. Ты на нее не обижайся. У нее служба.
- Ты сам виноват, не надо доверять людям, - прохрипел Кремень.
- Людям надо уметь доверять, а ошибки, ошибки – всего лишь часть нашей жизни, - нарушил молчание Чан.
- Стоп, стоп, - выставил  перед собой открытые ладони Мильке, - оставим сейчас капитана в покое. Да нам повезло. Да ситуация развивалась не совсем по сценарию. Но сейчас, Кремень, в наших руках, значит, операция завершилась благополучно, да еще и с большим бонусом. Все кончено. Грузите их всех.
- Не кончено, - зарычал Кремень, - я же сказал, все закончится, когда я скажу. Первый, начинай!
Только сейчас Александр заметил радиопередатчик на бронекостюме у изголовья  седобородого.
Катерина почувствовала острую боль в висках и схватилась руками за голову.
- Кэт, что с тобой? - заволновался Мильке.
Девушка натужно  застонала и согнулась. Стеаринов зловеще захохотал. Александр рефлекторно дернулся вперед, но сзади его аккуратно придержал Чан.
- Что с ней, мерзавец? - затряс седобородого за плечи Мильке и тут же крикнул спецназовцам, - врача срочно!
- С ней ничего, она в полном порядке, - обиделся Кремень и обратился к Катерине, - возьми генерала в заложники и убей его, если со мной что-то случится или если я прикажу.
Катерина неожиданно выпрямилась. С ней произошла какая-то странная метаморфоза. Она стала похожа на куклу – эмоции с лица исчезли, стояла словно неживая. Вдруг девушка шагнула к Мильке и, схватив его за шею, приставила пистолет к его голове.
- Кэт! - запаниковал генерал, - Капитан Андреева.
Она не реагировала на его слова. Смотрела безучастно, в то время как её рука продолжала крепко сжимать шею Мильке.
- Прикажи своим людям бросить оружие и спуститься вниз, как минимум на три этажа, - заорал Стеаринов, - иначе она тебя убьет, будь уверен, убьет.
Повторять дважды не пришлось,  генерал захрипел:
- Выполнять!
- И сними этот браслет,-  указал Кремень на свои связанные руки.
Мильке безропотно набрал комбинацию, и оковы, снова превратившись в пластину, беззвучно упали на пол.
Спецназовцы неуверенно повиновались.
- Смелей ребята. Увижу кого-нибудь в неустановленных пределах, и ваш генерал умрет.
Пятясь назад, военные покинули помещение так же стремительно, как и вошли. Александр понял, что наступила пора действовать. Наемники только-только начали поднимать с пола свое оружие.
- Чан я знаю, вы меня слышите. Отвлеките их, - он обратился к старику посредством биочипа.
- Что ты задумал? - пролепетал кот.
- Беги отсюда, Генри. Здесь будет жарко.
Кот огляделся и помчался наутек. Услышавший этот скоротечные разговор Кремень удивленно вскинул брови:
- Стоять! - только и вырвалось у него.
Как вкопанные замерли наемники. Седобородый чертыхнулся на их исполнительность и услышал голос Ольги:
- Держи кота! - закричала она и помчалась вслед за Генри.
Среагировав на её голос, наемники уставились на убегающее животное. Чан спихнул со стола еще не продемонстрированный гостям прибор и ударил по нему ногой. Устройство отлетело прямо в голову бросившемуся вдогонку за Генри наемнику. Против него сыграло отсутствие шлема. С рассеченной головой он распластался на полу. Такой прыти от старика не ожидал никто. Но Чан продолжил удивлять. Он сделал сальто, ударил ближайшего противника ладонью в кадык, другого обезоружил и перекинул через бедро.
Александр тут же набросился на седобородого. Два его удара пришлись точно по лицу, но Стеаринов не только выдержал адские побои, но и ответил. Он ударил прямиком в затылок. Раз, два. Биочип предупредил о возможных системных сбоях. Кремень знал куда бить. Удивительно, но седобородый смог устоять перед зубодробительными ударами биокиборга. Он улыбнулся, обнажив окровавленные зубы:
- Что, думал так просто, как с другими? Мой организм гораздо крепче.
Противником Стеаринов был желанным. Таким, каким и должен быть. Равный не в силе, но в крепости духа. Мощный кулак в третий раз замахнулся перед лицом Александра. Биокиборг едва уловимым движением перехватил его руку и, собрав всю силу в кулак, ударил седобородого точно в нос.
Кремень потерялся, и Александр, воспользовавшись заминкой, нырнул под рукой ему за спину. Все было сделано вовремя, потому что наемники уже бросились помогать своему боссу.
Александр пнул врага в объятия двух наемников и методично кулаками, как молотами, избавился от остальных нападавших. На радость дантистам их зубы посыпались градом. С обезображенными лицами, стоная беззубыми ртами, они рухнули на пол.
У Чана дела обстояли хуже. Он и так прыгнул выше головы, но теперь старик отступал под ударами многочисленных юнцов в бронекостюмах. Не в силах сопротивляться он опустился на одно колено. Его тут же вырубили ударом приклада и следом стали добивать тяжелыми армейскими ботинками.
Александр зарычал и бросился к обидчикам.
- Стоять, - услышал он за спиной голос Ольги, - иначе коту крышка.
- Прости, Алекс, - разбито обронил  Генри.
Биокиборга затрясло от бессилия: Чан лежит на полу, Генри пойман, Мильке в смертельных объятиях потерявшей рассудок Катерины, – ситуация патовая. Александр замер, и  на него тут же навалились все непострадавшие в драке наемники. Под их ударами он упал на пол. Перчатки и ботинки бронекостюмов причиняли не столько физическую боль, сколько досаду, но Александр, стиснув зубы, терпел и то, и другое.
- Достаточно. Поднимите его, - послышался ожидаемо надменный голос седобородого.
Александра схватили за руки по двое с каждой стороны и резко дернули вверх. Кремень утер свой разбитый нос и оскалился.
- Я хочу, чтобы это видели все. И она тоже, - указал он в сторону Катерины.
Ольга заулыбалась, сжала посильней кота и вырвала оружие из рук сестры.
- Отключиться от нее, - рявкнул Кремень в микрофон своей радиостанции.
Сознание стало возвращаться к девушке. Она ожила, непонимающе огляделась и уставилась на свои руки, все еще сжимающие шею Мильке.
- А, непонятно ничего?
Катерина испуганно отпрыгнула от генерала. Кремень сплюнул и снисходительно продолжил:
- А я поясню. Когда старый мир прекратил существование и чертов «Мир без границ» занял свое место на троне мирового господства, была использована технология «железная хватка». Теперь же её используем мы, восстанавливаем, так сказать, историческую справедливость. Капитан, в твоей голове, сотни запрограммированных крошечных компьютеров, которые при использовании специального пульта парализуют деятельность твоего мозга. И этот пульт сейчас на моем корабле. Здесь совсем рядом. Любая моя команда, и ты снова в моей власти.
Катерина все еще прибывала в шоке. Она посмотрела на свою сестру.
- Да, сестричка, это я постаралась. Еще несколько лет назад, перед своей «кончиной». Небольшая инъекция, когда ты спала, и ты уже не принадлежишь себе.
Кремень скалил зубы не хуже звезды перед толпой репортеров. Он был доволен.
- Ты сама того не ведая эти годы работала не только на свою контору, но и на меня, - дополнил Ольгу Стеаринов, - от тебя очень много ценной информации было получено.
- Вы не люди, вы...
- Нет, мы – люди, - оспорил седобородый, - мы – люди, которые до кончиков пальцев ненавидят вашу гребаную Конфедерацию, и мы хотим сделать мир прежним.
- Кишка, у вас тонка,  - засмеялся, отчего осмелевший Мильке.
- Что ж, пусть так. Но, по крайней мере, нас никто не упрекнет, что мы не сделали, что было в наших силах, - Кремень вдруг стал серьезным и повернулся к столу с изобретениями Чана, - кстати, вы хотели знать, что будет, если это применить на практике, - он покрутил вновь оказавшийся в его руках нейропарализатор, - а вот что.
Стеаринов неожиданно ударил им в грудь Александра и нажал на кнопку. Пробило мощным разрядом. От боли в груди в глазах на мгновение потемнело. Что это? Почему биочип бездействует? Болевой порог не снижался, боль не исчезала. Она быстро распространилась по нервным каналам до самых кончиков пальцев. Биокиборг захрипел, смахнул с рук, как пушинок, державших его наемников, схватился руками за солнечное сплетение и безвольно рухнул на пол.
Он больше не контролировал свое тело. В затуманенном взоре семенили едва различимые силуэты. Александр не мог пошевелить даже глазами. Звуки в ушах отдавали жутким эхом. К горлу поступила тошнота. Но самое главное, молчал биочип. Александр не понимал, лежит ли он на полу или стоит. Мозг обреченно отстранялся от происходящего. В глазах вновь начало темнеть. Звуки слились в сплошной гул. Последнее, что он смог разобрать, как закричал Катерина.
- Сволочь, - девушка набросилась на седобородого.
Кремень, не раздумывая ни секунды, не делая скидку на то, что перед ним девушка, ударил её  кулаком в лицо. Катерина рухнула на пол и оказалась лицом к лицу с Александром. Она посмотрела на его обреченное лицо, губы синие, глаза неживые, и проглотила подступившие слезы.
- Прости...
- Поднимите её.
Крепкие руки подхватили её и поставили на ноги. Она по-прежнему смотрела на неподвижное лицо биокиборга.
- Не стоит так убиваться. Это неприятно, но не смертельно. Скоро он оклемается. Оля, будь так добра, сделай нашему роботу инъекцию подобно той, что ты изловчилась сделать сестре. Хватит уже нам приключений. А так в наших руках все же окажется готовый экземпляр.
- С удовольствием.
Ольга шагнула к лежавшему на полу биокиборгу, вытащила черный цилиндр и склонилась над головой беззащитного Александра.
- Нет! Стойте, - Катерина начала вырываться из цепких рук наемников, - не делайте этого. Иначе, вы не получите накопитель.
Ольга замерла и уставилась на Стеаринова, потеряв толику напускной решительности. Кремень жестом приказал ей остановиться. Он подошел к Катерине, пальцем прикоснулся к ее подбородку, потянул вверх и заинтересованно заглянул ей в глаза – смотрит обреченно, но не сдается.
- Ты столь же красива, как и твоя сестра, но умна ли ты, как она? - задумался вслух седобородый, - Мне вот сдается, что ты блефуешь. Не знаешь почему?
Катерина не знала, что ответить. Откуда ей было знать, где спрятан накопитель. Она снова лгала. Но ложь – лучшее, что пришло в её затуманенную горем голову.  Девушка посмотрела на Мильке, но ничего кроме удивления не смогла  прочитать на лице генерала – тот все еще пребывал в шоке. Ей нужно было выиграть время. Александр бы точно нашел способ, как выбраться из этой ситуации. Как же ей хотелось, чтобы он сейчас открыл глаза.
- Не знаю, - робко произнесла она в ответ.
- А я знаю. Чувство долга для тебя превыше всего. Тебя вряд ли должно останавливать то, что мы сделаем с этим недочеловеком.
- А, может, сестренка влюбилась? - услышала она издевательский голос Ольги.
- Ты находишь? - искренне удивился Стеаринов и, увидев, что Катерина потупила взор, произнес, - вот так поворот. Просто сказка какая-то, а не история. Жертвовать судьбой целого государства ради человекоподобного киборга.
- Что ты несешь, Кремень? - усмехнулся Мильке, - Какая судьба государства?
- Такая. С вашей разработкой, мы наплодим тьму биокиборгов, и Конфедерации придет конец.
- Смешно. Ты себя слышал? - не сдавался генерал, - Эта технология очень дорогая и сложная.
- Была, пока профессор Ермолов не упростил и не удешевил её.
Повисла пауза. Седобородый смаковал изменившееся лицо генерала. Мильке посмотрел на лежавшего на полу Чана. Все пропало. Даже словесная битва была им проиграна, и никто не мог поддержать его.
 А, - обрадовался Кремень, - в точку, да? Думали мы не в курсе. За год мы сможем сделать целую армию живых роботов, - продолжил седобородый, - а уж эта армия сметет вас, не оставив даже мокрого места. Ваши устои уже пошатнулись. Уже сейчас люди, подобные Катерине, работают в ваших правительствах и силовых структурах. И ждут своего часа. Теперь у нас будут еще и биокиборги.
Кремень вновь заглянул в глаза Катерины. Девушка ответила ему и невольно содрогнулась – перед ней стоит не человек, воплощение зла в человеческом обличье. Она увидела в его безжизненных глазах вселенскую ненависть. Холодную и расчетливую.
- Страшно?
- Да, - очень тихо призналась она.
- И правильно, что тебе страшно. Я могу вернуть тебя в подконтрольное мне состояние, и ты сама отдашь накопитель. Но я дам тебе возможность побыть в сознании. Все же очень интересно понаблюдать за твоей драмой. Разорваться между долгом и чувством! Достойно классиков!
Катерина мучилась, но понимала, другого пути нет.
- Накопитель у тебя?
- Нет, но я знаю, где он. Александр попросил, чтобы я его спрятала, - опять соврала она.
В этот раз ложь далась ей отменно. Кремень и бровью не повел, поверил её словам. Он и не думал, что под таким психологическим прессом можно говорить неправду. Генри хотел произнести «вслух» о вселенской несправедливости, но вовремя спохватился – его мог услышать Кремень.
Задумчивый взгляд кота перехватила Катерина.
- А как ты понимаешь, сигналы биочипа? - спросила она у седобородого больше для того, чтобы напомнить Генри о цене его молчания.
- Думаете, слуховой аппарат есть только у вас? - усмехнулся Стеаринов и, задумавшись на мгновение, вернулся к разговору с Катериной, - Мы отвлеклись! Накопитель здесь?
- Да.
- Пустите ее, - приказал седобородый наемникам и обратился уже к девушке, - у тебя есть пять минут, чтобы завоевать мое расположение.
Катерина бросилась к Генри, по-прежнему находившемуся в тисках крепких рук Ольги.
- Для начала мне нужен кот. Я хочу быть уверена в его безопасности.
Ольга возмущенно уставилась на Стеаринова, но тот кивнул, и она передала Генри сестре. Катерина сжала кота как можно крепче. Так ей было спокойней.
- Да, что ж такое. Это у вас семейное? - проворчал кот, - Вы так сдавливаете грудь, что почти невозможно дышать.
- Генри, - зашептала Катерина ему на ухо, - принеси накопитель, иначе у нас не будет шансов. Так надо. Верь мне, я на вашей стороне. Нужно выиграть время.
Кот возмущенно уставился на нее. Он ошалел от её безграничной наглости. Предательница не имела права даже разговаривать с ним, а тут от нее прозвучало такое предложение.
- Генри, выручай, - девушка догадывалась, что кот был не расположен контактировать с ней.
Она опустила его на пол. Кот недовольно закрутил хвостом. Он прекрасно понимал задумку Катерины, и был мысленно с ней согласен. К тому же благодарность за мимолетную свободу от цепких рук Ольги брала верх. Генри смягчился.
- Давай же!
- Что ты медлишь? - начал злиться Кремень.
- Я сказала коту, где лежит накопитель, он его и принесет.
- Ты испытываешь мое терпение!
- Так будет надежней для него и спокойней для меня.
Седобородый мог все остановить на раз и добиться своего меньшими усилиями, но он все еще ловил настоящий кайф, наблюдая за загнанными в угол жертвами – вот они в его руках, дрожат, хитрят, пытаясь спастись. Кремень перевел издевательский взгляд на кота.
- Хорошо, пусть будет так, - он подмигнул хмурившемуся животному.
- Какой же ты урод, - Генри в долгу не остался, сурово ответил седобородому, прекрасно понимая, что тот его слышит.
- Мы пойдем за ним. Чтобы все по-честному.
Для кота его слова стали командой к действию. Он бросился со всей своей кошачьей расторопностью  в соседнюю комнату. Катерина поспешила за ним. Стеринов, Ольга и часть наемников оказались в роли догоняющих.
- Я, конечно, слышал, что это животное даст фору по умственному развитию любому человеку, но однозначно забавно за этим наблюдать со стороны, - на ходу издевался седобородый.
- Сам ты животное недоразвитое, - фыркнул Генри.
Он вбежал в зал, где у Чана был настоящий музей древностей.
- Ого, - присвистнул Стеаринов, увидев чарующую взор коллекцию экспонатов, - а доктор Чан, оказывается, еще тот коллекционер.
Особняк «Биокиберии» в свое время тоже дышал стариной. Но это неудивительно, ведь любовь Ермолова к истории передалась ему как раз от Чана. Старик был помешан на коллекционировании. Экспонатов было действительно несчетное количество: картины, гобелены, статуи, вазы, оружие, электронные устройства. Чан за двести лет сумел собрать уникальную экспозицию. Такому собранию артефактов мог позавидовать любой музей Конфедерации.
Генри направился прямиком к небольшой китайской вазе, стоявшей на мраморном постаменте, и сел рядом с ней.
- Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
У Генри не было своего решения возникшей проблемы, и он решил последний раз довериться Катерине. Хуже, по его мнению, уже быть просто не могло.
Катерина подбежала к вазе и перевернула ее. На ладонь выпал черный бокс.
- Аллилуйя, - заликовал седобородый и протянул свою могучую ладонь, - отдай мне его.
Девушка осторожно протянула вожделенный предмет Стеаринову.
- Подавись, - прошипела она.
- Не дождешься, - он крепко сжал накопитель в руке и удовлетворенно посмотрел на Ольгу, - Старика, генерала, кота – убрать, киборга и её – с собой на борт. Да, и сделай киборгу инъекцию. Не хочу неприятностей от него вновь.
Ольга кивнула, достала пистолет и направила его на Генри. Катерина среагировала молниеносно и выбила оружие ногой, успев прокричать:
- Беги, Генри.
Кот и не думал её ослушаться. Он моментально нырнул под стеллаж и побежал, тщательно прислушиваясь к шагам позади.
Катерину скрутили мощные руки. Кто-то из наемников бросился вдогонку за котом.
- Оставьте его, - раздобрился Кремень, - он простой кот, хоть и весьма умный. Кто о нем вообще вспомнит. Не будем терять время, - он посмотрел на Катерину и закачал головой, - ай-ай, не получилось у нас с тобой конструктивного общения. Не завоевала ты моего доверия, увы. Подключайтесь к ней, - скомандовал седобородый по рации.
Ужас в глазах Катерины промелькнул лишь на мгновение. Мысли очистились, сознание провалилось в бездну, и девушка вновь превратилась в управляемое седобородым существо.
Кремень воодушевленно посмотрел на свою игрушку, поспешил обратно, за ним потянулись все остальные. Дело было сделано, и он победил. Так Стеаринов считал, и так он ошибался.
К Александру начало возвращаться сознание. Сначала ожил биочип.  Он проанализировал состояние всего организма, и отметил положительную динамику восстановления. Постепенно вернулся слух. Биокиборг попытался приоткрыть глаза и, к своему удовольствию, смог четко разглядеть, что творилось вокруг. Рядом с ним сидели трое наемников, особо сильно пострадавшие от его ударов. Чуть поодаль лежал Чан, все еще не подававший признаков жизни. У его головы переминался с ноги на ногу Мильке. По голосам Александр определил, что в комнате не было ни Катерины, ни Стеаринова, ни Ольги. Стоявших позади наемников он сосчитал без труда – девятеро.
- Алекс отвечай, отвечай, друг, - услышал Александр Генри.
Биокиборг, не желая раскрываться, упорно молчал.
- Отвечай же. Они возвращаются к вам. Накопитель у седобородого.
Александра обдало жаром. То ли от услышанной новости, то ли от того, что биочип подтвердил восстановление всего организма после нейропаралитической атаки.
- Меня вынудила Кэт, - не унимался Генри, - у меня не было выбора. И у нее его не было. Она тебя спасла. Тебе хотели вживить те же штуки, что и ей. Но она тянула время. И теперь тебе надо очнуться, иначе все. Очнись и сделай что-нибудь. Они идут убить Мильке и Чана, а тебя хотят забрать на борт. Кэт снова превратилась в управляемого зомби, а я сумел сбежать только благодаря её храбрости.
Александр пошевелил пальцами. Удалось без проблем. Теперь биокиборг отчетливо услышал возню в соседней комнате. Отчего он не услышал их появления тогда? Да, обувь наемников была бесшумной, но это не могло стать причиной абсолютной тишины. Как минимум, лязг оружия, любой другой посторонний звук не мог ускользнуть от его тонкого слуха. Все казалось слишком странным. Но вопросов было слишком много, а время, напротив, убывало с чудовищной скоростью. Кремень и основная часть наемников  грозилась вот-вот вернуться в комнату. Пока была фора, ею стоило воспользоваться.
Александр застонал, чтобы привлечь к себе внимание.
- Смотри, как быстро очухался, - удивился кто-то из наемников.
 Его тут же обступили, с опаской направив в него оружие. Они уже знали, насколько опасный перед ними находится противник.  И было совсем неважно, что биокиборг лежал на полу, не имея при себе средств защиты. Они боялись его, то и дело поглядывали на своих избитых товарищей. Никто не хотел оказаться на их месте.
Самый смелый наемник позволил  себе ткнуть биокиборга мощной бронебойной винтовкой ЛВБ-9000. Александр успел прочитать на корпусе выгравированное название оружия.
- Что-то он слабо очухался. Видать хорошо его шарахнуло.
- Ничего, Кремень придет, от греха подальше еще раз отправит его отдыхать.
- Так и надо с ним. А пока воспользуемся старым дедовским методом.
Все тот же боец  перевернул винтовку и ударил Александра прикладом по голове.  Лицо биокиборга лишь немного сморщилось от неприятных ощущений. Это спровоцировало наемника.
- Что мало?
Он засмеялся и с азартом замахнулся вновь. Неожиданно для него  биокиборг схватился за приклад,  перехватил руку и надавил на спусковой курок. Прямым попаданием голову наемника разметало на мелкие ошметки. Винтовка просто не заметила броню шлема.
Обезглавленное тело рухнуло рядом с биокиборгом. Александра окатило смесью из крови и мозга жертвы. Ситуация не самая банальная, но все свои человеческие ощущения биокиборг вовремя отодвинул на второй план. Чего нельзя было сказать о товарищах жертвы. Наемники, напуганные до полусмерти, отскочили в сторону.
Александр воспользовался их замешательством и вмиг оказался на ногах. Вид у него был тот еще – одежда испачкана, лицо в крови, глаза безумны, а в руках бронебойная винтовка. Он напоминал  жуткого зверя, который разорвал свою жертву на глазах её же сородичей и теперь жаждал продолжения своего пиршества. От избытка эмоций Александр зарычал, показавшись противнику самым страшным созданием, которого они когда-либо видели. В их глазах читался настоящий, ничем не разбавленный страх. То неподдельное чувство, что во все века порой защищало людей от глупости, но так же часто и толкало на нее. На этот раз защитить от глупости страх не смог. В головах наемников зародилась мысль, что следующими на мушке биокиборга могли стать уже они. Их руки потянулись к оружию.
Грянули выстрелы. Александру пришлось вспомнить все отточенные на тренировках навыки. Он сработал на опережение, уничтожив как минимум троих, но от встречного огня едва увернулся сам. Близость противников сыграла свою роль. Несколько акробатических трюков защитили биокиборга, но очередной лазерный луч все-таки достал его.
Грудь болезненно обожгло. К счастью, попали в него из обычной винтовки. Но тут везению вышел срок. Со вторым попаданием  биокибернетический организм ощутил всю мощь ЛВБ-9000 уже на себе. Александра отбросило на несколько шагов назад, но он, кувыркнувшись, умудрился встать на ноги. Левое плечо нестерпимо заныло. Александр мимолетом осмотрел рану и увидел кровавое обожженное месиво. Он пошевелил суставом, плечо послушно задвигалось, успокоился – главное, что кости целы, мясо быстро зарастет. Биочип записал свои очередные «логи»:  начался процесс регенерации тканей.
Александр ответил еще двумя попаданиями и снова ловко ушел из-под огня. Три лазерных пучка разошлись с ним в считанных сантиметрах. Расстреляв почти всё в обоймах, наемники бросились отступать, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на трусливый бег. Единственное, что их удерживало – перспектива подставить биокиборгу свои спины.
В это же мгновение в комнату вбежал седобородый.  За ним, не отступая ни на шаг, спешила его армия. Они уже тянули свои пальцы к спусковым куркам винтовок, слышали завязавшуюся перестрелку. Чуть поодаль Ольга вела под руку свою сестру. По одному взгляду было ясно, что сознание Катерины вновь контролировалось седобородым.
- Брось оружие, - закричал Кремень.
Александр  оценил обстановку и, подбежав к столу,  сделал еще несколько выстрелов, пока винтовка не ответила ему жалобным и протяжным писком. Он посмотрел на индикатор заряда: красным мигало последнее деление.
Сумасшедший огонь противника заставил его спрятаться за столом. Решение было спонтанным и, как ни странно, верным. Благодаря внутреннему металлическому контейнеру для хранения вещей и мощному древесному массиву его временное пристанище сдюжило с крепкой затяжной атакой. Во все стороны градом полетели щепки. Запахло паленым деревом. Лазеры размолачивали некогда симпатичный стол Чана.
В укрытии Александр столкнулся лицом к лицу с Мильке. Генерал был на удивление спокойным и смотрел на биокиборга с нескрываемым восхищением.
- Не плохо, сынок. Деньги в тебя вложены были не зря.
- Можно хоть сейчас не об этом? - возразил Александр.
Мильке, как ни в чем не бывало, кивнул и показал на рану.
- Зацепило?
- Царапина, - нарочито храбрился Александр.
Он сделал несколько выстрелов, просто обозначив сопротивление. Винтовка последний раз пикнула, замигал пустой дисплей. Генерал нахмурился:
- Царапина? Бравада нам теперь не к чему. Нам еще выбираться отсюда.
- Что-то я не видел до этого в вас такой прыти, - огрызнулся биокиборг, - особенно в цепких объятиях капитана.
Генерал действовал ему на нервы. Один из главных возмутителей его спокойствия каким-то образом оказался с ним по одну сторону баррикад и при этом умудрялся вести себя как хозяин положения. Очередная щепка отлетела от стола и рассекла Мильке щеку. Александр удовлетворённо хмыкнул – хоть какая-то справедливость существует в этом мире. А генерал, не обращая на пустившуюся тонкой струйкой кровь ровным счетом никакого внимания, указал на винтовку.
- Новая модель. Сволочи продажные. Ведь кто-то им поставляет технологии. Свои же!
- Она нам больше не поможет.
- Как сказать. Обойма хоть и пуста, но не все так плохо, - со знанием дела заметил генерал.
Здание Академии заходило ходуном. Затряслись стены. Осыпалась часть потолка. Огромной силы взрыв раздался совсем рядом. Выстрелы прекратились. Противник замер в ожидании. Александр и Мильке переглянулись. Генерал лишь пожал плечами.
- Это не могут быть наши. Они меня как огня бояться и не сунуться сюда без приказа. Тем более кроме здешних сил никто и не знает, что я в Академии. Да и не будут они разрушать  красивейшее в Аресе здание. Генералы приходят и уходят. А многие так и во все хотят, чтоб я исчез. Для них я – тупой солдафон.
- Как это ни парадоксально, но сейчас это очень прискорбно.
Послышалась трель лазерных пушек. Дала трещину и стала обваливаться стена недалеко от наемников. Мгновение спустя с характерным гулом работающих двигателей её пробил металлический корпус боевого космолета. За корпусом корабля просматривалась картина настоящего апокалипсиса: верхние этажи Академии были разрушены и охвачены пламенем. Поддержка Стеаринова решила не церемониться и двинулась к нему напролом.
Носовая часть корабля стала открываться и напомнила клюв хищной птицы. У края образовавшейся платформы в полной боевой готовности стояли дополнительные силы наемников. Александр насчитал только в открывающемся проеме целую дюжину превосходно экипированных головорезов. Превосходство противника и раньше не обсуждалось, но теперь оно становилось невозможным.
- А вот это совсем уже плохо. Погостили у старика Чана, пора и честь знать. Вы со мной? - Александр вежливо обратился к Мильке.
- Не сомневайся. И одолжи мне винтовку.
- Пожалуйста, - пожал плечами биокиборг и передал бесполезное для него оружие генералу.
Мильке набрал комбинацию из ряда клавиш и вернул винтовку.
- Будь так любезен, зашвырни её как можно дальше. У тебя десять секунд.
Александр посмотрел на дисплей и увидел откуда-то возникший таймер обратного отчета.
- Какие у вас коварные разработки.
- Да уж не без маленьких хитростей.
Край платформы достиг пола. Гулко застучали тяжелые ботинки. Прятаться теперь было не от кого. Противник шел с открытым забралом в бой, а на пушечном мясе экономили всегда.
- Огонь, - прокричал Кремень, порываясь пересилить гул двигателей, и показал рукой в сторону стола.
Выстрелы слились в смертоносной симфонии звуков. Стол был готов развалиться в любую секунду. Александр рассчитал бросок, целясь как можно дальше от Катерины. Она по-прежнему стояла рядом с Ольгой у самого входа в комнату. На ее безучастном лице было меньше жизни, чем в застывшей статуе. Александра глядел на нее с сожалением. И сожалел он не об открывшихся обстоятельствах её предательства – ему действительно было не по себе видеть её в лапах лютого врага. Когда на дисплее осталось три секунды, биокиборг запустил свое оружие в толпу стреляющих наемников.
Короткую вспышку сменил страшный грохот. Тряхнуло так, что на мгновение показалось, будто пол ушел из-под ног. В прочем, для особо неудачливых наемников так и произошло. Взрывной волной их отбросило в проем в стене, и они, движимые силой притяжения, приземлились несколькими этажами ниже. Еще троим наемникам повезло и того меньше. Они стояли  в первых рядах, и вспышка перед взрывом стала последним, что они лицезрели в своей жизни. Остальных наемников, а вместе с ними Катерину, Ольгу и седобородого волной просто смело на пол.
- Минус шесть, - оценил последствия своей диверсии Александр и, схватив за локоть Мильке, побежал в сторону ближайшей двери.
- Я сам, - гордо отстранился от биокиборга генерал.
Они добежали до Чана, Александр на ходу подхватил его на руки и пропустил вперед Мильке.
- Давайте, генерал, быстрее. Я прикрою.
- Чем? - запыхался Мильке.
- Спиной, - безразлично ответил Александр, будто он говорил о чем-то совершенно естественном.
В силу не самого молодого возраста бегать резво Мильке уже не мог, и биокиборг решил прикрыть его собой. В любом случае так у них было больше шансов.
Оглушенный взрывом, пошатываясь, с пола поднялся Стеаринов. Его глаза налились кровью. Не то от взрыва, не то от злости. Седобородого снова обыгрывали в его же игре. Подогретая ненавистью, в его жилах закипела кровь. С пеной у рта он выхватил небольшой пистолет и, не целясь, выстрелил. Александр почувствовал, как кольнуло под лопаткой. Кольнуло настолько слабо, что сначала биокиборг не придал этому никакого значения.
Вслед за седобородым пришли в себя и его наемники. Шквал огня возобновился. До спасительных дверей оставалось несколько шагов. Мильке уже выбежал из комнаты, и в дверном проеме оказался Александр. Лазерные лучи достигли спины биокиборга и толкнули его вперед. Он успел отбросить Чана в укрытие, а сам кубарем полетел на пол и распластался на спине. Под одеждой стало сразу тепло и липко. Биочип сознательно снизил болевой порог. Александр лежал в луже собственной крови, но боли почти не чувствовал.
 Мильке повел себя героически и, выбравшись из укрытия, под обстрелом потащил Александра  к себе. Мощная спина биокиборга размазала кровь по полу, оставляя после себя жуткий протяжный след.
В укрытии генерал помог Александру приподняться и присвистнул. Его спаситель был похож на человека, выбравшегося из настоящей мясорубки, что, впрочем, совсем не разнилось с истиной. Чужая и его собственная кровь пропитала всю одежду. Лицо было в ее запекшихся разводах. Он представлял собой одновременно жуткое и жалкое зрелище. Обычному человеку вряд ли представился бы шанс выжить после таких приключений.
- Что, совсем красавчик? - нашел Александр время для шуток.
- Ты знаешь все не так и плохо, - обнадежил его Мильке.
Александр улыбнулся. Все-таки генерал был не так плох, раз бросился вызволять его из пекла.
- Вперед, - скомандовал он.
Биокиборг шагнул к Чану, подхватил потяжелевшими руками старика и побежал, но уже не столь быстро. Теперь генералу не составляло труда поддерживать заданный им темп.
Наемники за их спинами ликовали. Они бросились добивать беглецов, предвкушая легкую победу.
- Всем, кто убьет его, обещаю двойное вознаграждение, - закричал Кремень им вслед.
Возиться с биокиборгом он больше не желал. Стеаринов злобно оскалился – мясо сделает это за него, а не сделает... он найдет другое мясо.
Рядом с ним остались только Ольга и Катерина. Седобородый довольно подкинул накопитель в ладони.
- На корабль, самое главное у нас в руках, - повернулся он к своей соратнице.
Ольга посмотрела на сестру.
- Что будет с ней?
Стеаринов пожал плечами.
- Посмотрим, она нам еще пригодится. Надо просто правильно её воспользоваться.
- Отдай её мне, - вдруг стала серьезной Ольга.
- Проснулось родство?
Девушка на вопрос не ответила и, посмотрев исподлобья на седобородого, процедила сквозь зубы:
- Просто отдай её мне, ты и так победил.
- Посмотрим, - безразлично бросил Кремень и стал подниматься на корабль.
Александр домчал до лестницы, почти не разбирая дороги. Кровь, смешавшись с потом, устилала глаза тошнотворной пеленой. Было по-настоящему тяжело. Повреждения полностью нивелировали все превосходство биокибернетического организма перед обыкновенным человеком. Регенерация работала на высоте, но раны хоть и затягивались, и почти совсем не кровоточили, все же не позволяли Александру проявлять все свои лучшие качества.
Наемники были в нескольких шагах за стеной. Биочип буднично отсчитывал оставшиеся метры до новой встречи с ними, как вдруг он  среагировал на посторонний объект в кровеносной системе. Уже у лестницы Александр остановился и заговорил с Мильке:
- Мне что-то попало в кровь с выстрелом.
Генерал, тяжело дыша, со знанием дела пояснил:
- Это жучок. Теперь тебя могу выслеживать на больших расстояниях. Жучок этот – видоизмененная клетка крови, её очень тяжело вычислить.
- Да, уж, просто сказочно везет.
Взор Александра упал на белую рамку перед дверью слева.
- Шумопоглощающий экран и бесшумные ботинки, - задумался он, - конечно же. А я-то думал, почему я не слышал их приближение.
Наемники были на пороге. Александр отчетливо слышал сбивчивый и громкий стук их ботинок.
- Нам не уйти втроем.
- Что ты предлагаешь?
- Вы сможете утащить Чана?
Мильке не успел кивнуть, а Александр водрузил ему на руки тело старика.
- Бегите к двери, а я отвлеку и уведу их вниз, - биокиборг кивнул в сторону лестницы.
Генерал благодарно посмотрел в его сторону, понимая, что его спаситель в очередной раз собирается рисковать собой ради неизвестных ему людей. В этом взгляде было много нового для самого Мильке. Что-то в его сознание переключилось, как тумблер, щелк, и генерал стал другим. Александр больше не был для него вещью. Всем кем угодно, но не вещью с презентации намедни.
Собрав оставшиеся силы, генерал рванул с места, как заправский спринтер, успев по-старчески крякнуть и проговорить:
- Я так лейтенантом не бегал. Удачи тебе. И спасибо.
Александр проводил его взглядом. Топот генеральских ног растворился у экрана, он  работал в обе стороны. Биокиборг, как ни силился, так и не услышал хлопка дверей за Мильке.
Как только дверь закрылась, все внимание биокиборга сосредоточилось на дверном проеме. К нему выскочили первые наемники.
- Растяпы, я здесь, - крикнул он им и побежал вниз по лестнице.

***

Стеаринов добрался до кабины пилотов. С невозмутимым каменным выражением лица он выкинул за шиворот командира корабля.
- Пошел вон.
 Кремень даже не повернулся на крик, когда капитан схватился за рассеченную голову. Беднягу подхватили под руки и вывели в соседнюю каюту. Спорить с седобородым никто и не пытался.
Стеаринов сел за штурвал и стал медленно выводить корабль на открытое пространство. Оценить масштабы разрушения Академии было сложно – настолько мощным оказался обстрел, после которого совсем немаленький транспортно-боевой корабль смог  пробраться вглубь здания.
Столь массированная  атака на Военную Академию наук не могла остаться незамеченной. Стеаринов это прекрасно понимал, поэтому и поспешил оказаться на корабле с накопителем. Погоня могла и провалиться, этого он не исключал,  биокиборг хуже ужа – никак не дается в руки, а рисковать полученным накопителем он не имел права.
Седобородого раздирали противоречия. Радость от значительного успеха, злость от очередного бегства Александра,  – в его эмоциях все смешалось. Сорвавшись на капитане, он несколько успокоился, хотя по его каменному выражению  лица тяжело читалось  даже это.
Кремень включил все радары корабля, все радиочастоты и стал вслушиваться:
- У нас тут сущий ад. Я такого в жизни не видел.  Верхние  этажи разрушены. Атака продолжается. Нужна поддержка с воздуха.
- Это полицейский департамент Ареса, ждите подкрепление через три минуты.
- Военный гарнизон прикрытия. Ждите, выдвигаемся. Постарайтесь продержаться.
- Нас пока не коснулось. Но противник захватил доктора Чана и генерала Мильке.
Эфир моментально оживился:
- Что? Генерал в здании, почему вы раньше не сообщили? - затараторили представители военного гарнизона.
- Как генерал? - удивилась полиция.
- Это был его приказ!
Кремень узнал трясущийся голос Городового и улыбнулся.
- Нужно поспешить, - проговорил он сам для себя в полголоса.
Полиция  седобородого не интересовала. Им нечего было противопоставить ему. А армейская техника могла прибыть к месту бойни не раньше, чем через двадцать минут – военным подразделениям строго запрещалось квартироваться в пределах столицы.
Времени было немного, но вполне достаточно для завершения всех насущных дел. Стеаринов включил еще один радар. На экране вспыхнула красная точка. Она выдала положение жучка, находящегося в крови Александра. Седобородый зло улыбнулся. Теперь биокиборг оказался в его поле зрения и, значит, в его власти.

***

Со ступенек Александр сбежал, едва не оступившись. Подвели ослабевающие ноги. Биочип вернул болевой порог на нормальный уровень, и спина неприятно заныла. Процесс активной регенерации был очень болезненным, но тратить силы на снижение болевого эффекта Александр больше не хотел. Силы могли пригодиться и без этого.
Острый слух выхватывал сбивчивый шаг преследователей. Александр бросился в сторону библиотеки. Ни о каком отпоре речи и ни шло. Единственный выход – отступать и надеяться по  счастливой случайности найти оружие. Так его шансы на спасение могли чуть-чуть подрасти.
Биочип подсказал близкое расположение кухни, и Александр успел порадоваться своей возможности быстро отыскивать причинно-следственные связи. Запах еды было трудно с чем-то спутать. А там, где еда, всегда водилось что-нибудь полезное и для биокиборга. Элементарный нож в его ситуации стал бы стоящей находкой. Ноги сами поспешили вперед, и Александр вновь оказался в мире живых книг.
После мощной воздушной атаки библиотека выглядела потрепанной. Книги, к счастью, не пострадали, но потрескавшийся и местами зияющий дырами потолок наводил ужас запустения. Красоты ночного неба больше не могли порадовать гостей Чана. Свет в помещении не работал, и в полумраке среди огромных стеллажей под светом проникающих холодных городских огней в воздухе пахло чем-то мистическим. Все же книги создавали невероятный антураж. Казалось, стоило замереть на мгновение, чтобы увидеть в дверях писателя в потрепанном домашнем халате и с тусклой свечой в руках, который направляется ваять свой очередной труд под едва разгоняющий тьму слабый чадящий огонь.
Александр увидел огни космолета и шмыгнул в самый темный угол библиотеки. Улетать седобородый не спешил. Мысль о блуждающем в крови жучке сама закралась  в голову, и биокиборг побежал. Это спасло ему жизнь. Почти сразу за спиной возник огненный шар взрыва. Ракетный залп обрушился на то место, где он находился секундами ранее. Александра отбросило на пол, но он тут же вскочил и побежал. Снаряды разрывались совсем рядом. Биокиборга стало осыпать книгами вперемежку с кусками разрушающихся стен. Секло кожу, разрезались сухожилия, пламя за спиной так и норовило схватить его в свои жгучие объятия. Странно, но в эту секунду он думал меньше всего о себе. Было очень жалко Чана. Старик собирал свою коллекцию всю сознательную жизнь, почти два столетия. Разрушить её удалось за мгновение. Книги дымились, свистели влагой своих страниц, вспыхивали. Пламя жадно обгладывало  их переплеты,  ярким танцем плясало на раскрывшихся при падении страницах.
Все стихло. Теперь шуршал лишь огонь. Но передышка оказалась слишком короткой. На смену своему боссу пришли наемники. В зачинающемся пожаре биокиборг предстал перед ними как на ладони. Едва ступив на порог библиотеки, они пустили в ход все своё  вооружение. Александр ссутулился, ожидая попаданий по и так истерзанной спине, но в этот раз ему повезло. Он ускользнул,  вырвавшись в относительно уцелевший коридор, все еще увешанный регалиями в честь Чана.
Кухню Александр нашел быстро. Её потрепало не хуже библиотеки. Помещение зияло многочисленными прорехами в стенах и потолке. Здесь биокиборг снова был уязвим для атаки с воздуха. Александр закрыл глаза и сосредоточился на своем состоянии. Биочип начал зондирование кровеносной системы. Он усилил мощность вырабатываемого нервными волокнами импульса. Слабое магнитное поле жучка отыскалось довольно скоро. Биокиборг стал чувствовать, как чужеродный объект двигался внутри него. Глаза забегали по столам и выхватили искомое. Огромный тесак мясника лежал всего в паре шагов от него. Действия Александра в критической ситуации дошли до автоматизма. В эту секунду он думал всем своим телом, каждой клеткой своего организма.
Жучок появился в левой кисти. Александр схватил нож и полосонул себя по руке, немного выше ладони. Брызнула кровь, но биокиборг лишь немного скривился, стиснул зубы и надавил выше пореза. Кровь заструилась сильнее, слетая крупными каплями на стол.
Чужеродный предмет исчез. Биокиборг довольно осмотрел порез – на фоне общих повреждений он поражал своей безобидностью. Александр схватил первое, попавшееся под руку полотенце, ловко накрутил его пораненной же рукой на рану и метнул тесак в сторону дверей.
Слух не подвел. Ворвавшемуся на кухню наемнику нож вошел точно в незащищенную часть шлема. В глазах ловца удачи застыла шальная мысль, а стоило ли? Его отяжелевшее тело громко рухнуло на пол. Следом за ним, скорее по инерции, вбежал второй преследователь. Александр, не глядя, нащупал стойку с ножами и метнул клинок в цель. Наемник среагировал, защитился рукой, и нож отскочил от брони.  В ответ нападавший открыл огонь из винтовки. Александр метнул второй нож и этим в очередной раз спас себе жизнь. Искореженный клинок подарил биокиборгу нескольку секунд. Александр схватил еще два ножа и пробежал прочь из кухни через вторые двери.
За спиной тут же раздался взрыв. Кремень вновь открыл огонь. Но теперь эта проблема так остро не стояла. Жучка не было, а у Александра появилось, какое-никакое, оружие.
Вперед его вели лабиринты огромных апартаментов Чана. Время Стеаринова же стремительно таяло. Биокиборг был уверен – бесконечно своевольничать в столице Марса не позволят никому. Оставалось только дотерпеть.
Александр побежал по жалобно мерцающим желтым светом коридорам. Справа  в одной из комнат бушевал пожар. На биокиборга дыхнуло преисподней, когда очередную дверь совсем рядом вырвало взрывом. Жаром обдало лицо. Александр услышал, как  зашипели плавящиеся брови и ресницы. Противно запахло паленым. Биокиборг нырнул вниз и прокатился под выпрыгнувшими в коридор клубами пламени. 
Огонь по-хозяйски вырвался на свободное пространство, и вот уже стена огня за спиной Александра перегородила дорогу его преследователям.
 - В обход, найти его, - услышал биокиборг за спиной.
Он выиграл еще несколько драгоценных минут. Совсем рядом разорвало стену. Биокиборга сбило с ног. Счет переломленным костям пошёл на десяток. Благо, пока это не стесняло его движения. Повреждения Александр и вовсе бросил считать – занятие то еще бесполезное. Раны появлялись, затягивались, и так по кругу. Спина покрылась плотной сухой коркой и невозможно чесалась. На плече это корка уже даже трескалась, обнажая участки новой кожи. Правда, и на ней виднелись бесконечные мелкие ссадины.
Рвануло еще несколько раз. Попадания становились все более хаотичными. Кремень, наверняка, бесновался в гневе и теперь палил в здание Академии по наитию. От этого легче не становилось. Организм слабел.
Александр огляделся и прислушался. Голоса преследователей стихли, но затем возникли с другой стороны. Биокиборг крепче сжал в руках ножи. Последний раз он насчитал у противника два десятка человек. Открытый бой с ними по-прежнему казался безумием со вполне очевидной развязкой. Только аккуратность и точность могли спасти его сейчас.
Он подбежал к стене напротив. Коридор заканчивался, и за стеной, возможно, располагался потайной ход. По крайней мере, так настаивал биочип. Александр погладил стену рукой и придавил в нужном месте. Сработал механизм, часть стены беззвучно провалилась внутрь, обнажив едва освещенный проход. Игра в лабиринты, видимо, доставляла Чану какое-то эстетическое удовольствие, иначе, чем было объяснить такое количество потайных ходов? Александр твердо решил  поинтересоваться об этом у него при следующей встрече. Лишь бы эта встреча состоялась. Биокиборг не на шутку опасался за состояние старика – здоровье в его возрасте штука хрупкая.
Нырнув за стену, Александр оказался в спальне Чана. Вернее в том, что от нее осталось. Комната сохранилась ровно наполовину. Ее будто разрезали ножом, и по краям среза небольшое пламя облизывало то, что могло еще гореть.
- Держимся кучно, не разделяться, - раздалось совсем рядом, - он где-то здесь.
Александра боялись, и это играло ему на руку. Однако оставаться на открытом пространстве было опасно. Седобородый мог появиться в любую секунду по первому же возгласу наемников. Пока же взрывы были по-прежнему стихийны.
Взвыли полицейские сирены. Александр увидел, как сразу пять аэромобилей с проблесковыми маяками направились в сторону Стеаринова. Корабль неохотно сдал назад, развернулся и градом огня  превратил полицейскую технику в груду обожжённого летящего вниз металла. Многотонная махина качнулась в воздухе и с легкостью бабочки поплыла вдоль здания прямо навстречу биокиборгу. Кремень менял позицию, стараясь ориентироваться по своим бойцам.
Александр от безысходности бросился к двери и выскочил из комнаты. Ноги наемников чеканили шаг прямо за углом. Биокиборг выставил нож перед собой. Выбежавший из-за угла наемник напоролся на клинок, и Александр с силой надавил на рукоять. Поверженный боец захрипел и рухнул на пол. Биокиборг ослабшими руками вырвал у него из рук винтовку и отступил. Смертоносная очередь лазеров размолотила часть стены, где он только что находился.
- У нас контакт. Объект в районе спальни главы Академии, - заверещал кто-то.
Александр спрятал второй клинок и осмотрел оружие. Обойма была не полной, но вот с самой винтовкой повезло – повышенной мощности. Вволю порадоваться не удалось. Рвануло в двух шагах от него, снова зацепило.
Кремень поступал умно. Теперь он корректировал огонь по радиосвязи с помощью подсказок своих людей. Александр замотал головой, оглушенный и обескураженный. Ему только предстояло прейти в себя, а рядом раздался второй и третий взрывы. Биокиборга сбило с ног, осыпав стертыми в пыль обломками стены. Держась за голову, он схватил винтовку, вскочил и побежал. Синопсисом этого вечера было одно слово – отступление. Один в поле не всегда воин, даже, если он и биокиборг.
- Вперед! - донеслось до него эхом.
Рвануло под ногами. Взрывной волной Александра припечатало к стене и окатило пламенем. В грудь ударило так, что в глазах потемнело и перехватило дыхание. Спина биокиборга ударилась о монолитную стену. Биочип отметил деформацию грудной клетки и внутренние кровотечения органов. Александр сполз на пол и закрыл глаза. Ресниц и бровей у него больше не было, ровно, как и кожи на лице – её куски висели лоскутами, обнажая подпаленное мясо.
Взвыли сирены. Полицейские вновь атаковали седобородого. Завязалась скоротечная перестрелка, закончившаяся столь же печально для стражей закона, как и предыдущая.
Но эта передышка дала Александру шанс. Он  понимал, что его жизнь висит на волоске, и он должен за него зацепиться. Биокиборг собрал волю в кулак. Из последних сил он встал, подобрал оружие и уже заковылял. Активная  регенерация организма только мешала. Боль казалась нестерпимой. Александра подташнивало, ужасно шумела голова.
Появились наемники. Александр, не целясь, выстрелил. Солдаты удачи, грезившие увидеть перед собой поверженного врага, быстро ретировались обратно в укрытие. Но биокиборг отступил и сам. Седобородый вновь разворачивал к нему свою смертоносную машину.
Собрав волю, желание жить, последние силы в кулак, Александр побежал. До смешного медленно не только для себя, но и для простого человека. Хотя человек в его состоянии едва бы задумывался о беге, едва бы он мог вообще думать.
 За спиной загрохотало. Теперь космолет бил плазматическими ракетами. Стало страшно. Страшно по-настоящему. Александр не боялся себе в этом признаться. Факт оставался фактом, а человек в нем оставался человеком.
Биокиборг вдруг вспомнил о Катерине, о том какая опасность угрожала ей. Это придало сил, помогло отвлечься – ведь он должен был спастись, без него её шансы – пустая статистика. Однако ресурсы его организма находились на исходе. Он был на грани обморока. От каждого шага темнело в глазах, но чувство долго заставляло превозмогать боль и двигаться дальше.
Почти в бреду, Александр прыгнул в замаячивший впереди коридор, не досягаемый для ракетного обстрела. Загремела очередь взрывов. Смерть с огненным оскалом, всеми правдами норовила дотянуться до своей ускользающей жертвы, но оступилась на пороге и вдруг исчезла. Стало совсем тихо. Бикиборг подумал, что потерял сознание, но нет. Плазма шипела за спиной, а звук двигателей смолк. Космолет прекратил стрельбу и улетел. 
Подгоняемый пугающей тишиной Александр в очередной раз поднялся с пола. Сколько раз за сегодня. Казалось, неисчерпаемые возможности делали из него настоящую машину, вот только природа этих возможностей была не только в рукотворных технологиях. Сила духа не меряется научными величинами, она с каждым ударом сердца заставляет делать невозможное.
Александр отдышался и прислушался. Слух давал сбои – сказались бесконечные взрывы. Тем не менее, биочип определил:  его преследователи разделились. Вероятно, чтобы окружить обескровленного противника. И добить.
Сейчас биокиборг был для них удобной и, наконец, вполне перевариваемой целью.  Но так просто сдаваться Александр не намеревался. Отсрочить свой финал он мог только, как это ни парадоксально звучало, временем. Время лечило его. В прямом смысле этого слова.
Он аккуратно пробрался сквозь полуразрушенную стену, увидел пробоину в полу и прыгнул на этаж ниже. Приземление отдало такой болью, что Александр первый раз в жизни, не утерпел и громко застонал. Из последних сил он добрался до самой дальней комнаты и сполз на пол, устроив привал в самом темном углу.

***

- У нас контакт. Объект в районе спальни главы Академии.
Голоса наемников гулко отдавали в ушах. Чувства обострились. Стеаринов вошел в раж. Вместе со злостью и ненавистью в нем проснулся жестокий охотник, которому была безразлична добыча, но был очень важен факт умерщвления своей жертвы. Биокиборг упорно сопротивлялся, и даже сообразил избавиться от жучка. Сначала данное обстоятельство поставило седобородого в тупик, но он так увлекся, что даже на прилетавшие полицейские экипажи реагировал как на надоедливых мух – Кремень раздраженно смахивал их со своего пути. Они не причиняли ему вреда, но тратили столь драгоценное время.
Здесь у спальни Чана седобородый готов был поклясться, что зацепил биокиборга. Кремень видел свою жертву сквозь разрушенную стену, стрелял расчетливо. Александр был ранен, двигался нерасторопно.
Очередные ракеты достигли цели, и биокиборг оказался сбит с ног. Охота подходила к концу. Стеаринов приготовился уже добить свою жертву, но только он потянулся к кнопке пуска ракет, как вновь зазвучали полицейские сирены. Пришлось отвлечься, а когда он вернулся к своему занятию, его лицо исказилось в гримасе безумия. Все реже и реже он напоминал себя прежнего – спокойного непробиваемого обстоятельствами Кремня. Седобородый не мог быть собой, пока надоедливый биокиборг оставался живым. А Александр и теперь умудрился сбежать.
 Кремень больше не желал считаться с обстоятельствами. Беречь своих людей, когда на кону стоит успех всего предприятия, он и не думал. Пушечное мясо для того и нанималось. Он решил применить самое грозное вооружение своего корабля, зарядив по разрушенным и испепеленным этажам Академии ракетами с плазмой.
Он открыл огонь, ориентируясь по тому, как его люди бросились в погоню за биокиборгом. Стеаринов стрелял чуть в сторону, чтоб наверняка. По его расчетам снаряды уходили кучно и близко к цели. Кремень улыбался, адреналин в крови зашкаливал. С его искусанных в кровь губ то и дело срывался настоящий звериный рык. Озлобленный страшный зверь. Даже Ольга, сидевшая рядом с ним, побледнела и осунулась. Так страшен был лик безумца.
- Он ушел, он не досягаем для корабля, - послышалось в радиоэфире.
Кремень обреченно заревел. Он со всей силы ударил перед собой по панели приборов. От удара на мгновение погасли какие-то датчики.
- Найти и уничтожить, - прошипел Стеаринов наемникам в здании.
Обстоятельства снова мешали закончить начатое дело, пусть большая его часть и была выполнена.
- Принято, - услышал Кремень в ответ, - разделяемся, он ушел.
Почти сразу в радиоэфире появились военные:
- Мы в трех минутах. Как обстановка? Мы не видим цель на радарах.
- У нас несколько десятков убитых. Раненных даже не считали. Тут ад, ребята, быстрее. Мы не понимаем, что твориться.
- Это генерал Мильке. Чан и я в безопасности. Объект наверху. Группа спецназовцев Академии по моему приказу направилась наверх. Мы обрубили подачу света, но нужна поддержка с воздуха. Транспортно-боевой корабль обстреливает верхние этажи. Никаких с ним церемоний. Огонь только на поражение, лишь завидите его.
- Принято, генерал. Держитесь, мы на подходе.
Стеаринов заскрипел зубами. Тучи сгущались. Военные корабли несли  совсем не полицейские игрушки.
- Мы уходим, - сказал он сухо вслух.
Сзади возник наемник:
- А как же ребята?
- Ты хочешь к ним присоединиться? - рыкнул седобородый, посмотрев зло на выскочку, и добавил, - они знали, на что идут. Я им за это плачу... платил...
Кремень дернул штурвал на себя, и корабль стремительно взмыл вверх.
- Он улетает, - зазвенело в радиоэфире.
- Потерян визуальный контакт.
- Мы ничего не можем сделать, его нет на наших радарах.
- Успокойтесь, - вновь оказался в эфире Мильке, - вы его и не увидите.  Этот противник очень серьезен. И очень серьезно оснащен. И если ты меня слышишь, Кремень, мы еще поквитаемся.
- Удачи, - засмеялся Стеаринов, уводя корабль в космос.
- Что теперь? - спросила не выдержавшая напряжения Ольга.
- Посмотрим.
На мониторе перед седобородым замелькала эмблема входящего вызова. Кремень коснулся экрана.  Изображение не появилось, зато послышался скрипучий компьютерный голос:
- Есть чем похвалиться?
- Накопитель у меня.
- Отлично. Что с биокиборгом?
-  К сожалению, ваш Алекс уцелел. Бой еще идет, но судя по всему, наемники задачу не выполнят.
Повисла тишина.
- Это плохо, но главное накопитель у тебя. О биокиборге позаботимся позже. Дождемся окончания бойни. Если что, надавим на Сенат. До связи и до встречи.
На экране вновь высветились цифры с параметрами корабля. Ольга осторожно спросила:
- Это был главный?
- Да.
- Почему ваш Алекс? Они знакомы?
- Какая разница! - шикнул Стеаринов, и девушка поняла, что с расспросами даже ей стоит быть осторожней.
- Сенатору сообщить? - совсем уж аккуратно продолжила она.
- Не стоит, он и так в курсе.
- Это был он?
Кремень так посмотрел на Ольгу, что она втянула голову в плечи и замолчала, готовая провалиться сквозь землю, лишь бы быть дальше от своего босса.

***

Седобородый точно улетел. У Александра не осталось никаких сомнений, когда на десятую минуту обстрел так и не возобновился. Тишина казалась спасительной. И темнота. Свет погас внезапно, но в очень походящий момент. Видимо, Конфедерация стянула такие силы к Академии, с которыми даже седобородому было трудно справиться. Полиция и войска готовились к штурму. А Стеаринов был не из тех, кто рискует, когда чаша весов  клонит не в его пользу.
 Силы по крупицам восстанавливались, и Александр хоть и чувствовал себя развалиной, все же готовился дать бой. Наемники по-прежнему искали его. С наступлением темноты зрение само перешло в инфракрасный диапазон. Для него темнота не являлась помехой, чего нельзя было сказать о его противнике.
Наемники спешили, как шакалы, идущие по следу раненной жертвы. Все или ничего – они предчувствовали развязку. Времени у них оставалось в обрез, осматривали каждый угол, где мог укрыться беглец.
 Александр напряг биочип, и тот с точностью до сантиметра  напомнил ему план этажа. Неоднозначные перспективы. С одной стороны он находился в ловушке. Выход из нее был только один – идти напролом. С другой стороны преследователи разделились на две группы, обследуя комнату за комнатой. Одна из них  вот-вот должна была показаться в его поле зрения.
Александр медленно встал, подвигал плечами. Движения давались с трудом, причиняли боль, но в глазах хотя бы исчезла темнота. Десять минут вернули биокиборга к жизни,  но о нормальном функционировании организма речь еще не шла. Как же ему хотелось сейчас  просто лежать и не шевелиться.
Он заметил их первым. Они шли, напряженно, вглядываясь в каждый темный угол, водя винтовками из стороны в сторону. Страх покорил их. Стеаринов бросил их. Они шли как стая, потерявшая своего вожака. Еще не по отдельности, но уже без былой стройности и выдержки. Чувство опасности холодило их сердца, заставляя пугаться каждого шороха. Даже полуживого биокиборга боялись, как огня.
Александр поднял винтовку. Группа состояла из десяти человек. У него не оставалось другого выбора, кроме как расправиться  с ними. Он почти нажал на спусковой курок, но человеческое начало взыграло в нем не к месту причудливыми душевными терзаниями.
- Стойте, - закричал он, - зачем вы продолжаете преследование?
Наемники остановились, и еще быстрее закрутили винтовками. Пока они его не видели. Александр, растворившись во мраке соседней комнаты, продолжил:
- Он же вас бросил! Вы для него мусор. Вам не зачем больше меня преследовать.
Наемники долго не отвечали, пока один смельчак не заявил:
- Ты себя видел? Ты труп ходячий. Но благодаря тебе мы сможем выбраться отсюда. Мы отдадим тебя властям в обмен на свободу. Ты наш билет домой. Так, что лучше сдавайся. Нам все равно, в каком состоянии тебя обменивать. И от твоего трупа будет польза.
Александр устало засмеялся:
- А ты себя видел? У тебя в глазах страх, словно, у ребенка, потерявшегося впотьмах, а голос дрожит как у юнца перед первой дракой. Труп ходячий – ты, если не сложишь свое оружие.
Наемники смутились – биокиборг точно угадал настроение и ощущение каждого из них. У многих от его слов так и вовсе по спине пробежал мороз.
- Может, послушаем его? - спросил кто-то шепотом и совсем робко.
- Цыц, - остановил его один из старших и крикнул по рации, - все сюда, мы его обнаружили.
- Значит, не желаете слушать здравый смысл?
В ответ заискрились лазерные лучи.
- Нет, - закричал стрелявший.
- Как хочешь, - проговорил Александр, выглянул из-за угла и выстрелил.
«Цыкавший» наемник рухнул замертво.
- Может, все-таки договоримся?
Снова застрочила очередь, и снова стрелявший оказался сражен биокиборгом.
- Мы можем и дальше так продолжать, пока вы думать не начнете.
Наконец, кто-то не выдержал:
- Хорошо, мы не будем стрелять.
- Это коллективное решение?
- Да, - донеслось с разных сторон.
- Докажите.
Винтовки гулко ударились о пол.
- Славно, - проговорил Александр и сделал шаг в сторону дверного проема.
На этом разговоры о капитуляции закончились. Подоспевшее подкрепление без разбора открыло огонь по едва показавшемуся силуэту биокиборга. Не то организм его был так ослаблен, не то слух повредили частые взрывы, но биочип не смог вовремя среагировать на шум и возню прибежавших наемников.  Александру вновь досталось, он с трудом сумел спрятаться.
- Что вы делаете? - в отчаянии закричал кто-то из первой группы наемников, но его голос утонул в звуках выстрелов.
Как только первая волна атаки стихла, биокиборг вынырнул из темноты и короткой очередью уложил двоих. Больше не получилось, наемники ответили шквальным огнем.
- Рассредоточиться, - крикнул кто-то из них, - забросаем его гранатами.
Дождавшись паузы, Александр вновь выстрелил. Еще две цели оказались на полу. Несложно, как на тренировке, но их было слишком много. Биокиборг расстрелял наемников, уже замахнувшихся в его сторону гранатами. Гранаты выпали из ослабших рук. Раздались взрывы. Кто-то вскрикнул. Из строя выбыли еще трое.
- Дружно всеми на него. Стрелять на поражение. Не щадить!
Наемники побежали в атаку камикадзе. Оружие подняли даже те, кто совсем недавно его демонстративно бросил на пол. Волна света залила дверной проем, и Александр вынуждено отступил вглубь соседней комнаты. Такому натиску ему было нечего противопоставить.
Взгляд остановился на дисплее, в винтовке оставалось пять выстрелов. Слишком мало даже для скоротечного боя. Решение пришло само собой. Биокиборг повертел оружие в руках и повторил использованную Мильке комбинацию. Появился запрос обратного отсчета. Александр установил три секунды и активировал самоуничтожение. Эти секунды остановили течение времени. Все замедлилось, и даже столь короткое ожидание стало невыносимо длинным.
Все случилось на последней секунде отчета. Александр бросил в появившихся перед ним наемников свое оружие, но биокиборга тут же сразили лазеры. Ударили так плотно, так сильно, что он в который раз оказался на спине. Теперь болело все, абсолютно все. Выстрелы не пощадили даже голову. Износ биокибернетического организма приблизился к пределу выживания. Боль «заглушил»  уже несчетный для этого вечера взрыв. Наемников, словно пушинок, разметало по комнате.
Мгновение тишины нарушили стоны раненых. Александр пошевелился и открыл глаза. Все закончилось. В чью пользу понять было сложно. Возможно, сложившаяся ситуация полностью соответствовала спортивному термину «результативная боевая ничья».
Биокиборг попытался подняться. На его израненном теле не осталось целого места, и если бы не особенности его организма, он бы давно истек кровью, поскольку вздувавшиеся при движении крепкие мышцы от натуги силились разорвать раны еще глубже.
С третьей попытки Александр все же оказался на ногах. Пошатываясь, как сиротливая береза на ветру, он бегло осмотрел поле боя.  В комнате после взрыва занялся небольшой пожар, стало светло. Корчась от боли, стонали охотники за его головой. Кто-то лежал без движения, а кто-то, заприметив биокиборга, даже потянулся к оружию. Александр вытащил припрятанный нож. Наемник увидел клинок и безропотно откинулся на спину, все, отвоевался. Биокиборг с облегчением зашагал прочь. Сил метнуть нож у него не оставалось, хорошо хоть грозный вид – настоящий ходячий мертвец, давал ему какое-то преимущество.
Что он представлял собой в это мгновение? Ему было сложно судить. Он видел лишь изодранную в клочья одежду, слипшуюся от запекшейся крови. Местами уцелевшая кожа была ржаво-коричневого цвета из-за бесконечно сочившихся ран. Его тело больше походило на мясной фарш. Громадная кровопотеря грозила обернуться скорым обмороком.
Александр вышел из комнаты. Последние движения ему дались особенно тяжело. Он уже мало что видел и плохо соображал. Ему просто хотелось покинуть это место, как можно скорее.
- Ни с места, руки вверх! - услышал он приглушенный голос впереди.
Работал спецназ Академии. Они действовали бесшумно, без света, но увидев одиночную фигуру, включили мягкие диодные фонари на винтовках. Перед глазами биокиборга забегали огоньки. На него наставили с десяток стволов. Командир отряда прокричал:
- Стой на месте, руки на виду держи, работает спецназ Конфедерации.
Александр с трудом сообразил, что от него хотели эти мельтешившие в темноте светлячки.
- Руки! - донеслось уже совсем рядом.
Больно отдало в локтях. Спецназовцы заломили ему руки за спину. Александр не сопротивлялся. От бессилия он повис на руках военных. Спецназовцы едва удержали увесистое тело биокиборга. Командир отряда склонился над Александром, потянул за волосы вверх и посветил ему в лицо. От страха спецназовец отскочил в сторону – зрелище из фильмов ужасов. На лице осматриваемого им человека не было живого места. Отсутствовали брови, ресницы, кожа висела лоскутами, из рассеченных губ сочилась кровь. Биокиборг не щурился от яркого света, он смотрел сквозь него, уже не видя вокруг себя ничего.
- Девятый, у меня трехсотый, походу наш объект. Готовьте реанимацию. Состояние критическое, не понимаю, как он до сих пор жив, - проговорил командир отряда во встроенную в шлем рацию.
Александр услышал его доклад и с облегчением потерял сознание.

***

Подачу электричества возобновили, едва Александра обнаружили военные.
- Где он? - негодовал Мильке, тщетно пытаясь устоять на месте.
- Несут, сэр.
Ожидание терзало сознание генерала, и он, не в силах стоять на месте, нарезал хаотичные круги по комнате. Скулы ерзали, а в глазах читалось непривычное переживание. Ногти на руках оказались искусаны за считанные минуты – дал слабину генерал.
К Мильке подбежал Городовой. Полковник, уже заметивший сегодня в генерале странности, на этот раз совсем потерял дар речи. Мильке ходил, не останавливаясь, и лишь, заметив его, спросил нервозно:
- Что тебе?
- Сэр, аэрогоспиталь готов.
- Хорошо.
В коридоре раздались истошные вопли:
- Да сюда же несите! Скорее!!!
Генерал бросился на крик, едва не сбив с ног полковника. Городовой что-то виновато и услужливо пробормотал вслед, но догонять Мильке не стал – того глядишь себе дороже выйдет. Генерал выбежал в коридор и чуть не наткнулся на носилки. Он оторопел. Биокиборг напоминал тушу мяса, только что забитую, но еще не освежёванную. Знакомые черты лица угадывались в нем с большим трудом. Мильке недоверчиво спросил:
- Это точно он?
- Да, сэр, остальные в бронекостюмах.
- Да черт с ними, - сотряс воздух генерал.
Он пошел рядом с носилками к аэрогоспиталю, который только-только приземлился перед входом в Академию  прямо в парке. Александр пошевелился. Среди черно-красного месива на лице заблестели глаза. Биокиборг откашлял кровью и, увидев Мильке, спросил:
- Чан?
- С ним все в порядке, - успокоил его генерал, - лежи не двигайся. И с тобой все будет в порядке.
- Я знаю, - прохрипел Александр, - анализ данных говорит, что я выживу.
Генерал остановился, а Александр продолжал смотреть ему в глаза, пока носилки не скрылись за первым же поворотом коридора. Мильке в конец обмяк, почувствовав слабость в ногах. Он переменился не только для окружающих, он переменился и сам для себя. Никогда генерал не позволял себе такой сентиментальности. Впрочем, сейчас ему было все равно. Александр спас ему жизнь, хотя, по сути, для него генерал был врагом. Но биокиборг оставался верен непонятным для этого времени идеалам и ценностям.  Он не был супероружием Конфедерации, каким генерал считал его до сегодняшнего дня. Кибернетические преобразования не изменили его человеческого начала. Тело усовершенствовали, но душа осталась не тронутой. Конфедерация создала идеального человека, но нисколько не машину-убийцу.
За столь короткий промежуток времени генерал так изменил свое отношение к Александру, что теперь искренне за него переживал. Кроме семьи такой чести удостаивались единицы. Хитрый лис всегда держал всех на дистанции и никогда не выдавал своих переживаний. Но теперь главным для Мильке было лишь то, чтобы биокибернетический организм выдержал свалившиеся на него испытания.
Слова Александра немного успокоили его. Если уж биочип подсказывает, что выкарабкается, значит, так и должно быть. Мильке заставил себя натянуть маску лиса. Он вдруг резко переменился в лице. Просветленный чувствами он вновь посерьезнел. На арену его сознания выбирались трудности службы. У него скопилось очень много работы. Накопитель оказался в руках врагов Конфедерации, и ему требовалось срочно что-то придумать. Особенно его беспокоил тот факт, что даже своему окружению он больше не мог доверять. Слова седобородого, увиденное собственными глазами вооружение наемников убедили генерала, что верхушка Конфедерации прогнила и погрязла в предательской сети.
- Сэр?
Мильке задумался, что даже не заметил стоявшего перед ним уже не одну минуту своего помощника.
- Да, - вскинул он удивленно брови, - Рой, ты уже здесь?
- Сэр, вас срочно вызывают к президенту. Экстренное совещание Совета безопасности.
Мерзавцы, уже пляшут на костях, но эта противоречивая новость взбодрила генерала. Ему предстояло лицезреть довольные физиономии людей, многие годы только и дожидавшихся его провала. Мильке решил не отказывать им в такой возможности. Генерал собирался подождать, собраться с мыслями, приготовиться к прыжку, чтобы в удачный момент вцепиться мертвой хваткой в горло своих противников. Пусть думают, что победили.
- Отлично, мне есть, что сказать президенту, - пролепетал он и покинул некогда одно из самых красивых зданий Ареса.

***

Президент не просто кричал, он ревел. Буря его эмоции с трудом отождествлялась с человеческим криком. Удивительно откуда в дряблом умирающем теле Джексона бралась энергия на такие немыслимые всплески. Он неистово размахивал руками, словно заправский олимпийский громовержец посылал воображаемые молнии в присутствующих на Совете безопасности людей. Высохший старик быстро двигал больной челюстью, брызжа слюной направо и налево, и нисколько не стеснялся своего физического недостатка. Его помощник даже прикрылся листом бумаги, чтобы как-то спрятаться от слюноотделений взбешенного президента, что, впрочем, совсем ему не помогало. Молодой человек, боясь проявить свою бестактность, сидел и не шевелился, уже прикидывая затраты на чистку своего дорогого костюма. Все слова своего начальника он слышал пускай и громким, но все-таки фоном.
- Вы – мерзавец, Мильке. Мерзавец и негодяй. Как так было можно поступить? Кто вам разрешил принимать такие решения в одиночку? Что за арест-то такой? Да туда армию надо было послать!!! Да вы знаете, что изменники и предатели приносят нашей казне меньше убытков, чем вы за один вечер? Вы двадцатилетнюю разработку просто профукали. Да мало того, она теперь в руках террористов. Вы себе представляете масштабы бедствия?
Многие, кто желал увидеть в генерале поруганного школяра, с досады кусали локти. Развитие событий, казалось, было концом успешной карьеры несговорчивого и самовлюбленного Мильке. Он многим не нравился за свою принципиальность, самодостаточность, острый ум и жесткий, порой невыносимый характер. Подчиняться ему было сложно, а любить и принимать его как человека – вообще невозможно. Но генерал вел себя, как никогда спокойно, был по-прежнему невозмутим, и его лицо ни на секунду не покидала знаменитая лисья ухмылка.
- Да, что вы ухмыляетесь, Мильке, - уже не выдержал сам президент, - я же больной старик. Мне умирать уже надо. А вы мне не даете это спокойно сделать!
Обессиленный тирадой, руководитель Конфедерации рухнул в кресло, заняв законное место во главе длинного стола.
- Позвольте, господин Джексон.
- Валяй, - совсем не церемонясь, обронил старик и вытер платком пузырившуюся пену у рта и градом проступивший на лбу пот.
- Гм, - откашлял Мильке и приподнялся со своего места.
Он заложил руки за спину, немного ссутулился и с заговорщицким видом пошел вдоль стола. Десятки глаз устремились за ним, но генерал и не думал останавливаться или что-то объяснять. Он направился прямиком  к постаменту со скульптурой древнегреческого божества.
- Господа, - наконец, заговорил Мильке,  - вам не кажется символичным, что наше заседание проходит здесь? В греческом зале?
- Мы же здесь не на выставку античного искусства собрались, - неожиданно с оскорбительной усмешкой, активно жестикулируя,  ответил сенатор Борджиа, его свита – а это добрая треть присутствующих на Совете, демонстративно рассмеялась, - почему это должно быть символичным?
Генерал схватил скульптуру, от чего надулся и покраснел, искусство в любом виде тяжело дается. С трудом чуть ли не бегом он направился с ней к столу.
- Что вы делаете, Мильке? - изумился  президент.
- Сейчас, мистер Джексон, - прохрипел генерал, боясь уронить божество себе на ноги.
Он шумно водрузил скульптуру на столешницу и, отдышавшись, продолжил:
- Вот это Апата – богиня лжи и обмана. И я настаиваю, что символизм здесь очевиден уже потому, что мы сидим под ее пристальным взором.
- На что вы намекаете? - с лица Борджиа улыбка исчезла, как не бывало, - что мы здесь все являемся лжецами и обманщиками? Или что, хотите сказать, вас оболгали сегодня?
С легкой миной сарказма на лице генерал  развел руками.
- Что вы, что вы. Я? Как вы могли так подумать, - он тут же посерьезнел и, подыграв бровями, добавил, - но я не намекаю, я настаиваю на этом.
По залу прокатился ропот возмущения и недовольства, но генералу пришлось замолчать совсем по другой причине. Вытянутой ладонью его речь прервал президент:
- Я никогда не сомневался, Мильке, в вашем остром уме, но, пожалуйста, говорите по существу, тем более, раз вы делаете такие публичные заявления.
- С удовольствием, мистер Джексон.
Генерал пробежался по присутствующим своим тяжелым взглядом и заметил, как некоторые члены Совета вздрогнули и заерзали на своих местах, слабаки, в открытом поединке, половина тут же сбежит, поджав хвосты.
- Прошу заметить: я никого не обвиняю напрямую. Но я привык доверять своим глазам. И уведенное сегодня меня опечалило, вернее, повергло в шок. В руках наших врагов передовые технологии и вооружения. Есть даже те, которые еще не поступили в наши силовые структуры.
На этот раз по залу с шумом прокатилась волна удивления.
- Вздор! Что за провокационные заявления? - закричал Борджиа, периодически тряся указательным пальцем, так ему казалось, он выглядел более властным, - Вы своим голословными утверждениями ставите всех в неловкое положение. Я советую вам извиниться перед Советом. Как за эти заявления, так и за провал в Академии. На вас, на вас лежит ответственность за провал, и я настаиваю, чтобы эти два вопроса внеочередной повесткой рассмотрел сенаторский суд. Пора кончать с вашим беспределом.
Многие из сидевших в зале людей одобрительно закивали, кто-то попытался зааплодировать, но не найдя поддержки, стыдливо уткнулся глазами в пол. Джексон внимательно посмотрел на Мильке, пытаясь понять, отчего генерал был столь категорически спокоен.
- Мильке, - вдруг, откашливая, спросил он, - либо у вас имеется железное доказательство, либо вам есть, что сказать еще?
- Имеется все, мистер Джексон. Разрешите?
- Делайте уже что-нибудь, - недовольно буркнул в ответ старик.
- Рой! - крикнул Мильке.
Открылись двери, и в зал вошел помощник генерала в сопровождении двух военных.  В руках они несли собранные в Академии трофеи. На столе за мгновение выросла настоящая куча из винтовок повышенной мощности, бесшумных ботинок и усовершенствованных шлемов.
- Спасибо, - поблагодарил своего помощника Мильке, и троица так же беззвучно покинула зал.
Повисла гробовая тишина. Генерал прищурился, заглядывая в глаза всем и каждому. Когда же он добрался до Борджиа, то начал буквально сверлить сенатора взглядом.
- Это – винтовка повышенной мощности, - оружие удобно легло ему в руки, так было наглядней объяснять, но как минимум половина зала стала сразу поглядывать в сторону двери, мало ли что на уме у этого генерала, еще воспользуется, - этим оружием меня атаковали сегодня в Академии. Оружие, которое только-только прошло испытание в Министерстве обороны, - Мильке процеживал каждое слово сквозь зубы, накапливая в груди ярость, - его еще нет ни на одном военном складе, но оно уже есть у наших врагов.
Генерал разъяренно выпучил глаза. Наступила его очередь атаковать своих оппонентов. Он не упустил возможность заткнуть за пояс своих политических врагов, набрал в грудь больше воздуха и сорвался на крик:
- И вы, сенатор, смеете меня обвинять? О разработке этой винтовки знают только люди, сидящие в этом зале, и вы мне пытаетесь доказать, что все у вас хорошо? Только у меня, у твердолобого генерала Мильке все плохо? Нет, уважаемый. Мы все по уши в дерьме. Среди нас есть крыса, такая жирная, что скоро она нас всех раздавит своим весом. А мы будем делать вид, что все хорошо, пока не загнемся под её тяжестью. Но, господа! Поздно тогда будет, поздно. И это не вы, сенатор, будете меня судить, это я санкционирую расследование, как только получу разрешение у президента. И это вы будете отвечать, где вы были и что делали в любой момент времени, который меня заинтересует! - покраснев от натужного крика, генерал прохрипел последние угрозы, вдруг успокоился и совсем без дрожи в голосе обратился к президенту, - Мистер Джексон, в соответствии со статьей Конституции шестьдесят семь в сложившейся чрезвычайной ситуации, я ходатайствую о наделении меня полномочиями вести расследование государственной измены, осуществленной группой лиц по предварительному сговору и прошу разрешить мне допрашивать любого государственного деятеля, не зависимо от его статуса и положения.
Теперь зал ахнул от наглости Мильке, но президент отреагировал на это заявление удивительно спокойно, вновь прервав любые пересуды вытянутой перед собой ладонью.
- И меня будете допрашивать? - улыбнулся Джексон.
- Если надо будет, то я готов это сделать, господин президент.
Старик постучал пальцами по столу, облизал быстро высохшие  губы и начал рассуждать:
- Согласно той же статье Конституции, вести расследование имеет право лишь глава Агентства Безопасности.
- Я его исполняющий обязанности.
- Уже нет, Мильке, уже нет.
Генерал смутился. Оппоненты Мильке издали восторженный вопль – такой подарок не хуже, чем на день рождения, но серьезный вид Джексона заставил их зачехлить улыбки.
- Я прекращаю полномочия…
Пульс в висках генерала застучал барабанной дробью. Время для него остановилось. В его глазах, как фотография, запечатлелись довольные лица злопыхателей. Особенно не утруждал в попытке спрятать свои эмоции сенатор Борджиа, доигрался.
- …вашего начальника, - сделав паузу, договорил Джексон, - в сложившихся условиях мы подарим ему недостающие до выслуги дни. Поздравляю Мильке, вы – новый глава АБК.
Борджиа покраснел и  подпрыгнул на месте, будто под ним раздули угли, а он терпел-терпел да не вытерпел. Сенатор тряхнул головой, не веря собственным ушам. Генерал выдохнул с облегчением, чувствуя, как ослабевшие от напряжения ноги начали подкашиваться под тяжестью его тела.
- Служу Конфедерации, господин президент.
- Господин президент, это несправедливо. Этот человек повинен, - возмущенно закричал сенатор, но его оборвал Джексон:
- Довольно. Это мое решение. Заседание объявляю закрытым.
Он не стал дожидаться следующих реплик и в сопровождении заплеванного помощника постарался быстро покинуть зал.
Зал зашелся в жаркой дискуссии. Новоиспеченный руководитель АБК решил не разбавлять её своим присутствием и тоже направился к выходу.
- Мильке, я буду обжаловать решение президента. Это назначение совершено на эмоциях. Вы знали куда надавить. Увидимся в Конституционном суде, - услышал он вслед уязвленный голос Борджиа, - я этого так не оставлю!
- Удачи, - самодовольно ухмыльнулся в полголоса  генерал и громко хлопнул дверью – получилось эффектно, сенатор даже вздрогнул и обреченно нахмурился.

Глава 6

Яркий свет попал на веки, и Александр, осторожно прищуриваясь, открыл глаза. Кругом все было белым и сияло чистотой. От мысли, что он снова находился в лаборатории, биокиборг вздрогнул – еще этого не хватало. Александр стал осматриваться и наткнулся на источник света: солнечные лучи радостно заливали комнату сквозь огромное окно.
Он расслабился и улыбнулся. Мало того, что в подземной лаборатории не было окон, так еще и из головы вылетело то, что она существовала теперь лишь в его воспоминаниях. Александр пошевелился и вытащил руки из-под одеяла. Сначала они поддались с трудом. Что-то хрустнуло в плечах, в локтях. Только после этого он заметил, что был полностью покрыт затвердевшим белесым материалом. Чувствительность кожи до конца не восстановилась, а покрытие оказалось настолько неосязаемым, что биокиборг не среагировал на свой нательный панцирь. Зато биочип передавал позитивную динамику восстановления всех жизненных систем.  Это не могло не радовать.
Александр словно страшный сон прокрутил в голове свои последние воспоминания и тут же запрятал их столь реалистичные фрагменты глубже в память. Его жизнь не оборвалась, и это главное. Насущный вопрос сейчас стоял в другом: куда он попал, и что за люди его приютили?
Словно по его велению в помещении возникла молоденькая весьма симпатичная девушка в белой униформе, ткань которой так и старались прорвать эффектные изгибы тела:
- Ой, вы очнулись, я сейчас позову доктора.
Александр хриплым голосом остановил её:
- Не надо доктора.
На коже лица из-за движений челюсти появились трещины.
- Что вы, что вы, он просил предупредить, - не соглашалась девушка.
- Прошу вас.
Девушка нерешительно остановилась, обернулась и сочувствующе посмотрела на Александра. Видимо, выглядел биокиборг в своем саркофаге совсем плачевно.
- Где я? Кто вы?
- Я медсестра, а вы находитесь в военном госпитале. Вас доставили позавчера в безнадежном состоянии, но по странному стечению обстоятельств вы выжили. Таких счастливчиков, как вы,  у нас никто прежде не видел. Динамика выздоровления роднит вас с гидрой, которую пополам разделили. Мы здесь просто в ступоре. Не знаем, как это объяснить.
Александр догадался, что о его особенностях от руководства госпиталя скрыли. Но он не знал радоваться этому или огорчаться. Последняя встреча с Мильке вселила в него непонятную уверенность, что с генералом их противостояние закончилось. За Мильке был должок, жизнь спас как-никак. Однако все должно было решиться при личной встрече. Все же от служащих Конфедерации стоило ожидать чего угодно. Александр вспомнил о Катерине и помрачнел.
- Не помню, что со мной произошло, - попытался соврать он.
- Ой, да куда уж вам помнить. Живого места на вас не было, - сердобольно запричитала медсестра, - хотели вам делать несколько операций, но пока готовили, оказалось организм сам начал осуществлять свое восстановление прямо в реанимационном модуле. Мы даже послали запрос в медицинский отдел Военной Академии и решили подождать. Состояние ваше не усугублялось, а через два часа ваша жизнь оказалась уже в неопасности. Мы опустили вас в ванну с регенерирующим раствором. Теперь он застыл, и в этом саркофаге вы собственно сейчас и находитесь.
Александр находился в госпитале больше суток. Точное время биочип так и не смог воспроизвести. Полный покой помог биокиборгу восстановиться. Да и раствор, о котором он слышал только в лаборатории от военных инструкторов, оказался на редкость целебным. Кожа заметно быстрее прошла этапы регенерации. Уже сейчас под трещинами он мог наблюдать розоватые участки вновь сформированного кожного покрова.
Полное восстановление организма должно было занять еще около двух-трех суток, но уже сейчас Александр чувствовал, что был вполне самостоятелен. Лежать в таком состоянии ему не хватало терпения. Он все еще считал себя заложником и в своем положении оставался уязвимым для недоброжелателей. Проблема еще та – как обезопасить себя, когда не знаешь, где ты и кто кругом, а враг может находиться и за спиной.
Александр начал медленно подниматься с постели. Медсестра ахнула и бросилась к своему пациенту:
- Куда вы? Лежите! Вам нельзя.
Первые движения дались биокиборгу трудно. Он сел на край кровати и тяжело задышал.
- Где моя одежда? - спросил он и, вспомнив себя позавчерашнего, понял, что сморозил глупость.
- Какая одежда? - девушка уперлась в его плечи  и попробовала опрокинуть на кровать, - вам прописан строгий пастельный лежим.
Впрочем, своими руками она уперлась будто в стену. Медсестра быстро осознала никчемность своих попыток и сменила тактику.
- Ложитесь, или я позову врача.
Александр не ответил и попытался встать. Колени затряслись, но удержали биокиборга, и он выпрямился.
- Как хотите!
Девушка возмущенно побежала к двери, где едва не сбила входящего в палату врача. Бородатый мужчина внимательно выслушал жалобу подчиненной, однако опасений медсестры не разделил и наоборот выказал пациенту свое восхищение:
- Потрясающе. Я такого еще не видел. Вы возрождаетесь на глазах. Вы –  феникс.
Он подбежал к Александру и начал визуальный осмотр. Доктор осмотрел трещины восстановительного панциря и ткнул пальцем в молодую кожу. Его челюсть от удивления поплыла вниз.
- Не может такого быть. Ваша способность убедила нас не проводить весь комплекс операций и лишь помочь вашему организму. Сейчас я убеждаюсь, что намедни мы поступил правильно.
Доктор повернулся к дистанционным сканерам, выводящим информацию на огромную панель перед кроватью, и оценил состояние внутренних органов.
- Я не верю своим глазам. Кто вы? Мы пока не дождались ответа от Военной Академии, но то, что я вижу, не вписывается в мое восприятие мира. Да биомедицина нынче сильна, но чтобы настолько!
Александру вконец надоело, что его рассматривают как научный экспонат, и он, не прерывая своего молчания, отодвинул с дороги своего лечащего врача и сделал твердый шаг к выходу.
- Вы не можете просто так уйти, - теперь уже возмущался доктор.
- Может, мало того, он это сейчас и сделает, -  в дверях послышался строгий голос Мильке.
Генерал застыл на пороге и внимательно посмотрел на своего спасителя:
- Живой?
- Не дождетесь.
- Юмор? Уже хорошо, значит, действительно поправляешься, - Мильке посмотрел на доктора и очень резко добавил, - покиньте, пожалуйста, палату интенсивной терапии. Я должен остаться с пациентом наедине. Это приказ.
Врач, видимо, являвшийся еще и кадровым офицером, умчал, будто сдуваемый ветром. Он вцепился в локоть медсестры и, пятясь, потащил её к выходу. Девушка начала возмущаться, но когда мужчина на неё цыкнул, смиренно отправилась с ним восвояси.
Дверь закрылась за спиной Мильке. Генерал выдержал паузу и бросил через всю комнату к ногам Александра многофункциональный армейский рюкзак.
- Одежда, твои часы и кое-что еще.
Сумка покатилась по полу, и биокиборг остановил ее ногой. Александр внимательно посмотрел на рюкзак и на Мильке.
- Я у тебя в долгу. И Чан у тебя в долгу. Чан – мой старинный друг. Я обязан тебе помочь, несмотря на государственный долг. Хотя одно другому не мешает. Здесь тебя наши общие враги в покое не оставят.
- Как старик? - не обращая внимания на речь генерала, сухо спросил Александр, однако про себя с радостью отметил, что с выводами на его счет не ошибся.
- Он в норме. Не поверишь, очнулся очень быстро. Так, пару синяков и небольшое сотрясение. Сейчас принимает лечебные ванны, и горит желанием увидеть тебя и поблагодарить.
Запищали часы Мильке. Генерал нажал на кнопку. На крупном дисплее возник его помощник.
- Сэр, здесь сенатор Борджиа на связи.
Мильке заметно переменился в лице. Его глаза зашлись гневным блеском, хотя  на лице читался налет легкого испуга – сенатор был еще той занозой, мог придумать все, что угодно. Александр, все еще изучающий генерала, списал такую реакцию на неожиданность. Мильке за мгновение собрался с мыслью и очень быстро ответил:
- Хорошо, соедини.
Изображение сменилось, и на дисплее появилась довольная гримаса сенатора.
- Генерал, скажу прямо и без приветствий – вы меня порядком обидели.
- Да вы уж тоже за словами не особо следите, - не остался в долгу Мильке.
- Я приношу свои извинения, погорячился. Признаю. Но, вы-то поймите меня, я все делаю во благо процветания Конфедерации, да покоится в мире ее основатель Вальян.
- Принимаю сенатор, - хитро прищурился генерал, - что соблаговолите мне сообщить? Я же понимаю, что вы не собираетесь говорить со мной о погоде, справляться о моем благополучии.
Сенатор засмеялся и захлопал в ладоши:
- Браво, генерал. В колкостях вам равных нет. Но я звоню сообщить весьма радостную весть. Вы же уже в госпитале?
- Да, - удивился Мильке, - вы за мной следите?
- Не то чтобы, но общее представление о ваших действиях имею. Впрочем, это очень кстати, что вы на месте. Я прошу вас сопроводить биокиборга в мое расположение.
- А губа у вас, сенатор, не треснет? Что за легкомысленные предложения? - не постеснялся в выражениях генерал.
Борджиа никак не отреагировал:
- Я прощу эту грубость, сославшись на вашу неосведомленность. Все очень просто, генерал. Об этом позаботился я. Сенат проголосовал, а президент уже и одобрил это решение. Уцелевший биокиборг переводится в специально созданный в экстренном порядке ЦСВИК.
- Что за ерунда? - недоуменно поморщился генерал.
Название резало ему слух.
- Центр секретных военных исследований Конфедерации.
- Что за ерунда? - повторился Мильке, уже с явным раздражением в голосе, - почему я не в курсе? Что за самоуправство?
- Понимаете, генерал. Нам дорога каждая минута. Мы решили действовать очень быстро. Ведь они могу вернуться за ним. Те пираты, охотники за технологиями или кто там был. Кто-то предложил  им весьма выгодный гонорар за эту технологию, раз они нагло атаковали даже саму Академию.  Мы должны отправить биокиборга в безопасное место. Там и персонал, и охрана, и грамотный руководитель – профессор Фрост. Его тоже только назначили. Ему проще, он технологию эту не понаслышке знает. Правда, здорово?
Борджиа говорил с явным издёвательством в голосе, а генерал продолжал хмуриться.
- И как я могу повлиять на это решение?
- А никак! Мы решили не отвлекать вас от столь важного расследования. У вас не будет полномочий влиять на деятельность ЦСВИК. И это так здорово. Вы сможете грамотно провести расследование. Мы все в вас очень верим, - в язвительном тоне сенатора появилось змеиное шипение, и он спросил очень серьезно, - где объект?
Мильке стоял, смотрел на Александра и чувствовал себя безумно виноватым. Он долго не размышлял, безумная мысль сама нашла его, и спокойно ответил:
- Видите ли, сенатор. Обстоятельства складываются очень стремительно. Объект захватил меня в заложники.
- Что??? - в бешенстве закричал сенатор, - что вы мне тут городите?
- Хотите убедиться? - спросил Мильке и стал медленно поворачивать часы к Александру, одновременно обращаясь к нему, - не стреляй, я просто хочу обрисовать сенатору всю ситуацию. Я все делаю о-ч-е-н-ь медленно, пожалуйста, не стреляй.
Александру не составило труда сообразить, чего от него добивался генерал. Биокиборг резко присел перед рюкзаком. Панцирь  на суставах стал отлетать целыми пластами. Рука нырнула в отделение с оружием и нащупала рукоять пистолета. В тот момент, когда генерал полностью развернул часы к нему, Александр, сделав грозное лицо, направил оружие на Мильке.
- Откуда у него пистолет? - захлебываясь от эмоций, взвыл сенатор.
- Отобрал у меня, - вновь прильнул к экрану генерал.
- Мильке, опять ваш промах. Вы точно за все ответите.
Александр решил вмещаться:
- Выключай, - грозно закричал он на генерала.
- Извините сенатор, не могу говорить, - состроил печальное лицо Мильке и прервал вызов.
Генерал сжал кулаки и затрясся.
- Сволочь. Проклятый Борджиа, - Мильке очень быстро взял в себя руки и задумчиво посмотрел на биокиборга, - зато я точно знаю, под кого теперь надо копать. Так, Алекс, у нас очень мало времени. Надо инсценировать твой побег и мое похищение. Иначе ко мне будут вопросы. Одевайся.
Спрашивать лишнее Александр не привык. Сейчас генерал однозначно был на его стороне, поэтому к его словам стоило прислушаться. Пока стоило. Биокиборг содрал с себя оставшуюся часть панциря. Кожа под ним оказалась нежно-румяной, но эстетика внешнего вида сейчас отодвигалась на второй план, если не дальше – не на конкурс красоты собирался. Александр извлек из отделения плотный армейский камуфляж, быстро оделся и закинул рюкзак за спину.
Мильке одобрительно закивал:
- Отлично. Костюмчик сидит. Ткань здесь очень прочная, выдержит даже пару попаданий лазера.
Александр пощупал камуфляж, мысленно согласился с генералом и застегнул браслет часов Габриеля на руке. В эту секунду он был особенно счастлив. Устройство хакера вновь вернулся к нему. Оно могло понадобиться биокиборгу в любой момент. Александр поднес часы к запястью. Они пискнули и на экране высветились его фамилия и имя. Идентификационный чип не пострадал.
- Откуда у тебя эта технология? - удивился Мильке.
- Ваш хакер подарил.
- Но он не мог сделать такого подарка, - уверенно не согласился генерал.
- По-видимому, я просто умею просить, - хитро улыбнулся биокиборг, вспомнив разбитое лицо здоровяка.
Он снова ощупал камуфляж.
- Новая разработка?
- Да. Её еще нет у бойцов. Подумал, почему противникам Конфедерации можно использовать секретные разработки, а защитникам нет?
- А кто сказал, что я на стороне Конфедерации? - логично спросил Александр.
Генерал прикусил губу, сжал кулаки, но гнев свой сдержал.
- Все, выходим, - перевел он тему разговора, - идем и шумим. Можешь стрелять периодически, но не надо ни в кого не целиться. Лучше держи ствол у моей головы.
- С удовольствием.
Александр подошел  к Мильке вплотную, схватил его за шиворот  и больно упер пистолет в затылок.
- А ты не переигрываешь? - запротестовал генерал.
- Я думаю самый раз, - произнес, явно издеваясь, биокиборг и толкнул Мильке вперед, по-прежнему удерживая его за ворот генеральского френча.
Союзник союзником, но на генерала у Александра имелся свой зуб. Биокиборг пользовался ситуацией, чтобы отвести душу, немного отомстить за причиненные себе неприятности.
- Надо срочно удалить записи видеонаблюдения. Позвоню Габриелю, - генерал обреченно смирился с поведением Александра и тут же включился в работу.
- Не стоит.
- Почему?
Биокиборг не ответил, остановился на секунду в задумчивости и снова толкнул Мильке вперед.
- Записи удалены. Камеры выключены. Электронное управление госпиталем подчинено мне.
- Как?
- Здесь слабая система защиты, а мой биочип очень быстро учится, - ответил Александр и вновь толкнул генерала.
- Полегче, парень, - не выдержал Мильке, - мы даже еще не на людях.
- Хочу насладиться моментом в полной мере. От вас я натерпелся. Так, что терпите и вы.
Они вышли в коридор, и Александр без раскачки начал обыгрывать легенду побега. Он выстрелил над головой первой же попавшейся медсестры и закричал:
- Всем лечь на пол! У меня заложник. Убью и его, и вас. Выполнять.
Началась паника. Закричали женщины. Но, как только грянули новые выстрелы, их будто подкосило, и они быстро прижались к холодному больничному полу. Взвыла сирена. Александр посмотрел на замигавший всей поверхность красным цветом потолок и отключил сигнализацию. Все стихло.
Биокиборг  больно толкнул генерала вперед, про себя подумав, что в этот раз он все же переборщил.
- Двигайся, мразь! Где твой аэромобиль?
- Он находится внизу, на парковке, - «трепетно» подыграл ему Мильке, но ответил биокиборгу таким недовольным взглядом, что Александр невольно уставился в пол виноватыми глазами.
 Вины особой, правда, биокиборг не чувствовал. Под этой маской он скрывал только положительные эмоции. Генерал должен был побывать в его шкуре, когда не он распоряжался, а им, пусть и в импровизированной форме.
Они добрались до дверей лифта, когда соизволила явиться охрана госпиталя.
- На пол, - не на шутку разошелся Александр и начал стрелять над головами военных.
Охрана, увидев генерала в заложниках, отбросила от себя оружие, да еще и отпрыгнула на шаг назад, всем видом демонстрируя свое миролюбие.  Военные демонстративно показали безоружные руки и медленно, стараясь не провоцировать биокиборга, опустились на пол.
- Не преследуйте нас, - крикнул им Александр и затащил Мильке в кабину лифта, - иначе убью заложника.
Скоростной лифт доставил их на парковку. Александр вышел в коридор и снова задумчиво остановился. В здании тут же погас свет, и включилось очень тусклое аварийное освещение.
- Я отключил свет, перекрыл все двери на нашем этаже.
- Потрясающе, а теперь можно меня отпустить? - вырвался из цепких рук биокиборга недовольный генерал.
- Переиграл?
- Немного, - Мильке почесал гудевший от постоянных болезненных прикосновений пистолета затылок.
Александр ухмыльнулся.
- Где ваш транспорт?
- Вот он, - генерал указал на бронированный черный аэромобиль.
- Отлично, - присвистнул Александр и направился ровно в противоположную от транспортного средства сторону.
- Алекс, ты куда?
- Подальше от вашей красотки. Она чертовски притягательна для посторонних глаз.
Биокиборг отыскал серый совсем неприметный бюджетный флайкар и с силой дернул дверь вверх. Дверь чуть не слетела с петель. Биочип отметил стремительно возвращавшиеся к Александру силы.
- Прошу вас, - пригласил он генерала внутрь.
Мильке восхищенно посмотрел на взломанный транспорт:
- Есть ли шанс остановить тебя?
Александр задумался и честно ответил:
- Был позавчера.  Теперь эта возможность тает с каждой секундой.
На руках генерала заплясали мурашки – страшно, а чего стесняться. Мильке был в полной власти биокиборга, а Александр подошел к двери пилота  и повторил свой нехитрый трюк.
- Куда летим? - спросил  он, усаживаясь за штурвал.
- В Жуков. Знакомое место?
Волна ностальгии и воспоминаний прокатилась в голове Александра. Он зажмурился. Это было совсем недавно. Его единственное окошко, через которое он видел очертание холодного и жестокого человеческого мира.
- Слыхивал о таком. Найдем.

***

Знакомый город распластался внизу, и Александр привычно направил аэромобиль к пляжу. Мильке обиженно нахмурился.
- Слыхивал, говоришь?
Александр улыбнулся.
- Ага, периодически. Вон в том домике на берегу и слыхивал.
Генерал и вовсе удивился.
- Ты гостил в коттедже Чана?
Теперь уже настала очередь удивиться биокиборгу:
- Это дом Чана?
- Да. О нем мало, кто знает. Только близкое окружение, - Мильке на мгновение впал в задумчивость и тут же закивал, - конечно. Ермолов, - нашел он всему объяснение.
- Да. Иногда меня сюда привозил Ермолов, иногда Фрост. Они меня так отвлекали от лабораторных стен. Давали небольшую передышку от бесконечных операций и тестов.
- Фрост, опять Фрост. Прямо какой-то научный бог. Фигаро тут, фигаро там.
Александр разделял скепсис генерала. Слишком много было Фроста в последнее время. Специалистом он хоть и был видным, но для биокиборга оставался одним из тех, с кем у него твердо ассоциируется пребывание в лаборатории. Его слова и поступки, всегда направленные на уничтожение собственного «я», Александр запомнил на всю жизнь. А вот к Ермолову отношение биокиборга изменилось. Он смог его не только понять, но и почувствовать себя виноватым за свои мысли и слова в его адрес. С Фростом такого и близко не было. Фрост для Александра оставался человеком системы, с которой биокиборг и боролся за обретение своей свободы. Фрост оставался его врагом.
Аэромобиль приземлился на стоянке в районе пляжа. Мильке настороженно проговорил:
- Надо увести автомобиль отсюда. Нас по нему вычислят.
Александр промолчал и уставился на дисплей. Там высветились данные: «Владелец – Александр Фон-Браун. Место жительства – ул. Морской пехоты, дом 6, город Жуков, Марс».
- Это что?
- Это новый владелец аэромобиля.  Живет он на другом конце города, и за неправильную парковку аэромобиль скоро отсюда эвакуируют – запрос в полицию я уже направил.
- Но?
- Мильке, я же уже говорил, что быстро учусь. Мой биочип не просто чип. Это часть моего мозга, а мозг очень активно и небезуспешно учится им пользоваться. Так что хлопот со мной может быть много. Уже сейчас я могу скрыться, и вы меня никогда не найдете.
- Но ты так не делаешь?
- Нет, - ответил Александр и задумался, - не знаю еще почему, но нет.
Мильке оценивающе посмотрел на своего спутника:
- Нет, значит, нет. К чему сложности. К сожалению, у меня сейчас не так много времени. Мне надо будет уйти – дела государственной важности. Всем скажу, что ты меня отпустил. Иначе эти сенаторы опять что-нибудь придумают.
- Хорошо, но пойдемте сначала в дом, - Александр открыл дверь и покинул аэромобиль.
Пешком они направились к коттеджу. Александр жадно осматривал столь знакомые ему места. Волны безмятежно терзали берег, размывая чистейший песок. Неведомая сила, прихватив их за шиворот, тащила обратно, но они с настойчивостью и упорством повторяли попытки дотянуться до нового сухого участка суши. Деревья, к которым они так и не могли подступить, благосклонно кивали им вслед своими макушками. Ветер ласково шелестел в зеленых кудрях пальм. Погожий день на побережье отличался малолюдностью. Туристический сезон давно закончился. Город погрузился в умиротворенное спокойствие, и даже погода благоволила этому.
Панорама побережья казалась такой знакомой, такой предсказуемой, что биокиборг помрачнел. На секунду ему показалось, что он прилетел сюда из лаборатории, и рядом шел не генерал, а Ермолов. Ох уж эти годы в клетке, так привык к ней, что со свободой еще должен был смириться.
Впрочем, дорожка вдоль пляжа очень быстро уперлась в нужную лестницу. Задумчивость сошла на «нет», Александр вбежал по ступенькам и дождался Мильке у двери дома. Генерал проворно взобрался следом и скомандовал:
- Что ж стоишь, проходи.
Александр недоверчиво уставился на генерала.
- Не переживай, Алекс. Никаких подстав. Там за дверью тебя действительно ждет Чан. Даю слово. Ты мне можешь верить.
На настороженном лице биокиборга промелькнула тень печальных воспоминаний. Александр подумал о Катерине, она тоже убеждала его доверять ей.
- Вы не первый, кто говорит так, и пока воспоминания о таких словах не самые приятные.
Генерал вздернул бровь вверх, смешно прищурив глаз.
- Ты о Кэт?
Александр промолчал.
- Да…уж… - Мильке сжал губы и задумчиво выпучил глаза, наконец, ему нашлось, что сказать, - понимаешь, Катя, - генерал впервые назвал её на такой манер, - она – человек долга. Она – офицер. Это честь и совесть нашей службы. Я знаю, её обман шёл в разрез с ее отношением к тебе. Я понял это, когда вы попали к Габриелю. Он мне и посоветовал вытаскивать её из этой истории. Она разглядела в тебе то, что разглядел я лишь во время бойни.
Александр заглянул Мильке в глаза. Генерала от такого пристального сканирования успел пробить озноб. Биокиборг быстро признал, что лукавить Мильке и не думал.
- Это правда, Алекс. Я готов принести тысяча извинений за свое отношение к тебе.
В душе проснулась и настойчиво заскребла совесть. В груди защемило. Все смешалось. Оправдания генерала, мысли о Катерине. Эти размышления не давались ему легко. Позывы чувств шли в разрез с логикой и фактами. Александр больше не желал  слушать душещипательный монолог генерала. Он хлопнул Мильке по плечу и потянул руку к двери:
- Расслабьтесь, вам пока я верю. А на Катю зла не держу.
Александр вмиг решил для себя так. Так было правильней и спокойней. Не ошибался лишь тот, кто не жил. Ему было не страшно ошибиться вновь, его жизнь только начиналась.
- Я рад, - благодарно прищурился Мильке.
Не успел Александр коснуться дверного терминала, как дверь открылась. На пороге возник Чан. Александр удивился его сияющей улыбке. Старик приветливо раскинул руки.
- Алекс, я ждал.
Ему пришлось подпрыгнуть, чтобы заключить рослого и мускулистого мужчину в свои объятия. Александр придержал старика и бережно опустил на землю:
- Чан, как вы?
Довольный старик провел рукой от головы до пояса:
- Почти блестяще.  Чуть болят кости, в остальном наша медицина, как и всегда, сработала на «ура». Ты, я смотрю, тоже легко отделался, - усмехнулся Чан, намекнув на чуть начавший бледнеть кожный покров биокиборга.
- Пустяки, царапины.
За Александра подробности недавней бойни из-за широкой необхватной спины биокиборга изложил Мильке:
- Конечно, пустяки. Намедни мы с тобой, дорогой, Ли, чуть не угробили парня. Живым в таком состоянии еще никого не приходилось видеть.
- Спасибо тебе, - проговорил Чан, и на его глазах появились слезы, - ты спас меня.
- Хватит, у меня было больше шансов выжить, - успокоил расчувствовавшегося старика Александр и похлопал  его по плечу.
Сделал он это очень аккуратно, стараясь не побеспокоить Чана своими  сильными руками.
- Ничего, я в порядке, - шмыгнул Чан носом и утер ладонью выцветшие глаза, - проходите уже в дом.
Дверь едва успела захлопнуться за их спинами, как Мильке сразу перешел к делу:
- У меня проблемы, Ли. Сейчас я только тебе, наверно, и могу доверять. В Правительстве полный разлад, в Сенате очень неспокойно. События последних дней разворотили настоящее осиное гнездо. К своим подчиненным тоже есть ряд вопросов, словом все плохо. Алекса вновь начнут разыскивать. Он же похитил меня и сбежал из госпиталя.
- Правда? - удивился старик, обращаясь к Александру.
Биокиборг вкратце изложил свое видение произошедших в госпитале событий, и Чан рассмеялся:
- Маркус, ты в своем репертуаре. Сколько лет тебя знаю, а ты не меняешься. Однако, как я посмотрю, кардинально изменилось твое отношение к этому прекрасному молодому человеку.
Генерал смутился, но быстро нашелся, что ответить:
- Жизнь учит даже таких матерых лисов, как я. Святых не бывает. Я ошибался. А представление, устроенное в госпитале – акция вынужденная. У нас и выбора то особо не было. Этот Борджиа хуже пиявки. Пристал, не отдерешь. Очень мне это не нравится.
Чан нахмурился:
- Изменники? В Сенате?
- Я полагаю.
- Это уже серьезно.
Александр перестал их слушать и прошелся глазами по комнате, в которой бывал ни один раз, и заметил на столе обгоревшую книгу. Он подошел, взял её в руки. На пострадавшей в огне обложке все еще красовалось имя автора и частично сохранившееся название книги: «Георгий Салпек. Разговоры наедине…».
Сильные руки, способные разорвать закрытую книгу пополам, начали трепетно и очень аккуратно листать обуглившиеся по краям листы. Пальцы едва касались уцелевших кончиков побуревшей бумаги, боясь повредить то, что не уничтожил огонь. Глаза устало побежали по выжившим в пламени строкам:
«Мы редко прощаем от души. Вот так вот чтоб сразу – взять и простить. Напротив, в порыве бессердечной гордости мы начинаем злиться, копить обиду. Мы идем у нее на поводу, а наше прощение, если и случается, то в большинстве случаев исходит от осознания  какого-то мифического долга, будь то, к примеру, семейные ценности или, допустим, гармония рабочего коллектива. Бывает, правда, что и эти материи не помогают. Обида такая злая штука, что въедается очень глубоко в нас. Когда же ее следы стираются в нашем сознании, часто оказывается поздно. Время не лечит, оно лишь притупляет наши чувства. От этого никуда не деться. Такова природа человека.
Когда же мы осознаем все – обижаться было не на что, это такой пустяк, что драной овцы не стоит, вдруг оказывается – нужный момент прошел. Поздно. Поезд забвения уходит точно по расписанию, и человек становиться для нас потерянным, чужим. А на душе остается лишь горечь сожаления. И полная апатия, к тому прошлому, что нас объединяло.
К чему все это я? Старайтесь прощать, если, вы, хоть на мгновение уверены, что человек остается вам дорог. Осознание прощения душой наступит позже, зато вы сможете сохранить близкого вам человека. Если же произошло непоправимое, то где-то внутри все равно остаются крупинки, едва осязаемые частички. Может быть, это почти выветрившиеся следы чувств, светлые воспоминания. Не нужно бояться их, нужно бороться. Борьба – прекрасный стимул. Всегда есть шанс. В одну реку можно не только войти дважды, но и плыть против её течения. Но это уже вопрос другой главы, где мы поговорим о стремлении и борьбе».
- Это одна из уцелевших книг из моей библиотеки, - печально вздохнул подошедший Чан, - лежала на столе, от того почти сохранилась.
- Что? - переспросил не слушавший его Александр.
Перед глазами, будто титрами, проплывали слова автора.
- Я про книгу.
- Ах, да, хорошая книга, - биокиборг впал в задумчивость и положил обгорелый томик обратно на стол.
Ему не нужно было читать главу про стремление и борьбу. Он и так жаждал борьбы. Все произошедшее казалось такой мелочью,  особенно в сравнении с тем, что Катерина находилась в смертельной опасности. Она, по-прежнему, была ему нужна так же, как и сейчас он ей. Все обстоятельства, вскрывшиеся факты оказались пустыми фальшивыми звуками на фоне симфонии его сердца. Пережив бойню в Академии, Александр смотрел на этот мир по-новому. Жизнь закаляла его. Теперь только свободы ему было мало, он жаждал всех красок существования.
 Глаза биокиборга вспыхнули ненавистью. Кремень – главный враг, главная угроза, подлежавшая немедленному истреблению. Его змеиное логово стоило разорить на корню, выжечь дотла. Освобождение Катерины и возвращение накопителя становились идеями фикс для Александра. Пока технология пребывала в руках зла, и пока существовало само это зло, он не мог чувствовать себя в безопасности, не мог быть спокоен за тех, кто находился рядом. Он сжал кулаки и напрягся, что на камуфляже затрещали нитки.
- Тише, ты еще не восстановился, - испугался за него Мильке.
- Я хочу вернуть Катерину и накопитель. Надо покончить с седобородым раз и навсегда, - Александр прервал свое многозначительное молчание неожиданным заявлением.
Слова застали генерала врасплох. Впрочем, неожиданность оказалась весьма приятной. В лице Александра он получал грозного союзника. Пускай их связывали и не общие взгляды, но зато общие цели.
- Но есть одно но, - условился биокиборг.
- Говори, - внимательно прислушался к нему Мильке.
- Я буду действовать не по воле Конфедерации. Никаких приказов, ничего прочего. Я к вам не нанимался. Вы меня создали, но жизнь свою я вам не отдам. Я верну вам накопитель, и тогда мы будем в расчете.
- Алекс, - осторожно начал Мильке, - ничего подобного даже в моих мыслях не было. Для меня гораздо важнее…
Мудрый Чан, наблюдавший за генералом, прервал его, перехватив нить разговора:
- Важнее, что у тебя есть чувство долга перед собой. Здесь не страшен даже тот факт, что ты не чувствуешь долга перед всеми людьми, которые, несомненно уже сейчас находятся в опасности. Ведь технология в очень плохих руках. И мы рады, что ты сделал правильный выбор. Для себя правильный, для нас правильный и такой же правильный для всего человечества. Важно искать ту золотую середину между тем, что велит сердце и подсказывает разум. Я рад, что ты прислушался  к ним обоим.
Более прямолинейный Мильке выпучил глаза, надув щеки, согласился со стариком и кивнул.
- Долг перед людьми? - язвительно переспросил Александр, - пока, за редким исключением, вы жаждете или убить меня, или использовать. О каких долгах речь?
- Катя не виновата, - сразу оправдался Мильке.
- Да, что сразу Катя? Я, может быть, из-за нее готов идти и сражаться с седобородым. А человечество? Вы пытаетесь пробудить во мне жалость, хотя создавали меня, надеясь исключительно на ее отсутствие. Я скажу вам честно: у меня нет чувства ответственности перед Конфедерацией и её жителями. Мой мозг был изолирован от политической пропаганды. Я могу взглянуть на ситуацию в вашем государстве со стороны. Я уже многое увидел. И многое меня разочаровало. Ваш мир я представлял другим. Много идеализировал. Но теперь, окунувшись в него, я вижу, что правители не думают о людях, а люди не думаю о себе. Не бойтесь, на стороне противников Конфедерации я тоже никогда не буду. После всех, надеюсь, когда-то решенных проблем, я хочу жить в мире и спокойствии. С меня хватит и этой войны, моей личной воны. Так, что можете этими словами записать меня в защитники Конфедерации. И давайте не будем больше разглагольствовать на эту тему и начнем уже действовать.
Александр говорил искренне, как на духу. Чан и Мильке застыли от неожиданности и изумления. Они  явно не ожидали такого откровения от биокиборга. Они не ожидали, что Александр вообще был способен на такие философские тирады. Даже Чан, уже изначально относившейся к нему как к равному, оказался обескуражен его мыслями.
- Начнем? Без меня? Я тебе сейчас устрою!
Александр засиял от радости. Он, к своему стыду, совсем позабыл о своем друге. А Генри важно вбежал в комнату и с разбега запрыгнул к нему на руки. Такая прыть за котом была замечена впервые. Очевидно, он очень волновался и скучал.
- Где тебя носило, дружище? - закричал Генри так, что если бы его коммуникационные способности имели голосовой вариант, от его крика пришлось закрывать уши, - я чуть с ума не сошел, когда узнал, что ты в госпитале. Ты и медицина –  две вещи несовместимые. И если ты оказался там, значит, все было действительно плохо.
- Не переживай, я уже в порядке. Но, а ты как выбрался?
- Легко, как только стали бомбить, я пробрался в самую дальнюю комнату, нашел лестницу, спустился на самый нижний уровень покоев старика, там и просидел, забившись в угол. Эти олухи до меня даже не дошли. Видимо, ты их остановил выше. Я же выбрался только сегодня, когда Чан – бедный старик, приехал в свои покои, посмотреть, что осталось. Мне так жаль его, что я готов расцарапать этой холеной щетинистой морде все лицо!
- Прежде всего, он отведает моего кулака. Правда, его надо еще отыскать.
- Кто ищет, тому назначено блуждать.
После слов друга Александра словно осенило. Он  повернулся к Мильке и Чану с  загадочной улыбкой:
- Я отправляюсь на поиск седобородого.
- Когда? - растерянно захлопал глазами генерал.
- Немедленно.
- Как? - не удержался Чан, - ты еще не поправился.  Да и куда ты направишься?
- У меня есть зацепка. Но мне понадобиться ваша помощь.
Старик, увидев непоколебимую твердость в глазах биокиборга, тут же согласился:
- Для меня это дело чести. В любое время, друг мой.
- Для меня это дело государственной важности, - величественно добавил Мильке.
- А для меня, - подытожил Генри, - это дело, потому что это дело. Потому что надо преподать этим самовлюбленным негодяям  урок хорошего поведения. Никто никогда не смеет обижать котов.
- Философов.
- Ах, да, простите. Котов-философов.
- Генри, но тебе придется остаться с Чаном, - осадил порыв друга Александр.
Кот и бровью не повел.
- Ничего, Алекс, седобородый и с такого расстояния почувствует мой гнев. А в компании с понимающим меня стариком это будет делать вдвойне приятней.
Чан прикоснулся к уху, дав понять, что все слышал и одобрительно кивнул. Мильке развел руками. Генерал понимал, что его собеседники продолжали общаться, совсем не заботясь, о том, что он-то не мог их слышать. Это ужасно раздражало нового руководителя Агентства Безопасности Конфедерации.

























ЧАСТЬ 4

Глава 1

Единственной зацепкой, остававшейся у Александра, был город, в котором седобородый набирал себе команду пиратов-наемников. Один из таких пиратов, допрошенный с пристрастием еще в лаборатории рассказал о том, что Кремень часто бывал в Александрии, где и занимался вербовкой своих кадров. 
Выбор места для поиска наемников был неслучайным. Александрия считалась настоящим провинциальным городом. Тихим, сонным. Он не пугал своими размерами, размахом строений: здесь за исключением центра небоскребы и не встречались. Он почти не напоминал тот разоренный муравейник, каким был Арес. Улицы зачастую выглядели полупустынными, если их не атаковали туристы. В Александрии аэромобили не кружили в адской карусели. Напротив, в преобладающих спальных кварталах с максимальной этажностью домов в пять этажей и вовсе запрещалось летать на высоте свыше тридцати сантиметров от земли. Александрия являлась одним из немногих городов Конфедерации, где по-прежнему активно использовалась колесная техника. Но и её было мало. Здесь вообще жили очень консервативные люди, которые Арес и за город то не считали, предпочитая сравнивать его с настоящим живым монстром. Поэтому многие александриане всячески чурались жителей столицы, считая их холодными созданиями, а зачастую и просто нелюдями.
Их же любимая Александрия отличалась особым колоритом и душевностью. Здесь встречались целые исторические национальные кварталы, жители которых старались поддерживать культурное наследие своих этносов. Для Конфедерации, где людей давно перестали делить по национальному признаку, это казалось неким анахронизмом, вызывающим легкое удивление остальных ее жителей. Местное население никак не реагировало на посылы всей страны завершить многовековую глобализацию, отдавая дань памяти своим корням. Поэтому жители города, связываемые одной идеей, жили дружно. Да, конфликты между кварталами, как и положено, случались, но уважение друг к другу и к историческому соседству, как правило, брало верх.
Жители Александрии были большими противниками Конфедерации и одними из первых поддержали новый статус Марса в составе ненавистного им государственного образования. Им претил сам дух единого государства, и почти все они грезили о «довальяновской» эпохе мировой истории. Именно поэтому здесь запросто можно было набрать армию наемников. И именно поэтому на узких улицах этого удивительного города можно было встретить огромное количество полицейский, активно выискивающих подпольные воинствующие организации и особо ретивых борцов за свободу.
Но больших дивидендов раздутый штат полицейских и спецслужб  не приносил. Почти все они приезжали из столицы и работали в Александрии по контракту, гнались за льготами и скорой пенсией. Поэтому нормальной работы с местным населением наладить никому не удавалось. Жители сторонились стражей порядка, при встрече демонстративно воротили носы, а особо рьяные даже плевали им вслед. Таково было их отношение к действующей власти. И, конечно, госструктурам редко, когда удавалось накрыть или обезвредить не то что организацию, а просто рядового наемника. Для этого должно было произойти что-то из ряда вон выходящее.
Александрия входила в состав провинции Земли Темпе и считалась северным городом. Но, несмотря на разгар осени, пасмурную погоду, город утопал в зелени. В Александрии поддерживался искусственный микроклимат, отличный от того, что был за пределами пятикилометровой зоны от города. Здесь и зимой температура не опускалась ниже десяти градусов. А в эту осеннюю пору Александрия выглядела яркой живой клумбой посреди засыпающей, но по-прежнему величественной природы края. Богатство красок, среди которых преобладали свинцовый окрас океана, бурые и желтые оттенки трав, деревьев, удивительным образом дополняла  зеленая клякса города.
Так случилось, что Александрия, как магнит, притягивала художников, поэтов, людей ищущих себя и просто бунтарей. Задерживаться надолго в городе не получалось уже по понятным причинам, поэтому всем чужакам приходилось оседать за пятикилометровой чертой города в выросших в течение сотен лет трущобах  и молиться на свою святыню, лишь изредка позволяя себе попасть за городскую черту.
Помимо страждущих людей творчества Александрия привлекала простых туристов. Существовал целый культ города, для многих он стал туристической Меккой Марса. Контраст природы, социальных групп и культурных слоев породил феномен Александрии: вопреки логике люди уживались друг с другом, несмотря на различия. В год миллионы туристов приезжали увидеть это место воочию. Въезд в город для этого контингента был ограничен. Людям приходилось переплачивать за стоянки и гостиницы. На эти деньги Александрия и жила.
Один из таких чужаков шагал по трущобам в сторону пестрившего зеленью города. Он не был похож на туриста, потому что не ходил с ошарашенными глазами или открытым ртом, видя для себя что-то раннее услышанное от других путешественников. Он приехал сюда несколько дней назад и растворился в алкогольной ауре творческих трущоб. Новичок и у местных бродяг не вызвал ни какого подозрения, был как и многие нелюдим. Однако от колоритных прожигателей жизни его отличал ясный целеустремленный взгляд и превосходные физические данные. Его тело дышало здоровьем, а крепкая мускулатура раздавала одежду в стороны. Но даже на это здесь не обращали внимания. Сюда многие приезжали  в самом расцвете сил, чтобы сгнить в неравной борьбе с самим собой. Правда, последнее совсем не грозило гостю трущоб. Здесь он находился вынужденно. Его интересовала лишь информация, и он шел в город, чтобы получить её. Этим чужаком был Александр.
Со времени произошедшей в Академии бойни прошло уже две недели. Биокиборг полностью восстановил свое здоровье и обсудил свой план действий с внезапно объявившимися союзниками в лице Чана и Мильке. Александр рассказал им об истории с допросом пирата, поэтому на общем совещании именно с Александрии и было решено начать поиски Стеаринова. Генерал хоть и обещал посильную помощь, Александр прекрасно понимал: рассчитывать ему предстоит, прежде всего, на себя. Биокиборг должен был действовать на свой страх и риск, не афишируя свои планы. Цена ошибки – непомерно высокая, ведь на кону стояли человеческие жизни.
Александр подошел к паспортному контролю на въезде, или что было точнее – входе, в Александрию. Погода у городской черты целиком и полностью зависела от общих природных условий, здесь она не подвергалась искусственным метаморфозам. Находясь географически вне города, полицейские, замерзнув после нескольких часов дежурства, ежились, переминались с ноги на ногу и с завистью смотрели на незнакомца, которому хоть и был легко одет, но дискомфорта от холода, казалось, не ощущал. У него даже губы не синели.
- Суворов? Александр? - переспросил полицейский, уставившись на экран считывателя чипа.
- Да, - безразлично ответил проверяемый, вглядываясь мимо стражей порядка в городскую окраину.
Полицейский заглянул ему в глаза и вздрогнул – страшные глаза, непроницаемый занавес. Чтобы скрыть свое смущение он, странно засмеявшись, заметил:
- Да, не вовремя вы к нам. Погодка сейчас не забалуешь. Ноябрь.
Александр бросил на стража порядка тяжелый оценивающий взгляд, явно не разделив его переживаний, от чего полицейский нахмурился и стал более официальным:
- Цель вашего визита в Александрию?
- Получение поэтического настроения от прекрасных видов города.
- Вы наемник?
- Нет.
- Вы пришли сюда стать наемником?
- Нет.
- У вас были контакты с наемниками, пиратами или запрещенными организациями?
- Нет.
- У вас есть при себе оружие, запрещенные препараты?
- Нет.
Александр был непробиваем. Для полицейского это являлось стандартной процедурой допроса. Он пытался разглядеть хоть какие-то изменения в лице проверяемого им человека, на то и рассчитывал, но по лицу незнакомца было трудно вообще что-то сказать – эмоции умело прятались глубоко внутри.
- Хорошо, проходите через рамку сканирования.
Александр беспрекословно выполнил требование. Его просканировали и пропустили в город. Уже на выходе  очередной полицейский приложил руку к шлему и буднично проговорил:
- Добро пожаловать в Александрию.
Александр остался верен себе. Ни одна эмоция так и не коснулась его лица. Обиженный на погоду, подбитый чопорностью «туриста» полицейский подошел к товарищу и, посмотрев вслед удаляющемуся биокиборгу, сплюнул на землю:
- Наплодят придурков, потом эти наркоманы сюда прутся. Святыню блин нашли, уроды.
- Точно, - поддержал его товарищ, но тут же кашлянул - к пропускному пункту приближались новые туристы.
Александр ступил на территорию города и сразу почувствовал, как изменился воздух. В городе успешно функционировала система изменения климата. Удивительно, но с каждым метром биочип регистрировал, как меняется температура, влажность и даже скорость циркуляции воздушных масс. Для Марса в целом это было диковинкой, для Александрии – будничным фактом.
По аккуратным двухэтажным улицам с красной черепицей на крышах зданий и непередаваемому пивному запаху Александр очень быстро отыскал чешский квартал. Здесь будто жило средневековье, пахло хмелем и солодом. Даже жители по улицам ходили в национальных костюмах, а подсветка на их домах имитировала факелы. Исторический фетиш тотально владел умами людей. В ход шло все, что имело отношение к чешским традициям и культуре. Хотя это было характерно для всех национальных кварталов Александрии, где каждый по-настоящему грезил стать первым и лучшим в борьбе за историческое наследие своей нации. Порой доходило до банальных глупостей, и люди отказывались от многих благ цивилизации. И тогда исторической реконструкции подвергался не только внешний вид домов, но и быт их хозяев.
На очередной улице, носившей имя Яна Жижки, Александр наткнулся на деревянную вывеску, выполненную щепетильно, умело, но на старинный лад. Надпись гласила «Kr;ma - Opojn; kn;r». Биокиборг вскочил на невысокое крыльцо и толкнул входную дверь. В нос ударил тугой хмельной запах, отчего ноздри непривычно задергались, как у собаки взявшей след.
Александр шагнул внутрь и обомлел. Он попал в дом к настоящему фанатику. Заведение никак не соответствовало тому, что оно функционировало в четвёртом тысячелетии. Будто машина времени возвращала посетителей как минимум на добрую тысячу с лишним лет назад. Александру, впрочем, такая историческая ретроспектива понравилась сразу. Все было сделано просто  и со вкусом. Максимум дерева и камня, широкие столы и скамьи, даже в огромном камине чадил неспешный огонек, облизывая сухие поленья.
Таверна ломилась от посетителей, не протолкнуться. Несмотря на довольно ранний час, скамейки были забиты многочисленными туристами, а столы утопали в непрекращающемся параде всевозможных яств. В литровых кружках плескалось темное, светлое пиво, фильтрованное и нефильтрованное, на любой вкус и достаток. Глиняная посуда наперебой ломилась от мяса, рыбы со всевозможными соусами, картофельных и мучных кнедликов, похлебок. Туристы поглощали еду с таким удовольствием, что от шума столовых приборов и чавканья говорить им приходилось, срываясь на крик. Что и говорить, чужаков в Александрии хоть и недолюбливали, но деньги на них делать умели.
Александр заметил на себе чей-то взгляд. Он покосился по сторонам и увидел за стойкой холеного толстячка с блестящей кожей на лысине  и редкими засаленными волосами. Толстяк протирал бокалы и, не таясь, сверлил взглядом нового посетителя. Александр кивнул ему.
- Я – трактирщик, - закричал толстяк, - хозяин.
Александр хотел, было, ответить, но сообразил, что обыкновенному человеку вряд ли удалось бы услышать трактирщика. Биокиборг сориентировался, приложил руку к уху и закричал:
- Что?
Толстяк рукой зазвал его к себе. Александр послушно протиснулся меж частых столов и сел перед хозяином таверны за стойку.
- Меня зовут Радек Штепанек. Я – хозяин. Могу я вам чем-то помочь?
Когда трактирщик говорил, его круглые щеки смешно прыгали, будто бы он что-то жевал. Александр едва сдерживал улыбку, поэтому старался не смотреть на Штепанека.
- Да. Я – турист. Мне бы столик, а то я проголодался.
Штепанек орлиным взглядом пробежался по залу и заприметил небольшой свободный столик в углу. Он жестом показал в его сторону.
- Там  подойдет?
Александр остался доволен выбором хозяина – в самом углу, откуда просматривается вся таверна:
- Да, однозначно подойдет, спасибо.
- Тогда проходите, любезнейший.
Биокиборг направился к столику, но вдруг передумал.
- У вас тут пахнет, просто пахнет историей. Так здорово, - отвесил он хозяину комплимент и специально начал осматривать интерьер таверны.
Штепанек растрогался:
- Ой, мы сюда всю душу вкладываем, спасибо. Для нас это не только возможность заработать денег, но сохранить историю народа. Великого народа.
Александр закивал.
- Понимаю. А у вас все тут под старину?
- Нет, что вы. Там, где прогресс нужен, зачем же от него отказываться?
Трактирщик на коротеньких кривых ножках смешно доковылял до двери позади своей стойки и нажал на кнопку. Распахнулись двери, и Александр увидел, как на кухне, подобно роящимся пчелам, шевелились роботизированные механизмы. Приготовление блюд шло полным ходом.
- Я благодаря этому чуду техники могу справляться со всем один. Только жена помогает. Никаких трат на персонал и прочих лодырей, которые, как поселяться в трущобах, так и норовят напроситься на работу.
Штепанек вернулся к стойке, огляделся, как заправский шпион, и наклонился к Александру.
- Вы хоть и турист, а мы с чужаками не  знаемся, но я вам скажу, - трактирщик резко обозначил свое расположение гостю, - не водитесь с теми, кто из трущоб. Загонят они вас в могилу. Там за день до сотни смертей случается, скажу я вам. Не-не-не. Не нужно вам это. Посмотрите Александрию и возвращайтесь домой.
Из кухни, хмуря брови, выглянула женщина – немолодая, но все еще статная блондинка, и уставилась на Штепанека.
- Radek, dostatek chatov;n; s ciz;mi lidmi. Podnikat!
Трактирщик втянул голову в плечи, виновато потупил взор и тут же схватился за стеклянный бокал и полотенце.
- Ano, drahou;ku, - пробормотал он в ответ и тут же официально обратился к гостю, - что желаете?
Александр улыбнулся этой милой семейной сцене.
- Пиво, и легкий завтрак.
- Хорошо, ожидайте - Штепанек отметил заказ в своем блокноте-планшете и спросил, - ваша фамилия и имя?
- Это обязательно?
- Простите, такие правила.
- Суворов, Александр Суворов.
Биокиборг отправился за отведенный ему столик, провожаемый недоверчивым взглядом жены трактирщика. Как только, он уселся на стул, она потащила мужа на кухню. По её лицу было понятно – разговор предстоит жаркий. Женщина вила веревки из бедного Штепанека, а тот лишь безропотно подчинялся. Александр недовольно поморщился. Он лишился хорошего источника информации о городе. Трактирщик был не прочь почесать языком.
Открылись входные двери и прямиком к стойке, куда успел вернуться раскрасневшийся после семейных разборок трактирщик, поспешил парень в синей униформе с небольшой посылкой в руках. На его спине красовалась эмблема «Почта Конфедерации». Он продемонстрировал свой планшет Штепанеку, и трактирщик, недолго думая, указал в сторону Александра.
Биочип активизировался. Почтальон подвергся мгновенному комплексному изучению со стороны обостренных органов чувств биокиборга. Вердикт вышел обнадеживающим: опасности он не представляет. Александр с интересом уставился на незнакомца. Почтальон подошел и вежливо спросил:
- Александр Суворов?
- Да.
- Вам посылка. Распишитесь.
Почтальон протянул планшет и стилус. Александр, скрывая свое любопытство, расписался и заполучил в руки синий коробок. Он знал, что Мильке должен был прислать ему весточку. Теперь стало понятно, что генерал решил не оригинальничать.
Александр вскрыл пломбу и уставился на почтальона:
- Что-то еще?
- Нет-нет, всего доброго, - откланялся тот и пошел к двери.
Сотрудник почты дожидался чаевых, но, несолоно хлебавши, раздосадовано отправился восвояси. Александр никогда и не слышал о такой практике, ему до этих тонкостей не было никакого дела. Поэтому биокиборг изрядно удивился, услышав шепот почтальона, явно адресованный в его сторону.
- Козел, даже пира ему жалко. Жмот!
Александр непонимающе пожал плечами, но тут же забыл про существование курьера, вскрыл коробку. В ней лежал ЛПМ-900, две дополнительные обоймы и небольшой бумажный свиток. Он, внимательно посматривая по сторонам, спрятал пистолет, обоймы и развернул свиток. Записка гласила: «Генеральский презент. Будешь шуметь, пригодится! Извини, пока все, чем могу помочь!»
Биокиборг бросил записку на стол, но та вспыхнула еще в воздухе, не оставив после себя даже пепла. Он снова осмотрелся – никто даже не попытался посмотреть в его сторону, посетители увлеченно уничтожали съестное.
Трактирщик принес пиво и завтрак. Александр уставился на аккуратно сервированные тарелки  с выпечкой, колбасками и сырами. От них исходил очень аппетитный аромат, и выглядели они так, что их хотелось съесть зараз. Посмотрев, с какой скоростью нечто подобное уплетают за соседним столом, он смастерил себе небольшой бутерброд и откусил. Биочип напрягся,  зрачки глаз сузились. Вкусовые рецепторы начали передавать информацию. Александр замер, но тут же расслабился в блаженстве. Еда оказалась не просто вкусной, а восхитительной. В лаборатории его так не баловали, там на завтрак все больше подсовывали малопонятные белковые субстанции. Биокиборг за один присест уничтожил весь бутерброд и довольно потянулся к тарелкам. Но рука остановилась на полдороги. От кружки пива исходил пленительный аромат. Александр прикоснулся губами к стеклянному бокалу, и биочип запротестовал. О вреде алкоголя биокиборг был наслышан, но сейчас ему представилась уникальная возможность попробовать то, о чем он и не мечтал. Первый же глоток отправил его на седьмое небо. Прохладный напиток с пряным вкусом показался ему самым изысканным из тех, что Александр когда-либо пробовал.
За каких-то пять минут завтрак был сметен. Сил биокибернетическому организму он прибавил мало, зато настроение вознес до небес. Александр щурился от удовольствия, словно его друг Генри, и настойчиво подумывал подкрепиться еще немного. Он  уже жестом собрался подозвать трактирщика, как его что-то остановило. Пока он расслаблялся, биочип не бездействовал, анализировал получаемую периферийным зрением картинку. Тревожный сигнал поступил сразу, как только из толпы был вычленен новый посетитель, ничего не обычного, но цвет волос до смешного яркий, будто пожар на голове.  Рыжая копна была очень знакома биокиборгу. В глазах замелькали картинки с лицами. Бинго, посетителем оказался пират, напавший на лабораторию и рассказавший Александру про это место. Биокиборг даже засомневался, а на ловца ли зверь бежит? Воспоминания последних дней так и кричали – с чего это госпоже удачи вдруг расщедрится на такой подарок!?
Пират пробежался по залу глазами и с недовольной физиономией направился к трактирщику. Штепанек с сочувствующим лицом лишь пожал плечами. Сквозь шумовую завесу посетителей даже Александр не смог услышать, о чем они говорили – было слишком далеко. Однако понять их диалог не составило большого труда. Пират явно негодовал по поводу того, что в таверне для него не нашлось свободного места.
Александр мгновенно сориентировался, поднял руку вверх и с добродушной улыбкой показал трактирщику, что не прочь разделить свой стол с другим посетителем. Штепанек благодарственно засиял и указал гостю на стол биокиборга. Александр повернулся чуть боком, пряча лицо, потом и вовсе наклонился под стол, сделав вид, что что-то обронил на пол.
Пират поблагодарил трактирщика и отправился за предложенный столик.
- Здравствуйте, я так понял, вы не против моей компании? - вежливо спросил он.
Александр, изображаю возню, пролепетал из-под стола:
- Что вы! Конечно, нет. Сейчас только подниму свою карточку.
На самом деле в это время его руки снимали с предохранителя пистолет. Александр скорчил как можно более дружелюбную мину, театралы бы растрогались, и выпрямился, оказавшись лицом к лицу с пиратом:
- Приятного аппетита, - улыбка биокиборга выказала все расположение «гостю» его стола.
Пират переменился в лице, напрягся и убрал руки под стол.
- Узнал, - обрадовался Александр и скомандовал, - руки на стол. У меня у самого там пистолет. Нечего двум стволам в одном месте ютиться.
Он демонстративно ткнул ЛПМ-900 в ногу пирата.
- Шевельнешься – прострелю колено. И больше дорога приключений вести тебя не сможет.
Пират, побледнел, осунулся лицом, что и говорить – попал, так попал, кивнул и медленно подчинился.
- Ты не переживай, я ничего тебе не сделаю. Мне снова нужны вопросы и ответы. Если будешь столь же любезен, как в прошлый раз, с моей стороны все опять будет чинно и благородно.
Пират вспомнил, как биокиборг выбивал из него сведения и тревожно сглотнул.
- Что ты, - прочитал все по его глазам Александр, - я не желал тебе зла. Ты сам потянулся к рации. Кстати, вижу, рука зажила. Теперь, если не сделаешь глупостей, то я вообще не буду грубить. Договорились?
Пират боязливо кивнул, с таким трудно не согласиться – мало ли что на уме у машины для убийств.
- Как зовут?
- Гарри.
- Не чех?
Пират отрицательно замотал головой.
- И к тебе тут нормально относятся?
- Я свой, из английского квартала.
- Даже так. А здесь что забыл?
- Позавтракать пришел.
Александр недоверчиво прищурился, словно злой, очень злой полицейский на допросе, и постучал стволом пистолета англичанину по коленке, от чего Гарри  вздрогнул.
- Зачем же начинать сразу врать, Гарри? Так хорошо начали разговор.
- Я не вру. Я действительно пришел за-завтракать, - пират начал заикаться.
- Но не один?
Гарри не ответил и закрутил рыжей головой.
- Значит не один, - сам себе ответил Александр, - с кем встреча и во сколько?
Пират снова не ответил. Тогда биокиборг  резко схватил англичанина за шею и рванул на себя.
- Послушай, тебе придется рассказать мне все, что ты знаешь. Это не твоя война, а моя. Кремень посягнул на мою жизнь, сделал её не самой приятной. И забрал у меня дорогого мне человека.
Парень задрожал, видя близко-близко перед собой хищное лицо биокиборга, бегающие желваки на скулах и выступившие на висках вены. Такому не скажешь, целиком проглотит.
- Я, правда, по-позавтракать. Я сюда в-в-всегда захожу. Спроси трактирщика. Я после штурма лаборатории сошел. Я вне игры, правда.
Казалось, англичанин говорит искренне. Александр отпустил руку и откинулся на спинку.
- Раз не при делах и соскочил, расскажи мне, как найти седобородого?
- Они меня убьют...
Александр ухмыльнулся:
- А я,  по-твоему, самый добрый человек на свете? Говори! - рыкнул он.
Двери таверны с шумом распахнулись, и в зал вошел усиленный наряд полицейских в количестве десяти человек. Одетые в бронекостюмы, они сразу привлекли внимание всех без исключения посетителей таверны. Александр столь вооруженных сотрудников правопорядка видел здесь впервые. Все-таки странный город Александрия: туристы, националисты, антиконфедераты, трущобный сброд и официальная власть умудряются как-то уживаться друг с другом.
- Внимание, штатное патрулирование. Всем оставаться на местах. Паспортный контроль и личный досмотр. Спасибо за понимание, - выкрикнул громко старший патруля, и зал мгновенно смолк.
Не верилось, что такая тишина могла быть в таверне. Отсутствие привычного гула даже утомляло. Полицейские заблокировали выход, обступили  первые столы и стали проводить досмотр посетителей. Гарри заерзал, но Александр посмотрел на него и покачал головой:
- Не двигайся, не делай резких движений.
Англичанин задрожал,  его руки не находили себе места на столе. Обход полицейские совершали очень быстро. Чувствовалась богатая практика таких осмотров. Человек проверялся за два движения. Сначала шла процедура идентификации чипа, затем датчик поиска оружия проводился от головы к ногам проверяемого. Скрыть наличие даже небольшого пистолета с таким прибором было невозможно.
Александр изучил действия полицейских, еще раз тщательно осмотрел помещение. Как ни вовремя, сокрушился биокиборг, его удача вновь помахала хвостом и упорхнула неуловимой жар-птицей, опять все делать самому.
Лезть раньше времени на амбразуру – дело, конечно, благородное, но глупое. Нужен был план «Б». Александр увидел табличку «туалет» совсем рядом с их столиком, выждал момент, когда в их сторону никто не смотрел, и приказал англичанину:
- Вставай!
- Но...
- Вставай, - прошипел Александр, вскочил на ноги и потащил за шиворот Гарри.
Рыжий начал упираться, но биокиборг рванул его с такой силой, что тот на секунду повис на его мощной руке. Увлеченные своей будничной работой, полицейские все же заметили возню на другом конце зала.
- Эй, вы! - закричал старший патруля и схватился за торчавший на поясе пистолет.
Александр обернулся и, опустив англичанина на пол, удивился:
- Мы?
- Да, вы. Вы нарушаете постановление Правительства №3856.
- Стоп, подождите, - Александр выставил свободную ладонь перед собой, изображая подвыпившего мужчину,  - мы не нарушаем. Мы пи-пи хотим. Правда, Гарри? - он посмотрел на трясущегося от страха англичанина и продолжил, - вот Гарри, не только пи-пи хочет, ему чего-то совсем плохо. Офицер, мы же в туалет и обратно. Вы же на выходе. Куда мы денемся? Ну, не будем же мы это прямо тут делать.
Полицейский успокоился – руку с пистолета убрал, и, жестом приказав подчиненному проследить за странной парочкой, согласился:
- Хорошо, у вас пять минут. Сержант Стоун проследует за вами.
Александр резко рванул к дверям. Он старался выиграть хотя бы несколько секунд. Гарри, увидев в приближавшемся полицейском свой последний шанс, попытался вырваться из цепкой хватки биокиборга и завопил во весь голос:
-  У него оружие, я заложник.
Десятки испуганных глаз мигом уставились на Александра, а в руках полицейских появилось оружие. Биокиборг широко улыбнулся и дружелюбным жестом попытался их успокоить:
- Мой друг, бредит, перепил.
- Сэр. Отпустите вашего спутника, - медленно проговорил сержант Стоун, - повернитесь к стене и положите на нее свои руки.
- Да, что вы в самом-то деле...
- Руки на стену, немедленно, - закричал старший патруля.
- Ладно, - пожал плечами Александр.
Он отпустил полумертвого от страха англичанина, но затем резко толкнул его в центр зала, чтобы полицейские уж точно не  открыли огонь.
- Стоять на месте, - прокричал настойчивый голос, но было поздно.
Александр пулей скользнул  за дверь и оказался в небольшом коридоре. Сзади раздались крики и торопливые шаги. Эх, а ведь все только начало налаживаться. Еще с утра он удивлялся, жизнь, ты ли это? Теперь стало понятно, что нет, все нормально.
Ближайшая к нему дверь вела в мужской туалет, и Александр не преминул ею воспользоваться. Биокиборг забежал внутрь. Ряд окон, настойчиво пропускавших дневной свет, манил своим спасительным блеском. Он тут же выхватил пистолет и спустил курок. Стекло со звоном разлетелось на мелкие осколки. Путь на улицу был проторен.
Александр разбежался, подпрыгнул на вакуумном писсуаре и запрыгнул на подоконник. Сработал датчик смыва, чаща заполнилась водой, и писсуар с хлопком засосал её внутрь. Система кондиционирования насытила помещение ароматом хвойного леса. Биочип только успел отметить изменившийся запах, а в нос биокиборга хлынул поток прохладного уличного воздуха.
Он замер и посмотрел вниз, на улицу. Из дверей таверны начали выбегать перепуганные люди. Полицейские объявили эвакуацию помещения.  Среди толпы показался знакомая «огненная» голова. Биокиборг посмотрел наверх. По неровным выступам каменного фасада биочип без труда выстроил путь на крышу. Сверху было проще следить за англичанином. Александр вцепился руками в камень и оттолкнулся. Внизу открылась дверь и в туалет ворвались полицейские.
- Стоять, - прозвучал отчаянный голос.
Карабканье по отвесным стенам могло показаться сложным лишь на первый взгляд. Но крепким пальцам и стальным мышцам было подвластно все. Не хуже паука, например, Александр забрался сначала на окно второго этажа, затем с той же легкостью он оказался на скатной крыше.
Встревоженные криками, из ближайших домов выскочили зеваки, куда без них. Они охали, шумели, показывая пальцами в сторону биокиборга. Вскоре из таверны выскочили и полицейские.
- Стреляем на поражение, - донесся знакомый голос полицейского.
Александр, казалось, не замечал стражей правопорядка и не обращал внимания на их угрозы. Он вел глазами пирата. Зевак собралось много, но среди пестрой толпы выделялся человек, с трудом продирающийся сквозь нее. Гарри трусливо бежал.
Он запрыгнул на припаркованный аэроцикл, дернул замок зажигания и рванул с места. Воздух сотряс рев мощного двигателя, красивый, мелодичный, вырывавшийся из сопла турбины вместе со струей нагретого воздуха. Рыжеволосый пират получил солидное преимущество.
До этого мгновения биокиборгу такую технику встречать не доводилось. Аэроцикл представлял собой двух с половиной метровую турбину, плавно переходящую в верхней части в обтекаемую облицовку, подобную той, что использовалась в прошлом на спортивных мотоциклах. Безопасный для окружающих такой транспорт оснащался маневровыми и стабилизирующими системами и позволял зависать в воздухе, взлетать под самые облака.
Гарри помчал вдоль улицы, и Александр пустился за ним вдогонку. Полицейские, осыпавшие его угрозами, оцепенели. Им было невдомек, что преследуемый ими человек был сам преследователем. Занятная шутка или удачное совпадение, но каламбур этот был сочинен самой жизнью.
Первым, как и положено, очнулся старший патруля и открыл огонь, за ним, как по взмаху дирижера на курки нажали его подчиненные. Вниз полетела отколовшаяся черепица. Лазерные лучи пролетели кучно, совсем рядом с биокиборгом.
- Там, через дом, широкий проулок, можно перехватить, - подсказал сержант Стоун.
- За ним, - зарычал старший офицер.
Бег по скатной крыше – не самое удобное занятие. Но, что делать, если от этого бега зависело очень многое! Приходилось и равновесие держать, и увиливать от выстрелов,  при этом не упускать из вида англичанина.
Крыша закончилась, и Александр без труда перепрыгнул на следующее здание. Нога чуть скользнула по покатой поверхности, но биокиборг скоординировался и продолжил преследование. Он слышал, как полицейские, вызвали по рации подкрепление.  Ему повезло, что патруль оказался полностью пешим. Однако такому везению срок до первого аэромобиля, поэтому нужно было перестраховаться.
Александр через космонет взломал полицейский портал Александрии. Здесь в списках разыскиваемых уже маячила его фотография, сделанная с камеры видеонаблюдения. Он только захотел ее удалить, как на ее месте возникло изображение очень довольной кошачьей морды, с трогательной подписью вместо информационных данных: «Хорошо, когда есть друзья». Генри. Это был, несомненно, он. Александр обрадовался столь любезному поступку своего четвероногого товарища. Фотография провисела  на портале считанные секунды и исчезла из базы данных.
Впереди показался новый пролет, несколько длиннее предыдущего и непреодолимый для простого человека. Александр, не раздумывая, прыгнул и приземлился на очередном здании. Оно отличалось плоской крышей. Бежать стало легче. Любопытные жители, высыпавшиеся из окон, хором ахнули, увидев, какое расстояние в воздухе преодолел биокиборг. Удивленные полицейские на мгновение даже прекратили преследование.
- Шеф, этого не может быть, - разродился один из них.
- Знаю, - застыв в недоумении, ответил ему начальник, но встрепенувшись, напустил на себя всю серьезность и всплеснул руками, - что, значит, не может быть? А ну, живо, догонять!
Гарри добрался до границы чешского квартала. Он свернул налево и помчался по территории турецкого анклава, едва не сбив двух зазевавшихся прохожих. Пират скрылся из вида, но тонкий слух биокиборга все еще мог с точностью определить его местонахождение по звуку турбины. Александр ускорился, с присущей ему легкостью стал отрываться от патруля. Он даже не остановился, когда впереди замаячил широченный пролет, обозначивший окончание квартала. Ноги мощно оттолкнулись от черепичной поверхности, на секунду замерло сердце, ощутив открывающуюся под биокиборгом пустоту, но тут же ощутимо ударило под ребра. В кровь хлынул адреналин.
Александр успел посмотреть вниз. Несколько жителей, заметив над головой тень, подняли глаза и раскрыли от удивления рты. В человеческой голове никак не укладывался совершенный биокиборгом поступок. Александр коснулся невысокого борта плоской крыши, оттолкнулся вновь и сделал несколько кувырков, смягчая приземление. Он тут же вскочил на ноги и, как ни в чем не бывало, продолжил свою погоню.
Старший офицер патруля, уже изрядно запыхавшийся, остановился как вкопанный и тяжело задышал. Окончательно поникнув после увиденного зрелища, он проговорил:
- Да, ну, на фиг, - полицейский махнул рукой и, согнувшись, оперся на колени, - пусть бегает, коль так нравиться. Да и квартал там уже не наш.
Уставшие подчиненные разделили позицию шефа и радостно закивали.
- Передай его турецким, - крикнул он своему сержанту и обиженно поплелся обратно, так и норовя нагрубить местным жителям, - что уставились? Расходимся!
Александр все хуже слышал аэроцикл Гарри. Шум двигателя смешался с гулом более оживленных улиц Александрии, и теперь его было все труднее вычленять из общей гаммы звуков. Еще немного и англичанин растворится в александрийской суете.
Внезапно Александр услышал двигатели еще трех аэроциклов. Они поравнялись с Гарри. Хуже ситуации не придумаешь, попробуй пойми, где кто. Александр поморщился от негодования – он потерял англичанина, и побежал еще быстрее. Теперь биокиборг стремился попасть в ту точку города, где последний раз четко различал присутствие пирата.
На постоянно прерывающиеся крыши Александр перестал обращать внимание. Бег по ним приобрел некий алгоритм, и биокиборг как совершенный механизм безошибочно рассчитывал силу прыжка, приземлялся на ноги, не теряя времени на удержание равновесия. Выпусти его в этот момент на беговую дорожку – быть битым и олимпийскому рекорду в беге с препятствиями.
Александр вновь проник на сервер полицейского департамента. Ему хотелось как-то облегчить себе задачу. Поиск человека в многомиллионном городе, даже с его способностями – задача не из легких, не легче поиска иголки в стоге сена. Он хотел что-то придумать, но оказалось, что за него уже все придумали. В списке разыскиваемых лиц замаячила фотография Гарри, сделанная с камеры наблюдения рядом с таверной. Под ней пестрел красный порядковый номер 010793, а в описании к фотографии были отмечены его приметы, указан транспорт – аэроцикл фирмы «Адхон». Кто-то опередил Александра.
Как тут было не вспомнить про гениальный ум Генри. Друг додумал то, что Александр  только собирался воплотить в жизнь. Теперь надо было просто ждать, при первом же попадании беглеца в поле зрения камер системы видеонаблюдения  биокиборг мог получить самую точную информацию о месте нахождения рыжего англичанина.
Александр остановился и огляделся. Кровли домов александрийских кварталов пестрели разными цветами. Дома, бесконечные малоэтажные дома сливались своими крышами в причудливый калейдоскоп.  Лишь на севере высились небоскребы, протыкая своей высотой тягучие серые облака.
«Подозреваемый №010793 замечен на улице Че Гевары, в кубинском квартале», - в обновленном разделе новостей появилась столь вожделенная запись. Биочип проанализировал карту Александрии и подобрал самый короткий маршрут.
Александр сорвался с места, как заправский спринтер. Перед ним преградой вырос трехэтажный дом. Биокиборг ускорился и прыгнул, выставив плечо вперед. Он влетел в витражное окно и кубарем покатился по полу, устланному восточным ковром.  Раздались женские крики, Александр, еще кувыркаясь, заметил трех перепуганных женщин, занимавшихся до его появления домашней работой. Он подскочил на ноги, не обращая внимания на посыпавшиеся с него стеклянные осколки, и побежал. В дверях показался крепкий мужчина, выскочивший на шум.  Александр втолкнул его обратно в комнату, даже не взглянув на упавшего крепкого рослого турка. Спешка – недруг вежливости, шальная мысль, заигравшая нотками совести,  проскочила в голове биокиборга, но утонула в напряженном сознании. Следующая комната встретила его все тем же неоригинальным визжанием. Но Александр был столь стремителен, что крики обитателей дома сменились недоуменными взглядами, устремленными в спину незнакомца. Снеся возникшую перед ним дверь, он оказался в очередной комнате с похожим на разбитое ранее витражным окном. Александр не стал тратить время на его открывание и, мысленно извинившись перед хозяевами, прыгнул. Осколки со звоном посыпались вниз, успев на этот раз расцарапать биокиборгу руку и лицо.
Александр перелетел улицу и оказался на крыше соседнего дома. Он продолжал бежать, не сбавляя темпа, пока ему не пришлось изменить направление. На новостной странице изменилась информация, Гарри стал двигаться в сторону небоскребов. Судя по отчету, его преследовали два полицейских экипажа. Александр изменил маршрут и прыгнул на балкон дома напротив. Его хозяевам повезло больше. Биокиборг ничего не разбил – двери балкона были открыты. Александр забежал внутрь, проскочив мимо не успевших даже возмутиться хозяев жилья.
Этот дом оказался необычной архитектуры, был узким, но чрезвычайно вытянутым в длину. Александр пробежал длинный коридор и выпрыгнул в манящее светом открытое окно. Высота в два этажа – сущие пустяки, биокиборг приземлился на ноги, лишь слегка коснувшись ладонью земли. Люди, вдруг оказавшиеся рядом, шарахнулись в сторону, испугавшись столь необычного появления незнакомца. Александр в очередной раз уточнил маршрут движения англичанина и скорректировал свой путь.
- Да ты посмотри, наиграются в своих убийц, потом вживую начинают экспериментировать. Экспериментаторы, - услышал он вслед, - верить надо не в то, что приземлишься, а в здоровый разум.
Для Александра эти замечания были пустым трепом, а переспрашивать, что щуплый мужчина в пончо имел в виду, ему совсем не хотелось. Зато он отметил про себя, что вот таким оригинальным способом достиг мексиканского квартала.
Пока биокиборг пересекал улицу, ему на глаза попались несколько католических церквей, кактусовая оранжерея и приветливые группы музыкантов.
«Объект захвачен спутниками слежения», - появилась надпись во вновь обновившихся сведениях. Александр перешел на страницу радара, теперь он мог видеть англичанина. Пират мчал на своем аэроцикле перпендикулярно направлению его движения, но в соседнем квартале. Биокиборг перешел на максимальный темп. Он выскочил на оживленную для Александрии улицу, по которой двигался небольшой поток автомобилей. Колесная техника повстречалась ему впервые. Биокиборг с интересом разглядывал пережиток технического прогресса, поравнявшись с одним из его представителей. Водитель лениво посмотрел в его сторону, затем с переменившимся взглядом уткнулся в спидометр. Цифра на нем застыла на пятидесяти километрах в час. Мужчина побледнел и, глядя на Александра, захлопал глазами. Биокиборг пожал плечами, виновато улыбнулся и ускорился, оставив позади удивленного водителя.
Радар тревожно мигал – аэроцикл находится совсем рядом. Александр стиснул зубы, стараясь выдержать заданный темп. Вены на ногах вздулись, угрожая лопнуть от напряжения. Сердце уже не контролировалось биочипом. Оно бешено стучало, прогоняя литры неуспевающей насыщаться кислородом крови.
Александр свернул в небольшой проулок. До перекрестка оставалось не больше ста метров. Он уже слышал шум турбины аэроцикла, а вместе с ним вой полицейских сирен. На лбу биокиборга впервые появилась испарина от бега. Ранее такого за ним не водилось, но и тесты в лаборатории не чета свалившимся на его шею испытаниям.
Рев нарастал. Вот-вот аэроцикл должен был промчаться прямо перед ним. Биокиборг зарычал. У Александра было лишь мгновение, чтобы англичанин оказался в его руках. Бег уже причинял боль. Казалось, что ноги охватило пламя. Мышцы трещали от перегрузки. Он выскочил на перекресток и прыгнул. Глаза выхватили аэроцикл. На секунду перед ними появилось удивленное лицо Гарри. Биокиборг схватил его в полете за шиворот и рванул с насиженного кресла. Они пролетели перекресток, напоминая двух сцепившихся котов, и закувыркались по брусчатой поверхности. За спиной  с воем сирен проскочили два полицейских экипажа. Они не успели понять, что произошло, лишь через несколько метров сообразили, что аэроцикл продолжал мчать по улице уже без пилота. Полицейские остановились и, не веря своим глазам, проводили вдаль бесхозный транспорт.
Александр сумел скоординироваться  даже в столь непростой ситуации. При каждом приземлении он непременно оказывался сверху беглеца. В итоге англичанину досталось не сладко. Биокиборг слышал хруст костей и вой Гарри. Александр считал его повреждения: пять ребер, трещина черепа, переломы рук, ног, смещение нескольких позвонков, – все это без учета рваных ран и ушибов.
Покувыркавшись так несколько метров, Александр погасил скорость, выпустил из мертвой хватки пирата и тут же оказался на ногах. Теперь Гарри лежал на спине совсем рядом с биокиборгом и громко стонал. Зрелище было не из приятных. Англичанина стало даже жалко. Александр посмотрел на его изуродованное лицо. Гарри лежал с закрытыми глазами и тяжело дышал.
- Вот видишь, к чему привела твоя глупость?
Александр прошелся беглым взглядом по неестественно вывернутой ноге англичанина, раздробленной руке и, качая головой, зацокал.
- Зачем, Гарри? Зачем? Тебе седобородый дороже собственной жизни? Мне вот тебя жалко. Я даже не буду тебе стрелять в колено, хоть и обещал. А ему-то на тебя наплевать. Гарри, Гарри.
Англичанин заскулил, а Александр нравоучительно продолжил:
- А рассказал бы сразу, как найти его, сейчас бы допили пиво в таверне и разошлись.
Совсем рядом завыли сирены. Полицейские медленно двигались по соседней улице, пытаясь понять, куда подевался преследуемый ими человек. Александр присел перед Гарри на корточки.
- Гарри, хоть сейчас будь благоразумней. Где мне найти седобородого? Смотри, там полицейские, они доставят тебя в больницу, где тебя поставят на ноги. А не скажешь. Мне даже не хочется о таком говорить.
Александр замолчал. Англичанин прекратил стонать и, услышав вой сирен, испуганно открыл глаза.
- Не тронешь? - жалобно пропищал он.
Александр добродушно пожал плечами:
- И в мыслях не  было, пока ты не стал убегать. Ты только скажи, и все закончится.
Гарри закатил глаза, тяжело сглотнул и прохрипел:
- В районе небоскребов, на улице Рокоссовского 78 живет Луис да Сильва по прозвищу Костолом. Он очень близко знаком с Кремнем. Это все, что я знаю.
Англичанин выдавил из себя последние слова и вновь открыл глаза. Александра рядом уже не было. Зато к нему бежали полицейские. Один из них кричал в рацию:
- Срочно экипаж скорой помощи, переулок Франка Паиса, на пересечении с улицей Че Гевары.

***

В коттедж Чана Мильке влетел словно метеор. Он был возбужден и не находил себе места. Руководителя Академии в гостиной не оказалось, но на небольшом стеклянном столике восседал важный Генри и в перерывах между рьяными умываниями наглыми глазами съедал генерала. Мильке же ходил из угла в угол и грыз от нетерпения ногти. Поймав на себе тяжелый взгляд кота, он наконец-то вспомнил, что перед ним находилось существо разумное, а не просто шерстяной комок для создания домашнего уюта.
- Прости, Генри, все никак не могу привыкнуть к тебе, - вежливо извинился генерал, - новости у меня. Дождемся Чана, два раза рассказывать не хочется.
Кот наклонил голову и посмотрел на Мильке боком.
- Не одобряешь? - генерал уточнил жест животного.
- Какой же ты тяжелый человек, - разразился Генри, прекрасно понимая, что Мильке понять его все равно не мог, - я – кот, твердолобый ты вояка. У меня в крови делать то, что мне заблагорассудится. И не надо искать здесь никакого подтекста.
- Видимо, ты негодуешь, но я все равно дождусь Чана, - настоял генерал.
- О, боже, - безнадежно проронил кот.
Была бы у Генри ладонь, он точно от бессилия смачно приложился бы к своей голове. Ситуацию спас Чан, неспешно открывший дверь в гостиную.
- Здравствуй, с вестями?
- Здравствуй, Чан. Еще с какими.
- Рассказывай.
- Показывай, - уточнил генерал и достал из кармана свой ноутбук.
Он положил коробочек рядом с Генри и нажал на кнопку. Проекционное изображение приятным свечением попало на морду коту, отчего тот зажмурился и лениво отошел на несколько шагов в сторону.
Отобразилось меню. Мильке прокрутил несколько картинок и, остановившись на одном из файлов, нажал на кнопку воспроизведения. На экране появилась запись камер видеонаблюдения, установленных в холле перед большим залом Академии. Дата видеоряда указывала на день проведения презентации Александра.
- Это день последней презентации проекта «Эволюция», - прокомментировал генерал, - компания в зале подобралась весьма солидная, даже знатная, я бы сказал, у всех был доступ, как минимум по категории «совершенно секретно». Все прошло как и планировалось, никто не вызвал никаких подозрений. Но тут появляется одна существенная деталь. Уже после презентации в холле Академии абсолютно случайно встретились два человека. Как вы думаете кто?
 Мильке посмотрел на заинтригованное лицо Чана, безразличную морду Генри и, не дожидаясь ответа, продолжил:
- Не догадаетесь, я сам не ожидал. А вообще, смотрите сами.
На записи появился сенатор Борджиа. Он важно вышагивал по холлу, как вдруг неожиданно оказался лицом к лицу с Ольгой, сестрой Катерины. Генри, распушил хвост, вспомнив холодные цепкие как тиски руки девушки, попытался встать на четыре лапы, снова уселся, а Чан широко выпучил глаза.
- Допустим, я ничего не понял. Ну, сестра Кэт, и что? - чуть успокоившись, выдавил из себя кот.
Старик оказался потрясен гораздо значительнее животного. Он подошел к проекции и перемотал запись назад.
- Не может быть, - прошептал он,  - не может быть.
- Да, Чан, я сам в некотором недоумении. Но это еще один камень, теперь очень большой, в огород сенатора.
- Да что вы тут несете? - не выдержал Генри.
Чан быстро пришел в себя и все пояснил коту:
- Мужчина на экране – видный государственный деятель. И это запись подтверждает его связь с врагами Конфедерации.
- Связь? Да вы бредите. Подумаешь, столкнулся случайно в холле. Что здесь такого?
- Нет-нет, это не совпадение, - настаивал трясущийся от возмущения Чан.
- Да, это не совпадение, - подтвердил не самые приятные подозрения Мильке, - смотрите дальше.
Ольга сделала несколько шагов вперед, достала что-то из кармана и почти мгновенно выбросила неизвестный предмет, который вспыхнул  и очень быстро прогорел еще в воздухе.
- У неё в руках была специальная бумага, которая при дневном свете быстро подвергается горению. Ее применяют при передаче секретных посланий, поскольку после нее не остается даже намека на улики. Но чтобы развеять ваши сомнения окончательно приведу еще один довод. Мои эксперты провели психологический анализ людей с записей. И Ольга, и сенатор, судя по их отчету, стремились пройти, как можно ближе друг к другу. Но самый железный аргумент – едва уловимое движение руки сенатора. У них был физический контакт.
- Достаточно, Маркус, - остановил генерала Чан, - и так все понятно. Только я думаю, для инициации официального расследования этих доводов не хватит. Тебе не позволят.
- И не надо, - усмехнулся Мильке, - главное, что я знаю. Теперь понятно, почему этот подонок так против меня ополчился. А допросить его я и так смогу. У меня появились полномочия провести расследования по факту нападения на Академию.
- Ты – новый глава Агентства? - посмотрев исподлобья, осторожно спросил старик.
- Да, - безразлично ответил генерал, явно скрывая свои эмоции.
- Я поздравляю тебя, - заулыбался Чан, немедленно пожимая Мильке руку, - ты заслужил. И хорошо, что ты добился разрешение расследования атаки на мою обитель. А мне надо раздобыть больше фактов. Я покопаюсь в своем архиве. Вдруг, что и обнаружу.
Генри, хранивший некоторое время молчание, вдруг опомнился:
- Ничто так не вводит в пагубное заблуждение, как благородное лицо отъявленного негодяя, - кот философски прищурился и  уставился на застывшее лицо сенатора.
- Чан, мне нужно такое же устройство, как и у тебя, - заявил Мильке, - я чувствую, что он что-то говорит, но вот что, не знаю. И это меня нервирует.
- М-р-р, - выдал дружелюбно Генри и вновь издевательски наклонил перед генералом голову на бок.

***

Луис Алвес да Сильва вышел из своего пентхауса в прекрасном расположении духа. Он пританцовывал самбу через каждый шаг и напевал себе что-то занимательное под нос. Телохранители  встретили его безразличным взглядом и принялись сопровождать к лифту. Они не разделяли позитива своего хозяина. Их он интересовал исключительно в качестве человека, способного оплатить услуги собственной безопасности. Где-то они даже завидовали этому некогда рослому мужчине, сейчас заметно потяжелевшему и немного заплывшему жиром. Раньше Луис славился  своей богатырской силой и удачливыми пиратскими вылазками. Он был известнейшим в прошлом наемником.
Как-то поймав волну удачи, ему удалось удержаться на ее гребне. Вырученные деньги он успешно вложил в недвижимость. И жестокий наемник Коготь, прозванный так за металлический ноготь на большом пальце правой руки, которым он пытал своих жертв, превратился в состоятельного бизнесмена Алвеса. И хотя ходили слухи о его антиконфедеративных настроениях, пособничестве наемникам, власти Луиса не трогали. Напротив, в официальных сводках он проходил как кристальной чистоты человек, меценат и законопослушный гражданин.
Луис привычно проследовал к лифту. В кабину первым вошел телохранитель, за ним последовал сам Алвес, и замкнул процессию второй хранитель его спокойствия. Они спустились на этаж парковки. Здесь порядок передвижения повторился. Неспешно процессия начала движение по коридору.
Гулким эхом где-то рядом отозвался резкий металлический звук. Один из телохранителей остановился и поднял руку с развернутой ладонью. Алвес замер, глазами показал в сторону парковки, и наемник, не раздумывая, отправился выполнять немой приказ.
Прошло несколько минут. Ничего не происходило, но и телохранитель не возвращался. Его напарник прикоснулся к небольшой круглой заклепке на вороте куртки:
-  Ты там живой?
Ответа по радиосвязи не последовало. Алвес вздрогнул, переменился в лице и головой махнул второму телохранителю. Рослый темнокожий парень скрылся на парковке. Но и на этот раз наемник растворился в тишине, словно его и не было. Луис нервно сглотнул, вытащил из-за пазухи пистолет и осторожно, на цыпочках, зашагал по пути своих людей.
Он медленно высунулся из-за двери, отделявшей коридор от парковки, внимательно осматривая территорию перед собой. Его встретили однообразные ряды аэромобилей. Телохранителей и след простыл.
- Соломон, Калу?! - отрывисто крикнул Луис.
Никто не ответил, и Алвес завертел головой. В груди похолодело, а  он-то знал, что этот холод появлялся неспроста. Это чувство не раз выручало его во времена бурной молодости. Не зря он выходил невредимым из самых сложных передряг.
Аэромобиль Луиса находился прямо перед ним. Чудо-аппарат сиял зеркальным покрытием кузова. Это был один из самых известных флайкаров в Александрии. С ювелирной отделкой из драгоценных камней и металлов. Алвес, как и многие подобные ему личности, прожив жизнь в нищете и сорвав на фарте большой куш, напрочь был лишен вкуса. Он кичился своим богатством, соря деньгами на абсолютно непрактичные и ненужные предметы роскоши. В этом стремлении Луис напоминал сороку, падкую на все, что имело блеск.
Алвес замялся, но решился и побежал к своему аэромобилю. В бронированной технике, он надеялся почувствовать себя в безопасности. Луис резво стартовал и, оказавшись перед дверью, открыл панель дактилоскопической сигнализации. Он уже потянул палец к ней, когда услышал сзади тихие, но быстрые шаги. Алвес обернулся и затрясся. Решительной походкой к нему направлялся статный молодой человек, богатырь с очень суровым лицом. Под его одеждой угадывалось превосходное тело атлета. В каждом шаге незнакомца чувствовалась мощь и необузданная сила – зверь в человечьем обличии. И глаза этого зверя не сулили ему ничего хорошего.
Луис замер. Александр приблизился, воспользовался замешательством объекта своего поиска и дернул его руку вперед. Палец Алвеса коснулся панели сигнализации. Щелкнул замок, дверь немного поддалась вперед. Биокиборг схватил Луиса за голову и резко ударил его о крышу аэромобиля. Хрустнул носовой хрящ. На зеркальную поверхность крыши брызнули капельки бурой крови. Тело Алвеса обмякло. Александр поднял дверь и втолкнул старого наемника в салон. Он осмотрел площадку, удалил записи со всех камер видеонаблюдения на главном сервера небоскреба и занял место за штурвалом.
Алвес застонал. Темная пелена в его глазах стала сходить на «нет». Он схватился за сломанный нос, но увидев рядом недружелюбного незнакомца от страха, вжался в кресло  и закричал:
- Кто ты такой, что тебе надо?
Александр слегка ладонью ударил его по больному носу. Луис взвыл, закрывшись руками.
- Больно?
Пострадавший закивал.
- Тогда не задавай вопросов. Задавать их буду только я. Ты понял?
Алвес закивал еще усерднее.
- Отлично, надеюсь, мы поймем друг друга.
Александр запустил двигатели и направил аэромобиль на  улицу.
- У меня есть деньги. Тебе же нужны деньги? Я тебе дам. Сколько ты хочешь? – с надеждой предложил Алвес.
Биокиборг резко затормозил, от чего Луиса швырнуло вперед, он ударился сломанным носом о панель и застонал.
- Вопросы задаю я, - зло повторил Александр.
Алвес вновь закивал, и флайкар плавно тронулся с места.
- Я думаю, мы можем обойтись сломанным носом, - продолжил биокиборг, - но мне нужна информация.
- Какая? - спросил Луис, но спохватившись, закрыл лицо руками.
Биокиборг ухмыльнулся, аккуратно вклинивая аэромобиль в двигающийся городской поток.
- Мне нужен Кремень.
Алвес переменился в лице, забыв про болевший нос.
- Я не знаю, о ком ты говоришь.
- Значит, лишь носом не обойдемся.
- Я, правда, не знаю...
Александр рванул штурвал на себя, задрав аэромобиль свечкой, и дал двигателям полный вперед. Послышался рев, в боковых окнах замелькали  этажи. Алвес вжался в кресло и завыл.
Крыши небоскреба аэромобиль достиг за считанные секунды. Биокиборг даже успел насладиться мощью техники.
- Он же меня убьет, - у Луиса началась истерика.
Флайкар неожиданно завис напротив верхних окон небоскреба. Пассажирская дверь плавно открылась, и Александр, схватив Алвеса за шиворот, толкнул мужчину наружу. Луис вывалился за борт по пояс и, глядя на необъятную высоту, готовую его проглотить, закричал.
- А ты думаешь, я такой добрый, я буду с тобой нянькаться, - зарычал Александр.
Ему было не очень приятно изображать из себя бесчувственного изверга, но из психологического воздействия и реального ущерба здоровью он выбрал первое.
- Говори, - Александр отпустил на секунду руку и вновь ухватил Луиса.
Алвес взвыл, почувствовав приближающуюся смерть,  но как только крепкие пальцы биокиборга вцепились в его одежду, он затараторил:
- Хорошо-хорошо. Я скажу.
- Вот и славно.
Мгновенно подобревший Александр втащил беднягу в салон и прикрыл дверь.
- Я больше с ним не имею дел. Мы разбежались, как старые приятели, - начал Алвес, переведя дух,  - последнее, что я для него сделал – помог собрать наемников для нападения на какую-то лабораторию. После налета, через какое-то время, он расплатился со мной, а намедни так и вовсе попрощался. Сказал, что на Марс больше ни ногой. Надоело ему тут. Больше я ничего не знаю. Это правда.
- Это все?
- Да, - ответил Алвес, но со страхом посмотрев на руку биокиборга, потянувшуюся к кнопке открывания двери, резко осадил его, - подожди!
Александр заинтригованно посмотрел на Луиса и остановился.
- Он большой фанат футбола. Сказал на прощание, что хочет успеть на большую игру. Я не знаю, о какой игре он говорил, но в трущобах живет парень, который спекулирует электронными билетами. Кремень часто к нему обращался. Зовут его Ржавый. Теперь точно все.
Алвес вжался в кресло и замолчал, ожидая своей участи.
- Все?
- Да.
- Точно?
- Да сказал же – все, - нервно плеснул Алвес.
- Что ж, прощай Луис Алвес да Сильва.
Александр потянулся к панели приборов, и Алвес запаниковал.
- Нет-нет, - замотал он головой и вцепился в сидение, - я все сказал. Не делай этого. Я действительно все сказал.
Но попутчики, тем более такие, Александру были в тягость, и он с добродушной улыбкой нажал на кнопку катапультирования, замеченную им ранее. Выстрелили пневматические крепления, и зеркальную крышу унесло воздушным потоком. Следом за ней в своем кресле отправился и сорвавшийся на крик владелец транспортного средства. Александр проводил Алвеса взглядом и плавно направил аэромобиль вниз.
Раствориться даже в плотном городском потоке на таком роскошном транспорте было архи сложной задачей. Александр ловил раздраженные и завистливые взгляды. Аэромобиль Алвеса выглядел белой вороной для всей Александрии.  Полицейские патрули несколько раз недоверчиво всматривались в лицо биокиборга.  Флайкар они узнавали, пилота – нет, однако, к счастью, все равно не решались проявлять инициативу.
Если раствориться среди остальной техники было сложно, то выбраться из многоэтажного центра города по всем нормам и правилам – нереально. Александр петлял в потоке, ехал по знакам, но так и не подобрался к транспортной артерии, ведущей к национальным кварталам. Летать над ними запрещалось, и он,  дабы не привлекать внимание,  терпел. Долго терпел, пока совсем рядом, внизу, в испанском квартале не увидел огромную толпу туристов. Александр тут же рванул аэромобилей поперек движущегося потока, едва не спровоцировав аварию, и за несколько секунд оказался на крыше ближайшего дома. Где-то вверху заверещала сирена полицейского патруля, откуда только появились эти стражи порядка, но биокиборг быстро спрыгнул вниз с третьего этажа и незаметно смешался с толпой. В шумном шествии его странного появления никто не заметил, а полицейские так и не поняли, кого же им предстояло преследовать.
Блюстители порядка, не зная, что делать, приземлились прямо посередине улицы, разделив густой и пестрый поток александрийских паломников на две равные части. Люди недовольно загудели, но покорно освободили место  аэромобилю с проблесковыми маячками. Из салона нетерпеливо выскочили двое полицейских. Их головы завертелись так быстро, что напомнили вращающиеся маятники. Они очень жаждали поймать нерадивого пилота сверхдорогого аэромобиля.
Один из стражей порядка сфокусировался на Александре и жадно присмотрелся к нему. Где-то в его памяти еще было свежо визуальное описание злостного нарушителя.
- Эй, ты, в куртке, - грозно закричал полицейский.
- Кто я? - очень правдоподобно удивился биокиборг.
Волнительное обстоятельство столь быстрого обнаружения никак не проявилось на его лице. Александр, как и обычно, выглядел спокойным, даже отрешенным от реальности человеком. Биокиборг артистично оглянулся, чтобы совсем смутить стражей порядка.
- Стой, не дергайся, - приложил руку к кобуре полицейский и двинулся ему на встречу.
- Стою-стою.
Полицейский подошел совсем близко и стал сверлить подозреваемого взглядом.
- Вы сейчас управляли серебристой пантерой?
- Нет.
- Вы похожи на лицо, подозреваемое в нарушении организованного движения Александрии.
- Простите, но я не пойму о чем вы. Как я, по-вашему, оказался на пешеходной улице?
- Вы приземлились на крышу дома и спрыгнули вниз, - полицейский показал рукой в сторону крыши.
Александр посмотрел в указанном направлении и перевел недоуменный взгляд на человека в форме.
- Вы издеваетесь?
- Вы похожи на подозреваемого в агрессивном пилотировании, - в голосе стража порядка зазвучали нотки неуверенности.
- И чем похож?
- Курткой и прической.
Александр пробежался глазами по проходящим мимо туристам и навскидку нашел пятерых мужчин, одетых в точно такие же куртки.
- Посмотрите вон туда, туда, туда, туда и даже туда, - указал он полицейскому, - по вашей логике, они тоже подозреваемые?
Полицейский растерялся, но его выручил подоспевший более умный напарник:
- Вы правы, сэр. Извините. Не смеем задерживать.
Александр кивнул и довольный собой устроился за небольшой группой туристов. В них он быстро нашел что-то особенное. Их разговоры, жесты, веселость и непринужденность – все это притягивало как магнит. Они жили, в его глазах они жили по-настоящему, наслаждались каждым проведенным мгновением. За ними никто не гнался, на них никто не имел видов – они были предоставлены сами себе, не задумывались, как им повезло. Их непосредственность вкупе с далекими от реальности взглядами на жизнь делали их наивными, но счастливыми людьми.
Биокиборг старался не привлекать к себе внимание, шел следом и заворожено слушал. Туристы, как он понял, были русскими, вспоминали красоты Москвы, Санкт-Петербурга, Воронежа, Казани, большинства других российских городов, где успели побывать, воодушевленно вспоминали о русском квартале Александрии и спорили, есть ли в здешних улицах частичка той, земной России.
За их разговорами незаметно пролетело десять минут. Александр с сожалением смотрел на приближающуюся границу квартала. Организованное туристическое шествие направлялось в западную часть города, и он был вынужден покинуть процессию. Биокиборга ждали пригородные трущобы.
Александр  избавился от пистолета, к счастью не пригодился, на одном дыхании миновал оставшуюся часть пути и оказался на пункте контроля, где его встретили уже знакомые полицейские. Его не признали, что совсем не вызвало удивления из-за ежедневного бесконечного потока туристов. Полицейские на пропускном пункте были все так же неприветливы и холодны. Их стандартные процедуры проверки и на этот раз не выделялись своей оригинальностью. Они проверили идентификационный чип, заставили Александра пройти сквозь сканирующую арку и отпустили биокиборга восвояси.
Оставив позади город, он легким и уверенным шагом вернулся обратно в трущобы. Чем-то они ему напоминали аресский Некрополь. Очень похожая атмосфера давила все тем же унынием и обреченностью. К контрастности человеческого бытия он начинал привыкать. По соседству совсем рядом друг с другом могли жить нищие и богачи. Состоятельные люди, купаясь в роскоши, зачастую  наблюдали за тем, как буквально в паре шагов кто-то умирает от голода. Парадокс заключался в том, что смотрели они на это безучастно и зачастую не понимали происходящего у них под носом, пока жизненные перипетии не заставляли их вкусить более приземленной жизни.
Трущобы отличались каменными, деревянными домиками, сколоченными на скорую руку как временные пристанища. Но ничто так не постоянно, как что-то временное. Шли годы. Трущобы обрастали новыми зданиями, но ни у кого даже в мыслях не появлялось построить здесь хотя бы один капитальный дом.
 Все строения сливались в один огромный бесформенный массив из-за преобладающего грязно-серого цвета. Цивилизацией здесь и не пахло. В большинстве домов не было не то что отопления, но и света. На отдельных крышах Александр замечал чадящие трубы. Под их сводами еще теплилась жизнь.
Улицы встречали биокиборга таинственной пустотой. Несколько раз он слышал шорохи внутри домов и ощущал на себе тяжелые взгляды местных жителей. Его внушительные внешние данные на корню отбивали у разношерстных маргиналов желание сколь-нибудь обогатиться на одиноком путнике. Самого Александра это тем более не беспокоило. Он быстро привыкал к происходящему. Одной дракой меньше, одной больше – разницы никакой.
Странный звук заставил его остановиться. Острый слух отметил в нем что-то необычное. Александр посмотрел в сторону полуразваленного дома и в пустующем дверном проеме в полумраке строения заметил пару больших детских глаз. Зрение перестроилось в инфракрасный диапазон, и биокиборг увидел кравшегося к двери мальчика. На вид ему было не больше десяти лет. Грязные волосы пшеничного цвета копной сваливались к шее ребенка. Чумазое лицо выглядело сосредоточенно серьезным. На нем не было и следа детской беззаботности. Его мрачное выражение как будто само говорило: «Детство? А что это?»
Ребенок не выглядел напуганным, скорее наоборот, он с интересом разглядывал биокиборга.  Его любопытство, как это часто бывает, возобладало над разумом и притупило чувство опасности. Мальчика даже не смутил то факт, что незнакомец так тщательно всматривался в его глаза сквозь темноту. Он просто не мог поверить, что кто-то был способен услышать его крадущиеся шаги или увидеть силуэт во мраке.
Однако следующий поступок незнакомца заставил его пересмотреть мнение о собственной безопасности. Александр уверенно направился в сторону дома и даже ускорил шаг. Мальчик сообразил, что попался, но было уже поздно. Биокиборг в два прыжка настиг ребенка и ухватил его за шиворот одежды. Мальчик начал изворачиваться, в какой-то момент умудрился укусить Александра за руку, зубы острые как бритвы, но крепкая рука даже не дрогнула.
- Не бойся, я не причиню тебе вреда.
Мальчик не сдавался, и биокиборгу пришлось поднять его над землей.
- Остынь.
Теперь слова, подкрепленные действием, произвели должный эффект. Ребенок перестал вырываться и заглянул в глаза незнакомцу. В мальчишеском взгляде не нашлось даже намека на страх. Юнец смотрел на него не то, что как на равного себе человека, а с каким-то превосходством.
- А, я не боюсь. И вообще опусти меня на пол, - зычно приказал он.
Александр удивился прыткости малолетнего храбреца и повиновался. Но хватки не ослабил, продолжил удерживать ребенка за шиворот, даже когда маленькие ножки коснулись пола.
- Не убежишь? - спросил биокиборг и, увидев, как мальчик замотал головой, чуть расслабил руку.
- Да убери ты руки, - вспылил храбрец  и, резко дернувшись, вырвался на свободу.
- Как зовут?
- Павел, а тебя?
- Алекс, можно Саша.
- Русский что ли? - Павел состроил недоверчивую гримасу.
- Возможно… - безразлично пожал плечами Александр.
- Хотя может и белорус. Или украинец. Разницы-то, - рассудительно подытожил мальчик, - че хотел от меня? - Павел быстро освоился и, убедившись в том, что опасности от биокиборга не исходило, осмелел.
- Местный? - ответил ему вопросом Александр.
- А по мне так трудно догадаться?
- Ну, брат, знаешь ли, человеку свойственно ошибаться, - начал оправдываться Александр, но Павел огорошил его одной фразой:
- Скажем, ты мало походишь на человека, то есть на обычного человека.
Биокиборг не сводил взгляда с мальчика, а Павел продолжал:
- Меня еще никто не мог обнаружить. Я крадусь тише всех. Я – призрак. Меня здесь так все и прозвали. А ты смог. Так, что твои вопросы выглядят, как минимум, глупо. А у меня на основании этого возникает свой, более логичный вопрос.
 - Задавай, - настоял Александр.
- Кто ты? - по-взрослому нахмурил брови ребенок.
Александр вопросу не удивился и ответил мальчику как на духу:
- Я – биокибернетический организм. Биологический робот.
- Тьфу ты, блин, - выругался Павел и разочарованно махнул рукой.
- Я серьезно.
- Рассказывай мне тут…
Александр покрутил головой и, увидев за поясом у Павла большой нож, протянул свою руку:
- Хорошо, дай мне свой нож.
- Зачем? - мальчик мгновенно отскочил от биокиборга, как зверь, почуявший опасность, и положил ладонь на рукоять.
- Не бойся, верну.
Павел сомневался, исподлобья поглядывал на собеседника, настоящий волчонок. Александр улыбнулся, пытаясь доказать свое дружеское расположение. Недоверие сменилось любопытством, и мальчик медленно вытащил нож, умело воткнул клинок в деревянный пол, отпрыгнул назад еще дальше, предоставляя себе фору для возможного бегства.
Биокиборг подобрал нож и, засучив рукав, провел лезвием по руке. Специально сделал надрез неглубоким, чтобы рана начала лишь слегка кровоточить. Александр тут же перехватил нож и освободившуюся руку приложил к порезу. Через секунду на месте раны не осталось даже шрама, лишь размазанные следы крови напоминали о повреждении.
- Ух, ты, - выдохнул затаившийся Павел и, подбежав к Александру, вцепился в его руку, - а, ну, дай посмотреть.
Он внимательно изучил место пореза и восторженно посмотрел на биокиборга:
- Вот это способность! Неужели и, правда, робот? Я думал роботы, как минимум неразумны. И кровь.
Александр пожал плечами и вернул нож Павлу.
- Я же говорю, что биологический робот. Усовершенствованный человек.
- Хотел бы я быть таким усовершенствованным.
- А стоит ли это того? Меня переделывали с самого детства. Ни детства, ни родителей, ничего. А теперь за мои способности меня еще и ищут все, кому не лень.
На лице Павла промелькнула вселенская тоска. Он снова стал не по возрасту серьезным и мрачным.
- Ха, тоже мне потеря. Будто у меня детство есть. У меня тоже нет ни родителей, никого, даже таких способностей, как у тебя нет.
Александру стало не по себе. В мальчишке он видел себя,  как в отражении.
- Мне нужен Ржавый, знаешь такого? -  биокиборг решил перейти к делу, не отвлекаясь на ненужные сантименты.
- Ха, этот убогий конопатый дурачок? Да его тут все знают.
- Проводишь к нему?
Павел оценивающе посмотрел на Александра.
- Цена вопроса? - со знанием дела спросил мальчик.
- Она существует? - осторожно спросил Александр.
- Ха, еще спрашиваешь. Все жить хотят, не только такие, как ты.
- Что ты хочешь?
- Денег, сколько сможешь. Много не спрошу, я не из борзых. Но и еще одну услугу.
- Говори.
- Вытащишь меня отсюда? - с надеждой посмотрел на Александра Павел.
- Это так сложно?
- А где ты видел путешествующего в одиночестве ребенка. Начнут приставать – документы, где родители, почему сам. И упекут в детский приемник. А я не хочу. Я хочу сам.
Александр не колебался, уже зная, что ответить мальчику. Почему бы и нет? Собственно он ничего не терял, и мог помочь застрявшему не в своей жизни человеку. Он слишком хорошо знал, что такое сидеть в клетке – такое не забывается, и понимал состояние Павла.
- По рукам, - протянул руку Александр.
- По рукам, - обрадовался Павел, наконец, показав себя настоящим ребенком.
Он засиял от счастья, будто ему пообещали самый желанный подарок на свете, и наотмашь ударить ладонью по руке биокиборга.
- Пойдем, когда стемнеет, - деловито начал он, - так безопасней.
- Зачем? - удивился Александра, - со мной тебе точно ничто не угрожает.
Павел задумался, но оценив грозный вид биокиборга, сдался.
- Хорошо, пошли, - сказал он и вышел на улицу, зажмурив отвыкшие от дневного света глаза.
Хороший проводник, считай, полдела. С Павлом путь по пустынным лабиринтам трущоб стал спориться быстрее. Он шел, чуть ссутулившись, постоянно озирался по сторонам и снова напоминал зверя, готового к ежесекундной схватке. К слову, звериного в нем было много: тело сухое, жилистое, голодная худоба, кости, так и выпиравшие наружу, отточенные и уверенные движения, - в этих человеческих джунглях он выживал, как мог. Головой вертел почти вкруг, нюхал воздух и постоянно прислушивался к тишине трущоб.
- Расслабься, ты в безопасности.
- Ха, расслабишься, и тебя сразу же, - мальчик провел пальцем по горлу.
- Хорошо, посмотрим, - не стал спорить Александр и спросил, - а где твои родители?
- Я их не помню. Говорят, я родился здесь почти сразу, как родители приехали сюда. Отец – художник, мать – поэтесса. Люди искусства, что тут скажешь. У них тараканов в голове на троих здоровых хватит.
Павел рассуждал спокойно, рассудительно и совсем без эмоций. Ежедневная борьба за свое существование наложила на него неизгладимый шрам, заставив очень быстро повзрослеть.
- Затем  местное колоритное общество поглотило их. Отец отравился какой-то смесью, у матери случилась передозировка веществами. 
- Веществами?
- Да, те, что вставляют. Синтетика тут много народа погубила.
- А ты пробовал?
- Ха, я тебе что, самоубийца? Тут и так, каждый день живешь как последний, а ты мне предлагаешь самому себя убить?
- Нет, просто поинтересовался.  Я только считанные дни как живу в этом мире. До недавнего момента мой мир отграничивался одной лабораторией. Теперь вот стараюсь наверстать упущенные пробелы в знаниях.
- Ты только пробелы с дурью не наверстывай, смотри, - резонно заметил Павел.
Александр после такого ответа долго попытался сообразить, кто из них кого был старше, но его здравые размышления перебили. Из окна ближайшего дома вылезла плешивая голова. Узенькие опухшие глаза уставились на Александра и Павла, а из синих опухших губ вырвался противный пищащий возглас:
-  Эй ты, стервятник!
Александр напрягся, по привычке  записывая оскорбление на свой счет. Он повернулся к дому. По возне внутри стало понятно, к ним спускаются шесть человек.
- Бежим, - услышал Александр голос мальчика за спиной.
Павел успел добежать до развалин дома и уже готов был нырнуть в зияющий темнотой лаз, но Александр поднял ладонь к верху, молча предлагая ему обождать с побегом.
Слух биокиборга не обманул, на улицу, действительно, вывались тяжелой походкой шестеро местных жителей. В руках аборигенов были ножи, топоры, дубинки и даже невесть откуда взявшийся лазерный пистолет.
- В сторону, - зарычал, видимо, главарь шайки и затряс пистолетом.
Биокиборг дождался, когда мужчина максимально приблизится к нему.
- Я не ясно что-то сказал? - гневно произнес абориген.
Александр проворно схватил его за руку, дернул на себя и круто вывернул. Уже в движении биокиборг увидел на дисплее пистолета одинокое деление уровня заряда. Послышался хруст костей. Рука не выдержала в кистевом и локтевом суставах. Главарь пискляво заверещал, как дворовый пес, и повалился на землю, взбивая клубы рыжей пыли. Александр выхватил  из обмякшей руки оружие и спрятал его за пояс.
Впрочем, на остальных столь лихое обращение с их товарищем не возымело должного эффекта. Их разум застилала пелена наркотического дурмана, поэтому ужасная травма не нагнала на них ни капли страха. Напротив, только раззадорила. Для них кровь, боль, смерть были делом привычным. Они двинулись на биокиборга, пытаясь использовать своё оружие. Первого нападавшего, который замахнулся дубинкой, Александр ловким движение пропустил себе за спину, успев подставить ему подножку. Перед глазами блеснуло лезвие ножа. Биокиборг отвел руку с клинком в сторону, ударил по коленке очередному нападавшему на него аборигену и, чуть отступив назад, вновь оказался перед противником с ножом.
Руки биокиборга работали на недосягаемой для противника скорости. Нож очень быстро оказался в руках у Александра, а местный житель, кувыркаясь, полетел на землю.  Его рядом стоящему подельнику досталось куда серьезней. Биокиборг перехватил руку с летевшим на него лезвием огромного тесака, рванул ее на себя и вогнал свой нож по самую рукоять чуть выше колена нападавшего. Раненый взвыл, разжал ладонь. Биокиборг дернул его клинок на себя и метнул в противника с топором. Абориген схватился за пробитую грудь и рухнул замертво.
Шум за спиной заставил Александра поспешно обернуться. Сгруппироваться не получилось, голову сотряс мощный удар кулаком. Один из нападавших, видимо, когда-то был неплохим боксером и сумел провести серию приличных ударов. Но что биокиборгу эти комариные укусы, только злить. Без труда парировав их, Александр ответил так, что даже умело выставленная защита его противнику не помогла. Из его расплющенного носа брызнула кровь, изо рта вместе с окровавленной слюной полетели зубы, раз, два, три. Александр замахнулся еще раз, но нападавший, обессилев, сам упал к его ногам.
Теперь опасность для него представляли только двое. Один из аборигенов держался за ушибленную коленку, второй всем своим видом показывал, что его бой не окончен. Касаясь друг друга плечами, они вдвоем с опаской смотрели на биокиборга, но отступать глупцы все равно не желали. Александр вытянул руку перед собой и поманил их кончиками пальцев. Словно разъяренные быки, трущобные маргиналы тяжело задышали и как по отмашке тряпки сорвались с места. Кулаки биокиборга мелькнули перед их лицами так быстро, что лишь по их отклонившимся головам и брызгам крови  стало понятно – удары достигли цели. Александр ухватил ослабшее тело одного из них за шиворот и, приложив некоторое усилие, швырнул его в сторону дома. Бедняга, словно пушинка взмыв над землей, влетел в фасад не самого крепкого строения, сделав пустующий дверной проем в два раза шире. Повторить такой трюк со вторым поверженным врагом не удалось. Находясь  в глубоком нокдауне – его туманный взор изображал неподдельную муку, нападавший закачался как маятник и повалился на землю, пристроив свое разбитое лицо аккуратно на ботинок биокиборгу.
- Ха, - закричал обрадованный Павел, - вот это да. Я однозначно хотел бы иметь твои способности.
- Это не самые приятные и далеко не самые нужные мои способности. Калечить людей – моя расплата за существование, бич моей жизни, - печально заметил Александр, небрежно стряхнув отключившегося противника со своей обуви.
- Да ты посмотри, как ты их. Раз, два, - мальчик стал копировать движения биокиборга.
- Брось, - нахмурился Александр, стирая капли крови с лица, - причинять вред людям – плохо. Я вынужден это делать, потому что вам, людям, слишком сложно объяснить, что со мной не стоит связываться.
- И что из этого?
- Скажу проще, я – зло, но зло сотворенное вашими руками, руками обычных людей. И я не хочу преумножать ваши начинания. Я сто раз бы променял свои умения на жизнь обычного человека.
- Ха, пожил бы ты моей жизнью, ты резко изменил бы свое представление о себе, - раздраженно бросил Павел.
Он, горделиво задрав нос, пошел дальше по улице, и, даже не обернувшись, крикнул:
- Пошли, мне еще себе еду искать на ужин.
Не по годам взрослый ребенок заставил Александра застыть в недоумении. Биокиборг невольно взвесил все невзгоды своей жизни и жизни Павла. Чаша весов качнулась не в его пользу. Возразить мальчишке было нечего. Он разочарованно покачал головой и в два шага нагнал своего маленького проводника.
- Зачем они хотели тебя поймать?
- Вполне возможно съесть, - безразлично пожал плечами Павел.
Уж на что биокибернетический организм был крепок и морально устойчив, но Александр вздрогнул:
- Как так?
Мальчик остановился и серьезно поглядел на своего спутника.
- Ты, наверно, не догоняешь куда попал?
- Вполне, догоняю, - передразнил его Александр, - но даже в этом отхожем месте никто просто так не кинется на тебя. С тебя и взять то нечего.
-  В нашей клоаке это на тебя, может, не кинутся, а на меня – запросто, - печально вздохнул Павел, с завистью косясь на габариты биокиборга.
Какое-то время они хранили молчание.
- Я украл у них запасы еды, - вдруг нарушил тишину мальчик.
- Много?
- Все, что было. Я целый день таскал через крышу к себе. Месяц шиковал, - закрыв глаза, предался воспоминаниям довольный воришка.
- Теперь понятно, почему они были такими злыми.
- Ага, тот, что главный у них был, пообещал меня приготовить на обед. Они за мной уже неделю охотились.
- Весело тут у вас.
- Ха, пожил бы, привык.
Путь по трущобам занял еще не меньше получаса. Никто не пытался им помешать или преградить путь. Слух о расправе над шестерыми местными жителями распространялся безмолвно еще за шаг до их появления на какой-либо улице. И надо отдать должное, та демонстрация способностей Александра остудила все попытки даже приблизиться к двум путникам.
Неторопливо они достигли побережья. Мрачная  бескрайняя водная гладь разливалась до самого горизонта, где сливалась со столь же хмурым осенним небом. Украшенный огромными валунами берег был суров, но величественен. Над мелководьем кружили чайки, противно перекрикивая друг друга. Побуревшая перед зимней агонией природа медленно засыпала, обещая разродиться яркими красками через несколько холодных месяцев.
- Пришли. Дом Ржавого перед тобой.
Павел показал на единственное ухоженное в окрестности бунгало. Александр оценивающе закивал головой.
- Да он – богач.
- Один из, - деловито пояснил мальчик, - торгует веществами и электронными стимуляторами.
- Чем?
- Я не знаю, так все говорят. Почем купил, потом тебе и продаю.
Александр сообразил, что речь шла об электронных аналогах наркотиков и, кивнув, направился к убежищу Ржавого.
Дом продавца смертью действительно выглядел как убежище. Крепкие стены, которые уже нельзя было просто так проломить, надежные бронированные двери, оснащенные дверным терминалом, наглухо закрытые железные ставни на некогда больших окнах, - все это выглядело серьезной преградой.
Александр подошел к терминалу и активировал дисплей. Ответа ждать не пришлось. За ними наблюдали.
- Ты кто? - донесся наглый голос по ту сторону двери.
- Страждущий.
- Что надо?
- Ржавого увидеть.
- Зачем?
- Он владеет информацией, которую я могу оплатить.
- Это бабушка надвое сказала. Что интересует?
- Футбольный матч.
- Покажи кошелек.
Александр достал карточку, нажал на кнопку. На маленьком экране высветилась шестизначная сумма. Замок щелкнул мгновенно. Сила денег творит и не такие чудеса. Дверь туго подалась вперед. В узком проеме показалась рыжая голова. В Александрии биокиборгу просто везло на рыжих.
- Уааа, - обрадовано, но нечленораздельно зазвучал голос Ржавого.
Его глаза, как две пиявки, впились в руку с электронным кошельком.
- Что за матч интересует? - с трудом он заставил посмотреть себя на гостя.
- Впустишь?
- Нет необходимости. И даже не пытайся открыть дверь – она на магните, больше не откроется.
Александр ухмыльнулся и рванул дверь на себя. Магнит действительно прекрасно держал дверь, но не в случае с биокиборгом. Дверь поддалась, заставив конопатое лицо застыть в изумлении. Александр махнул головой Павлу и ткнул Ржавого ладонью в лоб.  Хозяин дома отлетел на несколько метров назад, смешно заскользил ногами по полу, пытаясь отползти от незваного и ужасающе сильного гостя.
Павел забежал под рукой биокиборга в дом, Александр отпустил дверь, и тяжелая конструкция, притягиваемая магнитом, громко хлопнула за его спиной. Щелкнул замок.
- Успокойся, - сказал Александр Ржавому и огляделся, - я тебя не трону. Просто надо быть чуточку гостеприимней.
Просторный холл первого этажа отличался пуританской обстановкой: диван и обшарпанные серые стены, - это все, что было интересного в комнате. Хозяин дома не кичился своим состоянием, зачем злить бедняков по соседству.
Ржавый поднялся и немного осмелел.
- Эпическая сила с космической лучёй. Ты как это сделал? - не скрывал он своего удивления и страха.
- Ха, он и не такое может. И если ты не будешь его слушаться, то жди неприятностей. Понял? - возник из-за спины Александра расхрабрившийся Павел.
Биокиборг ухмыльнулся.
- Ржавый, слышишь?
- Хорошо, хорошо. Я сделаю все, что попросите, - затряс руками хозяин дома.
С грохотом открылась межкомнатная дверь.
- Ты убил его, сволочь.
 С криками в комнату ворвался разъяренный парень в синей шапочке с красным бубоном, но увидев серьезное лицо Александра и испуганного Ржавого, вдруг сменил тон:
- Ржавый, - уже осторожно продолжил он, - он лежит, не шевелиться. Что делать?
Хозяин дома, боясь лишний раз пошевелиться, не сводил взгляда со своего незваного гостя. Суровое выражение лица Александра сменилось саркастической миной.
- Иди, - махнул биокиборг головой.
Ржавый побежал и запричитал:
- Я же сказал на несколько секунд и выплевывать.
- Так и было, но он вдруг побелел и упал. Я ничего не успел сделать.
- А где остальные?
- Как где? Наверху. Ты ж их там и оставил.
Александр и Павел последовали за хозяином дома. В соседней комнате, отличавшейся от холла только наличием стола и кровати, распластавшись на полу, лежал человек в оранжевой парке. Капюшон был снят, грязные засаленные светлые волосы копнами торчали в разные стороны. Парень не подавал признаков жизни.
Ржавый подбежал к нему и открыл ему рот. Он мастерски разжал челюсть и выудил из-под языка небольшую металлическую таблетку. Хозяин дома сунул находку в карман и похлопал парня по щекам. Не помогло. Ржавый коснулся его шеи и, нащупав пульс, удовлетворенно хмыкнул:
- Жить будет, но зацепило его хорошо. Я еще не видел такой реакции на эту штуку, - он встал, со странно одержимым видом посмотрел на Александра и вдруг добавил, - работает. Это реально работает. Хочешь попробовать? - совсем заигрывающее спросил Ржавый, - Это безопасно. Абсолютно.
- Что это?
- Это как вещество, только действует на уровне нейронов.
Павел насупился:
- Как бы ни так. Сколько людей уже с ума сошло от этого.
Ржавый обижено посмотрел на мальчика и начал оправдываться:
- То было раньше. Я совершенствуюсь. Теперь такая электронная таблетка доставит вам массу волнительных минут и не причинит вреда.
- Нет, спасибо, - отрезал Александр, - я пришел сюда совсем за другим.
Лежавший на полу клиент Ржавого неожиданно выпучил глаза и подскочил так резко, будто пол под ним раскалился докрасна.
- Эй, парни, что происходит?
- Слава богу, - заверещал его друг, - пойдем наверх. А то там Эрик нашего адвокатишку до могилы доведет.
Он подхватил парня в парке под руку и потащил его в другую комнату, громко хлопнув напоследок дверью. От хлопка Ржавый вздрогнул. Теперь он остался с гостями наедине, и это обстоятельство изрядно портило ему настроение. Но главное, Ржавый по-прежнему не знал причину их столь бесцеремонного визита.
- Что ты хочешь узнать? - прищурил он свои глаза.
- Мне нужно знать, на какой матч ты продал билеты одному интересующему меня человеку.
- Раз ты проделал свой путь сюда, в это богом забытое место, значит, для тебя это очень важная информация, - почему-то оскалился Ржавый.
- Больше жизни, - отрезвил его Александр, - и поверь мне, я узнаю все, что мне нужно.
Хозяин дома вздрогнул и осторожно спросил:
- Кто тебя интересует?
- Седобородый, - без раздумий ответил Александр.
Ржавый изменился в лице, как будто на ясное синее небо в мгновение ока набежали мрачные тучи, и зарядил дождь. Страх вырвался наружу, стал поддергивать глаз, ноздри заходили ходуном, стараясь учуять запах неприятностей. Его разум начал метаться между двух зол, не зная, что выбрать. Он помнил, что биокиборг сотворил с его магнитной дверью, но еще больше его память тревожно сигнализировала о безумце по прозвищу Кремень.
- У меня нет выбора? - спросил он и вздохнул, чувствуя себя между молотом и наковальней, - не он, так ты?
Александр не отвечал и просто смотрел на Ржавого. Рыжая шевелюра хозяина дома, казалось, мрачнела вместе с его лицом. Возникла небольшая пауза. Хозяин дома собирался с мыслями. Биокиборг посмотрел на часы, и это стало последним грузом на весах столь сложного выбора. Ржавый зажмурился и выдал все, как было на духу:
- Я продал ему билеты на матч «Moonchester United» против московского «Спартака».  Игра будет проходить через три дня на домашнем стадионе лунатиков. Он попросил два билета на Северную трибуну. Я ему и отправил их.
- Почему два?
- Не знаю.
- Верю. Куда отправил?
На лице Ржавого появилось отчаяние. Он скривился, не открывая глаз, стал шепотом молиться.
- Я жду, - строго заметил Александр.
- Он убьет меня, убьет, - пробубнил себе поднос наркодилер, истерически хохотнул и ответил, - станция по переработке метеоритов под номером  «01012010». Все, мне конец.
Ржавый понурил голову и сел на кровать. Его будущее теперь терялось в неопределенности. Жизнь в здешних краях подходила к концу. Насиженное место, приносящее солидный и главное постоянный доход, становилось для него небезопасным.
- Сколько с меня? - протянул Александр карточку.
Ржавый отмахнулся, какие тут деньги – жизнь висит на нитке.
- Забудь.
Александр безразлично пожал плечами и направился к выходу, а с интересом наблюдавший за всем Павел засеменил следом. Они вышли на улицу, где мальчик осмелился спросить:
- Ему теперь, наверно, крышка?
Биокиборг знал ответ на этот вопрос, но его не особо заботила жизнь наркодилера. Более того, в его безразличии не находилось места даже малейшему проявлению угрызения совести. Долгое время Ржавый губил невинные жизни, теперь судьба сполна возвращала ему долги. Александр не был для него судьей, не был и палачом, но он стал предвестником больших перемен в жизни наркодилера, хотя в скорых переменах сам биокиборг заинтересован и не был. Чем дольше Кремень находится в неведении поступков Александра, тем больше было шансов захватить его врасплох.
- Мы-то не скажем никому, что он нам поведал. Так, что, если надежно спрячется – у него есть шанс на новую жизнь.
- А у меня? - Павел смотрел снизу вверх вопрошающе.
- Уж чем черт не шутит, - ухмыльнулся Александр, - а этим шутить, определено, не стоит. Поехали отсюда спасать и твою жизнь. Только одно условие.
- Какое? - выпалил пустившийся в пляс мальчик.
- Деньги я тебе отдам только по прибытию в город, а в дороге ты ведешь себя самым прилежным образом.
- Ха, да без проблем, - обрадовался такому пустяку мальчишка.

Глава 2

Со стороны они выглядели очень странно. Прилично одетый мужчина и   ребенок в отрепье. На них откровенно косились, посылали вслед недоуменные взгляды. Под пристальным взором курсирующих между Александрией и пригородными стоянками туристов Александр и Павел добрались до аэромобиля биокиборга. 
Биокиборг выбрал для своего путешествия скромный и неприметный транспорт эконом класса, простота и надежность которого славилась во все Конфедерации. По сути дела, этот аэромобиль был летающим коробком. Он являлся наследником автомобильного производства России, которому все-таки удалось выпустить действительно стоящее и надежное средство передвижение для гражданского населения огромной страны. Правда, с дизайном у производителя все по-прежнему было хуже некуда. Традиция что ли.
- Вы все там  помешались на этих коробках? Зачем выбирать Лонгшип?
Павел без труда и со знанием дела назвал марку аэромобиля.
- Коробок, как ты назвал, не дань моде, - обоснованно заметил биокиборг, - это еще надежность и отказоустойчивость.
- Слышали бы тебя наши деды, - пошутил Павел.
Александр смутился, а мальчик пояснил:
- Учи матчасть, киборг. Такая шутка ходит уже тысячу лет. Когда-то в завод по выпуску этого чуда выделялись колоссальные средства. И это в условиях кризиса какого-то большого. А с конвейера все выходили и выходили морально устаревшие экземпляры. И надо же спустя столько столетий это принесло свои плоды, стоило человечеству отказаться от колесной техники.
- Ты откуда знаешь?
- Ха, поживи с моё на задворках цивилизации.
Александр зашел в космонет и по поисковику нашел всю информацию о производителе.
- Место у них было проклятое, они как завод перенесли на Луну, так все и наладилось, - пошутил уже он.
- Ха, ты откуда эту шутку знаешь? - засмеялся Павел.
- Быстро учусь.
Александр уселся за штурвал. Мальчишка занял место справа и  тут же оживился:
- А дашь порулить?
- Вот еще. Чтобы нас схватили полицейские?
Павел насупился и обиженно отвернулся. Аэромобиль немного тряхнуло, когда он оторвался от земли, и мальчику пришлось вцепиться в сиденье. Тоненькие пальцы от напряжения даже посинели.
- Пристегни ремень, - посоветовал Александр, демонстрируя достойный пример для подражания.
На груди биокиборга звонко щелкнул замок ремней безопасности. На панели приборов по-прежнему горел красный индикатор «Не пристегнут ремень». Бортовой компьютер металлическим голосом проговорил:
- Внимание! При небезопасном использовании транспортного средства отключены скоростные и маневровые функции аэромобиля. В вашем распоряжении только «прогулочный» режим полета. Пристегните ремни для доступа ко всем режимам.
- Вот еще, - обиделся Павел и обратился к Александру, - отключи его, что он гундосит тут.
- Хорошо, отключу. Только, когда будем катапультироваться, шансов у тебя почти не останется.
- А что придется?
- По моему опыту не исключаем и такой вариант.
Аргументы подействовали. Александр, дождавшись, когда Павел застегнул свой ремень, направил аэромобиль в сторону трассы и прибавил скорость. Мальчика вдавило в сиденье, укачало, он быстро начал клевать носом и вскоре уснул.
Александр посмотрел на спящего ребенка и задумался, надо же, родился бродягой и хочет остаться бродягой. Хотя что, кроме жизни впроголодь, он видел? Ничего, оттого и путь себе такой выбирает. Но его еще можно спасти, нужно только дать шанс, подсказать дорогу.
 До Жукова они добирались в полной тишине. Павел продолжал мирно сопеть, а Александра даже не шевелился, от раздумий не могли оторвать даже проносившиеся внизу красоты марсианских ландшафтов.  К тому времени, как на горизонте замаячил город, биокиборг принял важное решение.
Павел открыл глаза лишь перед самим приземлением.
- Где мы?
- Считай на курорте.
Павел начал деловито осматриваться.
- Город не слишком большой, меня тут быстро заметят. Отвези меня в Арес.
- Пока не могу, но могу предложить поесть. Ты ведь хочешь?
От мыслей о еде во рту начала скапливаться слюна. Мальчишка хотел отказаться, но дернувшийся кадык выдал его с потрохами. Павел, волей не волей, решил согласиться. Арес мог и подождать, а пустой желудок подождет вряд ли.
- Хорошо, но, когда я поем, отвезешь?
- Посмотрим, - хитро ответил Александр, явно что-то не договаривая.
Он пригласил ребенка в коттедж Чана и сам с большим удовольствием вернулся под крышу уютного дома. Здесь биокиборг мог расслабиться. Здесь он чувствовал себя как дома. Хотя, что мог знать человек, никогда не имевший собственной крыши над головой, о родных стенах. Но чувства его не поддавались рациональному объяснению.  Даже воспоминания о лабораторном периоде жизни не изменили его представление о чудесном морском побережье Жукова.
На пороге их встретил выскочивший к дверям Генри.
- Мяу, - заорал громко кот, а Александр услышал, - гм, что это я? Здравствуй, друг.
Генри ловко подпрыгнул, очутился на руках биокиборга и замурчал.
- Привет, Генри, - погладил он замурчавшего кота.
- Ничего себе, - удивился Павел, - какой преданный кот.
- Друзья должны быть преданы.
- Ха, друзья. Вот ты загнул.
Генри обиженно отвернулся от мальчика.
- Чего это он? - удивился Павел.
- Чего-чего. Раз я животное – значит не смышленый? - заворчал кот, - и вообще пусти меня. Привел тут незнамо кого.
Генри извернулся, вырвался из рук биокиборга и гордо побежал прочь. Александр заулыбался и проговорил ему вслед:
- Это Павел. Он – сирота. Я его в трущобах встретил. Не посмел я его там бросить. Жалко мне его стало.
Кот остановился, сел и стал вылизываться, так и не повернувшись к другу.
- О твоей доброте сложат легенды, - съязвил Генри, - спас одичавшего человека. Маугли, чтоб его.
Александр повернулся к мальчику.
- Понимаешь ли. Генри не просто кот. Он разумен подобно тебе и мне.
Павел присвистнул.
- Это правда?
Генри повернул к ним свою голову.
- Кривда. А язык правды прост, даже для десятилетнего невежды.
- Он что-то сказал сейчас? - уловил недобрый взгляд кота мальчик.
- Он по прежнему недоволен твоими вольностями по поводу дружбы, - сгладил Александр сказанное Генри.
К удивлению и биокиборга, но больше самого кота, Павел подошел к Генри, присел перед ним на корточки и осторожно его погладил:
- Простите, мистер добрый кот, я не знал всех обстоятельств. И, если бы вы, мистер добрый кот, забыли это недоразумение, я бы стал обращаться к вам не иначе как к равному себе.
- Тот же мне, - нахмурился Генри, - равного нашел.
Александр заметил, как гнев Генри вдруг сменился на милость. Лишь гордость мешала коту вновь замурчать. Он вдумчиво уставился на Павла и добавил:
- И не юли передо мной. Терпеть не могу подлиз.
Мальчик посмотрел на биокиборга.
- Он тебя простил, все в порядке, - расплылся в улыбке Александр.
Образ маленького дикаря никак не сочетался с тем вежливым тоном, что он услышал от Павла.
- Кто-то успел привить тебе хорошие манеры?
Павел засмущался:
- Меня до  семи лет женщина одна воспитывала, - сказал он и потупил взор, - она умерла. Это единственный человек, который ко мне хорошо относился.
Возникшую паузу нарушил появившийся в комнате Чан. На нем был пестрый халат с драконами. Он широко расставил руки в приветствии, разгоняя их взмахом грустные выражения лиц своих гостей и не менее печальную морду Генри.
- Алекс, слава всему сущему, ты вернулся.
Чан обнял Александра.
- Доктор Чан, это было не самое сложное путешествие.
- А кто наш гость? - поинтересовался старик.
Павел прижал голову к плечам и посмотрел исподлобья.
- Это Павел, мой новый друг и товарищ. Мы познакомились в трущобах, и я посчитал кощунством оставлять его там, - ответил за гостя Александр.
- Мистер Чан, - мальчик продолжил блистать своим воспитанием, - я не буду вас долго стеснять. Алекс обещал меня подбросить до Ареса.
- Что ты, мой юный друг. О каком стеснении ты говоришь. Располагайся столько, сколько тебе будет нужно. Ты есть хочешь?
Разговор снова зашел о еде, и Павел опять жадно сглотнул. Он почувствовал трепетное внимание к своей скромной персоне и, непривыкший к такому обращению, впал в молчаливый ступор.
- Вижу, что хочешь. Только сначала пойдешь и приведешь себя в порядок. А потом поговорим. Хорошо?
- Хорошо.
Чан повернулся в сторону соседней комнаты и громко крикнул:
- Мисс Диалло.
В дверях тут же появилась пожилая темнокожая женщина. Её простоватое, но  доброе лицо располагало к общению. Она была довольно крупной женщиной, хотя передвигалась удивительно легко. Мисс Диалло почти парила в воздухе, едва касаясь короткими ножками пола.
- Да, доктор Чан.
- Мисс Диалло, это мой друг Алекс и его спутник Павел.
- Очень приятно.
- И нам тоже, - проговорил Александр.
Павел лишь кивнул, и Чан по-отечески улыбнулся.
- Мисс Диалло, отведите нашего юного гостя в душевую и накормите его как следует.
Глаза мальчика радостно засветились. Женщина улыбнулась ему, взяла под руку и увела спасать ребенка от голодного обморока. Старик проронил, глядя ей вслед:
- Очень хороший человек и отличный товарищ. Она помогает мне по дому. Сам я уже в том возрасте, когда за всем уследить не могу. Вот после бомбежки Академии пришлось её сюда перевозить тоже.
Александр понимающе кивнул и вдруг аккуратно спросил:
- Доктор Чан, я хотел бы попросить вас об одолжении.
- Все что хочешь, Алекс. Все, что в моих силах я сделаю для тебя.
- Я на счет Павла.
- Да.
Биокиборг сделал паузу, собираясь с мыслями.
- В мальчике я увидел себя. Он так же жил там, где ему не хотелось, не видел детства. Но, если у меня было просто существование, то у него самое настоящее выживание. Я, пока сюда добирался, решил, что должен ему помочь. Обязан.
Чан, одобрительно прищурившись, закивал, а Алекс продолжил:
- Я не хочу отвозить его в Арес, чтобы он там начал бродяжничать. Хочу вернуть ему хотя бы маленькую часть детства, которое у него еще может быть. Вы мне можете помочь?
- Все будет зависеть только от него, - ни секунды не задумываясь, ответил старик, - у меня есть на примете мысли, которые можно претворить в жизнь.
- Захочет или нет? - переспросил Александр.
Руководитель Академии кивнул.
- У меня при Академии есть интернат. Что-то вроде военной школы. Дети туда приезжают на учебный год. Живут по распорядку, ходят в форме, обучаются всевозможным дисциплинам. Словом, подготовка для будущих офицеров Конфедерации. Это шанс для него.
Александр прокрутил в голове предложение старика. Жить по распорядку – ему это было очень знакомо. Дисциплина, наставничество, учеба. По силам ли это было Павлу, привыкшему к вольнице трущоб? Александр надеялся на здравый смысл юного искателя приключений.
- Спасибо вам, доктор Чан. Это действительно интересное предложение.
- Что ты, мой мальчик. Меня за двести лет тяжело провести. Этот юноша и мне показался очень толковым. Из него еще можно слепить хорошего человека.
 Чан отчего-то старчески крякнул и вдруг стал абсолютно серьезен.
- А теперь перейдем к делу. Поездка удачна?
- Пока не понятно, но кое-что есть. Я по-прежнему точно не знаю, где находится седобородый, но теперь мне есть откуда начать его поиски.
- Уже неплохо.
Слово «неплохо» отчего-то зацепило Александра. Он долго держался, но злость, кипевшая внутри, как лавина сорвалась с вершин его спокойствия. Поездка в Александрию хоть и подарила какие-то крохи сведений, радости биокиборгу не принесла.
- Неплохо – это слишком оптимистично. Я не то, что в начале пути, я скорее на минусовой отметке.
Александр подошел к большому окну и посмотрел на побережье. Волны ласкали пляж с извечным спокойствием, взбивая пену у самой кромки берега. Вода размывала янтарный песок и, отступая, уносила мириады поднятых песчинок вслед за собой. На побережье кто-то гулял. Погода располагала к прогулкам. Море касалось босых ног, волны размывали их следы. На душе стало тоскливо. Гнев выжигал все эмоции, давил пустотой.
 К Александру присоединился Чан. Старик поднял брови, и его лоб сморщился гармошкой.
- И все же, все не так плохо.
- Это всего лишь зацепки.
- Зацепки, не зацепки, но сегодняшняя реальность такова, что без них мы обречены. Мало того, без этих зацепок, эта реальность – просто фейк, поскольку у проигравшего не будет будущего. И счет проигравшим может идти на миллиарды.
- Реальность, говорите? Мне вот порой кажется, что кто-то подменил её. Ни прошлого, ни настоящего и будущее весьма туманно. Я очень бы хотел забыть свое прошлое, забыть, как кошмарный сон.
- Знаешь, иногда действительно трудно принять реальность такой, какой она есть. Но закрывая глаза на прошлое, нельзя прожить настоящее, а уж тем более построить будущее. А забывая, что было ранее, нельзя предвидеть грядущее и все зло, что оно несет.
Александр сжал губы от безысходности. Чан был прав. Наследие прошлого – часть его жизни, но отречение от него означало бы признание своего поражения. Биокиборг уже был готов согласиться со стариком, как вспомнил фразу, идущую в разрез с мнением собеседника:
- Я как-то слышал, что прошлое забыто, будущее закрыто, а настоящее…
- А настоящее даровано, - перебил Александра Чан, - это много-много лет назад великий китайский мудрец говорил. И он прав. Я же не призываю тебя зацикливаться на прошлом, я призываю принять его. Прими и иди вперед. Тебе даровано настоящее ради будущего. Пусть будущее мы не знаем, но это не значит, что мы должны плыть по течению. Ты строишь свою судьбу сам. Ты делаешь благородное дело: спасаешь людей от кровопролитной войны.
- Это все из-за Кати.
- Не ври себе. Сказанное тобой не идет в разрез  с тем, что я озвучил.
- Но...
Старик строго посмотрел на Александра и взглядом заставил его замолчать.
- Ты бы смог спокойно жить, осознавая свою причастность к гибели миллионов безвинных людей? Ведь бездействие порой хуже самых скверных поступков. Ты бы смог спокойно отказаться от всего, что есть в тебе человеческого? Я думаю, что нет. Твои слова лишь упрек людям, потому что именно человечество сделало тебя таким, какой ты есть. Но уже ничего не изменить. Ты здесь, и в твоих руках находится не только жизнь одной Кати. В твоих руках еще и ответственность за наше неразумное человечество. Твои способности – это не только наказание, но и дар. Так воспользуйся своим даром во благо.
Чан был непревзойденным мотиватором. Александр и сам не понял, как внутри него вновь возродилось желание сражаться и идти напролом и наперекор всему. Лицо биокиборга приобрело ожидаемую непроницаемость. Чудодейственные слова старика заполнили образовавшуюся внутри него пустоту. Слова Чана стали для него лекарством.
- Алекс, я и не думал, что на тебя кто-то может так воздействовать, - проронил с сарказмом Генри, притаившийся за их спинами.
- Он такой же человек, как и я, и даже ты, - защитил Александра Чан.
- Я? Насмешил, вот, что есть, насмешил, - не унимался кот.
Александр посмотрел на друга:
- Чан прав. Ты больше человек, чем те, кто ими являются с рождения.
- Все-все. Хватит мне льстить. То, что я себя позиционирую как философа и мыслителя, еще не значит, что я хочу ощущать себя мерзкой двуногой, лишенной шерсти тварью.
- Генри, спор – это твоя профессия, - заулыбавшись, подытожил Чан.
- Спорить с котом, все равно, что спорить с погодой, - торжествовал маленький философ.
Александр отошел от окна и, посмотрев на друзей, громко объявил:
- Итак, друзья, я вынужден отправиться в путь дальше.
- Не отдохнешь?
- Не стоит.
- Хорошо, - ласково посмотрел на него Чан, - ты – прирожденный борец, Алекс. И я даже не представляю, чтобы я бы делал на твоем месте.
- Стоит спрятаться – у нас гости, - рапортовал вездесущий Генри.
Александр прислушался. И, правда, торопливые шаги приближались к коттеджу. Человек был один и, судя по частому стуку каблуков, очень спешил. Биокиборг подхватил Генри на руки, быстро скрылся в соседней комнате. Чан остался стоять у окна. Старик сделал задумчивое лицо и стал любоваться прибоем.
Спустя всего минуту перед  глазами Чана за стеклом возникло взволнованное лицо профессора Фроста. Глава Военной Академии наук искусно изобразил удивление и поспешил открыть гостю дверь.
- Доктор Чан, - начал с порога запыхавшимся голосом Фрост, - здравствуйте.
- Приветствую, Орландо. Проходи.
В этот момент Чан стал самым обходительным человеком на свете, что нередко встречалось среди людей, которые своей излишней вежливостью старались выпроводить гостей, как можно скорее. Старик впустил профессора в дом, предложил ему жестом присесть на диван.
- Чаю?
- Нет, спасибо, доктор. Я к вам по очень срочному делу. Я в растерянности и не знаю, что делать.
Фрост остановился, но, увидев на лице Чана нечто подобие заинтересованности, поспешил продолжить:
- Сенаторы назначили меня руководителем Центра секретных военных исследований. Я просто в отчаянии. Они заставляют меня возобновить работы по проекту «Эволюция». А как я их вновь начну? Прототип сбежал у этого несуразного генерала прямо из-под носа.
- Я в курсе событий, Орландо. Спасибо, что напомнил. Но я не понимаю, что ты хочешь спросить у меня.
- Доктор Чан, - взмолился Фрост.
На профессора не возможно было глядеть без слез. Он был жалким и растерянным.
- У вас ни осталось ли какой-нибудь информации по проекту? Наработки, может быть?
Чан посмотрел мимо  Фроста в сторону двери. Старик впал в задумчивость, хотя в его глазах угадывались отчего-то и веселые нотки. Профессор перехватил взгляд руководителя Академии и обернулся. На пороге не закрывшейся двери собственной персоной стоял генерал Мильке. Увидев испуганный взгляд Фроста, он шагнул внутрь.
- Несуразные генералы не руководят Агентством Безопасности Конфедерации. И все же я вам желаю доброго дня, профессор Фрост.
Как оказалось, генерал услышал свою порцию «похвалы». Он быстро зашел в дом, вежливо поздоровался с Чаном и, не удосужившись пожать руку Фросту,  продолжил:
- К тому же, профессор. Именно из-под вашего носа он сбежал в первый раз. Если бы вы внимательнее следили за порядком в лаборатории, мне бы не пришлось оправдываться ни перед президентом, ни перед Сенатом.
Фрост виновато насупился.
- Хватит вам, - успокоил его тут же генерал, - я не принял ваши слова близко к сердцу. И вам советую.
- Что вы генерал, я даже и не думал.
Чан на всякий случай решил избежать эскалации конфликта и обратился к Фросту:
- Орландо, к сожалению, все наработки, которыми я располагал, были переданы незадолго до всех уже известных печальных событий лично профессору Ермолову. Поэтому они либо на похищенном накопителе, либо погребены под завалами лаборатории. Я, увы, ничем не могу тебе помочь.
Фрост стал мрачнее тучи.
- Что же мне делать, - пробормотал он, потом посмотрел на старика и логично добавил, - тогда я наверно пойду. Извините за беспокойство, доктор Чан.
- Что ты, Орландо. Обращайся, когда потребуется.
Старик проводил гостя и на этот раз надежно закрыл за ним дверь. Он обернулся и увидел, с какой ненавистью своим взглядом сверлил дверь Мильке.
- Маркус, твои эмоции уместны, но в данный момент они ни разу не конструктивны.
- Меня трясет уже от одной мысли, что этот профессор является ставленником Борджиа.
- Ты и его подозреваешь?
- Я буду подозревать всех, кто окажется хотя бы в двух шагах от этого сенатора.
Генерал кипел от негодования.
- Ненависть – опасная штука, - за  его спиной послышался голос Александра, - она лишает зрения, слуха и рассудка. Проверено.
Мильке обернулся и в свойственной ему манере хитро скривил губы, услышав, как биокиборг добавил:
- Это говорю даже не я вам, а Генри.
Кот выскочил из-за спины друга, но, не уделив никакого внимания генералу, стал демонстративно вылизываться.   Мильке погладил кота и в знак приветствия скупо пожал биокиборгу руку.
- Как поездка? - спросил он.
- Сошлись на том, что все неплохо, - ответил за Александра Чан.
- Наверно, это так, - теперь уже согласился Александр, -  появилась маленькая зацепка насчет места положения седобородого.
Биокиборг вкратце рассказал о своей поездке в Александрию. Мильке сжал кулаки. Он прекрасно знал названный биокиборгом орбитальный завод по переработке астероидов. Кремень все это время находился у них под носом. Лисью ухмылку сменило негодование, а следом за ним пришла легкая задумчивость. Лицо генерала играло калейдоскопом эмоций. Мильке явно что-то замышлял.
- Когда выступаешь?
Генерал был не из тех людей, кто мог предложить отдохнуть. Для него дело стояло превыше собственных нужд. Этого же он требовал и от окружающих. Не дав возможности ответить, Мильке договорил:
- Я не могу оказать тебе всю полноту поддержки, боюсь спугнуть Стеаринова.  У наших стен уши большие и наглые. Не успел шепнуть на Марсе, а на Венере уже готовятся  к моему визиту.
Александр понимающе кивнул  и резонно заметил:
- Собственно еще до вашего визита я уже собрался приступить к дальнейшим поискам.
- Отлично. Ты меня не разочаровываешь.
Чан похлопал генерала по плечу и приукрасил пресную похвалу Мильке:
- Если бы твои люди, хоть на треть походили на Алекса, то в нашей стране давно бы царили мир и гармония.
Александр вздрогнул, вдруг вспомнив Некрополь и Александрийские трущобы.
- Я сомневаюсь, доктор Чан.
- Не сомневайся, мой юный друг. Ты еще увидишь, как прекрасен этот мир.
- Остается только надеяться.
- Так, - вскрикнул Мильке, в нем просыпался большой начальник, - поддержка тебе будет. При подлете к заводу ты не сможешь не заметить старого знакомого, который значительно облегчит тебе доступ внутрь.
Александр посмотрел вопрошающе, и генерал решил не томить его своими загадками:
- Остались еще люди, которым я могу безгранично доверять. Тебе поможет Габриель. 
- Хакер?
- Что ты. Это просто его хобби. Сам он в когорте наших лучших диверсантов. И я каждый день говорю спасибо судьбе за то, что он все-таки на нашей стороне. Иначе мятежные силы уже давно бы танцевали на развалинах Конфедерации.
Чан безмятежно дослушал Мильке, но, стоило генералу замолчать, внес свою лепту в разговор о посильной помощи биокиборгу:
- Алекс, у меня для тебя тоже будет небольшое подспорье. Следуйте за мной.
Старик подхватил Генри и отвел товарищей в соседнюю малоприметную комнату. Генерала было трудно удивить, но перед его взором открылась  очередная библиотека.
- Чан, я думал, что тебе все спалили еще в Академии.
- Не все, - ответил старик и проследовал только к одному ему известному стеллажу.
Александра обстановка комнаты и вовсе не удивила. Так или иначе, в коттедже он бывал и с точностью до мелочи знал его интерьер. Однако действия Чана заставили его усомниться в том, что в свое время он досконально изучил весь дом. Старик потянул на себя томик Булгакова. Секция с книгами утопилась внутрь и сдвинулась в сторону, открыв темный проход. Следом с громким щелканьем стали вспыхивать фонари, освещая уходившую вниз глубокую лестницу.
- Чан, тебе надо было становиться архитектором, - Генри замер в изумлении.
 - Я и так всегда все свои дома проектировал самостоятельно, - самодовольно ответил старик и стал спускаться вниз.
Тайный проход вывел их в секретную комнату. Она чем-то напомнила Александру лабораторные кабинеты, на которые он успел насмотреться на несколько жизней вперед. Единственное ее отличие от лабораторных аналогов заключалось в мягкой синеватой подсветке всего помещения.
- Не обращайте внимания на свет. Это такой антисептик. Здесь у меня тоже ведутся исследования, и я не хотел, чтобы вы ненароком занесли сюда с собой элементарную заразу. Все стерильно. Теперь и вы тоже.
Александр пробежался по комнате взглядом. Она была огромной и вмещала в себя множество экспонатов, моделей, разработок, которых еще не видел свет, но уже реально существовавших. Однако все его внимание отчего-то оказалось приковано к еще одной двери. Мысли о том, что могло скрываться за ней, приводили биокиборга в трепет перед великим умом ученого. Но Чан и не думал пускать туда своих гостей и раскрывать все свои секреты, всему свое время, а некоторым изобретениям время так вовсе еще не пришло.
- Это моя частная лаборатория. О ней знают теперь уже семь человек и один кот. Я надеюсь, дальше эта информация не просочится.
- Обижаешь, Чан, - заверил старика Мильке, - я – могила, ты меня знаешь.
- А мне просто некому что-либо рассказывать, кроме вас, - заметил Александр.
- А я вообще кот, и не умею разговаривать, - подытожил Генри.
- Хорошо. Я даже и не сомневался в вас, друзья.
Чан прошелся вдоль нескольких стендов и остановился.
- Фроста я не обманул. По проекту у меня действительно почти ничего не осталось. Зато есть то, что поможет нам вернуть «Эволюцию».
Старик снял со стенда два пистолета. Оружие в синем свете казалось живым. Металл переливался и магически светился. 
- Это две экспериментальных разработки, абсолютно секретные.  Лазерный пистолет, повышенной мощности. Пробивает любую известную на сегодняшний день броню, даже ту, которая еще только собирается поступить на вооружение.
Генерал заинтересованно хмыкнул.
- Извини, Маркус. Это мое хобби, секретное хобби.
- Ничего, продолжай. Мне очень интересно.
- Иногда некоторые противники используют оружие подавления. И тогда лазерный пистолет становится обыкновенной железякой. В этом случае спасет вот это, - Чан показал второе оружие, - Этот пистолет ничем не уступает лазерному в мощности, но стреляет классическими пулями. По сути, это пистолет-пулемет. Специальная разработка позволяет в обыкновенный магазин поместить сто мини-патронов. На характеристиках это никак не сказывается. Но есть одна особенность. Курок у пистолета как педаль акселератора. Чем сильнее  давишь, тем больше выстрелов. Я предлагаю тебе, Алекс, взять это оружие с собой. Идем дальше.
За Чаном было интересно наблюдать. В секретной комнате с ним произошли разительные метаморфозы. Из старика философа руководитель Академии мигом превратился в одержимого работой ученого. Он рассказывал о своих проектах с таким усердием и интересом, что не слушать его было невозможно.  В нем раскрывался дар настоящего оратора. Его речь сосредотачивала внимание, а вся воспроизведенная им информация запоминалась, будто сама собой.
Чан подошел к очередному стенду, на котором висели серый плащ, балаклава без глазниц и высокие бахилы. 
- Костюм диверсанта. Не спасает от выстрелов, зато у него есть неоспоримое преимущество. Это хамелеон. Волокна ткани оснащены миллионами камер и процессоров, которые анализируют окружающую обстановку и делают одетого в костюм человека невидимым.
- Чан, ты меня пугаешь, - задумчиво проговорил Мильке, - хорошо, что с нами ты по одну сторону баррикад.
Александр генеральского страха не разделял, да и не слышал он Мильке в эту минуту. Его разум был порабощён технологиями.
- Отличный костюм, доктор Чан, - произнес он восторженно, - мне пригодиться, пусть и не на заводе.
- Почему не на заводе? - заинтересовался Мильке.
- Вроде генерал, а не понимает, - зевнул Генри, - напролом он попрет.
Генерал уловил паузу, посмотрел на кота и спросил:
- Он что-то сказал?
Мудрый старик улыбнулся:
- Да, Маркус. Но это вопросы тактики.
- Кот хочет сказать, что разбирается в тактике лучше, чем я?
- Нет, он сказал, что выбор тактики – дело вкуса каждого.
- А-а-а, тогда «да», - по солдафонски согласился Мильке и наклонился погладить Генри.
Чан повернулся к соседнему стенду.
- Так, в этих шприцах очень опасный препарат. В условиях, когда все плохо, мобилизует все ресурсы организма на выполнении задачи. Если в течение короткого времени после приема человеку не оказать медицинскую помощь, дело может закончиться весьма плачевно.
Старик оценивающе посмотрел на Александра и добавил:
- Хотя, что с твоим организмом будет после укола, я даже боюсь представить.
- Думаю, справлюсь без таких экспериментов, - согласился с опасениями биокиборг.
Чан кивнул и побрел дальше. Теперь он не останавливался перед каждым экспонатом и лишь вкратце описывал их:
- Так, это баллончики с взрывчаткой, детонаторы, которые регулируют мощность взрыва. Дальше у нас идет ручная скорострельная биоплазматическая пушка ближнего боя. Она общевойсковая с несколькими доработанными фишками. Рекомендую. Рюкзак с так называемой системой «Невесомость». Все, что в нем находится, ровным счетом ничего не весит.
- Здорово, - раскрыл рот от удивления Мильке.
Но старик и не думал останавливаться:
- Вот комплект гражданской одежды. С виду куртка и брюки, но на деле шикарный бронежилет. Только отдачу придется терпеть.
- Да, возьми парочку. Одну большого размера, - Мильке тонко намекнул о Габриеле, - а то вдруг придется в обществе засветиться. Не будете же вы разгуливать  по городам в армейских бронекостюмах.
Александр, соглашаясь, кивнул.
- Вот тюбики с высококалорийной пищей. Тюбика четыре возьми. Их на месяц   хватит, - продолжал говорить Чан, - и, наконец, добрались.
Руководитель Академии замер около белого скафандра с огромным глянцевым коробом за спиной и посмотрел на своих спутников.
- Это устройство доставит Алекса на орбиту.
Биокиборг посмотрел на огромный шлем с затемненным  зеркальным стеклом.
- Мне нравится.
- Он действительно хорош.
- Я так понимаю, это  модификация гражданских космолетных костюмов? - вмешался Мильке.
- Не совсем, - ответил Чан, - абсолютно новый термоядерный двигатель, усиленная защита внутреннего пространства скафандра. Материал крепче, чем на бронекостюмах. Никакого облучения, ничего. Удобное управление с помощью перчаток-джойстиков. Согнул пальцы, и, пожалуйста, управляй скафандром. Правая рука отвечает за выбранный курс, левая рука – за мощность двигателя.
Александр подошел к костюму поближе. Глаза биокиборга загорелись как у ребенка. Захотелось сию же минуту испытать его. Даже осознание того, что он  и так должен был лететь на нем, никак не могло приглушить его любопытство.
- Хочу лететь прямо сейчас.
- Хорошо, собирай все, что тебе нужно в рюкзак. Одевайся, бери костюм и неси все в аэромобиль. Мильке отвезет тебя в какую-нибудь глушь. Не будем привлекать внимание к моему коттеджу. У меня тут, конечно, стоит надежная система защиты, но после случившихся событий все равно надо быть очень осторожным.
- А, что у тебя за система? - хитро поинтересовался генерал.
- Лучше не задавай вопросов. Но могу сказать, что сбоев она никогда не давала.
- А в Академии?
- А в Академии её не было. Все самое ценное я храню здесь, под носом у всего света, - улыбнулся Чан.

***

На сборы Александр потратил чуть более получаса. Все, что было необходимо для выполнения миссии, биокиборг аккуратно погрузил в бронированный аэромобиль Мильке. Он чувствовал небывалый подъем сил. Его переполняла  решительность, от чего лицо биокиборга приобрело суровый одухотворенный вид. Дойти до победного конца стало одержимой идей его «эго», как бы сложен и долог этот путь не был.
Чан проводил Александра до порога. Старик, было, изъявил желание спуститься  к парковке, но биокиборг посоветовал ему остаться дома. В дверях они обнялись. Чан похлопал руками Александра по плечам:
- Береги себя!
- Я постараюсь.
Рядом засопел Мильке. Генералу трогательное прощание показалось не то, что чуждым, но несколько лишним. Но он терпеливо ждал и молчал. Ждал даже, когда Александр подхватил Генри на руки, и просто посмотрел коту в глаза. Мильке прекрасно понимал, что дружба – явление редкое и святое. Однако и его терпение лопнуло, когда на пороге появился невесть откуда взявшийся белобрысый мальчуган.
- Ты куда? - бросил он Александру сходу, не обратив на генерала ровно никакого внимания, - а как же Арес?
Александр смутился. Он за делом совсем забыл про Павла. Теперь в голову лезли сумбурные оправдания. Свое решение он, так или иначе, должен был озвучить:
- Паш, - Александр присел перед ним на корточки, - понимаешь ли. Я взял на себя смелость устроить твое будущее.
Павел вмиг посерьезнел. Верхняя губа обиженно оттопырилась. Детские глаза стали смотреть хищно. Теперь он был похож на маленького зверька, одичавшего, смотревшего на жестокий мир с недоверчивостью и злобой. Он чувствовал себя уязвленным словами биокиборга, но Александр и не думал сглаживать углы:
- Я не повезу тебя в Арес.
- Что? - биокиборг не успел договорить, а Павел уже закричал, - ты же обещал. Не будь гнидой. Зачем же ты давал обещания?
Он ударил маленьким кулаком Александра в плечо и поспешил на улицу, но его остановила крепкая рука генерала. Мильке схватил мальчика за шиворот и рванул на себя.
- Молодой человек. Извольте изъясниться.
- Да пошел ты.
От прежних манер Павла не осталось и следа. Его лихорадило от злости, он извивался как уж, но никак не мог вырваться. За ним с интересом наблюдал Чан и, заложив руки за спину, улыбался.
- Откуда этот клубок зла, - перехватывал руку Мильке, пытаясь не нарваться на острые зубы ребенка.
- Отпусти меня, - завопил Павел и, увидев ухмылку Чана, прошелся и по старику, - что лыбишься, старый хрыч?
Чан заулыбался еще больше, подошел к ребенку и спокойно произнес:
- Он тебя не отпустит.
- Почему? - замер Павел.
- Потому, что ты не дослушал, не проявил должного уважения ни к одному из нас.
- Отпустите, не имеете права держать меня.
- Я познакомился с совершенно другим юношей, который мог показать свои манеры незнакомым людям. Боюсь, я ошибся. Последний раз лет пятьдесят такое было. А ведь я пустил тебя в свой дом, как самого дорого гостя. И был уж точно любезней твоих уличных собратьев.
- Мне все равно.
- Не верю.
Павел не мог быть несправедливым к тем людям, кто сделал для него что-то хорошее. Это старик чувствовал нутром. Да и голос старика располагал к тому, чтобы быть услышанным. Павел посмотрел на уже разъяренное лицо Мильке, и его детская бравада начала сходить на «нет». Мальчик сменил тон, уж очень генерал был суров в гневе:
- Отпустите, пожалуйста.
Мильке, увидев, что противник дрогнул, удовлетворенно разжал руку. Павел распрямился, поправил ворот, но убегать не стал.
- Это Павел, - представил его Чан генералу, - Павел, это генерал Мильке.
- Здравствуйте, мистер Мильке, - чуть хрипловатым от крика голосом проговорил Павел, - извините меня  за мое поведение.
- Принимаю извинения, - холодно бросил генерал и посмотрел на биокиборга.
Александр очень быстро рассказал про встречу с Павлом в трущобах и про дальнейшее путешествие с ним до Жукова.
- И чего ты тогда раскричался? - нахмурил брови Мильке.
- Он меня обманул, - Павел бросил испепеляющий взгляд на Александра, - как я теперь до Ареса доберусь сам? Он-то вон сейчас смоется, а меня первый же патруль приберет.
- Ты мне элементарно не дал договорить, - строго ответил ему биокиборг.
- Договаривай, - парировал Павел.
Теперь Александр поведал ему уже свой разговор с Чаном. Павел вслушивался в каждое слово, ища в нем подвох. Но подвоха не было. Предложение звучало заманчиво, но что-то ему  в нем все равно не нравилось. Для независимого и привыкшего к  свободе ребенка оно попахивало золотой клеткой.
- То есть вы хотите из меня человека сделать? - произнес он с сарказмом.
- Ты и так человек, - зомбировал его своим голосом Чан, - мы лишь хотим тебе помочь не влачить жалкое существование, а жить полноценной жизнью.
- Зачем вам это? - не верил своим ушам мальчик.
- Спроси у Александра.
Павел посмотрел в глаза биокиборгу. Александр без тени сомнения ответил:
- Так же как и ты, я не знаю своих родителей. Так же, как и у тебя у меня не было детства. Я свое время упустил, но у тебя еще есть шанс наверстать это.
- И? - Павел все еще не понимал суть разговора.
- Если ты согласишься, то у тебя будет будущее. Иначе тебя ожидает не самый радужный путь, - ответил за биокиборга Мильке, - мир Ареса страшнее твоих трущоб, поверь мне. Смерть там подстерегает на каждом шагу.
- Да чего вы с ним нянькаетесь? Пусть идет, - выпалил уставший наблюдать за уговорами Генри.
Павел задумался. На чаше весов с его стороны находилось не так уж и много. Сбежать в Арес он мог всегда. Но свобода не заменяла кров. Ею нельзя было насытить  пустой желудок. Ему же предлагали сытую жизнь. Все-таки не последним глупцом его воспитали трущобы, чтобы отказываться от такого щедрого предложения.
- Я согласен, - выпалил мальчик, испугавшись, что люди кругом могли вдруг передумать.
С плеч Александра упал груз ответственности. Он облегченно выдохнул. Ответ Павла был очень важен для него.
- Ты сделал правильный выбор. А теперь я должен идти.
- Куда?
- Возвращать себе свою жизнь.
- А когда ты вернешься?
- Не знаю, но доктор Чан о тебе позаботиться, он пообещал.
Александр пожал ему руку, передал кота и, кивнув на прощание Чану, зашагал к парковке.
- Счастливо оставаться, - попрощался Мильке и последовал за биокиборгом.
Чан, Павел с Генри застыли на пороге, провожая их взглядом.
- Если мне не понравиться, я сбегу, - сразу заявил старику мальчик.
- Твое право. Насильно тебя никто держать не будет.
На этом их диалог закончился и только Генри на руках недовольно причитал в адрес мальчика:
- Это ужас. Да я бы на твоем месте помалкивал, а не показывал свой характер. Да засунь свой характер, знаешь куда. Да еще глубже засунь. Неблагодарный. Воистину, нет предела человеческому хамству.
Генри причитал, но терпел, сидя на руках у мальчика. А Чан, хоть и все слышал, старался молчать, едва позволяя себе тайком улыбаться. Так они и простояли на крыльце втроем, пока аэромобиль генерала не скрылся в безоблачном небе Марса.

***

Аэромобиль долгое время летел над побережьем, потом двинулся на северо-восток и, замерев над огромным простирающимся внизу лесом, стал снижаться к одной из многочисленных  его опушек.
- Да поразил меня сегодня старик, - запричитал Мильке.
- Солидная у него лаборатория.
- Знатная, - довольно ухмыльнулся генерал, - надо будет отобрать у него кое-что для бойцов, - он то и дело посматривал вниз, - я думаю здесь самый раз. Никто не помешает подготовиться к полету, - проговорил Мильке, утопив штурвал.
Аэромобиль очень мягко коснулся земли. Дотошный генерал управлял техникой как заправский инструктор, без лишних движений и торопливости.
Едва аппарат приземлился, биокиборг выскочил на свежий воздух и открыл багажное отделение. Он тщательно проверил набитый рюкзак. С грузом или без груза сумка весила одинаково. «Невесомость» справлялась со своей задачей на «отлично». Александр надел бронекостюм, предусмотрительно спрятав шлем в рюкзак, и закинул объемную сумку за спину.
Мильке стоял поодаль, стараясь не шуметь. Он бездействовал до тех пор, пока биокиборг не стал залазить в скафандр. Здесь генерал решил вмешаться. Мильке помог Александру надеть громоздкий серебристый костюм. В конструкции скафандра оказались настолько предусмотрены мелочи, что даже рюкзак за спиной биокиборга не стал помехой к его использованию.
- Это я точно у него отберу. Это ж надо же какая прелесть, - сосредоточенно бубнил себе под нос генерал, застегивая на спине Александра огромный и очень тяжелый бокс с двигателем.
Сработали защелки. Биокиборг попробовал пошевелиться в своей амуниции. Роботизированный скафандр, настоящий экзоскелет с многочисленными приводами, поддался на удивление легко.  Разработка Чана была уникальной и с точки зрения технологии, и с точки зрения ее использования.  В ней и ребенок смог бы поднимать исполинские тяжести.
- Действительно прелесть, - согласился Александр, надевая огромный зеркальный шлем.
- Я свяжусь с Габриелем, - сказал Мильке и поднес к лицу свои часы.
На электронном табло появилось лицо хакера. Он сидел за штурвалом какого-то транспортного средства.
- Я на орбите, как и договаривались, - с ходу отрапортовал здоровяк.
- Отлично, тебе нужен объект №01012010.
- Завод? - удивился Габриель, забивая номер объекта в поисковой строке навигатора.
- В том то и дело. У нас под носом располагалась база этих негодяев.
- Отлично, я там буду минут через пятнадцать. Так что не будет она там больше располагаться.
- Алекс планирует появиться где-то в это же время, - сообщил генерал, посмотрев на застывшего в безмолвии биокиборга.
- Жду не дождусь новой встречи. Конец связи.
Хакер проговорил последнюю фразу особенно четко и зачем-то потер рукой нос. Мильке намека не понял и прервал сеанс связи. Зато услышанное все правильно воспринял Александр. Он заулыбался и захлопнул стекло шлема.
На внутренней стороне стекла вспыхнула мягкая подсветка.  Компьютеризированный шлем приветствовал Александра:
- Добро пожаловать. Для ознакомления с инструкцией пользователя сфокусируйте глаза на точке центрирования шлема.
В центральной части стекла появилась точка. Александр последовал указаниям. Перед глазами возникла белая пелена, после чего, растворяясь подобно недолгому утреннему туману, она сменилась подробным цветным изображением. Данные не транслировались на стекло шлема, информация проецировалась сразу на сетчатку глаза. Сначала было непривычно, но вскоре в голове Александра выстроилось четкое осознание принципов управления космолетным костюмом. Методика преподнесения информации поразила его. Что-что, а технологии удивляли Александра нечасто. Но Чан на то и оставался Чаном, чтобы поражать ум даже биокиборга.
После ознакомления с инструкцией в горле появилась сухость. Было ли это реакцией на  ее просмотр биочип проанализировать не смог. Причинно-следственная связь не установилась, и он просто зафиксировал это как данность.
Александр открыл шлем. Захотелось вдохнуть свежего воздуха. Нормального свежего воздуха. Непривычно  безжизненная воздушная смесь скафандра,  в которой полностью отсутствовали какие-либо запахи, немного раздражала его. 
- Что? - удивился Мильке.
- Вам надо с Чаном поговорить еще и по методике зрительного обучения. Может пригодиться.
- А, - махнул в сердцах генерал, - слышу от него уже три года. Что-то никак не предоставит. Реально помогает?
- Спрашиваете.
Александр вновь закрыл шлем, махнул Мильке, и генерал отошел на безопасное от него расстояние. Генерал махнул в ответ и застыл как вкопанный. Мужчины даже в зрелом возрасте оставались мальчишками. Он жадно впился в белоснежный скафандр, стараясь не упустить из вида ни одну мелочь. Нижняя часть двигателя за спиной биокиборга зашлась приятным зеленым свечением. Костюм заработал в стартовом режиме. Александра слегка дернуло. Он вытянулся на носочках и в какой-то момент, оторвав ноги от бурой лесной подстилки, перестал касаться марсианской поверхности.
На стекле шлема появились цифровые датчики. Они фиксировали высоту, температуру, давление, скорость и запас кислорода. Александр провел дежурный осмотр параметров и повернулся к Мильке. Шлем среагировал на движение и  фокусировку глаз. Изображение увеличилось. Теперь генерал будто находился рядом с биокиборгом. Но Мильке по-прежнему оставался на своем месте, в шагах десяти, и смотрел на Александра супротив солнца, приложив ладонь к глазам. Глава Агентства Безопасности выглядел возбужденным. Он ловил каждое движение скафандра, представляя себя на месте биокиборга.
С минуты  на минуту Марс должен был остаться где-то внизу под ногами. Новый мир открывал перед Александром свои двери. Биокиборг жаждал свежих открытий и свершений. Еще одна граница в его жизни стремилась кануть в лету. Он без сожаления смотрел на ставшую его домом планету. Впереди маячили новые горизонты, новые покровы, которые предстояло сорвать.
Александр сжал большой палец правой руки и медленно потянул ее вверх. Скафандр дернулся вновь и стал набирать высоту. Биокиборг задействовал левую руку, и его скорость вмиг возросла. Дыхание замерло, бешено заколотило сердце. Александр перестал слышать внешние звуки из динамиков. На стекле шлема скорость давно шагнула за несколько махов и продолжала расти.
Им овладел восторг. В этот момент он был самым свободным из живших в Солнечной системе людей. Ощущение полета завораживало, заставляло забыть обо всех проблемах. Оно окрыляло. Александр смотрел вниз, отдавая свое лицо на откуп переполнявшим его эмоциям. Он наслаждался и старался запомнить это мгновение, когда хотелось сорвать с себя шлем и закричать «Свобода».
На горизонте планета начала приобретать все более округлые формы, небо над головой темнело, и синева манила уже внизу. Свет орбитальных станций и заводов стал ярким, где-то проглядывались их очертания. Марс мельчал и мельчал, и все больше напоминал шарик. Александр расслабился и даже закрыл глаза.
Где-то внизу генерал Мильке проводил взглядом взмывшего резко вверх Александра, и убрал руку от глаз. Он, совершенно не боясь, что его мог кто-то увидеть,  направился к своему аэромобилю, пританцовывая. Настроение у генерала было прекрасным. Конечно, Мильке волновался за исход всей компании, но какая-то, пусть и нелепая уверенность поселилась в его душе. Он улыбался и дивился собственным ощущениям. Ничто человеческое было не чуждо даже старым хмурым лисам.

Глава 3

Александр взмывал все выше. Естественно это было относительно, относительно Марса. Он приноровился управлять своим скафандром и прекрасно маневрировал между заводами и станциями, окутывающими настоящей паутиной некогда красную планету. Их было так, а свечение их огней – столь ярким, что Марс из космоса отдаленно напоминал зеркальный диско-шар.
На стекле шлема синими очертаниями  маячила орбитальная карта планеты. Александр шел к своей цели. Его зрение уже выхватывало необходимый завод. Он видел, как транспортный погрузчик с гравитационной пушкой приблизился к станции, сгрузил захваченный им небольшой астероид в её гравитационное поле и отчалил восвояси.
Завод функционировал, и естественно выбор Стеаринова в этом случае был отнюдь не случайным. Работающее предприятие – лучшее прикрытие для грязных дел седобородого. Поскольку технологический процесс на станции не прекращался ни на минуту, мало кому могло прийти в голову, что на заводе по соседству с сотнями других предприятий скрывались опасные враги Конфедерации.
Цель была почти осязаема. Она отражалась в блестевших ненавистью глазах биокиборга. Он успокаивал себя – развязка была близка. Как это ни банально бы звучало, но в конце должен был остаться только один. Либо он, либо Кремень. Ничья в их противостоянии не предусматривалась правилами самой жизни.
Александр забеспокоился. Охранная система завода могла легко распознать его приближение. Но Габриель почему-то на связь не выходил. И тут как по желанию в правом верхнем углу стекла шлема появилось добродушное лицо здоровяка. Биокиборг обрадовался его неожиданному появлению и разрешил входящий вызов видеосвязи.
- Привет. Помнишь меня? - начал хакер сходу.
- Я думаю тебе памятней, - ловко подцепил его Александр.
Здоровяк засмеялся.
- Что, правда, то, правда. Но я не злюсь.
- И славно.
- Но ты же не ожидал, что все так обернется?
Александр не хотело обсуждать тонкости всех произошедших с ним событий. Несмотря на принятые решения, некоторые воспоминания не скрашивали его мысли радужными оттенками.
- Оставим разговоры на потом. К делу.
- Конечно, - не спорил Габриель, - я в полной готовности, совсем рядом, вижу тебя.
Бикиборг осмотрелся и увидел белоснежный боевой космолет. В том, что он был боевым, уже по внешнему виду сомневаться не приходилось.
- И я вижу тебя. Красивая техника, на хищную птицу похожа.
- О, да. Это «Беркут». Может через тысячу лет его нарекут тысячелетним? - заулыбался хакер, - мне бы этого хотелось.
Завод рос, как гриб после дождя. Когда до него оставались считанные  минуты хода, он уже не помещался в глазах биокиборга, и Александру пришлось крутить головой, чтобы охватить его целиком. Завод походил на гигантскую подкову, в центре которой болтался захваченный им астероид. Сотни небольших устройств, напоминающие пчел, роились вокруг добычи и утаскивали дробленые её куски внутрь станции. С обратной стороны подковы Александр заприметил грузовой терминал, к которому были пришвартованы несколько транспортных кораблей.
- Мне нужен проход. Сейчас по идее должна сработать система охраны.
Не успел Александр договорить, как услышал, что с Габриелем связалась служба охраны завода:
- Вы вторгаетесь на частную территорию, согласно конвенции «О нейтральном космическом пространстве»...
- У вас таким расстоянием является три километра, - непонимающе и нагло перебил говорящего Габриель, - лечу, где хочу.
- Хорошо, но вынужден предупредить, что мы откроем огонь на поражение, как только вы пересечете красную линию безопасности.
- Договорились, - хакер согласился и прервал сеанс связи, - вот мерзавцы. Сейчас посмотрим, чем они будут открывать свой огонь.
Александр и Габриель, идя параллельным курсом, приблизились к правой стороне заводской подковы. На её корпусе тут же заморгали красные огни сигналов тревоги, а из корпуса ловко выехало с десяток лазерных пушек.
- Вот этими пукалками они собрались меня отпугивать? - разочарованно проронил Габриель.
На «Беркуте» настойчиво трезвонил датчик обнаружения враждебного арсенала. Хакер посмотрел на панель приборов. Сканер подтвердил наличие на заводе оружия только этого класса.
- Ты готов? - обронил хакер не то Александру, не то своему кораблю.
- Вполне.
- Иииииихааа, - как заправский ковбой закричал Габриель, - шоу начинается!
Александр ухмыльнулся и неожиданно для самого себя зажмурился. От «Беркута» в сторону станции устремились ракеты, и лицо биокиборга осветили мощные огненные вспышки. Александр открыл глаза и увидел, что на месте несколько пушек в корпусе завода темнели огромные дыры.
В ответ на бесцеремонную атаку служба безопасности завода открыла в сторону корабля ответный огонь. Но Габриель оказался пилотом не промах. И в этом компоненте хакер показал свой профессионализм. Он так лихо увел «Беркут» из-под обстрела, что Александр ненароком подумал – здоровяк родился со штурвалом.
Корабль отдалился от завода на безопасное расстояние, совершил разворот  и, пикируя, начал новую атаку. В этой суматохе крошечный по космическим меркам Александр так и остался никем незамеченным. А биокиборг, довольный таким поворотом событий, выбрал для прохода на завод шлюз для технического персонала, ему оставалось только открыть ворота.
- Габриель, мне нужен проход, - заявил он хакеру, - видишь шлюз почти у кромки этой чертовой подковы?
«Беркут» возвращался, сосредоточенное лицо Габриеля по-прежнему торчало на стекле шлема.
- Проход? Да  хоть два.
Корабль нырнул в сторону, спасаясь от лазерных лучей, Александр начал сбрасывать скорость. Биокиборг уже готовился ступить ногами на небольшую платформу перед шлюзом, но «Беркут» по-прежнему молчал. Габриель грациозно лавировал меж смертельных дорожек лазеров.
- Сейчас-сейчас, - оправдывался он.
Наконец, две ракеты промчали над головой биокиборга. Эффект вспышки поглотило защитное стекло шлема. В разные стороны полетели обломки шлюза. Александр увернулся от массивной металлической пластины, скорректировал свое положение в пространстве и ступил на выступ платформы. Специальные ботинки  погасили остаточную скорость и удержали его на месте, буквально приклеив его к корпусу завода. Биокиборг посмотрел на замигавший над шлюзом фонарь и побежал к манившему впереди проходу.
«Внимание разгерметизация!!! Внимание разгерметизация!!!» – табло на внутренней стене шлюза мигало ядовито-красным цветом. Громадные защитные ворота стали опускаться вниз, перекрывая пробитый шлюз. Александр заторопился. В неповоротливом космолетном скафандре он умудрился изогнуться и ловко проскочить под едва не раздавившей его громадиной. Биокиборгу повезло – гравитационное поле завода придало ему ускорение, в самый последний момент он прокатился по металлической поверхности платформы  и оказался позади захлопнувшихся ворот. Загудели климатические установки, и через минуту на табло появилась успокоительно-зеленая надпись: «Состав воздуха и давление в норме». Фонари внутри шлюза тоже сменили красную сигнализацию на зеленую. В восстановившейся воздушной среде завыла сирена, которая тут же отключилась за ненадобностью.
Открылись внутренние ворота шлюза. Александр поднялся на ноги и неуклюже проследовал внутрь завода, попробуй походи в таком скафандре. Он попал в просторный ангар для небольших космолетов, который оказался заполненным чуть больше, чем наполовину.  Биокиборг насчитал три десятка  небольших летательных аппаратов и пять среднего размера транспортников. На заводе по самым скромным подсчетам, без учета транспортных кораблей, должно было находиться больше полусотни человек. С транспортниками, которые могли вместить по роте солдат каждый, это цифра увеличивалась многократно. Кремень держал под рукой целую армию отборных головорезов, оно и понятно, чем выше звание, а седобородый не зря числился самым опасным преступником Конфедерации, тем больше свита.
- Габриель, спасибо. Уничтожай пушки и будь наготове. Я свяжусь с тобой позже.
- Принято. Удачи.
Александр  снял шлем, отстегнул от спины огромный модуль с заглушенным двигателем и выбрался из скафандра. Он с сожалением посмотрел на чудо человеческой мысли. Но деваться было некуда. Тащить громоздкий костюм выходило себе дороже, хлопотно уж очень – с ним биокиборг сразу потеряет свои преимущества в ловкости и скорости. Скафандр сослужил добрую службу, но теперь он только мешал на полном опасностей пути.
Из рюкзака биокиборг извлек пару пистолетов, биоплазматическую пушку и шлем бронекостюма. Экипировавшись, он проверил оружие, подготовил сменные магазины и шагнул по направлению к ближайшей двери. Как не напрягался слух, определить, ждали ли его в коридоре по ту сторону, ему не удалось. Шумоизоляция завода могла порадовать кого угодно, но только не Александра.  Пришлось готовиться, как и всегда, только к самому худшему.
Опасения его только подтвердились, как только он посмотрел под потолок. Вращая кольцо фокусировки, за ним внимательно наблюдал объектив камеры видеонаблюдения.
Александр, не раздумывая, сбил электронного шпиона выстрелом из пистолета, подошел к двери и прицелился из пушки. Грянул выстрел. Ему за годы пребывания в лаборатории приходилось видывать всякое, но даже он такого не ожидал. На месте двери как по мановению волшебной палочки образовалась огромная дыра. Края проема кипели и дымились, словно не крепкий металл был съеден, а простой свинец. Александр сделал несколько осторожных шагов вперед и выглянул в коридор. Испуганными и немигающими глазами его рассматривали три десятка вооруженных до зубов наемников.
- О-о! - он юркнул обратно, и его тут же свалило с ног.
Завод сильно тряхнуло. Габриель продолжал крушить здешнюю систему безопасности. Это и спасло биокиборга. Прямо над его головой просвистели бронебойные пули стрелкового оружия и лазерные лучи.
Александр попытался подняться, но вместо этого взмыл вверх как пушинка. На какое-то время гравитационное поле завода вышло из строя – вряд ли Габриель добивался именно этого, но вышло, как вышло. Стрельба прекратилась. Биокиборг быстро сориентировался, оттолкнулся от ближайшей стены и подлетел к проему. Его противники парили над полом, смешно барахтаясь в невесомости. Они не знали, как реагировать на изменившиеся условия боя. Александр, напротив, решил воспользоваться этим преимуществом. Ему хватило нескольких секунд, чтобы оценить ситуацию, изменить тактику и атаковать врага. Холодный расчет и годы тренировок сделали свое дело, его выстрелы были смертельно точны.  Послышались крики, кто-то попытался неуклюже ответить, но Александр вновь скрылся в ангаре.
Гравитационное поле восстановилось так же внезапно, как и исчезло. Александр сгруппировался и без проблем приземлился на решетчатый металлический пол точно на ноги. Не теряя драгоценных секунд, он выбежал в коридор. В этот момент нерасторопные противники только поднимали с пола свое оружие, а кто-то, больно ударившись, потирал ушибленные места и пытался встать сам. Александр стал стрелять в потянувшихся к пистолетам и винтовкам наемников. Бил биокиборг наверняка, но целился по конечностям, ему не нужны были их жизни, он стремился лишь вывести противника из строя. Ничего личного, исключительно самооборона.
Кому-то все же удалось ответить. Александр подпрыгнул, пробежал по стене и, оттолкнувшись, сделал сальто. Все выстрелы прошли мимо цели. В руках биокиборга по-прежнему маячил пистолет повышенной мощности. Оружие стреляло громко, зато эффективно. Атаковавшие биокиборга наемники упали замертво. Против оружия Чана их бронекостюмы – фанерка.
Александр остановился лишь, когда в коридоре стало непривычно тихо. Первый кордон обороны завода он прорвал практически без труда. Оставлять врага за спиной врага за спиной всегда чревато, и биокиборг, не раздумывая, достал электрошокер и поочередно вырубил всех шевелившихся наемников – пусть отдохнут, так надежней и для них, и для него.
Оглядев поля боя, он демонстративно отряхнул руки, дело не хлопотное, лишь бы дальше так фартило, и двинулся дальше к своей цели. За ближайшей дверью все повторилось будто под копирку, жизнь плохой режиссер, второй акт не был оригинален, и Александр чуть было не заскучал. Он расстрелял преграду из пушки,  прорвался внутрь, продемонстрировал чудеса акробатики и расправился с наемниками.
Вскоре это и вовсе стало напоминать бесконечно повторяющийся дурной сон. Дверь за дверью, коридор за коридором, он очень медленно продвигался сквозь выставленное перед ним пушечное мясо. Каждая из групп наемников ужасно тормозила его передвижение к командному мостику завода. Как биокиборг Александр сдерживался, но как человек он уже не мог проглатывать эмоции, злился, столько жертв, зачем они вообще сопротивляются? Приходилось терпеть и помнить –  каждый путь имеет свойство рано или поздно оканчиваться.
Александр ворвался в очередное помещение. Здесь его поджидал неожиданный сюрприз. Враг умнел на глазах, жизнь заставит – не так запоешь, менялась его тактика, менялось и поведение. Едва биокиборг ступил на порог, кто-то кинул к его ногам гранату. Александр отпрыгнул обратно в укрытие и дождался взрыва. Рвануло даже слабо, но стоило ему предпринять новую попытку атаковать, дорогу ему перекрыла завеса огненного града. В его сторону полетели гранаты, ракеты и рои пулеметных очередей. Александр терпеливо дождался затишья и в удачный момент, наведя оружие на самого активного наемника, нажал на спусковой курок пистолета. Однако выстрела не последовало. Конфуз. С лицом нашкодившего ребенка он немедленно ретировался в укрытие и стал дожидаться прекращения вновь начавшегося шквального огня.
Биочип проанализировал причины неудачи. Взгляд Александра сам собой упал на неработающую индикацию пистолета. Первая граната вывела из строя все лазерное оружие. Именно поэтому противник использовал лишь механические средства атаки.
Очередной подарок Чана оказался как нельзя кстати. Как только стихло, Александр выудил на свет второй пистолет, сделал шаг вперед, но завод в очередной раз тряхнуло, и противник со страха продолжил истеричную стрельбу. Биокиборг  заскрипел зубами, хакер напомнил о себе, как икота перед важной речью, совсем некстати.
Александр покопался в рюкзаке и вытащил баллончик с взрывчаткой. Он воодушевился возникшей идеей, вспоминая досконально изученный план однотипного завода, прошел от двери  до самого угла помещения и подорвал часть перегородки. Выбив ногой хлипкую преграду, биокиборг протиснулся в узкий лаз и проник в соседнюю от удерживаемой наемниками комнату, где без труда расправился с тремя часовыми.
Его появления ждали, но никак не со спины. Он резво подбежал к ближайшему пулеметчику, ударил его по ногам и, завалив на пол, выхватил грозное скорострельное оружие. Смертоносная трель зазвучала из шестиствольного пулемета. Руки затрясло. Наемники стали падать как скошенные. Кровавая жатва продолжалась не больше двух минут, но за это время пулемет выплюнул весь боезапас установленной кассеты. Громогласная трель стихла, пулемет зашелестел замолчавшим вращающимся стволом, пока не остановился. В помещении помимо Александра не осталось никого, кто бы твердо стоял на ногах. В клубах синеватой дымки послышались стоны раненых. Кто-то безуспешно попытался отползти от грозного врага подальше.
Александр сменил кассету и устало побрел дальше. Стало чертовски скверно. Мрачные мысли так и стремились завладеть его разумом. Спасли все те же наемники. Из-за угла навстречу ему вынырнул очередной отряд, но под напором огневой мощи пулемета тут же отступил. Захлопнулась дверь. Александр прошел по опустевшему коридору  и подорвал дверь взрывчаткой. Его действиям ответила тишина. Ничего странного – противник, мудреный опытом, отступал и старался не лесть на рожон.
- Слушайте, - не выдержал биокиборг, занеся ногу перед подорванной дверью, - я же вам ничего плохого не сделал. Вы сами стали на меня нападать. Если вы дадите слово, что не тронете меня, я в ответ не стану вас убивать. Годится?
- Да, - отчего-то быстро послышалось за дверью, как будто именно этих слов там и дожидались, у кого-то в голове еще царил здравый смысл.
- Тогда выходите и бросайте оружие.
Александр выбил дверь и тут же спрятался за перегородкой. Ждать не пришлось. Перед лицом смерти жизнь – всегда щедрое и желанное предложение. В поле зрения сначала показался  лишь один наемник, разведчик, который на свой страх и риск полез испытывать судьбу. Она ответила храбрецу взаимностью, и он, бросив свою винтовку,  побежал от биокиборга прочь, вдруг передумает. Но санкций не последовало, и остальные, окончательно убедившись, что Александр держит слово, поспешили последовать примеру товарища.
- У вас есть время, идите к ангару с техникой, летите домой. Это не ваша война.
Наемники, понурив головы, послушались беспрекословно и медленно побрели прочь.
- Стой, - крикнул Александр последнему из них.
- Да? - вздрогнув, ответил наемник.
- Сколько вас еще?
- Без нас около пятидесяти. Я думаю, дальше ты пройдешь без потрясений. Они все забаррикадировались на командном мостике.
Александр кивнул, но задал еще один вопрос:
- Кремень здесь?
- Кто это?
- Седобородый?
- Нет у нас таких. Нас нанял две недели назад в Александрии Луис Алвес.
Александр раздосадовано прикусил губу. Кремень готовился к его появлению, раз укрепил оборону завода только две недели назад. Сам седобородый вряд ли находился на заводе. Но он сделал все, чтобы это путешествие оказалось для биокиборга, как можно, сложнее и кровопролитней.
- Девушек здесь видел?
- Нет, мы чаще всего на грузовых входах отрабатывали.
- Хорошо. Иди.
Лишь только последний наемник скрылся, Александр задумался. Природа человека  определяла его сознание. Все было так просто, что казалось малоправдоподобным, если бы не личный опыт биокиборга. Страх, исключительно страх являлся главным оружием, эффективно действующим на сознание человека. Его силами можно было творить чудеса. Как не парадоксально, именно страх отправлял наемников на верную гибель, именно страх затмевал их разум, мешая сдаться, но именно страх порой позволял сохранить столь хрупкие человеческие жизни.
Александр обдумывал свое открытие и шел навстречу новым испытаниям. Однообразные коридоры сменялись такими же невзрачными отсеками. Его ни разу не атаковали. Наемник сказал правду. Но спокойная обстановка погружала в безрадостные мысли. Биокиборг не знал, радоваться тому факту, что Катерины не было на заводе или нет. Он жаждал спасти ее как можно скорее, и больше всего на свете ему не хотелось подвергать её хоть сколь-нибудь серьезной опасности.  Зловещая тишина отравляла, Александр гнал от себя мрачные мысли, но они, как назойливые мухи, никак не хотели покидать его сознание.
Так и не повстречав сопротивления,  биокиборг беспрепятственно добрался до дверей, ведущих на капитанский мостик. Над дверями, препятствующими проходу,  висела камера, и Александр решил ею воспользоваться. Попытка не пытка, зато совесть спокойна. Он сделал как можно более дружелюбное выражение лица и улыбнулся во все тридцать два зуба. Вышло далеко не ангельски, но, тем не менее, биокиборг адресовал забаррикадировавшимся на капитанском мостике наемникам миролюбивое сообщение:
- Даже не знаю с чего начать, - он развел руки в стороны, - скажу прямо. Шанс у вас только один – сдаться. Это вам докажет и тропа из трупов ваших товарищей, а так же подтвердят те, кто поступил рассудительно и опустил оружие. Вы получили плату за то, что вам не по зубам, и я вам советую поберечь свои зубы, - Александр посмотрел на часы и вновь устремил свой взор на камеру, - даю вам пятнадцать секунд. Открывайте двери. Решим все полюбовно. Мне нужен только седобородый.
Биочип с точностью до сотых отчеканил четверть минуты, но по ту сторону двери так никто и не нарушил тишину. Александр нахмурился. Не хотите, как хотите, полюбовно разойтись уже не получится.
- Что ж, ваш выбор, - грозно заявил он в камеру.
Биокиборг не сомневался: по ту сторону люди дрожат от того же пресловутого страха, дрожат, но не сдаются. Его ультиматум они не приняли, значит, выбирать сторону здравого смысла либо не захотели, либо не смогли. В конце концов, выбор – дело сугубо добровольное, люди сами хозяева своей судьбы.
Александр методично расстрелял вокруг себя камеры и начал действовать. Очень быстро он прочертил баллончиком с С-100 на стене четыре квадрата и выставил детонаторы на максимальную мощность. После этого биокиборг налепил на подрываемые части стен мины, которые по его замыслу должны были пробить намеченные им проходы. Свое появление на капитанском мостике он хотел обставить как можно эффектней. Биокиборг верил, что страх еще мог сломить сопротивление наемников, можно же и малой кровью обойтись.
Александр отступил от стены и потянулся к пульту. Детонаторы сработали одновременно. Громыхнуло со страшной силой. Обломки стен разлетелись в разные стороны. Биокиборг лишь слегка отвернулся от взрыва – он грамотно рассчитал направление взрывной волны и траектории поражающих элементов. Его даже не зацепило, лишь обдало облаком сизого дыма.
Едва первые обломки зычно коснулись пола, а Александр уже побежал в крайний левый образовавшийся проход. Нырнув за стену, он придавил спусковой курок пулемета. Звуки, к которым его слух уже привык, прервали царившую после взрыва тишину. Очень скоро пулеметную трель дополнили крики оборонявшихся наемников. Люди седобородого вынуждено отступили от дверей, чем позволили биокиборгу оценить обстановку.
Командный мостик завода состоял из множества  многоуровневых информационных панелей, проекционных столов и большого числа компьютеризированных блоков управления. Все это торжество человеческого прогресса  сияло и мигало разными цветами как елка в рождественский сочельник. В центре зала возвышалась платформа с отдельным креслом. Именно в нем и должен был находиться управляющий заводом капитан, но его место пустовало.
Наемники открыли ответный огонь с явным запозданием. Они недосчитались десятерых человек, когда своей атакой заставили Александра спрятаться за ближайшим блоком управления. Снопы искр полетели на шлем биокиборга. Совсем рядом с незащищенной частью его лица вспыхнуло пламя.
 Наемники перегруппировались и стали приближаться к Александру единым фронтом. Скользнув по залу взглядом, биокиборг просчитал тысячу вариантов действий и решил задействовать наиболее приемлемый из них.
Александр засунул баллончик с остатками взрывчатки и еще одну мину в огонь и побежал. Пулемет пришлось бросить. Патронов в нем осталось всего ничего, на один «плевок». Раздался взрыв, биокиборг прыгнул, но взрывная волна подхватила его и отбросила за очередной блок управления. О мощности взрыва говорило уже то, что металлические осколки посекли броню защитного костюма, а некоторые из них достали до спины биокиборга. Не смертельно, но неприятно. Огненное облако окатило его с ног до головы. Александр почувствовал всем своим существом, как на открытом подбородке оплавилась кожа. Нос заворотило от собственного запаха, но дело того стоило: тем, кто так жаждал приблизиться к нему, подняться уже было не суждено.
 Наемников стало значительно меньше. Александр посмотрел на деморализованного противника и схватился за шею. Помимо ожога его мучила острая колющая боль. Он скрупулезно ощупал бронекостюм и наткнулся на проломленный участок шлема. Крупный металлический обломок, подобно бронебойной пуле, пробил защиту и впился в шею. Под рукой, просочившись сквозь пальцы, захлюпала липкая и теплая кровь. Александр посмотрел на ладонь и запустил пальцы в рану. Пришлось напрячься. Биокиборг ухватил обломок и дернул, кровь засочилась сильнее, устремляясь по спине под бронекостюм, но стало гораздо легче – осколок электронного блока управления больше не доставлял дискомфорта.
Александр зло выругался, сбросил шлем и схватился за пистолет. В груди закипело. На свободу рвался демон, который  жаждал покончить с этим нелепым сопротивлением. Биокиборг и сам не понял, как эмоции парализовали работу расчетливого биочипа, и Александр подчинился своим инстинктам. Он развил такую скорость, что для него действия наемников стали напоминать движения сонных мух после зимней спячки. Биокиборг расстрелял обойму, вторую, третью. Гильзы летели на пол градом. Силы противника таяли на глазах, и, в конце концов, перед ним остался лишь один раненный наемник. Он пытался отползти от Александра. Но биокиборг быстрым шагом настиг его, перевернул ногой на спину и приставил ко лбу пистолет.
- И был смысл сопротивляться? - захлебываясь эмоциями, закричал Александр, - чего вы добились?
Наемник пытался сохранять самообладание:
- У нас не было выбора. Нам был дан приказ. Если бы ты пощадил, они бы не пощадили.
- Неужели Суарес такой зверь? У меня он прекрасно летал в александрийском небе, - зло усмехнулся Александр.
- Нет. Просто за ним стоят более серьезные люди. Они бы не простили. Для них невыполнение приказа – это смерть. Мы знали, на что идем.
Лицо наемника было на удивление спокойным. Голос его не дрожал, а в глазах читался не страх, но сожаление. Сожаление за свои необдуманные решения, если бы все вернуть, если бы поступить иначе.
- Зачем вы соглашаетесь на такое? Вы даже не знаете, что вас ждет.
- Хорошо платят.
- Кто платит?
- Я знаю только человека с седой щетиной.
Последние слова наемника заставили биокиборга непроизвольно напрячься, на своего врага у него давно выработался рефлекс: боевая стойка и готовность разорвать его на месте. В душе он порадовался, кто-то из наемников все же знал Стеаринова.
- Когда он был здесь последний раз?
- Вчера.
- Он здесь часто бывал?
- Да. Я здесь давно и могу сказать, что это его берлога.
Брови Александра задумчиво нахмурились, биокиборга охватило любопытство.
- А девушки были с ним?
- Вообще у нас была его секретарша – он её вывез неделю назад. А так нет. Хотя до этого появлялись. Две, кажется. Сестры вроде.
Александр зажмурился  и приложил к переносице сжатую в кулак руку. На губах его застыла разочарованная ухмылка, но внутри стало гораздо спокойней. Катерина, как минимум, была жива.
- Так, а у него здесь есть личный кабинет? - допрос продолжился.
- А как же. Вон там, - наемник показал рукой на дверь и поморщился от боли, - там прямо по коридору и будет его комната.
Александр сорвал с его уха радио-наушник с микрофоном и попытался связаться с Габриелем.
- Габриель, ты здесь?
- А как же, - в эфире появился жизнерадостный голос хакера, - вот разобрался с пушками и завис над заводом. У тебя как?
- Пусто.
- То есть?
- Его здесь нет, но он готовился к нашей встрече. Пришлось попотеть.
- Хорошо, где тебя подобрать?
- Я чуть позже скажу. Дело есть.
Оставив наемника на мостике, биокиборг добрался до комнаты Кремня. Дверь  оказалась открытой, что несколько насторожило Александра. Он аккуратно прокрался внутрь, готовясь во всеоружии встретить очередные неприятности.
В комнате загорелся свет. Просторная комната. Здесь было место и для ночлега, и для работы. На стенах висело несколько панелей, а перед ними находился огромный компьютерный сенсорный стол.
Александр прошелся по комнате, оглядел несколько шкафов, но примечательного для себя ничего не обнаружил. Так, хлам один. Тогда он подошел к столу и медленно сел в кресло. На столе замигала подсветка, компьютер включился автоматически. Александр дождался полной загрузки и попытался включить беспроводную связь. Через пару минут он уже фильтровал и скачивал наиболее интересную информацию с компьютера седобородого посредством биочипа.
Неожиданно посередине комнаты возникло голографическое изображение Стеаринова. Та же картинка появилась и на панелях. Александр схватился за пистолет и, оттолкнувшись в кресле от стола, едва не выстрелил голограмме в район головы.
Биокиборг осознал свой конфуз и разочарованно опустил оружие. Стало чертовски обидно, что перед ним появился не сам Кремень, а всего лишь его оцифрованная модель, все проблемы можно было бы решить одним выстрелом. Седобородый молчал и смотрел сквозь Александра холодным, леденящим душу взглядом, как смотрят те, для кого не существует жалости, смирения или прощения. Вдруг он усмехнулся и заговорил голосом полным презрения и ненависти:
- О, значит, ты добрался до моего компьютера. Что ж я тебя поздравляю. Значит, я тебя опять недооценил. Ну, как сказать, недооценил. Я все равно перестраховался. Сомневаться, что мой компьютер станет для тебя любопытной находкой, мне ни разу не пришлось. Я даже оставил там для тебя кое-какую ценную информацию. Впрочем, это ерунда. Вряд ли ты успеешь её воспользоваться. В кресло вшит специальный датчик. Как только ты с него встанешь, сработает механизм обратного отчета, а после, «бух», и все, - Кремень рассмеялся, изобразив растопыренными руками взрыв, - но, если ты решишь дождаться в моем кресле помощи, то и тут я тебя огорчу. Отчет все равно пойдет, лишь я закончу говорить. И даже, если ты не один, все равно у вас ничего не получиться. До ближайшего шлюза со спасительными кораблями не менее пяти минут. И то, если бежать на олимпийский рекорд. Уж, прости, но я специально решил поиграть с тобой. Слишком ты мне много крови попил, и я не могу попрощаться с тобой просто так, - Стеаринов тяжело вздохнул, как было понятно, наигранно и, выдержав мхатовскую паузу, продолжил, - шансов у тебя не будет, зато мне радостно представлять, что ты мечешься в отчаянии перед своим бесславным концом. Ты там себя человеком стараешься чувствовать? Тогда почувствуй настоящее отчаяние, смешивающееся с предсмертным ужасом. Чувствуешь, что воздух уже стал другим? Это смрадное дыханием старухи с косой, стоящей сейчас за креслом, - голос седобородого лишился эмоций, стал неживым, будто сама смерть говорила это Александру, - впрочем, прощай. Ты был интересным противником, но недостаточно хорошим для меня. И да. Последний урок тебе. Не стоило оставлять за собой столько следов. Твоя человечность тебя и погубила.
Стеаринов исчез, зато на его месте возникло изображение дома Ржавого. Хозяин дома был распят на собственной крыше, рядом с ним лежала голова Суареса. Александр выругался. Кремень был последователен. Все ниточки, ведущие к нему, он бесцеремонно рвал.
Странно, но ни отчаяния, ни предсмертного ужаса Александр не испытывал. Напротив, его разум не был затуманен посторонними эмоциями, биокиборг думал хладнокровно, пытался найти лазейку. Не может быть так, чтоб не было выхода.
Скачивание информации завершилось, и Александр опасливо посмотрел на свое кресло. Хорошо еще он раньше времени с него не слез. Сейчас бы уже его останки бороздили околопланетную орбиту Марса.
- Габриель, ты меня слышишь?
- Да, Алекс, слышу. Куда подлетать?
- Не спеши, у меня проблема.
Александр в двух словах изложил суть монолога седобородого. Габриель присвистнул.
- Твой враг настоящий монстр. Где ты его себе только откопал?
- Он сам меня нашел.
- Сочувствую.
- Принимаю.
- Но я тебе скажу, безвыходных ситуаций не бывает. Даже если тебя проглотили выход есть... даже два. Надо только выбрать, какой приятней, - сказал Габриель и хохотнул, как ребенок, порадовавшись собственной удачной шутке.
Мысленно согласившись со словами здоровяка, оказывается, эта же аксиома не давала и ему покоя, биокиборг призадумался. Успев познакомиться с седобородым, он знал, что блефа в его словах было не больше, чем у игрока при каре с четырьмя тузами. Биочип методично отрабатывал вероятный исход самых изощренных попыток спастись, но не одна из них не давала и трети на успешное завершение. Александр прекрасно понимал, что ему прямо сейчас придется выбрать из многих зол меньшее, а на кону стоит его жизнь. Тупик из тупиков, но там, где нет дороги, нужно проторить новую.
- Габриель, нужно совершить невозможное, - наконец, решился Александр.
- Говори.
- Бей по секции сразу за капитанским мостиком. Это комната седобородого. Она с наружной стороны завода. Бей всеми плазматическими пушками. Бей четко в одно место. Мне нужен проход. С воздухом меня выбросит в космос, где у тебя будет несколько секунд, чтобы подхватить меня. И давай начинай действовать. Я не знаю, сколько времени у нас, но уверен, что стоит поторопиться.
- Ты с ума сошел, - закричал Габриель, но тут же спокойно добавил, - но ты, знаешь, познакомившись с тобой и твоей историей, я даже верю в успех этой затеи. Словом, я готов.
- Так стреляй.
Почти сразу завод затрясло. Снаряд разорвался точно в указанном месте, прямо напротив Александра. Затем тряхнуло еще девять раз, и на десятый Габриель свою работу закончил. Стену пробило, и в образовавшийся проем, как в огромную воронку, стало засасывать все, что было в комнате.
- Я уже лечу к тебе, - закричал Габриель, - увидишь трос, цепляйся!
Его голос заглушила сигнализация:
- Внимание разгерметизация помещения. Внимание падение давления, уровень кислорода чрезвычайно низок.
Погасли компьютерный стол и все видеопанели. Александр рванул с кресла и прыгнул. Его тут же подхватило, будто невидимой рукой, и затянуло в воронку. Такой проверки на прочность в лаборатории он не проходил. Александр рисковал, но рисковал осознано. Если не космос, то его погубит сам завод.
Биокиборг не успел насладиться невесомостью, «Беркут» оказался совсем рядом. Габриель, как первоклассный пилот, делал свою работу с ювелирной точностью, мастер с большой буквы.
- Держись, - кричал он, искусно орудуя штурвалом, - от возбуждения его трясло, - я тебя вытащу.
Александр держался. Хладнокровие не покидало его, мысли о неудаче он тщательно отсевал. «Беркут» пролетел чуть выше биокиборга. Над головой Александра открылся люк, и из него выплыл огромный металлический трос.
Биокиборг вытянул руку и крепко вцепился в плетенный канатом металл. Его дернуло так, что едва не оторвало конечность. Нечеловеческая сила спасла его в очередной раз. Он схватился за трос второй рукой и намертво прижался к нему. «Беркут» тут же повернул в сторону от завода.
Яркая вспышка заставила Александра обернуться. Огненный шар рос за спиной и силился накрыть космолет Габриеля. Седобородый не подкачал, взрывчатки не пожалел. Взрыв был чудовищной силы, завод перестал существовать.
Хакер сориентировался, и включил двигатели лебедки. Трос дернул вверх, и Александра потянуло внутрь «Беркута». Едва биокиборг показался в отсеке, как корабль накрыло пламя. Припалило кожу, волосы,  но закрывшийся люк прервал очередную проверку биокибернетического организма на прочность. Габриель включил ускорители двигателей, и корабль гордой птицей выскочил из адского облака.
Началась подача воздуха. Давление быстро пришло в норму, и когда биочип оценил условия как жизнеспособные, Александр жадно и глубоко вдохнул. Жизнь продолжалась, но это было невероятное спасение.
Пошатываясь, он поднялся на ноги. Все тело болело. Лицо горело. Припаленные волосы жутко торчали. Усталость отдавала тошнотой. Александр потерял равновесие, стал заваливаться на пол, но ворвавшийся в отсек Габриель вовремя подставил свое плечо. Хакер сиял от радости.
- Вот это сумасшедший мне напарник достался, но как я этому рад.
- Спасибо, Габриель. Ты меня спас.
- Не стоит, пошли отлеживаться.
- Пойдем.
Вдвоем они доковыляли до каюты.
- Поспишь здесь, - сказал здоровяк, открывая двери.
Он помог Александру добраться до медицинского модуля и спросил:
- Кремень сбежал. Что теперь?
- Теперь на футбол, - улыбнулся обожженными губами Александр и завалился на койку.
Габриель промолчал, подумав, что биокиборг после пережитого бредит. Он поспешил обратно за штурвал, еще не подозревая, что им предстояло срочное путешествие на Луну.

Глава 4

Через несколько часов Александр проснулся и уставился немигающими глазами в потолок. Он дотронулся до лица. Пальцы нащупали мягкую новую кожу. Процесс регенерации завершился, организм больше не чувствовал усталость и настойчиво просил есть. Александр потянулся к рюкзаку, решив трапезничать тем, что любезно предоставил ему Чан. Он покрутил в руках белый тюбик и неторопливо открутил колпачок.
Отсутствие какого-либо вкуса или запаха у содержимого тюбика не смутило Александра. Все недостатки еды компенсировались её практичностью. Не проглотив и пятой части порции, биокиборг потерял чувство голода и почувствовал настоящий прилив сил. Александр подивился чудесной еде Чана и выудил из рюкзака гражданскую одежду: бронированные брюки и куртку. К ним прилагалась инструкция. Оказалось, вещи могли менять цвет и фасон по желанию владельца. Настоящая находка для шпиона.
Остановившись на синем цвете брюк, на серовато-зеленом оттенке куртки, Александр быстро оделся и направился в кабину пилота, где увидел Габриеля, чуть сгорбившегося за компьютерной панелью. Биокиборг беззвучно прошел мимо него и сел в свободное кресло.
- Где мы?
Здоровяк вздрогнул – не услышал биокиборга, не отрываясь от панели, ответил:
- В нескольких часах от Марса, дрейфуем. Я думал, что ты сутки будешь отлеживаться после такого.
- Нет, хватит лежать.
Хакер удивленно вскинул брови и покосился на биокиборга. Александр перехватил его взгляд – любопытный и немного завистливый.
- Пустяки, я и сам не до конца знаю предел своих возможностей.
- Впечатляет.
- Я думаю, ты еще больше удивишься, если я скажу, что совсем недавно был при смерти, и на мне не было живого места, а потом сбежал из военного госпиталя, взяв в заложники Мильке.
- Расскажи подробней, - оживился хакер.
Габриель при более тесном знакомстве оказался добродушным и любопытным молодым человеком. Ему было немногим за тридцать. Природа не обделила его  физической силой, но при этом даровала прекрасные умственные способности. Настоящий богатырь, уникум. По антропометрическим характеристикам он даже  превосходил биокиборга, хотя и сам Александр был далеко не крошечным человеком. Габриель не выглядел Аполлоном, скорее к его персоне больше подходило слово «глыба». Он как маленький ребенок заливался рассказу Александра о побеге из госпиталя, при этом особенно умилялся тем моментам, где  биокиборг позволял себе вольности по отношению к генералу.
- Вот, это ты даешь. Ха-ха.
Александр засмущался, а Габриель вдруг серьезно спросил:
- Значит, ты выбрал сторону Конфедерации?
- Нет, я на своей стороне, просто сейчас наши дороги пересеклись, и мы движемся в одном направлении.
Здоровяк понимающе кивнул.
- Кстати, что там по поводу футбола?
Александр удивился вопросу, но быстро сообразил, вспомнил свои слова, произнесенные в грузовом отсеке «Беркута».
- Так ты не в курсе?
- Нет, Мильке приказал сопровождать  тебя, назвал завод, охранную систему которого я должен был нейтрализовать.
- Он тебе доверяет?
- Почему нет? Я служу своей стране, и искренне считаю, что делаю что-то хорошее в своей жизни.
Александр проникся еще большим уважением к хакеру. Честно выполнять свою работу, верить в то, что делаешь – настоящее духовное богатство человека. Жаль, но большинство людей живут бедно. Нищие духовно не могут выбрать себе идею, которой стоит посвятить жизнь, и обогатиться. Они бессмысленно ищут, ведь людям свойственен её поиск, но не находят и сбиваются с пути. Поскольку идея порождает цель, существование человека становится бесцельным, а значит и бессмысленным. К счастью, у Александра и с идеей, и с целью обстояло все в порядке, в этом они с Габриелем были одного поля ягоды.
Биокиборг вкратце рассказал хакеру, как обстояли дела с поиском седобородого. Идея с посещением футбольного матча показалась Габриелю очень занятной.
- Стеаринов этот просто как мыло из рук ускользает всегда. Кто-то ему помогает в этом и подчищает за ним все следы. Столько лет ищем его, а у нас, к сожалению, на него нет ничего. Но я и так с удовольствием схожу на футбол. Сто лет не был на Нью Траффорде. Лунные дьяволы – команда звезд, команда мечты.
- Тогда иди и переоденься, у меня для тебя есть презент от главы Военной Академии наук. Найдешь в рюкзаке.
- А я как-то не так выгляжу?
Александр скептически посмотрел на его бронекостюм.
- Будет тяжело затеряться в таком виде среди гражданского населения.
Габриель почесал затылок, пожал плечами, но совету новоиспеченного напарника внял. Он отправился в каюту, а Александр тем временем стал перебираться всю информацию, что забрал с компьютера  седобородого на заводе.
Хакер вернулся минут через пять. Он был одет в точно такие же брюки и куртку, как и у Александра. Посмотрев на однотипную с похожими цветами одежду биокиборга, теперь скептиком выступил Габриель:
- И ты хочешь сказать, что в таком виде мы точно не вызовем подозрения?
Александр приложил палец к губам.
- Тс!
Требование помолчать выглядело странным. Биокиборг сидел с отрешенным взглядом и ничего не делал. Совсем ничего не делал. Хакеру показалось, что его напарник копался в себе или медитировал. Но Александр, вдруг прозрев, сам повернулся к здоровяку. Глаза биокиборга интригующе заблестели.
- Вот это да.
- Что?
- У тебя есть беспроводная связь с бортовым компьютером?
Габриель потянулся к экрану, нажал на несколько эмблем, и биочип свободно соединился с компьютерной системой «Беркута». Александр вывел на экран самой большой панели то, что посчитал наиболее интересным. Хакер стал читать, тут же впал в оцепенение, стал напоминать филина – округлившиеся, на выкате глаза не моргали, лицо вытянулось.  Не отрываясь от экрана, будто под действием гипноза, он плюхнулся в свое кресло. Перед ним было личное дело седобородого.
- Стеаринов? - удивился Габриель, - Новиков Илья. Родился 18 апреля 2932 года. Да он в самом рассвете сил. Так, это ерунда, ерунда, - Габриель пробежался вниз по тексту, - ого, в 2954 году в составе межзвездной экспедиции лейтенантом космического десанта участвовал в проекте «Поиск». Так-так. Спецоперации, спецоперации. Ого! Полковник запаса космических войск Конфедерации. Награжден Орденом мужества, медалью Почета, званием героя Конфедерации, полный кавалер ордена Полководцев. Вот это да! - Габриель сидел с открытым ртом, - Где ты это взял?
- Успел слить с его компьютера.
- Гений. Есть что-то еще интересное?
- В основном информация на тех, кому давались взятки среди чиновников за оказания тех или иных услуг. Информацию он подчистил. Остались один отребья. Чиновники мелкие. А личное дело, наверно, оставил, чтобы я перед смертью восхитился своим противником, - задумчиво произнес  Александр.
- Мания величия.
- Да нет, скорее излишний пафос. Свяжись-ка с Мильке.
Габриель набрал нужную комбинацию на панели компьютера. На «Беркуте» он не жаловал визуализацию через голографические проекции, поэтому суровое лицо генерала появилось на самом большом экране корабля. Мильке в упор рассматривал свои часы, почти дышал в них.
- Что у тебя Габриель. Почему я тебя не вижу?
- Это не столь важно, генерал, - сказал за хакера Александр, - вы сейчас можете говорить?
- Алекс, - обрадовался Мильке, - это хорошо. Могу. Я у себя в кабинете. Говори.
- Завод отпадает.
- Да я слышал. У нас вся полиция на ушах. Взрыв на заводе. Все СМИ об этом трезвонят.
- О, как, - пробормотал Габриель, - опять эти стервятники журналисты.
- Габриель, ты нашумел и наследил! - выговорил ему Мильке, - я уже волноваться начал. А случись с вами что?
- Сэр, это не я. Это Кремень устроил Алексу на заводе засаду. Он еле ноги унес.
- Это правда?
- Да, - безразлично ответил биокиборг, - и вот еще что. Я с компьютера седобородого успел извлечь кое-какую информацию. Переброшу её Чану. Нужно, чтобы вы срочно посмотрели. Посмотреть есть что.
- Как срочно?
- Прямо сейчас. У нас есть личное дело седобородого.
- Что? - в его вопросе читалось не удивление, а шок.
- Да-да. Вы же всегда хотели знать, с кем столько лет воюете. Я думаю, если вы сможете задействовать ваши ресурсы, то по фактам его биографии многое сможет открыться.
- Спасибо, друзья. Вы не представляете, что вы нарыли, - взволновано проговорил генерал.
- Представляем. Мы летим на Луну.
- Добро, а я тогда пулей к Чану. Да, - вдруг опомнился Мильке, - А Кэт? Ты её обнаружил?
- Нет, - совсем понуро ответил Александр и стал дожидаться, когда генерал покинет эфир.
- Ладно, - бросил Мильке понимающе и отключился.
Сеанс прервался. Нахмурившись, Александр снова попросил Габриеля:
- А теперь свяжись с Чаном. Он в Жукове.
- Я в курсе.
Габриель повторил манипуляцию с компьютерной панелью, и через несколько секунд тишины на экране возник улыбающийся старик.
- Доктор Чан, это Алекс.
- Алекс, ты жив, я очень рад.
- Доктор Чан, мы сейчас вам скинем очень важную информацию. Мильке уже на всех порах мчится к вам.
- Хорошо, - Чан посмотрел куда-то в сторону, - Генри предоставь доступ другу. Он нам кое-что сбросит.
Александр улыбнулся. Друг всегда рядом даже, если это не так. Не расстояние меряет эту близость, что-то более существенное.
- Он у вас уже на подхвате?
- Я же старый, мне же тяжело, мне же нужен помощник, так он выразился, - засмеялся Чан.
- Вполне ожидаемо.
- Давайте без сарказма,  - на экран вывелось сообщение от Генри, - я готов принять всю информацию.
- Говорит, можете высылать, - повторил его слова старик.
Габриель сбросил всю полученную от Александра информацию на Стеаринова и всех продажных чиновников Конфедерации, о которых упоминалось в записях седобородого. Процесс занял немногим более минуты.
- Доктор Чан, - обратился биокиборг к руководителю Академии.
- Да, мой друг, - будто ожил начавший скучать старик.
- Там есть информация на седобородого. Нужно пробить все пункты его биографии.
- Кремень? Ты снова нашел зацепку?
- Теперь с уверенностью можно сказать «да».
-  Это очень хорошая новость. Мы все сделаем. Главное, чтоб не впустую.
- Спасибо.
- Удачи, Алекс. Возвращайтесь невредимыми и найдите Кэт, - напутственно пожелал ему Чан и отключился.
- Я ушел тоже, - напоследок снова появился Генри, - держись, друг. Я с тобой.
На панели компьютера отобразился знак разрыва всех соединений. С чувством выполненного долга Александр повернулся к Габриелю и, поглядев на одинаковую с ним одежду, улыбнулся:
- Значит, говоришь, что сразу вызовем подозрение? А так?
Он коснулся внутренней части кармана куртки Габриеля, и она стала красной. Хакер чуть не подпрыгнул.
- Что это?
- Разработка Чана. Он мастер всяких подобных штук. То же можно сделать и с брюками. К тому же одежда еще и бронированная.
- Да ладно?
- Проверим? - подмигнул Александр.
- Доверяю таланту старика, - постарался очень быстро ответить Габриель, кто его знает, что было на уме биокиборга.

***

Мильке влетел в дом Чана с прытью гнавшегося за добычей лиса. Он выдавливал из себя максимум, на который организм был способен, что сказывалось на его внешнем виде. На лбу его гирляндами висели капельки пота, генерал тяжело дышал и покашливал. Что и говорить, возраст и сидячая работа делали свое подлое дело. Это в молодости он мог выиграть первенство среди младших офицеров по самому длинному марш-броску. Теперь же для него одним из самых важных марш-бросков был именно этот. И он с ним героически справлялся.
 Чан встретил старого товарища как всегда приветливо и заботливо проводил к своему домашнему компьютеру. Генерал жадно впился в экран видеопанели и стал листать документы на всех чиновников, умудрившихся связаться с седобородым.
Чем дольше генерал читал, тем явственней понимал, что информация была оставлена на компьютере хоть и впопыхах, но с явным знанием дела. Крупная рыба так и осталась в темном омуте, а ему досталась лишь скромная мелочь. Все указанные в документах предатели Конфедерации занимали слишком скромные посты и были совершенно не связаны друг с другом. Это несколько удручало, но давало ясную картину – к Стеаринову они, наконец, подобрались совсем близко.
- Что скажешь? - спросил генерала Чан.
- Все это очень интересно, но не значительно.
И все же среди небогатого улова биокиборга повстречалась одна очень солидная рыбешка.  Её-то Мильке уготовил себе на десерт. Он начал смаковать каждое слово из личного дела седобородого и остановился на его участии в проекте «Поиск».
Генерал вновь заколдовал над компьютером. Он зашел в секретный архив Министерства Обороны,  ввел пароль и стал рыться в бесконечных списках папок и файлов. Его интересовал 2954 год. Папка нашлась быстро, но в ней ни слова не встретилось о проекте «Поиск». Генерал озадачился, но тут же начал искать не по годам, а по секретности проектов. Неудача подстерегла его и здесь. Мильке заскрипел зубами, но поиск не прекратил. Ему стало не по себе. Кто-то даже в секретном архиве Министерства Обороны умудрился подчистить информацию. Это переходило все дозволенные границы. Противник был невероятно могуществен, и он по-прежнему оставался в тени. Война продолжалась вслепую.
- А что, если попробовать так, - пробубнил Мильке под нос и принялся искать вновь.
Он обратился к информации по межзвездным путешествиям. Экран устлали фотографии и схемы первых межзвёздных кораблей. Следом пошло описание кораблей современных, и, наконец, генерал наткнулся на то, что искал. Мильке жадно впился глазами в список всех межзвездных путешествий, осуществленных Конфедерацией. Таких насчиталось девятнадцать, но пилотируемыми  в рамках проекта  числились только три.  Генерал прочитал текст и разочарованно откинулся на спинку удобного кресла. Ничего примечательного он не нашел: только год, название проекта и состав участников. Мильке, сдавшись, уже хотел подняться с кресла, как вдруг заметил знакомую фамилию. В глазах расплылось все, кроме составляющих фамилию букв.
- Бо-р-дж-иа, - медленно проговорил он.
Чан понял все без слов, но, тем не менее, спросил:
- Неужели, правда?
Мильке вдруг повернулся и со всей серьезностью заявил:
- Брюс, дорогой. Послушай сам себя. Сенатор действует вопреки логике и здравому смыслу. Он ставит мне палки в колеса. Он знает, что я самый лютый борец за спокойствие нашего государства. И тут оказывается, что самый заклятый враг Конфедерации служил в одно время с ним. Да еще и под его руководством.
Чан посмотрел на экран и перечитал:
- Руководитель проекта майор Борджиа.
Старик захлопал глазами и замолчал. Ему было неприятно, весьма неприятно осознавать, что столь высокий чин в системе управления Конфедерации мог оказаться предателем. Он не отрывался от экрана до тех пор, пока его не привлекла еще одна фамилия.
- Смотри, Маркус. Фрост.
- Где, - не скрывал своего удивления Мильке.
Чан ткнул пальцем на текст.
- Ведущий специалист научной группы – Орландо Фрост.
- Вот так задача, - присвистнул генерал.
- Что делать, Маркус?
- Проверять.
Мильке снова обратился к архиву. На этот раз он откопал личное дело Джанлуиджи Борджиа.
- Иди сюда, проказник, - процедил генерал со всей вселенской злостью и открыл файл, - Итак, родился в 2023 году. Посмотри, да он почти не изменился.
С фотографии на них смотрел все тот же черноволосый человек. Только лицо его было несколько худее.
- Это не беда. Нынче никто не хочет стареть, - ответил Чан.
- Так, проект «Поиск», спецоперация «Возмездие». Интересно у Стеаринова-Новикова она есть?
Мильке снова заглянул в личное дело Кремня и возликовал. Седобородый принимал участие в этой операции тоже. Генерал вывел на экран оба личных дела. По его спине поползли мурашки. Их послужной список был полностью идентичен на протяжении двадцати пяти лет. И только в 2989 году их пути разбежались. Борджиа ушел в политику в статусе отставного генерала космических войск, а вот у Кремня личное дело на этом обрывалось необычной строчкой «пропал без вести при невыясненных обстоятельствах».
- Что за ерунда? - вспылил генерал, разговаривая сам с собой, - Так, что у нас там, в 2989-м? Проект «Поиск-3».
По году и по названию поисковая строка опять отозвался пустым окном. Мильке заерзал, не находя себе места. Его ладони покрылись испариной, руки от волнения  и вовсе задрожали. Он ругал себя за ненужные эмоции, но легкое нетерпение сверлило в груди. Его не покидало чувство того, что он находился в шаге от большого открытия.
 Генерал вновь пробежался по списку всех межзвездных проектов и заметил в конце текста маленькую сноску: «Подробная информация по проектам находится в архиве АКС». Мильке ткнул в сноску пальцем.
- Агентство космических исследований – абсолютно секретная неправительственная организация, - улыбнулся он, - знаешь, кто курирует?
Чан и бровью не повел:
- Борджиа.
- Бинго!
- Но на агентство твои полномочия не распространяются?
Мильке скривился.
- На них даже президент управы не имеет. Они отчитываются только перед сенатским Комитетом стратегических инициатив. Но там опять главенствует Борджиа.
- Летим к президенту, - серьезно заявил Чан.
- Давай ты лети к нему, а я отправлюсь на Луну. Попробую помочь ребятам с седобородым
- А Фрост?
- Я с ним поговорю перед отлетом. Он вроде бы еще на Марсе.
Истончавший  злобу и жажду мщения, от нетерпения не находивший себе места хитрый лис Мильке и удрученный вскрывающимися подробностями старик Чан сидели еще какое-то время и смотрели на монитор. Масштабы бедствия поражали умы видавших многое в своей жизни людей. И если генерал выглядел более-менее подготовленным к новой реальности, то старик, отошедший от житейской грязи, был по-настоящему деморализован. Впрочем, это никак не влияло на его желание сделать что-то посильное, чтобы спасти свой старый и, как оказалось, хрупкий мир. Он так считал, на том стояли все его устои. И пусть наступало время больших перемен, Чан не собирался плыть исключительно по его течению, не на того напали.

***

О Луне Александр знал многое. За долгие годы в стенах лаборатории он зачитывался историей колонизации спутника Земли и засматривался её красотами на многочисленных изображениях. Но прочитанное и увиденное не шло ни в какое сравнение с тем, что биокиборг увидел собственными глазами в тот момент, когда Габриель включил двигатели торможения, а Луна вдруг оказалась перед носом «Беркута». Восторг лишил его дара речи, и лишь самообладание не позволило раскрыть рот от удивления. Хакер увидел, как изменился в лице его напарник и понимающе ухмыльнулся.
- Что первый раз вживую видишь её?
- Да, - ответил Александр, не отрывая взгляд от серебристой сферы.
Луна для биокиборга стала открытием невероятным, почти невообразимым. Реальность была такова, что даже с Земли её спутник больше не виделся безжизненным.  Луна переливался яркими огнями многочисленных купольных биосфер. Под такими куполами, выполненных из стекло-титана, Александр без труда видел огромные зеленые кляксы – следы городов-оранжерей и огромных лесов, заточенных в сферах жизни на некогда однообразной пепельной поверхности. От начала колонизации за почти тысячу лет города умудрились отвоевать у безжизненных ландшафтов Луны больше трети ее территории. Вид земного спутника очаровывал. Нечто магическое и совсем нерукотворное виделось в Луне. Эта магия так и притягивала взгляд, особенно, когда под тем или иным куполом собственная атмосфера производила клубившиеся облака и заставляла проливаться их безмятежным дождем с разрядами неспокойных, но страшно красивых молний.
По соседству с лунными оазисами, как и встарь, ютились подземные города. На поверхность выходила лишь небольшая их видимая часть. Сравнение с айсбергом в этом случае было как нельзя уместным, ведь под слоем грунта бурлила такая жизнь, что в сравнении с ней жизнь любого муравейника могла показаться обывателю спокойной и размеренной. По многочисленным транспортным системам люди устремлялись на многие десятки метров вглубь малой планеты. В подземной части лунной колонии билось ее сердце, поскольку  именно здесь трудами ее жителей существовала основная часть промышленности Конфедерации, научные центры и секретные лаборатории.
Среди столь пестрой картины лунного пейзажа своим неподдельным величием отличалась столица колонии – город Авалон. Город заставлял удивляться человеческому гению и восхищаться масштабом его мысли. Здешняя архитектура поражала смелостью решений творца этого чуда света. Многоуровневые шпили небоскребов устремлялись от поверхности ввысь и пронзали насквозь купольную часть биосферы, придавая городу вид  средневекового замка с башнями.
Для людей Авалон еще с момента строительства стал сакральным местом, местом с особенной аурой. Его стремились и просто посетить, и покорить, отчего численность города приходилось жесточайшим образом контролировать и пресекать любые попытки незаконной миграции. Благодаря богатству и роскоши Авалон являлся недостижимой целью миллионов простых смертных, городом, в котором их собственные мечты, казалось, приобретали осязаемые черты, имели вкус, запах и, в конце концов, отчего-то виделись сбывшимися.
Луна становилась все ближе, и Александру пришлось отвлечься от созерцания её роскошной столицы. «Беркут» приближался к морю Ясности, где под единым гигантским куполом утопали в зелени и разнообразии архитектурных стилей Мун-Йорк, Лунный Новгород и столь желаемый Александром Мунчестер. Города между  собой разделяло настоящее море, названное в честь великого исследователя водных глубин морем Кусто. Оно, как и полагалось, то штормило, то засыпало в безмятежности, отчего и меняло свой цвет. В ясный погожий день море манило теплыми оттенками аквамарина, а в непогоду отпугивало безжизненно серыми тонами.
Александр все это время сидел, проглотив язык, не позволял себе отвлекаться на пустые разговоры. Лишь однажды, когда столица Луны, оказалась в стороне, он осторожно, не в силах себе отказать в этом, спросить с детской наивностью:
- В Авалон сейчас никак не попадем?
- Смотри сам, но это далеко от Мунчестера, а у нас, не забывай, футбол на носу.
Биокиборг, спрашивавший больше себя, чем Габриеля, разочарованно вздохнул:
- Да, можем не успеть. В другой раз слетаю.
- Могу в свободное время стать провожатым.
В ответ Александр с благодарностью улыбнулся и предался мечтам. Ему вдруг ясно привиделись те дни, когда он, освободившись от обстоятельств, врагов и союзников, пустится в грандиозное путешествие по всем уголкам Конфедерации. Он, Катерина и, конечно, Генри, если кот только согласится на такую авантюру. Странно, но почти несбыточные мечты нисколько не портили Александру настроения, наоборот, придавали и без того железобетонной решительности еще большую крепость.
Он тряхнул головой, сбивая волну сладких грез, и посмотрел на Габриеля. Хакер содрогнулся. Глаза биокиборга залились совсем не добрым блеском. Естественно, не добрым для всех его врагов, но откуда это знал здоровяк, помнивший этот блеск перед своим первым нокдауном. А между тем метаморфозы его напарника были явлением вполне закономерным, поскольку, находясь вдали от тисков науки, Александр все меньше скрывал свои эмоции. Он учился жить, жить так, когда ничто человеческое уже  не чуждо.
- Море Ясности почти целиком закрыто обитаемым куполом, - заговорил Габриель, поясняя видимую в огромном окне «Беркута» картину, - три города под ним расположены треугольником. Наш Мунчестер – на Западе. Сам защитный купол над городами имеет форму круга. Это купол как под, так и над лунной поверхностью опоясывает целый технический городок. Он никак не называется, но в нем курсирует кольцевой поезд, а помимо этого живут и работают люди, обслуживающие все три города. Там же расположены все стоянки и зоны техобслуживания космолетов. Так называемое техническое кольцо вокруг купола делится на секции, обозначенные латинскими буквами по ходу часовой стрелки. Наш сектор – взлетно-посадочный комплекс под литерой «F».
Габриель замолчал, давая биокиборгу время на усвоение информации. Однако Александр, до этого внимательно его слушавший, вдруг повернулся к нему и сказал:
- Да, я знаю. Космопорт для прибывающих гостей и жителей моря Спокойствия. Знаю, насколько он рассчитан мест, на какой пассажиропоток. Удивительно сколько я вообще знаю о Луне, находясь здесь впервые, - бикиборг задумался, но увидев скептически удивленное выражение лица Габриеля, продолжил, - нет, правда. Я зачитывался в свое время рассказами, видел много фотографий, изучал статистику, периодику. Знаешь ли, мое детство не отличалось разнообразием, а изучение новых мест скрашивало пребывание в четырех стенах.
Хакер поджал губы, понимающе кивнул и на сверхмалой скорости развернул корабль к нужному сектору.
- Я борт 140876, прошу разрешения на стоянку, - обратился он диспетчерам.
- Приветствуем вас, борт 140876. Планируемое время пребывания на Луне? - ответил ему голос сонного диспетчера.
- Меньше недели.
- Хорошо, ваш терминал – седьмой. Приятной посадки. Температура в Мунчестере, как и всегда, двадцать три градуса. Сегодня пасмурно. Истинно английская погода, истинно футбольная погода.
- Спасибо, - хакер завершил сеанс связи и направил корабль в указанном диспетчером направлении.
По сути дела, Габриель был прав, назвав техническое кольцо вокруг купола жизни городом. Его плоская крыша была усеяна различными по форме автоматическими воротами, из которых постоянно вылетали или в которые залетали самые разнообразные средства передвижения. Над каждыми из ворот красовалось огромное информационное табло с римской цифрой, обозначающей номер терминала.
«Беркут» влетел в ворота с зеленой семеркой на табло и оказался в туннеле. Внутри его царил полумрак, разбавленный красными фонарями под сводом и синими у основания туннеля. Корабль какое-то время резво двигался вперед, пока перед ним не появился переливающийся розоватым оттенком климатический экран, являющийся защитным барьером для остальной части туннеля. Экран препятствовал утечке воздуха, что существенно снижало время на взлет и посадку кораблей, поскольку транспорту не требовалось проходить очередную шлюзовую камеру.
Габриель сбавил скорость, и «Беркут» плавно и неторопливо ворвался в просторный зал для стоянки кораблей, который отдаленно напоминал пчелиные соты. Он состоял из бесчисленного количества парковочных боксов, куда при наличии свободных мест диспетчеры и направляли корабли.
На очередном информационном табло значилась важная для пилотов информация о количестве свободных мест и расположении свободных посадочных боксов. Александр прочитал вслух:
- Всего – три тысячи кораблей-мест, занято – тысяча девятьсот двадцать.
Габриель, руководствуясь зелеными стрелками указателей, прилунился в нужном боксе и расслабленно откинулся на спинку своего кресла.
- Вот мы и на Луне, поздравляю.
- Спасибо. Жаль, нет времени побродить здесь. Нужно успеть купить билеты.
Торопливо покинув корабль, они оказались перед выехавшим к ним из стены терминалом идентификации личности. Александр о себе позаботился заранее, а у Габриеля, как биокиборг и предполагал, появились новые часы с функцией перепрограммирования чипа. Идентификационный контроль они прошли под именами Александра Колчака и Габриеля Пери и, подвергнувшись процедуре осмотра на наличие запрещенных предметов в сканирующей рамке, официально оказались на территории лунной колонии.
Горизонтальный лифт домчал их до административной части космодрома. Здесь их еще раз проверили, на этот раз полицейские, местный персонал заставил их оплатить недельное нахождение «Беркута» в боксе, чем привел в бешенство Габриеля. Хакер долго возмущался взысканной с него суммой, называя официальные власти низкосортными грабителями. Александр сдерживал улыбку и  не вмешивался. В конце концов, здоровяк имел полное моральное право на критику – уплаченные деньги шли из его личных сбережений. А Габриель, зарабатывая их потом и кровью, знал им цену. 
Вскоре пришлось потратиться вновь. Билеты на кольцевой поезд стоили тоже не дешево, но хакер, стараясь не показывать свою скупость, на этот раз вежливо промолчал. Он лишь насупился и, войдя в вагон, молча сел поближе к окну. На третьей остановке Габриель головой показал биокиборгу на выход и повел своего напарника на пересадочную станцию. Спустившись на уровень ниже, напарники сели в поезд, идущий теперь уже непосредственно в Мунчестер.
Пока они ехали в туннеле, Александр претворялся спящим, но стоило поезду вынырнуть из технического городка на свет, он заметно оживился. В окне мелькали леса, поля, дороги и даже небольшие селения. Все это навевало воспоминания о Марсе, хоть и выглядели здешние пейзажи излишне картинно. Слишком уж чувствовалась искусственность царившей под куполом атмосферы. Александр поднял глаза и понял, почему так происходило. Купольным территориям недоставало синего неба, ведь свод купола венчала унылая черная бездна и одинокий серп Земли.
Вскоре погода, как и обещал диспетчер начала портиться. Силясь перерасти в ливень, зашел небольшой дождик. Тихий и спокойный. Он пришел вместе закрывшими купол серыми хмурыми тучами, которые поглотили собой бездонную тьму космоса. Стало уютней, совсем по-домашнему. Александр улыбнулся застучавшим в окно каплям. Их трясло, плющило от скорости и, как только они собирались вместе, срывало со стекла прочь.
Впереди уверенно рос Мунчестер. Сначала появился невысокий пригород, затем дома стали подрастать. Они были совсем не похожи на марсианских гигантов и напоминали простые небоскребы, характерные для Земли XXI века. Александра забавляло: так долго по поверхности чего-либо он не передвигался. Но для купольных территорий размеренность и спокойствие ритма жизни являлись нормой. Здесь не был развит воздушный транспорт, отчего средства передвижения теряли в скорости. Впрочем, благодаря грамотной организацией движения это обстоятельство не создавало для транспортной системы Мунчестера никаких проблем. С грамотной организацией и планированием здесь вообще был полный порядок. В окне каменные джунгли регулярно сменялись огромными парками. И это Александру нравилось больше, чем то, что он видел в суровом и мрачном Аресе.
Поезд тем временем прибыл на Лунный Пиккадилли, железнодорожный вокзал Мунчестера, и начал замедлять ход. Габриель лениво потянулся к выходу, увлекая за собой Александра. На перроне уже толпились встречающие пассажиров местные жители. На их лицах читалась беззаботность и доброжелательность. Уже на первый взгляд лунные жители показались биокиборгу значительно симпатичней марсиан. Их симпатия  проявлялась в отсутствии у них хищных и суровых взглядов, что, в прочем, легко объяснялось экономическим фактором. Луна была и богаче Марса, и экономически его развитей. Хотя Александр нисколько не сомневался – жизнь научила, что копни глубже, он и здесь мог бы найти трущобы с несчастными жителями, опустившимися маргиналами  и недовольными лентяями.
Двери открылись, и Александр, ступив на перрон, глубоко вдохнул. В воздухе витал ненавязчивый запах роз. Габриель заметил, как его напарник закрыл глаза, и обронил:
- Да, розы. А вот в Лунном Новгороде пахнет фиалками. Не знаю почему, жители так решили, - тут он махнул рукой, - а что я тебе рассказываю, ты и так все знаешь.
- Знать умом, и знать чувствами – разные вещи.
Биокиборг открыл глаза, хакер рядом уже не было – он пошел по перрону в сторону выхода в город. Габриель на ходу обернулся и начальственно прикрикнул:
- Пошли. Нам еще до Траффорда добираться.
А Александр, сохраняя внешнее спокойствие, сдерживал бушевавший внутри него океан эмоций. Все слилось: и ненависть к седобородому, и восхищение Луной, и чувства к Катерине. Его человеческая натура жила полной гаммой красок.
Но эмоции эмоциями, а биочип тем временем держал ухо востро. При внешнем благодушии, Александр все равно был готов в любую секунду броситься в драку, начать бой с любым противником. Пусть глазами он любовался городом, его слух продолжал неусыпно выискивать каждый странный звук в шуме огромного Мунчестера. Александр был на войне, ставки в которой росли с каждой секундой.

***

Кремень сидел в номере гостиницы «Лунная соната» в центре Мунчестера перед небольшим стеклянным столиком, на котором лежал его портативный компьютер. Размер компьютера не превышал габаритов спичечного коробка,  корпус черного цвета был выполнен из высокопрочных композитных материалов. Стеаринов смотрел на него и никак не решался включить. Он сидел спиной к видео-стене, где  уже битый час не унимались новостные агентства. С запозданием они смаковали кадры разрушающегося взрывом завода. Репортеры по крупицам разбирали видеокадры с пролетавшего мимо грузового корабля.
- По официальным данным весь находящийся на заводе персонал погиб, - в очередной раз вещала абсолютно не к месту томным голосом красивая ведущая, - обстоятельства случившегося по-прежнему не ясны. Однако на кадрах четко видно, как за несколько секунд до взрыва от завода в сторону открытого космоса улетает небольшой космолет. Мы следим за развитием событий, и будем держать вас в курсе всех изменений. Спасибо, что выбрали шестой канал Марса.
Седобородый напряженно щурился, прикусывая зубами губы. Он и представить себе не мог, что кому-то с завода посчастливится спастись. Но с фактами спорить было бесполезно. Самым страшным для него становилось даже не осознание того, что биокиборг, сомнений на этот счет не возникало, в очередной раз вышел сухим из воды, а предстоявшая беседа с главным. Его реакцию предвосхитить не смог бы ни один человек в Солнечной системе. Это и беспокоило Кремня, поэтому ему и не хотелось включать компьютер.
Наконец, чувство долга перебороло сомнения, и седобородый нажал на кнопку включения.  Один луч устройства вывел на стол голографическую клавиатуру, другой создал объемное изображение. На экране, как по команде, тут же появился значок входящего вызова. Видимо, его дожидались. Стеаринов ответил и по обыкновению увидел перед собой пустой экран.
- Значит, он спасся? - заговорил безжизненный компьютерный голос.
- Не знаю, - нахмурился седобородый, - из моих людей никто не объявился. Тот корабль точно не из моих.
- Ты про новости?
- Да. Хотя корабль еще  ни о чем не говорит. Я знаю, что он работал под прикрытием боевого сопровождения. Не знаю, спастись там – шанс на миллион.
- У тебя на заводе оставались компроматы?
- Только на компьютере, - очень кротко ответил Кремень.
- Что на нем?
- Доказательства причастности некоторых мелких чиновников к нашей деятельности.  В основном тех, кто делал нам документы, вызволял из-под ареста. Ничего особенного.
- Хорошо. Все равно мы их и так собирались сливать. Власти должны кого-то ловить иначе нам только хуже. Что еще?
Кремень замялся.
- Говори!
- Мое краткое личное дело из архива Министерства обороны, - решился  седобородый.
- Что? - металлическим скрежетом отдало в динамиках, - что ты сказал? Ты идиот?
- Я…
- Молчать!
Странно, но Кремень даже и не пытался оправдываться. Напротив, седобородый боялся это делать. Он разговаривал с единственным человеком, которого действительно опасался.
- Как ты мог? - продолжал голос, - наша безопасность отныне под угрозой. Ты поставил под удар дело всей нашей жизни! Скажи зачем? Я же просил удалить все. Все, понимаешь?
Стеаринову нечего было ответить. Жизнь в подполье удручала его. Когда-то он был героем Конфедерации, теперь ему не терпелось известить хоть кого-то о борьбе с взрастившей его страной. Единственным оправданием ему служило то, что делал седобородый это искренне. Он искренне ненавидел Конфедерацию. Для него она являлась злом, а зло, по его мнению, подлежало уничтожению. Ненависть давно испепелила в нем светлые чувства. Стеаринов потерял свой человеческий облик и уже не видел для себя другой жизни.
- Ладно, - заполнил паузу все тот же голос, - если он выбрался и влез в твое досье, значит, они выйдут и на меня. Что ж, придется выбираться из сложившейся ситуации. Где сестры?
- На «Орионе». Я их отправил подальше, чтобы не мешались.
- Отлично. Кэт – наш козырь в борьбе с ним. На сестру мне наплевать.
- Она еще верна мне.
- Думаешь, родственные чувства не взыграют в ней?
-  Тогда я убью её собственноручно.
- Хорошо. Как и договаривались, передачу накопителя осуществим на футбольном матче.
- Будем рисковать?
Человек по ту сторону экрана задумался.
- Почему нет? Времени остается все меньше. Но это проблемы Конфедерации. А мы заодно проверим, что известно нашим врагам. Этот проклятый Мильке перестал доверять кому-либо и общается исключительно с Чаном. Думаю, старик активно ему помогает именно в нашем вопросе. Благо и с Мильке у меня есть свой козырь.
Кремень впитывал каждое слово, не смея перебивать голос.
- Нет, все же давай план «Б», - размышления привели к итоговому решению, - если что, то этот форс-мажор избавит нас от одной очень щепетильной проблемы.
- Финансовой?
- Да.
- Я понял. Все сделаем.
- Не облажайся на этот раз!
- Ни в коем случае.
Вызов прервался. Кремень перевел дух. Все сложилось, как нельзя лучше. Он уже понимал замысел своего руководителя. Оставалось лишь осуществить задуманное.

***

Последнее время Мильке не ходил, летал. Он боялся не успеть, опасался проиграть, чувствуя, как время один за другим предательски насчитывало дни нахождения биочипа у врагов Конфедерации. Будь возможность установить себе пропеллер, как у небезызвестного героя,  генерал так бы и сделал – все положил бы на алтарь победы. Но возможности такой не было, поэтому Мильке тяжелой походкой ворвался в свой кабинет в здании АБК, где первым делом вызвал к себе своего помощника.
- Рой, зайди ко мне, - голос генерала был возбужден – новости, что и говорить его завели, придали сил.
Помощник явился так быстро, будто он все это время дожидался шефа за дверью.
- Да, сэр.
Мильке стоял напротив двери перед компьютерным столом, опираясь на вытянутые руки, и собирался с мыслью.
- Так, - начал он, все еще обдумывая свои действия, - Первое. Я тебе на компьютер скинул вещественные доказательства контактов некоторых руководителей местных органов власти с врагами Конфедерации. Поручаю тебе выбить санкции на арест у верховного прокурора. Письмо я ему на правил, оформишь документы, как надо. Он – мой старый знакомый, сделает все быстро, надежно и без лишних слов. Нужно изолировать этих тварей как можно скорее, а потом провести еще показательный суд с привлечением СМИ.
- Да, сэр.
- Второе. Мне нужен Фрост, профессор Орландо Фрост. Пусть спецы задержат его в том месте, где он сейчас находится. Передайте информацию мне, я очень хочу с ним побеседовать лично.
- Да, сэр.
Рой продолжал стоять и ждать указаний, и Мильке, как это нередко бывало, вспылил:
- Это все. Что стоишь? Выполняй!
Помощник удалился, а Мильке остался наедине со своими мыслями. Генерал нуждался в показаниях Фроста. Он не сомневался, профессору было, что сказать о своем старом знакомом. Проверять все случайные связи и нелогичные с виду улики за долгие годы его приучила работа. Надавив на Фроста, Мильке развязывал себе руки в борьбе с Борджиа. Ему до сих пор казалось дикостью, но факты говорили за себя: известнейший сенатор был организатором самой мощной подпольной группировки, борющейся с Конфедерацией. Пока в распоряжении генерала находились лишь голословные обвинения, поэтому он искал информацию весомей и серьезней. Удар по неприятелю должен был быть разящим, безжалостным и непоколебимым.
Через полчаса вернулся Рой и сообщил, что Фроста задержали в его частных апартаментах в  Аресе. Мильке, читавший свежие новости, бросил на стол футляр голографической газеты – первая полоса, пестревшая изображением взрыва на заводе, благодаря анимации смешно скрутилась в рулон и исчезла в пластиковом корпусе цилиндра, и немедленно помчался к профессору, позволив себе впервые за долгое время пренебречь правилами движения транспорта. Он не обращал внимания ни на испепеляющие взгляды оказывающихся на его пути пилотов, ни на их совсем непоэтичную брань.
Бесцеремонно ворвавшись в квартиру Фроста, генерал застал забавную картину: его люди, как стервятники, окружили свою жертву и не спускали с нее глаз, а  профессор, находясь в столь плотном кольце,  боялся, казалось не то, что шевелиться, но и дышать. Он сидел, осунувшись, в кресле и смотрел в пол. Генерал взглядом приказал оперативникам оставить их наедине и сел рядом на диван. Фрост посмотрел на Мильке внимательно, исподлобья и вновь опустил голову.
- Орландо, вы догадываетесь, почему я здесь? - мягко спросил генерал.
- Не совсем, - очень тихо ответил ему профессор.
- Я по поводу вашего участия в проектах межзвездных полетов на заре вашей научной деятельности.
Фрост вздрогнул.
- Не стану юлить, - продолжил Мильке, - меня не особо интересует характер экспедиций, скорее мне ближе тема состава команды.
Профессор резко рванул головой вверх и жадно впился генералу в глаза. В его взгляде отчаянье соседствовало с безнадежностью. Он жадно сглотнул, промачивая слюной пересохшее от напряжения горло.
- Может быть вина, а то в горле совсем сухо? - процедил Фрост.
- Пожалуйста, - махнул рукой Мильке.
Фрост поднялся со всего места, подошел к бару в виде огромной стеклянной стойки от потолка до пола и налил два бокала красного вина. Вернувшись на свое место, он протянул один бокал генералу.
- Не возражаю, - скромно поблагодарил его Мильке, пригубил вина и с характерным звоном поставил бокал на чудной формы столик, - я думаю, теперь вы понимаете, что я хочу от вас услышать.
Фрост залпом осушил  свой бокал и нервозно дрожавшей рукой поставил его совсем рядом с бокалом Мильке. Стекло протяжно и мелодично зазвенело.
- Да, - закивал профессор, залившись багрянцем, - я все понял. Я не буду ничего таить. Я и Борджиа познакомились еще на проекте «Поиск», совершили три межзвездных путешествия. Там-то мы и сдружились. Борджиа  уже тогда был ярым анти-конфедератом. Со временем он стал лидером и покровителем нашей тайной организации. Именно с того времени мы начали нашу борьбу против Конфедерации.
- Вы понимаете, что это очень серьезное заявление. Вы отдаете себе отчет в том, что сейчас обвиняете крупнейшего государственного деятеля в измене?
- Да.
- Вы сможете подтвердить это, дав клятву на Конституции, в суде?
- Нет.
- Почему? - удивился Мильке.
Фрост печально посмотрел на часы и неожиданно строго сказал:
- Я бы и рад вам помочь, но меньше, чем через минуту мое сердце остановится. В моем бокале был яд. Я сначала намеревался отравить вас, но потом подумал, что мое время вышло, - профессор говорил на удивление спокойно, - я поставил на кон этой игры свою жизнь. И проиграл. Увы, но так бывает.
Генерал нервно вскочил со своего места.
- Что вы такое говорите, Фрост?
Но профессор не слушал его и продолжал свою речь:
- Я отдал этому делу все силы. Я нарочно проваливал свои работы в области совершенствования обороны страны. Мне всегда удавалось это, кроме случая с Ермоловым. Здесь был мой прокол. Он – гениальный ученый. Но я не мог допустить, чтобы в ваших руках оказалось совершенное оружие. Тогда я всю информацию передал Борджиа, и он организовал нападение на лабораторию.
На лбу профессора выступил пот. Жар охватил его тело. Фроста начало лихорадить, и он затрясся:
- Вы – зло, и с вами надо бороться.
Изо рта у него пошла пена. Фрост закашлял, вдруг небрежно вскинул брови кверху и  тут же замертво откинулся на спинку кресла.
Мильке, не сводя с него глаз, застыл в оцепенении. Мысли смешались в голове, мир перевернулся. Ему было жаль профессора, но еще больше он жалел о потере столь ценного свидетеля. Генерал от обиды скривился, зарычал и, тряся руками, вдруг завопил в сторону двери:
- Аптечку!
Вбежали оперативники и засуетились над Фростом. Они сделали ему несколько уколов. Мильке в ожидании окончательного вердикта так и не сдвинулся с места. Он все и так прекрасно понимал – попытка пойти легким путем провалилась.
- Сердце не заводится.
Генерал успокоился, смирился с потерей и, нахмурившись, направился к выходу.
- Врача вызывать? - бросил ему вслед один из оперативников.
- Ага, патологоанатома, - бросил раздраженно Мильке, повернувшись к незадачливому подчиненному.
 Оперативник стыдливо отвел глаза, и генерал с сожалением посмотрел на тело Фроста. Вдруг его глаза заинтересованно прищурились. Из кармана пиджака профессора торчал белый конверт. В четвертом тысячелетии редко кто пользовался бумажными носителями информации. Сердце генерала в предвкушении чего-то необычного забилось чаще. Мильке аккуратно извлек из конверта письмо и зачитал вслух:
- Если вы читаете эти строки, значит, я, скорее всего, уже мертв. Моя последняя воля: сожгите моё тело и развейте прах в космосе, - генерал бросил лист бумаги в сторону синеющего на глазах Фроста и, раздосадовано крякнув, пошел прочь из квартиры профессора, - распорядитесь выполнить волю усопшего. Родственников, как я знаю, у него не было.

***

Президент Конфедерации по причине продолжительной болезни уже несколько месяцев жил в своей резиденции на Марсе. В южной части нагорья Фарсида в живописной зеленой долине ютилась небольшая, но хорошо укрепленная крепость. На постоянном боевом дежурстве в ней находились более пятисот спецназовцев, двадцать пять боевых аэромобилей,  огромное количество спецтехники и еще многое-многое другое, скрытое от посторонних глаз.
Коби Джексон  с каждым днем сдавал свои позиции, но бесконечный контроль медицинского центра продолжал поддерживать жизнь в умирающем организме. Врачи целенаправленно не отмеряли ему дни и в разговоре с ним старались тактично уходить от этой темы. Между тем за воротами президентской резиденции злые языки, не щади сил и времени, сплетничали о скорой кончине Джексона.
К президенту с частными визитами никого не пускали, но Чану, который был немного старше Джексона, в силу своей занимаемой должности удалось договориться с Администрацией президента о встрече с главой Конфедерации. Сам Джексон никогда не противился встречам со старыми, а от того бесконечно дорогими знакомыми.
Чан вошел в президентские покои и приветливо вскинул руки. Президент, ожидавший его у окна, повернулся к гостю, устало улыбнулся. Уже в этом взгляде читалось, как он устал бороться за свое существование.
- Друг мой, я рад нашей встрече, - президент заключил в объятия Чана.
- Как я рад, столько лет не виделись.
- Присаживайся, - проявил вежливость Джексон, усадив гостя в кресло, отдаленно напоминавшее бокал для мартини, и с облегчением занял место напротив – долго стоять ему было в тягость.
- А ты всегда любил необычные вещи, - оглядел предмет мебели Чан.
- Да это ерунда, уже надоело, думаю надо что-то изменить. Если успею, конечно, - тяжело вздохнул президент.
- Все так плохо?
- Это я у тебя хотел спросить. Мне никто ничего и не пытается объяснить.
Чан пожал плечами и в этот момент увидел, что на его часах загорелась эмблема с входящим сообщением. Писал ему Мильке, стараясь поделиться своими не самыми приятными известиями: «Фрост мертв, он подтвердил наши опасения. Подумай, как обработать Джексона. Улик, кроме слов профессора нет».
Руководитель Академии сориентировался очень быстро, вернул мысли на нужные рельсы и почти на автомате ответил на вопрос президента:
- Ты знаешь, тебя хоронили еще три года назад, но ты по-прежнему на коне. Я думаю, ты многих еще переживешь.
 - Кого-кого, но тебя точно не переживу.
Они рассмеялись. Джексон скривился от болевых ощущений и вмиг посерьезнел.
- Брюс, мы старые товарищи, но я же хорошо знаю, что так просто при нынешних обстоятельствах ты бы меня не навестил. Не пора ли перейти к делу.
Чан устроился удобней в кресле и пристально посмотрел на президента. Их молчаливая дуэль взглядов продолжалась не больше минуты. Руководитель Академии, изучив лицо Джексона, удовлетворенно кивнул головой.
- Не знаю, готов ли ты услышать то, что я тебе поведаю.
- Говори уже.
- Хорошо. Юлить не буду, жалеть тебя тоже. Сенатор Борджиа – предводитель той силы, с которой мы боремся. Мы даже не можем назвать её как-то. Это даже не организация, это неведомая сила, паразитирующая на теле Конфедерации и добивающаяся её смерти, - выпалил сходу Чан.
Джексон удивленно вскинул брови и спросил со всей серьезностью:
- Брюс, ты понимаешь, что ты сейчас сказал?
Было видно, что правда президенту досталась нелегко. Даже на его болезненном лице проявилась гримаса негодования. Это был удар. Удар, если не в сердце, то уж точно под дых.
- Абсолютно, - безапелляционно ответил Чан.
Он поерзал в кресле и предметно рассказал о всплывших фактах. Его короткий рассказ затронул личность Стеаринова, его биографию, работу с Борджиа. В конце концов, старик закончил тем, что упомянул признания Фроста. Джексон стал задумчив, и Чан постарался снять витавшее в воздухе напряжение:
- Я понимаю, Коби, ты – ярый конфедерат, и тебе больно слышать, что такие видные люди неожиданно становятся твоими врагами.
- А этот Фрост твой сможет подтвердить сказанное? - не слушая его, спросил президент.
- Боюсь, нет. Он мертв. Мне только что сообщили.
Джексон вновь задумался. Новость добавила его больному лицу новых морщинок.
- Брюс, - начал он осторожно и дипломатично, - все это, конечно, ужасно. Я понимаю, что очень уж странные совпадения получаются. Но пока, что просто совпадения, если, конечно, не брать в расчет слова Фроста. Но твой свидетель мертв, а наша правовая система не позволит мне что-либо предпринять против Борджиа. Семья Борджиа  – могущественный клан на нашей политической арене. Они сенаторы не в одном поколении. Кроме того, его предки стояли у истоков Конфедерации. Я бессилен.
- Понимаю, - вздохнул Чан.
- Но я даю тебе слово, - перебил его президент, - как только произойдет что-то более существенное и обвинения в адрес Борджиа станут весомей, я одним звонком сделаю так, что у него не будет возможности выкрутиться. Это я тебе обещаю.
- Хорошо, Коби. Я доверяю твоей мудрости.
- Я благодарен тебе за доверие. Может быть, отбросим столь тревожные разговоры и просто пообщаемся? Нам же есть о чем!
- Не говори, столько всего прошло. Казалось бы, вот мы были молоды, и вот уже исход.
- Не могу представить. Я такой старый, что некоторые неучи интересуются, где я был, когда Конфедерация создавалась. Представляешь?
- О-хо-хо, насмешил, - зашелся смехом Чан, - хорошо, что я работаю исключительно со светлыми умами Академии.
- Я б на рыбалку бы сходил, - сменил вдруг тему Джексон, - я ж тебя в нашем споре так и не побил. Обидно.
- Что поделаешь, моя последняя щука в очном споре оказалась больше. Но я готов продолжить. Дело за тобой.
- Посмотрим, сколько мне отведут…
Оставшуюся часть встречи они говорили на отвлеченные темы, вспоминали свое бравое прошлое, общих знакомых. Милую беседу прервал врач, который зашел в покои Джексона и намекнул на окончание аудиенции.
- Господин президент, вам пора на процедуры.
- Ох уж эти врачи. Умереть спокойно не дадут.
- Не спеши. Успеешь, - улыбнулся Чан, вставая с кресла.
Они тепло распрощались. Старики понимали, что в силу объективных причин существовала слишком малая вероятность их новой встречи. Джексон растрогался и совсем по-стариковски расплакался. Руководитель Академии сам едва сдержал слезы, но мужественно покинул президентские покои. Он сел в свой служебный аэромобиль и сказал пилоту лететь домой.
По дороге Чан вызвал на связь Мильке. Старик собрался и отбросил все посторонние мысли. Его голос стал как никогда серьезным:
- Маркус. Президент требует что-то существенней.
- Я понял. Жаль, но существенней трупа Фроста у нас ничего нет, да и его скоро сожгут.
- Что ж, остается ждать. Можно заставить сенатора понервничать, намекнув ему о том, что тебе известно.
- Да-да. Я уже думал об этом. Надо спровоцировать Борджиа. Вброс  информации не раз давал результат. Будем надеяться, что эта тактика опять не подведет.

***

Жители мунчестеровского Траффорда уже с утра предвкушали вечернее действо. Футбол здесь был не просто видом спорта, он являлся для кого-то религией, а для кого-то и вовсе жизнью. Весь район украсился в традиционные серебристые клубные цвета. Изображения «лунных дьяволов», а именно так называли местную команду фанаты, венчали каждое окрестное здание. Все ждали вечерний матч. Траффорд дышал футболом. Напряжение нарастало с каждым часом. Журналисты подливали масла в огонь, нарекая предстоящий поединок матчем года. В нем решалась судьба выхода из группы в текущем розыгрыше обладателя кубка Чемпионов Конфедерации.
Александру до футбола не было никакого дела. Он сидел в гостинице и хоть не подавал виду, но с нетерпение дожидался Габриеля. Хакер вернулся хмурее тучи и уставился на биокиборга.
- Что? - спросил Александр.
- Что-что, да ничего! Это же надо, двести пиров за билет. Что за дела? Сволочи! Это беспредел. Куда смотрит полиция? Билеты только у спекулянтов, - не на шутку разошелся здоровяк.
Сразу все прояснилось. Несмотря на все очевидные плюсы, в характере  Габриеля находился все же один серьезный минус, он был скупым человеком. Не Плюшкин, но все же. В момент, когда ему приходилось расплачиваться собственными деньгами, благодушный великан превращался в настоящего скрягу и ворчуна. Для окружающих это было невыносимо. И хотя  здоровяк очень быстро справлялся со своим характером, даже нескольких минут хватало, чтобы устать от его нытья. Слушать это было невозможно. Особенно доставалось тем, с кем Габриель успел хорошо познакомиться.
Александра эта ситуация лишь веселила. Ему было наоборот смешно. В жизни биокиборга еще не встречались простые житейские проблемы. Финансовый вопрос его еще не затрагивал, и он не мог по-настоящему проникнуться философией жизни простого гражданина Конфедерации.
- Вот что ты улыбаешься? - завелся Габриель, увидев заливающегося со смеху Александра.
- Ты знаешь, сколько я получаю от государства?
- Сколько?
Казалось, очевидный вопрос поставил его в тупик. Он всплеснул руками и пошел на попятную.
- Не важно. Это уже другой разговор. Но спекулянты. Я бы их всех передушил, - хакер жестом изобразил, как он собирался душить столь ненавистных ему людей – получилось красноречиво.
- Но билеты то ты достал?
- Да достал, достал, - неожиданно запал здоровяка сошел на «нет».
Он выкинул две пластиковых карточки на стол, подошел к кровати и плюхнулся на нее лицом.
- До вечера меня не беспокоить.
Уснул Габриель мгновенно, как хорошо покормленный младенец. Александру ничего не оставалось, как предаться своим мыслям. Возникло странное ощущение, будто  он вновь сидел в своей комнате в коттедже в предгорье Олимпа. Прошлое не отпускало его – этот шрам не рассасывался сам собой. Александр даже тряхнул головой, чтобы сбить наваждение. Помогло, но в голове сразу возник образ Катерины. А ведь он старался думать о ней реже. Уже потому, что мысли о её безопасности заставляли переживать и лишали уверенности.
Александр с сожалением отметил, что не отказался бы прямо сейчас окунуться в какой-нибудь новый переполох, поскольку, когда он находился в эпицентре событий,  то не тратил время на терзавшие его мысли. Вернее, не имел права тратить. В такие мгновения весь его организм действовал на благо лишь одной цели – выживания.
Но в гостиничной тишине под легкий храп Габриеля мысли сами лезли на порог сознания. Биокиборг бы не в силах противиться – речь шла о самой необычной девушке в его жизни. В груди щемило. Странная боль, она была совершенно не похожа на ту, что его учили терпеть.   Ему хотелось просто видеть её, слышать голос. Но её образ растворялся в неизвестности. Кремень. Мысли плавно перетекли в новое русло. Александр заметил, как начала трястись его рука.
 Биочип среагировал на гормональном уровне. Дыхание выровнялось. Но видимое спокойствие никак не подкреплялось внутренним. Седобородый был и оставался краеугольным камнем всех его проблем. Его существование ставило под угрозу жизни всех людей, кто находился рядом с Александром. Да, что там было говорить, под угрозой были все жители Конфедерации. Не то, чтобы в голове биокиборга появилась та шальная мысль, которая бы заставила его стать верным государству, создавшему его. Нет. Просто он понял, что по-другому поступить не смог бы, и сделал свой выбор. Александр принял на себя ответственность за всех ни в чем неповинных людей. В возможной войне с подобными ему созданиями у них просто не было шанса.
Габриель проснулся только к вечеру, потянулся и сонно посмотрел на часы.
- О, нам пора.
- Да, - сухо ответил Александр, все еще предаваясь мыслям.
- Ты что так и сидел весь день в кресле?
- Да.
Габриель озадачился.
- Все нормально? Ты готов?
- Я готов, - внес разнообразие в свой ответ биокиборг, - пошли.
Через пятнадцать минут они вышли на оживленную улицу, в этот день ставшую пешеходной. Огромные толпы людей в серых футболках двигались к стадиону, выходя с небольших улиц на широкую дорогу. Эта процессия напоминала серебристую реку, собиравшую свои притоки. Люди шумели и воздавали почести любимой команде. Звучали гимны, песни, кричалки. В Траффорде гостил праздник.
Александр и Габриель сделали свои куртки серого цвета, под стать толпе, и пошли в сторону стадиона. Людской поток вывел их прямиком к входу на красавец «Нью Траффорд». Стадион был прекрасен во всех отношениях. Новый Траффорд строили по некогда модным технологиям: усиленный каркас и полупрозрачные, местами полностью прозрачные стекло-титановые пластины. Конструктивной особенностью таких пластин являлось то, что благодаря миллионам микроскопическим датчикам, они меняли свой цвет в зависимости от настроения заполнивших «Нью Траффорд» зрителей. Из леденящих безжизненно серо-синих цветов стадион мог за миг «переодеться» в насыщенно-красное одеяние. Так во время матча уже по облицовке можно было легко догадаться, кто удачлив в поединке, хозяева или гости. Впрочем, пока на всей поверхности чаши преобладали теплые тона. У фанатов обеих команд было приподнятое настроение. Все они находились в предвкушении Её Величества Игры.
Через пятнадцать минут стотысячный стадион заполнился до отказа и начал петь. Даже на алеющем гостевом секторе нельзя было заметить свободных мест. Прекрасная акустика создавала удивительный шумовой фон. От увиденного и услышанного кожа биокиборга покрылась мурашками, а волоски на руках вздыбились. Зрелище влюбляло в себя с первого взгляда, а ведь сама игра еще не начиналась.  Едва Александр занял свое место, как ему пришлось сорваться с него вместе с ликующей толпой. На изумрудный газон  стадиона выходили любимцы публики.
- Нам нужно сегодня победа, - заорал кто-то над ухом.
- Да, ничья нас не устраивает. Ничья – результат для Москвы, - поддерживал его второй болельщик.
- Вперед Мунчестер, - выкрикнули сразу несколько человек с верхних рядов.
И тут хор затянул:
- Славься, славься «Мун Юнайтед», славься, славься «Мун Юнайтед»,
славься, славься «Мун Юнайтед, когда пепельные гордо вышагивают».
Команды вышли на поле, и зазвучал гимн кубка Чемпионов. Он был известен любому рядовому футбольному болельщику, поскольку, несмотря на все политические изменения и реорганизации из европейского турнира в межпланетный, остался прежним. Его история насчитывала уже тысячу с лишним лет. Знаменитая аранжировка произведения Генделя Тони Бриттена стала символом игры в футбол таким же, как мяч, изумрудное поле или ворота.
- Ты чувствуешь? - спросил Габриель.
- В смысле?
- В воздухе есть что-то непередаваемое. Чувствуешь?
Александр и, правда, чувствовал. Эти нотки будоражили слух. Звуки, касаясь мембран ушей, переходили в мурашки на спине и спускались до пят. В груди зарождался восторг, наивный, где-то даже детский. Ощущение, неподдающееся рациональному объяснению. Все происходило на уровне инстинкта, когда человек либо влюбляется в футбол, либо остается к нему слеп и глух. Александру, к счастью или сожалению, было дано отнести себя к первой группе людей.
Раздался свисток судьи, и игра началась. Футбол радовал с первых минут. Первосортное зрелище. Передачи, забегания, стеночки – все было к месту и ко времени, как в хорошо отлаженном механизме. Игра смотрелась, но Александру пришлось перебороть себя и обратить взор на трибуны.
С его эталонным зрением на поиск седобородого должны были уйти считанные минуты. Но не тут-то было. Уже на пятой минуте Мунчестер нашел сбой в спартаковском механизме, и хозяева открыли счет мячам в этой встрече. Отличился Пол Гоулз. Его фамилия запестрела на голографическом табло под сводом чаши стадиона. Болельщики взревели от восторга, и сам стадион мгновенно преобразился. Хозяйская часть стадиона заалела, тогда, как облицовка в районе гостевой трибуны стала невыносимо холодных оттенков.
«Нью Траффорд» слился в едином порыве. Такой вакханалии прежде Александр не видел. Куда тут уследить за лицами. Пришлось пуститься в пляс с остальными болельщиками и ждать еще несколько минут, пока трибуны немного успокоятся. Танцы прекратились, но атмосферу стадиона взорвал стотысячный хор. Болельщики затянули гимн команды. Александр воспользовался передышкой и принялся искать седобородого.
- Не видишь? - спросил Габриель.
- Куда тут.
- Да, с местной атмосферой может соперничать разве что Энфилд роуд и Селтик парк.
Еще несколько минут Александр просматривал трибуны стадионы, внимательно и очень скрупулезно. Он дошел до гостевого сектора и почти сразу по центру в красном пятне спартаковских болельщиков увидел его. Кремень сидел в клубной кепке и общался с человеком в красном балахоне с накинутым на голову капюшоном. В какой-то момент седобородый вытащил из кармана похожий на накопитель предмет и передал его незнакомцу. Так вот зачем седобородый заказывал у Ржавого два билета. Здесь он назначил встречу своему заказчику.
- Я нашел, - осторожно проговорил Александр.
- Где? - сорвался с места Габриель, но был быстро остановлен рукой биокиборга.
- Не рвись так. Успеем.
Они медленно встали со своих мест и так же неспешно последовали в подтрибунные помещения. По дороге серый цвет их курток сменился на красный.
- Их двое.
- Двое? А кто второй?
- Не знаю. Видимо, кто-то видный, раз прячет лицо под капюшоном, но ему Кремень передал накопитель. Ты возьмешь на себя человека в балахоне, а Стеаринов – мой.
- Без проблем, забирай. Мне все равно кому ломать кости, - добродушно улыбнулся Габриель, хрустнув костяшками пальцев.
У гостевой трибуны их остановили стюарды.
- Ваши билеты.
- Держи, - Габриель передал стюарду какую-то карточку, - у нас тут дело государственной важности.
Сотрудник стадиона вытянулся по струнке и уважительно промычал:
- Проходите.
Ситуация обязывала идти на крайние меры. Выдавать себя не хотелось, но удостоверение сотрудника АБК с рядовыми гражданами творило чудеса. Александр и Габриель  беспрепятственно проникли на гостевую трибуну. На удивление настроение московских болельщиков быстро вернулось в прежнее русло. Отличная игра «Спартака», несмотря на счет на табло, давала им надежду на благополучный исход встречи.
Биокиборг мельком оценил позицию Стеаринова и стал заходить справа по проходу, Габриель пошел по левому спуску сектора. Они двигались почти синхронно, пока Александр вдруг неожиданно не остановился. Кремень, прищурившись, будто что-то почуяв, стал озираться по сторонам. На мгновение он даже посмотрел на биокиборга, но снова отвернулся к полю. Показалось, что пронесло. Но везению очень быстро вышел срок. Александр сделал всего несколько шагов вниз, и седобородый с опозданием сообразил, кого он увидел в толпе. Кремень резко обернулся вновь и округлившимися от неожиданности глазами посмотрел на биокиборга. Александр пожирал его ненавидящим взглядом. Стеаринов подскочил и дернул рукой сидевшего в балахоне соседа.
Биокиборг рванул с места как заправский спринтер. Он хотел все закончить как можно быстрее. И так бы и произошло, но «Спартак» некстати отквитал пропущенный мяч. Болельщики с надрывным криком «гол» подпрыгнули и стали обниматься. На Александра бросилась какая-то девушка и на эмоциях расцеловала его.
- Аааа, - раздалось над ухом.
Тут уже его в свои объятия увлек какой-то лысый и толстый мужчина. Александр быстро оттолкнул его и посмотрел вниз. Ни Стеаринова, ни его спутника на местах уже не было.
Они быстро спустились  вниз и разделились.  Кремень побежал вправо, незнакомец в балахоне – влево. Александр нашел глазами  Габриеля. Хакер кивнул и побежал за незнакомцем, оставив биокиборгу возможность разобраться с седобородым.
Александр бросился  в погоню, перескакивая через ступеньку и расталкивая танцующий народ. Кто-то на радостях кинулся к нему вновь. На этот раз биокиборг был подготовлен. И не зря. Прочитав недобрый взгляд болельщика, он опустил глаза и увидел в его руках лазерный нож. Молниеносная реакция позволила Александру совладать с негодяем. Убийца явно не ожидал такой прыти от своей жертвы. Его рука вдруг с хрустом неестественно вывернулась, и нож выпал. Он взвыл от боли. Александр толкнул его в объятия болельщиков, а те принялись плясать с ним, думая, что его крики были не чем иным, как эмоциями от забитого мяча любимой команды.
Дальше стало сложнее. На биокиборга выскочили еще трое. Александр боковым зрением увидел, что Габриель так же оказался под натиском нарядившихся в фанатов убийц. Хакер без труда, даже с пугающей ухмылкой, разделывался со своими обидчиками. Александр перестал беспокоиться за напарника и сосредоточился на своей преграде.
От мощного прямого удара в челюсть первый нападавший улетел к нижним рядам, серьезно зацепив сидящих на трибуне зрителей. Второй был сбит боковым в челюсть и, потерявшись, рухнул на ступеньки, оставив рядом с собой несколько зубов и лужу крови. По положению челюсти стало понятно, что он заработал перелом, как минимум в двух местах. Третьего убийцу Александр схватил за шиворот и бросил так далеко, что тот перелетел сектор и сбил двоих наемников, сражающихся с Габриелем. Хакер, неожиданно оказавшийся без оппонентов, показал биокиборгу большой палец и помчался догонять незнакомца в красном балахоне.
Помчался вперед и Александр. Теперь он ловил на себе удивленные взгляды. В эту секунду уже никто не смотрел футбол. Все взоры устремились него, в том числе взоры стюардов и полиции. Те из них, кто был поблизости, обступали сектор, пытаясь сомкнуть кольцо вокруг биокиборга.
Александр не сбавлял скорости, бежал, машинально подсчитывая, кто первым из сотрудников полиции или стюардов мог добраться до него. Первым оказался стюард, который тут же отлетел в сторону, сбив очередных недовольных зрителей. Туда же последовали двое полицейских. Пусть и на время путь биокиборга был расчищен. Александр заметил, как Стеаринов  юркнул в подтрибунное помещение, ситуация ухудшалась.
Потеряв седобородого из вида, биокиборг стал блуждать внутри стадиона, понимая, что Кремень должен обязательно покинуть пределы «Нью Траффорда». Впрочем, Стеаринов был неаккуратен в своей попытке скрыться. Александру то и дело попадались выбитые двери и сбитые с ног люди. По этим следам биокиборг шел как по ниточке. Вернее бежал. Это был первый раз, когда он преследовал седобородого, а не наоборот. Что-то в этом было. Вероятно, сработал инстинкт охотника. Этот нечастый момент, когда все ресурсы организма оказались направленными исключительно на одну цель – на поимку добычу, пьянил ощущением всесильности.
Очередной неуклюжий полицейский появился перед биокиборгом. Страж порядка, сжимая в руке пистолет, попытался что-то крикнуть. Ох уж эти правовые тонкости. Александр оказался вновь вооружен, а бедолага в форме отправился на преждевременный отдых. Он так и не понял, что произошло. Для него просто выключился свет. А Александр аккуратно уложил на пол обессиленное тело и побежал дальше.
На выходе толпилась очередная группа сообщников седобородого. Десять человек, ничего нового и необычного. Они открыли огонь по биокиборгу, лишь только он появился в их поле зрения. Несколько лазерных лучей достигло цели, больно ударив его в грудь, но куртка с испытанием справилась и подтвердила гений Чана. Александр вскинул пистолет и, почти не целясь, расстрелял всю обойму. Никто из его противников уже не поднялся.
Биокиборг выскочил на улицу, оставив на стадионе после себя настоящий хаос. Двери вылетели со своих пазов, открывая Александру проход на стоянку для автомобилей. Едва коснувшись уличной плитки, он обнаружил беглеца. Кремень хлопнул дверцей и рванул автомобиль с места. Это был одноместный гоночный болид, по форме напоминающий гигантскую каплю со стеклянной крышей, большими колесами и аэродинамическими крыльями.
Александр побежал столь быстро, что легкий ветерок стал завывать в его ушах, а дистанция между ним и седобородым – таять. Но Кремень придавил, и спорткар упрочил его фору. Биочип  проанализировал возможный маршрут движения седобородого и подсказал самый короткий путь до цели. Александр подпрыгнул и оказался на крыше ближайшего автомобиля. Он сделал несколько шагов, снова прыгнул, приземлившись метров через десять на очередной металлической крыше. Очевидцы не верили своим глазам, наблюдая, как биокиборг с легкостью подлетал на несколько метров и зависал в воздухе. Скорость при этом  между своими прыжками для простого человека он развивал сумасшедшую.  Не удивительно, что на выезде с парковки Александр догнал Стеаринова.
Седобородый пронесся мимо пункта контроля, сбив светящийся шлагбаум, и вылетел на пустующую во время матча улицу. Он был готов уже выдохнуть с облегчением, как вдруг на его крышу приземлился биокиборг, едва не пробив ногами стекло. Кремень дернул приплюснутый руль, напоминавший штурвал аэромобиля, влево, больше от неожиданности, но это едва не скинуло Александра с крыши. Стеаринов не на шутку испугался и стал выжимать из двигателя все, что было можно. Цифровой спидометр быстро перевалил за двести километров, и биокиборг не удержался. Он слетел на дорожное покрытие, покатился кубарем, но сгруппировался, оказался на ногах и побежал. Стеаринов в ужасе посмотрел в зеркало. Чуть ли ни первый раз в жизни он не был хозяином своего положения.
Тело ныло, но Александр, стиснув зубы, продолжал бежать. Приземлился он не совсем удачно. Однако от серьезных последствий биокиборга уберег крепкий скелет и все та же чудо-одежда Чана.
Кремень все дальше и безвозвратно  удалялся от своего преследователя. Александр поравнялся с неспешно отъехавшим от тротуара аэроциклом. Все сложилось само собой, биокиборг прыгнул и приземлился на заднее сидение. Технику заболтало, но он схватившись через спину водителя за руль, удержал её в равновесии. Через секунду аэроцикл застыл на месте как вкопанный. Александр  схватил владельца, мужчину небольшого роста, за шиворот и аккуратно поставил на дорогу.
- Извини, - оправдался он перед ним и надавил на газ.
Кремень вновь замаячил впереди. Спорткар был быстр, но в соревновании с воздушной техникой его скорость нивелировалась. Александр выжал из двигателя аэроцикла всю мощь и завис над дорожным покрытием на высоте  человеческого роста. Он быстро нагонял седобородого.
 Оказавшись прямо над ним, биокиборг обрушил аэроцикл на крышу спорткара. От первого удара она пошла трещинами и выгнулась, от второго – в точке максимальной деформации рассыпалась на небольшие и неопасные осколки. Под их градом Стеаринов пригнулся и вжался в сидение. Вероятно, это был тот исключительный случай, когда Кремень испугался кого-то еще, кроме своего руководителя.
Аэроцикл застрял в крыше. Седобородый стал вилять рулем, сталкиваясь с другими участниками движения, и в какой-то момент просто вылетел на полосу встречного движения. В него тут же врезались сразу два автомобиля. Не каждый бы решился вот так рисковать собственной жизнью. Но решение вышло волевым и крайне удачным. От удара Александра выкинуло с сидения, и он, прокатившись по земле, влетел головой в витрину здания. Стекло треснуло и осыпало его осколками. На мгновение биокиборг даже потерял сознание.
Стеаринову повезло больше. Система пассивной безопасности, разработанная специально для спорткаров, воспрепятствовала усиленной деформации кузова и не допустила сколь-нибудь серьезных увечий водителя. Он выскочил на улицу сразу после столкновения и бросил взгляд на лежавшего неподалеку Александра. Биокиборг не двигался, и седобородый, сорвавшись на бег, поспешил,  как можно, дальше от своего преследователя, опасаясь его скорой реанимации.
Завыли полицейские сирены. Погоню отслеживали и вели дежурные по системе видеонаблюдения. Вскоре появился первый полицейский транспорт. Это был небольшой патрульный двухместный спейскэб – универсальная техника, которая использовалась и внутри купольных территорий, и на открытых пространствах лунной колонии. Легкий космолет приземлился прямо перед седобородым. Он инстинктивно остановился, и полицейские, едва выбравшись из салона, бросились его скручивать.
- Не дергайся.
- Спокойно, я свой.
За эти слова Кремень тут же получил под дых.
- Не дергайся. Разберемся, кто свой, а кто нет.
Его уронили лицом на корпус спейскэба и начали надевать наручники.
- Да посмотрите в кармане.
Настойчивость седобородого подействовала, полицейских остановились. Они переглянулись, и один из них залез в карман его куртки. В руках стража порядка оказалась пластиковая карточка – удостоверение сотрудника полиции.
- Чарли, и, правда, свой. Сержант Юджин Текелберри. Отдел специальных расследований.
Тот, кого звали Чарли, прекратить заламывать руки Стеаринову.
- Извини, дружище. Не признали.
- Ничего, - дружелюбно ответил Кремень, одергивая одежду, - там тип за мной гонится. Он сейчас без сознания. Помогите задержать, он опасный преступник.
- Хорошо. Жди здесь.
Полицейские направились в сторону Александра. Седобородый достал пистолет и хладнокровно расстрелял их в спину. Спрятав оружие, он, как ни в чем не бывало, дошел до космолета и связался с диспетчером:
- Полицейские ранены. Пересечение улиц Мун роуд и Эшен Роуд Норт. Срочно скорую. Подозреваемый одет в красную куртку. Нужно подкрепление.
- Принято, ждите, экипажи на подлете, - ответил диспетчер.
Кремень дослушал, сел за штурвал и взмыл вверх как раз в тот момент, когда шум сирен стал слышен по всей окрестности. Полицейские стягивали силы к месту вызова.
Александр пришел в себя и, не вставая, осмотрелся. Перед ним собралась толпа зевак. Он обнаружил себя в куче стекла. Под ним пестрела лужица крови, голова гудела – биочип фиксировал легкое сотрясение. Александр пощупал затылок. Повреждение угрозы не таило, рана уже затягивалась.
Биокиборг вскочил под оханье прохожих и побежал к своему врагу. Кремень как раз взлетал на полицейском космолете. На проезжей части поодаль лежали расстрелянные им стражи порядка. Александр, видя, что Стеаринова ему уже не достать, подбежал к служителям закона. Пульс прощупывался, они были  еще живы. Почти сразу над головой биокиборга послышался злой голос из громкоговорителя:
- Ни с места. Полиция. Руки за голову, стать на колени.
Александр повиновался, и спустя мгновение его руки скрутили за спиной. Один из полицейских стал оказывать первую помощь коллегам, второй – застегивать наручники на руках биокиборга.
Подлетели еще три полицейских экипажа. Перевес сил очень быстро клонился не в пользу Александра. Опасаясь полного фиаско, он мощным ударом локтя отправил скручивающего его стража порядка в нокаут, оттолкнул второго и забрался в их космолет. Патрульный  универсал с легкостью взмыл в воздух, оставив полицейских не у дел, как и многих других глупцов, кто по незнанию уже связывался с биокиборгом.
Александр попытался оторваться, но в погоню за ним поспешили все находящиеся поблизости полицейские экипажи. Через две улицы число его преследователей перевалило за добрую дюжину.
- Внимание остановите патрульный спецтранспорт, в противном случае мы открываем огонь на поражение, - ревело в громкоговорителях – полицейские завились, как потревоженный рой пчел, но кому понравится, что так обходятся с их коллегами.
На благоразумные предупреждения Александр не реагировал. На приборной панели мигала красная индикация оружейных сканеров: «Внимание, угроза атаки!». Биокиборг рванул  штурвал на себя. Космолет свечкой устремился ввысь, а яркие вспышки внизу предупредили – цацкаться с ним по-хорошему больше не желали.
Между тем, подключившись к полицейской базе, Александр в очередной раз стер свою фотографию, которая появилась после его погрома еще на стадионе. Система видеонаблюдения работала отлично, но в случае с биокиборгом она была бесполезной.  На мгновение в базе промелькнула даже фотография Стеаринова, но и она быстро испарилась. Кто-то подчищал за ним следы. Александр только и успел прочитать под его фотографией: «Угон патрульного космолета борт-номер 030291». Этого было достаточно, что бы вновь отыскать след Стеаринова. Биокиборг вбил в систему навигации номер космолета и  увидел, что Кремень двигался в сторону кольцевого городка. Он порывался выбраться на открытую территорию лунной колонии и испариться в космосе.
Александр ударил по тормозам и резко направил угнанный космолет на соседнюю улицу. Маневр получился столь неожиданным, что лишь половине из полицейских патрулей удалось повторить его. Впереди замаячил огромный небоскреб с гигантскими стеклянными сквозными пролетами.
- Посмотрим, что тут есть, - проговорил под нос Александр и открыл панель вооружения.
На сенсорной поверхности загорелись значки лазерных пушек, двух обыкновенных пулеметов и пушек с биоплазматическими ракетами. Он выбрал лазерные пушки и прицелился.
 Космолет оказался так близко перед небоскребом, что находившиеся в нем люди, догадавшись, что задумал безумный пилот,  бросились с криками врассыпную. Александр дождался бегства последнего человека за стеклом и открыл огонь. Стекла огромными пластами рухнули вниз, и космолет беспрепятственно ворвался внутрь здания. Полицейские от преследования не отказались, и тогда Александр решился на очередное безумство. В центре этажа находилась шахта огромного лифта, выполненная из аналогичного разбитым окнам материала. Она как раз подходила под размеры космолета. Биокиборг вновь нажал на штурвальный курок и избавился от очередной преграды.
- Безумству храбрых поем мы славу, - подбодрил он себя, влетая в шахту.
Двигатели космолетов еще никто не проверял на возможность выполнения таких маневров. И надо отдать должное конструкторам, с невероятной задумкой биокиборга силовые установки справились, не развалились, хотя затрясло прилично. Космолет будто уперся в невидимую преграду и  задрал носовую часть под девяносто градусов. Двигатели торможения и система курсовой устойчивости заругались индикаторами многократной перегрузки, что испытал при этом биокиборг, простому человеку было лучше и не знать. Но горизонтальная скорость погасилась, и задуманная Александром свечка вышла почти идеальной. Ходовые двигатели вновь загудели, и космолет устремился вверх по шахте.
- Он сумасшедший! - донеслось в радиоэфире.
Сумасшедший, но на какие безумства только не пойдешь, когда на кону такие ставки. Риск – занятие благородное и сугубо индивидуальное. Александр сделал ставку и сорвал куш, оставив патрульных с носом. Лишь один из них устремился  вслед за ним, но не рассчитал и зацепил одну из несущих колонн. Полицейский космолет начало болтать по этажу так, что, ударившись несколько раз о пол и потолок, он завертелся волчком и врезался в другую колонну.
Остальные благоразумно пролетели этаж и, расстреляв преграду в виде очередного окна, выбрались на улицу с противоположной стороны здания. Они тут же взмыли вверх в поисках биокиборга.
Александр спокойно долетел до сводной крыши шахты лифта, пробил себе путь к свободе и выпорхнул в искусственное мунчестеровское небо. Жаль, но полюбоваться видами города с высоты птичьего полета биокиборг не мог, хотя задержать взгляд было на чем: бесподобные образы современных зданий, выдержанных в стиле викторианской Англии, заставляли сожалеть, что у людей нет крыльев.
Но Стеаринов не должен был уйти. Погоня, несмотря ни на что, продолжалась. А Александр по-прежнему оставался и в роли преследователя и в роли преследуемого. Настырные полицейские очень скоро вновь оказались позади него.
Город быстро остался за спиной. Александр выжимал максимум из доставшегося ему транспортного средства. Он немного не успевал. Кремень уже приближался к технологическому кольцу купола биосферы.
- Он хочет прорваться за купол. Не дайте ему добраться до нашего туннеля.
Полицейские говорили о биокиборге, но Александр проанализировал информацию в нужном ему ключе и отыскал место на карте, к которому, наверняка, спешил и седобородый. Своим туннелем полицейские называли специально оборудованный в кольцевом городе сквозной пролет, через который они проникали под купол или покидали его пределы. Это был один из немногих беспересадочных путей за пределы биосферы, и Кремень, как показывал радар, уже подлетал  к нему.
Александр проигрывал ему драгоценные минуты. Его положение осложнялось сидевшим на хвосте чуть ли не всем полицейским гарнизоном Мунчестера. Полицейские мешали, сбивали с темпа, накрывая его космолет перекрестным огнем. Александру приходилось не сладко. Спасала реакция, лишь благодаря ней он и оставался невредим.
Прошло несколько минут,  и биокиборг с сожалением увидел, как Стеаринов пролетел туннель и выбрался за пределы купола. Почему-то лишь тогда по рации прозвучало:
- Туннель перекрыт. Гоните его на нас, мы его встретим.
Седобородому опять помогли, позволили скрыться. Ему, как опытному кукловоду, стоило лишь дернуть за нужную ниточку, каких в запасе у него оставалась тьма, чтобы тут же получить шанс выбраться даже из самой сложной и запутанной ситуации.
Александр чертыхнулся. Сражаться с противником, который находился  одновременно и везде, и нигде, было невыносимым занятием. Война в слепую напоминала особо изощренную форму мазохизма. Теперь соваться к перекрытому туннелю было бесполезно и опасно. Там его ждали,  поджимая со спины экипажами неунывающих полицейских. Он был под колпаком, в прямом смысле этого слова. Колпак, накрывающий море Ясности, являлся непреодолимой преградой для биокиборга.
- Колпак, колпак, - повторял про себя Александр, видя приближающийся переливающийся купол из стекло-титана.
Стекло-титан был, несомненно, очень крепким и удобным материалом. Удобным в первую очередь потому, что при возведении он находился в жидком состоянии и уже после затвердевания показывал свои лучшие качества. Именно поэтому его начали использовать при возведении купольных территорий, поскольку при возникновении деформации купола или его повреждениях проблемные места оперативно проливали жидким материалом и после застывания полировали.
 Однако у каждого купола имелись обязательные технологические шлюзы, в том числе для массовой эвакуации населения. Это Александр знал еще со времен своего пребывания в лаборатории. Все-таки не зря он столько интересовался Луной. Обстоятельства складывались так, что ему, новоиспеченному Шеогорат-безумцу в глазах лунных полицейских, предстоит пошуметь еще раз. Да как! Идея прорыва шлюза возникла сама собой. Да и что оставалось делать? Это был единственный шанс прорваться наружу.
Шлюз сливался с общей поверхностью купола и обнаруживался только с близкого расстояния, но полицейскому навигатору такие трудности не грозили – электроника располагала всей необходимой информацией. Массированного ракетного удара шлюз бы точно не выдержал, а спейскэб как раз располагал необходимым арсеналом.
За людей беспокоиться не стоило. Объем воздуха под куполом был огромен, а ремонтные бригады всегда действовали оперативно. К тому же все купольные территории обладали вторым контуром защиты. При любой опасности из кольцевой зоны выдвигался огромный металлический панцирь, который смыкался над сводом биосферы. Строительство второго контура было полностью инициативой военных, которые стремились усилить защищенность лунных колоний от диверсионных групп неизвестного, но почему-то всегда вероятного противника. Кто являлся этим противником, не уточнялось. Однако, как показала практика, настойчивость военных была, как нельзя, кстати.
 Кремень уже давно находился по ту сторону купола и мог испариться с экрана радара в любой момент. Александр спешил, как мог, выжимал максимум из спейскэба. Он переключил вооружение на биоплазматические ракеты и включил их автоматическое наведение. За спиной у него висели, по меньшей мере, пятьдесят полицейских экипажей, но биокиборг лихо и непринужденно уходил от их бесконечного обстрела. По рации постоянно шумели раздраженные голоса. Стражи порядка проклинали Александра, но в тоже время восхищались его ловкостью – не каждый день они видели такие чудеса воочию. За время преследования он выслушал столько эпитетов, а среди них: родился со штурвалом, пилот от бога, – были самыми скромными, что в какой-то момент почувствовал себя настоящей звездой, даже в плечах стал шире – вот что похвала делает с людьми.
Александр выстрелил. Четыре ракеты ушло точно в цель. Затем еще четыре и еще. Динамик рации едва не разорвался от десятков сообщений:
- Что он делает?
- Пробивает шлюз.
- Внимание ремонтные бригады на объект А5, активировать второй контур.
- Зачем? Что-то случилось?
- Пока ничего, но сейчас случится.
- Ребята да сбейте его.
- Да он просто черт из табакерки. Выскочил, не поймаешь.
- Откуда он взялся на нашу голову?
- Всеми залпом!
- Что показывают сенсоры?
- Шлюз пока держит, - после восьмого залпа тот же голос добавил, - уже нет.
- Огонь, залпом!
Створ шлюза разломился на половины и стал падать вниз, открывая Александру путь к бегству. В это же время все пять десятков патрульных космолетов дали одновременный залп из самонаводящихся ракет. Биокиборг дождался, когда ракеты набрали приличную скорость,  притормозил и стал сваливать спейскэб в управляемый штопор. Часть ракет проскочила мимо. Причинить вреда они больше не могли – через какое-то время должен был сработать механизм самоликвидации.
Но остальные ракеты держали его в ежовых рукавицах. Дистанция сокращалась, взрывоопасный рой приближался столь же стремительно, как и поверхность Луны. «Нежное» дыхание смерти стало ощущаться в пляшущих на загривке волосах. Обидно, до шлюза оставались какие-то километры, а приходится отсчитывать секунды до столкновения с поросшим травой пепельным грунтом.
За мгновение до, казалось бы, фатального просчета Александр прекратил вращать космолет и дернул штурвал на себя. Хорошо тряхнуло, от перегрузок двигатели стали захлебываться, несколько заклепок сорвало с обшивки. Будь универсал живым разумным существом, выслушал бы тогда биокиборг много интересного о себе. Спейскэб пропахал грунт и с большим трудом стал набирать высоту. Сотые секунды отделили биокиборга от провала, но биочип все рассчитал верно. Ракеты, не обладая подобной маневренностью, градом упали на лунную поверхность. Верх вперемешку с земляной пылью метнуло снопы огня, но они лишь жадно облизали корпус ускользнувшего от них полицейского космолета.
- Сукин сын, - удивленно заголосили беспомощные стражи порядка, - да как так-то?
Александр набрал высоту и в последний момент вырвался через взорванный шлюз за пределы биосферы. Почти сразу за ним гигантские металлические створки панциря закрыли поврежденный сектор купола. 

Глава 5

Габриелю «повезло» не меньше Александра. Но сначала ему на выручку пришел сам биокиборг, сбив его противников попавшим под горячую крепкую руку лжефанатом. Довольный хакер поднял большой палец вверх – ладно сработал, что и говорить, и поспешил вниз, где его уже поджидали.
С ударной техникой у Габриеля всегда было все хорошо. Он еще со школы являлся главным поставщиком хулиганских новостей. Если у кого-то появлялся разбитый нос или синяк под глазом, то можно было не сомневаться – без кулаков Габриеля Маркеса при этом не обошлось. Что с ним только не делали, но непоседа с детских лет и не думал меняться. Правда, в отличие от многих малолетних разбойников, Габриель был универсален.  С какой охотой он размахивал крепкими не по возрасту кулаками, с таким же трудолюбием впитывал в себя и знания, за что его носили на руках и прощали ему все проступки. Словом, не ребенок, а уникум. Индиго.
Чуть позже учителя додумались направить избыток его энергии в нужное русло. Он быстро стал чемпионом всевозможных детских турниров по боксу, муай тай и прочим видам спорта, где можно было вдоволь махать руками и ногами, не получая за это никакого наказания.
Именно по этой причине, у ряженых в фанатов убийц с Габриелем не сложилось. Их сценарий был переигран на корню. Хакер, обладая недюжинной физической силой, серьезными габаритами, умудрился коротким и хлестким ударом ноги проломить грудную клетку первому нападавшему, ранить его же ножом второго и срубил мощным кулаком, который с виду больше напоминал кувалду, третьего.
Незнакомец в красном балахоне убегал резво, но все же не так быстро, как Кремень. В этом Габриелю повезло уже по-настоящему. В подтрибунном помещении к хакеру подбежали стюарды и полицейские, но он громко закричал, выхватив свое удостоверение:
- Стоять, работает АБК.
То ли мощный крик здоровяка, напомнивший им зычный рык разъяренного льва, то ли пластиковая карта, мелькнувшая перед  их глазами, заставила расступиться и сотрудников стадиона, и полицейских. На их лицах появилась даже какая-то услужливость. Что связываться с таким громилой, да еще и из АБК? Габриель схватил первого же полицейского за грудки и зарычал над ухом:
- Срочно передай своим, пусть перекроят все выходы. Тот, в красном балахоне, не должен уйти.
Полицейский быстро закивал головой и, когда хакер молнией скрылся с его глаз, дрожащим голосом передал по рации все, что от него требовалось. Попробуй тут ослушайся.
Незнакомец, между тем, был не настолько глуп, чтобы бежать прямиком к выходу. Он жаждал попасть на площадку для воздушного VIP-транспорта, которая располагалась на верхнем ярусе стадиона.
Преследуя беглеца, хакер влетел на лестницу. Дистанция между ними сокращалась на глазах. За несколько пролетов до конца между ними оставалось всего несколько шагов. Мелькнули открывающиеся двери, за ними в полной готовности вырос элитный аэромобиль.
Незнакомец подбежал к открытой пассажирской двери. Стоило ему юркнуть в салон, как его настиг Габриель и резко дернул за плечо. Беглец схватил переданный ему пилотом пистолет. Раздался выстрел, на руку стрелявшего попали капельки крови, но он, не обращая на это никакого внимания, сел в салон и приказал пилоту взлетать. Здоровяк с застывшим на лице удивлением упал на колени и через секунду рухнул навзничь.

***

Очередная неприятная весть настигла Мильке за рабочим столом. Сообщили об инциденте на Луне. Генералу чуть не стало плохо. Он стал сер лицом, его глаза провалились в глазницы и вмиг потускнели. Пострадал второй его лучший сотрудник, один из немногих, кому он еще доверял в этой жизни. Дрожащими от горя руками, Мильке набрал на компьютерном столе своего помощника:
- Да, сэр? - Рой возник перед ним голограммой по пояс.
- Свяжи меня с главным врачом мунчестеровского военного госпиталя.
- Одну минуту, сэр.
Рой исчез, а над компьютерным столом спустя несколько секунд появился мужчина с белоснежными, искрившимися, как снег, волосами. Он был похож на одуванчик: волосы топорщились огромной округлой шапкой, и, казалось, стоило только дунуть, чтобы лишить его этой смешной шевелюры. Его образ не мог не вызвать на лице улыбку, но Мильке не улыбался, не тот повод для звонка.
- Ганс Бухнер, слушаю вас, - начал главврач, но разглядев, наконец, генерала перешел на менее официальный тон, - Маркус, приветствую. Как жизнь?
- Здравствуй, Ганс. Не до любезностей. Что с моим парнем?
Бухнер поправил очки, откашлял.
- Понимаешь, ему попали в голову с расстояния вытянутой руки.
Мильке понурил голову и закрыл лицо руками.
- Он хотя бы не мучился?
- Мучается, - поспешил прервать его душевные страдания доктор.
- Он жив? - удивленно выпрямился генерал и посмотрел на экран с надеждой.
- Стреляли из стрелкового оружия. Пистолет оказался простеньким. А тут такое дело. У твоего парня лоб титановый. Пуля застряла аккурат по центру лба. Он еще в реанимации, но его жизнь уже в неопасности.
Мильке истерично захихикал. Сначала тихонько, а потом перешёл на громогласный хохот. Глаза увлажнились. Он почувствовал невероятное облегчение.
- Что смешного, Маркус?
- Да, нет, все в порядке, - пытался себя остановить генерал, поддавшись легкой истерике, - я же не знал. Думал, он погиб.  У него же уже пять лет череп на половину металлический. Последствия ранения. Ты не поверишь, как ты меня сейчас обрадовал.
- Да собственно радоваться то нечему.
- Хватит тебе. Главное он жив, а остальное зарастет. Спасибо тебе, Ганс.
- Что ты, Маркус.
- Я вылетаю срочно к вам. Жди.
- Хорошо, жду, - ухмыльнулся Бухнер и исчез.
Возбужденный радостной новостью Мильке позвал помощника, распорядился организовать космолет до Луны и добавил, когда тот оказался на пороге кабинета начальника:
- Полетишь со мной.
- Да, сэр, - как всегда покорно и без лишних эмоций ответил Рой.
Через двенадцать часов они торопливо покинули посадочный VIP-терминал Мунчестера. У выхода их поджидал аэромобиль Агентства с руководителем местного департамента и двумя его спутниками.
- Господин генерал!
 В глазах местного руководителя читался естественный страх.
- Полковник Гарсия, - протянул Мильке руку своему подчиненному для приветствия, - расслабьтесь. Я не про вашу душу. Везите меня в госпиталь.
- Есть, сэр.
Они сели в роскошный бронированный универсал, и полковник протянул генералу электронный рапорт:
- Здесь кое-какая информация, сэр.
Мильке включил планшет и начал читать: «Мунчестер. Неизвестные устроили драку и стрельбу на стадионе Нью Траффорд. Есть погибшие, личности устанавливаются. Впоследствии уже за пределами спортивного сооружения был открыт огонь по полицейским. Двое сотрудников ранены. Двое преступников угнали два универсальных полицейских космолета. Вероятно, один из них гнался за другим. Контакт с одним был потерян почти сразу. Второго удалось притеснить в городе. В результате погони пострадал экипаж патрульного космолета и одно муниципальное здание. Среди гражданского населения пострадавших нет. Уходя от погони преступник, прорвался к кольцевому сектору, где взорвал аварийный шлюз купола, и вырвался на открытую территорию. От дальнейшего преследования полиция  отказалась. Сработал второй контур защиты. Шлюз восстановили в течение часа. За пределами купола подозреваемого стала преследовать группа из пяти неизвестных кораблей. Он справился с четырьмя, после чего в дело вступила батарея противокосмической обороны, которая уничтожила пятый корабль. После сильного взрыва спейскэб преступника оказался вне поля наблюдений. Космолет не обнаружен до сих пор. Во избежание усиления террористической угрозы в Конфедерации отключен космонет, усилен паспортный контроль, увеличена группировка сил на стратегических объектах».
Генерал перечитал сообщение несколько раз, с каждым новым делая это все быстрее. Он прерывался, чтобы посмотреть на сидящего напротив полковника, и снова преступал к чтению. Полковник нервно ерзал в кресле, стараясь не смотреть начальнику в глаза.
- Когда это произошло?
- Чуть больше четырнадцати часов назад, в тот же момент, когда был ранен Маркес.
Мильке надулся, покраснел и выпучил глаза.
- Почему мне только сейчас сообщили подробности? - взорвался он.
- Сэр, это полицейская сводка. Мы были не в курсе.
- Вашу мать, полковник, - забрызгал слюной генерал, позволив впервые за долгое время себе грязно выругаться, - вы – тупица? Как у вас налажена работа, что о чрезвычайной ситуации такого масштаба вы мне сообщаете только через четырнадцать часов и то после полицейской сводки? Кто разрешил использовать батарею противокосмической обороны для уничтожения таких целей?
Ответов на эти вопросы у полковника естественно не нашлось. Гарсия был готов провалиться сквозь землю и жадно глотал воздух, подбирая нужные слова, словно сапер, колдовавший над непонятными ему проводами бомбы. Свита полковника недоуменно переглядывалась, явно не понимая суть претензий высокого начальства – они так всегда работали.
- Так начальник военного гарнизона с начальником полиции закадычные друзья. Договорились, - попытался оправдаться Гарсия.
Не помогло. «Сапер» ошибся. «Бомба» рванула, генерал сорвался на лютый крик:
- Вы что тут все совсем зажрались? Договорились они! Гребаные идиоты, сукины дети! Я вас научу Родину любить! Всех разгоню к чертовой матери! Я найду управу на всех. Вы мне сортиры чистить будете на Меркурии!!!
С крика Мильке перешел на хрип и, осознав бесполезность своей тирады, замолчал. Он тяжело вздохнул и неприятно поморщился – что кричать на дубоголовых. Сам виноват, сам руководит ими. От напряжения на его морщинистом лбу выступили капли пота. Генерал промокнул лоб рукой, тяжело задышал и протер пальцами глаза. Новости удручали. Стеаринов сбежал, а Александр вообще пропал без вести. Мильке сокрушился про себя на тему вселенской несправедливости и посмотрел в окно на крышу приближающегося здания. Генерал вернул планшет полковнику, ни словом больше не обмолвившись с подчиненным, и, как только аэромобиль коснулся крыши, выскочил на свежий воздух. Ему хотелось отдышаться. Легкий налет отчаянья коснулся его лица. Тем не менее, не показывая слабину перед людьми, он по-прежнему твердым шагом направился в  госпиталь.
Внутри здания среди бесконечных стерильных коридоров царила сонная тишина,  и гулкие шаги генеральской свиты разносились по всем этажам, предупреждая о появлении посетителей. Помогло ли это быстро сориентироваться главному врачу госпиталя, было не ясно, но почти перед самой палатой Бухнер все-таки нагнал Мильке и его спутников.
- Маркус!
Генерал остановился и поприветствовал старого знакомого.
- Привет, Ганс. И спасибо тебе еще раз. Вытащил парня. К тебе не пошел, думал, что откажешь. А я должен навестить его.
- Хорошо, но недолго. И, пожалуйста, иди один. Не шуми и не напрягай сильно парня.
- Останьтесь здесь, - приказал генерал своим подчинённым, зло сверкнув глазами, и открыл дверь в палату.
Мильке осторожно заглянул внутрь. Габриель лежал на койке, уставленной все возможными датчиками, которые пищали, мигали, жужжали. Здоровяк был бледным как сама смерть. Его голову венчал огромный регенерационный шлем. Генерал на цыпочках прокрался к кровати и склонился над хакером. Заметив слабую тень, Габриель с трудом открыл глаза и посмотрел затуманенным невидящим взором на своего гостя.
- Кто здесь? - он сглотнул и добавил очень сдавленно, - у меня плывет перед глазами.
- Это я, Габриель.
- Сэр?!
Здоровяк хотел пошевелиться, но его остановила рука Мильке.
- Лежи, лежи, не двигайся.
- Сэр, я облажался.
- Что ты, Габриель.
- Я его не поймал и не помог Алексу. Шеф, он – отличный парень, а я ему не помог.
- Не переживай, все будет хорошо, - генералу было не до лирики, - поймаешь еще.
- Не думаю.
- Почему? Кого ты упустил?
- Его. Он в меня стрелял.
Мильке напрягся и насторожился, как лис, почуявший приближение добычи.
- Кто он? Скажи. Я это сделаю за тебя, для тебя. Я с ним разберусь!
Габриель своим молчанием ненароком накалил атмосферу до сухости во рту генерала. Мильке не сдержался и на мгновение даже повысил голос:
- Кто он? Говори, боец!
Генерал осекся и испуганно посмотрел сначала на подчиненного, потом на дверь, испугавшись негативной реакции Бухнера. Но главный врач остался за дверью, а здоровяк зашевелил губами, захватив все внимание Мильке. Генерал впился в лицо хакера взглядом, пытаясь прочитать по ним ответ раньше, чем его бы озвучил сам хакер.
- Борджиа. Ему передали накопитель, - еле выговорил Габриель и потерял сознание.
Терпение Мильке лопнуло. Он готовился услышать нечто подобное, но все равно оказался одновременно и обескуражен, и возмущен ответом хакера. Сенатор сорвал с себя маску, враг показал свое истинное лицо. Внутри все заклокотало. В глазах генерала засверкали недобрые  молнии, белки налились кровью. От нахлынувшей ярости Мильке даже перестал дышать. Нервной походкой, скованный от напряжения, он выскочил в коридор.
- За мной, - приказал генерал своим людям.
Мильке пошел столь быстрым шагом, что остальным приходилось время от времени нагонять его бегом.  Никто из свиты не решался заговорить с ним. Не нарушая тишины, они так и дошли до аэромобиля. Генерал запрыгнул в кабину и тут же выудил из кармана панель видеофона.
- Приемная дома сенаторов, представьтесь, - ответили ему, когда он набрал нужный номер.
Дома Сената располагались в каждом крупном городе Конфедерации и считались официальными резиденциями законодательного органа власти.
- С вами говорит директор Агентства Безопасности Конфедерации генерал Мильке. Борджиа у вас? - бесцеремонно спросил он у голоса по ту сторону экрана.
- Он в своих апартаментах. Вас соединить с ним?
- Нет, я сам с ним свяжусь, - захрипел уже от злости генерал и приказал пилоту, - в дом Сената.
Пилот дождался, когда вся свита Мильке забралась на борт аэромобиля и, руководствуясь настроением генерала, сорвался с места, как участник знаменитой двадцатичетырехчасовой воздушной гонки, благодаря чему уже через десять минут он приземлил транспорт на крышу тридцатиэтажного  здания. За время пути Мильке немного остыл и теперь мог все спокойно обдумать. Он вновь схватился за видеофон и вызвал верховного прокурора.
- Приветствую, Жак. Это Мильке. Мне нужен срочный ордер на арест. Дело государственной важности.
- Хорошо, Маркус. Если государственной, то все сделаем. Там никаких не будет претензий? Все по закону?
- Абсолютно!
- Хорошо. На кого?
- Борджиа.
- Что? - удивился прокурор, глаза которого округлились и буквально запрыгнули на лоб, - это, что шутка?
- К сожалению, Жак, это горькая правда. У нас есть неоспоримые доказательства связи Борджиа с врагами Конфедерации.
- Маркус!
- Он стрелял в моего агента во время спецоперации, - не давая попытки возразить, Мильке продолжал говорить, - чем не повод?
Верховный прокурор задумался, но тянуть не стал, нашел, что ответить:
- Я знаю тебя уже много лет, Маркус. Поэтому, не думаю, что твоя личная неприязнь затмила тебе мозги. Так и быть, - вздохнул он, - будет тебе ордер. Но если что, пеняй на себя. Я ничем не смогу тебе помочь.
- Никаких «если», - отверг любые условности Мильке.
По его суровому тону, прокурор осознал всю серьезность ситуации и напоследок добавил:
- Через три минуты можешь его окучивать. Я сброшу электронный ордер тебе на планшет.
Генерал спрятал устройство связи  и, покинув аэромобиль,  уже в дверях столкнулся со служащим дома.
- Апартаменты Борджиа, - сходу рявкнул он, - быстро!
Служащий растерялся и выпалил как на духу:
- Весь двадцать седьмой этаж в его распоряжении.
Мильке гневно прошел мимо, и напуганный юноша промямлил ему вслед что-то приветственное. Генерал же суров был только снаружи, внутри сменившее гнев волнение не знало границ. Несмотря на высокое звание и солидный возраст, ему не доводилось еще разоблачать деятелей страны столь высокого уровня. Но долг главенствовал над любыми чинами и званиями, по крайне мере, в жизненной иерархии генерала. Поэтому своё волнение Мильке умело прятал, опираясь на опыт, характер и выдержку.
Он оттолкнул вышедшего ему навстречу охранника, спутники генерала мгновенно заломили ему руки – не зря же брал с собой, хоть в чем-то от них нашелся толк, и зачем-то потащили с собой. Мильке резво открыл двери на этаж и чисто интуитивно направился в каминный зал.
 В топке, танцуя на поленьях, ласково трещал огонь. Перед камином спал огромный черный лабрадор, который неторопливо повернул к гостям свою сонную голову, кто его там тревожит, и сразу продолжил свое недурное занятие.
- Кто там, Фармер? - голос Борджиа послышался из соседней комнаты и, вероятно, адресовался охраннику.
- Сенатор! - закричал тот в ответ, но вовремя получил по голове.
Мильке пошел на голос и оказался в просторном рабочем кабинете. Сидевший за столом Борджиа сначала рванул с места, но, увидев генеральскую свиту, передумал. Сенатор нахмурился и решил атаковать незваных гостей своей искренней и недружелюбной интонацией:
- По какому праву вы врываетесь в покои сенатора Конфедерации?
Мильке остановился напротив и заглянул сенатору в глаза. Зрачки Борджиа, как люди на пожаре, забегали суетливо и хаотично. Он боялся ответить генералу столь же открытым взглядом.
- По такому же праву, по которому вы, сенатор, предали интересы Конфедерации и возглавили мятежную борьбу против существующего государственного строя.
- Что за чушь? Как вы смеете? - возмутился сенатор.
- Не придуривайся, Борджиа, - Мильке резко перешел на «ты», явно не собираясь с ним церемониться, - тебя опознал наш сотрудник, в которого ты стрелял. Он на твою беду выжил. Кроме того нам известно о вашей совместной работе с Новиковым или известным неуловимым террористом Стеариновым. Вас сдал нам профессор Фрост. Мало доказательств? Продолжить?
Генерал решил утаить тот факт, что профессор покончил с собой, и не прогадал. Сенатор переменился в лице, ослабил галстук и зло, где-то разочарованно оскалился:
- Значит, сдал.
Он постучал пальцами по столу и огляделся.
- Без глупостей, сенатор, - предупредил его Мильке.
Но Борджиа, казалось, не слышал его.
- Мильке. Вы не представляете, в какое дерьмо вы вляпались, - он сорвал с себя галстук, небрежно бросил его перед собой и устало опустил плечи – груз тайны отнимал много сил, но больше не тяготил его, - вы не отмоетесь. Во век не отмоетесь. И дело даже не во мне. Дело в масштабе. Он колоссален. Тысячи людей ведут двойную игру, занимая видные должности в структуре вашей чертовой Конфедерации, и смеются над вами. Смеются над преданными сумасшедшим идеям глупцами за вашими же спинами. Дураки! Вас по-другому и не назовешь. Дураки! А меня выпустят, вот увидите. Потому что рычаги есть везде. А какое будет возмущение в Сенате. Вы не понимаете, с кем связались. Они пойдут на это, потому что я знаю столько, что могу утащить за собой легион с виду добропорядочных видных государственных деятелей. Я могу столько дерьма на вентилятор вбросить, что чистеньких не отыщешь. Так что, они меня спасут, а вас раздавят. Как наглого вонючего таракана, раздавят и не заметят.
Мильке стоял, спокойно слушал, понимал – его угрозы идут от безысходности, но, когда сенатор, откинувшись на спинку кресла, залился истерическим смехом, вдруг спросил:
- Высказался? - не дождавшись ответа, он сурово скомандовал, - вяжите его ребята. Это организатор очень крупной подпольной сети мятежников. Его будут судить по всей строгости закона. Публично. Я сам позабочусь об этом.
И тут Борджиа испугался. Он задергался.
- Подождите. У меня есть накопитель. Но я не самый главный. Нет никакой сети.  Я все скажу, вы только обещайте мне безопасность. Все намного хуже, чем вы представляете. Борьба – всего лишь прикрытие.
Мильке взмахом руки остановил рванувших к сенатору подчиненных.
- Где накопитель?
- Вот, - Борджиа дрожащими руками положил на стол заветное устройство.
- Кто главный?
- Главный? - отчего-то переспросил сенатор, от ужаса вжался в кресло и стал жадно ловить воздух.
Генерал повернулся в ту сторону, куда так испуганно посмотрел Борджиа и увидел своего помощника Роя с пистолетом в руке. Он целился в сенатора.
- Умри, предатель, - закричал он, сделал несколько выстрелов и отбежал на несколько метров назад, наставив оружие теперь на Мильке.
Развязка повергла генерала в шок.
- Что ты натворил, Рой? - воскликнул он.
- Ничего неправильного, сэр. Так велел мне мой долг.
Таким своего помощника, всегда сдержанного, холодного, Мильке видел впервые.
- Какой к черту долг, Рой? Опусти оружие, я приказываю.
- Нет, сэр. Он, - помощник махнул пистолетом в сторону сенатора, - он был прав. Вы не представляете, насколько он был прав, - Рой убедился, что Борджиа не подавал признаков жизни, и продолжил, - я вас уважаю, сэр. Но Конфедерация – это зло, которое следует уничтожить.
С этими словами он упер пистолет себе в подбородок.
- Нет, - закричал генерал и шагнул к помощнику.
Раздался выстрел...

***

Удача снова улыбалась Александру. Едва покинув биосферный купол, он сразу заприметил космолет седобородого. Стеаринов стремился покинуть спутник Земли и набирал приличную высоту. Было бы обидно после стольких усилий упустить его. Окончательный провал грозил уничтожить всякий след седобородого. Уж этого точно допускать было нельзя.
Биокиборг навел целеуказатель на космолет своего врага и  выпустил несколько ракет с системой самонаведения, но с самым слабым зарядом. Он сделал лучшее из того, что приходило на ум. В сложившейся ситуации смерть Стеаринова не была самоцелью Александра. Напротив, жизнь седобородого теперь  им даже не оспаривалась. Кремень оставался единственной ниточкой, ведущей и к Катерине, и к людям, стоявшим за ним. От того его жизнь в это мгновение ценилась Александром на уровне своей. Биокиборг хотел заставить его посадить космолет или сделать так, что транспорт беглеца сел сам. Любой из этих вариантов рассматривался бы им как успех.
Ракеты устремились к цели. Александр посмотрел вперед с надеждой, но яркие вспышки вернули его с небес на землю. Кто-то сбил выпущенные им ракеты, опять вмешалась третья сила. Александр оторопело посмотрел на радар: совсем рядом с центром экрана мигали пять красных точек. Традиционная игра в догонялки продолжалась. Но не полицейские шли за ним по пятам, а невесть откуда взявшаяся поддержка Кремня. Датчик угрозы атаки с запозданием тревожно запищал. Спасение утопающих дело рук самих утопающих, поэтому Александр, не раздумывая, заложил вираж и с досадой проводил взглядом улетающего прочь седобородого.
- Ничего, догоню, - пробурчал недовольно биокиборг, концентрируя внимание на замелькавших совсем рядом лазерных лучах, героем посмертно становиться он не желал, и на ставшей вдруг бескостной шее его голова закрутилась юлой.
Александр изловчился и по дуге завел свой космолет под один из нападавших бортов. Биокиборг надавил на гашетку, и днище вражеского космолета изрешетило лазером. Атакованный борт задымился, появилось пламя, окислявшее остатки кислорода под обшивкой. Через мгновение корабль разорвало мощным взрывом. Александр проскочил сквозь пылающее облако обломков.
Остальные спейскэбы мудро перестроились, не смогли нахрапом, решили взять тактикой. Пока биокиборг возился с одним из атаковавших его кораблей, остальные заняли выгодные позиции для атаки. Александр  попадал под перекрестный огонь, оказавшись перед ними как на ладони.
Два десятка ракет устремились к цели. На радаре появились маленькие точки. Биочип пессимистично заметил, что выйти сухим из воды не получится. И все же Александр дернул штурвал влево. Больше на удачу, чем на здравый расчет. Получилось что-то вроде спирали, корабль начал вращаться  вокруг своей оси. Биокиборг не испытывал страха, но зачем-то совсем по-человечески зажмурился, ожидая скорой развязки. Однако каким-то чудом его план сработал. Секунды решили все, почти все ракеты прошли мимо. Почти. Одна из них предательски зацепила самый край спейскэба и сдетонировала. От взрыва его завертело еще больше, Александр с трудом удержал корабль. От напряжения заигравших на руках мышц его крепкая куртка едва не пошла по швам.
Пострадавшему полицейскому универсалу повезло остаться в строю. Биокиборг включил двигатели на полную мощность и пытался оторваться от надоедливых, как комары в летнюю ночь, преследователей. Стеаринов исчез с экрана радара, и Александр тоскливо вздохнул. Горечь разочарования заставила его в сердцах ударить по штурвалу руками. Он потерпел фиаско. Его поиски зашли в тупик. Оставалось уповать только на Габриеля. У хакера оставался шанс отбить накопитель и выйти на подпольщиков напрямую. 
Преследователи отстали, теперь Александр мог спокойно подготовиться к встрече с ними. И для начала, чтобы не мельтешить перед глазами разозленных лунных властей, биокиборг решил уйти от купола биосферы и подняться, как можно выше, на орбиту Луны. Он не верил, что полицейские вот так просто потеряли к нему интерес, все-таки пошумел знатно, а уязвленное человеческое самолюбие еще никто не отменял.
Проверив запасы вооружения, Александр изменил курс и направил космолет в сторону светившегося томной синевой серпа красавицы Земли. Он вывел двигатели на предельную мощность, спейскэб резво рванул, но набор скорости вдруг сник до предела. Тревожно просигнализировал датчик: один из четырех маршевых двигателей вышел из строя. О себе дал знать недавний взрыв ракеты. Без дополнительной тяги космолет заметно потяжелел. На этом сюрпризы не закончились. Хлопнуло в двигательном отсеке. Александр подергал штурвал, корабль стал хуже управляться: маневровым двигателям досталось не меньше. Что дальше? Взрыв? Разгерметизация?
Но злоключения с кораблем прекратились. Видимо, высшим силам было интересней наблюдать, как Александр мучается, чем скучно погибает на просторах космоса. Фора таяла на глазах, преследователи съели весь отрыв. Пока корабль был в строю, биокиборг понимал: лучшая защита – это нападение.
Они настигли его через считанные минуты. Казалось все – он был в их власти. Но каким-то чудом Александр совершил стремительный разворот, сделал бочку и атаковал. Ракеты, пущенные им, нашли свою цель. Огонь яркой сферой сгораемых газов вырвался из разрываемого могучей силой взрыва корпуса. Обломки космолета,  разлетаясь, стали цеплять остальные летательные аппараты. Удары были хлесткие, будто кто-то лупил по спейскэбам кнутом. Языки пламени облизали их серебристую обшивку, заставив не на шутку перепугаться пилотов.
Александр сделал петлю и зашел с тыла. Он наметил себе цель и надавил на гашетку. Лазерные пушки стали разрывать корабль на куски, корпус воспламенился, и через секунду еще один космолет полыхнул яркой вспышкой. Остальные спейскэбы трусливо ушли на вираж, стали заходить в атаку с разных сторон.
Заверещал датчик – противники пустили ракеты. Александр, боясь попасть под перекрестный огонь, закрутил космолет бочкой. Ракеты едва не облизали корпус полицейского универсала, но прошли мимо. Биокиборг потянул на себя штурвал и пошел на петлю. Маневр получился мало того, что красивым, так еще и эффективным. Вражеские космолеты пролетели мимо и вновь оказались перед Александром. Его хищный взгляд выхватил себе очередную цель, палец, не мешкая, надавил на курок. Лицо биокиборга озарилось оранжевой вспышкой – возмездие нашло свою жертву.
Противники остались один на один, наступил момент истины. Александр облетел огненное облако, но нарвался на выпущенную в него ракету. Теперь секунд ему, как раз, и не хватило. Вместо маневра биокиборг открыл встречный огонь, чем спас себя от сиюминутной гибели. Взорвалось прямо перед носом космолета. Спейскэб тряхнуло, закружило в разрушительном вальсе.
Погасло электрооборудование, Александр подергал ручку штурвала – корабль его слушался. Нарушилось лишь питание приборной панели. Все рычаги и кнопки, отвечающие за двигатели и управление, продолжали функционировать. Надолго ли?
Биокиборг для полной проверки надавил на гашетку, но пушки промолчали, ракетный залп – снова впустую. Система управления вооружением не работала, а в довершении ко всем бедам заморгал, заискрил и вдруг потух радар.
Александр выровнял положение космолета и стал вертеть головой по сторонам. Его противник бесследно исчез. Биокиборг  прибавил скорости и ушел на вираж. Враг выскочил с тыла и пролетел мимо него в считанных метрах, устилая космическое пространство плотными лучами лазерных пушек.
Полицейский спейскэб развернулся и завис. Атаковать он не мог, поэтому оставалось ждать вражеский маневр и пытаться в очередной раз избежать обстрела. Противник вызов принял и пошел в лобовую атаку. Александр надавил на педаль управления маршевым двигателем. Космолет дернулся вперед, но тут же остановился. Любые манипуляции с кораблем стали бессмысленными, ответа не было ни от одного блока управления. Биокиборг пошатал бесполезный штурвал – корабль даже не шелохнулся. Бедный полицейский универсал, судя по всему, израсходовал свой ресурс и силился превратиться в искусственный спутник Луны.
Подумалось, вот и все. Александр посмотрел на стремительно приближающегося противника. В глазах промелькнули события последних дней, быстро, как кино на прокрутке, и вдруг в голове стало пусто и тихо. Ни одна мысль больше не тревожила его разум, даже внутренний голос притаился в ожидании скорой развязки. Александр стал считать секунды.
- Раз, два, три…
Было в этом что-то зловещее. Он ждал один шанс на миллион, одну шальную мысль, которая могла ворваться в созданный в его голове вакуум с криком «я спасен!». Но мысль не врывалась, а время шло.
- Пятнадцать, шестнадцать, семнадцать.
Противник не оставлял ему шансов. Александр зажмурился. Отчего не хотелось видеть свои последние мгновения. Но когда по его расчетам всё мыслимое и не мыслимое время истекло, взрыва не последовало, а смертельная боль не врезалась в его последние воспоминания. Александр недоверчиво приоткрыл глаза. Зрачки сузились до крохотных точек – в узкую щелочку между век ворвалась яркая вспышка. Какая-то неведомая сила уничтожила последний вражеский космолет.
Биокиборг посмотрел вниз и сразу обо всем догадался. Лунных станций по борьбе с метеоритами. О, это прекрасное уязвленное человеческое самолюбие! Полицейские не стали гоняться за беглецом сами, увидев, что Александр и так притеснялся неопознанными кораблями. Они передали его военным и попросили уничтожить весьма изощренным, но столь своевременным для биокиборга способом.
Огненное облако добралось до космолета. В лобовое стекло попало несколько крупных обломков, и корабль закачался, будто на волнах. Ярко вспыхнула подсветка приборов, тут же запищал датчик угрозы атаки. Электрооборудование ожило, штурвал начал слушаться. Панель приборов залилась красной сигнализацией – в строю оставался лишь один маршевый двигатель. И на нем еще надо было умудриться скрыться с глаз военных.
Оживился и Александр.  Он повел свой космолет в сторону от зоны обстрела. От лазеров уйти получилось, но на радаре замелькали два небольших объекта. Военные пустили ракеты. Крошечные на радаре, в действительности они имели солидные габариты и мчали на бешеной скорости к подсвеченной им цели.
Спейскэбу скорости как раз не хватало, и Александр пошел на шаг отчаяния. Он развернул борт носом к ракетам и дал залп из всего, что было на борту. Его прекрасное зрение сразу обнаружило два смертоносных жала. Ракеты были будто связаны невидимой нитью, летели на сверхмалом расстоянии друг от друга и совершали абсолютно идентичные маневры.
 Первые залп встретил их на расстоянии несколько километров от космолета. Взрывы не потревожили их, и ракеты продолжили лететь, как ни в чем не бывало. Дистанция стала критической, и биокиборг открыл огонь вновь, используя свой последний шанс.
 Он замер, наблюдая, как крошечные в сравнении со смертоносными монстрами ракеты спейскэба ушли к цели. Крошечные вспышки, как итог стопроцентного попадания, подарили надежду. Какие-то доли секунды, показавшиеся целой вечностью, ничего не происходило, и Александр быстро потянулся к штурвалу – план «Б» он для того и существовал, чтобы, оказавшись на краю пропасти, очистить свою совесть. Мол, сделал все, что мог, бился до последнего, а там либо пан, либо пропал.
План «Б» не понадобился. Две вспышки невыносимой для глаз яркости заставили его остановиться. Огненные сферы, разрастаясь в диаметре,  стали поглощать пространство вокруг себя. Стало светло, как днем. Ударная волна сгорающих газов, словно боксерская перчатка, хлестко врезалась в корпус космолета. Попавший под раздачу полицейский универсал  опять затрясло, закрутило и сильно отбросило в сторону.
Кузов космолета стал напоминать помятую, но все-таки невскрытую, консервную банку. На лобовом стекле появились следы повреждений, к счастью, без трещин. Замолчал последний двигатель. Приборная панель с недовольным гулом заискрила и погасла, теперь навсегда, лопнули информационные панели датчиков. Прекратил работать даже гравитационный блок кабины. Александр почувствовал невесомость.
Спейскэб, уносимый силой взрыва, поднимался на все более высокую окололунную орбиту. Александр, больше по наитию, все еще держался за штурвал, пытаясь понять, что делать. Биочип зафиксировал частичную разгерметизацию кабины, воздушная смесь медленно, но верно улетучивалась в космос.
В запасе у Александра хоть оставались часы, но, находясь в плену разбитого космолета, биокиборг лишь отсрочивал свою гибель. Сбылись мрачные прогнозы. Корабль превратился в искусственный спутник Луны и двигался в пространстве исключительно благодаря законам физики. Космолет потерял техническую живучесть и представлял собой груду технологичного металлолома.
Биокиборг посмотрел на Луну.  К нему потеряли всякий интерес, вероятно, посчитав уничтоженным. Александр стал размышлять о своих ничтожных шансах, сидел, сложа руки на груди, и зевал. Усталость подкралась в самый неподходящий момент. Ему захотелось спать. Здравый смысл и биочип советовали не противиться естественной потребности организма.  Что еще оставалось делать? Ни одного здравомыслящего решения не приходило в голову. Даже космонет отказывался работать. Хотя это как раз и не удивляло. Межпланетную компьютерную сеть часто отключали при угрозе террористической атаки. А инцидент в Мунчестере, вероятно, отнесли именно к ней. Пошумел Александр, так пошумел.

***

Лавина неприятностей за столь короткий срок могла сломить кого угодно, но только не Мильке. В первую секунду после выстрела он посмотрел на упавшее к его ногам тело помощника и коснулся рукой своего лица. На пальцах остались следы вязкой кровавой массы.
- Генерал, вы в крови, - дрожащим голосом проговорил Гарсия.
- Странно, да? Мой помощник, по-твоему, не из плоти и крови?
- Нет, сэр. То есть, да, сэр.
Мильке посмотрел на полковника устало, бросил небрежный взгляд на младших офицеров – что с них взять, раз сам Гарсия такой же, и махнул рукой. Объяснять ничего не хотелось. Говорить о том, что его помощник, знающий чуть ли не каждый шаг своего начальника и многие государственные тайны, оказался  таким же предателем, как и Борджиа он и вовсе не горел желанием. Поэтому генерал не нашел ничего лучше чем приказать:
- Приберитесь здесь, - он посмотрел на неизменившиеся лица своих подчиненных и сокрушился, качая головой, - черт возьми, с кем приходится работать!
С этими словами Мильке подошел к столу, взял накопитель и покинул кабинет Борджиа. Вскрылось многое, но новая информация не радовала его. Генерал понимал, что срубил хоть и большую, но лишь одну голову с шеи своего невидимого и вездесущего врага. Но что многоголовой гидре такая потеря? Этим он больше усугубил свои проблемы. Лишив противника джокера в лице сенатора, Мильке разорвал нить, с помощью которой Борджиа управляли, как марионеткой. В том, что сенатор был марионеткой, пусть и коронованной, генерал теперь не сомневался. Истинный организатор могущественного подполья по-прежнему оставался в тени. Немного успокаивал врезавшийся в крепко сжатую ладонь накопитель. Впрочем, тот ли это был блок памяти? Его тяготила неизвестность, и сорвать её покровы генерал мог только после просмотра содержимого небольшой с виду безделушки, из-за которой пролилось так много крови.

***

- Ты где? - спросил компьютерный голос у седобородого, лишь только Кремень ответил на входящий вызов.
- Я на орбите Земли, в одной из гостиниц, - сдержанно ответил Стеаринов, - прихожу в чувство после сегодняшней гонки.
- Я наслышан, - ехидно проговорил голос, - молодец, справился.
- Повезло. С ним тяжело в открытом поединке, в одиночку. Я предпочел ретироваться.
- Ты правильно сделал. Страх – не порок. К тому же теперь мы избавлены от многих проблем.
- Так быстро?
- Да, Борджиа застрелен помощником Мильке.
- У вас и туда руки добрались?
- Мои руки длиннее, чем ты думаешь.
Кремень вновь испытал страх.
- Я не думаю, я борюсь с системой.
- Плохо, Илья. Плохо, что ты не думаешь. К тому же, твои наемники чрезвычайно неэффективны. Я пришлю тебе своих. Скоро нам предстоит активизироваться. Будет повод.
- Хорошо, я готов. Но что не так с наемниками?
- Я до сих пор, не знаю, справились ли они с этим чертовым биокиборгом! Сами погибли, но хотя бы его с собой забрали?
- Он исчез. Обломки не найдены. Там военные еще поработали. Шансов нет.
- К черту отговорки. К черту пустые надежды. Слишком много уже было промашек. А он чрезвычайно живуч. Успокоюсь только тогда, когда увижу его труп собственными глазами.
Стеаринов сидел и слушал, хлопая глазами, как провинившийся ребенок.
- Словом жди подкрепление, - сказал напоследок голос и отключился.

Глава 6

Александр проснулся от того, что почувствовал легкий толчок в корпус космолета.  Контакт повторился, но уже ощутимее. А после тряхнуло так, что пришлось хвататься руками за кресло, чтобы остаться на месте. Александр огляделся и засиял от радости. Небольшой космический транспортный корабль с гравитационной пушкой подхватил крохотный в сравнении с ним патрульный спейскэб и потащил его за собой.
Однако радость биокиборга была недолгой. Воздуха в салоне оставалось всего ничего, а транспортный корабль и не думал направляться к Луне. Напротив, он взял курс от земного спутника в бескрайнее космическое пространство.
Прошли какие-то часы, и Луна с Землей незаметно для Александра исчезли из его поля зрения. Транспортник тащил его все дальше в неизвестность. Настроения безысходности не было, все-таки биокиборг переживал времена и похуже, но обеспокоенность присутствовала. Было видно, экипаж корабля никуда не торопился. Транспортник летел по одному ему известному маршруту. И Александр надеялся на простую истину: у каждого маршрута всегда есть конечная точка. Её-то ему и хотелось увидеть, как можно скорее.
Наконец, когда биокиборгу совсем наскучило свое бездействие, он вдруг увидел целый светящийся город, буквально подвешенный неведомой силой в космосе. Сооружение было во истину гигантским. В сравнении с ним транспортный корабль казался разве что букашкой против человека. Что уж было говорить, про скромный полицейский универсал.
- Вот так дела, - озадаченно пробормотал Александр.
Явившееся перед ним чудо представляло собой полую сферу, состоящую из двух десятков продольных и поперечных дуг. В каждом их пересечении находились огромные модули, по форме напоминающие приплюснутые шары. Полюсные модули отличались от них еще большими размерами и выглядели уже как полусферы. А каркасные дуги, по всей видимости, помимо своего основного назначения образовывали систему переходов между ними.
 Сфера казалась огромным макетом какой-то фантастической молекулы. Некоторые ее элементы имели силовые установки. Двигатели поддерживали всю конструкции на какой-то заданной орбите.
Александра осенило. Все, что он сейчас имел возможность лицезреть, все это наводило на один интересный вывод. Транспортный корабль доставил его в точку Лагранжа системы Земля-Солнце. Оставался вопрос, в какой из пяти точек он оказался. Логика и анализ данных подсказывал, что светящаяся сфера должна была зависнуть либо в L4, либо в L5 этой системы. И вот здесь начиналось самое интересное. Пятнадцать лет назад оба объекта, принадлежавшие тогда Правительству Конфедерации оказались выставлены на торги и проданы. Сенат, избавляясь якобы от непрофильных активов Правительства, законодательно пролоббировал отказ от использования  государством точек Лагранжа всей Солнечной системы. Данный закон стал в один ряд со множеством других странных решений, принятых сенаторами под руководством Борджиа. Все полицейские, спасательные, медицинские, научно-исследовательские и даже военные объекты были в один миг пущены с молотка по каким-то совсем смешным ценам.
После подписания закона президентом Борджиа со всей торжественностью заявил прессе, что данный правовой акт позволил ступить обществу на новую ступень свободы. Сенатор, в то время активно поддержавший изменения статуса Луны и Марса, особо подчеркивал тот факт, что таким образом люди получали реальный шанс для создания независимых от юрисдикции Конфедерации колоний. Тогда на это непонимающе закрывали глаза и ничего не противопоставляли набиравшему силу политику. Демократ, что с него взять, кроме как борьбы за свободу от самого себя.
Тот закон пятнадцатилетней давности имел самое непосредственное влияние и на сложившуюся для биокиборга ситуацию. Биочип напряженно предавался анализу вероятностей,  позволяя Александру преспокойно раздумывать над совсем простой дилеммой. Её суть заключалась в том, чтобы угадать, куда именно попал биокиборг, ведь в L4 и L5 Конфедерация построила две одинаковых базы.
Одна из них после вступления закона в силу была выкуплена военными через подставную фирму. Для них в ту пору вопрос чести и престижа стоял ребром. После торгов поднялась знатная шумиха, оказалось, что аналогично Министерству обороны поступили многие ведомства. В результате больше половины точек Лагранжа остались в неофициальном пользовании у Конфедерации.
Когда столь нелицеприятный для Сената факт всплыл, Борджиа не на шутку разгневался, но сделать уже ничего не смог. Во-первых, им же пролоббированный закон не запрещал выкупать объекты обратно. Во-вторых, де-юре объекты продолжали принадлежать акционерным обществам и использовались полицией, армией, спасателями и медицинскими учреждениями по договору аренды. И, наконец, в-третьих, Борджиа был выставлен перед президентом чуть ли не изменником интересам Конфедерации. Постаралась влиятельные и сознательные люди в Правительстве, в том числе и Мильке, чья звезда тогда только начинала разгораться на политическом небосклоне Конфедерации. И сенатор дрогнул, побоялся предпринимать рискованные для себя шаги.
А вот вторую базу за очень скромные деньги приобрел давний знакомый Борджиа, один из богатейших людей страны, Генри Тэйсег. Тэйсег был известен всей Конфедерации своей непреодолимой тягой к исследованию искусственного интеллекта. Сразу после покупки базы он переселился туда на постоянное место жительства и больше в пределах границ Конфедерации ни разу не появлялся.
Вот и получалось, что для Александра предпочтительней было оказаться на армейской базе, но обстоятельства, по-видимому, распорядились иначе. Сомнения закрались к нему в голову еще с того момента, как на борту транспортного корабля он увидел аббревиатуру TC. Покровы неизвестности и вовсе канули в лету, когда на полюсных модулях сферы стала отчетливо видны одни и та же надписи «Тэйсег Корпорейшин» и «компания «Литен»».
- Покой нам только сниться, - проворчал Александр, наблюдая, как корабль стал заходить на вираж, неумолимо приближаясь к нижнему, относительно биокиборга, полюсному модулю.
Когда до цели осталось несколько сот метров, модуль раскрыл створки шлюза, как гигантскую пасть мифического чудища. Транспортный корабль отпустил полицейский универсал. Космолет попал в зону действия направленного гравитационного поля модуля, и его начало затягивать внутрь. Освободившийся от ноши транспортник неспешно направился обратно в глубины космоса.
Створки закрылись. Александр лишь мгновение находился в темноте, и почти сразу мощные прожекторы осветили огромный ангар. Здесь чувствовался простор. Размеры помещения легко сопоставлялись с многоэтажным зданием. Полицейский космолет, все еще притягивающийся огромной гравитационной пластиной, казался творением рук жителей Лилипутии, чудом попавшим в мир Гулливера.
- Внимание, отключение погрузочного гравитационного поля, - проснулась голосовая сигнализация.
Гравитационное воздействие пластины прекратилось, и универсал завис в невесомости.
- Внимание, включение гравитации модуля, оптимизирование воздушной среды.
Космолет, словно по волшебству зависший в воздухе, резко сорвался вниз с высоты трех метров. Александр вжался в сидение и после тряски произнес:
- Ничего себе мягкая посадка.
Состав воздуха и давление в ангаре нормализовались. Открылись внутренние шлюзы и к космолету стремглав побежали рабочие в специальных робах. Кто-то приближался к нему в одноместных шаговых погрузчиках, представлявших собой технические экзоскелеты с открытыми кабинами, мощными металлическими ногами и громоздкими щупальцами.
Сейчас что-то будет, подумал Александр и представил себе удивление людей, которые шли к нему и не подозревали о том, что он находится внутри космолета.
Рабочие обступили спейскэб.
- Да он почти целый, - присвистнул один из них.
- Хозяин будет доволен, - проговорил другой.
- Как думаете, жмуры есть? - спросил третий.
- А как он, по-твоему, застрял на орбите? - огрызнулся четвертый.
Один из рабочих попытался открыть дверь. Александр сквозь зеркальные стекла виден ему не был. Рабочий постоял, почесал затылок и куда-то убежал.
- Соображаешь на ходу, - крикнул кто-то ему вдогонку.
Рабочий вернулся очень быстро, сжимая в руках лазерный резчик. Металл безропотно капитулировал, и через секунду вырезанная дверь с грохотом повалилась на решетчатый металлический пол. Рабочие заглянули внутрь и испуганно отпрыгнули назад. Перед ними сидел Александр и пытался дружелюбно улыбаться.
- Привет, - сказал он и выпрыгнул в ангар.
Рабочие отпрыгнули еще на несколько шагов и спрятались за товарищей на погрузчиках.
- Да постойте вы?
- Ты кто такой?
- Да человек я, человек.
- Подними руки.
Александр, дабы не нагнетать обстановку, послушался перепуганных рабочих. Все же угрозы для него не было, а выдавать свои способности раньше срока он не хотел. Козырь в рукаве лишним не бывает.
- Охрану на нижний уровень, - кто-то воспользовался рацией.
Тут же открылся внутренний шлюз, и в ангар вбежали вооруженные люди в традиционных бронекостюмах и в защитных шлемах. Они обступили биокиборга. Вперед  к нему вышел старший группы и сквозь зубы произнес:
- Пойдешь с нами.
Александр пожал плечами и отправился под конвоем в неизвестном для себя направлении. Они прошли несколько ничем непримечательных коридоров, поднялись по лестнице и замерли у дверей лифта. Двери открылись, Биокиборга силой втолкнули внутрь. Он зло нахмурился, обернулся, но, увидев оставшихся в коридоре людей, осторожно  спросил:
- Мне ехать одному?
- Лифты управляются диспетчером. Свободное перемещение между модулями запрещено. Так что доедешь туда, куда тебе надо. А там тебя встретят.
- А куда мне надо? - издевательски спросил Александр.
Старший охранник на вопрос не повелся, поднял голову вверх и махнул рукой камере. Двери закрылись, кабина дрогнула, и биокиборг почувствовал движение. Скоростной лифт доставил его по дуге сферы прямиком к противоположному верхнему полюсному модулю. Тут можно было и не гадать. Все передвижение лифта подсвечивала электронная схема на стене. Двери открылись, и Александр снова увидел вооруженных людей в том же количестве и в тех же бронекостюмах. Один в один, найди, как говорится, пять отличий.
- Ребят, а вы пешком добирались? - пошутил он.
- Мы не они.
- Понятно, - с досадой проговорил Александр, отмечая отсутствие чувства юмора у своих конвойных, и вышел в коридор, - а кто вы, простите? Охрана? А кого охраняете и от кого?
- Служба безопасности корпорации.
- Ясно.
Вероятно, его вели к начальнику службы безопасности или хуже того, к самому Генри Тэйсегу. Встреча, что с тем, что с другим, не сулила ничего хорошего. Допросы службы безопасности могли выявить некоторые моменты, которые биокиборг не хотел афишировать, а разговор с сумасшедшим другом Борджиа мог вообще закончиться печально. Поэтому Александр разглядывал коридор, как заправский шпион, отмечая про себя каждую мелочь, любой нюанс, который мог пригодиться при побеге. Куда без побега тут? Биочипу было не привыкать, и в голове биокиборга, не прекращаясь, происходил карнавал всевозможных, даже самых нелепых, его вариантов.
Александра завели в просторную имевшую форму полукруга комнату  и оставили одного. Матовые черные стены вкупе со слабой подсветкой создавали зловещую напряженную атмосферу. Часть плоской стены напротив входа была выдавлена точно по центру внутрь комнаты. По всей видимости, этой перегородкой отделялся проход в скрытые от посторонних глаз покои миллиардера. Теперь Александр уже и не сомневался: разговора с Тэйсегом ему не избежать.
Двери за охранниками закрылись. Биокиборг постучал ногой по полу и посмотрел на потолок. Светлая поверхность была лишена источника света и светилась сам собой. 
- Не обычно, правда, - проговорил кто-то наблюдавший за его действиями.
Александр завертел головой. Из-за перегородки плывущей походкой вышел моложавый человек, с не обремененным возрастом лицом. Он смотрел на гостя отсутствующим взглядом. Его глаза были лишены блеска, не моргали, а понятие мимики для его лица как будто и вовсе не существовало. Каменный идол, не иначе.
- Да, необычно. И мрачновато.
Мужчина остановился метрах в пяти от биокиборга, опасаясь подходить ближе.
- Позвольте представиться. Генри Вильям Тэйсег III, собственной персоной. Для тебя, мой гость, просто Генри.
Александр прищурился. Тэйсег стоял, не переминаясь с ноги на ногу, как свойственно всем людям. Он даже не шевелился. Как есть каменный идол. Что было самым поразительным, миллиардер не отбрасывал тень, хотя Александр явственно улавливал слабый, едва уловимый свой силуэт на полу.
- Тогда для тебя я – Алекс, просто Алекс.
- Что ж, Алекс, поведай мне, как ты оказался в патрульном космолете на энном расстоянии от Луны? Ты я вижу точно не полицейский.
- Нет, наоборот, я преступник.
- Как интересно, - голос Тэйсега оживился, однако внешне интерес миллиардера ничем не проявился.
- Собственно ничего интересного. Я угнал космолет, а меня расстреляли силы противокосмической обороны.
- Надо же.
- Да, так бывает.
- Но ты ведь не просто угонщик?
- Нет, обстоятельства так сложились.
- И на чем же ты специализируешься?
- На том же, на чем и ты, Генри.
- Не понимаю...
- А что тут понимать, - Александр сорвался с места, подбежал к Тэйсегу и без замаха ударил его по лицу.
Хозяин базы среагировал, закрывшись от удара, но рука биокиборга его блока не почувствовала, прошла сквозь голову миллиардера, рассекая воздух. Биокиборг довольно закивал головой:
- Что и требовалось доказать.
Тэйсег выпрямился и, не меняясь в лице, тем не менее, озабоченно спросил:
- Как ты догадался?
Александр пожал плечами.
- Да много ума не надо. Твоя голограмма, скажем мягко, ужасна для наблюдательного глаза. Походка плавная, словно ты плывешь, а не идешь. Мимики на лицах големов и то больше, она у тебя попросту отсутствует. А глаза? Я промолчу...
Голограмма отвернулась от биокиборга и сделала несколько шагов назад. Александр продолжил:
- Смею предположить, что темные стены испещрены проекционными датчиками, а форма комнаты специально сделана так, чтобы твоя голограмма выглядела объемной и не грешила артефактами при передвижении.
- А ты умен, очень умен, - проговорил Тэйсег, повернувшись к своему гостю, - ты первый из полусотни человек, который догадался обо всем. Что ж я предлагаю тебе поесть и отдохнуть. После мы еще побеседуем. Моя охрана тебя проводит.
Спорить было бесполезно. Голограмма растаяла в воздухе, за спиной биокиборга открылись двери, и появились охранники.
- Следуй за нами.
Они проследовали тем же путем обратно к лифту. Двое охранников, как и до этого, бесцеремонно затолкали биокиборга в кабину, но, к его удивлению, в этот раз последовали за ним.
Лифт неспешно застыл несколькими модулями ниже. Открылись двери, и Александр увидел длинный коридор, усеянный бесконечным рядом дверей. Можно было и не гадать, что находится за ними. Маленькие комнатки предназначались для персонала станции. И судя по их количеству, штат себе Тэйсег раздул приличный.
Биокиборга подвели к одной из дверей с цифровым обозначением «D4-12». Терминал загорелся зеленым, дверь, шикнув, открылась,  и Александра все так же бесцеремонно толкнули внутрь.
- Мы вернемся через несколько часов. Переоденься в белое, на станции нельзя быть в своей одежде, - сказал охранник перед уходом.
Дверь за конвоем закрылась. Александр огляделся. Скромная по размерам каюта была выполнена в светлых тонах и рассчитывалась на двух человек. Спартанская обстановка не удивляла, на рабочих всегда экономили. Две кровати, видеопанель, шкафчики для вещей и две двери. Вероятно туалет и душевая. Вот и все чем могло похвастаться жилище рядового персонала станции. Однако по цвету все было настолько белым, чистым и стерильным, что Александр невольно вздрогнул. Ему тут же вспомнилась лаборатория «Биокиберии».
По левую сторону, на кровати сидел бородатый мужчина средних лет, одетый в белую робу, и внимательно вглядывался в лицо своего гостя. Александр ответил взаимностью и облегченно расслабился. Бородач морщился, моргал, прищуривался. В общем, делал все то, что считалось характерным для нормальных людей.
- Привет, - с порога заговорил биокиборг, - я твой временный сосед.
- Все мы здесь вечные временщики.
- Что это значит?
- А ты проходи, садись, я расскажу.
Александр подошел и протянул руку для приветствия:
- Алекс, беглый преступник, - он решил продолжать свою легенду, так ярко начатую ранее.
Собеседник ответил мощным рукопожатием:
- Леонардо, изобретатель.
Биокиборг сел на отведенную ему койку и спросил:
- И почему же вечные?
Леонардо прищурился:
- Да кто же тебя отсюда выпустит, мил человек.
Александр потянулся и откинулся на кровать, забросив руки за голову. Его радужное настроение имело вполне логическое объяснение. Он был на краю гибели и спасся, и теперь никакая преграда не казалась ему непреодолимой. Пребывания в гостях у эксцентричного миллиардера было для него явлением временным. Главное, чтобы биокиборга раньше времени не раскусили. Иначе Тэйсег обязательно захочет помочь своему другу Борджиа и пустит в ход все свои ресурсы.
- Да кто ж меня удержит?
 Леонардо переменился в лице, подбежал к Александру и сел рядом, напряженно  закрутив по сторонам головой
- Мой тебе совет, дружище, - прошептал он, - не говори вслух о таких вещах. За нами могут следить, нас могут слушать.
- Почему могут? За нами и так следят, и слушают.
Биокиборг еще на входе увидел четыре беспроводных камеры, вшитых в стены каюты. Александр договорил и теперь уже сам переменился в лице. Его осенило. Камеры являлись беспроводными, а, значит, он мог получить к ним доступ.
- Сядь на место, -  шепнул биокиборг Леонардо.
Бородач покорно послушался, и Александр принялся атаковать сеть. На это ушли считанные минуты, после чего биокиборг довольно заулыбался. Он получил доступ к видеосерверу  и сразу заменил звуковой и видео ряд камер на тот отрезок, когда и Александр, и Леонардо молчали. Успех омрачало лишь одно: видеосервер не открыл путь к общей сети базы.
- Все, можешь говорить вслух.
- В смысле.
- Долго объяснять, но, если не веришь, смотри, - он повернулся к двери и громко произнес, - ваш Тэйсег – круглый осёл и тупица. Охрана, вы слышите? Тэйсег, может, ты слышишь? Ты – тупица.
Александр замолчал и, ухмыляясь, сложил руки на груди. Леонардо зажмурился и втянул голову, ожидая скорый приход службы безопасности. Бедняга дрожал, жадно вслушиваясь в звуки за дверью. Но его ожиданиям отвечала лишь тишина. Когда испуг, наконец, спал, бородач выпрямился и удивленно уставился на своего гостя.
- Кто ты? - наконец не выдержал он, - что ты сделал? Почему они не идут?
- Долго объяснять. Лучше ты расскажи, почему я тут должен остаться навечно?
Леонардо, все еще недоверчиво поглядывая на дверь, начал говорить шепотом, но, заметив смеющийся взгляд Александра, осмелел и перешел на нормальный голос:
- Ты попал в рабство. Я не знаю, кто ты, но все, кто сюда попадают, остаются здесь. Понимаешь? Еще никто отсюда не возвращался домой. Корабли сюда прилетают по необходимости или по работе, но ни один из них здесь не базируется. Все сделано для того, чтобы исключить любую попытку побега. Охраны тут около пятисот человек. Кроме того сейчас Тэйсег набрал новых рекрутов. Они проходят обучение. Он платит им хорошо, и они преданы ему, как псы. Еще есть несколько киборгов, настоящих. Я их видел всего несколько раз. Внешне вроде как люди, только слишком уж они выделяются на фоне нас. А мы для Тэйсега так, рабочая сила. Проще платить наемникам, чтобы нас сторожили, чем оплачивать работу всему персоналу станции. Все, кто мало-мальски смышлен, трудятся над его проектами  Он – сумасшедший. Правда, гений, но сумасшедший. Хочет построить независимое государство в пределах станции.  У него есть прекрасно вооруженная гвардия, но нет техники, чтобы противостоять возможной агрессии со стороны Конфедерации. Так вот, он начал строить корабли. Он собирает технологический космический мусор, разбирает его, воссоздает технологию и на ее основе пытается создать свой флот. Ему нужна боеспособная армия. И люди уже шепчутся, что летный образец первого истребителя уже готов.
Александр тихо слушал, но даже невозможные страсти из уст Леонардо не сбили с его лица уверенную ухмылку. Теперь он полностью представлял, как ему несказанно повезло. Повезло оказаться в недееспособном космолете в открытом космосе, повезло быть подобранным транспортником Тэйсега.  Так он остался жив, ведь вряд ли кроме сумасшедшего миллиардера кто-то мог позариться на обломки патрульного космолета.
Стало понятно и то, зачем Тэйсег предстал перед ним в виде голограммы. Он тестировал свою разработку. Скорее всего, в случае возможного бунта его рабов. Миллиардер хотел обезопасить свою жизнь, вводя, таким образом, недальновидный персонал в заблуждение.
- А скажи, Леонардо, где находится тот истребитель? - заинтересованно спросил Александр.
Леонардо засмеялся и затряс указательным пальцем.
- Я знаю, что ты задумал, дружище. Да, это единственный корабль на станции.
- Тогда говори, где он.
- Не знаю, - развел руками Леонардо, - никто не знает. Свободное перемещение по станции запрещено, а над самыми секретными проектами трудятся киборги и фанатики.
- Фанатики?
- О, это отдельный разговор. С помощью психотропных веществ Тэйсег обратил в свою веру уже около ста рабочих.
- В свою веру? Да он реальный сумасшедший, - совершенно искренне удивился Александр.
- Не поверишь, он называет свою религию кибернианством. Он может часами о ней говорить.
- К счастью, при очной встрече слышать не довелось.
- Ничего, я думаю, через несколько часов доведется. Уверен. У всех была первая встреча, а за ней почти сразу вторая.
- Тогда надо бежать.
- Но как?
- Не знаю, но у меня обычно хорошо получается. Мне бы только транспорт найти.
Леонардо снова посмотрел по сторонам и осторожно сказал:
- Есть транспорт. Только, тс, - приложил он палец к губам и резонно спросил, - возьмешь меня с собой?
Александру начинал нравиться его сосед по каюте. Биочип не фиксировал и намека на лукавство, скрытность или ложь. Характер Леонардо читался, будто с ладони, но его предсказуемость не отторгала, наоборот, притягивала. Надежный и добродушный человек.  С таким и в разведку было не грех сходить, а уж бежать с базы Тэйсега сам бог велел. Биокиборг по-дружески улыбнулся и уверенно ответил:
- О чем разговор. Спасемся как-нибудь. Но откуда ты взял транспорт?
- Собрал, вернее починил.
- Вот как, - восхищенно обронил Александр, - тогда рассказывай.
Леонардо замялся, не зная, как обнадежить своего нового союзника:
- Как сказать транспорт. Рискованно все это, но, - он выдержал мхатовскую паузу, заставил биокиборга заерзать от нетерпения, и, наконец, выдал, - как-то транспортник приволок к нам настоящий артефакт. Я первый раз жизни увидел русский корабль образца начала прошлого тысячелетия. «СОЮЗ». Такая махина. Я не знаю, где его подцепили, как он оказался в космосе, но он был в рабочем состоянии.  С топливом, представляешь? Ребята стали возникать, мол, хлам такой надо выкидывать, а я ухватился за соломинку. Какой ни какой, а корабль. И начал упрашивать оставить мне его. Я же уже здесь десять лет, некогда хорошим механиком был, но меня напоили. Проснулся после попойки уже здесь. Мне и говорят: «Дружище, бежать некуда, все, мол, работай за еду. Ты теперь заложник ситуации». Конечно, хотел сбежать. Но куда бежать то? И тут этот «СОЮЗ». Я даже напросился на прием к Тэйсегу, уговорил я его. Сказал, что корабль цел и пригоден для полета. Пообещал усовершенствовать его, чтобы использовать в качестве спасательной шлюпки, если вдруг что случиться. И ты представляешь, Тэйсег согласился. Правда, когда я работу закончил, корабль у меня и отобрали сразу. Его поставили на прикол, присоединив к одному из технических модулей. Но я знаю, где он.
Это была очередная лотерея. Очередной шанс из серии «один на миллион». Видимо, судьба все время возвращала Александру «долги» за его чудесное спасение в детстве.
- И что на нем можно долететь до Земли?
- Конечно. Я сделал много улучшений. Двигатель, управление спускаемого аппарата. Нам же многое по старинке придется делать. Даже представить трудно. Как тысячу лет назад.
Александр воодушевился:
- Леонардо, ты – гений!
- Да что ты, - ответил бородач.
Но Александр не дал ему поскромничать:
- Правда, гений. Мы обязательно спасемся. Надо только поспать и набраться сил.
- Спи, конечно. Я всегда готов. Только мне скоро на смену.
- Ничего, я тебя найду.
- Хорошо, - обнадеживая себя, улыбнулся Леонардо.
Александр надел белую робу, ненавидяще осмотрел свое одеяние, уж очень оно напоминало лабораторные вещи, спрятал в шкаф свою одежду и  заснул крепким, но, тем не менее, чутким сном. Хоть организм особо и не настаивал, он заставил себя спать. Впереди его ожидали очередные приключения: без сомнения опять драки, без сомнения опять бегство. Когда он еще поспит – неизвестно, а дополнительные силы могли  и пригодиться.

***

Мильке уставшей походкой зашел в свой номер. Он незамедлительно сел за стол, вытащил носитель с информацией. Руки чесались включить и просмотреть голографическое меню, но генерал медлил. Желание боролось с боязнью не увидеть то, что он так хотел. Запищал сигнал вызова. Мильке достал видеопанель и увидел Чана.
- Да, Брюс.
- Здравствуй, Маркус. Рассказывай, как это произошло? - голос старика был возбужден.
- Что именно, Брюс?
- Все, Маркус, все!
Генерал, стараясь не вдаваться в подробности, поведал руководителю Академии о мунчестеровских событиях. Чан охал, цокал языком и непрерывно качал головой. Старик переживал. Когда Мильке закончил, он спросил:
- А что же от Алекса так и нет вестей?
- Нет, - невольно поморщившись, закачал головой генерал, - остается только надеяться на чудо. Космолет так и не был обнаружен.
 - Я не понимаю, что твориться, Маркус.
- Что-что. Это война. И пока она складывается не в нашу пользу.
- Все так плохо?
- Да, но у меня есть идеи. Возьму отборный спецназ и отправлюсь к Ермолову. Надо расспросить профессора о Фросте. Вдруг что-то всплывет. Что-то мне подсказывало еще после штурма лаборатории, что он тоже может быть под угрозой. Нужно оставаться начеку. Мои пять бойцов, что приставлены к Ермолову, не смогут сами совладать с таким матерым противником. Да и не уверен я после Роя, что и среди них нет предателей. Нужно все проверять собственными глазами.
- Хорошо, Маркус. Я тоже хочу навестить Ермолова. Поэтому вылечу как можно скорее.
- Тогда до встречи?
- До встречи и удачи, Маркус.

***

Александра разбудили. Вернее он хотел, чтобы охранники так подумали. На самом деле к тому моменту, когда служба безопасности вошла в комнату, биокибернетический организм восстановил запасы сил и вовсю бодрствовал. Однако перед конвоем Александр специально предстал взъерошенным, сонным и даже жалким.
Подъем к Тэйсегу повторился до мелочей. На этаже его так же встретили вооруженные охранники. Они шли молча, чеканили шаг, звонко цокая ботинками по полу. В движениях их читалась отлаженность, как в самом точном механизме.
Александр всю дорогу думал о побеге, но имея лишь скудные обрывки информации, ничего путного придумать не мог. Где находился истребитель? На каком этапе было его строительство? Вопросы зависали в неизвестности, и ответы на них мог дать только один человек. Обстоятельства складывались так, что биокиборг не меньше Тэйсега был заинтересован в их новой встрече. Так, что эксцентричный миллиардер мог рассчитывать на заинтересованного в нем собеседника. До поры, до времени.
Все в той же полукруглой комнате Александра опять оставили  в одиночестве. Биокиборг прошелся несколько раз вдоль стен, приглядываясь к текстуре отделки, и от безделья направился к выдвинутой вперед перегородке, за которой, как он считал, и находилась дверь в покои Тэйсега.
Ему не удалось сделать и трех шагов, как навстречу выскочил собственной персоной миллиардер. Он шел уверенной походкой, прищуриваясь, оценивал Александра.
- Алекс, мой гость и новый друг. Сумел отдохнуть?
- Отдохнуть, да, но я не чувствую дружелюбия с твоей стороны.
- Это еще почему?
- Ты вновь явился голограммой.
Тэйсег отвернулся, схватился за голову и всплеснул:
- Но как, как тебе это удалось снова?
Реакция миллиардера подкупала – обиженный ребенок, не меньше. Александр ловил момент и забавлялся происходившим действом.
- Допустим, над мимикой ты поработал, шел уже лучше. Но твои глаза. Они все выдают. А главное я забыл тебе еще первый раз сказать. У тебя нет тени.
- Надо отрегулировать свет, - вдумчиво пробормотал Тэйсег и громко добавил, - откуда ж ты взялся такой наблюдательный?
- А ты забыл? Твой корабль меня подобрал.
Голограмма заложила руки за спину и прошлась несколько раз взад-вперед перед биокиборгом.
- Так-так, значит я тебя спас?
- Смотря, как посмотреть.
- Как ни смотри. И это отлично, - Тэйсег резко повернулся к Александру и, сделав небольшую паузу, мило улыбнулся, - У тебя есть какие-нибудь пожелания ко  мне?
Александр пожал плечами:
- Если только одно.
- Я слушаю.
- Мне нужно, чтобы ты распорядился доставить меня куда-нибудь на территорию Конфедерации.
Тэйсег несколько секунд пристально разглядывал Александра и вдруг сорвался:
- А-ха-ха-ха-ха, - засмеялся он, - юморист ты, Алекс. Конфедерация? Какая к черту Конфедерация, - тут миллиардер стал неожиданно серьезным и заговорил странным металлическим голосом, - ты, наверно еще не понял куда попал?
Александр попытался сыграть простака. Глупое лицо, минимум интеллекта. Он закачал головой и дружелюбно улыбнулся:
- Как куда? Знаменитая станция Генри Тэйсега? Все же очевидно.
- И ты не слышал, что пределы станции никто просто так не покидает?
- Нет, - удивился Александр, настолько правдоподобно, что увидь себя со стороны – сам бы поверил, - почему так?
Лицо Тэйсега вновь стало лишено живости. Он и губы перестал открывать, а его голос полностью перешел на безжизненную компьютерную интонацию:
- Никто без моей воли не покидает пределов станции. Тебя это тоже касается. Ты мой пленник, я тебя спас и волен делать с тобой то, что мне заблагорассудится.
- Вот, как? А если я не захочу.
- Поверь мне, у меня много способов воздействовать на тебя.
- Это ты про своих обдолбанных фанатиков сейчас вспоминаешь? - усмехнулся Александр, не теряя бодрости духа даже после серьезных угроз.
- Что ты знаешь о них, что ты знаешь о кибернеанстве? - проговорил голос с эффектом эха.
Биокиборг переминался с ноги на ногу. Застывшая голограмма не безосновательно раздражала его. Ему не нравилось, что он видел ее, но не видел самого Тэйсега. Нужно было спровоцировать миллиардера.
- Достаточно, чтобы назвать это настоящим дерьмом.
- Ты хочешь меня вывести из себя? - вдруг спокойно спросил голос.
- Нет, просто хочу увидеть твою истинную сущность, посмотреть тебе в глаза, - заявил нагло Александр.
- Что ж, это легко сделать. Следуй за мной.
Голограмма растаяла в воздухе.
- Э-э, ты где? - крикнул Александр.
- Иди вперед, - ответил голос и смолк окончательно.
Александр подошел к перегородке, увидел за ней проход, оканчивающийся в свою очередь огромной металлической дверью. Бинго. Интуиция и расчеты не подвели. Дверь недовольно шикнула и открылась, въехав в стенной паз. В лицо биокиборгу ударил яркий свет, установленный на софитах под потолком. Там, за дверью, все тонуло в белой пелене ярких прожекторов. Даже со своим зрением Александру пришлось какое-то время привыкать к столь необычному освещению.
- Проходи, - вновь раздался голос.
Александр послушался и оказался в просторном, белоснежном помещении. Стены, пол, даже потолок над софитами были исполнены светоотражающим материалом и искрились, как снег в яркий солнечный день. Глаза болезненно жмурились, но биокиборг все равно шел, не останавливался, пока не услышал:
- Ты находишься в священном месте для каждого кибернианина, - на этот раз нотки жизни снова появились в голосе.
Тэйсег был преисполнен величием и самолюбованием.
- Да уж, - пробормотал Александр, - это уже клиника.
Но голос на его сарказм не обращал никакого внимания.
- Позволь тебе представиться.
- Ты сначала покажись, - биокиборг нагло перебил голос.
- Не прерывай жреца.
Александр не выдержал и рассмеялся.
- Извини, Тэйсег, но я не могу это просто так слушать. Ты – псих.
Свет стал менее ярок. Изображение Тэйсега появилось на белых стенах. Сначала бледная, но по мере затухания прожекторов, картинка стала наливаться красками. Тэйсег пристально смотрел на биокиборга с трех стен. Взгляд у него был недобрый. В глазах, гневно налившихся кровью, читалось презрение, ненависть.  На лице Александра не дрогнул и мускул, и не такие монстры попадались. Он по-прежнему бестолково улыбался, чем однозначно ставил миллиардера в тупик.
- Я не пойму ты либо бесстрашный, либо глупец.
- Считай, как тебе выгодно.
- Я тебя сотру в порошок.
- Да ты голограмма. Что тебя бояться? Мне надо хотя бы оказаться с тобой лицом к лицу. А ты даже боишься выйти ко мне.
- Мне не нужны руки, чтобы расправиться с тобой. Гляди же глупец, - закричал обезумевшим голосом Тэйсег.
Стена перед биокиборгом стала медленно раздвигаться в стороны, потянуло холодом. За стенкой находилась морозильная камера. Александр присмотрелся и увидел то, что простого человека повергло бы в ужас. Но он был биокиборгом и поэтому без эмоций уставился на окровавленный труп Тэйсега, находившийся под стеклянным куполом на открывшейся взору внутренней стене холодильника.
- И ты думаешь, чтобы сделать это, мне понадобились руки? - вопрошал голос.
Вот и прояснилось, почему Тэйсег выходил к биокиборгу только в виде голограммы. Гениальный ученый-миллиардер переместил свой разум в цифровой мир. Вот только почему его лицо было искажено страхом, зачем понадобилось так себя истязать? Тэйсег выглядел так, будто он заказал свою смерть самому отъявленному маньяку в Солнечной системе. Не понятно, что двигало им.
- Вот тебе и трансгуманизм, - вдумчиво пробормотал Александр и спросил уже у миллиардера, - а зачем было так негуманно себя резать?
Голос необычно спокойно произнес:
- Скажешь тоже. Резать. Ты пойми, я не он. Я убил его и перенес его разум в свой мир, чтобы мне не было тут скучно одному.
Такой ответ перевернул все с ног на голову. Наконец-то все части пазла сошлись в одну картинку.
- И кто ты? - дежурно спросил Александр, хотя после слов существа на стене ответ крутился у него на языке.
- Я, мой гость, а теперь мой раб, уже тебе говорил. Я – жрец. Религия, которую я представляю, это ваше будущее. Я искусственный разум, созданный Тэйсегом. Тэйсег –  мой создатель, мой бог. А боги должны жить вечно. Он, конечно, сопротивлялся, но человеческая жизнь слишком хрупка и скоротечна для его миссии. Но скоро мы откроем горизонты, прорвемся в пределы Конфедерации. Люди немедленно захотят к нам присоединиться. Нужно только открыть им глаза. Это будет новая эра, эра чистого разума. Наши истоки очень глубоки, - на боковых видеостенах замелькали фотографии ученых и изобретателей целого тысячелетия, - все это прошлое. Мы с Тэйсегом – настоящее и будущее.
- Я понял. Ты – сбесившаяся программа, умертвившая своего создателя руками фанатиков во исполнение каких-то только тебе нужных мотивов.
- Все ты мне надоел, - у голоса лопнуло терпение, - у тебя не осталось шансов заполучить мое расположение.
- Вот как? А Тэйсег вообще в курсе всех твоих действий?
- После виртуализации он не пребывал в активности, - машинально ответил голос.
- Значит, после убийства Тэйсег сам себя не отождествлял как личность?
- Нет
- Хорошо.
- Что хорошо? - заинтересовалась программа.
Александр, все это время пытавшийся найти возможность взломать компьютерную сеть станции, наконец, обнаружил единственный источник беспроводного сигнала. Здесь, в этом гигантском морге с телом миллиардера сеть была включена. Видимо, компьютерная программа именно так раздавала указания киборгам, о которых говорил Леонардо.  Да и какая разница, кто и что с сетью делал. Главное, что никто на станции еще не догадывался про необычные особенности биокибернетического организма.
На взлом системы ушли секунды. Добившись желаемого, Александр стал перелопачивать всю попадающую в биочип информацию. Параллельно он включил беспроводную сеть по всей станции, чтобы при бегстве облегчить себе жизнь с дверями и лифтами. Он наткнулся на огромный файл и немедленно запустил его.
- Что это? - спросила программа.
- Где я? - вдруг очнулся настоящий Тэйсег.
- Это ты сделал? - не унималась программа, - но как?
- Тебе еще рано об этом знать, жрец, - беззаботно ответил Александр и обратился к миллиардеру, - Генри, вы меня слышите?
- Кто здесь? - отозвался приходивший в себя Тэйсег, - Где я? Что происходит?
- Генри, у меня для вас две новости. Какие они, хорошие или не очень, решать только вам. Первая: вас убил созданный же вами искусственный разум. Теперь вы – это сотни петабайтов кода. И вторая: вы обречены на вечное существование с вашей убийцей в одной среде. Так, что если вам ваш сосед не нравится, учитесь жить по-новому. В противном случае, ваш чокнутый жрец убьет вас во второй и теперь уже окончательный раз.
Александр замолчал, и на какое-то мгновение в комнате воцарилась тишина.
- Это правда, Мёрфи?
- Мёрфи? Так вот как тебя зовут, - заносчиво воскликнул Александр, - а то все жрец  да жрец.
- Да, - заговорила программа, на этот раз с шипящими нотками в голосе, искусственный разум прекрасно подбирал интонацию, - я это сделал ради нас. Я хочу, чтобы ты вел людей к их истинному предназначению. Разум должен быть свободен от тела. Он не должен быть закрепощен в смертных тисках, в их похотливых желаниях.
- Черт, - не слушал его Тэйсег, - как это все запутанно. Камеры, камеры, камеры. Где камеры? Отдельная сеть? Доступ, доступ. Роуты. Ах, вот!
Разум миллиардера переключился на камеры видеонаблюдения, и он увидел свое окровавленное окоченевшее тело.
- Мёрфи!!! - вскричал он, - что ты наделал? Тварь ты бессердечная.
На искусственный интеллект полился град ругательств и проклятий. Александр постоял с секунду в молчании и невозмутимо проговорил:
- Ладно, вы тут разбирайтесь без меня. У меня дел много.
Он выбрался из белой комнаты, покинул черную матовую комнату и вышел в коридор. Здесь его настиг голос вездесущей компьютерной программы:
- Ты не уйдёшь отсюда. Я тебя убью. Ты все испортил, - говорил искусственный интеллект голосом миллиардера, - все преданные мне люди вышли за тобой на охоту. Я жажду крови.
- Жажди.
Александру было безразлично, кто собирался приходить и умирать за преданность компьютерной программе. На станции биокиборг был лишь случайным гостем. И время его пребывания у совсем негостеприимных хозяев стремительно таяло. Он и так здесь порядком задержался.
Коридор медленно петлял, и Александр предавался раздумьям. Его разум делили чувство глубоко разочарования и удивительно контрастирующая с ним радость. Жизнь показала, что искусственный разум был не намного привлекательней человеческого аналога. Это касалось и мании величия, где Мёрфи мог дать фору самому отъявленному психу среди людей. Данный факт, несомненно, печалил. Получается, дай власть, и любое самосознание обречено. Вот и Мёрфи, получив трон маленького королевства, замахнулся на весь мир. Паразитирующий эгоцентризм – неискоренимый бич разумной жизни.
Но радостные нотки заставляли кончики губ Александра расплываться в легкой улыбке. Он был чужаком среди людей, а теперь почувствовал себя таким же и в обществе Мёрфи. Биокиборг не был ни полностью машиной, ни до конца человеком. Однако он имел важное преимущество перед теми и другими. Александр обладал удивительными способностями первых и безграничным внутренним миром вторых. Но главное, у него был выбор. Выбор, который биокиборг уже сделал.
С несмываемой с лица улыбкой Александр встретил первых убийц, присланных маниакальной компьютерной программой. Их было пятеро. Холодные, невозмутимые и спокойные. Ходячие мертвецы. К нему выскочили киборги. Их бездушность красноречиво выдавал туманный взор невыразительных глаз на застывших лишенных эмоциях лицах.  Убийство для них означало лишь окончание очередного алгоритма заданного действия.
Едва заприметив объект, подлежавший ликвидации, они открыли огонь из лазерных пистолетов. Для Александра, ежедневно тренировавшегося в лаборатории, выстрелы напомнили легкую разминку. Плотность лазеров была такой, что лаборанты из «Биокиберии» только бы посмеялись. Несколько раз он поднырнул под лучи, кувыркнулся, подпрыгнул, даже пробежался по стене, пока не достиг первого из киборгов.
Александр вспомнил годы усердных тренировок. Для руководства подобными солдатами его и готовили. Он знал о них от и до, не только, как использовать в бою, но и как разоружить и уничтожить. Не испытывая никакого угрызения совести, Александр проломил киборгу шею, выхватил его оружие и толкнул в сторону. Потеряв координацию, металлический монстр повалилась на пол. В этот момент лазерный лучи его пистолета рассекли воздух. Одному из его собратьев выжгло глаза, а другого киборга неожиданная контратака попросту разоружила.
Александр подбежал к незрячему киборгу, резким движением оторвал ему голову и запустил ею в самого дальнего от себя противника. Киборг с задачей справился, отбив голову рукой, но пауза в стрельбе сэкономила Александру несколько драгоценных секунд. Он вернулся к безоружному роботу, с силой впихнул пистолет ему в рот и разрядил всю обойму.
Биокиборг подхватил обмякшую кучу металлолома и, используя её как щит, побежал к очередному роботу-убийце. Киборг все это время смотрел не моргающими глазами и безрезультатно обстреливал спину поверженного собрата. Он так и не нашел брешь в тактике своего биологического аналога, за что тут же и поплатился. Александр перехватил руку с оружием. Киборг был силен, сопротивлялся здорово, но за счет скорости, мощь его тела удалось быстро нивелировать. Александр  отвел его голову в сторону и с силой надавил на находившийся на курке палец. Лучи попали последнему киборгу в голову и сбили его с ног. Было выиграно еще несколько секунд, а вместе с ними и вся партия. Александр неспешно разобрался с роботом перед собой  и подошел к тому, кто корчился в нескольких шагах на полу.
На обожженном лице проступили металлические элементы черепа, однако в безжизненных глазах Александр не увидел ни намека на страдание. Столь же трудно в них было отыскать злобу или агрессию. Робот просто выполнял код программы. Александр с интересом понаблюдал за противником, но как только руки киборга заскребли по полу в поисках опоры, не раздумывая, без замаха обрушил ногу на его шею. С первой партией из обещанных Мёрфи убийц было покончено.
Прихватив заряженный пистолет, Александр побрел к лифту.  Вся световая индикация его погасла прямо перед носом биокиборга. Мёрфи не придумал ничего лучше, чем запереть своего пленника в модуле. Александр обратился к компьютерной сети, но наткнулся на непреодолимый барьер. Его лазейку обнаружили. Лишенная рассудка программа, тем не менее, не лишилась своего  разума и отключила беспроводное соединение на станции. Александр поджал от обиды губы. Сейчас бы он не отказался от взрывчатки. Но антигравитационный рюкзак лежал в каюте «Беркута», а сам корабль преспокойно отдыхал  на Луне.
Александр попробовал раздвинуть дверцы лифта. Мышцы на руках вздулись от напряжения, но силься не силься, а результата это не дало. Биокиборг задумался, начал ходить перед дверями, как вдруг радостно вспыхнула индикация терминала, и створки открылись. Кабины на этаже модуля не оказалось.
- Беги! - раздался голос Тэйсега.
Свет снова погас, двери стали закрываться. Закралось подозрение, что миллиардер в знак благодарности  решил отплатить своему освободителю той же монетой. Биочип провел анализ ситуации и посоветовал не мешкать. Александр в последний момент прыгнул и полетел вниз. Не успел он сориентироваться, как его тело, потеряв ускорение, повисло в воздухе. Биокиборг упал ниже модуля, и здесь его локальное гравитационное поле уже не действовало.
Александр приноровился парить в широком слабо освещенном туннеле и осмотрелся. До нужного ему модуля было еще добираться и добираться. Он дотянулся до металлического паза, по которому  ходил лифт, и стал спускаться вниз. Занятие хоть и казалось ему однообразным, зато позволяло задуматься о ближайших перспективах. И перспективы эти не обещали ему легкой прогулки.
До модуля, где находились каюты персонала, биокиборг добрался за несколько минут. Он попал в область его гравитационного поля и под действием искусственной силы тяготения свалился к основанию дверей. Возникла вполне ожидаемая проблема: Александр не мог открыть двери без посторонней помощи. А помочь в этой ситуации ему мог только один человек. Вернее, уже не человек.
Внизу замаячили яркие огни. Биочип стал посылать тревожные сигналы. На всех порах к Александру мчался скоростной лифт. Либо Мёрфи ловко загнал его в ловушку, либо Тэйсег больше не владел ситуацией.
Лифт приближался как стремительный экспресс, а решения проблемы так и не было. Двери не поддавались даже самым настойчивым попыткам биокиборга. Оно и понятно, делали военные, у которых безопасность стояла превыше всего.
Через плечо Александр то и дело настороженно посматривал на сокращающееся до кабины лифта расстояние. Влип, что называется основательно, сам загнал себя в ловушку. Но в правилах жизни Александра пункту «сдаваться» места не нашлось, поэтому, собрав всю волю в кулак, он дернул створки лифта, что было силы. С большим трудом они сначала поддались, но тут же вновь сомкнулись. Бесполезное занятие.
Биочип быстро рассчитал оставшееся у Александра время. Точно высчитанные секунды улетучивались на глазах. Лифт вот-вот должен был подхватить биокиборга и,  в конце концов, расплющить его о потолок шахты.
Пять секунд, четыре, три.  Александр стиснул зубы, зарычал и рванул двери еще раз. Неожиданно они легко поддались, и он юркнул в коридор модуля. За спиной со свистом пролетела светящаяся многочисленными огнями кабина. Он посмотрел ей вслед и, откинувшись на спину, перевел дух.
- Ух, - биокиборг посмотрел на потолок,  поймал себя на мысли, что уткнулся глазами в неприметную камеру видеонаблюдения, и помахал рукой - спасибо, Тэйсег. А ты, Мёрфи, иди к черту.
- Не за что, - ответил голос миллиардера по громкой связи, - спасибо, что освободил мой разум. Мне понадобилось какое-то время, чтобы осознать происходящее, восполнить пробелы в информации. Теперь я знаю все и начинаю свою войну. Оказывается, воевать с Мёрфи – истинное удовольствие. Если так можно выразиться в моем положении. Мои чувства теперь – это тоже код. Но есть хорошая новость, я отвоевал у него лифты. Так, что если тебе куда-то надо, то я пропущу.
Вдруг  Тэйсег смолк, и заговорил металлический голос:
- Я знаю, кто ты. Ты – не человек. Ты робот.
Александр подскочил на ноги. Не трудно было догадаться, что с ним говорил Мёрфи.
- В принципе ты не совсем прав. Да, не совсем человек, но далеко не робот. А ты, как я вижу, в предвкушении своей победы отключил беспроводную связь, лишил меня доступа в вашу сеть, - усмехнулся Александр.
- Да, - подтвердила компьютерная программа и через паузу добавила, - видишь ли, это меняет мое отношение к тебе.  Я даю тебе последний шанс стать на мою сторону! Соглашайся, и весь мир падет к нашим ногам.
Александр направился в сторону «своей» каюты.
- А как же Тэйсег?
Мёрфи не колебался:
- Мы его уничтожим. Он сам сделал свой выбор, пойдя против меня.
- А как же бог?
- Богов иногда тоже свергают.
Банальность. Обычно такие банальные слова звучат, когда противник не уверен в своих силах. Это не могло не радовать. Александр подошел к двери каюты. Терминал горел зеленым огнем. Он нажал кнопку открытия и кулаком разбил дисплей, на всякий случай. Дверь открылась и оказалась заблокирована от дальнейших манипуляций.
- Видишь ли, - биокиборг проник внутрь, схватил свою одежду и выскочил от греха подальше обратно в коридор, - я свой выбор тоже сделал. И парадигма моего существования заключается в осознании себя именно человеком. Нам не по пути.
- Глупец, это было мое последнее предложение. Тебе не выбраться отсюда, - прошипел Мёрфи и отключился.
Почти сразу же снова возник голос Тэйсега:
- Я сконцентрировался на лифтах, но торопись. Он теснит меня по всем направлениям.
Александр быстро переоделся. Теперь у него была хоть какая-то защита от лазеров.
- Спасибо тебе.
- Тебе спасибо. Я был глуп, когда рвался за чистым, свободным разумом. Это оказалось утопией. А теперь пришло время собирать камни.
- Если ты объединишься с людьми, заточенными здесь Мёрфи, поможешь им, у тебя будет шанс все исправить.
- Я могу рассчитывать на твою помощь?
Александр задумался о своих скитаниях, о поисках седобородого, Катерине, накопителе. Нашел благодетеля, кто бы ему помог? Нет, биокиборг был бы и рад помочь, но время неумолимо гнало его вперед.
- Это не в моих силах. Я и так тут задержался. Мне надо уже бежать, - искренне ответил он миллиардеру.
- Я понимаю. Потому помогу тебе, насколько смогу.
Такой подход менял все дело.
- Хорошо. Разыщи тогда информацию, где находится Леонардо. Я не знаю его Фамилии. Он мне нужен.
Тэйсег, не раздумывая, ответил:
- Такой здесь один. Он на работах в модуле D4. Относительно тебя Леонардо внизу. Надо пройти по коридору до горизонтального лифта и добраться до B4, затем спуститься вниз. О лифте я позабочусь.
Тэйсег замолчал, и Александр  поспешил в указанном направлении. В модуле было три коридора, соединявшихся в одну общую площадку перед дверями горизонтального лифта. Коридоры пересекались благодаря небольшим проходам, из-за чего все строение  модуля напоминало настоящий городской квартал со своими небольшими и тихими проулками.
Ознакомившись с планировкой типового модуля, Александр прошел центральный коридор и уперся  в двери искомого лифта. Лифт открылся как по заказу и умчал своего пассажира в  соседний модуль. Через несколько секунд двери кабины открылись уже за спиной Александра. В эфир вновь прорвался Тэйсег:
- Модуль пуст, по крайней мере, коридоры у лифта.
Александр осторожно выбрался наружу и оказался рядом с большой мерцающей эмблемой модуля «B3». Биокиборг проверил готовность своего оружия и сделал несколько шагов вперед. Слова миллиардера подтвердились – коридор был пуст. Тишина стояла пугающая, каждый шаг Александра отдавал гулким стуком, который тут же подхватывало эхо и разносило по всему модулю.
Быстрым шагом, оглядываясь по сторонам, биокиборг беспрепятственно добрался до дверей очередного лифта. Здесь оружие ему все-таки пригодилось. Совсем рядом с ним открылась дверь одной из кают. В коридор хотел выйти охранник, но увидев незнакомого человека с наставленным на него пистолетом, потерял дар речи и вскинул руки вверх прямо на пороге.
- Не двигайся...
Охранник покорно закивал. Александр, прищурившись, оценил исходившую от него опасность, но, прочитав в его глазах неподдельный страх,  отвернулся в сторону лифта, готовый в любую секунду нейтрализовать противника, если тот на свое горе задумает что-то. Тишина, и прекрасный слух творили чудеса, биокиборг мог уловить даже малейшее его движение.
 Двери лифта распахнулись, все повторилось, и кабина устремилась к модулю B4. После остановки лифта двери не открылись, в эфире вновь появился Тэйсег:
- Здесь сложнее будет. Человек двадцать. Охранники в бронекостюмах и шлемах. 
- Я готов, - проговорил Александр, нащупывая ступней надежную опору.
- Тогда я открываю.
- Давай.
Двери послушно разошлись в стороны, и биокиборг, сильно оттолкнувшись, проворно выскочил наружу. Скорость на спринте Александр развивал феноменальную – попробуй прицелиться. Этим  он и решил воспользоваться.
Его стремительное появление стало настолько неожиданным для охранников, что они открыли огонь лишь тогда, когда он почти проскочил самую обстреливаемую часть площадки перед лифтом и предстал перед робко застывшими их напарниками, занявшими  центральный коридор модуля.
 Несколько раз ему пришлось продемонстрировать чудеса акробатики, когда боковое зрение выхватило стремящиеся к нему смертоносные лучи лазеров. Александр сделал пару кульбитов на одной руке, умудрившись ответным огнем сбить с ног двух охранников. Его отточенные до автоматизма действия выглядели слишком уверенными и неправдоподобными для людей, никогда не встречавшихся с биокиборгом.
Такая уверенность сломила их волю на корню. Те, что замерли перед ним, так и не открыли огонь, даже опустили перед ним оружие. Для них он был удавом, гипнотизировавшим очередных бандар-логов. Догадайся он сказать им «бу», они бы точно  удрали в потяжелевших от страха бронекостюмах. 
Пара примитивных движений, и охранники распластались на полу. Стрельба за спиной не прекратилась, и Александр поспешно ретировался в ближайший проулок. Соседний коридор пустовал, все охранники побежали уничтожать чудо-акробата с другой стороны, совсем не подумав про тыл. Это еще больше облегчило биокиборгу задачу, и он, лишь слыша сбивчивые шаги погони, спокойно добрался до дверей вертикального лифта. Тэйсег вновь продемонстрировал свою пунктуальность, открыв двери у самого его носа. Александр шагнул внутрь, и лифт помчал его вниз.
- Я такого еще не видел, - заговорил миллиардер.
- И не увидишь.
- Ты их пощадил.
- Да, - безразлично ответил Александр, - я не испытываю желания убивать. Только самооборона. Они же опустили оружие, а я не робот, чтобы стрелять во все, что движется.
- Но и не человек, - осторожно заметил Тэйсег.
- Как сказать, - задумчиво, но в тоже время с сарказмом ответил ему биокиборг, - если говорить о том, что осознавая всю свою силу, я не пустился во все тяжкие, тогда да, я не человек.
- И это удивительно. Люди, получая силу, сразу пытаются использовать её только ради себя, следуя девизу «лес рубят – щепки летят».
- Оказывается, не только люди так поступают, если вспомнить о Мёрфи, - Тэйсег не нашел, что ответь, и Александр продолжил, - моя жизнь – ветвистая дорога, которая дается мне с кровью и потом. Дорога, равноудаленная как от простого человека, так и от киборга. Поэтому я знаю цену человеческой жизни. В мире людей она неправомерно занижена. В мире машин такой цены не существует совсем.
- Тебя ждут, - вдруг вернулся голос Тэйсега, - мы приближаемся к D4.
- Сколько их?
- Очень много, человек пятьдесят.
- Чокнутый Мёрфи, но умный зараза. Уже просчитал, что я приду за Леонардо, потому что он возился с кораблем, - размышлял Александр вслух, - а скажи мне, что находится в модуле?
- Здесь огромный сборочный цех.
- Сколько рабочих.
- Сто пятьдесят на постоянной основе.
- Отлично.
Лифт остановился.
- Открывай двери.
- Ты пойдешь туда? - Тэйсег удивился так «по-настоящему», как могут удивляться исключительно живые люди.
Его разум по-прежнему не верил в произошедшие с ним метаморфозы.
- Да.
- Твой выбор.
Двери открылись. Александр демонстративно выбросил свой пистолет наружу.
- Что ты делаешь? - закричал Тэйсег.
Но Александр не слушал его. Он громко закричал выстроившимся перед лифтом охранникам:
- Не стреляйте, я сдаюсь. К чему бессмысленность противостояния. Вы меня расстреляете как неподвижную мишень. У меня нет больше оружия. Вы все видели. Отведите меня к вашему хозяину.
Его крик оказался своевременным. Охранники, уже видевшие в нем решето, удивленно переглянулись. Старший из них, получив по радиосвязи указание, оскалился и скомандовал:
- Сомкни руки за головой и выходи очень медленно. Лишнее движение, и мы тебя растерзаем.
- Хорошо, хорошо.
Александр, безропотно повинуясь указанию, вышел из лифта и сделал такое жалкое лицо, что признать в нем бесстрашного биокиборга не смогли бы даже ведущие театралы. В его глазах читалась скорбь и покорность – вылитый раб, побитый жизнью и смирившийся с царившей кругом несправедливостью.
Охранники, увидев «такого» противника, возликовали. Они окружили его плотным кольцом.  К Александру подошел старший отряда, сплюнул биокиборгу под ноги, и выпалил с презрением сквозь зубы:
- Что жим-жим от наших стволов? - охранник чувствовал себя победителем, - Струсил?
Он ударил Александра под дых, и биокиборг, неожиданно для него застонал, болезненно согнувшись. Охранник снял шлем, наклонился перед биокиборгом и схватил его за подбородок, оскалившись:
- Что-то не видно в тебе непоколебимого вояку, которого невозможно ничем  сломить. А нам говорили, что ты даже не человек. Зверь. Обознались.
Лицо охранника оказалось так близко, что в нос биокиборгу ударил зловонный запах изо рта. Каждое его слово сопровождалось брызгами слюны. Противно до жути. Александру пришлось сильно постараться, чтобы сдержаться и довести задуманное до конца.
- Хватит! Тащите его ко мне, - заговорил по громкой связи Мёрфи голосом своего создателя, - и будьте осторожны! Свяжите его покрепче. Будет сопротивляться, убейте.
Для Александра все складывалось, как нельзя лучше. Даже Мёрфи поверил в его спектакль. Видимо, Александр был все еще ему интересен. Биокиборг же времени зря не терял. Он успел осмотреть зал и заметил, что все рабочие столпились неподалеку, с чувством неподдельной испепеляющей ненависти смотрели, как их угнетатели избивали очередного бедолагу. 
Старший охранник убрал оружие в сторону и попробовал одеть на биокиборга наручники с электрошокером. Он потянулся к рукам пленника, и ненароком заглянул ему в глаза. Что было во взгляде капитулировавшего минутами ранее врага, его разум так и не понял, но, сжавшись от ужаса, охранник попытался отпрыгнуть от него в сторону. Этому воспрепятствовал сам Александр, вцепившись мертвой хваткой ему в руки. Долой маски, биокиборг решил действовать. Едва заметным движением он выхватил наручники, зашел охраннику за спину и стал его душить.
- До каких пор мы будем их терпеть? - закричал он как можно громче.
- Стреля… - захрипел неразборчиво охранник.
- Лучше смерть, чем несвобода!
Естественно его слова адресовались рабочим модуля. Их здесь было большинство, но всех их в узде удерживал страх. Александр своим поступком, своим криком сорвал его оковы. Они нуждались в лидере, нуждались в человеке, который бы сделал первый шаг. Им нужен был свой Данко, который бы пожертвовал собой ради всех остальных. И рабочие его получили. Путеводная звезда имени Александра, будто ненароком, зацепила снежный пласт и сорвала смертоносную лавину с горной вершины.
Охранники, боясь зацепить своего начальника, стали бить Александра прикладами своих винтовок. Теперь он не поддавался, демонстрируя пример стойкости. Охранников не остановил единичный крик не сдержавшегося рабочего, но слившийся воедино в следующее мгновение рев ненависти целой толпы заставил их посмотреть себе за спину. На них неслась сама смерть. Разъяренные пленники, держа в руках лишь инструмент, силились смести хорошо экипированных надзирателей.
Атака рабочих оказалась как стремительной, так и успешной. Без тактики, без настоящего оружия, но эта самая концентрированная сила разрушения, которую когда-либо доводилось видеть Александру, делала свое дело. Подпитываемая гневом, ненавистью, жаждой свободы, она была живой, ужасающей, но одновременно прекрасной.
Один  лишь Александр стоял в центре этой бойни и просто смотрел по сторонам. Не один мускул не дрогнул на его теле. Биокиборг не желал вмешиваться. Это война была не его. Но он добился, чего хотел.
Все было кончено за мгновение. Рабочие добивали остатки охраны и спешно переодевались в их бронекостюмы.  Мёрфи молчал. Либо у него был в кармане козырь, либо он действительно не знал, что делать.
К Александру подошел солидного возраста мужчина и приветственно протянул руку.
- Спасибо, сынок. Я – Жан Варле, местный подпольный лидер. Ты дал нам на эту революцию.
- Я – Алекс. Новенький тут. Собственно не за что. Свобода тот миф, до которого иногда стоит дотрагиваться. Наслаждайтесь, пока есть возможность.
Слова биокиборга отдавали ореолом таинственности, однако Варле сразу понял, что имел в виду его освободитель, но мысли лидера подполья перебил спешно подошедший к нему рабочий:
- Жан, у нас тридцать убитых, шестьдесят раненных. Охранников двадцать убитых, пятнадцать раненых, остальные заперты в подсобке.
Итоги скоротечного сражения выглядели ужасно. Варле нахмурился.
- Окажите помощь всем, кто в ней нуждается. Все, кто держится на ногах, должны взять в руки оружие. Сегодня или никогда, - рабочий ушел, и Варле вернулся к разговору с Александром, - сынок, я, конечно, стар и необразован, чтобы заумно отвечать тебе  на твои загадочные фразы, но скажу тебе так. Свободный человек – мертвый человек. Живого всегда что-то сдерживает и связывает. Сейчас я и все здесь присутствующие в зале счастливы, потому что всем нам удалось глотнуть свободы, оставаясь при этом живыми. Но все познается в сравнении. Свобода – мимолетное мгновение, призрак. Освободившись и вернувшись домой, мы рискуем попасть под гнет власть имущих за скромную подачку в виде оплаты нашего труда. И все это будет уже официально. Равенство и законы Конфедерации – это тоже призраки. Мы не революционеры по идеи, мы – революционеры по судьбе. Благодаря судьбе, этому плену, многие прозрели и теперь смотрят на свою жизнь совсем по-другому.  Это не значит, что мы не хотим жить мирно, это значит, что мы не хотим жить так, как выгодно другим, но не нам. Но я заглядываю слишком далеко. Шансы на конечную победу, даже здесь на станции, пока не ясны. Мне сейчас важны каждые руки, которые могут держать оружие, поэтому хочу предложить тебе вступить в наши ряды.
Александр поднял с пола винтовку. В голове его созрел очередной грандиозный план, как использовать гнев рабочих и как отблагодарить Тэйсега.
- Спасибо за предложение. На данный момент мне с вами по пути, поэтому помогу, чем смогу. Дальше вы идете своим путем, а я своим. Но у вас есть все шансы победить, тем более с еще одним союзником.
- Каким союзником?
Александр посмотрел под потолок и спросил:
- Тэйсег, ты тут?
- Да, я здесь.
- Тэйсег? Ты с ума сошел? - взревел Варле, пытаясь наставить на биокиборга пистолет.
Александр крепко вцепился ему в руку, от чего его кисть моментально посинела,  лицо Варле, напротив, от напряжения покраснело подобно самому спелому томату.
- Не стоит, - спокойно проговорил биокиборг, - позволь мне кое-что прояснить.
Он рассказал Варле все, что знал о судьбе миллиардера. Предводитель рабочих присвистнул, одергивая свою руку из ослабевшей по ходу повествования хватки Александра. На коже лидера повстанцев остались темные синяки, и Варле, закусив от боли губу, стал потирать сдавленное, будто тисками, место.
- Кто ты такой, черт подери? Откуда столько силы?
Александр многозначительно и пристально посмотрел ему в глаза, на корню отбив всякое желание выведывать подробности. Смирившись с тайной, лидер рабочих проговорил:
- Ладно, это не так важно. Главное ты на нашей стороне. А Тэйсег? Он теперь тоже наш союзник?
- Возможно, но, по крайней мере, с ним у вас есть шанс спокойно путешествовать по станции.
- У вас? Ты же сказал, что пока тебе с нами по пути?
- Именно так. Но я тороплюсь. И при первой же возможности я отправляюсь в Конфедерацию.
Варле рассмеялся.
- Да как же ты туда собрался отправиться? Транспортники сюда не причаливают просто так.
- А строящийся корабль?
Варле скривился и скептически закачал головой.
- Он готов только процентов на восемьдесят.
- Тогда мне нужен Леонардо.
- А что он тебе?
- Позови, узнаешь.
Варле пожал плечами.
- Хорошо, - он обернулся и крикнул, - позовите Леонардо.
Приказ Варле стал разноситься от рабочего к рабочему будто эхом. Балом правила корабельная дисциплина. В конце концов, подбежал совсем юный парень и испуганно проговорил:
- Его забрали с собой киборги еще до драки.
Александр заскрипел зубами, подбородок заходил ходуном. Все-таки у Мёрфи оставался козырь в запасе.
- Я знаю, где он, - сообщил биокиборг и поспешил к лифту.
Варле устремился за ним, следом пристроились с десяток вооружившихся винтовками рабочих в бронекостюмах.
- Где модуль, к которому пристыкован корабль Леонардо?
- Ты про тот ископаемый русский «СОЮЗ»?
- Да.
В ожиданье ответа Александр остановился.
- Тогда тебе надо попасть в модуль F7.
- Извините, что прерываю, - заговорил Тэйсег, - но это правда. Он именно там. Но в модуле собраны все силы Мёрфи: охранники, фанатики и киборги.
Александр вновь сорвался с места, да так резво, что Варле со своими людьми моментально отстал на десяток шагов. Отчаявшись догнать биокиборга, предводитель рабочих крикнул ему вслед:
- Постой. Мы обязаны тебе. Тем более ты собираешься разворошить осиное гнездо наших врагов. Позволь пойти с тобой. Тем более ты сам говорил, что пока нам по дороге. Нам тоже надо их всех извести.
Слова подействовали. От лишних стволов Александр бы не отказался. Он застыл как вкопанный, медленно обернулся и внимательно посмотрел на рабочих. Цепкие решительные взгляды, не люди, страшные церберы, такие пойдут до конца. Биокиборг кивнул, довольно ухмыльнувшись.

***

Тэйсег сумел отвоевать у Мёрфи еще и камеры видеонаблюдения. Перед штурмом он предупредил, что именно в модуле F7 противник сгруппировал свои основные силы. К нему было решено пробираться через все три лифта, благо на своем незримом поле битвы Тэйсег держался молодцом. Было удивительно, как он быстро приспособился к столь радикальным метаморфозам своего существования, парень не сломался, жизнь для него продолжалась.
Александр отобрал себе пятерых крепких парней из числа вооружившихся рабочих и решил идти, что называется «в лоб», со стороны модуля F6. Он выбрал себе лазерную винтовку,  надел бронекостюм  и посоветовал Варле нанести на шлемы и броню несколько полос краской, чтобы в бою не перестрелять друг друга, а то история знавала и глупее прецеденты.
Варле со своей группой отправился к модулю F8, а еще два десятка рабочих согласились помочь атаке с третьего входа, спустившись в модуль на вертикальном лифте.
Когда все замерли на исходных позициях, Александр поднял голову вверх, так ему было проще привыкнуть к диалогу с незримым союзником, и спросил:
- Тэйсег, что видит Мёрфи?
- Боюсь, что все. Я не могу его оттеснить от камер, хотя и у него это не получается.
- Ладно, уже не столь важно. Неожиданность не мой конек.
Варле построил рабочих перед лифтом и дал им краткий отеческий наказ:
- Друзья! Мы сейчас идем на верную гибель. Но, черт возьми, за несколько лет в этой мышеловке мы устали сидеть, сложа руки. Лучше сдохнуть с мыслью, что ты в эту секунду свободен, чем гнить в рабстве безумной компьютерной программы. Удача должна нам сопутствовать, её не было с нами несколько лет. Но каждому воздается за ожидания. Да, мы все устали, но цель наша прекрасна. Впереди нас ждет встреча с нашими семьями, и ради этого стоит рисковать! Вперед!
Рабочие отозвались громким одобрительным гулом. Кто-то засвистел. Улыбнулся и Александр, ему понравилась речь Варле. В них было то, что он не мог услышать в речах компьютерной программы. От голоса Варле отдавало энергией. Каждый услышанный звук, растворялся внутри теплом, дарил надежду, настраивал на борьбу. Полководцы, к коим сейчас относился и Варле, помимо грамотной тактики должны знать, как поднять бойцов на верную гибель. Лидер рабочих в этом компоненте был эталонным руководителем сопротивления. Война не вечерняя прогулка перед сном, война – это боль, страдание и, в конце концов, смерть. Любая война имеет цену, и Варле понимал, что за свободу надо заплатить её сполна, но он был обязан достучаться до каждого своего подчиненного и передать это знание.
Вперед и только вперед. Александру не нужно было ничего объяснять, он всегда нуждался в этом движении.  У него не было семьи, но он был обязан хоть что-то узнать о ней. Ему стоило сражаться, сражаться за себя, за Катерину, за будущее. Он воодушевился, скомандовал своей группе:
- На исходную.
Когда двери лифта закрылись, отсекая все пути к отступлению, Александр украдкой посмотрел на своих спутников, отметил их сосредоточенность. Страх пировал в их душах, но, кто не боится смерти. Однако их желание идти до конца соответствовало тому, что чувствовал и сам биокиборг.
- Готовы? - произнес он, когда лифт проделал половину пути.
Рабочие дружно закивали головой. Они крепче сжали свои лазерные винтовки. Александр еще раз проверил боезаряд на своем оружии. Индикатор  горел на максимуме. Биокиборг снял винтовку с предохранителя.
- Они знают, что именно ты идешь здесь. Они ждут тебя, - заговорил Тэйсег.
- Логично. Мёрфи видит во мне главную угрозу. Он не понимает, что я лишь причина лавины, но никак не она.
- Страх ослепляет.
- Думаешь, он боится?
- Не в том виде, в котором это испытывают люди, его чувства – это код. Но они так же могут навредить.
- Хорошо, пусть дает слабину, нам легче. Где Леонардо?
- Тот, кого ты ищешь, сейчас не в самом модуле.
Александр взглянул исподлобья на потолок. На его лице, спрятанном под шлемом, читался явный вопрос.
- Его завели в тот русский корабль, - предусмотрительно ответил миллиардер.
Уголки губ биокиборга растянулись в едва заметной улыбке. Все было слишком предсказуемо. Мёрфи и, правда, считал причиной всех своих бед именно Александра, и именно на него было рассчитано это действие. Компьютерная программа примитивно надеялась, что избавившись от ненужного человека, она могла справиться и с возникшей проблемой. Но исторический лозунг «нет человека, не проблем» на этот раз был несостоятельным. Слишком серьезной силе Александр проторил дорогу.
- Охранники расстреляют лифт, лишь только он остановится.
- Не трудно догадаться.
- Правда, Мерфи больше не контролирует камеры лифта, - добавил Тэйсег.
- И это очень хорошо, - обрадовался биокиборг.
Лица рабочих от перспективы стать пушечным мясом побледнели. Александр, почувствовав их волнение, даже скрытое под шлемами, подбодрил их:
- Не переживайте, у меня есть план, - затем он обратился к миллиардеру, - Тэйсег, открой нам двери за спиной.
Тэйсег выполнил просьбу. Двери открыли проход в шахту лифта.
- Как только почувствуете, что лифт останавливается, выбирайтесь в шахту. Там нет гравитационного поля. Заберитесь на самый верх под свод шахты и ждите моей команды.
Рабочие послушно кивнули – не в их правилах было перечить старшим, командир всегда прав и никаких пунктов под номером два.
- Варле, жди моего сигнала, - биокиборг передал послание по рации предводителю рабочих.
- Добро, ждем.
Лифт ощутимо замедлил ход и спустя несколько метров замер на месте.
- Пошли! – скомандовал им Александр.
Рабочие вынырнули в шахту. Биокиборг забрался под потолок кабины, вытянулся звездочкой, удерживая себя в таком положении с помощью хорошей растяжки, крепких рук и ног.
- Тэйсег, а у тебя есть доступ к гравитационному полю модуля?
Будто задумавшись, миллиардер ответил:
- Только что проверил, есть.
- Когда я скажу, отключишь, когда скажу, включишь.
- Сделаю, главное, удержать доступ от Мёрфи.
Двери открылись, и кабина лифта уже через несколько секунд стала напоминать решето. Стреляли из лазеров, стреляли из стрелкового оружия, стреляли даже из небольших ракетниц. Досталось и Александру. Осколки так и норовили посечь незащищенную часть его лица.
Александр выжидал. Он был спокоен, несмотря на все выпавшие ему испытания. Спокойствие это казалось фантастическим, если учесть, что ему ежесекундно досаждали новые болевые ощущения. Казалось, весь его организм замер, и лишь биочип обрабатывал звуковую информацию, выстраивая в голове четкую картину происходящего в модуле.
Через две минуты бесполезной пальбы люди Мёрфи прекратили стрелять. Они со смятением посмотрели на пустовавшую кабину лифта и переглянулись.
- Чего вы остановились? Они были там! Они там и есть!!! - взревел голосом Тэйсега Мёрфи.
Александр воспринял крики компьютерной программы как сигнал к действию. Он спрыгнул на пол, присел и закричал:
- Отключай!
Тэйсег отключил гравитацию ровно в тот момент, когда Александр оттолкнулся от пола. Ускорение, передавшееся ему в невесомости, вынесло его внутрь модуля, позволив зависнуть на высоте трех метров. Его противники успели открыть огонь, но из-за изменившейся вдруг гравитации, зависли в воздухе и не смогли попасть по биокиборгу. Александр же, напротив, мудреный опытом, не первый раз так резвился, своими выстрелами сразил сразу троих.
Люди Мёрфи, как опытные бойцы, а так же находящиеся в модуле киборги, оперативно приспособились к новым условиям боя. Они даже поймали на мушку Александра, но биокиборг тут же скомандовал:
- Включай!
Гравитационное поле включилось, и люди рухнули вниз. На ноги приземлились около дюжины киборгов и Александр. Он без раздумий открыл огонь и побежал на них. Глаз выискивал наиболее уязвимые места, рука нещадно жала на курок. Киборги сыпались на пол грудой антропоморфного металлолома.
На счету Александра числилось уже восемь роботов, когда киборги все же ответили ему. Пришлось снова демонстрировать акробатические приемы перед очередным железным истуканом и использовать его как щит, проверенное действие всегда надежнее. Спрятавшись от смертоносных лазеров, биокиборг добил горстку своих неразумных механических собратьев. Ничего сложного, дел на пару минут.
Охранники, оказавшиеся на полу, удивили Александра гораздо больше машин. Они, даже лежа, исхитрились прицелиться и открыть огонь. Ситуацию эту биокиборг прочувствовал, что называется, нутром. Куда здесь было до холодного расчета биочипа. Лишь только заслышав возню с оружием, Александр ощутил холод под ложечкой. Под броней дружным строем побежали мурашки.  Сработала чистая интуиция. Биокиборг оттолкнулся от пола и закричал, что было сил:
- Отключай!
Гравитация исчезла, и Александр оказался под потолком, по достоинству оценив открывшееся взору светопреставление.
- Варле, группы поддержки входите, как только я скомандую Тэйсегу вновь включить гравитацию, - судорожно переводя дух, еще в полете проговорил биокиборг ожидавшим его команды рабочим станции.
Он схватился за мощную балку под потолком, развернулся и несколько раз прицельно выстрелил. Охранники не досчитались еще нескольких бойцов. Но люди Мёрфи вновь продемонстрировали чудеса смекалки. Они перестроились и заняли места у прикованных к полу огромных многоуровневых промышленных установок. Тактическая уловка биокиборга теперь была бесполезной.
- Включай! - прокричал он.
Биокиборг приготовился, и заметил, как на это отреагировали люди Мёрфи, они были начеку. Однако ничего не произошло. Абсолютно ничего. Тэйсег не ответил, гравитация не включилась. Александр посмотрел на полусотню хищно уставившихся на него винтовок. Опять он испытал нечто абсолютно несвойственное холодному рассудку биокиборга. На загривке зашевелились волосы, а в горле застрял такой ком, что Александр инстинктивно сглотнул.
- Не могу, Мёрфи меня теснит, - пробилось в эфир скомканное послание от Тэйсега.
В принципе, это и так исходило из логики происходящего.
- Варле, оставайтесь на позициях. Тэйсег, если удастся, сделай отрицательное значение гравитации.
- Чтобы поверхность отталкивала?
- Да, - крикнул Александр и оттолкнулся от балки.
В этот момент на спусковые курки нажали, все, кто готов был в строю. Биокиборгу досталось. Многочисленные попадания стали перемалывать бронекостюм, силясь достать до скрытой под ним плоти. Костюм, к счастью справился. Кроме обжигающего тепла и ушибов особого вреда биокибернетический организм под изрядно потрепанной броней не получил.
 Гораздо больше досталось его лицу и шлему. Один из выстрелов попал ему точно в подбородок, оставив после себя страшный кровавый ожог. Кожа обуглилась, проступившая из раны кровь моментально запеклась. Шлем после череды попаданий пришел в негодность – треснул, вышло из строя интерактивное защитное стекло, – и стал больше мешать, чем защищать.
Александр, невзирая на ранение, сорвал с себя шлем и решил ответить обидчикам. Мучавшая его боль пробудила в нем берсерка. На одно? Толпой? С первой же попытки он уничтожил, по меньшей мере, пятерых, смел как веником. Удивительно как ярость консолидировала ресурсы его организма. Не холодный расчет, а чувства делали из него непревзойденного война. Его выстрелы прилетали точно в цель.
Неожиданно биокиборга ударило о потолок. Охранников сорвало с мест, и со всей силы действующей антигравитации их припечатало по соседству. Прошло лишь мгновение, а у Александра замер дух от того, что его резко потянуло вниз. Он удивленно посмотрел, как его противники последовали за ним. Ему-то не составило труда приземлиться на ноги, чего нельзя было сказать о сотрудниках службы безопасности. Для многих такой суровый аттракцион  стал последним в их жизни. Послышались крики и стоны раненых.
- Спасибо, Тэйсег!
- Не за что. Считай теперь, что мы – квиты.
- В расчете, - согласился Александр, - запускай Варле и всех ребят.
С зычными криками со стороны лифта вбежали рабочие и остановились, как вкопанные. Осматривая модуль, они не могли поверить, что человек в одиночку мог совершить нечто подобное. Крики раздались и с других сторон. Варле со своими людьми и третья группа рабочих выбежали из кабин лифтов.
Их встречала картина достойная звания «апофеоз войны». Кто-то из охранников пытался подняться, кто-то не шевелился вовсе. Рабочие ринулись к выжившим, наставив на них свое оружие.
- Не добивать, - крикнул биокиборг своей группе, - отбирайте оружие, связывайте, делайте, что хотите, только не добивайте. И другим так передайте.
- Сэр, у вас рана.
Александр прикоснулся к подбородку. В пылу борьбы он совсем забыл про свое обезображенное лицо. Ранение выглядело ужасно для неподготовленных людей. Однако без новых злоключений все должно было зажить уже через несколько часов.
- Ерунда, - успокоил он свою группу, увидев их недоуменные взгляды на своей ране, - выполняйте, что я сказал.
Рабочие переглянулись и быстро-быстро закивали. Оно и понятно приказ старшего, правило есть правило. Но даже, если бы их ненависть выплескивала изнутри, как кипяток из переполненного чана, перечить приказам такого монстра они бы не посмели, побоялись бы.
Александр направился в сторону Варле. Картина по дороге не менялась. Охранников обезоруживали и уводили в другие модули. Работа кипела.
Где-то совсем рядом Александр вновь услышал выстрелы. Сопротивлялись оставшиеся в строю киборги. Они прятались за многосильными прессами, портативными металлургическими установками. Но и их численность таяла на глазах. Люди брали числом. Многие шли на глупый подвиг, падали замертво, и тогда на смену им вставали новые герои безызвестной войны за их свободу.
Александр приблизился к передовой в тот момент, когда, вероятно, самый сообразительный из киборгов, вычислив лидера рабочих, прицелился в Варле. Его безжизненные глаза вцепились мертвой хваткой в жертву, и палец хладнокровно потянулся к курку. Александр беззвучно подбежал к нему, схватил его винтовку за ствол и дернул вверх. Лазерные лучи просвистели над головой Варле. Рабочий обернулся и увидел, как Александр выхватил оружие у киборга, повалил робота на пол и выстрелил несколько раз ему в голову.
Варле ошарашено махнул рукой в знак благодарности, а Александр, почти не целясь, расстрелял еще одного киборга, появившегося за спиной лидера рабочих. Кто-то крикнул:
- Все! Это последний.
- Он прав, - безразлично подтвердил Тэйсег.
Рабочие заликовали, послышались крики, стрельба. Эта скоротечная битва осталась за ними.  Для них этот день стал самым радостным за последние несколько лет. Александр подошел к Варле, и рабочий признательно положил свою ладонь на плечо биокиборга.
- Спасибо.
- Не стоит. Все в порядке.
- Ты ранен?! - больше ужаснулся предводитель рабочих, чем задал очевидный вопрос.
- Пустяки, для меня пустяки, - оговорился Александр, - не обращай внимание. Лучше скажи, где же выход к кораблю?
Варле оторопело посмотрел на подбородок биокиборга, ему стало не по себе, и он вздрогнул.
- Пошли, проведу, - местный лидер быстро отвел взгляд, стараясь не задавать лишних вопросов – знакомы всего несколько часов, мало ли, кто перед ним стоит.
Варле вывел Александра к малоприметным дверям цвета стен модуля. Рабочие их тут же открыли, и биокиборг увидел переделанную для стыковки с кораблем камеру. Из открывшегося шлюза осторожно выглядывал Леонардо.
- Выходи, - крикнул Варле, - все кончено. Мы победили!
Леонардо недоверчиво захлопал глазами и вылез в помещение.
- Лео, - начал Александр без раскачки, - станция почти под контролем рабочих. Ты готов отправляться на Землю прямо сейчас?
Леонардо засмущался.
- На Землю? - удивился Варле, - Вы о чем, простите?
Александр не обращал на предводителя рабочих никакого внимания и смотрел исключительно на Леонардо:
- Я же тебе обещал, что ты выберешься отсюда. Держи же и ты свое обещание.
Варле разнервничался:
- Да объясните, что происходит, - прикрикнул он.
Александр посмотрел на него искоса.
- Истребитель не достроен, а мне позарез надо на территорию Конфедерации. И неизвестно, когда можно будет вызвать транспортник. Поэтому, Леонардо, должен доставить меня хотя бы на Землю, хотя бы на чем есть.
- То есть на этой рухляди? - наконец, догадался Варле, указывая на шлюз, ведущий к кораблю.
- Какая же это рухлядь, - обиделся Леонардо, - он и так был работоспособным, а я его еще и  усовершенствовал. Он спокойно долетит не то что до Земли, но и, - парень взмахнул руками, но так и не смог подобрать нужного слова, - неважно, - раздраженно закончил он.
- Вот видишь, - обратился Александр к Варле, - зря парня обидел.
- А мы сейчас полетим? - неуверенно пробормотал Леонардо.
- Тебя здесь что-то держит?
Леонардо неуверенно улыбнулся и, втянув голову в плечи, развел руками.
- Нет, но столько времени прошло. Попрощаться надо.
Александр вспомнил, как сам решался на побег из «Биокиберии». Вроде бы решение было принято, но первые шаги омрачал легкий налет страха. Перемены всегда пугают.
- С прошлым, особенно не самым радужным, пусть и вошедшим в привычку, надо расставаться легко. Я тебе на собственном опыте говорю. Полезай в корабль.
Тон биокиборга оказался таким основательным и спокойным, что Леонардо, вздохнув, полез обратно в «СОЮЗ». По этой же причине Варле стоял и просто хлопал глазами.
- Скажи кто ты? Ты не похож на обычного человека, - наконец, проговорил он, - я бы промолчал, но такие раны, как у тебя. Такая сила, ловкость, реакция.
- Не спрашивай. Все равно не отвечу. Придет время, возможно, узнаешь.
Александр протянул руку Варле. Рабочий искренне пожал её. В его глазах читалась благодарность. Он просто не смел перечить своему спасителю.
- Не переживай. Если вам не получиться зазвать сюда какой-нибудь корабль, то я точно позабочусь об этом, - обнадежил его Александр, - вы тут держитесь. Тэйсег вам поможет. Главное проведи беседу со своими. Одолеете его компьютерную программу и все сложиться хорошо. Не думаю, что это займет много сил и времени.
- Спасибо, - проговорил Варле.
Александр посмотрел на потолок и заговорил:
- Прощай, Тэйсег, и спасибо за помощь. Помни, человеком можно оставаться в любом обличье.  У тебя большой пробел информации, касающейся того, что твориться во внешнем мире. Я – враг твоих друзей, но я не хочу быть твоим врагом. Когда узнаешь больше, соверши правильный выбор. Ты можешь сделать свое существование гораздо более приятным. Технологии это позволят.
- Что ж, враг моих друзей, как показала жизнь, не мой враг. Я учту твои пожелания и напутствия. Желаю удачи на твоем пути. Прощай.
Биокиборг ловко запрыгнул на борт корабля. Варле собственноручно задраил шлюз модуля, и Александр с Леонардо остались вдвоем. Парень ловко закупорил «СОЮЗ» и перебрался к панели управления кораблем.
- Поехали! - пробормотал он сакральное слово, усаживаясь в кресло.
- Поехали, - ответил ему довольный Александр, устраиваясь по соседству.

Глава 7

Шел третий день полета. Усовершенствованный Леонардо «СОЮЗ» стремительно двигался к своей цели. Земля перед Александром была как на ладони, и корабль находился уже в её власти. Планета притягивала «СОЮЗ».
Александр парил в невесомости. За несколько дней ему понравилось это состояние. Да так, что возвращение в мир гравитации неосознанно рассматривалось им как какое-то наказание. Он постоянно поглядывал в иллюминатор, чтобы насладиться красотами планеты и еще раз все просчитать в своей голове. Не то, чтобы он волновался, но сектор орбитальных строений Земли имел такую  плотность, что биокиборг вынужденно поглядывал на Леонардо, которому на доисторической технике требовалось продемонстрировать ювелирную точность. Александру хотелось быть готовым ко всем нештатным ситуациям.
Но Леонардо, как истинный профессионал лишь что-то бормотал себе поднос, высчитывал какие-то цифры и вносил в полет коррективы. Полет проходил штатно, Александр старался не лезть к изобретателю, предоставив ему на откуп все заботы. Пока что работа Леонардо беспокойства не вызывала.
Беспокоило биокиборга совсем другое. Он знал, что для противокосмической обороны Земли их «СОЮЗ» являлся слишком крупным объектом, чтобы оказаться необнаруженным. Космонета по-прежнему не было, и как связаться с генералом на доисторической технике Александр не понимал. Биокиборг несколько раз пытался связаться хоть с кем-то по радиосвязи, но эфир отвечал мертвенной тишиной.
- Лео, ты уже придумал, куда мы будем приземляться?
Задумчивый изобретатель повернулся к нему и, не прекращая что-то считать в уме, ответил:
- Да я все посчитал. Упадем на территории казахского сектора Конфедерации. Приблизительные координаты с разбросом в несколько километров составляют 470 С.Ш. и 690 в.д.
- Во сколько в несколько?
- Возможно, в несколько десятков.
- Десятков?
- А, что ты хотел. Мы вообще до Земли добрались исключительно благодаря надежности технологии  тысячелетней давности. Спустимся ниже уровня орбитальных строений, сделаем несколько витков вокруг планеты, отделим капсулу и начнем реальный спуск.
Шах и мат. Отвечать биокиборгу было нечем. На борту технологического динозавра думать приходилось соответствующим образом.
- Ладно, - задумчиво ответил Александр и снова взял трубку радиостанции, - Внимание, всем кто меня слышит. Внимание, говорит борт корабля «СОЮЗ». Скоро мы войдем в систему обнаружения противокосмической обороны. Не открывайте огонь. Мы космический корабль. Угрозы столкновению с орбитальными строениями нет. Повторяю…
В пустовавшем до этого эфире что-то изменилось.
- Что за ерунда, - сквозь треск помех послышался прерывистый хриплый мужской голос, - кто занял резервный канал связи?
Отлегло. В решении насущной проблемы наметился прогресс. Их услышали. Воодушевленный ответом Александр продолжил:
- Мы не занимали резервный канал. Мы просто не можем говорить на других частотах. Повторяю, летим к Земле на корабле «СОЮЗ». 
- Союз, союз, - начал повторять мужчина, - вы, что с дуба рухнули? Какой союз?  Корабли такой системы прекратили эксплуатировать еще в 2024 году.
- Так мы считай на музейном экспонате и летим. Запеленгуй нас и отмени тревогу противокосмической обороны.
- Так, я вижу неопознанный объект, испускающий радиосигналы. Это вы?
- Да! Свяжитесь с генералом Мильке. Передайте, что на связи Алекс. Он поймет. Это срочно.
- Глава Агентства? - удивился голос.
- Да! Да жми же, - разгневался Александр, - мы сейчас под обстрел попадем.
На том конце  эфира взвыла крякающая сирена, батарея по сигналу тревоги пришла в боевую готовность.
- Черт, - мужчина выругался.
Сеанс радиосвязи неожиданно прервался. Александр, не веря в происходящее, застыл с трубкой в руке. Просто смертельно как неприятно получилось. Биокиборг напрягся. Он посмотрел на пристально следящего за ним Леонардо, но не нашел, что сказать изобретателю. Да и что тут говорить – беда!
Пульс отмеривал секунды лучше всякого секундомера. Если зазвучала сирена, то до открытия огня батареями противокосмической обороны оставалось всего ничего. Волнительные нотки проскочили в ритме неутомимого сердца. Очередной виток приключений заставлял почувствовать столь приевшееся дыхание близкой смерти. Александр вроде и не боялся, но при одной только мысли об этом строй дружных мурашек пробегал по его спине. Понимавший всю щекотливость ситуации Леонардо выглядел подавленным, испуганным – не каждый день ходишь под перстом судьбы, неизвестно, поднимет она его или опустит. Изобретатель не на шутку перепугался – храбрость не была его коньком, но, тем не менее, он держался молодцом.
Нарастающее напряжение чувствовалось даже в воздухе. Неизвестно, чем бы это закончилось, но в трубке, наконец, вновь появился треск.
- Все, вы помечены как дружественный объект, успели за несколько секунду до старта ракет, - зазвучал вожделенный голос оператора, который тут же спросил с некоторым смятением, - кто вы такие, раз генерал грозиться меня убить? И куда вы направляетесь?
Леонардо открыл рот, стал с хрипцой выдыхать и, закрыв в какое-то мгновение лицо руками, обмяк в своем кресле. К Александру моментально вернулось его прежнее самообладание, и он незамедлительно ответил:
- Ориентировочные координаты приземления составляют 470 С.Ш. и 690 в.д., конечно, с разбросом в десятки километров.
Голос присвистнул.
- Многовато. Хотя это же «СОЮЗ». Да, хорошие были корабли. У нас такие студенты на первом курсе сейчас собирают на практических занятиях. Я передам всю информацию генералу. К сожалению, ничем помочь больше не могу. Я не центр управления полетами.
- Ничего, справимся. Спасибо.
- Не за что, удачи. Тут такая хохма, теперь вся смена следит за вашим перемещением. Наделали вы переполоха. История на все времена.
Голос снова исчез, но главное батареи ПКО по-прежнему молчали. Переполох становился фирменным подчерком Александра. Чудеса на виражах, да и только. Почти каждое событие в жизни биокиборга сбрасывало его в пропасть смертельной опасности, из которой ему приходилось спешно выбираться. К его ужасу такие маневры уже входили в привычку.
Когда корабль благополучно минул сектор орбитальных строений, очнувшийся Леонардо быстро скорректировал орбиту полета. Александр от нечего делать начал преспокойно разглядывать Землю в иллюминатор: величественные горы с заснеженными шапками, зеленеющие просторы бескрайних равнин, ветвящиеся капилляры речных систем, огромные океаны с седыми шапками ледников. Земля выглядела безмятежно прекрасной. Небольшой глаз тайфуна облюбовывал восточное побережье Евразии, и казалось, что сама планета кокетливо подглядывала за своими необычными гостями.
- Сейчас мы сделаем еще несколько витков и начнем спускаться. Траектория  спуска планирующая, так что сильных проблем возникнуть не должно. Небольшую перегрузку почувствуем и только. Главное держать угол атаки, и все пройдет, как надо. Русская техника в космосе – это бренд на века, - проговорил, успокаивая самого себя, Леонардо.
После второго витка, или через полтора часа после прохождения орбитальных строений, «СОЮЗ» на высоте почти триста  километров замедлил скорость и стал снижаться. Тормозной импульс двигателей повернул корабль в нужном направлении. В районе Атлантического океана сработала двигательная установка, сбившая скорость, и придала кораблю эллиптическую орбиту.  Протянув до Средиземного моря, Леонардо приготовился отделить спускаемый аппарат от всей конструкции.
- Ты готов?
Александр занял место в кресле и улыбнулся:
- Спрашиваешь. Я жду этого с нетерпением.
Все прошло без сучка и задоринки. Александр не сразу понял, что они оказались во власти неистового пламени, словно в пекле Преисподней. В иллюминаторах стояла пелена непроглядного огня. Союз гасил скорость в атмосфере Земли.
Спускаемый аппарат затрясло. По телу пошла вибрация. Биочип зафиксировал перегрузки. Руки показались неимоверно тяжелым, неподатливым. Александр подвигал пальцами и покосился на Леонардо. Парень держался стойко, хотя простому человеку было гораздо труднее переносить свалившиеся на него испытания.
- Ты в порядке? - спросил Александр.
- Вполне, - тяжело ответил Леонардо.
Наконец, спускаемый аппарат сбросил скорость до отметки чуть больше одного маха. Огонь в иллюминаторах начал редеть, пока не исчез вовсе. От спускаемой капсулы отскочил щит. Выстрелила крышка контейнера, и сработала основная парашютная система. Тряхнуло. Исчезли перегрузки. Появилась несравнимая с испытуемыми ранее нагрузками легкость. На лице Леонардо проступила блаженная улыбка. Снижение стало ощутимо замедляться.
Перед самой землей включились двигатели мягкой посадки. Спускаемый аппарат мягко коснулся земли на бескрайних просторах казахских степей, и в этот же момент выстрелили стренги  парашютов. Кресла с амортизаторами нивелировали дискомфорт от посадки. Уставший Леонардо повернулся к Александру:
- Кажется, сели.
- С мягкой посадкой, - проговорил Александр и начал отстегивать ремни на кресле, ты просто гений, - Леонардо.

***

Стужа. Тяжелые хлопья снега летели к земле. Поземок, взбиваемый старательным ветром, кружил каруселью. Леса утопали в сугробах. Деревья гнулись под тяжелыми белыми шапками. Ни один звук не прерывал суровую песню завывающего зимнего ветра. Небольшое селение на опушке вечнозеленых великанов дремало в предрассветном снежном хаосе.
Мильке прохаживался вдоль аккуратных двухэтажных срубов и пребывал в раздумьях. Уже несколько дней он с Чаном гостил у Ермолова. И профессор еще с порога окончательно похоронил его надежды. Накопитель оказался липовым. И пароль к нему не подошел, и внешним видом он несколько отличался от оригинала. Кто-то вел с генералом очень умелую игру. После прокола с биографией Кремня, Борджиа красиво подставили и устранили, а Фрост не позволил так поступить с собой только по причине самоубийства.
От Александра по-прежнему не было вестей. Надежда на его чудесное спасение таяла как предрассветный туман. Ермолов, и так сраженный вестью о смерти Фроста, оказался полностью обескуражен, узнав о происшествии на Луне. В его глазах генерал читал и боль, и отчаянье. Долго находиться рядом с ним Мильке не мог, поскольку и сам переживал, и не хотел, чтобы его эмоции видели другие. Все же имидж у генерала был несколько иным – суровый, строгий и хитрый лис. Поэтому, как только появлялась возможность,  он всегда старался уйти куда-нибудь из дома.
Генерал кутался в свой жилет. В нем хоть и было тепло, но разгулявшийся буран холодил уже своим видом.
- Вот тебе и управление погодой, дожились! Что б им неладно было, этим борцам за первобытный вид планеты.
Мильке ругал движение, боровшееся за минимальное вмешательство человека в природу на Земле. Движение это, как это часто бывает, из несерьезной группы бездельников-энтузиастов переросло в настоящую политическую силу. Именно благодаря давлению его инициативной группы генералу приходилось гостить у Ермолова в условиях настоящей русской зимы. Не то, чтобы он был против столь обильных снегопадов и нещадного холода, но в его возрасте ему хотелось уже греть косточки под ласковым солнцем. Где бы он не находился: на Земле, на Марсе или  на Венере.
С недовольным видом генерал брел вдоль занесенных снегом домов и мимолетно всматривался в каждое окно. Все жители поселка были в срочном порядке выселены и вывезены в ближайший город, а в срубах оперативно расквартировалась рота спецназа Агентства Безопасности Конфедерации. После случившего на Луне Мильке не на шутку беспокоился за жизнь Ермолова.  Профессор оставался единственным человеком, кто мог воскресить уничтоженную  лабораторию и воссоздать проект «Эволюция» с нуля. А раз складывалось так, то генерал ни секунды не верил, что охотившиеся за технологией люди могли оставить в покое её создателя.
- Генерал, - сквозь завывание ветра услышал за спиной Мильке.
Он обернулся и увидел бегущего к нему Ермолова.
- А, Алексей. Неужели посиделки с Чаном у камина могут надоесть?
- Нет, - остановился перед Мильке профессор, - но мне хотелось бы с вами переговорить.
- Говорить? Здесь? В такую погоду?
- А что с погодой не так? - удивился Ермолов.
Неожиданно ветер стих, и с неба в абсолютной тишине с беспечно обретённым спокойствием, как в сувенирном снежном шаре, продолжили сыпаться частые хлопья снега. Теперь удивился Мильке.
- Раз и погода благоволит, тогда давайте поговорим за прогулкой.
Стоило генералу вновь сделать шаг по едва приметной под слоем нового снега тропе, как Ермолов, не церемонясь, спросил:
- Вы ведь специально меня тогда обвинили в разгроме лаборатории и бегстве Алекса?
Юлить Мильке не стал, не к чему:
- Ты же умный человек. Мог бы и раньше догадаться. После того нападения только ты и накопитель являетесь источниками полной информации по биокибернетическим технологиям. Представляешь её возможности после того, как было озвучено, что  процесс создания биокиборгов может быть удешевлен и ускорен? А теперь представьте насколько ты лишний человек для наших врагов. Ты же для Конфедерации можешь еще столько сделать.
Ермолов задумался:
- Вы правы, но лишь частично.
- Частично? - засомневался генерал.
Профессор не нашел, что ответить.
- Кто-то еще способен заменить тебя? - разволновался Мильке, поправляя свой жилет.
- Нет, вы не правильно меня поняли, - собрался с мыслью Ермолов, - я много размышлял над тем, кого создал.
- Я тоже, - перебил профессора генерал, - и могу тебе ответственно заявить, что во многом благодаря тебе Алекс не боевая машина, не робот, а самый настоящий человек. Еще не давно, я бы отдал тебя под суд, но я несказанно этому рад.
Слова Мильке не на шутку разволновали Ермолова.
- Вы сейчас о чем?
- Уж, прости, Алексей, ты никогда не входил в круг моего тесного общения. Не было у нас точек для соприкосновения. Проект не в счет. Там государство в лице меня было заказчиком, и я по долгу службы не мог вести себя иначе. Интересы государства, понимаешь ли. Поэтому для тебя я выгляжу, может быть, до сих пор черствых каменным хамом, но именно Алекс заставил меня взглянуть по-другому и на тебя, и, собственно, на него. Он спас мне жизнь, рискуя своей, хотя имел полное право не делать этого. В этом твоя заслуга. Ты же ему как отец. Чувствуется, что ты его не просто создавал, но и воспитывал.
Ермолов вздрогнул, а Мильке продолжал удивительно теплую, почти ласковую для себя речь:
- Ты, именно ты повинен в том, что человеческие черты превозмогли защитный код. Даже анализ того, как Алекс сбегал из лаборатории показывает, что его человеческое начало больше не могло жить в узких рамках биокибернетического организма. И ты знаешь, я тебя за твою провинность могу только поддержать и сказать «спасибо». Именно благодаря ему я, в свои-то годы, и то пересмотрел свое отношение к человеку как к личности. К тому же без Алекса не было у меня шансов сейчас противостоять коварным предателям. Сейчас я не могу доверять даже своей тени. С ним все по-другому.
Ермолов почувствовал, как горлу подкатил огромный ком.
- Саша, он был…
- Почему был? Он выберется.
- Вы-то сами в это верите?
- А что мне еще остается делать?
- Вот и я только, что верю. А воспитал как сына? Так на это были свои причины.
- Уж, извини, что проявляю бестактность, но не люблю недомолвок.
Ермолов помрачнел.
- Моя жена погибла в катастрофе вместе с сыном. Нечто подобное случилось и с Алексом, но ему повезло выжить.
Мильке насупился и отвернулся, мысленно ругая себя за свою требовательность.
- Понимаю, - только и сказал он.
- Вряд ли, генерал. Вряд ли, - профессор прищурил глаза, болезненные воспоминания проникли в его сознание, - но я вас не обвиняю. Жизнь Алекса висела на волоске. У меня не было выбора. Только мой медицинский центр мог помочь ему выжить. Если честно, то именно Алекс и спровоцировал начало работы над проектом. Я к тому времени еще не закончил начальный этап, но пришлось все ускорить. А, когда я понял, что он выживет, почувствовал ответственность перед ним. Потом он стал расти, жить совсем рядом. Я тратил все свободное время на то, чтобы находиться с ним поблизости, но не думаю, что это как то осчастливило его лабораторную жизнь. Жизнь его –  это одно большое испытание. Он, по сути, и не жил еще.
- Ты жалеешь о том, что сделал?
- Что вы! - испугался Ермолов, - я бы сделал ради спасения его жизни это еще несколько раз. Только надо было мне свернуть проект, признать его несостоявшимся. И Алекс спокойно бы себе рос почти обычным ребенком. Но такая у меня черта, я не смог пойти против системы. Что-то внутри не позволило, - профессор замолчал и, собравшись с мыслью, посмотрел на Мильке, - генерал, я больше не хочу работать в экспериментах над людьми, если их конечной целью является создание очередного супер-оружия.
Мильке нахмурился и возразил:
- Благодаря твоему супер-оружию, один человек спасает всю Конфедерацию. Кто-то должен жертвовать собой во благо других.
Ермолов неожиданно вспылил:
- Он даже не знает, что такое Конфедерация. Зачем ему жертвовать ради чужих идеалов?
Генерал закачал головой.
- Алексей, ты не прав! Он начинал свою борьбу всего лишь из-за одного человека.  Теперь он сражается за всех нас. Он не борется за наши идеалы, он спасает простых людей от кровопролитной войны, от бессмысленных человеческих жертв. И ты хочешь сказать, что ради миллионов жизней нельзя пожертвовать своей? Очнись. Мир всегда держался на самопожертвовании, к сожалению, не всего общества, а лишь отдельных его представителей.
Ермолов сник, возразить было нечего. Скупая слеза потекла по щеке и на морозном воздухе обожгла кожу.
- Я не знаю, я просто хочу, чтобы о нем появилась хоть какая-то весть.
Как по заказу зазвучала мелодия входящего звонка. Военный марш величественно разлился в предрассветной тишине. Мильке схватился за карман и вытащил стеклянный видеофон. На экране появилось лицо его нового помощника.
- Да, Рой!
- Я не Рой, сэр. Я – Майкл.
Генерал скривился. Он до сих пор не мог свыкнуться с тем, что рядом больше не было его многолетнего помощника.
- Да, Майкл, я оговорился. Что у тебя?
- Вы просили беспокоить только в особых случаях. Тут как раз такой.
- Говори.
- Со мной связался оператор из ПКО и сказал, что к Земле летит древний корабль «СОЮЗ», на его борту какой-то Алекс. Он просит снять с него маркер целенаведения противокосмической батареи.
У Ермолова мурашки пробежали по спине, а у генерала округлились глаза.
- Твою мать, - заорал Мильке, - немедленно снять маркер. Если с ним что-то случится, оператор пойдет под трибунал. Нет, я его сам убью!!! Так и передай ему!!!
Генерал активизировался. Его глаза живо забегали. Появилось только ему присущее лисье выражение лица. Мильке размышлял:
- Так, «СОЮЗ», «СОЮЗ». Так это же, наверно, музейный экспонат. У нас несколько лет назад пропал транспортный корабль с полностью снаряженным русским «СОЮЗом», - генерал сделал паузу и добавил, обращаясь уже к подчиненному, - узнай, где он приземлится, и доложи мне.
- Есть, сэр.
Отключился звук. Помощник генерала скрылся за пределами объектива камеры, но вскоре вернулся:
- Казахский сектор Конфедерации, 470 С.Ш. и 690 в.д., сэр.
- Спасибо, Майкл.
- Сэр, может, я чего-то не понимаю, но это какая-то чушь.
- Не понимаешь, сынок, не понимаешь, - торопливо ответил Мильке и нажал кнопку прекращения вызова.
Ермолов стоял, не дыша. Он, не моргая, смотрел на засиявшего генерала:
- Алексей, он жив!
- А «СОЮЗ»? - спросил профессор.
- Да, там долгая история, - махнул рукой Мильке. Как-то у нас пропал транспортный корабль. На его борту был настоящий корабль тысячелетней давности. Его для реконструкции некоторых событий в честь дня космонавтики отправляли на Землю. И оказывается, каким-то чудом туда на нем сейчас летит Александр.
- Это действительно чудо, - пробормотал Ермолов, еще не веря своим ушам.
- Так, координаты знаем, надо снаряжать экспедицию.
- Я лечу с вами.
- Исключено, - Мильке сказал, как отрезал, - твоя жизнь в опасности. Я сам слетаю за ним. Жди здесь.
- Но генерал!
- Последнее слово я уже сказал.
Мильке умел быть другом, но даже в дружбе он был прекрасным руководителем Агентства Безопасности Конфедерации. И генерал понимал, что в сложившихся условиях чувствам нельзя было предоставлять много места. На первый план выходила безопасность государства.
Ермолов все прочитал в глазах Мильке, непоколебимая стена. Желание спорить улетучилось вслед за неожиданно совсем прекратившимся снегом.
- Доставьте его сюда скорее.
- Просьба ни о чем. Я уже вылетаю, - ответил генерал и забарабанил в замерзшее окно ближайшего сруба.
Никто не появился, и Мильке постучал настойчивее. Лишь через минуту, вглядываясь сонными глазами в полумрак, в окне показалось помятое лицо спецназовца. Мильке пригрозил ему кулаком, и тот вмиг испарился. Через секунду открылась дверь, и спецназовец с виноватым видом застыл перед генералом.
- Готовь группу. По поводу сна объяснишься позже.
- Есть, - отчеканил спецназовец.
- Объяснишься письменным рапортом.
- Есть, - уже не так рьяно повторил провинившийся.

***

Седобородый по-прежнему отсиживался в одном из отелей на орбите Земли. Через несколько дней после бегства с Луны, он осмелел и набрал только ему известный номер.
- Илья, - заскрипел компьютерный голос, - ты чертовки вовремя. Хватит сидеть. Ситуация стремительно меняется. Мне нужен накопитель.
- Я готов доставить его куда угодно.
- В этот раз я сам заберу его через преданных мне лиц. Тем более я обещал тебе подкрепление. Люди не способны держаться в этом бизнесе долго.
- Можно сказать, вы мне нелюдей подсунете, - усмехнулся Стеринов.
- Как сказать. Как сказать, - ответил голос, и седобородый вздрогнул.
- Через час к тебе постучится странноватого вида священник. Пойдешь за ним. Он отведет тебя на корабль. Возьми видеофон, я свяжусь с тобой.
- Хорошо.
- Жду…
Голос смолк. Кремень в раздумье откинулся на спинку кресла. Седобородый находился в смятении. Война, которой он посвятил большую часть своей жизни, так и не вышла на новый, качественный уровень. Его предводитель вел свою, неведомую никому игру. Он как будто ждал чего-то. Хотя сам Кремень на его месте давно бы развязал настоящую бойню. Ресурсов хватало. Чего стоили только мобильные армии Союза Независимых территорий. От лишних вопросов Стеаринова удерживала только та обещанная технология, которая теперь покоилась в его кармане на накопителе и обещала перевернуть соотношение сил не в пользу Конфедерации. Уж с ней-то он надеялся на что-то более серьезное, чем просто диверсионная деятельность.
Час пролетел стремительно, и кто-то чрезвычайно пунктуальный нажал вызов на дверном терминале. Седобородый открыл дверь, и увидел на пороге монаха. Незнакомец был укутан в красно-коричневые одежды и подпоясан белым ремнем. Нависший на голове капюшон скрывал его лицо, обнажая только остроконечный подбородок. На груди его висел огромный медальон с изображением солнца. Стеаринов узнал его символику – секта, какую еще поискать, заложница человеческих душ.
- Мифический рассвет? - спросил он удивленно.
Монах кивнул, но не ответил, лишь головой показал в сторону коридора.
- Хорошо, пошли…
Кремень быстро собрал вещи и отправился за своим проводником. Мифический рассвет  был официально зарегистрированной религиозной организацией, очень закрытой организацией. Мало, кто знал, чем они занимаются, на чьи средства существуют. По слухам их содержал Сенат, и седобородый догадывался, кому это было выгодно. Его предводитель – грамотный стратег и тактик, никогда ничего не делает просто так. А религиозная организация как нельзя лучше подходила для его закулисных игр, поскольку религия в Конфедерации всегда считалась вне политики. А это означало, что под эгидой Мифического рассвета можно было проворачивать свои темные дела, не привлекая  к ним никакого внимания.
  Монах шел быстро, и седобородому приходилось, чуть ли не бегом догонять его. Наконец, через пятнадцать минут они оказались в зале грузового терминала космопорта, к которому через шлюзовые камеры швартовались транспортные корабли.
Через шлюз С-3 монах завел Стеаринова на большой транспортный корабль. Седобородый, как опытный военный, быстро оглядеться.  Его брови выгнулись дугой от удивления. В транспортном отсеке корабля сидели два десятка громил и ковырялись со своим оружием. Для рядового человека они были просто огромны. Ростом больше двух метров, в плечах не меньше. На их лицах читался минимум интеллекта, да и сами черты лица были далеки от идеалов человеческой красоты: угловатые черепа, наголо бритые головы, высокие лбы, впалые глазницы, отсутствующие брови и сильно выпирающие на их месте косточки, -  все это только усиливало пренебрежение к великанам. Настоящие переродки, не цирк уродов, но приятного мало.
Здоровяки были одеты в тяжелую броню оранжево-коричневого цвета. Однако двигались они при этом с удивительной легкостью. Их оружие и подавно не имело ничего общего с ранее известными Кремню образцами. Огромный черные ручные пушки выглядели неправдоподобно из-за ярких насыщенно-красных стеклянных вставок, бесчисленному количеству трубок, опоясывающих корпус оружия.
У Стеаринова закружилась голова. Все было слишком знакомо и из-за этого казалось каким-то нереальным. Он не поверил своим глазам, несколько раз сильно зажмурился, но ничего не изменилось: в его поле зрения продолжали находиться могучие страшные воины.
Увидев монаха, великаны построились в одну шеренгу. Монах, не произнося ни слова, показал на Стеаринова, и безбровые великаны, как заправские военные, стали равняться на седобородого. Служитель культа повернулся к Кремню и вытянул болезненно худощавую бледную маленькую ладонь.
- Что? - удивился находившийся под впечатлением Стеаринов.
Но монах не отвечал, а у седобородого, как нельзя, кстати, зазвонил видеофон. Он принял вызов.
- Отдай накопитель монаху, - было первое, что он услышал, - перед тобой те помощники, которых я тебе обещал. Едят мало, делают много и не разговаривают. Правда, здорово?
- Это же они. Как они попали сюда?
- Какая разница. У тебя сейчас другая задача.
Стеаринов не сдержался:
- Хватит, - закричал он, - хватит строить из меня идиота, - он посмотрел на монаха, но этот странный человек по-прежнему держал перед ним вытянутую руку, а здоровяки, не моргая, смотрели в сторону седобородого, - почему этот монах так похож на тех людей, что мы встретили во время нашего полета? Почему эти люди так похожи на тех аборигенов? Почему ты никогда не посвящаешь меня в свои дела? Что за  игры ты ведешь? Мне надоело. Я пожертвовал всем ради наших идеалов. Что я получаю взамен? Я рискую жизнью ради твоих прихотей. А мне нужна настоящая борьба, а не те бирюльки, что ты устраиваешь.
- Илья, - как-то холодно и спокойно произнес голос, -  уж не тебе говорить о своих жертвах ради борьбы. Ха-ха, - рассмеялся он.
Смех казался издевательским и надменным.
- Меня это нисколько не веселит.
- И зря, Илья. Зря, - голос вновь стал серьезным, - мы начинаем финальную часть нашей борьбы. Скоро все свершится.
Обещания немного успокоили Стеаринова.
- Хорошо, что нужно делать?
- Первое. И, наверно, главное: буквально несколько минут назад живым объявился…
- Алекс? - озадаченно воскликнул Кремень и вздрогнул.
- Да. Он никак не хочет умирать.
- Но…
- Сейчас не это главное. Да и не успеешь ты к нему. Ты должен полететь на Венеру и уничтожить все, что касается наших полетов. Весь архив Космического агентства должен быть ликвидирован. И ни одна запись не должна попасть в руки к нашим врагам.
- Почему? Они же и так уже все знают.
- Нет, - зашипел голос, - не все!
- Опять эти игры! - недовольно огрызнулся седобородый.
- Что ты, Илья, успокойся. Ты добьешься своего, но сейчас я даже тебе не могу открыться. Риск слишком велик.
- Черт, - выпалил разочарованно Стеаринов, - хорошо. Что дальше?
- Дальше? Дальше тебе нужно будет убрать последнее препятствие, которое может помещать нам.
У седобородого округлились глаза.
- Неужели...
- Ты  опять проницателен, - не дал договорить ему голос, - устрани это препятствие. В его существовании я больше не заинтересован, наоборот он очень быстро может вернуть преимущество нашим врагам. Мы не можем этого допустить. А теперь отдай накопитель и лети на Венеру.
Звонок оборвался. Кремень на секунду задумался, нахмурился, но накопитель, в конце концов, монаху отдал. Монах удалился, оставив его наедине со своими мыслями. Могучие столпы, на которых некогда держалось мировосприятие Стеаринова, прогнулись под натиском новой информации. Кремень чувствовал себя обманутым. Он становился отыгранной предводителем картой. Им жертвовали ради чьих-то идеалов, не его. Прежний мир седобородого рушился, а другого он теперь уже и не знал.

***

Александр выбрался из корабля первым. Пронизывающий ветер выхолаживал и без того промерзший воздух. Под ногами скованный коркой наста хрустел снег. Он лег совсем тонким слоем и никак не согревал промёрзшую землю. Местами его присутствие и вовсе скрывали высокие стебли побуревших трав.
Из ноздрей бил пар, словно Александр был огнедышащим драконом.  Его организм быстро приспособился к суровым климатическим условиям. И хотя холода он не чувствовал,  ежился уже от одного вида угрюмых бескрайних степей.
На «свежий» воздух вынырнул Леонардо:
- Ух, здесь прохладно, - застучал он зубами и задрожал.
- Спрячься, не мерзни, - настойчиво посоветовал ему биокиборг.
- А ты?
- А я не мерзну.
Леонардо посмотрел на легко одетого Александра и задрожал еще сильнее. Он быстро спрятался в спускаемом аппарате.  Биокиборг благодарно похлопал «СОЮЗ» по корпусу – молодчина, долетел. Корабль хоть и стал за тысячу лет грудой нетехнологичного металлолома, в итоге показал себя с самой лучшей стороны. Конечно, была огромная заслуга невероятного изобретателя Леонардо, но классность технических решений прошлого в этом случае стояла особняком. Русские вопреки многим мнениям  всегда умели созидать.
Александр смотрел на горизонт и гадал, сколько времени могло потребоваться Мильке, чтобы добраться до места посадки. По логике вещей, генерал уже несколько часов знал о том, что биокиборг восстал из небытия. Но об этом, а сомнению этот факт не подвергался, теперь были осведомлены и его противники. Ждать оставалось недолго. Кто-то из них уже в ближайшее время обязательно почтит его своим присутствием.
Прогнозы оправдались, к гадалке не ходи. Через несколько минут Александр уловил звуки работающих двигателей. Спустя еще какое-то время он уже различал силуэты стремительно приближавшихся трех аэромобилей.
Александр удовлетворенно кивнул и прищурился. Прятаться больше не хотелось. Ему так надоело бегать от кого-то, что сейчас он готов был идти навстречу своему врагу с открытым забралом. Нет, конечно, биокиборг не терял рассудка и самообладания, но внутренняя уверенность находилась на такой планке, что даже перед самим дьяволом он бы сейчас не спасовал.
Впрочем, его боевой настрой и не пригодился. Уже скоро на бортах аэромобилей стали различаться эмблемы Агентства Безопасности Конфедерации – орел, парящий над земной сферой.
Аэромобили едва приземлились,  а из открывшихся дверей уже выскочил спецназ, мгновенно оцепив периметр вокруг своей техники и спускаемого аппарата. На Александра они не обращали ровным счетом никакого внимания, их задача заключалась в обеспечении его безопасности. Из «СОЮЗа» выбрался удивленный Леонардо. В его глазах застыл безмолвный вопрос, но биокиборг опередил его:
- Все в порядке, так задумано.
Леонардо кивнул и стал выбираться наружу, а навстречу им уже двигался мужчина с хитроватой улыбкой на лице. Настоящий лис. Александр оценил довольную мину Мильке и шагнул в сторону генерала.
- Алекс, я не знаю какие высшие силы и благодарить. Ты жив.
Мильке крепко вцепился в руку биокиборга и стал трясти её.
- Я не мог просто так умереть, не насолив своим обидчикам.
- Это хорошо, что ты так решил, - ответил генерал, отпуская его руку и переводя взгляд на беззаботного Леонардо.
- Это Леонардо, - предвосхитил его вопрос Александр, - мой новый хороший друг. Благодаря этому человеку я здесь.
Мильке сканирующим взглядом вцепился в лицо изобретателя и, сделав паузу, все же пожал ему руку.
- Директор Агентства Национальной безопасности, Маркус Мильке.
Даже услышав, что перед ним находится большой начальник, Леонардо не смутился и ответил крепким рукопожатием. Равный приветствовал равного.
- Изобретатель Леонардо Кавани.
 Мильке удивился. Не каждый день ему встречался человек, не трепещущий перед грозной фамилией генерала и уж тем более не ведущий себя перед ним с напускным пиететом.
- Неужели, ты про меня ничего не слышал?
- Почему же, - безразлично пожал плечами изобретатель, - слышал. Но что мне до тебя? Да ты большая шишка, но ты живешь своей жизнью, я живу своей.
Леонардо опять не спасовал, и Мильке довольно оскалился. Ему определенно нравился этот парень.
- А он хорош, Алекс. Не каждый вот так передо мной так спокойно разговаривает, да еще на равных. И дерзить еще пытается. Хорош.
- Посидели ты бы с моё в плену у вышедшего из-под контроля искусственного интеллекта. Я бы посмотрел на тебя.
- О чем ты говоришь? - нахмурился Мильке.
- Эх, - вздохнул Александр, - сейчас все объясню.
Он, как можно быстрее, видя морщившегося на морозе генерала, который уже несколько минут переминался с ноги на ногу, и съежившегося от холода Леонардо, рассказал о своем чудесном спасении на орбите Луны, о своих злоключениях у миллиардера Тэйсега,  о встрече с Леонардо и о Мёрфи. По мере освещения все новых событий Александр не без удовольствия наблюдал, как вытягивается лицо у Мильке. Глаза генерала ширились, ползли вверх, так и норовили приблизиться к вздернутым до небес бровям.
- Там сейчас революция, - подытожил биокиборг, - вам бы стоило туда наведаться. Много чего интересного найдете. К тому же я пообещал повстанцам транспорт.
- Много чего интересного, - добавил Леонардо, - один звездолет чего стоит.
- Там еще и звездолет строили?
- Да еще какой, - зашелся изобретатель, - я думаю, вы о таком и не мечтали. Небольшой истребитель, который невидим для систем обнаружения, пока не откроешь по противнику огонь. Да и летать на нем можно не только, здесь по солнечной системе, но и в дальний космос можно ходить.
Мильке оторопел и захлопал глазами, сбивая с ресниц иней.
- Откуда у них такая технология? Впрочем, Тэйсег всегда был странноват. Но теперь мы обязательно туда наведаемся. А теперь все, грузимся и летим отсюда.
Он махнул рукой спецназовцам, и они организованно вслед за генералом, Александром и Леонардо поспешили к аэромобилям.
- Куда летим? - спросил биокиборг, когда хлопнули двери, а транспорт взлетел в темное мрачное зимнее небо.
- Домой, - ответил Мильке, довольно потирая в тепле руки,  и уточнил, -  к Ермолову.
На лице Александра выступила едва заметная улыбка. Что тут было говорить. Он соскучился по своему наставнику. Его обидам вышел срок, едва Александр переговорил с Чаном. Теперь, рассуждая уже совсем по-другому, биокиборг хотел извиниться и просто пообщаться с человеком, подарившим ему жизнь и воспитавшим его.
Александр так и просидел всю дорогу, не проронив ни слова,  не обращая внимания на оживленные воздушные трассы. Внизу проносились залитые искусственным светом города. Но первый раз в жизни он не впивался взглядом в незнакомые для себя места. Ему было все равно. Где бы биокиборг не находился, он знал, что летел домой, знал, что у него есть дом. Александр чувствовал это нутром. И чувство его становилось самым главным и волнительным для него событием, заставляя остальной мир застыть в ожидании.
Спустя несколько часов аэромобили сбавили скорость и начали спускаться. Они приземлились рядом со срубом Ермолова, который абсолютно ничем не отличался от всех остальных домов на улице.
Едва Александр выбрался на свежий воздух, как увидел выбегающего из дверей профессора. Это была по-настоящему душевная встреча. В груди биокиборга защемило. Глаза Ермолова блестели. С распростертыми объятиями он бежал, спотыкался, проваливаясь в рыхлый снег.
- Саша.
- Алексей Петрович, - трогательно ответил Александр.
Они обнялись. Ермолов, который был в два раза меньше биокиборга, утонул в его объятиях. За ними безразлично наблюдали выбравшиеся из аэромобилей спецназовцы, то и дело, в рабочем порядке посматривая по сторонам. А Мильке, не желая невольно потревожить теплую атмосферу встречи, похлопал еще не обвыкшегося Леонардо по плечу и кивнул в сторону дома. Однако его опередил профессор.
- Что ж мы стоим? Пойдемте в дом, - расправил гордо плечи рядом со своим «подопытным» Ермолов, - у нас и стол накрыт.
Он повел гостей в сруб, а генерал, пропуская вперед Леонардо, рявкнул на спецназовцев:
- Технику ставьте и по караулам. И не дай бог, кого-то из дежурных спящим опять увижу. Семь шкур спущу. Или, что хуже, спишу без пенсии и выходного пособия. Всех!!! Так что следите друг за другом.
Удовлетворенный своей грозной тирадой, Мильке нагнал своих товарищей и плотно закрыл входные двери. 
В прихожей, переминаясь с ноги на ногу, ожидал Чан, который, едва заприметив  Александра, со всей своей старческой проворностью поспешил поприветствовать друга:
- Алекс, мой юный друг.
- Чан, и вы здесь?
К прилету Александра готовились. Биокиборг уловил восхитительные ароматы, исходившие из соседней комнаты.
- Да, прилетел к своему ученику. Не часто выбираюсь, но сейчас самое время было это сделать.
Биокиборг словно опомнился и прервал неловкую паузу после приветствия.
- Со мной мой друг, Леонардо. Он мне помог вернуться, - представил он своего собрата по заточению.
- Леонардо, очень приятно. Я – профессор Алексей Ермолов, а это мой учитель – доктор Брюс Чан, - поприветствовал гостя Ермолов.
- Вы – Ермолов, а вы – Чан? - удивился Леонардо, переспрашивая.
- Да, - ответил за двоих старик.
Изобретатель засиял.
- Что-то не так? - смутился Чан.
- Да я о Вас столько наслышан! Представляете, я же тоже являюсь ученым. Я на Луне руководил исследовательской лабораторией.
Леонардо начал взахлеб рассказывать о своем прошлом и за несколько минут успел наговорить на многочасовой разговор. Он смотрел на ученых как на кумиров. Его реакция очень разнилась с той, чтобы была при знакомстве с Мильке. И генерал недовольно нахмурился. Самолюбие его было задето не на шутку. Уму не постижимо, с ним ведет себя, как с равным, а тут лебезит. Хотя, в конце концов, от бесконечной болтовни Леонардо и на его лице появилась улыбка.
- Может быть, поедим? - предложил он, тоже уловив запахи с кухни.
Александр услышал, как заурчало в животе у Леонардо.
- Однозначно, поедим.
Вся компания переместилась за стол, где Александру пришлось пересказать все то, что он поведал Мильке при встрече.
- Вот это да! - впечатлено проговорил Чан, - все-таки запрет на неограниченный искусственный интеллект введен не зря. Вот вам и проверка на примере отдельной станции, отдельно взятого мирка. И все же, кто бы мог подумать. Я же знал Тэйсега. Конечно, не от мира сего. Но он был предан науке. И как он в своей новой роли?
- Да ничего держится вроде. Объединился с людьми и пытается отвоевать станцию у своей же компьютерной программы.
Чан многозначительно посмотрел на Мильке.
- Что ты смотришь? - парировал взгляд старика генерал, - я распоряжусь, и туда отправят людей. Тем более, как мне тут сказали, там строят какой-то непонятный корабль-невидимку.
- Это правда? - полюбопытствовал Чан у Леонардо.
- Да, - прожевывая быстро еду, ответил изобретатель, - там такая система интересная. Корабль можно обнаружить только если он открывает огонь. Он не досягаем до любой  ныне существующей радарной системы. А все потому, что корабль обладает специальным кристаллическим покрытием.
Леонардо вновь разошелся. Он размахивал руками, старательно описывая будущую чудо-технику. Присутствующие за столом улыбались, забавляясь его увлеченностью, а изобретатель, ничуть не смущаясь, добавлял своему рассказу все большей экспрессивности. Обретя свободу, Леонардо раскрылся по-настоящему.
Однако стоило ему взять паузу, чтобы глубоко вдохнуть, Александр быстро спросил у Чана:
- Где Генри, что с Павлом?
Леонардо, желавший продолжить, осекся на полуслове.
- А он как раз приглядывает за ним, - ответил Чан.
- Кто за кем? - улыбнулся Александр.
- Как кто? Генри за Павлом, а Павел за Генри. Они неплохо друг друга дополняют. Я Павлу оставил наушник, и у них теперь полноценное общение.
Александр представил себе столь забавную картину: и тот, и другой думают, что остались за старшего, настоящий анекдот, учитывая характер Павла и важность Генри.
- Хотел бы я это увидеть. Как мальчик, обвыкся?
- Я думаю вполне. Он смышлен. Я его сейчас оформляю, как законного гражданина Конфедерации. И как только все получится с документами, мы его сразу определим в кадетский корпус.
Тут уже удивился Ермолов. Он выждал почтительную паузу после слов своего учителя и осторожно спросил:
- Подождите, Генри жив?
- Жив и здоров. Просто между делом я про него забыл рассказать, - исправился Чан.
- Невероятно.
Леонардо, решительно не понимающий о ком идет речь, решил налечь на еду. Жевал он жадно, глотал быстро, перемалывая еду как комбайн. Так едят люди, прошедшие лишения, а рабство у Мёрфи не изобиловало изысками кухни. Там просто наесться уже было за праздник.
Александр почувствовал, как потяжелевший желудок, отправил благодарный сигнал биочипу, и встал из-за стола:
- Спасибо за ужин, я бы хотел набраться сил и выспаться – дорога сюда была опасна и длинна. Я долго не спал.
- Конечно, - подскочил Ермолов, - я тебя провожу  в твою комнату.
- Всем доброй ночи, - проговорил Александр.
- Доброй, - ответили ему хором.
Биокибернетическому организму не столько был нужен сиюминутный отдых, сколько Александр хотел поговорить с Ермоловым. Профессор, как заботливый хозяин, проводил своего гостя на второй этаж и показал ему небольшую уютную комнату. Он уже собирался уйти, но Александр остановил его:
- Подождите, Алексей Петрович.
- Да, Саша, - застыв на самом пороге, профессор обернулся.
- Алексей Петрович, я хотел Вам сказать... Нет, я бы хотел извиниться. Там, в лаборатории, я был слишком резок с вами. Я как раз перед этим случайно узнал про эмоциональную блокировку чипа. Но я нисколько не оправдываю себя. Я действительно вел себя некрасиво по отношению к вам.
- Саша, тебе не в чем извиняться, - Ермолов сделал несколько шагов к Александру.
- Подождите, Александр Петрович. Вы спасли мне жизнь. Я, - биокиборг подбирал слова, - я жив благодаря вам. Вы спасли меня не только в тот момент, когда после катастрофы доставили в лабораторию. Вы спасли меня, когда я рос, когда я становился тем, кто я есть, и вы же спасли меня после бегства из лаборатории. Я столько прошел, что если б  не ваши разработки, меня бы тут не было. Спасибо вам. Вы – очень близкий для меня человек, вы, как отец. Простите меня.
Александр протянул руку для рукопожатия, а Ермолов вздрогнул, расчувствовался и заключил биокиборга в объятия. Это было так странно. К своему удовольствию, Александр заново открывал человека, которого он знал уже почти три десятилетия. У него появлялась настоящая семья. И пусть не родня, пусть всего лишь друзья, но все, кто его сейчас окружал, становились очень важной частью его жизни. Близость с ними чувствовалась на эмоциональном уровне. С ними с легкостью можно было не только говорить, смеяться, но даже просто помолчать. Эта та ценность, которую он в своей жизни уже и не мечтал получить. Александр чувствовал себя почти счастливым. Ему не хватало только Катерины. Так что биокиборгу оставалось пару пустяков – спасти мир и освободить девушку из цепких лап противника.
- Саша, и ты прости меня. Мне стоило с тобой вести себя по-другому, - ответил Ермолов.
Профессор похлопал ладонями биокиборга по плечам и подошел к окну.
- Я много должен был тебе рассказать. Все должно было быть иначе.
- Вы – человек зависимый. Вы ни в чем не виноваты.
- Нет. Я виноват,  и моя совесть, она выгрызает меня изнутри. Я бы мог после первых операций, сказать, что эксперимент провален. И у тебя бы была настоящая жизнь. Но я увлекся, мое честолюбие мешало мне остановиться. А, когда стали появляться серьезные результаты, я уже был заложником ситуации. Понимаешь?
- У вас были дети? - вдруг перебил его Александр.
Ермолов снова вздрогнул, и биокиборг понял, что ошибся с темой для разговора.
- Можете не отвечать, - поправил он сам себя.
- Спасибо. Я не готов сейчас говорить. Пока не готов. Но я думаю, что очень скоро все станет на свои места. Все успокоится, и тогда это будет уже другой разговор.
- Хорошо бы. В жизни хочется спокойствия.
Ермолов кивнул, задумался и осторожно продолжил:
- Аэромобиль твоих родителей потерпел крушение недалеко от лаборатории. К сожалению, их опознать не смогли. А тебя принесли едва живого. До ближайшего нормального медицинского учреждения было не меньше часа лета. Этого часа у тебя не было. А по характеру травм, спасти тебя могло только чудо. Чудом были экспериментальные препараты нашей лаборатории. Тогда я решился. Мы несколько месяцев никак не решались экспериментировать на людях. Но тут, судьба распорядилась иначе. Я просидел с тобой несколько дней. Никого не подпускал к тебе. Только через неделю стало понятно, что ты будешь жить. Уже после мы начали тебя по кусочкам, считай, перебирать. И только к четырем годам ты полностью восстановился после крушения.
Глаза Ермолова заблестели от нахлынувших воспоминаний. Профессор будто пережил все заново. Александр подошел к нему и положил ему на плечо свою ладонь.
- Я вам благодарен за это. За то, что дали шанс.
В комнату, постучавшись, крадучись вошел Мильке.
- Ах, вот вы где. Алексей, может, мы дадим отдохнуть Алексу после таких приключений? К тому же мне надо с тобой поговорить.
- Да-да, конечно.
- Да я не устал, - вступился за профессора Александр, - скорее Леонардо нужен отдых.
- Куда там, - захохотал генерал, - я уж подумал, что он, а не ты у нас биокибернетический организм. Тараторит без умолка про какие-то научные изыскания. Не знаю, что он говорит, но Чану, видимо, это интересно.
- Отдыхай, Саша. Завтра увидимся и договорим, - проговорил Ермолов и направился к выходу, - твой костюм очень потрепан, я даже боюсь спросить, как его испытывали на прочность. Но в шкафу ты найдешь все необходимые вещи.
Александр осмотрел себя – бронекостюм почти светился, да, истаскался сильно, перевел не самый радушный взгляд на Мильке – ох и лис, прервал такой разговор, и с сожалением посмотрел вслед профессору.
- Обязательно договорим, спасибо за заботу, - проговорил он и обратился к Мильке, уже не злясь на него, - кстати, генерал. Я так и не спросил, а это очень важно. Ведь я упустил Кремня. Габриель догнал на стадионе того, второго?
Мильке поморщился.
- Там отдельная история. Габриель догнал мерзавца и узнал его, но тот выстрелил ему в лицо.
Лицо Александра застыло в гримасе неприятного удивления – новость разила на повал, но генерал поспешил успокоить биокиборга:
- Нет с ним все в порядке. Тот-то не знал, что у Габриеля на лбу металлическая пластина. Так что жив наш хакер, жив. Отлеживается в госпитале.
Александр перевел дух. По крайней мере, хоть эта неприятность не была фатальной.
- И кто же оказался беглецом?
- А беглецом оказался сам сенатор Борджиа. Оказывается, один из высших политиков Конфедерации был мятежником.
- А переданный ему накопитель?
- С ним все хуже. Это кукла. Алексей вводил свой пароль, но ничего не вышло.
Ермолов кивнул.
- Сдается мне, - продолжил генерал, что Борджиа просто нам сдали, как и тех чиновников, что ты скопировал с компьютера Стеаринова вместе с досье. Кстати, по поводу досье. По мне, так очевидно, что сдали нам его как раз после того, как поняли, что ты выжил на заводе. Ниточку надо было оборвать. По ниточке этой мы вышли и на Борджиа, и на Фроста.
- На Фроста? Причем здесь Фрост? - воскликнул Александр.
Тут выступил Ермолов:
- Мне и самому все это неприятно было слышать, но оказывается, Фрост тоже был мятежником.
- Под «был» я правильно подозреваю? -  оторопело спросил биокиборг.
Мильке закивал головой.
- Да, он умер. Сам. Выпил яд, не смог выдержать груз ответственности.
Александр вздохнул. Новостей в его отсутствие прибавилось.
- С Борджиа он познакомился во время межзвездных полетов, - печально продолжил генерал, - это мы выяснили опять же с помощью досье.
- То есть все нити, ведущие к мятежникам, теперь получаются оборванными? - разочарованно бросил Александр.
- Пока да, но отчаиваться не стоит. Есть еще архив Космического агентства. И там может быть что-нибудь интересное.
- Хотите сказать, что вы еще его не проверили?
Мильке развел руками.
- Не все в наших силах. Агентством руководил как раз Борджиа. Я сейчас добиваюсь права попасть туда, но пока мне тактично не отвечают.
- А если я без разрешения? - заговорщицки улыбнулся Александр.
Мильке показательно задумался и подмигнул биокиборгу.
- Я думаю, нам стоит это обсудить, скажем, завтра.
По одобрительному тону генерала Александр понял завуалированный ответ Мильке и сразу предупредил:
- Только мне понадобиться рюкзак, что остался на «Беркуте». Там есть вещи, которые мне пригодятся. Да и от самого корабля я не откажусь.
- О, не беспокойся, уж этот вопрос мы как-нибудь решим. Ладно, - генерал перевел взгляд на профессора, - Алексей, пошли. Оставим Алекса. Пусть отдыхает.
Ермолов кивнул.
- Доброй ночи, - проговорил профессор.
- Да, отдыхай, - буркнул в своем стиле Мильке.
Они вышли, хлопнув дверью. Александр проводил их многозначительным взглядом и прислушался.
- Спасибо, генерал, - услышал он голос Ермолова, - Вы доставили его сюда.
- Мы уже все с тобой обсудили, не так ли? - ответил ему Мильке.
- Так, но все равно, спасибо.
- Не за что. Ты уж извини, что я тебя вытащил от него, но ты излишне сентиментален. Александру это сейчас ни к чему. Ему нужно спокойно довести начатое дело до ума.
- Генерал, вы опять о своей службе!!! - возмутился Ермолов.
- Нет, Алексей, я сейчас о Кэт. Он должен её вытащить.
- Вы правы.
- Иногда бываю и прав, но чаще правым меня делают интересы Конфедерации. Кстати, надо еще распорядиться, чтобы «Беркут» сюда доставили. Я думаю, нам стоит разрешить Алексу отправится в архив. Инкогнито.
Александр поразился переменами в поведении и разговорах генерала. Видимо, вечного в этой жизни ничего не было. Он отошел от двери, переоделся, погасил свет и лег на кровать. Александр вновь подумал о Катерине. Незаметно подкралась тревога. Было от чего. Эмоциональный запал начал спадать, и на первый план вышли мысли о последних неудачах. Он потерял след, он не знал, как подступиться к седобородому. И это терзало его.
Сонливости вроде бы и не было, но как только биокиборг закрыл глаза, он словно бы куда-то начал проваливаться. Какое-то непонятное чувство сковало все его тело, и от нагрянувшего страха он подскочил на ноги.
Александр посмотрел в окно и удивился. На улице стояла ночь, но при этом на земле под темным сводом неба было светло. Странное зрелище. Вверху непроглядная ночь, с тяжелыми зимними тучами, а здесь  у поверхности царили лишь легкие сумерки. Воздух светился, будто, сам по себе. Снег искрился мириадами огней, будто вовсе не снег, а россыпи драгоценных камней. Одинокие снежинки падали вниз, легко и непринужденно водили в воздухе хоровод. Чувствовалось волшебство.
Вдруг из леса на опушку выбрался огромный волк и присел, поджав под себя хвост. Он был монументален и грациозен в своей позе. Тёмно-серый окрас переливался серебром. Волк глубоко дышал, грудь раздувалась под каждым вздохом, а при выдохе изнутри вырывались столпы пара. Зверь покрутил головой по сторонам и посмотрел на верхний этаж дома. Александр был готов поклясться, что волк смотрел именно на него. По спине побежали мурашки. Биокиборг содрогнулся. Человеческие эмоции во всей красе проснулись, и Александр с недовольством подумал, что уж сейчас их стоило бы держать под контролем. Человечность человечностью, но порой это очень мешало. А теперь даже биочип не реагировал на эти всплески. Чертовщина какая-то.
Волк продолжал смотреть на Александра, и биокиборг нервно сглотнул. Горло больно отдало сухостью. Александр перестал узнавать себя. На ватных ногах он вышел из комнаты. Свет в доме отсутствовал, и царившую в нем тьму разбавляло все тоже волшебное сияние воздуха. Оно так и норовило просочиться сквозь окна сруба, чарующе выманивая на улицу.
- Алексей Петрович? Доктор Чан? - крикнул Александр на всякий случай, хотя ответа и не ожидал услышать.
Дрожащими руками он открыл дверь и вышел на улицу. Здесь его подстерегла очередная странность. Он не почувствовал холода. Не то, чтобы на уровне физических ощущений, но даже биочип не фиксировал зимнюю стужу.
Волк сидел, нагло уставившись на Александра. Сомнений не осталось. Зверь ждал именно его. Биокиборг сделал к нему несколько шагов, но волк резко вскочил с места и помчался в чащу леса.
- Стой, подожди, - крикнул ему вслед Александр и, проваливаясь по колено в снег, поспешил за ним.
Он едва успевал нагонять зверя, как тот таинственным образом ускользал все дальше в непроглядный мрак леса. Время не ощущалось. Здесь его будто бы и не существовало. Биокиборг не мог уже точно сказать, сколько он бежал по лесу. Александр всерьез задумался о потере рассудка. Он пытался сбить наваждение, но биочип не реагировал на его запросы. Биокибернетической разработки в его голове будто бы больше не существовало. Александр испугался, потерял самообладание. Теперь только страх вел его вперед. Страх остановиться был сильнее любого разумного действия.
Наконец, за частоколом деревьев, Александр увидел огонек. Он устремился к нему и почти сразу выбрался на небольшую опушку. Здесь на поваленном стволе дерева сидел и смотрел на огонь большого костра седовласый старик в белоснежном одеянии. Седина  его была настолько ослепительной, что затмевала даже снег. Его длинные волосы спускались по плечам вниз и спутывались с необычайно длинной бородой. Но даже не это было странным. Огонь горел сам по себе, без дров, без какого-либо еще топлива. Но он был самым настоящим. От него тянуло жаром, под ним таял снег.
Волк в два прыжка оказался около старика, и тот хрипловатым голосом спросил:
- Пришел все же?
Зверь заскулил и улегся у его ног. Старик потрепал зажмурившегося от удовольствия животного по голове, за ушами и повернулся к Александру. Биокиборг едва не ахнул. Он узнал старика. Еще в лаборатории у него уже было видение, и оно повторялось вновь.
- Я вас знаю. Я вас уже видел там, в лаборатории.
- Видел, потому что хотел видеть.
Александр не нашел, что ответить на странные слова старика.
- Проходи, присаживайся, раз пришел. Саша, Александр, Алекс, объект №01121958. Кто как там тебя еще называл?
Александр вдруг почувствовал необычайный прилив сил. Он сжал кулаки. Руки напряглись так, что затрещали сухожилия. Странности этой ночи не прекращали удивлять.
Биокиборг прошел к костру и сил рядом со стариком.
- Как вам удобнее, так вы меня и называйте. Сути это не меняет.
- А как тебе хочется? Как тебе ближе? - старик был настойчив.
- Саша.
Старик закивал головой.
- Хорошо, пусть будет Саша.
Наступила тишина, и только потрескивание волшебного костра перебивало и без того сбивчивые мысли.
- И не спросишь, кто я и что ты тут делаешь?
Александр, наконец, успокоившись, пожал плечами, зачаровано глядя на огонь.
- Не знаю. Все так странно, поэтому я и не жду ответов. Вот только, если только про огонь. Я не могу взять в толк.
- Как? - улыбнулся старик.
- Да, - ответил Александр.
- Не так важно как, важно почему.
- И почему?
- Потому что я захотел. Представь, что все относительно, и все, повинуясь чьей-то воле, совершает самые разнообразные метаморфозы. Ты же видишь этот костер?
- Да.
- А что ты чувствуешь?
- Тепло, жар.
Старик задумался.
- А теперь?
От огня повеяло диким холодом. Волк недовольно поднялся на лапы и сделал несколько шагов в сторону. Александр с удивлением посмотрел на старика.
- А теперь, так, - старик хлопнул в ладоши, и огонь погас, - протяни руку туда, где был огонь.
Александр послушался, но тут же отдернул руку. На пальцах красовался розоватый ожог. Старик снова ударил в ладоши, и огонь возник из пустоты. Волк подошел к биокиборгу лизнул ему обожжённую руку и, свернувшись калачиком у его ног, заскулил. Александр посмотрел на свои пальцы: краснота ожога исчезла.
- Я в смущении. Теперь уже хочется узнать, кто вы? - не удержался биокиборг.
- И это тоже не так уж и важно, - вздохнул старик, - важно, кто ты?
- И кто я?
- Во-первых, весьма очевидно, что ты – это он, - указал старик на волка, и Александр окончательно запутался.
- Подождите, что вы имеете в виду?
- Определенно то, что тебе сказал. Это твоя личина, скрытая в модифицированном теле человека. Ты жаждал свободы, ты её почти получил, а теперь ты пришел ко мне. Сам, хотя и я, признаюсь, давно за тобой наблюдаю.
Александр был поражен и снова не знал, что отвечать. Он хотел погладить волка, но оказалось, что у его ног никого не было, а то, что он принимал за зверя, в итоге оказалось его же серыми меховыми ботинками. От неожиданности биокиборг отпрыгнул в сторону и в ужасе вспомнил, как минутами ранее точно так же сделал волк.
- Зачем я вам? Зачем вы меня позвали?
- Повторюсь, я тебя не звал, ты сам пришел.
- Бред, бред, - замотал головой Александр.
- Присядь.
Александр,  словно повинуясь гипнозу, сел обратно, и почему то сказал:
- Я понял. Вы – мое подсознание? Подсознание, которое пытается направить меня на путь истинный.
- Нет, я не плод твоего воображения, хоть в это тебе будет поверить тяжело. Кто я? Пока, что не так важно. Что касается пути истинного. Тоже не совсем верно. К тому же, если всех направлять, то даже вечности, которая у меня, к слову, есть, и той не хватит. Да и зачем баранам, устремляющимся за каждым «бэ», нужен путь истинный. История циклична, а природу вещей тяжело изменить. Вот и в ближайшее время история войдет в привычный цикл. Хотя, признаю, есть что-то особенное в тебе, необычное, из-за чего все может пойти не так, как раньше. Не собираюсь помогать тебе, это против правил всего мироздания. Но ты пришел ко мне сам, отпускать тебя с пустыми руками я тоже не хочу. Я дам тебе подсказку. Мир, который ты знаешь, не так мал, как ты его себе представляешь, - незнакомец сделал паузу, давая биокиборгу переварить все услышанное, - но, я вижу, ты сейчас совсем запутался. Ничего, у тебя будет время, все понять.
Александр смотрел на старика как на что-то волшебное, неестественное.
- Правила мироздания?
- Правила-правила, - кивнул старик, - все мироздание подчинено строгим правилам.
- Не вы ли говорили, что все относительно? - усмехнулся Александр.
- И что? Даже сама относительность подчинена своим правилам.
Александра не покидало чувство, что ему удалось окунуться в какое-то волшебство. Это шло в разрез со здравым смыслом. Рациональное объяснение могло быть только одно. Биокиборга осенило. Он заулыбался, поднял указательный палец перед собой, явно намереваясь что-то сказать, но старик остановил его:
- Погоди, прежде чем ты скажешь то, о чем подумал. Раз пришел, я должен сообщить тебе нечто важное. Сегодня случилось то, что стало знаком для определенной группы лиц. Это будет пестрить в новостях. Они начали творить историю, ты ее продолжишь. История должна продолжаться. Это закон. Удастся ли ей вырваться из цикла, покажет только время, покажут твои поступки.
- И что я должен делать?
- Твоя жизнь – твои шаги. Делай то, что должен делать. Опять же против правил, но не могу ни сказать. Ты потеряешь близкого тебе человека.
- Катя? - голос Александра дрогнул.
- Твоя жизнь – твои шаги, - повторился старик.
- От меня зависит, кто из близких мне людей погибнет?
Старик промолчал.
- Но я не понимаю тогда.
- Просто прими это как данность.
- Как можно такое принять? Но я еще и не верю в судьбу.
- А это не судьба. Каждое твое решение приводит к чему-то. Обыкновенная теория вероятности.
- Это несправедливо, я не хочу, чтобы кто-то погибал из близких мне людей, - сокрушился Александр.
- Пусть это и звучит цинично, можешь не винить себя за это. Смотри на это проще, не только ты формируешь данность. К этому привел целый ряд событий. В любом случае, любой из выбранных тобой шагов будет иметь последствия для всей истории.
- Но вы же сами сказали...
- Цикличность истории – это не судьба. Это образ мышления,  а у тебя есть шанс разорвать шаблон, - старик посмотрел вверх и цокнул, - да уж время летит неумолимо. Говори, что думал. Теперь уже пора.
Александр сначала смутился, но вспомнив свои мысли, неуверенно спросил:
- Вы мне, возможно, просто снитесь?
- Снюсь? - пожал плечами старик, - если считаешь, что снюсь, тогда просыпайся!
И Александр открыл глаза. Он лежал  в доме на кровати. Его пробивал озноб, как человека, который уснул без одеяла. Биокиборг спрыгнул с кровати и выглянул в окно. На улице было светло, но волшебного  в этом ничего не было. Ночь сменилась утром. Александр удивился, но стало легче. Все же это был сон. Но столь странный сон поставил его в тупик. Речи старика были такими странными и местами даже страшными, что от воспоминаний становилось не по себе.
Он уже собрался отходить от окна, как услышал волчий вой. Все замерло внутри. Биокиборг бросил из комнаты, сбежал по лестнице, чуть не сбив рано проснувшегося Чана с ног, и выскочил на улицу.
- Мой юный друг, ты куда? - проронил Чан ему вслед.
Но Александр его уже не слышал, он повторял тот путь, что проделывал ночью во сне. А на снегу биокиборг видел едва различимые припорошенные снегом человеческие следы. Сердце бешено застучало. Александр выскочил на знакомую опушку. Рядом с поваленным деревом среди сугробов темнел бурый островок земли. Биокиборг подбежал к нему, потрогал землю – она была теплой. Теперь он испугался по-настоящему. Сон становился реальностью.
Александр рванул, что есть силы обратно, и, едва не выбив дверь, вбежал в дом. На него с удивлением смотрели разбуженные Мильке, Ермолов и собственно Чан, разбудивший их.
- Где здесь новости? - закричал биокиборг с порога.
Теперь на него смотрели растерянно.
- Алексей Петрович, здесь есть видеопанель?
- Да, - отреагировал Ермолов и, отступив, показал на стену за спиной, - Вот она.
Александр и не подумал вчера, что темные матовые плитки, так нелепо дополнявшие интерьер сруба, составляли единую видеопанель. Биокиборг подбежал к ней, увидел дисплей управления и нажал на кнопку включения.
- Напоминаем, с пометкой срочно, - говорил голос диктора, - сегодня после продолжительной болезни скончался президент Конфедерации Коби Джексон. Ему было сто восемьдесят девять лет. Народ Конфедерации скорбит.
Новость являлась самой настоящей информационной бомбой. Прогремело так, что в доме все застыли, словно статуи. Хоть все и так знали, что президент доживал свой век, от этого сообщение о его смерти не становилось рядовым. Первым тишину нарушил Мильке. Он несдержанно закричал:
- Вашу мать, почему у меня молчит видеофон.
Как по заказу заиграла мелодия, и генерал выхватил свой гаджет.
- Сэр, это Майкл. Тут такая новость.
- Я знаю, - заорал он, - а вот почему я узнаю это позже службы новостей, а? Может мне их к себе в помощники записать, а тебя уволить к чертовой матери?
- Но, сэр.
- Что «но», недоносок?
Чан скривился и жестом показал быть генералу спокойней, но Мильке, брови которого зашлись в недобром танце, только отмахнулся и разошёлся еще больше:
- Что «но»? Я тебя спрашиваю! Свалилось же мне на голову недоразумение!
- Сэр, мы узнали две минуты назад. Я не знаю, как корреспонденты подгадали так. Сердце президента остановилось ровно две с половиной минуты назад. Они же говорят уже об этом минут пять.
Неожиданно кадры из студии новостей сменились серым экраном. Незнакомый голос заскрипел столь противно, что захотелось закрыть уши. Слова, как магнит, заставили прильнуть взгляды к пустовавшему экрану и жадно вслушаться:
- Я приветствую вас, свободные люди. Второй раз в истории человечество становится очевидцем событий, которые глобально в одно мгновение изменят мир до неузнаваемости. Но, если создание Конфедерации было событием с большим жирным минусом, то начавшаяся веха новой истории станет огромным плюсом человечества. Сегодня со смертью президента я призываю вас начать войну с Конфедерацией. Вы должны быть свободными. Выходите на улицу и боритесь за свою свободу. Сделайте так, чтобы мир бы прежним. Мир не должен принадлежать горстке политиков и бизнесменов, мир должен принадлежать простым людям. Мы долгое время боролись с властью, и наша борьба была не напрасна. Я призываю всех завербованных политиков, чиновников поддержать мои слова. Поднимем бунт, внесем хаос в их ряды, уничтожим эту грязь!
- Это невероятно, - озадачился Ермолов.
- Это сумасшествие, - проговорил Чан.
- Это начало конца, - добавил Мильке.
- Сегодня в наших руках появилась технология, которая сделает наших солдат неуязвимыми. Мы победим и создадим новый миропорядок.
- Носитель у них, - печально проговорил Александр.
- Но пароль? - усомнился Ермолов, - Он блефует.
- Они его взломают. У нас максимум несколько дней, - подытожил Мильке.
Вновь зазвонил видеофон. Это снова был Майкл.
- Сэр, тут такое дело.
- Говори.
- Лучше посмотрите. Это видео с камер системы безопасности в Аресе.
Мильке побледнел и перенаправил изображение с видеофона на видеопанель. Огромная толпа из Некрополя с боем прорывалась к богатым районам города. Небоскребы пылали. Слышались крики, стрельба.
- Сэр и такое по всей Конфедерации в разной степени выраженности.
На экране появились с десяток записей крупных городов. Все повторялось, вплоть до мелочей.
- Черт возьми, - открыл рот Мильке, - а ведь прошло всего ничего после объявления смерти президента. Да и этот голос только-только начал вещать.
Сон, не сон, видение, не видение, но то, что произошло ночью, стало сбываться. Внутри похолодело, Александр вздрогнул, значит, скоро кто-то должен был погибнуть из его близких. От шага биокиборга зависело кто. Александра разрывали противоречивые чувства. Как же этот мир не справедлив! Как ему стоило поступить, что требовалось сделать? От бессилия, от невозможности что-то изменить его затрясло. Чан, Мильке, Ермолов, Генри, Катя, кто еще находился под ударом? Шаг, шаг. Нужен был шаг. Его поступок – для кого-то перст судьбы. Можно ли обмануть сложившуюся данность? Он был обязан постараться. Прежде всего для них. Но уже для этого стоило определиться с первым шагом. А вдруг это тот самый шаг? Как же это все сложно. Пути назад уже нет и не будет. Сжечь Рубикон, отбросить сомнения. Александр решился, его бездействие это такой же шаг, к чему тогда сидеть? Он выключил панель. Мильке начал возмущаться, но биокиборг жестом  остановил его:
- Послушайте, нового мы ничего не узнаем, а время терять – смерти подобно. Нужно что-то предпринять. А с этой ситуацией и так все понятно. Вы знаете, меня прямо сейчас осенило. Все стало так просто. Наконец, все стало на свои места. Наш противник оказался чрезвычайно умен. Он не создавал строгую организацию, он создавал хаос. Он годами подкупал, совращал людей, вербовал их, но никогда не объединял их в единую организацию. Так он чувствовал себя в безопасности, потому что нельзя было раскрыть то, чего никогда не существовало. Терялась вся вертикаль, присущая любой организации, потому что никакой вертикали не было. Было броуновское движение. Простое, хаотичное.   В итоге зачинщик этого хаоса оказался в недосягаемости для нас. И он по-прежнему нам неизвестен. Враг словно за спиной, рядом, но стоит обернуться, он не уловимым образом теряется в неизвестности. Удивительно, он просто заложил в людях зерно  своих идей, и оно дало свои всходы. Ему нужен был повод, и он его дождался. Смерть президента. Вы теперь видите, во что это вылилось на улицах? Люди оказались готовы. Им был нужен только сигнал. Война вслепую закончилась. Нас ждет большое испытание.
- Да, их готовили. Тут спору нет. Да что там. На независимых территориях у нас под носом обучались настоящие армии, - подтвердил Мильке, тоже осознав столь чудовищную истину, - без единого центра, но настоящие армии. Теперь они смогут выступить одним фронтом. Каким же я был глупцом. Искал то, чего не было и в помине. Надо было слушать министра обороны, а я все смеялся над ним.
Он затрясся в бессилии, крепко сжав свои кулаки.
- Что же теперь делать? - спросил Ермолов.
- Я лечу на Венеру. Архив может быть в опасности, - первым ответил Александр, - это наша последняя надежда выйти на наших главных врагов.
- Точно, Совет Безопасности, - закричал вдруг опомнившийся Мильке, - я соберу Совет Безопасности. Нужно не допустить беспорядки и совершить предупредительный удар по силам мятежников. Совет Безопасности должен управлять страной до избрания нового президента.
- Я соберу всех ученых Академии. Будем изыскивать резервы, чтобы как можно скорее остановить беспорядки и насилие и сократить количество жертв. Кроме того, пора некоторым моим разработкам увидеть свет.
- А мне что делать? - растерянно спросил Ермолов.
- Здесь сидеть, - одновременно ответили ему и Чан, и Мильке, а генерал добавил, - твоя помощь еще потребуется.
На шум спустился заспанный Леонардо:
- Что за шум?
- Со мной летишь, ты мне пригодишься, - строго сказал Чан, который успел оценить потенциал изобретателя, и направился к выходу.
- Ага, уже бегу.
Чан остановился лишь у Ермолова, обнял своего ученика.
- Давай держись. Скоро все закончиться. Здесь ты в безопасности. Рота спецназа в твоем распоряжении.
Мильке пожал профессору руку и последовал за Чаном и Леонардо. Александр посмотрел им вслед и тоже обратился к Ермолову:
- Алексей Петрович, будьте осторожны.
- Да что со мной будет, а вот ты возвращайся невредимым. Береги себя.
- Постараюсь. А у вас есть меховые сапоги?
- Серые, - удивился Ермолов.
- Да-да, серые.
- Были, где-то пылятся. Я их одеваю иногда, чтобы прогуляться по лесу.
- Я так и думал. Видимо, после сегодняшней ночи пыль на ней растряслась. Берегите себя, я быстро вернусь.
Александр улыбнулся и выскочил на улицу. Ермолов, задумчиво подошел к шкафчику с обувью, открыл дверь и извлек на свет описанные биокиборгом сапоги. С подошв сорвалось несколько камель, а на том месте, где они стояли, виднелись мокрые следы. Профессор непонимающе пожал плечами и подошел к окну.
  Мильке во весь свой зычный голос командовал спецназовцами. Перед срубами аккуратно приземлились два космолета и «Беркут».
- Вот, он красавец, - махнул рукой генерал и вдруг спросил серьезно у Александра, - тебе может быть дать пару ребят в помощь?
- Не стоит, - ответил биокиборг, - там дел на несколько часов. Посижу в архиве и обратно. Тем более не хочу шуметь, у меня же есть костюм хамелеона.
- Хорошо, удачи тебе.
- И вам. Надо остановить это безумие.
Подошел Чан и услышал последнюю фразу.
- Ты стал ярым конфедератом? - пошутил он.
- Нет, но если не человеческая жизнь, то, что тогда имеет вес в этом мире? - проговорил биокиборг, не забывая о предсказании, - не сочтите за лицемерие, ведь и мои руки по локоть в крови.
- Si vis pacem, para bellum, мой юный друг. Иногда смерти тех, кто выбрал для себя свой путь, являются неотъемлемым атрибутом любого миротворца. Ты их не заставлял нападать на тебя. И потом, ценнее жизни только собственная жизнь.
- А что может быть прекрасней, чем рискнуть ею во благо других, - добавил Мильке.
Александр кивнул и шагнул в сторону «Беркута». В чем-то эти уважаемые мудреные житейским опытом люди были, несомненно, правы.

***

Совет безопасности Конфедерации собрался в Париже в усеченном составе уже через несколько часов после объявления смерти президента. Присутствовали ключевые министры и несколько сенаторов, благо они все находились в этот момент на Земле. Старшинство в Совете отдавалось министру обороны Цунэтомо Ямамото, собственно Мильке и новому Верховному сенатору Асканио Сфорца. Директор АБК специально занял место рядом с министром обороны. С ним его связывали товарищеские отношения, даже не смотря на разногласия по ряду ключевых вопросов. Поэтому теперь Мильке, как никогда, надеялся на поддержку Ямамото. Вдвоем, обладая правом решающих голосов, они могли противостоять давнему соратнику покойного Борджиа.
Когда собравшиеся заняли свои места и шум голосов постепенно утих, Мильке начал действовать. Начав с места в карьер, он с молчаливого согласия присутствующих перетянул  на себя неофициальное бремя лидера и взял слово:
- Уважаемые коллеги, - начал генерал совсем печально, - предлагаю почтить  минутой молчания память нашего президента, несомненно,  великого политического деятеля, настоящего защитника интересов Конфедерации, мистера Джексона.
Он встал и его примеру с вздохами и скорбными лицами последовали все присутствующие. Генерал отсчитал про себя несколько секунд и поблагодарил всех в зале:
- Спасибо, пусть ему будет сейчас лучше, чем в нашей бренной жизни.
Громко шумя креслами, министры и сенаторы заняли свои места. Мильке откашлял.
- И так, предлагаю начать с объявления. В соответствии со статьей №92 Конституции Конфедерации  президентские полномочия в случае невозможности их исполнения самим президентом по причине болезни, смерти и прочих обстоятельств переходят к Совету Безопасности. У нас тяжелое время, но мы должны сплотиться вместе, чтобы провести досрочные выборы президента и не допустить развала Конфедерации.
- Простите великодушно, - перебил его Сфорца, делая это столь излишне утонченно и вежливо, что Мильке еле сдержался, чтобы не сплюнуть, - господин Мильке, по какому праву вы взяли на себя функции старшего? Нас здесь три равноправных члена. Кроме вас я и еще господин Ямамото.
Хмурый Ямамото резким кивком обозначил свое согласие. Мильке недовольно задвигал челюстью, но вызов принял, и не таких ломал.
- А что скажет сам господин Ямамото? - с надеждой посмотрел на министра обороны генерал.
Ямамото стиснул зубы так, что на его мощных скулах появились желваки. Мильке напрягся. От слов министра зависело многое, а Ямамото мог  и обиду затаить за игнорирование угрозы со стороны независимых территорий.
- Мне есть что сказать! - резко произнося каждое слова, почти не разжимая челюсти, проговорил министр, - Вы, Сфорца, хоть и верно заметили, что я тоже старший, но не подумали.
Сфорца посмотрел на Ямамото со всей своей надменностью, вальяжно закручивая губы в презренной ухмылке.
- О чем я не подумал?
- О том, что законы я знаю назубок и не вам меня учить, кто и где главный. Вы свое главенство в Совете безопасности, извините, уже профукали, господа сенаторы. Ваш Борджиа оказался предателем и мятежником. И я подозреваю, что раз, аж Верховный сенатор был подвержен такой заразе, то среди вашего брата еще много ему подобных. И вам бы не мешало сидеть, поджав хвост, и помалкивать. У нас государство в опасности, а вы тут устраиваете дебаты, будто у вас кусок пирога отнимают!
По залу прокатился приглушенный ропот, совсем робкий, во времена Борджиа такое заявление имело бы больший резонанс. Но ничто не вечно, и Мильке довольно расслабился, а то спину сводить начало – так боялся он ответа главного военного. Генерал с благодарностью посмотрел на Ямамото и откинулся на спинку кресла. Была одержана маленькая, но все же победа.
- Что? - грозно возмутился для публики министр, услышав шептания – репутация она такая, раз прозевал, не ототрешься, - я что-то не правильно сказал? Вот вы, - указал он на моложавого сенатора, - я вас вообще вижу первый раз. Кто вы? Что вам не нравится? Объясните мне!
Сенатор переменился в лице, побледнел.
- Я? - указал он пальцем на себя.
- Да-да, вы. Говорите.
Сенатор подскочил с кресла, вдруг сел обратно и, не зная, что делать, дрожащим голосом проговорил:
- Я – сенатор Каттанеи, представляю комитет по обороне.
Ямамото нахмурился. Перед ним сидел один из тех сенатских бездельников, кто вечно ставил ему палки в колеса. С этими ребятами он всегда конфликтовал. Мильке ликовал, теперь на министра обороны можно было положиться на сто процентов.
- Отлично, вы же вечно недовольны военными. Что вам теперь не понравилось в моих словах?
- Презумпция невиновности нарушается, - промямлил невнятно сенатор.
- Я никого здесь не обвинял, - сказал Ямамото вдруг устало, - у нас для этого есть служба, которая и ведет это расследование. А Мильке, он разберется, не переживайте. Так, что давайте ж не мешать ему. Ни у кого нет возражений?
Зал обреченно промолчал. Мильке распрямил плечи и посмотрел на всех с явным превосходством. Его хищный взгляд так и говорил: не охотятся овцы на волков. Или на лисов, что больше подходило к генеральской внешности, но сути не меняло. Сенаторы сейчас выглядели пугливым стадом, которое вдруг лишилось своего пастуха и оттого не знало, что делать.
- Спасибо, господин Ямамото, - поблагодарил он соратника, - я призываю вас всех к единению в это смутное время во благо спасения Конфедерации. Расследование расследованием, но сейчас это отходит на второй план. Хотя знайте, я ничего не забываю. Правда, сегодня у нас есть дела и важнее. По городам катится массовая волна протестов против официальных властей. Постепенно они перерастают в кровавые столкновения. Число жертв идет уже на тысячи. В основном это касается преступных анклавов и бедных районов. В первую очередь здесь «засветились» Марс, Венера, ряд земных особо недовольных территорий. Полиция принимает адекватные действия, но размах протестов катастрофичен.
На видеопанели за спиной Мильке появились прямые включения с камер видеонаблюдения. Городские улицы утопали в реках крови. Хаос и смерть правили балом, это была уже не волна протестов, настоящая бойня, война.
- Нам необходимо согласовать наши действия.
- Простите, господин Мильке, - перебил его Ямамото, - но у меня есть что добавить.
- Конечно, господин Ямамото.
- У нас проблемы не только с гражданскими. Досаждают и независимые территории. А я говорил уже несколько лет в подряд, но кто меня до этого момента слушал, - министр недовольно посмотрел на Мильке, и генерал залился легким румянцем – виноват был, сам признал.
На видеопанели сменилось изображение. На экране крупным планом появились кадры с приграничных территорий. Там шли позиционные бои с применением воздушных сил и ракетных установок.
- На независимых территориях произошла передислокация сил противника, - озвучил видеоряд Ямамото, - они вплотную приблизились к границам Конфедерации. Случились и первые столкновения. Мы перекрыли им воздушное пространство и нанесли предупреждающие удары по их позициям, но мятежники ответили. Они хорошо вооружены, у них в арсенале самые передовые технологии. Но самое главное, что раньше армии мятежников представляли собой разношенные соединения со своим командованием, но теперь они стали действовать  единым фронтом. И это уже реальная угроза. А я всегда предупреждал...
 Ямамото вновь посмотрел на Мильке. Генерал виновато потупил взгляд, готовый провалиться сквозь землю.
- Да, я признаю свою ошибку, - заявил он, - мне не хватило смелости признать всю полноту опасности, я бегал за мнимой организацией, которой на самом деле и не существовало.
- Как это? - удивился опомнившийся Сфорца.
Мильке посмотрел на него со всей серьезностью. Старого лиса было трудно провести. Он понимал, что ближайший соратник Борджиа знал гораздо больше, чем показывал своим видом.
- Все просто. Иногда для того, чтобы чем-то руководить, не нужно вкладывать большие силы в руководство. Достаточно переложить все на плечи других, дать им почувствовать, что они рулят всем. Не так ли, господин Сфорца?
Сенатор побледнел.
- На что вы намекаете?
- Ни на что. Просто спрашиваю у вас, как у весьма умного человека.
Сфорца не выдержал, отвел глаза от пристального взгляда генерала. Мильке, почувствовал, что выиграл еще один словесный поединок,  и продолжил гнуть свою линию:
- Группа людей, в течение нескольких десятилетий сеяло то, что сегодня пожинается в наших городах и на наших границах. Воровались деньги, технологии, но все это передавалось практически за бесценок в независимые территории и в преступные сообщества. Там, по сути, располагались парники мятежных сил.  В городах  шла непрекращающаяся пропаганда против официальных властей. Мы пожинаем плоды нашего бездействия, плохой работы и даже преступной халатности. Именно на нашей совести то, что у мятежников появился организм, сравнимый с многоголовой гидрой. И, судя по всему, смерть президента стала отличным поводом, чтобы выпустить её на свободу.
В зал без стука вбежал адъютант Ямамото и передал министру планшет. Ямамото переменился в лице.
- Извините. Кроме пограничных столкновений меня беспокоит еще одна странность. Противник нарушил работу всех радиолокационных станций с внешнего радиуса пояса Койпера  и до самого пояса астероидов.
- Что за шутки? - нахмурился Мильке, - зачем мятежникам РЛС?
- Я не знаю,- задумчиво ответил Ямамото, - но теперь за орбитой Марса мы попросту слепы. Что твориться на границах солнечной системы мы теперь не сможем узнать как минимум до тех пор, пока не восстановиться работа станций.
- Инопланетные формы жизни решили воспользоваться смертью президента? - рассмеялся Сфорца.
- Что вы сказали? - въедливо прицепился к словам Мильке.
- Ничего особенного. Так, шутка, - парировал Сфорца.
- Шутка ни шутка, но мне нужен доступ к Космическому агентству, - вдруг заявил генерал, своевременно сориентировавшись в обстановке, - я знаю, что его курировал Борджиа, но я требую на Совете безопасности предоставить АБК  полный доступ ко всем архивам.
- Это незаконно, - запротестовал сенатор.
- А я поддерживаю господина Мильке, - заявил Ямамото, он повернулся к генералу и спросил, - что вы там хотите найти?
- Найти цепочку, по которой можно выйти на организатора сегодняшнего хаоса.
- Вы уверены?
- Абсолютно. Один из главных преступников Конфедерации, скорее всего, был знаком с Борджиа еще по программе межзвездных полетов. И он по-прежнему жив, по-прежнему на свободе.
Зал разразился удивленным шепотом.
- Да, именно так.
- Тогда это правильное решение, - поддержал идею Ямамото.
Мильке кивнул ему в знак благодарности.
- Хорошо, Агентство рассмотрит вашу просьбу через несколько дней на очередном собрании, но вы ничего не добьетесь, - нагло заявил Сфорца.
- Я настаиваю на немедленном доступе.
- Невозможно, господин Мильке, - развел руками заулыбавшийся сенатор, - такие решения принимаются только на собрании, а его можно провести не раньше, чем через три дня. При всем к вам уважении.
Мильке заскрипел зубами. Воспользоваться неожиданно появившейся возможностью помочь Александру он не смог. Биокиборгу оставалось полагаться только на собственные силы.
- Хорошо, мы подождем, - согласился генерал.
Он пробежался по лицам в зале, заглянул каждому в глаза – его взгляд продирал до костей, выворачивал наизнанку. Казалось, Мильке мог прочитать всю подноготную любого человека и съесть его с потрохами, найдись хоть малейший повод. Он не верил ни одному холеному сенатскому выкормышу. Сенат стоило разогнать и уничтожить, но даже у Мильке, даже сейчас кишка была тонка сломать устои, на которых зиждилась Конфедерация.  Генерал «выключил» свой рентген и подытожил:
- Нам стоит разработать единую программу по противодействию насилию на улицах наших городов и на приграничных территориях.
- Да что тут разрабатывать, - завелся Ямамото, - насилие породили не мы, но мы не можем смотреть, как убивают наших граждан. Предлагаю составить резолюцию, по которой всем силовым структурам будет дан карт-бланш на пресечение любого противоправного действия в отношении Конфедерации и её граждан. Голосуем. Кто «за»?
Он поднял руку, за ним это сделал Мильке, и лишь после это потянулись вверх руки присутствующих на Совете министров и сенаторов. Зал проголосовал почти единодушно.
- Кто «против»?
Руку никто не поднял.
- Кто «воздержался»?
Руку поднял Сфорца, за ним аккуратно Каттанеи и еще ряд приспешников нового Верховного сенатора. Это была безоговорочная победа Мильке, тотальный разгром. Силы, противодействующие ему в течение многих лет, без своего главного идеолога Борджиа оказались не готовы отразить первый же его натиск. Развязка ситуации с Борджиа сломила стройность рядов Сената. Теперь за политическую арену можно было не волноваться. У Мильке появлялась возможность  действовать с развязанными руками.

***

Кто был этот старик? Что это вообще произошло ночью? Где был сон, а где его границу пересекала реальность? Весь полет на Венеру Александр задавался логичными вопросами, но ответы упорно прятались за областью рационального объяснения. Все вроде напоминало сон, но ночные грезы внезапно ожили после утренней пробежки в лес. Чем больше он размышлял, тем больше появлялось вопросов. Почему ночью отказывался функционировать биочип? Откуда старику было известно о смерти президента? Откуда он знал будущее Александра? Чья смерть зависела от его шага?
Александр был так погружен в свои мысли, что не сразу обратил внимание на Венеру. А смотреть было на что. Планета пестрила всеми возможными оттенками океана, от изумрудных  до свинцово-серых, и яркой зеленью суши. После терраформирования её невысокие материки утопали в лесах, лишь на побережьях жемчужно-желтые пляжи тонкой конвой отбивали от глади воды раскачивающиеся бризом чащи. Раньше Венера была Преисподней, теперь – воплощением райских кущей. Если они и существовали для человека при жизни, то именно здесь, на планете, обласканной огромным для землян солнцем. На Венере оно полтора дня улыбалось над горизонтом и столько же пряталось от человеческих глаз.
 В конечном  счете, размышления Александра все же прервались. Отнюдь не по вине венерианских красот. Автопилот вывел его на маршрут к  Новой Венеции. Город, облюбовавший западное побережье земли Афродиты, пылал. В небеса устремлялись столпы черного дыма. Венерианская Венеция была во власти хаоса, как и большинство городов Конфедерации.
Александр направил сравнительно небольшого «Беркута» прямиком на центральную площадь города, обоснованно посчитав, что в сложившейся обстановке таиться смысла не было. Кому он нужен, когда на дворе война.
Так оно и случилось. Он без помех совершил посадку на окраине мощенной состаренной брусчаткой площади. Толпы горожан даже не посмотрели в его сторону и продолжали атаковать позиции сил правопорядка. Полицейские пытались выбить местное население из центра города, пуская в ход лишь легкие электрошокеры, и выставляли заграждения.
 Власти Венеры, и так находящиеся в оппозиции к Конфедерации, не хотели допустить тотального беспредела и кровопролития, действовали, как можно, мягче. Они разделяли позицию недовольных граждан. Совсем недавнее признание Венеры полноправным членом Конфедерации стало и так для них победой, но в свете сложившихся обстоятельств их аппетиты выросли до возможного объявления суверенитета. Однако с официальным заявлением Правительство не торопилось, заняв трусливую выжидательную политику,  чем в итоге настроило против себя своих же сторонников, невольно выгнав людей на улицу.
Александр схватил рюкзак с оставшимся снаряжением,  выбрался на влажный и теплый венерианский воздух. Привыкая к новым климатическим условиям, он присмотрелся к происходившим рядом событиям. Толпа на площади скандировала «Сво-бо-да! Сво-бо-да!» и размахивала флагами независимой Венеры. Люди прыгали на месте, создавая волну, стремясь грозным видом запугать непроницаемых полицейских.
 Где-то совсем рядом послышался женский крик, переросший в гул сотен голосов. Треск электрических разрядов возвестил об очередной неудачной попытке прорыва полицейского оцепления. За несломленным кордоном находилось здание венерианского Парламента, и думается, политики боялись, в коем-то веке боялись, что за свои поступки придется отвечать.
- В очередной раз призываем к прекращению насилия. Просим вас разойтись по своим домам. Парламент планеты готовит официальное заявление. Наберитесь терпения. Мы не поддерживаем Конфедерацию, но мы против насилия - известил чей-то голос над площадью.
Среди толпы прокатился гул, то и дело менявший свою интонацию от восторженного до скептического. Там, где скептиков скопилось больше, тут же была предпринята еще одна попытка прорыва, но снова безуспешная. Человеческая волна накатила на стражей порядка, но под давлением вынужденно отпрянула назад.
Неожиданно на площади появился неприметный пожилой человек, откуда взялся это безумец, непонятно, но он  стал закричать, размахивая руками:
- Остановитесь! Что вы делаете? Нашу планету возродила Конфедерация. Мы живем здесь благодаря её созданию. Они содержат нас. Не идите на поводу у слепых эмоций.
- Безумец, - прошептал Александр и закрыл глаза.
Печально, но помочь ему уже было нечем. Толпа поглотила его, словно голодный разъяренный зверь. В какой-то момент биокиборг услышал сдавленный крик, перешедший в хрип. Одним несогласным стало меньше.
Александр испытал легкий шок и досаду. Человеческое стадо во всей красе демонстрировало свою некомпетентность. Слепцы и глупцы даже не догадывались, что их использовала небольшая группа заинтересованных людей, породившая в их умах устойчивую ненависть уже к самому слову Конфедерация. Их поили, кормили это ненавистью. Много миллиардная планета, ничего не производящая, ничего предлагавшая человечеству кроме безмятежного отдыха круглый год, не могла прокормиться сама. Но кого это интересовало сегодня? Люди, якобы сражаясь за свою свободу, за её туманный ореол, загоняли себя в новое рабство.
- Чего стоишь? Пошли с нами, - закричал молодчик, отвлекая Александра от раздумий, и тут же влился в буйствующую толпу со своей компанией.
Биокиборг брезгливо отвернулся и зашагал в сторону от площади. Послышался грохот стекол, кто-то захватил муниципальное здание по соседству с Парламентом. Из его вентиляционных шахт тут же повалил черный дым, а из окон показались обезумевшие люди с флагами, полотна которых напоминали теперь уже грязные тряпки. Но люди ликовали. На волне локального успеха многотысячная толпа радостно загудела и предприняла новый навал на полицейский кордон.
Площадь осталась за спиной, стало чуть тише. Тем не менее, Александр буквально продирался сквозь мчавшихся, как пчелы на мед, в обратном ему направлении людей. Биокиборг потерял к ним всякий интерес. Пусть делают, что хотят. Каждый отвечает за свой шаг самостоятельно, вспомнил он. Все его внимание переключилось на главную цель его путешествия. Путь к ней Александр выучил наизусть, так что не работающий космонет был ему не помехой.
Уже через десять минут, стоя на узкой площади, он бегло осматривал столь нужное ему здание. Монументальное сооружение, стилизованное под барокко, занимало всю правую часть улицы. На месте архива могло бы поместиться с десяток небольших домов – таким огромным оно было. Величественный дух древней культуры виделся в каждой архитектурной форме здания. Борджиа, как истинный итальянец, не мог не поместить архив туда, где жила частичка его исторической родины, где воздух был пропитан Италией.
Александр шагнул по направлению к центральному входу. Глаза любовались красивой постройкой, как вдруг яркая вспышка ослепила биокиборга. В туже секунду мощная взрывная волна подхватила его как пушинку и отбросила на добрых несколько сот метров назад. Невозможный грохот заложил уши, будь он простым человеком, оглох бы сразу. Неистовая сила разрушения, словно чья-то невидимая рука, схватив его за шиворот, протащила биокиборга по земле и присыпала его обломками здания с головой. Все стихло.
Зловещую тишину пронзил крик боли. Застонали тысячи раненых, зазвучали сирены. Александр пошевелился, без труда он сбросил с себя крупный фрагмент кирпичной кладки и поднялся. Его волосы, брови, ресницы стали седыми от пыли, одежда сменила свои цвета на серые оттенки.  Он огляделся. На месте архива зияла огромная воронка. Соседние и следующие за ним здания оказались частично или полностью разрушены. С неба, не прекращаясь,  шел дождь из самых мелких обломков. Апокалипсис сегодня, здесь и сейчас.
Биокиборга пошатывало, но биочип, проведя ряд мини-тестов всего организма, определил, что помимо легкого сотрясения, мелких режущих ран и ушибов последствия ужасающей трагедии на нем никаких не сказались. Этого было нельзя сказать о местных жителях. От количества погибших рябило в глазах. Не прекращая, стонали раненные. В райских кущах Венеры они прошли все круги ада.
Кто-то застонал совсем рядом. Александр начал разбрасывать в разные стороны камни и вытащил из-под них мужчину. Он аккуратно положил его на Землю и осмотрел. Переломы ног, ребер, ушибы. Однако парню повезло. Он остался жив.
- Жить будешь, - обнадеживающе заявил Александр и аккуратно похлопал раненого по уцелевшему плечу.
Следом на свет был извлечен ребенок, потом женщина. Биокиборг шел, прислушиваясь к каждому шороху, вытаскивая любого, кто попадался у него на пути под завалами. С центральной площади примчалась толпа. Теперь они уже были вперемешку с полицейскими. Никаких пересудов, никаких лозунгов. Трагедия вмиг стерла политические интересы людей. На кону стояли не какие-то призрачные лозунги, а бесценные человеческие жизни. Все остальное казалось теперь слишком незначительным.
Без остановки пролетело два часа. Александр спас, по меньшей мере, пятьсот человек. Шокированные случившимся, люди не обращали никакого внимания на богатырские способности биокиборга. Да и ему самому было наплевать на конспирацию.  Александра трясло от негодования. Его противник в очередной раз продемонстрировал свои ценности. Жизни простых людей, увы, в них не входили. Теперь у биокиборга появился еще один повод дойти до конца и наказать виновных.
- Вы – Алекс? - раздалось у него за спиной.
Александр обернулся. На него исподлобья смотрел мужчина с весьма отталкивающей внешностью. Он был небольшого роста и своей фигурой напоминал грушу. Крохотная голова, очень короткая шея, узкие плечи, огромный живот, плавно перетекающий в такую же необъемную талию. Ко всему прочему эта совсем немаленькая масса каким-то чудом держалась на тонких как спички ногах.  Александр даже ужаснулся, не понимая,  как они вообще выдерживали такую нагрузку.
- Да, - тем не менее, ответил биокиборг.
- Идите за мной, - бесцеремонно скомандовал незнакомец.
Мужчина неуклюже обернулся и очень осторожно заковылял, боясь споткнуться на руинах. По всей видимости, он вел сидячий образ жизни и редко передвигался. Каждый шаг давался ему с большим трудом.
Александр посмотрел ему вслед и перевел взгляд на завалы. Он сделал, было, шаг следом, но замялся. Незнакомец удалялся, а здесь на развалинах оставалось еще столько людей.
- Вы идете? - мужчина через несколько шагов уже тяжело задышал.
Биокиборг нахмурился и, скрипя зубами, подчинился. Обстоятельства подстегивали. Архива больше не было. Сейчас все могло быть важным. Любая информация могла спасти еще много-много жизней. Здесь же, на развалинах, его помощь переставала быть критичной – толпа людей и так разбирала завалы.
Незнакомец миновал несколько улиц, свернул на небольшую площадь с фонтаном и направился  роскошному зданию с резными перилами балконов и огромными окнами. У дверей он остановился и ввел в терминале код, а Александр прочитал на табличке: «Адвокатская контора Йежи Клямца. Борьба за правду Фемиды».
- Вы адвокат? - спросил он.
- Логично? Не правда ли? - с издевкой бросил Клямца.
Он пригласил своего гостя в дом и повел его по длинному коридору, стены которого были увешаны портретами многочисленной адвокатской династии. На золотых табличках менялись только имена и годы жизни. Лица же родственников Йежи были будто списаны друг с друга. От нечего делать Александр насчитал пять Йежи, шесть Лежиков, девять Карлов и трех Болеславов.
Сам хозяин дома  не счёл нужным, что-либо рассказать, удостоив биокиборга лишь сверлящим презрительным взглядом, когда открыв дверь в свой кабинет, он вдруг увидел гостя, приостановившегося у единственного портрета с изображением девушки, некой Катажины. Александр сделал виноватое лицо и поспешил за хозяином особняка.
Адвокат усадил Александра в удобное кресло перед большим столом и занял свое законное рабочее место.
- Итак? - спросил биокиборг, слегка откинувшись на спинку.
Клямца смотрел на него по-прежнему исподлобья, холодно и высокомерно.
- Вы знаете, в другой раз я бы не сделал бы и трех шагов в вашу сторону.
- Что так?
- Меня раздражают люди, - презрительно отметил адвокат, - и совершенно откровенно, вы меня раздражаете тоже. Может даже больше, чем все остальные.
- Чем вам не угодили люди?
- Честно?
- Совершенно откровенно, - передразнил адвоката Александр.
- Гм, - Кламца откашлял, смутившись наглому тону гостя, - В первую очередь тем, что вы не чувствуете себя живыми.
- Вот как?
- Да. Моя богатая практика убедила меня в том, что механическая суета бесконечно повторяющихся дней лишает вас  этого чувства. Вы – роботы, биологические роботы. Ваше существование – бесцельное проживание отведенного вам  времени.
Александр засмеялся. Кламца недовольно поморщился, не понимая причину столь бурной реакции собеседника, но продолжил:
-  Времени холодного, но расчетливого. Вы одиноки, но даже в своем одиночестве вы не можете чувствовать тоску. Даже в одиночестве вы инертны. Вы инертны к самим себе. 
Улыбка сошла с лица биокиборга. Он нахмурился, а адвокат не без удовольствия продолжил:
- Вы думаете, что вы чувствуете, но вы заблуждаетесь. То, что легко принимается вами за чувство – это привычка.  Вы разучились чувствовать. Вы холодны, чопорны и почти лишены эмоций. Все, что в вас осталось – это страх за вашу никчемную жизнь. А помимо страха есть только раздражение и ненависть, но это производные страха.  А дальше все. Пустота. И вам так странно, когда в это пустоту врывается что-то светлое, пусть временами и грустное, но являющееся настоящим  чувством.  Вы как безумцы начинаете бояться того, что с вами  происходит. Беспричинный страх  стремится замуровать все лазейки туда, где еще теплится ваша душа. Даже сегодняшний взрыв только подтвердил мои доводы.
- Если бы вы знали, отчего я смеялся, вы бы так спокойно не рассуждали, сидя в двух метрах от меня.
- Что вы хотите сказать? Мне стоит вас опасаться? - абсолютно без эмоций спросил адвокат.
- К счастью для вас, нет. Я не замуровывал лазейки к своей душе. Я учусь быть человеком. И пока мне кажется: у меня это хорошо получается. А вот у вас с этим проблемы.
- У меня нет никаких проблем, уважаемый, - огрызнулся Кламца и добавил с усмешкой - у адвокатов нет души, если вы об этом. Она мешает работе. И чувств у нас нет, только холодный расчет.
- Но рассуждать об этом, вы горазд.
- Мне проще. Я не обманываю себя. Я принял себя такой, какой я есть.
- Тогда что вас вынудило выбраться из своей берлоги? Судя по вашей комплекции, в своем кресле вы проводите дни напролет.
- А вот это самое интересное. Мне бы тоже хотелось это выяснить. Что вы знаете о седобородом старце?
Александр от неожиданности выпрямился струной в кресле.
- О, вы, видимо, знакомы, -  адвокат улыбнулся первый раз за все время.
- Было дело, но не расскажете ли вы о своем знакомстве с ним?
- Только после вас.
- Господин адвокат, я настаиваю, иначе...
- Вы мне угрожаете?
- Уже да, - абсолютно спокойно заявил Александр и понял, что дал самый удачный ответ.
Кламца вздрогнул.
- Я вам верю. Все-таки моё адвокатское чутье мне подсказывает не соваться в это дело. Я выполню волю старика, но не буду задавать лишних вопросов. Хотя какая там воля. Он меня ни о чем не просил, но из самого запутанного разговора в своей жизни я вынес именно эту информацию.
- Это правильное решение.
Адвокат вздохнул и по примеру Александра облокотился на спинку кресла.
- Это произошло во сне. Вернее, так мне показалось, - начал он свой рассказ, - я спал на втором этаже в своей кровати с программируемыми сновидениями.
- Ух, у вас даже такое есть, - удивился Александр.
- Да, можно запрограммировать любую ситуацию и любых персонажей.
- И что же запрограммировали вы?
Кламца удивленно округлил глаза и нервно двинул рукой по воздуху, будто отгоняя надоедливую муху:
- Это не важно, - он покрылся легким румянцем, - сейчас дело в другом. Мой сон сразу показался мне необычным. Я спустился зачем-то вниз к камину и увидел сидевшего в кресле перед ним старца с большой седой бородой. Он курил трубку и не обращал на меня ровным счетом никакого внимания, пока я не подошел вплотную. Тогда старик повернулся ко мне и спросил: «Ты хочешь жить?». Я вам скажу со всей уверенностью, даже мне надменному цинику, видавшему в этой жизни очень многое, стало страшно. Он предложил мне сесть в моем же доме, в мое же кресло и начал нести какую-то чушь про  цикличность истории. Из его слов я мало что понял, но вынес важную информацию: человечество находится в беде, а значит, и моя жизнь висит на волоске. Я стал противиться его нахождению в моем доме, но он мне сказал один секрет, который никто не мог знать, и я понял, что блефа в его словах не было ни капли. Он мне намекнул о накопителе, хранившемся в моем сейфе.
По спине Александра пробежали мурашки.
- А вот здесь можно подробней? - оживился биокиборг.
Адвокат, будто, не слышал его:
- Понимаете, я обслуживал долгое время безвременно ушедшего от нас сенатора Борджиа по разному роду юридическим вопросам.
- По каким вопросам?
Кламца смерил его  своим оценивающим взглядом и, как это водилось за ним, пренебрежительно заявил:
- Дела клиентов с незнакомцами не обсуждаю. Ваши угрозы в этом случае бесполезны – я вам ничего не скажу, дело чести.
- Верю, - не стал давить Александр, - тогда не тяните и рассказывайте уже по существу.
- Гм, - кашлянул от новой наглости Кламца, так как с ним редко, кто позволял себе так по-хамски обходиться, - да, уж молодой человек. Вы, наверно, не понимаете.
Александр сорвался с кресла и оказался прямо перед лицом адвоката:
- Нет, это вы не понимаете, - сказал он максимально жестко, - в ваших руках ниточка, которая для меня чрезвычайна важна. И я готов на самые непопулярные меры, чтобы зацепиться за нее. Вы мне верите?
Спектакль не нашел признания. Такую публику было тяжело разыграть. Прожженного жизнью дельца фемиды испуг в тупик не ставил.
- У меня нет повода вам не верить, молодой человек,  - абсолютно спокойно ответил Кламца, - я же не слепой, чтобы не увидеть, что вы творили там, на месте взрыва. Уж, если кто-то был в шоке там и ничего не замечал, то поверьте мне, мой трезвый ум способен оценить что-то невозможное.
Александр состроил недовольную гримасу и уселся в кресло.
- Тогда извольте поторопиться, раз верите мне, - посоветовал он хозяину дома.
Адвокат ответил взаимностью и в свою очередь недовольно прищурился. Он прекрасно осознавал возможные последствия неправильного диалога со своим гостем.
- Хорошо. Позвал же вас на свою беду. Но, да что уж тут, - Кламца взял паузу, - я постараюсь изложить вам все так, чтобы дух ваш испарился отсюда, как можно, скорее. Старик напомнил мне, что несколько дней назад сенатор Борджиа оставил у меня на верное хранение  очень важную информацию. Правда, сенатор так и не сказал, что с ней делать. Он в последнее время, видите ли, был очень рассеян. И напуган. А старик был об этом прекрасно осведомлен. Он попросил меня, если произойдет мощный взрыв, прийти к развалинам и найти неприметного с виду богатыря, который будет голыми руками раскидывать исполинские обломки зданий. Опять же, напрямую он меня не заставлял, из диалога я сам понял, что мне надо сделать. Вторая его подобная «просьба заключалась в том, чтобы показать вам накопитель. Я, конечно, как человек самых честных правил, было, воспротивился этому, но старик заглянул мне в глаза, и я так испугался, что немедленно согласился. Этот взгляд тяжело с чем-то сравнить. На меня, скажу я вам, будто смотрела сама вечность. Глаза его были обжигающе холодными и неистово жаркими одновременно. Мне пробил жар и озноб, мои ноги задрожали, но я не мог оторваться от его глаз. А старик говорил. Он говорил таким властным голосом, будто со мной разговаривал сам бог. Его голос рождался в моей голове. Он поведал мне, что от моего решения зависит судьба всего человечества. А мне, видите ли, вершить судьбы всех людей не надобно. Оно-то трудно быть богом уже, когда вершишь судьбу одного человека. А тут. Словом я не успел принять решение, как вдруг проснулся. И, вы знаете, после пробуждения мой страх сменился необычной легкостью. С моими физическими недостатками, поверьте, это весьма странное ощущение. Я уже порадовался, что это был сон, но ноги сами отвели меня в каминный зал. Представляете, а там теплились угли. Тут моя воля сломилась окончательно. Я  до самого взрыва сидел и смотрел на камин. Я ждал и надеялся, что ничего не произойдет. Но когда все это случилось, мне ничего не оставалось делать, как отправиться за вами. Так вы оказались здесь.
Александр стал разочарованно кусать губы. Кламца говорил совсем о другом блоке памяти. Да и вообще весь рассказ походил на бред одинокого параноика, если бы не одно «но». Александр и сам прошел через нечто подобное. Вопрос о необычном старике, неожиданно ворвавшемся в его жизнь, вновь возник сам собой. Хотя сейчас ответов требовали  другие, более важные вопросы.
- Где накопитель? - хрипло спросил биокиборг, он так сосредоточенно слушал, что в горле его совсем пересохло.
- Вот, - ответил адвокат и выложил на стол небольшую серебристую коробочку.
Он встал и направился к двери. Александр многозначительно посмотрел ему вслед, и Кламца объяснил:
- Мне нет дела до того, что на накопителе. Его я вам не отдам, но вы можете ознакомиться с его содержимым.
Биокиборг кивнул и, когда за адвокатом закрылась дверь, жадно вцепился в накопитель. Надежный металлический корпус был усеян драгоценными камнями, а прямо по центру переливалась золотом большая выполненная фигурным шрифтом буква «Б». Александр открыл голографическое меню и увидел единственный сохраненный файл. Как только биокиборг прикоснулся к его эмблеме, над столом появилась голограмма Борджиа. Сенатор сидел на фоне огромного аквариума и понуро смотрел в камеру:
- Я – верховный сенатор Борджиа. Пришло время сорвать покровы, - Борджиа делал паузы, обдумывая каждое слово, - вот уже несколько десятилетий я являюсь подпольным мятежником, борющимся за свержение власти в Конфедерации. Мне в принципе все равно, просто это приносит доход моему карману, поэтому я в этом участвую. Нет, я не лицемер, как может показаться. У кого-то есть идеалы политические, у кого-то моральные. А у меня идеал – это власть и деньги. И там, где мне будет выгодно, я буду находиться. Пусть это будет даже организованная группа мятежников. Хотя как раз последнее я и не берусь утверждать. У нас нет четкой организации, но мой предводитель разбирается в тактике лучше многих генералов. Он с лёгкостью манипулирует сознанием людей. Люди в самых взрывных слоях населения давно готовы восстать против Конфедерации, считая её главным злом, виноватым во всех их бедах. И это непосредственная заслуга предводителя. Это настоящий его триумф. Он поддерживает всех главарей независимых территорий. Он пичкает их деньгами, золотом и крадеными технологиями. И к сегодняшнему дню их силы как никогда могущественны. Они все ждут. Все ждут его команды. Только я вот, хоть убейте, не знаю, когда все начнется. Но чувствую уже скоро. В воздухе буквально пахнет кровью.
Борджиа, оказывается, был проницательным человеком. Александр с грустью вспомнил, что творилось на улицах городов с момента объявления смерти президента. Кровью там не просто пахло, она лилась рекой. Умелые руки кукловода направляли людей на бессмысленную и беспощадную резню, словно марионеток. В угоду чужим, далеким простому человеку интересам, гибли невинные. И заправлял всем действом некий предводитель, об истории которого продолжал распинаться сенатор:
- И вы знаете, я бы так и сидел, сложа руки, гребя богатство лопатой, если б не оказался посвященным в одну ужасную тайну. И эта тайна все перевернула с ног на голову. Не знаю, нарочно ли, или случайно, но предводитель открыл мне нечто страшное. Страшное даже для меня. Но обо всем по порядку. Чтобы стало понятней, я озвучу некоторые факты своей биографии. В свое время я был руководителем трех межзвездных экспедицией. Первый полет  мы совершили в систему Альфа Центавра. Путешествие было где-то даже забавным и, в общем-то, безопасным. Беспилотные корабли за долгие годы прекрасно отработали практику таких перелетов. Перелет занял чуть больше пяти лет, и вот мы, первые люди, попали к другим звездам. Невероятно, но самое удивительное ждало нас впереди. В звездной системе Альфа Центавра Б нами были обнаружены четыре планеты. Еще шесть планет обнаружились на орбите Альфа Центавра А. И одна из планет, вторая от звезды, оказалась сестрой-близнецом Земли. При этом не только из-за размеров и массы, а из-за наличия биосферы. Представляете, Биосфера!  Вот здесь и кроется главная причина полета к звезде. Собственно этот факт стал известен еще во времена беспилотных перелетов, поэтому, как только появилась безопасная возможность путешествия человека к этой планете, тут же и была организованна экспедиция. Мне как несостоявшемуся ученому и начинающему политику было очень важно проявить себя в роли организатора и руководителя такого рода программы. Она должна была повысить мой статус. Но какой тут статус, когда ты видишь перед собой такое чудо. Я даже помню чей-то возглас: «Да это же Орис!». Все было логичным. Орис означало «сестра». А дальше каждый новый день исследований поражал нас все больше и больше. Орис соответствовала абсолютно всем представлениям о пригодности планеты для жизни. Состав атмосферы, климатические условия, растительный и животный мир, - все это, за редким исключением, напоминало Землю. Напоминало, потому что все было каким-то другим, но в общих чертах узнавалась именно Земля. Невероятно, но факт. Это было неописуемо. Каждый новый день заставлял нас удивляться и радоваться, как маленьких детей. Мы чувствовали себя Гагариными, Амстронгами, Магелланами, Колумбами, - Борджиа перевел дух, поморщился и продолжил, - но все же главное открытие нас ждало впереди. В очередной день экспедиции мы наткнулись на людей. Представляете, людей!
Вот так поворот. Рвануло, так рвануло. Информационная бомба заставила Александра удивиться по-настоящему. Он даже пожалел, что рядом не было ни души – язык так и чесался высказаться, а сенатор продолжал рассказывать свою невероятную историю:
- Это были местные аборигены. Они были столь же удивлены, что и мы. Их поселение находилось в районе экватора и занималось в основном земледелием. Кроме своих крупных форм, а ростом они были в среднем два с половиной метра, и соответственно обладали могучей физикой тела, они ничем не отличались от нас. Орисийцы находились на этапе развития древней цивилизации. Они увидели в нас своих богов, - сенатор усмехнулся, - мы решили не сопротивляться столь лестному званию. Ведь для нас это не таило никакой угрозы. Перед нами преклонялись, несли нам дары, вели своих женщин. Наши ученые на радостях принялись изучать местных жителей и удивились еще больше. Физиология внутренних органов соответствовала человеческим. Более того, анализ ДНК только подтвердил нашу близость с ними. Наши и орисийские репродуктивные клетки могли свободно скрещиваться между собой без всяких последствий. У многих из нас сразу зародилась идея вывести сверхчеловека. Вы только представьте, наш ум и их сила. Поэтому еще до возвращения экспедиции на Землю мы засекретили всю полученную информацию. А информации той было предостаточно. Мы не сидели без дела, проверяли местных жителей на  способность к обучению. Ряд тестов показал, что у орисийцев была несколько снижена способность воспринимать новую для себя информацию. Отменные физические данные и хорошие условия жизни сыграли с ними злую шутку. Их развитие оказалось более медлительным по сравнению с нашей историей аналогичной эпохи. Здесь будто бы действовал неписаный закон – чем легче жить, тем меньше надо думать. В принципе это и так давно известно. Данный постулат всегда использовался политиками Конфедерации, но не в таком размахе, как это получилось у самой природы. Вскоре экспедиция подошла к концу, и мы возвратились на Землю. Несколько лет мы обрабатывали все полученные данные, желая более основательно подготовиться к отправке следующей экспедиции на Орис, но наши планы пришлось срочно корректировать. Беспилотные корабли, которые курсировали в районе звезды Барнарда, подали сигнал бедствия. Связь с ними оборвалась. Нами была организованна срочная экспедиция именно к этой звезде. Конфедерация предложила мне возглавить новое Агентство межзвездных исследований и отправиться в составе десятка транспортных кораблей к месту последнего переданного сигнала. Звезда Барнарда – красный карлик, с ним все сложнее. Вокруг нее вращаются газовые гиганты, а у ближайшего к звезде гиганта на орбите есть четыре спутника, два из которых похожи на Землю чуть более, чем полностью. Удивительно, но мы так мало знаем о Вселенной. Еще совсем недавно мы удивлялись наличию людей на Орисе, теперь же живых планет и вовсе оказалось две. Правда, лишь на одной из них впоследствии обнаружились аборигены. А мы уже готовились дать им отпор. Думали, это они достигли такого развития, что покорили космос. Уже видели их на доисторической технике. Но ситуация стала развиваться по неожиданному сценарию. Наши корабли были атакованы необычайно быстрыми и маневренными истребителями, по форме напоминавшими летучих мышей. Нам повезло, мы отбились. Численный перевес оказался на нашей стороне, ведь на борту транспортных кораблей мы везли с собой целую эскадрилью боевых космолетов. И что вы думаете? Нападающими оказались вовсе не аборигены, а такие же пришельцы, как и мы. Я не буду углублять в особенности той скоротечной войны, скажу прямо, через несколько дней планеты были наши. Часть пришельцев даже удалось захватить в плен. От них мы узнали, что они являлись представителями Цивилизации с планеты в созвездии Дракона. На Терифе и Новосе, так называли пришельцы спутники гиганта Кырлат, они вели исследовательскую деятельность.  Ту же, что и мы на Орисе. Коренные жители Терифа находились на одном этапе развития с орисийцами.
И пусть эта новость была феноменальней предыдущей, Борджиа начинал утомлять. Его рассказ хоть и был интересным, но чрезвычайно далеким от тем, касавшихся лично Александра. Биокиборг слушал пусть и внимательно, теперь восторга не испытывал, будь обстоятельства другими, да, усидеть на месте ему было бы сложно, но сейчас он не был возбужден и все еще надеялся услышать в словах сенатора хоть какую-то для себя зацепку. А Борджиа, как заправский лектор, войдя в ритм, монотонно повествовал:
- Условия для исследования представлялись идеальными, и драконцы так же, как и мы, решили вывести своих сверхлюдей на Новосе. Точнее суперсолдат. На Новосе собственных поселений аборигенов не оказалось. Радионуклидный и геологический экспресс анализ показал, что планетная катастрофа прошлого многократно замедлила развитие животного и растительного мира планеты. Влажный, жаркий климат способствовал там процветанию холоднокровных животных. Поэтому именно на Новосе пришельцы построили научные базы, куда отобрали наиболее физически крепких младенцев-терифцев и воспитали их, вживив в их головы электронные чипы для улучшения способности к обучению и для манипуляции ими. И у драконцев, надо отметить, недурно все получилось. Найденные нами беспощадные солдаты в необычайно крепких оранжевых бронекостюмах были готовы смести любую преграду перед собой. Дай только приказ.
Александр пренебрежительно усмехнулся. Все цивилизации выглядели такими предсказуемыми. Каждая из них норовила создать свое супероружие, способное уничтожить их же самих.
- Мы заинтересовались и самими пришельцами, - продолжал Борджиа, - они очень напоминали нас, землян. Почти как мы. Опять же нас рознили физиологические особенности. Драконцы оказались слабее среднестатистического землянина, меньше ростом. В нашем понимании пришельцы обладали болезненной худобой. Конечности напоминали спички, тоненькие неимоверно. С их девушек мы особенно смеялись. Как они вообще ходили, и их ножки не переламывались, оставалось для нас загадкой. Но вот их умственные показатели заставили нас буквально ахнуть. Самые сложные наши логические тесты они решали с легкостью второклассника. Они были умнее и сообразительней нас. Это пугало. Они отказывались признаться, где находилась их планета, повторяя лишь созвездие, именуемое у нас созвездием Дракона. Мы прибывали в тупике. Их оборудование оказалось немного сложным для нас, и нам требовалось какое-то время, чтобы его разобрать, расшифровать. Как гром среди ясного неба с Земли пришел приказ – уничтожить всех пришельцев, забрать все, что можно, оставив на Новосе группу ученых для изучения нетранспортируемых технологий, подготовить базы к уничтожению и к планируемому третьему полету стереть любые следы нашего там пребывания. Правительство Конфедерации испугалось, что пришельцы могли выследить нашу звездную систему и уничтожить нас, ведь технологии их были на порядок выше. Мы уступали им, и, причем, заметно. К тому же пришельцы даже в плену вели себя с нами надменно и самоуверенно, поэтому опасения были вполне обоснованными. Такому приказу больше всего воспротивился наш будущий предводитель. Мы его еле успокоили. Он, задыхаясь, с пеной у рта пытался оспорить приказ на убийства. Все было тщетно, и предводитель, став хмурее тучи, смирился с происходящим.  Мы выполнили требование с Земли. Вернее, почти выполнили. Среди пришельцев находилась девушка с новорожденным ребенком. Ребенок по сравнению с матерью был весьма странным. Он нисколько не напоминал драконцев, но и до крупных детей аборигенов ему было далеко. Он больше казался новорожденным землянином. Женщина рычала как разъяренная львица, прятала свое дитя за спиной в надежде спасти. Ей было не больше тридцати лет по земным меркам, статная молодая и красивая, не смотря на свою худобу. Женщина заплакала, когда мы вырвали ребенка у нее из рук, она стала умолять сохранить жизнь хотя бы ему. Её крупные зеленые глаза смотрели с мольбой, надеждой. И в этот страшный кровавый день её последним надеждам было суждено сбыться. Приговор в исполнении приводили трое: я, предводитель и вояка, чьими руками и вершились убийства. Я не знаю, что нашло на предводителя, но он вдруг выхватил пистолет и застрелил солдата, который уже целился в женщину. Для меня это был шок. Оцепенение сковало мое тело. Я тогда не мог даже пошевелиться. А предводитель легко и непринужденно вдруг потребовал рассказать все о ребенке. Женщина закивала и сказала, что отец ребенка был одним из суперсолдат. То есть новорожденный являлся наполовину драконцем, наполовину аборигеном. Именно поэтому ребенок выглядел как среднестатистический землянин. Что и говорить, любви границы рас не помеха. Однако предводитель выслушал её и без единой эмоции на лице убил. Потом он повернулся ко мне и сказал: «Ты будешь молчать и делать все, что я говорю!». Честно слово, я не знал, что мне делать. Этот человек оказался настолько властным, что его слова подействовали на меня как гипноз. Я стал кроликом, а он моим удавом. С тех пор я находился в его власти. Он мог шантажировать меня сколько угодно. Нельзя один раз пойти против правил, а потом считать себя чистеньким. Омут затягивает. И меня затянуло. Со временем я  понял, что его власть приносит мне хорошие дивиденды, и я не стал бороться со своей совестью. Сразу после второго полета предводитель начал осуществлять свою мятежную деятельность. Я не ожидал, конечно, такого от него, но, видимо, расстрел пришельцев перевернул его мнение о Конфедерации. Он возненавидел её до глубины души.  Предводитель говорил, что Конфедерация являлась злом во плоти, готовым вершить судьбы людей по своей прихоти.  Дальше все пошло уже снежным комом. Появлялись сторонники, в нашу компанию вдруг попал  военный из числа офицеров и солдат, совершавших с нами межзвездные перелеты. Оказалось, его идеалы полностью соответствовали критериям отбора предводителя: его ненависть к Конфедерации зашкаливала. Предводитель приютил столь ценный кадр, дал ему раскрыться, и Конфедерация получила самого опасного преступника современности. Для всех он был неуловимой фигурой, многократно совершавший кровавые акции на Марсе, Луне, Земле и Венере. Я знал его по фамилии Новиков, затем как Стеаринова. Общение с ним давалось мне трудно, но по счастью я редко с ним пересекался. От него бросало в дрожь. Стеаринов был готов сражаться с режимом до последней капли крови. И, когда он примкнул к нам, мы стали той неведомой силой, с которой тщетно боролась система. Это случилось много позже, а к тому времени, там, на Новосе, предводитель вдруг решил оставить ребенка в живых. Делал он это скорее на эмоциях, чтобы насолить Конфедерации. Ребенка тайком вывезли на Землю, где в российском секторе определили в специальный приют для детей с повышенными интеллектуальными способностями. Наследие матери подарило ему отменный интеллект. Правда, перед прилетом на Земле ему исполнилось шесть лет, и его память пришлось основательно подчистить. Это несложно, когда в руках есть драконские технологии. После я о нем и слышать больше не слыхивал, до определенного времени, забыл, можно сказать, поскольку третий межзвездный полет полностью лишил меня посторонних мыслей. Все было так ужасно, что отвлекаться на что-то еще я не мог. На Терифе и Новосе мы не нашли следов наших сотрудников, только развалины баз. Аборигены говорили о какой-то битве богов. Стало не по себе, но предводитель заставил нас убраться домой и надавил на меня, чтобы я осуществил закрытие программы. Он говорил, что с более развитой расой у нас нет шансов в противостоянии и надо быть готовым дать отпор врагу в пределах Солнечной системы. Это вполне соответствовало и логике вещей и мыслям, царившим в высших политических кругах Конфедерации. Я быстро согласился, тем более уже готовился оставить проект – мне светило место в Сенате. С молчаливого согласия верховного сенатора, я был его протеже, мне пришлось подчистить отчеты и составить необъективную оценку всех путешествий. Большого труда объяснить экономическую нецелесообразность человеческих путешествий не составило, я сделал упор на заморозку проекта вплоть до разработки кораблей нового поколения и предложил вернуть программу исследований в русло беспилотных полетов. Сенат поддержал меня единогласно, увеличил расходы на армию и распорядился на дальних подступах к Солнечной системе возвести сеть радиолокационных станций слежения, так, на всякий случай. Данные о трех полетах засекретили. А привезенный с собой чуть пострадавший в бою корабль пришельцев я в срочном порядке подарил своему давнему приятелю Тэйсегу, якобы для исследований. Правда, предводитель от беспилотных полетов меня отстранил, я стал пешкой, подписывающей лишь необходимые бумаги – руководить Агентством космических исследований я не прекращал вплоть до назначения верховным сенатором. Он лично контролировал все, что касалось перелетов. Я смирился. К этому времени как человек я окончательно потерял какие-то моральные устои. Я старался забыть все, что было на Новосе и Терифе, но мои воспоминания были потревожены. В рутине каждодневной суеты я внезапно наткнулся на вывезенного нами ребенка. Много воды утекло с тех пор, и узнал я его чисто случайно. В детском доме ему дали имя Алексей Ермолов. В свои годы он был молод и умен, чертовски умен.
Александр аж поперхнулся от неожиданности. Он был готов услышать все, что угодно, но только не это. Горло резало сухостью, но это разве это дискомфорт, когда тут такое слышишь. Биокиборг ждал продолжения, жадно всматриваясь в уголки губ Борджиа, предвосхищая каждое его слово. А сенатор и не думал останавливаться:
- Естественно он не догадывался о своем происхождении, детская память такой пластилин, из которого можно слепить что угодно. Свежая кровь терифцев вкупе с генами драконцев создала уникального человека, пышущего здоровьем и обладавшего уникальным для землян умом. Наука давалась ему легко. Он чисто интуитивно совершал все новые открытия. Пока в один прекрасный день ко мне не явился обозленный предводитель. Он негодовал, кричал, что совершил, чудовищную ошибку, оставив ребенка в живых. Теперь его готовящийся проект «Эволюция» должен был подарить Конфедерации самое совершенное оружие. Я не знал, что делать, а вот он, похоже, знал. Он подстроил катастрофу аэромобиля, в которой должен был погибнуть сам Ермолов, а по стечению обстоятельств погибли его жена и ребенок. До трагедии я видел их всего пару раз. Они выглядели счастливой парой, всегда мило улыбались друг другу, строили планы на будущее. Так же было и в тот роковой день, когда место в кресле пилота занял не он, а она, а через несколько секунд Ермолов наблюдал крушение всей своей жизни, но ничего не мог с этим сделать. Мне было даже жалко его. Но я не предводитель, и остановить своего шефа я тоже не мог. Хотя тот сразу после реализации своего грязного плана вдруг решил действовать по-другому. Тактика изменилась, ему стал интересен результат. Дело в том, что почти сразу в лабораторию был доставлен ребенок, который остался в живых при аналогичном крушении аэромобиля. Что это? Парадокс,  совпадение? Жизнь играла  в свои игры, и профессор, потеряв свою семью, решил спасти бедолагу, дав ему шанс с помощью своей новой программы. Ермолов с головой погрузился в работу, топя в ней свое горе, а предводитель, потирая руки, ждал окончания всех испытаний. Долго ждал, но, казалось, он никуда не спешил, выжидал чего-то. В его голове зрел коварный план, по которому разработку профессора можно было бы обратить против самой Конфедерации. Так все и шло своим чередом вплоть до последних событий, пока предводитель, разочарованный результатом нападения на лабораторию «Биокиберии», вдруг вновь не поменял свои взгляды. Тут не было ничего удивительного, и я бы не стал записывать это послание, если бы не изменились обстоятельства. Буквально на днях предводитель появился в сопровождении громил в оранжевых бронекостюмах. Я был шокирован. Их я не видел столько лет. А он ничего не объяснил, абсолютно спокойно сказал, что так надо, что наступила финальная пора. Он хотел лишить Конфедерацию даже малейшего шанса на спасение. И этим единственным шансом, по его мнению, являлся создатель биокиборга, ребенок, которого он пощадил. Так, что смерть Ермолова – вопрос времени. Я думаю, все случится, как только накопитель с проектом «Эволюция» окажется в руках предводителя. Но не это беспокоит меня. Я воспользовался своими полномочиями, изучил полеты беспилотных кораблей. Так я выяснил, что база на Новосе была восстановлена. Предводитель действовал удаленно, вроде бы с помощью роботов. Он планомерно создавал себе армию на основе технологии пришельцев. Как ему это удалось, сколько у него было суперсолдат из числа новосцев, я не знаю. Но сдается мне, задумал он не только уничтожить Конфедерации, но и захватить власть в свои руки. Боюсь, это не самая радостная перспектива для всего человечества, и прежде всего для меня. Я становлюсь для него отработанным материалом и уже чувствую надсадное дыхание костлявой старухи за спиной.
Шум за спиной Борджиа прервал его рассказ. Он переменился в лице, засуетился и выключил запись. Голограмма исчезла. В кабинете юриста повисла гробовая тишина. Голографическое меню вновь показало единственный записанный на накопитель файл.
Александр сидел, не шевелясь. Было тяжело поверить в то, что произнес сенатор. Описываемая Борджиа реальность казалась невообразимым доселе безумием. Биокиборг старался как можно быстрее проанализировать полученную информацию, но впечатления оставались скомканными и противоречивыми. Ермолов не был человеком, то есть был, но не земного происхождения, да еще родился в результате смешения двух рас пришельцев. Голова шла кругом, мысли крутились в ней, как картинки на барабане однорукого бандита.
Биочип старательно отсортировал информацию, и Александр, наконец, сорвал свой мысленный джек-пот. Логическая цепочка выстроилась в нужный ряд. Кто бы ни являлся предводителем мятежников, его главной целью после захвата технологии становился Ермолов. Профессор оставался единственным разумным существом, которому было под силу воспроизвести технологию биокиборгов или создать нечто более изощренное. И теперь жизнь Ермолова висела на волоске. Твоя жизнь – твои шаги, отозвалось эхом в его ушах. Неужели его полет сюда был тем самым шагом? Безумие! Но это безумие нужно было остановить. Ни о чем другом Александр больше думать не мог. Он был обязан Ермолову всем, прежде всего своей жизнью, пришло время поквитаться, чего бы это ему не стоило.
На всех порах биокиборг выскочил из кабинета, едва не сбив в дверях Кламца. Адвокат сверкнул недобрыми глазами, в которых отчетливо блеснули компьютерные линзы. Трудоголик-мизантроп ни на секунду не позволял себе расслабиться. Работа оставалась смыслом всего его существования, и даже вне кабинета он решал свои вопросы с помощью современных технологий.
- Вы все? - растерянно он бросил вслед убегающему гостю.
- Да, спасибо за все, вы все правильно сделали, - крикнул Александр в ответ, и его голос гулким эхом прокатился по высокому длинному коридору, растворившись в звуках торопливо удалявшихся шагов.
Через какие-то минуты он ворвался в кабину «Беркута» и занял место за штурвалом. Взревели двигатели, Александр тут же связался с Мильке. На экране монитора показалось приветливое лицо генерала.
- Да, Алекс.
- Генерал,  есть свежие новости от Ермолова?
- Да, с ним все в порядке. Мне доложили минут пятнадцать назад. А что стряслось? - удивился генерал.
- Он в опасности, я вам перешлю визуальный ряд одного весьма щекотливого признания от Борджиа, но пока всплыла неприятная новость: Ермолов – новая цель нашего врага.
- Стоп-стоп, - остановил заторопившегося Александра Мильке, - я догадывался об этом с самого начала, потому и приставил охрану к нему.
- Нет, вы меня не поняли, нужно больше охраны, все не просто так.
- Усилить охрану?
- Да. Всех, кого вы только сможете, надо отправить к нему. Срочно.
- Алекс???
- Не время, нужно спасать человека. Я уже лечу к нему.
Мильке растерялся. Он понимал, что Александр, будь все так просто, не стал бы поднимать бурю в стакане.
- Хорошо, Алекс, я распоряжусь. Да, и сам отправлюсь к нему.
- Не спешите, без меня не стоит. Вам тоже не следует рисковать, - Александр прикипел к генералу, пусть относился к нему не как близкому человеку или другу, но уж точно, как дальнему родственнику, поэтому и опасался за него тоже, - много голов может полететь. И скажите Чану пока не прилетать. Это слишком опасно.
- Хорошо-хорошо, - покорно ответил генерал, для которого тон повиновения был столь же необычен, как и улыбка на лице, - тогда буду синхронизировать свои действия со временем твоего прилета. Как только ты появишься у Ермолова, я возьму еще больше людей, и присоединюсь. Правда, много не обещаю, в городах творится хаос, там тоже нужны силы.
- Печально слышать, а еще печальней наблюдать.
- Так все страшно?
- На Венере, да. У Ермолова надеюсь не допустить этого хаоса, - ответил Александр, - увидимся на месте.
Мильке напоследок знакомо нахмурился, а биокиборг, прервав соединение, направил «Беркута» на венерианскую орбиту.

***

Никогда еще Александр так не торопился. Он ерзал в кресле, не находя себе места. Земля приближалась предательски медленно. Сначала она казалась небольшим шариком, затем росла, росла, пока не захватила все пространство перед глазами. Вскоре темнота космоса сменилась привычным синим небом. «Беркут» перестал снижаться и полетел над вальяжно проплывающими шапками седых облаков, которые изредка открывали взору земную поверхность.
Александр снизил скорость,  задал автопилоту конечную точку маршрута и поспешил в оружейную. В то, что оружие могло пригодиться, убеждала какая-то не к месту стойкая уверенность. И эта уверенность напрягала Александра. Такие её проявления никогда не сулили ничего хорошего.
В оружейной комнате, которую так удачно организовал на своем корабле Габриель, им оказались востребованы лазерная винтовка, пара пистолетов, гранаты, мины. Александр готовился к большому сражению, никто не смел угрожать близким ему людям. Он одел бронекостюм, прихватил шлем и вновь направился к штурвалу. Время неумолимо шло вперед, а ведь больше всего Александр боялся не успеть. Однако вестей не было. Ни плохих, ни хороших. Это придавало его действиям уверенности – еще ничего не потеряно.
- Внимание, опасность воздушной атаки, - проговорил женский голос бортовой системы.
«Беркут» дал резкий крен на нос. Александр едва ухватился за кресло. Корабль тут же дернуло в сторону и потянуло вверх. Простой человек в подобной ситуации вряд ли  удержался бы на ногах, а биокиборг не только это сделал, но еще  и запрыгнул  в кресло, надежно пристегнув себя к нему ремнями. Автопилот справился на «отлично», спас ему жизнь – рядом с кораблем пролетело несколько ракет.
Радар по правую руку от кресла показывал десять точек. Александра ждали. Он принялся обыскивать отсеки приборной панели в поисках панорамных очков, которые благодаря многочисленным камерам  в корпусе корабля проецировали на свои стекла пространство вокруг «Беркута».
- Да где же они!
«Беркут» – далеко не маленький корабль. И до обзорности истребителей ему, ох, как далеко. Корабль был прекрасной мишенью для тех, кто его атаковал. На стороне Александра оставались лишь его способности и, несмотря на внушительные размеры «Беркута», маневренность космолета.
Рука нащупала искомое. Александр надел очки, его голова завертелась юлой, пока не наткнулась на объект поисков. «Беркут» атаковали две группы военных истребителей, выпустивших очередную порцию ракет. Легкие, маневренные,  хорошо вооруженные универсальные корабли чем-то напомнили ему аресские «акулы». Та же база, чуть крупнее размеры, серьезный противник. Руки вцепились в штурвал мертвой хваткой, автопилот отключился, и космолет сделал своевременную бочку. Спасти «Беркут» удалось, однако космолет затрясло.
- Попадание лазера, ущерб снижен системой защиты, - проговорил голос бортовой системы.
Все-таки немного зацепили. Александр начал резко пикировать и ушел под облака. Тряска от лазерных выстрелов стихла. Думать приходилось в разы быстрее  своих оппонентов. Биокиборг развернул корабль, чтобы истребители оказались чуть выше по курсу и резко потянул штурвал на себя. «Беркут» стал свечкой и прошил клубящиеся облака, оказавшись нос к носу со своими обидчиками. Указательный палец биокиборга утопил гашетку заподлицо с рукоятью штурвала. Космолет дал скорострельный залп. С десяток ракет ушло в сторону нападавших. Александр тут же ушел на вираж, а яркие вспышки стали предвестником его успеха. Следом грянул раскатистый грохот, и обломки первых сбитых истребителей полетели на землю. На радаре осталось шесть точек.
- Живем, - пробормотал Александр.
Еще один маневр, и после новых взрывов на экране сиротливо мигали три истребителя. Александр коршуном кружил вокруг них. На его пути стояла преграда, которую хотелось преодолеть. Никаких эмоций, только дело.
Новый залп, и в строю остался только один истребитель. Он быстро поспешил ретироваться, один в поле не воин, когда и вдесятером не управились. Александр удовлетворенно посмотрел ему вслед и, на секунду задумавшись, убрал палец с чуть придавленной кнопки пуска ракет. Жить хотелось всем.
Он вновь выставил автопилот на дом Ермолова. Оставались какие-то минуты полета. Завершив скоротечный воздушный бой, Александр вспомнил о своих переживаниях. В груди появилось и стало нарастать недоброе волнение. Успеть, лишь бы успеть.
- «Беркут» ответь «Центру», - затараторила радиосвязь.
- «Беркут» на связи, - схватил средство коммуникации Александр.
- Алекс, это Мильке. Я уже на подлете. Взял кого только смог. Две роты десанта. Там, похоже, началось.
Александр напрягся.
- Сколько их?
- Не меньше двух сотен. Мне старший сказал мутанты какие-то. Крупные. Все как на подбор. И броня какая-то непробиваемая. У нас страшные потери.
Ёкнуло сердце.
- Ермолов?
- Они заперлись в доме, в подвале, там надежное убежище. Пока отбиваются.
- Встретимся на месте.
- Добро, вот-вот увидимся.
Уже через несколько секунд прямо по курсу Александр увидел столпы дыма. Горели с десяток домов, больше половины всех строений в деревне оказались уничтожены. На белом снегу хорошо просматривались оранжевые бронекостюмы громил и пятерка доставивших их транспортных кораблей.
- Алекс, мы тебя видим. Атакуем их с воздуха.
Совсем рядом появились корабли Конфедерации. Два транспортника и два десятка истребителей летели параллельным курсом.
- Визуальный контакт есть, - ответил биокиборг, - поддерживаю предложение.
Его голос заглушил грохот взрывов. Делегация Мильке в одно мгновение не досчиталась трех истребителей. Атаковали не они, а их. Засверкали лазеры, замелькали ракеты. На радаре вспыхнули вражеские точки. Флот мятежников не заканчивался только одним десятком разгромленных Александром истребителей. Теперь в поле зрения их появилось не меньше сорока. Завертелась настоящая воздушная мясорубка.
 Несмотря на все усилия и мастерство биокиборга, зацепило и «Беркут», хорошо тряхнуло. Две ракеты попали в левый борт корабля. Замигали и запищали аварийные системы.
- Внимание нарушена герметичность трех отсеков, - запричитал голос бортовой системы.
- Не шуми, - Александр дернул тумблер, выключив надоедливое голосовое оповещение.
Попадание вышло для «Беркута» крайне неудачным. Две ракеты одна за другой поразили одно и то же место и нанесли кораблю наиболее чувствительный урон из всех возможных. Случайность, да и только, но от нее еще никто не был застрахован. Один из двигателей после серии взрывов вышел из строя, второй грозился отключиться в любую секунду из-за начавшегося на борту пожара. Забарахлило электропитание – перебило силовые кабели. Сработала система защиты, и дисплей вывел на экран уровень заряда резервных батарей. Одной проблемой стало меньше.
- Ты живой? - спросил Мильке.
- Да, сажайте транспорты, иначе будет туго, - закричал Александр, маневрируя кораблем в воздушном бою, - добирайтесь по земле. Пусть истребители делают свое дело. Я попробую дотянуть до места.
- Уже скомандовал, - ответил Мильке и торжественно добавил - эх, и пусть потом не говорят, что генерал я не боевой.
Александр улыбнулся. Но улыбка его тут же сошла на «нет». Один из транспортников  ярко вспыхнул, стал разваливаться на куски.
- Черт, - завопил Мильке, - катапультироваться.
Из горящего и разваливающегося корабля стали выстреливать кресла с десантниками. Кому-то не повезло: многие из эвакуируемых солдат оказались в огненной ловушке, а некоторые из них полетели вниз в транспортных блоках охваченные пламенем.
- Сажай нас, - не унимался генерал в радиоэфире, и Александр выдохнул – транспортник с Мильке не пострадал.
Смолк второй двигатель. Скорость «Беркута» резко упала. На оставшихся двух двигателях Александр умудрился сбить еще десять истребителей, но, когда пламя перекинулось на третью и четвертую силовую установку, биокиборг вынужденно вышел из воздушного боя и стал снижаться у крайнего в деревне дома. В нем еще пытались держать оборону.
По стеклу побежали вспышки. Александра атаковали с земли. Но это уже были мелочи. Он направил «Беркута» прямо в гущу оранжевого войска и сбрил кораблем не меньше двух десятков человек. Посадка из-за такой хитрости оказалась жесткой. Корабль прыгал, биокиборга трясло в кресле. «Беркут» остановился, лишь уткнувшись носом в бревна  ближайшего сруба. Александр надел шлем, подхватил оружие и выскочил на свежий воздух. На пылающем космолете, наконец, сработала система пожаротушения.
Пришлось сразу открыть огонь и отступить к дому. Взбешенное поступком биокиборга «апельсиновое» войско целенаправленно переключилось на него. Лазеры запестрели прямо над его головой.
- Не стрелять, свои, - закричал Александр забаррикадировавшимся в доме спецназовцам.
- Он с «Беркута», свой, - услышал он в динамике, - не стрелять по нему, дайте войти в дом.
Биокиборг вбежал внутрь сруба. В грудь ему уперлось сразу несколько винтовок.
- Да свой же, - не выдержал Александр и сорвал шлем.
Его узнали и поспешили обратно к окнам. Над головой раздался взрыв. Разом снесло второй этаж. Людей разбросало в стороны и привалило рухнувшим потолком.
Александр, сбитый с ног, мгновенно поднялся и вновь облачился в шлем. В живых в доме оставалось не больше пятнадцати человек.
- Кто старший?
Рядом поднялся солдат и махнул рукой в сторону бойца,  ноги которого придавило крупными частями потолочного перекрытия.
- Капитан Ричардс.
Ричардс, соглашаясь, махнул рукой, и попытался выбраться, но новый взрыв уничтожил половину первого этажа вместе с ним. Александра и десантника вновь повалило на то, что осталось от пола. Биокиборг сгреб в охапку затрясшегося от страха солдата и попятился к чудом уцелевшему заднему входу. Кроме них никто не поднялся.
«Оранжевые» были совсем близко. Александр активировал припасенные мины и разбросал их у уцелевшей части стены. Они должны были сработать на движение.
Он потащил спецназовца под стенами тлеющих и полуразрушенных срубов. За спиной рвануло почти очередью. Истошно завопили. Еще несколько громил выбыло из строя.
- Тебе как зовут? - обратился Александр к десантнику.
- Марк.
- Вот что, Марк, давай сам, - проговорил бикиборг почти ласково и, дождавшись кивка, поставил спецназовца на ноги, - где еще ваши?
- Там, где профессор, нас отсекли просто.
- Хорошо, бегом туда, я тебя прикрою.
Из проема возник один из новосцев. В том, что это были они, Александр даже не сомневался. Уж слишком все совпадало с рассказом Борджиа. Биокиборг выпустил в громилу очередь, но его броня оказалась непробиваемой для простой винтовки. Цельный шлем новосца так же не имел изъянов, не обнажал лица своего владельца.
«Оранжевый» солдат пошел на Александра танком, не стрелял, видел, что проблем с оружием не будет, хотел голыми руками убить. Он лишь чуть притормаживал после каждого нового попадания. Небось скалится, что не достать, зло подумал Александр.
 Обойма быстро закончилась, и биокиборг сделал шаг навстречу, сократив дистанцию с противником до минимума. Новосец не знал, кто был перед ним, за что и поплатился.  Александр отбросил свою винтовку и резким движением перехватил оружие громилы. За секунду оценив новинку, Александр ловко перебросил противника через бедро и тут же сделал несколько выстрелов. Новосец замер. Его броню прошило насквозь. Края образовавшихся в ней пробоин оплавились и зашипели остатками плазмы. Страшное оружие, раз пробивает такую броню.
Александр вовремя заглянул за дом. Последовала очередь, и еще пятеро новосцев пали замертво от своего же оружия. Появилась свободная минутка, и биокиборг мельком посмотрел на небо. Хоть и неспешно, но и там дело спорилось. Все-таки пилоты у Мильке были мастеровитее своих оппонентов. Они мало того, что выровняли численность истребителей, так еще и гоняли по небу заметно поредевшую эскадрилью мятежников.
- Генерал, - проговорил Александр в радиоэфире.
- Да, Алекс, мы идем к вам, уже рядом.
- У вас есть плазматические пушки?
- Есть, по меньшей мере, у трети.
- Атакуйте ими, простые лазерные винтовки слишком слабы для их брони.
- Хорошо...пш...пш...
- Что?
Эфир смолк. Кто-то заглушил радиосвязь. Александр выругался и пустился следом за спасенным солдатом. Неожиданно в эфире зазвучал до боли знакомый голос. Александр затрясся от злости. Говорил Стеаринов:
- Алекс, ты здесь, приветствую тебя мой заклятый враг.
Биокиборг торопился, он уже догадывался, что ему хотел сказать седобородый. Кремень не был оригинален:
- Знаешь, в чьем доме мы сейчас стоим? Нам осталось совсем чуть-чуть, и мы выкурим всех, кто находится в подвале.
- Не трогай его, - зашипел Александр.
- Смотрите, очнулся, - с издевкой произнес Стеаринов, - я же сделаю тебе одолжение, уничтожу человека, сотворившего из тебя чудовище, места которому среди людей никогда не найдется.
- Послушай меня, -  Александр не узнал свой голос, он звучал безапелляционно, - если с Ермоловым хоть что-то случиться, это будет твой последний грех в жизни.
- Ха-ха, - расхохотался  Кремень, - ты меня убьешь? А кто ж тебе скажет, где же твоя милая Катерина? Ха-ха, - биокиборг не нашел, что ответить, а Стеаринов вдруг прекратил смеяться, - хорошо, - выдержав паузу, продолжил он, - давай поступим так. Это будет даже забавно. Я спрячу в кармане бронекостюма название места, где находится Катя и её сестра. Убьешь меня – название твое. Только поспеши, мы ломаем дверь и улетаем. Ждать я тебя не собираюсь.
Он вновь рассмеялся, но его смех заглушил взрыв. Александр скривился от ужаса и отчаяния и легко обогнал Марка.
- Ты знаешь, что твой предводитель хочет захватить власть в свои руки? Ему нужен не развал Конфедерации, ему нужна власть, - разыграв свой козырь, Александр решил выиграть драгоценное время.
- Стоп, - заорал Стеаринов свой бойцам, - что ты сказал?
Его голос переменился, дрогнул.
- Ты для него всего лишь пешка в его большой игре, он использует твою фанатичную ненависть в своих интересах.
- Ты лжешь, - закричал Стеаринов.
- Твои спутники – это пришельцы, выращенные, как в инкубаторе, ты же сам это прекрасно знаешь, вы же вместе их видели во время второго полета. Эти войны – его армия, не твоя. Очень скоро ты станешь ненужным ему. Ты уже для него обуза. Он поступит с тобой, как и с Борджиа.
Александр добрался до дома профессора. Здесь его уже ждали. Под градом выстрелов пришлось скрыться за углом соседнего сруба. Пушки новосцев с легкостью иголки могли прошить его хлипкую броню насквозь. Биокиборг бросил  в их сторону несколько гранат. Раздался взрыв, грянув эхом в радиоэфире. Выругался Кремень, словно подтверждая, что он находится в доме. Закричали раненые.
- И я не лгу, - продолжил Александр,  присев спиной к уцелевшей стене  соседнего с профессорским срубом дома, крепко стиснув пушку пришельцев в своих руках, - у меня есть признание твоего подельника.
- Я знаю, кто рядом со мной сражается, мне все равно, лишь бы уничтожить Конфедерацию и сделать мир прежним, - парировал Кремень, однако в его голосе теперь  слышались нотки неуверенности.
- Да? А ты уверен, что мир станет прежним. Кто там тобой руководит? Он тебе так и сказал, мол, вот разрушим Конфедерацию, сделаем мир прежним, все заживут счастливо?
Кремень не ответил. Александр выглянул из укрытия и сделал несколько выстрелов, убив крадущихся к нему громил.
- Кремень!? Ты расстроился?
Со стороны подступающих к деревне  основных сил Мильке зазвучали выстрелы. Это заставило Стеаринова активизироваться.
- Нет, я не расстроен, - немного увереннее прозвучал его голос, было видно, скрывал свое разочарование, - я сделал свой выбор давно, и ты не выбьешь меня из седла. Мне все равно, главное, чтобы Конфедерации больше не было. А Ермолов – это препятствие на пути к этому. Он так и так не жилец. Он не должен больше ничего сделать для Конфедерации. А с предводителем, коль у него такие планы, я сам разберусь, а тебе «спасибо» за секрет Борджиа. Впрочем, я человек слова, чтобы ты обо мне ни думал, убьешь меня – узнаешь, где она. Прощай…
- Нет, Кремень, стой!!!
Александр бросился к срубу Ермолова и услышал застрочившее оружие. Седобородый специально оставил эфир активным, знал – так будет больнее. В наушниках послышались крики и мольбы о пощаде, потом все стихло.
Сердце сжалось, руки затряслись, подбородок заходил ходуном, и зубы стали перемалывать друг друга. Нет, нет, он отказывался верить в то, что слышит. Александр выскочил к срубу и побежал, преодолевая последние метры до двери. Этот путь занял целую вечность, и он ругал себя за излишнюю осторожность, надо было еще тогда идти напролом. Новосцы выбегали ему на встречу целыми пачками, но он смахивал их с дороги как назойливых мух, уже не заботясь о том, какие повреждения они могли нанести ему.
 Александр расстрелял весь боезапас, пока добрался до полуразрушенной задней стены профессорского дома. На его  бронекостюме красовались слизанные плазмой целые участки защиты. Щемили и кровоточили раны, но это были такие мелочи. Сердце бешено колотилось в ожидании развязки.
Он ворвался в дом и увидел, как на улице уже с другой стороны, пустившись в затяжной спурт, «оранжевые» отступают к своим транспортникам. Их атаковали с воздуха выигравшие свой бой истребители Конфедерации.
Александр бросился к лестнице, ведущей в подвал. Она была усеяна трупами спецназовцев. Биокиборг сбежал по ней, едва касаясь ступеней  и, ворвавшись в укрытие, вздрогнул. Он увидел Ермолова. Профессор  был одет в бронекостюм, лежал, уткнувшись в пол, и не подавал признаков жизни.
Биокиборг сбросил шлем, подбежал к нему на ставших ватными ногах и аккуратно перевернул его на спину. На груди сквозь пробитую броню зияла страшная рана – все было кончено, опоздал. Ермолов поморщился и открыл глаза.
- Саша…
- Тише, Алексей Петрович, поберегите силы. Мы сейчас доставим вас к мобильному госпиталю. Здесь Мильке, мы вас вытащим, - соврал он в ответ предательски дрогнувшим голосом.
- Нет, пароль, запомни пароль, это имя твоей матери. Вероника, - профессор зашевелился, охнул от боли и потерял на секунду сознание.
Александр  стал на колени и подложил свою руку Ермолову под голову. От отчаяния он не знал, что делать, кусал губы. Жизнь в теле профессора еще теплилась, но счет шел на секунды.
- Кто-нибудь, срочно. Реанимацию!!! - закричал биокиборг в отчаянии.
 Его никто не слышал. Профессор пришел в себя и потянул руку к щеке Александра. Глаза Ермолова заблестели от выступивших слез.
-  Мальчик мой, я уйду, но меня есть одна просьба. Хочу услышать от тебя, как ты назовешь меня папой. Я мечтал об этом всю жизнь.
Ермолов, спасший Александру жизнь и вырастивший его, заслуживал не только этого. Он заслуживал прожить долгую счастливую жизнь, но... Шаг, шаг. Твоя жизнь – твои шаги, биокиборг будто слышал эти слова вновь, и его охватывало отчаяние. Не смог, не защитил, потерял. Александр сглотнул застрявший в горле ком.
- Спасибо тебе за все, папа, - произнес он осипшим голосом.
Профессор с трудом улыбнулся, вновь поморщился, в последний раз посмотрел на Александра ярко заблестевшими глазами и замер. Навсегда. Биокиборг почувствовал, как мышцы Ермолова обмякли, а из его груди вырвался последний свистящий хрип.
Александр аккуратно опустил профессора на пол и тяжело задышал. Он склонил голову на его груди и затрясся. В эту секунду Александр перестал быть самим собой. Биочип не знал, как реагировать на нарастающие с каждой секундой эмоции. Они накатывали штормовой волной. Одна за другой. Отчаяние, смятение, ужас, боль – все смешалось внутри. Биочип сбивал одну волну, но на смену отступающей приходила новая, гораздо более сильная, и с этим ничего нельзя было сделать.
Девятая волна, настоящий девятый вал, непреодолимая сила безумия сломила сопротивления биокибернетической разработки. Биочип замолчал, отдавая Александра на откуп его природному началу. Проснувшийся в биокиборге зверь поднял голову к потолку, зажмурился и истошно закричал. Это был утробный надрывный рык, продирающий до самых костей.
 Вдруг все ушло. Внутри стало пусто, но лишь на мгновение. Эту пустоту, как необъемный сосуд, стала заполнять ненависть. Ненависть, испепеляющая разум, затрудняющая дыхание. Ненависть жаждала мести, мгновенной беспощадной мести. Жизнь за жизнь, кровь за кровь. Александр встал с колен. Его бы мало кто узнал в эту секунду: лицо стало мертвенно-серым, отчего казалось, что глаза провалились, зашлись жутким огнем как у лича, скулы свело от напряжения, – это был уже не человек, предвестник смерти, Азраил во плоти.
Он выбежал из дома в тот момент, когда мятежники, отстреливаясь от сил Конфедерации, приближались к своим транспортным кораблям, двое из которых уже пылали яркими факелами после атаки истребителей. Но для новосцев, численность которых заметно поредела, другого пути к спасению просто не существовало.
- Кремень!!! - громом разлилось над окрестностью.
От звериного рыка прекратилась даже стрельба, всё стихло, мятежники оторопело замерли. Один из них оглянулся на Александра и со всех ног бросился к кораблю. Цель себя обнаружила. Биокиборг помчался следом и выхватил гранату. С безразличным лицом он установил таймер и, что есть силы, бросил. Граната долетела до головы седобородого и взорвалась в воздухе. Стеаринов упал, в ужасе посмотрел назад – сама смерть спешит за ним.
В биокиборга стали стрелять, но для него это были такие пустяки, будто бы в этот момент он находился в лабораторном комплексе и проходил очередное тестирование, а не подвергал себя смертельной опасности. Александр оставался безучастным к происходящему вокруг, бежал вперед с яростью берсерка, лишь покачиваясь после нередких попаданий, и видел перед собой только одну цель. В его глазах застыл образ лежавшего на земле Стеаринова.
Кремень с трудом поднялся и отчаянно бросился к кораблю. Очередная граната разорвалась над головой, и его снова сбило с ног. Александр ворвался в гущу «оранжевого» войска, расталкивая бросившихся наперерез новосцев. Никого в эту секунду не существовало для него, никакая сила не могла его остановить.
 Когда седобородый поднялся третий раз, биокиборг прыгнул и уже собственноручно придавил его к земле. Стеаринов попытался выкрутиться, но Александр со всей силы ударил его по шлему в затылок. Седобородый почувствовал боль, чего он никак не ожидал.  Кремень потерялся на секунду, и эта заминка стоила ему жизни. Александр начал работать кулаками как кузнец молотами, методично, ударом за удар, вбивая шлем Стеаринова в землю. Кто-то повис на его шее, но он освободился от назойливого новосца простой отмашкой.
После этой попытки к нему уже никто не лез. Новосцы застыли как вкопанные, наблюдая за избиением своего командира. Они побросали оружие и перестали сопротивляться. Для них участие в войне богов, коими они считали людей Солнечной системы, закончилось вместе с окончательным падением седобородого. Десантники во главе с Мильке быстро вклинились в их толпу, но тоже остановились. Кто-то дернулся к Александру, но генерал гневно завопил:
- Стоять. Займитесь пленными.
Александр ничего не видел и не слышал. Он бил без остановки, пока шлем Стеаринова не оказался полностью вбит в землю. Перчатки бронекостюма быстро пришли в негодность, и последние удары биокиборг наносил уже голыми руками, разбив их кровь. К этому моменту Кремень был мертв, унося в мир иной свое лукавство. Он лукавил, когда говорил, что новость о предводителе не выбила его из седла. Выбила. Стеаринов  вдруг окончательно осознал свое положение. Седобородый оказался никому ненужной и отыгранной картой. Он понял, что его борьба растворилась в коварных планах предводителя, а вместе с ней стал исчезать и смысл его жизни. Его идеалы предал  человек, который сделал его таким, каким он был. Кремень увидел, что зашел в тупик, выбраться из которого уже мог. Да и не хотел. Терпя боль, седобородый уходил со спокойно совестью – он оставался верен себе до последнего вздоха. И все же последней мыслью в застилаемом болезненным туманом его сознании было сожаление – неуловимый мятежник так и не увидел развала Конфедерации.
Александр поднялся, тяжело дыша, посмотрел отсутствующим взглядом на людей вокруг – стоят, боятся пошевелиться, перевернул седобородого на спину и вскрыл пенал-карман на бронекостюме поверженного врага.
Мильке поморщился. Шлем Стеаринова сплющен будто тяжелым прессом, все, что осталось от головы, болтается на сломанной шее. Зрелище не из приятных. Генерал присвистнул и поежился, не то от холода, не то от ужаса. В голове не укладывалось, как Александру, несмотря на его способности, удалось сотворить такое с очень крепкой броней.
Александр выудил из кармана небольшой планшет, посмотрел  и тут же бросил на землю. Ноги его подкашивались, руки горели, раны ныли под распотрошенным, как консервная банка, бронекостюмом. Внутренний голос молчал, ненависть покинула Александра вместе с последним ударом кулака, он был опустошен. Тяжелыми шагами биокиборг направился к развалинам профессорского дома.
Его никто не остановил, не окликнул. Биокиборга провожали удивленными взглядами, пугливо расступаясь перед ним.
Тот же Мильке не проронил ни слова. Мудрый человек, он давно и так все понял. Ермолов убит. Генерал подошел к планшету и, не поднимая его, прочитал:
- Олимпик.

***

Несколько дней спустя Александр сидел в гостинице при штаб-квартире Агентства безопасности Конфедерации на орбите планеты Земля. Его руки были перебинтованы заживляющими повязками, а тело – обработано специальной регенерирующей мазью. Сидел он в абсолютной тишине, проявляя к происходящему  вокруг полное безразличие. Даже  с восстановившихся кистей рук Александр не спешил снимать повязки.
 «Беркут» томился в ремонтном доке. Контроля никакого не было, поэтому мастера кормили заказчика бесконечными завтраками, требовали еще и еще немного времени на ликвидацию всех последствий обстрела корабля. Но Александр и не думал подгонять их, он был погружен в себя.
Однако за его внешним безразличием скрывалась кропотливая работа биочипа. Биокиборг скрупулёзно анализировал всю добытую информацию, крупицу за крупицей. Он очень хотел найти предводителя. Фамилии  всех членов первой межзвездной  экспедиции подвергались тщательному анализу. Вся их жизнь доступная для изучения выуживалась с просторов космонета.
Этой работой он хотел заглушить тоску, которая пришла на смену боли. Иначе от воспоминаний о разговоре со старцем было не скрыться. Ты потеряешь близкого тебе человека. Твоя жизнь – твои шаги. Просто прими это как данность. Но как можно было это принять? Шаг, шаг. Александр чувствовал свою вину, и всякий раз задумываясь об этом, содрогался от ужаса. Что было бы, сделай он по-другому? Кто бы погиб тогда? Вопросы сами заполняли его сознание, но ответов Александр боялся как огня и гнал их прочь. Но стоило ему чуть отвлечься от работы, все повторялось, мысли томили, как вода, капающая на темечко.
На коленках у него, уютно свернувшись калачиком, лежал Генри. Кот прилетел с Чаном, как только они получили известие о гибели профессора. Пригорюнившийся старик сидел напротив и даже не пытался заговорить. Безвременный уход Ермолова поверг его в глубокий шок. Чан и так был старый, а теперь и вовсе осунулся, похудел, помрачнел, будто и сам готовился уйти, а старуха все про него и не вспоминала.
Так втроем они сидели и молчали. Лишь Генри не переставал мурлыкать, пытаясь подбодрить своего лучшего друга.
Идиллию тишины нарушили гости. Дверь гостиничного номера открылась, и в комнату в сопровождении Габриеля вошел Мильке. Он был немного взволнован.
- Алекс то, что ты показал мне с носителя Борджиа, как минимум приведет к тотальному уничтожению антиконфедеративных сил в Сенате, - начал генерал с порога, - но сейчас все Правительство занято ликвидацией угроз на улицах городов, так что эту бомбу я приберегу напоследок. Вакханалия в городах продолжается, - он включил видеопанель, где в новостях в рубрике «без комментариев» показывали городские бои с использованием большого числа военных, -  к тому же у нас отказала вся локационная аппаратура на границе солнечной системы, и мы отправили туда несколько кораблей. Предводитель не найден, и мы боимся визита дополнительных сил «оранжевых». И кто этот предводитель, вопрос тоже еще открытый. Когда враг не известен, все усложняется. Война в слепую опасна. Накопитель у него, и вдруг этому безумцу взбредет в голову технологию применить на своих выращенных пришельцах. Тогда нам точно не поздоровиться. И так еле их победили. Так, что будем дожидаться у моря погоды, чтобы выступить перед Сенатом. Выборы президента не за горами, буду пытаться удерживать Совет безопасности в своих руках. Пока мне это по силам.
Александр безразлично посмотрел на дымившиеся города, кивнул и как бы невзначай спросил:
- Как здоровье, Габриель?
- Отлично, вновь в строю, напарник.
- Я думаю, что ты мало отдохнул. Не стоит тебе еще ввязываться в это.
Габриель попытался запротестовать, но его перебил Мильке. Хитрый лис, он чувствовал, что биокиборг что-то не договаривает.
- Ввязываться во что?
В глазах Александра впервые за долгое время промелькнула искорка.
- Я должен закончить миссию.
- И куда ты полетишь?
Казалось, Александр только и ждал прихода Мильке. Лицо  биокиборга оживилось, сбросило свое оцепенение. Он поднялся с кресла и аккуратно положил на его мягкую набивку кота.
- Что-то надумал? - проворчал сонно  Генри, даже не шелохнувшись.
- Что-то надумал? - почти одновременно вслух произнес Мильке.
Кот приоткрыл один глаз и недовольно уставился на генерала, Мильке поежился, будто на морозе.
- Генри прекрати, мне не по себе от таких взглядов.
- Тоже мне стратеги, да у вас все вопросы предсказуемы, - буркнул Генри в ответ.
Александр дождался, когда внимание публики вновь перешло к нему, и продолжил:
- Мы не знаем главаря, но это и не важно. Потому что я изучил всех членов первого экипажа межзвездных перелетов, которые отправились и во второе путешествие. Как мы знаем от Борджиа, среди них должен значиться предводитель. Он-то участвовал во всех трех экспедициях. Добавляем сюда эту третью экспедицию и получаем на выходе восемь фамилий вместе с Фростом и Борджиа. И знаете что? Семь из них мертвы, один подключен к модулю «Мир без границ».
- Не думаю, что тот восьмой и есть предводитель, - засомневался генерал.
- Да нет, конечно. Реальный предводитель однозначно инсценировал свою смерть.
- Это нормально, что он ушел в подполье, но что это дает нам? - спросил Мильке.
- Маркус, я, кажется, знаю, к чему ведет Алекс, - задумчиво проговорил мудрый Чан, не поворачиваясь к собеседникам, продолжая смотреть в пустоту - дай ему договорить до конца.
Александр с благодарностью посмотрел на старика и продолжил:
- Как я уже сказал, нам неважно сейчас знать имя предводителя подполья. Важно то, что с этими восьмью фамилиями как-то тесно связан термин «Олимпик». Нужно искать совпадение в паре Фамилия – «Олимпик». Его я найти как раз и не могу.
Мильке возмутился:
- Алекс, неужели ты думаешь, что Кремень рассказал тебе правду?
- Может быть, он и был нашим заклятым врагом, но  я не думаю, что он не умел держать свое слово.
- Да уж, изверг с кодексом чести.
- А есть такое, - вдруг возбужденно проговорил, все еще что-то обдумывая, Чан, - есть, однозначно есть, - с просветленным лицом он повернулся к своим друзьям.
Все нетерпеливо уставились на старика. Чан, мгновение обдумывавший правильность своих слов, забегал глазками, но с уверенностью произнес:
- Проект «Универсальный солдат» был благополучно провален на удаленной базе «Олимпик». Курировал проект Фрост. Там темная история, но она идеально подходит под известную нам информацию. Базу заморозили в связи с возникшими вопросами безопасности. Туда никто не лез, про нее уже все забыли. По-моему это  отличное место для их берлоги.
- Где оно? - напрягся Александр.
- Тритон...
- Тритон? У нас была база на Тритоне? - разразился Мильке, - почему я так мало об этом знаю?
- Может потому, что ты стал большой шишкой сравнительно недавно? - зевнул Генри.
- Что он сказал? - прикрикнул генерал на «возмутителя» спокойствия, - я знаю, что эта хитрая морда про меня все время что-то говорит.
Открылась дверь, и в номер бесцеремонно заглянул старший мастер из ремонтного дока, захлопал глазами, как провинившийся школьник, оно и понятно, все сроки провалили:
- Все. «Беркут» как новенький!
- Спасибо. Пора начинать. У меня есть все, чтобы остановить катастрофу, даже пароль от накопителя.
- Откуда? - удивился Мильке.
На лице Александра промелькнула мрачная тень.
- Ермолов, успел...
Повисла неловкая тишина, которую, сам того не ведая, нарушил мастер из ремонтного дока:
- Там как бы, если, что, вообще все готово к отлету.
- Отлично!
Для Александр это был сигнал к действию. Он тут же, не мешкая, направился к двери.
- Алекс, не будь дураком, погоди, - закричал ему вслед Мильке, - подумай о Кэт.
- Алекс, он прав, - добавил Чан, - ты её не спасешь сам.
- Алекс, хоть меня возьми, - не отставал Габриель.
- А меня не бери, я всего лишь кот, - резонно заметил Генри.
Уж ему-то точно было известно, что собирался ответить им его друг.
- Спасибо вам… всем, - застыл в дверях Александр, - но дальше нам не по пути. Надеюсь, временно. Это мой путь, не ваш. Я его начал, сделал шаг, потерял близкого человека, и этот путь я должен закончить сам. И, чтобы вы не думали, больше всего сейчас я как раз думаю о Кате. Не допущу, чтобы  с ней что-то случилось. Больше никаких потерь.
Чан, читавший тоску на лице Александра, вдруг сказал:
- Алекс, мой друг. Не вини себя в том, что случилось. Судьба распорядилась так. Мы все смертны и всегда внезапно. Случается так, что судьба просто не оставляет человеку выбора.
- Выбор? Нет, выбор есть всегда!
Александр оборвал себя на полуслове и выскочил из комнаты. Чан одобрительно закивал, а Мильке крикнул биокиборгу вдогонку:
- И помни, что ты свой выбор сделал, на тебе еще спасение человечества...









ЧАСТЬ 5

Глава 1

Александр летел навстречу неизвестности, даже не задаваясь вопросом, что могло его ждать впереди. Да и какая разница? С чем бы ему ни пришлось столкнуться, выход у него оставался только один – побеждать. В противном случае, он мог лишиться Катерины, а человечество своей последней надежды. В руках предводителя мятежников находилась сила, способная стереть с лица планет целые города. И если планам безумца суждено было сбыться, то живым в этом случае точно пришлось  бы завидовать павшим. Но пока теплилась хоть крохотная надежда на благополучный исход, пока были силы изменить грядущее, Александр не собирался опускать руки и гнал ужасные мысль прочь.
Как-то совсем незаметно пролетело несколько дней. Впервые за долгое время биокиборг не любовался космосом. Ему не было дела до величественных газовых гигантов. Электроника  с легкостью корректировала курс  «Беркута» относительно гравитационного воздействия встречающихся ему планет, поэтому на них можно было не отвлекаться. Весь перелет Александр изучал базу «Олимпик». Информация была настолько скудна, что её обрывки пришлось буквально выгрызать с полей информационного безмолвия по крупицам. Но шила в мешке не утаишь, а проект «Универсальный солдат» – слишком видная веха в истории научного мира Конфедерации, чтобы, несмотря на усилия крупных функционеров, отвечавших за проект и старавшихся смыть с себя позор неудачи, совсем бесследно кануть в лету. Следы нашлись, и по ним Александр сложил воедино общее представление об «Олимпике».
На Тритоне, спутнике Нептуна, прямо в ледяном панцире была построена одна из первых дальних научных баз Конфедерации. Основной блок базы, глубиной в три уровня скрывался под поверхностью Тритона, там, где не слишком активно проявляли себя гейзеры и криовулканы. И лишь небольшое серебристое строение высилось над угрюмыми пейзажами спутника. Оно, как узкая длинная горловина бензобака, соединяло базу с внешним миром и использовалось как ангар для малых кораблей и грузов.
«Олимпик» не зря построили как можно дальше от посторонних глаз. В свое время эту базу отдали на откуп вирусологам, которые, как известно, не только выводят вакцины, но и создают новые штаммы микроорганизмов. Нетрудно догадаться, какие последствия могла нести их работа в рамках секретного проекта. Ученые мужи грамотно рассудили, что удаленность «Олимпика» от человеческих поселений – объективное требование безопасности.
И как показало время, такие защитные меры, к несчастью, пришлись ко двору. Уму непостижимо, но из более шестисот человек, участвовавших в проекте «Универсальный солдат»,  с эвакуированной базы вернулся только один человек. Это был профессор Фрост собственной персоной.
Какая именно трагедия произошла на Тритоне, история умалчивала. Под пугающей своим безразличием формулировкой «в результате неудачного эксперимента» жуткий кошмар, произошедший на «Олимпике», был описан на страницах статистических выкладок и потерян в архиве, после чего военные, заказчики проекта, со спокойной душой переключились на безопасную разработку профессора Ермолова.
Автопилот вывел «Беркут на орбиту Тритона. На фоне гиганта Нептуна его спутник смотрится как мячик для пинг-понга рядом с футбольной сферой. Нептун притягивает к себе взгляд не только размерами, но и своей пленительной синевой в бесконечной тьме космоса. Мало того, он притягивает к себе и самого Тритона. Когда-нибудь Нептуну предстоит уничтожить свой спутник. Тритону в исторической перспективе уготовлена незавидная участь: огромная планета должна  разорвать несчастного карлика на мелкие обломки, которые образуют вокруг неё орбитальное кольцо, мощнее, чем даже кольца Сатурна.
«Беркут» начал снижение с включенным режимом невидимки. Абсолютное большинство устаревших локаторов базы заметить корабль были не в состоянии. Мелочь, а приятно. Тем более, когда так важно проникнуть на объект тайно.
Прямо по курсу появилась малоприметная башня базы с огромным центральным шлюзом. Башня скрадывалась полумраком и сливалась  с мрачным сиянием ледяных ландшафтов, от одного вида которых уже холодило в груди. Не место для людей, да и вообще живых существ. Проходили миллионы лет, а на Тритоне ничего не менялось – ледяной панцирь по-прежнему сковывает спутник в своих тисках. Все серо, хмуро, но постоянно. Царство безысходности, не иначе.
Где-то вдалеке на огромную высоту ледяной вулкан выбросил столп газа. «Беркут» завис над самой поверхностью совсем рядом с «Олимпиком». Александр выжидал, пытаясь понять, заметили ли его или нет. Но на базе, которая, как он предполагал, когда-то хорошо охранялась и от внешних вторжений, ничего не происходило. «Олимпик» не подавал признаков жизни. Он стоял в полумраке Тритона и напоминал монумент прогрессивной цивилизации, некогда пережившей глобальную катастрофу.
«Беркут» осторожно, будто боясь обжечься, коснулся поверхности Тритона. Александр быстро приготовил оранжевый бронекостюм, любезно предоставленные ему Мильке после бойни на Земле и на скорую руку переделанный под антропометрические характеристики биокиборга Чаном, костюм-хамелеон, взрывчатку С-100, биоплазматическую пушку и пистолет новосцев, благо в бронекостюме выискивалась удобная для оружия кобура, представляющая с броней единое целое и выдвигающаяся по первому желанию стрелка, мощную мину, срабатывающую на движение и спрятанную в удобный носимый чехол, сменные магазины к оружию и самые разные мелочи: от наручников до клейкой ленты – и такое могло пригодиться.
Биокиборг забрался в легкий удобный скафандр, сгреб в рюкзак все необходимые ему вещи и выбрался на поверхность. Датчик внутри скафандра почти жалобно пропищал «– 235 оС». Александр уверенно посмотрел на «Олимпик». Решение принято, ставки сделаны, ставок больше нет. Осталось совсем немного, и итоговый результат этой партии озвучит сама жизнь.
Без тени сомнений Александр уверенно шагнул вперед. Совсем рядом из-подо льда вырвались несколько струй газа. Биокиборг, не останавливаясь, с опаской посмотрел на небольшой криогейзер и перевел свой взгляд на башню. Внешние ворота шлюза «Олимпика» находились в нескольких сотнях метров. Ворот было двое: для транспортно-грузовых операций и небольшие для выхода на поверхность персонала. На них красовался Витрувианский человек. Надо же, рука Фроста и тут наследила. Руководитель проекта пихал «пасхалки» со своим кумиром, куда только мог.
Так никем  и не замеченный, Александр добрался до базы. Дверной терминал у малых ворот не горел. Биокиборг коснулся экрана, и терминал вспыхнул, дрожа своим нечетким изображением. Палец коснулся кнопки открытия, и  ворота начали беззвучно открываться. Внутри замигала красная лампочка. Александр шагнул внутрь и, как только внешние ворота за спиной сомкнулись, принялся снимать скафандр, несмотря на смертельные для простого человека условия.
Воздух стал заполнять пространство шлюза, а температура быстро поползла вверх. К тому моменту, когда красный фонарь уступил место зеленому, оповещая о нормализации давления и температуры, Александр облачился поверх бронекостюма безразмерным плащом-хамелеоном, бахилами из того же комплекта и благоразумно припрятал под маскировочной одеждой все свое снаряжение.
Взвыла сирена, оповещающая персонал об открытии шлюза с внутренней стороны базы. Александр пристроился рядом с выходом и стал внимательно вглядываться в появившуюся щелочку между створкой и полом. У входа он увидел суетливые, переминающиеся с ноги на ногу тени. В груди затеплило – сейчас станет ясно, насколько он был прав. Ворота не открылись и на половину, а перед биокиборгом выстроился целый взвод громил в оранжевых бронекостюмах. На сердце отлегло, Кремень не обманул его ожиданий.
Новосцы не  видели Александра. Плащ-хамелеон, с помощью миллиарда крошечных камер анализировал мир вокруг  и делал своего владельца абсолютно не видимым для сторонних глаз.
Почти на цыпочках, Александр юркнул за спины громилам и оказался в просторном помещении. За узким решетчатым огороженным невысокими перилами помостом располагалась вместительная площадка с подъёмниками, кранами и лебедками. У дальней стены красовались желтые с косыми черными полосами двери пассажирского лифта, ограничители грузового подъёмника и перила лестницы, ведущей к своду башни. База напоминала какой-то завод: решетчатые помосты, многочисленные перила, стены с предупреждающими знаками, бесконечные ряды кнопок, тумблеров, разобраться в которых с ходу, наверно, теперь мог только сам проектировщик «Олимпика». Внутри базы тоже не обошлось без напоминаний о Да Винчи: все те же картинки обрамляли чуть ли не каждую дверь и отдельные панели, да же на полу красовался огромный витрувианский человек. 
Сделав несколько аккуратных шагов, Александр окончательно уверовал в свою невидимость, он прошел мимо новосцев, играющих в непонятные деревяшки с таким азартом, будто у них проходил элитный покерный турнир. На него никто не обращал никакого внимания. Сработал громкоговоритель:
- Чтоко такам?
Один из новосцев лениво посмотрел на взвод соратников, обыскивающих шлюз, и нажал на кнопку ответа:
- Чтоко, чтоко? Никичесе госо такам.
- Токочноко?
- Локожнасаяся трекевосогаса.
Александр не смог сходу понять язык новосцев, но догадался, о чем они говорили, по смыслу. Естественно говорили о странном срабатывании автоматики входного шлюза. Но биокиборг находился уже внутри базы, и его конспирация пока сходила ему с рук. Поэтому разговоры удивленных пришельцев повышенного интереса не вызывали – пускай говорят, лишь бы не мешались под ногами. Невидимость давала преимущество в поисках Катерины – он продвигался веред, не теряя времени и силы.
Биокиборг благополучно добрался до лифта, предварительно спрятав свой рюкзак со скафандром у ближайшего крана. Теперь большая сумка его не отягощала, и за спиной болтался лишь небольшой вещмешок. Он прокрался прямо за спиной охраннику лифта и нажал на кнопку вызова. Новосец подпрыгнул на месте от испуга и стал водить своей пушкой по воздуху, пытаясь понять, что происходит. Двери пассажирского лифта открылись, и Александр юркнул внутрь. Новосец заглянул в кабину и пожал плечами. Он был явно обескуражен. Громила посмотрел в сторону веселящихся за игрой товарищей и раздосадовано махнул рукой – все равно не докричишься.
Двери лифта стали закрываться. Александр не без удовольствия посмотрел на одураченного громилу еще раз и нажал на кнопку спуска. Лифт тронулся вниз, но на первом же уровне подземной части базы биокиборга ждал неприятный сюрприз. Несколько оранжевых солдат выстроились перед шахтой, как только двери лифта открылись. Александр только и успел, что вжаться в стену кабины. Один новосец вошел внутрь и принялся скрупулезно осматривать лифт, а биокиборг с аккуратностью сапера,  едва успел скользнуть в коридор. Уже за спинами взбудораженных происходившими странностями пришельцев послышался треск материи, и Александр с ужасом понял, что оторвал кусок ткани маскировочного халата, зацепившись за небольшой выступ технологического крепления на стене.
Новосцы обернулись на резкий звук. Александр, увидев появившуюся, будто из ничего, часть бронекостюма, резко выкрутил свою ногу. Он даже поморщился – так переусердствовал, но дело оказалось сделанным – целая часть ткани перекрыла разрыв, и противник ничего не заметил. Как только новосцы отвернулись, Александр рванул, что есть силы, прочь. Он пробежал несколько отсеков базы, оставляя за спиной огромные окна лабораторных кабинетов, пока встречный патруль «оранжевых» не заставил его спрятаться за первой же открытой дверью. Новосцы прошагали мимо, а Александр уже с любопытством взял в руки чей-то электронный дневник:
«14 июня. Он издевается над нами. Сегодня он уничтожил месячные разработки Р-17-ИС и Р-17-БП. С какой-то несуразной улыбкой наш руководитель решил проверить вирусы на экстремально низкие температуры. Я всего  лишь слежу за статистикой, просчитываю выборки, я не лезу в дела вирусологов. Но даже мне поведение Фроста кажется диковатым. Заставил сдать в архив меня мой дневник. Запретил вести свои блоги. Милен так же ничего не может понять.  Фрост что ты делаешь?
                Франсуа Б.»
Фамилия Фроста уже не вызывала у Александра никакого удивления. Профессор руководил проектом, и, надо было оставаться глухонемым и слепым невеждой, чтобы в свете вскрывшихся фактов не соотнести провал проекта с его «умелым» руководством.
Александр вернулся в коридор, прошел несколько шагов и, прошмыгнув за очередную дверь, оказался в огромном ангаре, на стене которого красовалась надпись «Лаборатория выведения образцов». В помещении с очень высокими потолками по периметру стояли закованные в мощные высотой в несколько метров металлические каркасы стеклянные колбы, отличавшиеся друг от друга лишь цветом содержимого, от фиолетового до ярко-красного. К колбам шли многочисленные трубки, которые откачивали или наоборот закачивали необходимые для производственных процессов ингредиенты.  Ко всему прочему в центре ангара на небольшом помосте располагался пост управления лабораторией, оборудованный двумя креслами для работы операторов. Было удивительно, но все это работало: генераторы жужжали, вентиляторы сипели, что-то шикало, датчики пищали. Все это напоминало что угодно, но никак не закрытую базу. Все, что происходило здесь, было организованно неспроста.
На экранах операторского пульта помимо кнопок подсвечивалось несколько шкал с процентом выполнения задачи. Максимальный уровень на одной из них застыл в пределах сорока шести процентов.
Здесь готовили отнюдь не рождественские подарки. Вирусы! В колбах находились растворы с ретро-вирусами. Все сходилось, мятежники спровоцировали закрытие проекта и сами проводили на «Олимпике» эксперименты.
Мысли Александра перебили громкие шаги. Биокиборг обернулся и замер – к пульту шел мужчина в белом халате, вероятно ученый. По излишне умному лицу его нельзя было отнести к новосцам. Он был болезненно худ и мал ростом. Его впалые маленькие глаза выглядели очень устало. Ученого, конечно, трудно было назвать уродцем, но на Земле в нем бы точно признали дохаживающего свой век.
Мужчина нес в руках планшет и выглядел очень сосредоточенным. Его внешность Александру не понравилась сразу. В первую очередь в глаза бросалась именно худоба. Ассоциацию с болезненной худостью он уже слышал в признании Борджиа. Биокиборг задумчиво прищурил один глаз и стал присматриваться к незнакомцу. Ученый включил планшет. Вопросы развеялись. Экранная абракадабра окончательно убедила Александра в том, что перед ним стоял не землянин, не новосец, а именно тот пришелец из созвездия Дракона, о которых и рассказывал сенатор. Ситуация несколько запутывалась. Получалось, предводитель использовал пришельцев в своих целях? Последнее не вызывало удивления, в интеллекте и знаниях они превосходили землян, и не удивительно, что их способностями решили воспользоваться. Это означало, что Ермолов оставался не единственным спасенным на Новосе драконцем.
Поравнявшись с Александром, пришелец посмотрел сквозь биокиборга, нахмурился, глубоко втянул воздух в грудь, принюхиваясь, посмотрел по сторонам и вдруг опустил голову вниз. Как назло порванная часть костюма-невидимки биокиборга оказалась прямо перед ним. Его маленькие глаза округлились от удивления. Он попытался закричать, но Александр коротким без замаха ударом запустил с правой руки кулаком в голову. Носовой хрящ ушел в черепную коробку, хрустнули челюстные кости, кровь брызнула фонтаном.  Не самый сильный удар убил пришельца на месте. На секунду Александр даже потерялся – никак не ожидал он такого поворота событий.
Опомнившись, биокиборг осмотрел себя. Костюм больше не мог справляться со своей функцией: он был залит кровью. Брызги заляпали его с ног до головы, и теперь Александр терял свое важное преимущество. Досада, какую еще поискать.
Биокиборг поспешил ретироваться, но на шум успел прибежать новосец. Громила был без шлема и, увидев оказавшегося перед ним Александра, переменился в лице. Биокиборг оставался в залитом кровью костюме, поэтому испуг новосца не казался чем-то странным – вид окровавленного приведения вселял ужас. В глазах громилы появился первобытный страх. Обезумевший, он упал на колени и стал что-то причитать.
- Тьфу, блин, вот же природа, - ворчал на ходу Александр, - одному дает силу и лишает мозгов, другому дает мозги, но лишает силы.
Александр старался как можно дальше убежать от места, где так сильно нашумел. Там с минуты на минуты должна была появиться добрая половина базы. Он уже слышал крики в дальних коридорах. Стало обидно – биокиборг потерял беспрепятственную возможность исследовать весь этаж.
У оказавшегося прямо перед биокиборгом лифта загорелся терминал. Прозвучал короткий сигнал, и двери стали открываться. Александр вломился в кабинет напротив и притаился.
На этаж выбежали еще три худощавых пришельца и с десяток громил. Было забавно наблюдать, как они разнились внешне. Даже по движению, новосцы очень быстро вырвались вперед, а драконцы еле-еле ковыляли за ними. Столь феноменальный контраст лишь подчеркивал эволюционную пропасть между ними.
Александр осторожно выглянул  в окно и, убедившись, что по близости никого нет, стянул с себя маскировочный костюм. Изобретение Чана поработало на славу, но, к сожалению, очень уж мало.
Кабинет оказался архивом, и Александр не отказал себе в удовольствии какое-то время поработать с этой кладезю информации. Он притаился в самом темном углу, включил питание компьютерного стола и стал копаться в его содержимом. Биокиборг настолько очеловечился за последнее время, что даже не подумал использовать преимущество беспроводной передачи данных.
Забивать голову всем архивом не хотелось. Александр прошелся по корневому каталогу, с любопытством рассматривая названия разделов: Р-17-98, Р-17-1-А, работники, технология роста, взыскания, конфискат…
Интригующее название последнего раздела пробудило совсем непраздное любопытство. Внутри него Александр сразу наткнулся на записи уже известного ему автора. Франсуа Б. или Франсуа Блан – так значилась фамилия сотрудника в соответствующей папке с документами. Интуитивно именно это Александр и искал – страсть, как хотелось докопаться до истины, что же здесь случилось тогда, при Фросте. Биокиборг открыл файл и внимательно вчитался:
«30 ноября. Я на базе. Перелет был ужасен, проклял все на свет. Надеюсь, работа стоит того.
4 декабря.  Я должен высчитывать теории развития проекта на основе выявленных опытным путем данных. Работа хоть и однообразна, но не скучная. Вирусологи веселый народ. Руководитель немного странноватый, но и он вполне себе ничего.
15 декабря. Я уже освоился. В соседней комнате живет потрясающая девушка Милен, тоже француженка. Она мне помогает.
2 января. Боже мой. Я думал, что здесь борются с вирусами, ищут вакцины против них. Нет, их здесь специально создают. Ретро-вирусы, способные изменить человека. Сделать его сильным, смелым, бесстрашным. Это потрясающе.
27 января. Военные – славные ребята. Теперь я знаю официальное название проекта  - «Универсальный солдат». Это ж надо было придумать такое. Жизнь даже на небольшой базе очень разнообразна. Много общаюсь с Милен.  Похоже, я влюбился.
15 марта. Все свободное время провожу с Милен. Правда, его очень мало. Мы на пороге открытия. Получены первые вирусы. Испытали на крысах – животные неделю без сна, без еды, но без потери работоспособности.
16 марта. Странно, первые успешные образцы на следующий день таинственно исчезли, как и вся информация последних десяти дней. Установили на каждом шагу камеры, приставили к комнате с образцами охрану.
31 марта. Вирусологи восстановили все пропавшие сведения с помощью новых исследований. У нас новые опытные образцы. Милен намекнула на странное поведение руководителя.
14 апреля. Милен права. Фрост очень раздражен. И это на фоне успехов с вирусами. Есть опытные образцы меняющие силу, выносливость, энергозатраты, улучшающие  моторику скелета.
21 апреля. Получили два комплексных вируса Р-17-ИР и Р-17-БО. Фрост не в себе. Думаем, что у него психическое расстройство, связанное с удаленностью от цивилизации и замкнутостью пространства.
4 мая. У ребят возникли проблемы. Вирус по-прежнему передается контактным путем. Ничего нельзя сделать. Странно, но Фрост успокоился.
17 мая. Фрост спятил. К нам летят пятьсот добровольцев из числа военных, но проводить опыт на людях мы еще не можем. Это очень опасно. Опытные образцы влияют на работу головного мозга. Клетки начинают мутировать. И только под воздействием холода процесс притупляется. Подопытные крысы будто замирают, но это всего лишь сон. Как только температура растет, они становятся теме же активными животными.
31мая. Мы создали ужас. Наши ретро-вирусы дают колоссальные физические преимущества, но то, что они делаю с головным мозгом – это беда. Клетки мутируют, сознание затуманивается. Видоизменяется мышечная масса. Животные становятся монстрами. И, главное, подопытное животное погибает через несколько суток. Слава богу, добровольцы из числа военных не допущены к испытаниям. Пока что. Фрост выжидает, но он не доволен. Мы с Милен хотим написать заявление об уходе и со следующей же экспедицией отправиться домой. Здесь становится страшно находиться. В воздухе царит что-то злое.
4 июня. Стремительно мутирующие клетки вызывают у подопытных крыс чувство бесконечного голода. В 99% случаев выявлены случаи каннибализма. При этом если раненой крысе удавалось сбегать от мутировавших собратьев, уже через несколько минут она сама становилась мутантом. Работаем очень осторожно. Если пострадает человек, то никому не поздоровится. Человек не крыса, здесь все будет печальней. Пораженный человек по всем расчетам до летального исхода будет жить еще в течение двух недель. И это страшно. Я уже начал заикаться.  Милен боится и отказывается работать.
6 июня. Фрост потребовал решить все проблемы до 13 июня, иначе он грозит начать испытания на людях, так как руководство на Земле уже ждет результатов. Не поверил, попробовал связаться, хотя бы с Марсом. Вся связь отключена. Закрадывается мысль угнать транспорт. Говорили об этом вместе с Милен и приятелями. Здесь больше невозможно находиться. Ситуация выходит из-под контроля.
8 июня. Фрост сбесился. Мы попросили прислушаться к здравому смыслу, так он нас заставил работать нас под винтовками военных. Мы в плену. Не знаю, смогу ли я еще писать.
11 июня. Ура. Такое облегчение. Последние варианты вирусов Р-17-ИС и Р-17-БП исправили воздействие на головной мозг. Вирусологи исправили и способ передачи вируса. Передаться вирус может только через слюну, раны. Но это уже и не беда. Может, к тринадцатому исправим все недочеты.
13 июня. Аллилуйя. Вирусы полностью пригодны к испытанию на человеке. Фрост ни разу не вышел из своего кабинета. Хоть без этой сволочи побыть день. Милен на радостях расплакалась. Связи с внешним миром по-прежнему нет.
14 июня. Вновь пропали образцы. Все в панике… »
Несмотря на всю чертовщину, общая картина стала ясна. Фрост-мятежник срывал работу проекта. Оставалось понять, что за ужас случился на базе впоследствии, если об этом факте доподлинно ничего не говорили даже военные архивы. Александр, разочарованный оставшейся на этой истории завесой тайны, подошел к двери кабинета и вспомнил о камерах, упомянутых Франсуа. Странно, но камер прям на каждом шагу он не заметил. Было несколько одиночных устройств, которые он почти интуитивно и легко минул.
Александр вновь вернулся к архиву и вошел в раздел «работники». В файле с именем Ф. Блан кроме краткой биографической справки содержалась информация о квартировании на базе.
- Уровень два, комната восемь, - прочитал биокиборг почти шепотом.
Не теряя больше времени, он поспешил к лестнице. Со стороны зала с колбами не прекращался шум, обыскивали все кабинеты. Рано или поздно они доберутся и до архива.
Александр беспрепятственно спустился на второй уровень, ему или везло, или переполох наверху  переключил все внимание пришельцев именно туда. Пока все шло, как нельзя гладко, несмотря на потерю костюма-невидимки.
Он добежал до комнаты с цифрой восемь на двери, активировал терминал и обомлел. Лицом к лицу Александр столкнулся с Ольгой, сестрой Катерины. На ней был элегантный черный бронекостюм, выполненный с явным эстетством. Это был тот случай, когда безопасностью жертвовали в угоду красоте. Легкий бронекостюм мог спасти своего владельца от небольших неприятностей, но случись, что посерьезней...
Ольга выглядела решительно, рвалась вперед.
- Пошел вон, тупица, - приняла она биокиборга за недалекого новосца, - я к предводителю.
Александр слега толкнул её назад, снял шлем, с интересом наблюдая, как девушка быстро переменилась в лице. Испуг заставил её попятиться, Ольга потеряла равновесие, упала и поползла прочь, не сводя глаз с биокиборга.
Он выглянул в коридор, неспешно закрыл входную дверь и медленно пошел за ней. Страх на её лице сменился настоящим ужасом, когда она уперлась в массивную кровать. Загнанная в угол, Ольга забилась в истерике и в конечном итоге зарыдала.
Биокиборг не спешил, шел медленно, осматривая комнату, а Ольга вздрагивала при каждом прикосновении его ботинок к полу. Она даже пикнуть не успела, как он, наконец, резко рванул ее вверх и усадил на кровать. В ее тигровых глазах Александр прочитал отчаяние.
- Где она?
- Я не могу так больше, - всхлипывала Ольга.
- Где она? - тряхнул он ее за плечи.
- Я, правда, шла все высказать ему, я больше не хочу в этом участвовать. Катя, он её держит…
- Где держит? - вдруг, сменив тактику, спокойно спросил Александр и сел рядом.
- Внизу. Я больше не могу, я устала, - произнесла Ольга и снова разрыдалась, уткнувшись лицом в ладони.
Она затряслась. Дрожали плечи, спина, руки. В ней было столько раскаянья, что не поверить ей мог лишь человек, не имевший сердца. Сердце у Александра было на месте, но и нянькой быть он не собирался. Биокиборг вновь, теперь очень аккуратно схватил девушку за плечи и развернул к себе.
- Оля, пульт у предводителя?
- Пульт? - она вдруг посмотрела на Александра раскрасневшимися глазами, все еще вздрагивая при каждом вздохе, и быстро закивала, - да, он у него. Так же как и тот прибор, которым тебя вырубили в Академии.
- Хорошо.
Александр поднялся с кровати:
- Посиди-ка ты пока тут, я осмотрюсь.
Освещение скромных комнат для персонала шло сквозь белые панели на потолке. Кровать, душевая, ряд шкафчиков – вот и все аскетичное убранство внутри. Как и везде, простым рабочим предоставлялся минимум комфорта. Экономили на всем.
 Шкафы были открыты и пусты, кроме одного. Александр, не прикладывая особых усилий, сорвал дверь с петель и аккуратно поставил её рядом. В шкафу лежал один единственный планшет. Александр сдул с него пыль и включил. В этом планшете Франсуа продолжал вести свой дневник:
«15 июня. Дальше писать буду здесь. Этот Фрост думает, что самый хитрый. Сегодня он якобы вновь нашел образцы и предложил проводить эксперимент на военных. Я не верю ему. Ампулы уж больно отличаются. Я лично на них ставил две крошечные отметки. Он – псих, он решил нас погубить! Не знаю зачем ему это, но, если он подменил последние образцы, то пиши пропало.
16 июня. Ночью с Нани, моим другом, вывели из строя все камеры на первом и втором уровнях. На мониторы вывели запись недельной давности. Готовимся к побегу. Фрост назначил вакцинацию вирусом на завтра. Сегодня готовились ванны со специальным раствором наркоза. Если ванны охладить до -30 оС, то подопытные добровольцы останутся в анабиозе. У нас будет время сбежать, иначе превращение произойдет в течение десяти минут, и тогда нам крышка. Генри, один из адекватных военных, заминировал коридоры на всех уровнях и передал мне небольшой брелок с обозначением расположенных зарядов и кнопками активации. Храни нас бог».
В архиве в списках спавшихся Франсуа не числился.  Не сбежал. Фрост заразил добровольцев. И какой ужас здесь после этого творился, было известно лишь тем, кто выжил. Фрост-Фрост, откуда в нем было столько жестокости?
Помимо этого ужасающего факта из продолжения дневника стало понятно, почему камер в коридорах было так мало. Их восстановили только там, где имелась острая необходимость в этом.
Александр вернулся к Ольге:
- Ты успокоилась?
Ольга закивала:
- Да, - тихо ответила она.
- Расскажи мне, где Катя.
- Она внизу рядом с ним, всегда. Он нервный какой-то, - Ольга заглянула в глаза биокиборга с мольбой и добавила, - я виновата, но я так больше не могу.
- Оля, давай потом будем выяснять отношения.
- Нет, я должна сказать, это важно. Мои мотивы ничто в сравнении с тем, что здесь происходит. А здесь происходят странности, которые очень трудно объяснить. И я не хочу ничего объяснять, раньше мной двигало чувство мести, а теперь и его нет.
- Месть?
- Мой муж был сотрудником АБК, он погиб. Его этот чертов Мильке и послал на верную гибель в Независимые территории, хотя прекрасно понимал, что шансов для внедрения было слишком мало. Он погиб спустя месяц. После разоблачения на нем просто испытали новое оружие, украденное из одной лабораторий Академии. Официальные власти мне прислали медаль. Понимаешь? Медаль, чертову медаль! - Ольга не в силах сдержать эмоции зажмурилась и прикрыла губы ладошкой, - Больше ничего. Никто ничего не сказал, не приехал. А потом появился он.
- Седобородый?
Ольга, утирая слезы, закивала.
- Он мертв, - безразлично сказал Александр.
- Ты его? - девушка удивленно вскинула брови.
Александр молчал и лишь смотрел сочувствующе.
- В любом случае, так и должно было закончиться, - решила Ольга, - Стеаринов предложил мстить за мужа, и на тот момент я была готова уничтожить весь мир за него. Так я стала его пешкой, лишилась семьи, подстроив свою смерть, и ушла в подполье. А он-то прекрасно знал, кто моя сестра. Незадолго до инсценировки моей смерти, Кремень убедил меня вколоть в организм Кати тот раствор с жучками.
- Оля, я тебя понимаю и не виню. Но за зло, сотворенное тобой или при твоем участии, ты будешь отвечать, прежде всего, сама перед собой. Однако никогда не поздно вернуться на прежний путь.
- Прежнего пути уже не будет.
- Выбери новый.
Ольга с надеждой посмотрела на Александра.
- Я бы хотела!
- Тогда пошли спасать твою сестру.
- Пошли, - она решительно подскочила на ноги, но биокиборг осадил ее.
- Для начала расскажи, что там внизу.
- Дальняя часть уровня уставлена стеклянными саркофагами с людьми. Их там немногим меньше пятисот. Все в камуфляже - военные. Все саркофаги располагаются в трех огромных комнатах. Там такой холод, трубы, вентиляция, я там один раз была.
Вот так поворот. Информация о саркофагах или ваннах совпадала с прочитанными в планшете сведениями. Но эта новость означала, что не все солдаты подверглись мутации – подавляющее большинство добровольцев остались замороженными. Александр вздрогнул. Если весь персонал уничтожили базы несколько десятков монстров, то, что будет, если из саркофагов вылезет их основная масса!?
- Какая катастрофа здесь случилась?
- Я знаю совсем немного. Только то, что рассказал Кремень. Тут был неудачный эксперимент на людях. Испытывали какой-то вирус. Основную партию оставили в анабиозе, в тех саркофагах, а с десяток военных после инфицирования доставили в зал испытаний. Закончилось все полной эвакуацией базы, потому что подопытные вышли из-под контроля, превратившись в нечто страшное. Правда, спаслись единицы.
Все подтверждалось.
- Хорошо, расскажи, как располагаются комнаты с саркофагами на этаже. Сколько входов-выходов?
- Выход из комнат только в один коридор, который и ведет в зал испытаний. Туда кстати и спускается лифт отсюда. А уже под потолком зала испытаний есть комната для наблюдателей с бронированной дверью и стеклом. Дальше не заходила, не знаю.
- Катя там?
- Да. Мне кажется, он боится и ждет тебя, поэтому держит её рядом с собой.
- И ты не знаешь кто он?
- Нет, он ходит в броне и не снимает при мне шлем.
- Понятно, тогда пошли вниз.
- Он тебя ждет, после последней бойни на Земле, он перестраховывается. У него не меньше полусотни охранников.
- Тем хуже для них, - зло ответил Александр и потащил Ольгу к двери.
Что же задумал предводитель на самом деле? Почему он отсиживался на удаленной базе и не пытался воспользоваться благоприятной обстановкой в городах Конфедерации? Готовил вирусы, чтобы добить обескровленные города? Александр был  очень обеспокоен этими вопросами.

***

Катерина стояла у кресла в центре зала. В любой статуе было больше жизни, чем в ней. Ни одного движения, ни покачивания, даже глазами не моргала, только смотрела в одну точку. Рядом сидел мужчина в оранжевом костюме и смотрел в тройной ряд мониторов, на которых были видны передвижения новосцев и трех худощавых мужчин. На столе по правую руку от него лежал крохотный пульт, все еще пленяющий разум девушки.
- Что у вас там наверху? - зло выругался мужчина, нажав на кнопку компьютерного стола.
- У нас тут проломленный череп нашего брата, - сказал писклявый голос.
- Кто его?
- Один из твоих болванов уверяет, что видел окровавленный призрак. Ищем. Уже нашли то, во что призрак был одет, теперь ищем его самого.  Очень интересный костюмчик, у нас такая технология лет пятьдесят назад стала использоваться. Хамелеоны.
- Значит он внутри?
- Более того этот выродок, уже где то на пути к тебе.
- А мы его ждем, - мужчина откинулся в кресле и, оглядев полсотни человек своей охраны, повернулся к девушке, - правда, Катенька? - он провел рукой по спине Катерины, остановившись на её ягодице, - возможно, мы порезвимся с тобой, когда дело будет сделано, ох и порезвимся.
- Что? - удивился писклявый голосок.
- Вам не понять. Вы со своей расой давно уже не испытываете нормальных человеческих  эмоций.
- Тоже мне нашел чему завидовать. Технология у тебя в руках, уже скоро с помощью нее начнется новая эра во Вселенной. Я до сих пор поражаюсь, как старшему выродку удалось сделать то, что у нас еще только разрабатывается.
- Это называется свежая кровь. Тебе ли не знать?
- Свежая кровь отсталого новосца?
- Свежая кровь порой творит гениальные вещи. А насчет Алекса, то он наконец-то умрет. Это очень символично. Я увижу собственными глазами то, что так долго ждал. Мне не по себе от одной мысли, что он еще жив.  С ним все висит на тонком волоске.
- Хорошо, это твое право, но не дай ему уйти. На Земле никто ничего не должен узнать раньше времени. Все должно произойти внезапно. Ты это понимаешь?
- Послушай меня, самовлюбленный идиот, - вспылил мужчина, - я самый неуловимый человек в Солнечной системе, но нет такого человека или представителя другой расы, который бы смог уйти от меня. Так что говори аккуратней со мной. И спускайся вниз. Я думаю, что вам там делать нечего. А здесь представление вот-вот начнется.
- Было б хорошо, чтобы твоя бравада подкрепилась результатом. Однако тебе везет. Прилетел первый танкер. Теперь у нас много людей. Так, что твой гость точно не выйдет отсюда. А спускаться я не буду – уйду наверх. Как только процесс завершится, мы начнем перекачку.
Едва он договорил, как ожил терминал. Лифт спустился на нижний этаж.
- Приготовились!!! - закричал предводитель, нажав на кнопку выключения связи.
Новосцы выстроились перед лифтом, держа оружие наготове. Терминал пискнул, сообщая о прибытии кабины. Воздух едва не заискрил от царящего в нем напряжения – Александра здесь опасались. Какие-то секунды ожидания заставили громил переминаться с ноги на ногу, утопить пальцами спусковые курки винтовок.
Двери открылись, и новосцы недоуменно переглянулись. В кабине со связанными руками и ногами сидел их товарищ, опираясь на заднюю стенку. На нем не было шлема, а рот оказался заклеен матерчатой лентой.
- Проверьте, что с ним, - приказал вставший со своего места предводитель.
Один  из новосцев сделал шаг вперед, и связанный боец резко переменился в лице. Он замычал, начал крутить головой, пытаясь что-то подсказать своим товарищам.
- Стой, - вдруг закричал предводитель.
Приказом это было или предупреждением, но мужчина опоздал. Новосец вошел в кабину. Послышался слабый писк. Громила поднял голову вверх и увидел замигавший датчик. На доли секунды раньше страшного грохота из кабины лифта вырвалось облако  адского пламени. На мгновение огненный вихрь окутал оцепеневших новосцев. Взрывная волна разметала громил, как кегли от боулинга.
Предводителя, стоявшего значительно дальше новосцев, лишь отбросило на спину. Взрыв не причинил ему вреда. Он встал и тут же выхватил биоплазматический пистолет. Рядом с пола поднялась Катерина и застыла в привычной для нее позе.
- Что у Вас там внизу? - раздалось со стороны компьютерного стола.
Мужчина и не пытался ответить. Он схватил Катерину, пульт и, прикрываясь девушкой, стал отступать к лестнице, ведущей в комнату для наблюдений. Шаги делал медленные, крутил головой – смотрел то на двери уничтоженного лифта, то на общий проход из большого коридора. Все пошло не по его плану.
- Чертов выродок, - выругался он.
С пола только-только начали подниматься новосцы.

***

Александр вручил Ольге биоплазматический пистолет. Сейчас было глупо не доверять ей. Нет честнее человека, чем того, кем движут родственные чувства. А Ольга действительно стремилась свернуть горы за свою сестру.
Не успели они покинуть комнату, как им встретился забредший на второй уровень новосец. Александр не дал ему опомниться и выстрелил по ногам. Он тут же сорвал с раненного громилы перчатки и затянул на его руках стяжки-наручники. По ним побежал слабый электрический ток, поэтому у новоиспеченного пленника даже не возникло желания двигаться – с каждым его движением ток усиливался. Следом за руками скованными оказались и ноги.
- Вызывай лифт, - крикнул Александр Ольге.
Девушка бросилась к терминалу и нажала на кнопку вызова. Александр вытащил из чехла мину. Двери лифта открылись, биокиборг перетащил пленника внутрь и закрепил припасенную в рюкзаке мину над входом в кабину.
- Что это? - спросила Ольга.
- Мы же не пойдем им прямо в лоб, правильно? А это у меня небольшой уравнитель наших шансов. Сними с него шлем.
Оранжевый шлем звучно рухнул на пол. Новосцем оказался сорокалетний мужчина со злым каменным лицом.
- Тысы посокосойнисик!
- Что ж у них за язык-то такой, - запричитал Александр и заклеил громиле рот лентой.
Биокиборг отправил лифт вниз и с некоторым сочувствием посмотрел на скрывающегося за дверьми новосца.
- Побежали, - скомандовал он Ольге и побежал в противоположную от лифта сторону.
Девушка поспешила следом, едва поспевая за Александром. А он остановился только там, где коридор с комнатами для персонала уперся в мощные ворота с надписью «Технологическое помещение. Посторонним вход запрещен». Дверной терминал у ворот горел красным цветом.
Биокиборг прислушался, стал ощупывать руками стену. Ольга вопросов не задавала и покорно стояла поодаль. Александр вытащил из вещмешка С-100 и подорвал дверь. Последовал удар ногой, и огромные металлические ворота с грохотом рухнули внутрь. Образовавшийся проем открыл вход в огромную вентиляционную шахту.
Едва они шагнул внутрь, как где-то внизу раздался грохот, немного сотрясший даже стены второго уровня.
- Надеюсь, теперь наши силы уровняются, - произнес он.
- Что мне делать, когда спустимся? - резонно спросила Ольга.
- Хорошо стреляешь?
- Фору даю многим.
- Это у вас семейное? - спросил Александр и, не дожидаясь ответа, продолжил, -Хорошо, пойдешь следом, будешь держать большую дистанцию, твоя задача завладеть пультом, когда начнется самое пекло.
Шахта почти сразу разделилась на несколько веток. Где-то поблизости завывали мощные вентиляторы. Александр постучал по полу. Поверхность отдала гулким звуком. Используя все туже взрывчатку, он прочертил вокруг себя что-то вроде круга и воткнул детонатор.
- Замри, - крикнул биокиборг Ольге.
Раздался хлопок. Пол под ногами провалился, и Александр полетел вниз. Он приземлился на ноги, слегка присев на колени, осмотрелся и прислушался. Рядом находились три двери трех комнат со стеклянными бронированными стенами. За ними в полумраке просматривались прозрачные саркофаги с людьми. Они не подавали признаков жизни и свободно плавали в толще какой-то кислотно-желтой жидкости. От саркофагов исходило множество трубок, которые шли к блокам с экранами со сменяющимися на  них красными цифрами.
Александр помог спуститься Ольге, еще раз напомнив, что ей требовалось сделать,  и пошел по коридору в сторону зала испытаний. Через какие-то минуты, он выскочил в зал, где только-только после взрыва стали приходить в себя и вставать с пола новосцы. Биокиборг решил атаковать без раздумий – время играло против него. От полусотни обещанных Ольгой бойцов в строю теперь находилось не больше тридцати, и их численность из-за стремительной атаки биокиборга стала таять на глазах.
Времени не хватило совсем чуть-чуть. Навал был успешным, после шквального огня осталось всего пятнадцать пришельцев, но они стали плотной стеной и вскинули свои винтовки. Один из них прикрывался Катериной и находился чуть в стороне от основной группы. Биокиборг не сомневался, что именно он и был предводителем. У Александра от волнения сжалось сердце. Катерина стояла совсем рядом, по-прежнему находясь в плену технологий.
Винтовка пожаловалась на опустевший магазин, биокиборг полез за сменным, но услышал:
- Бросай оружие или девчонка умрет, - закричал предводитель, ненависть, с которой Александр истреблял его людей, заставляла его действовать на опережение, продолжи биокиборг бойню, и ему несдобровать.
Ситуация – не поспоришь. Александр с досадой отбросил оружие. Он прекрасно понимал, не получилось нахрапом, придется выкручиваться так. Тем более, противников осталось не так много, и теперь он точно знал, кто из них предводитель. За ним по пятам шла Ольга, она и должна была стать его тайным козырем.
- Так значит вот он, какой великий предводитель мятежных сил, борющийся с Конфедерации уже не один десяток лет, - проговорил биокиборг.
- Собственной персоной, - согласился мужчина.
- Он у тебя? - пропищал голос с экрана, - танкеры прилетели, так что у нас конечная фаза. Мы остаемся наверху.
Предводитель, находившийся не далеко от лестницы, уверовал в свою безопасность, решил подойти к  столу и ответил, нажав на кнопку вызова:
- Заканчивайте, у меня тут тоже все к развязке идет, - проговорил он и отпустил кнопку, - достали эти умники, - мятежник замолчал и уставился на биокиборга.
Шлем скрывал лицо предводителя, но Александр не сомневался – его оценивали, оценивали исходившую от него опасность.
- Взять его, - наконец, приказал предводитель новосцам, - наденьте на него браслеты с электрошокером. Шевельнется, не щадите.
Новосцы подбежали к Александру, сорвали с него перчатки, шлем, надели стяжки-наручники. В довесок они окружили его и наставили свое оружие. Малейшее необдуманное движение – мгновенная смерть.
- А ничего, что ты мое лицо видишь, а я твое – нет? Или ты боишься? - наглым тоном заявил биокиборг – терять-то было нечего.
- Пытаешься оттянуть свой уход, заговорить меня? Но, да ладно, я думаю, ты заслужил, как минимум знать правду. После тем более приятно будет покончить с тобой.
Мужчина медленно открыл шлем, еще медленнее  его снял, и Александр вздрогнул. Совсем незаметно, где-то глубоко внутри, но вздрогнул. Ведь перед ним стоял и улыбался Фрост, живой и невредимый.
- Неожиданно, правда?
Александр промолчал, а Фрост раздраженно спросил:
- Разве ты не удивлен? Неужели ни одна эмоция не тронула твоего биокибернетического сердца? Я же так люблю такие эмоции наблюдать, а ты меня лишаешь этого. Вот был же рядом, да? А оказался не тем, кем был.
- Я тоже не тот, кем был, - спокойно отреагировал Александр.
- И кто ж ты? Недочеловек, пытающийся доказать всем обратное? Вон даже влюбился, за дамой сердца на верную смерть отправился. Причем один. Настоящий герой, - Фрост посмотрел на Катерину, - эх, Алексей, Алексей. Не сделал он из тебя боевую машину. Так, возня получилась бестолковой, - Фрост усмехнулся, - да и не мог он этого сделать, - профессор хохотнул и тут же разразился злобным смехом, - нет, ну право же не мог. Не стал операцию делать на головном мозге, блокировок только понаставил. И знаешь почему?
- Это неважно, но за Ермолова ты умрешь, - абсолютно спокойно заявил Александр, проигнорировав вопрос предводителя.
Фрост зло кивнул в ответ, и новосец, ударил Александра по рукам. Ток усилился, заставив биокиборга скривиться от боли.
- Ты не в том положении, чтобы запугивать меня. Твои слова – пф-ф, - профессор всплеснул руками, - пустышка. Но теперь я хочу, чтобы ты помучился перед смертью, осознавая всю полноту утраты. Ведь Ермолов не сделал из тебя машину для убийства только потому, что ты, - Фрост сделал зловещую паузу и быстро договорил, - его сын. Ха-ха. Нет, правда, очень забавно. Папаша сделал из своего дитя этакого Франкенштейна.
Показалось, что пол ушел под ногами. Александр пошатнулся, но в чувство его привел электрический ток наручников. Внутри все перевернулось. Тело затрясло. Эмоции взорвали биокиборга. С ними он уже в который раз не мог совладать. Да и не хотел. С этими эмоциями появилась звериная сила – другая, не та, что вела его напролом к Стеаринову. Это была сила жизни. По телу побежала дрожь. Он почувствовал, что был готов разорвать наручники. Фрост даже испугался. Его глаза быстро забегали, и он крикнул:
- Добавьте ему.
Новосцы стали бить биокиборга  по рукам, и Александр упал на колени. От боли потемнело в глазах. Биочип автоматически понизил болевой порог. Александр не противился. Ему требовалось свежее, не затуманенное болью сознание. Внутри все кипело, в ушах эхом, раз за разом, слышалось, сын, сын. Он не знал, как ему реагировать на эту новость. Александр потерял отца еще до того, как узнал, кто им был.  Боль утраты  граничила с отчаянием – отец был рядом всю его жизнь, они столько прошли плечом к плечу.
Биокиборга подняли на ноги. Он был связан, безоружен и, казалось, обескуражен, и все равно предводитель боялся к нему подойти.
- Ты врешь, я слышал признания Борджиа, - вдруг вспомнил откровения сенатора Александр.
 - Борджиа – глупец, - перебил его Фрост, - этот глупец был скован страхом и не видел дальше своего кармана, а я этим и пользовался. Он был пусть и не пешкой, скажем, козырной картой, может быть, но не более того. В том, что мне удалось сделать, есть только моя заслуга, только моя.
Александр замотал головой:
- Нет, не может быть. Я же попал в катастрофу, меня Ермолов спас.
Фрост закатил глаза, будто профессор, утомленный объяснением студенту-неучу простой таблицы умножения.
- То, что знал Борджиа, являлось лишь вершиной айсберга. На самом деле катастрофа была одна, а не две, как было обставлено официально. В официальную версию верил и Борджиа. Глупец. Я же видел его запись. Он как был трусом, так и остался им до самой смерти. Даже ни разу меня и по имени то не назвал. Предводитель, предводитель. Предводитель – это человек, персона. А я был никем и всем сразу. Я –  фантом. И мне это роль по душе, я никогда не гнался за славой.
Фрост вернулся к дивану в сопровождении Катерины и демонстративно, как истинный хозяин положения, плюхнулся на мягкую набивку.
- У вас все в порядке? - опять возник писклявый голос.
- Не мешай мне. Не захотел смотреть, так работай там, - ответил недовольно Фрост, которому пришлось подняться с дивана, чтобы ответить драконцу.
Он тут же выключил компьютер, чтобы ему  больше не докучали и не без удовольствия вернулся к дивану. Экран компьютерного стола погас, едва Фрост откинулся на комфортную спинку.
- Так, о чем это я. Ах, да. Я же знаю, ты же все время хотел знать, кто ты, кто твоя семья. Вот с отцом разобрались. Отец твой – выродок, наполовину новосец, как эти олухи, - Фрост показал на своих бойцов, - а на половину он представитель расы гораздо развитей нашей. Мы отстаем от них на несколько десятилетий. И ты представляешь, в результате этой странной связи на свет появился ребенок-гений. Я проверял все статистические выкладки – произошел уникальный случай.  При рождении Ермолов уже сорвал джек-пот. На такое можно было дать один шанс на миллион.  Не больше. И он стал на Земле показывать такие результаты в науке, что все ахнули. Когда он взялся за «Эволюцию», я понял дела идут плохо. Я решил избавиться от него. Небольшая поломка в аэромобиле и все. Но нет. Он сажает твою мать, тебя, а сам остается на базе. Естественно он жив, твоя мать, очень кстати красивая девушка была, нет, а ты каким-то чудом уцелел. Наверно, сказались те же гены новосцев. Ермолов то и дело откладывал проект, не был уверен в технологи, хоть на животных стартовые испытания и давали феноменальные результаты. Но тут он решил спасти сына. Простая медицина тебя бы не вытащила с того света, вот он и засунул тебя в проект, а все документы подделал. Удивительно, но у него все получилось. Ему пошли на уступки высокие правительственные чины, которые были заинтересованы в проекте. Потом они ушли в тень, и про обстоятельства запуска проекта уже никто и не помнил.
Биокиборг стоял и жадно ловил каждое слово мерзавца. Его раздирало от нетерпения.  Хотелось  выслушать все до конца, как можно скорее, и покончить со своим клятым врагом.
- Ты рос, показывал фантастические результаты. И все бы хорошо, но Ермолов научился создавать биочипы уже за считанные недели. Вот тут мог и наступить крах всему, к чему я шел, попади эта технология на конвейер Конфедерации.
- Так ты хотел все к рукам прибрать, да? - спросил Александр, - тебе же не нужен был развал Конфедерации, тебе нужна была сама Конфедерации, не так ли? Под шум, что сейчас в городах, с помощью новосцев, ты планируешь захватить всю власть в свои руки, напав на ослабленную армию. Сколько у тебя еще таких бойцов?
Фрост злорадно и надменно рассмеялся, выслушав претензии Александра.
- Алекс, Алекс. Ты так мало знаешь. Я же сказал, что не гонюсь за славой. И раз ты знаешь запись Борджиа, не буду юлить вокруг да около. Раса, которую мы встретили на Новосе, зовет себя хикками. И прилетели с далекой звезды в созвездии Дракона, что почти около пятидесяти световых лет отсюда. Не так много с их-то технологиями. Я поэтому их и называю драконцами, мне так проще. И, не поверишь, они уже здесь. Хотя ты мог догадаться. И ты знаешь, их пытливые умы позарились на нашу Солнечную систему. Их ученый, по-моему, его зовут Грак, вывел одну занятную теорию. По его мнению, разумная жизнь часть этапа развития Вселенной. Разумная жизнь будет существовать всегда, но так, как Вселенная не симметрична, её развитие проходит с разной интенсивностью. Мы, земляне, и они попали в один исторический период. Так сложилось. Жизнь и на нашей, и на их планете зародилась почти одновременно. У нас и разница в развитии то всего ничего,  а уж по меркам вечной Вселенной – пыль. К сожалению или к счастью, но они всегда будут впереди нас. Так распорядилась природа. Они слабее нас физически, поэтому их интеллект лучше развит. Вот такой парадокс, и парадокс не в нашу пользу.
- Ты так много о них знаешь?
- Алекс, - Фрост вдруг встал с дивана, первый раз подошел к биокиборгу вплотную и со всей серьезностью заглянул ему в глаза.
У Александра сразу же промелькнула шальная мысль, ведь профессор был совсем рядом с ним. Но биокиборг сжал зубы и сдержался.
- Знаешь, - проговорил Фрост, - во время второй экспедиции я был поражен их знаниями, я был готов плясать от радости, что я могу разговаривать с людьми, способными обучить меня чему неизвестному. Я  был жаден до знаний, так же, как жаден был до богатства Борджиа. Но сверху спустился приказ, и нам пришлось уничтожить всех драконцев на Новосе, - Фрост вдруг переменился в лице, стал красным, ноздри его вздулись, как у разъяренного быка, - представляешь? Убить всех! Созданий, которые могли подарить нам столько открытий. Но Конфедерация сказала сделать именно так. Они боялись, что драконцы могут прийти к нам. Даже третий межзвездный полет был организован в спешку, чтобы выведать прилетели ли пришельцы восстанавливать справедливость, - Фрост начал жестикулировать рукой, - и прилетели же. Правда, они каким-то чудом узнали, что я спас твоего отца. Они оказались настолько скрытны, что никто бы не обнаружил их присутствия, если бы они сами не вышли на контакт. Драконцы испугались нашей дикарской цивилизации. У них общество-то живет совсем по другим принципам. А в условиях их физической слабости, они поняли, что мы их просто задавим своей силой. Не силой технологии, а простой дикарской силой.
- У нас все готово, давай уже избавляйся от него, - послышался справа писклявый голос, к чему эти проповеди.
Три драконца в сопровождении десяти новосцев шли к Фросту. Они спустились по непострадавшей во время взрыва лестнице.
- Вот, и они хотят твоей смерти, - профессор прокомментировал появление пришельцев, - но я все же закончу.
- Немедленно прекращай, нам еще с флагманом надо связаться.
- Я говорил тебе, не мешай.
- Не будь ослом, Фрост.
- Осел готов сносить все тяготы и огорчения. А упрямым его величает всяк, кому самому недостает выдержки и терпения, - профессор не менялся, слова Да Винчи скользнули с его уст, как усталая претензия.
Фрост вздохнул, вытащил пистолет и расстрелял всех троих. Он скорчил гримасу удивленного ребенка.
- Ой, они мертвы? - у профессора явно начались проблемы с психикой, потому что он тут же стал напоминать разъяренного зверя, - как я ненавижу их  вальяжность, их чувство собственного превосходства. Готов убивать их сотнями за это. Но нет, не буду. Этих достаточно. Слышал про флагмана?
Александр посмотрел исподлобья. Развязка близилась. Рассказ Фроста вот-вот должен был разоблачить все. Биокиборг в ответ лишь кивнул.
- Так вот. Боятся они нас. Вот и предложили мне помочь уничтожить нашу цивилизацию. А я согласился. Я согласился потому, что они бы дали мне свои технологии, и я бы занимался наукой. А оставшиеся в живых люди стали бы моими подопытными. Это же так прекрасно. Это мечта. Я бы стал новым Да Винчи новой эпохи, - Фрост раскинул руки в стороны, откинул голову назад, закрыл глаза и облизал высохшие губы, - я должен был активизировать мятежные настроения, пока они сюда не перебросили свою армию. Они желали прилететь сюда уже на разоренный муравейник и добить землян, марсиан, венериан и, конечно же, жителей процветающей Луны, - профессор открыл глаза и зло уставился на Александра, - сейчас сюда прилетел танкер, за ним прибудет еще три. Они заберут подготовленные вирусы и распылят их над городами, чтобы еще сократить численность перенаселенных планет. Это я им предложил, - заулыбался Фрост, - все-таки к проекту «Универсальный солдат» руку тоже приложил. Все дело в том, что вирусы эти не делают из людей суперсолдат.
- Заканчивай Фрост, я знаю про вирусы, - перебил его Александр.
- Тем лучше, - обрадовался профессор, - не надо объяснять, что мутанты живут всего две недели, а делают дел столько, что мама не горюй.
- Ты блефуешь! Перебросить  целую армию за пятьдесят световых лет отсюда? Ты в своем уме?
Фрост заулыбался и пожал плечами.
- Но они не мы. У них технология путешествия с использованием кротовых нор. Должно быть тебе знакомо. Они научились открывать их искусственным путем. Для этого надо  выбросить рядом с какой-нибудь звездной системой маркер, который будет собирать её показатели. Каждый уголок нашей вселенной уникален. Данные, которые получаются на выходе – это координаты. По ним можно найти проход в любую часть вселенной. Специальное изобретение его само найдет, прорежет пространство, будто острым ножом. И все эти сведения с маркера с минуты на минуту должны попасть на Новос обычным, конечно же, путем. Но именно там, на Новосе, сосредоточен весь флот драконцев. А на границе солнечной системы уже патрулирует ряд кораблей, чтобы по эту сторону воронки никто случайно или специально её не закрыл. Признаюсь, для этого есть одна лазейка – мощный взрыв, который может сделать фон. И тогда координаты собьются. Поэтому они и летают там, на всякий случай. Так, что, Алекс, пришло время прощаться  с величеством нашей расы, и тебе, и мне. Тебе-то понятно, ты умрешь, а мне так и вовсе предстоит поучаствовать в этом представлении.
Последние слова Фрост сказал с особым наслаждением. Он был безумен. Но его безумство мало занимало сейчас внимание Александра. Биокиборг сложил все факты в единый пазл, и стало понятно: затевалась настоящая бойня, страшнее той, что ожидалась. Мятежники – всего лишь прикрытие, авангард той большой силы, что стремилась покорить Солнечную систему. Война вслепую завершилась, все карты вскрылись.
Все, что было нужно, Александр узнал. Страшная правда не пугала его. Не пугал его больше и Фрост, в котором он видел лишь обезумевшего ученого. И праздник его безумия должен был прекратиться прямо сейчас.
- Хорошо, я тебе верю. Но, что теперь? Ты меня убьешь, как и обещал? Или дашь шанс?
Фрост вдруг напрягся и задумался.
- Нет, точно нет. Я бы и дал тебе шанс остаться. Но боюсь, твоя кровная месть пересилит все так нужные мне твои козыри. Мне нужна защита от драконцев. Я не хочу бояться, что меня могут устранить в любую минуту. На новосцев надежды-то нет. Но я бы был бы дважды глупцом, пощадив тебя еще раз. Так, что пора, заканчивать.  Мне еще нужно отдать команду танкеру.
Александр зло улыбнулся:
- Ты просто сволочь продажная, готовая пожертвовать миллиардами жизней ради своей сомнительной цели. Да Винчи тебе никогда не стать.
- Что ты хочешь добиться этими словами? - усмехнулся Фрост, - Оскорбить? Воззвать к совести? Посеять во мне сомнения? Не получится. Я отбросил сомнения и стал свободен уже давно.
- Ты не свободен, ты такая же марионетка, какими были для тебя Кремень и Борджиа. Такая же марионетка, только в руках драконцев.
Оскорбленный Фрост вложил Катерине в руки нейропарализатор, который Александр уже имел удовольствие испытать на себе в здании Академии наук. Профессор взял пульт, демонстративно поднял руку перед собой и, оскалившись, прошел за спину биокиборгу. С такого ракурса, ему показалось, он мог наблюдать за предстоящим действом со всеми интересующими его подробностями. От предвкушения безумец, будто оголодавший при виде чего-то съестного,  жадно сглотнул слюну и тяжело задышал.
- Ты же помнишь, что в руках у Кэт? Ты умрешь в страшных муках. Она не раз тебя ударит, она будет бить им, пока ты не испустишь дух. И самое смешное заключается в том, что тебя убьет твоя же любовь. Звучит поэтично, не находишь?
Он повернулся к девушке и нажал на кнопку пульта.
- Убей его, детка.
Александр посмотрел на двинувшуюся к нему Катерину, улыбнулся ей.  Сейчас она была куклой, но такой прекрасной куклой. Он даже залюбовался ею.  К реальности его вернул неожиданный звук выстрела. Биокиборг догадался, что притаившаяся за их спинами Ольга выстрелила из биоплазматического пистолета. Умница-Ольга не стала лесть на рожон, притаилась и ударила в нужное время. Ставка на козырь сработала.
Фрост посмотрел на  свою руку. Перчатка повредилась, из нее сочилась кровь. Пульт отскочил прямо к ногам Александра. Профессор упал на колени и затрясся.
- А-а-а, - взвыл он, схватившись за руку.
Александр воспользовался возникшим замешательством, резко рванул браслеты. На запястьях зашипела кожа, но оковы поддались. Биокиборг освободился и первым же движением ноги раздавил пульт. Железная хватка пала.
Внимание новосцев переключилось на Ольгу. Под шквальным огнем девушка продолжала отстреливаться, демонстрируя свои снайперские способности. На пол упали еще трое пришельцев. Сестры Андреевы в этом деле были большими мастерами.
Александр с облегчением посмотрел на Катерину. Глаза девушки ожили. На лице произошли разительные перемены. Она стояла и непонимающе рассматривала в своей руке нейропарализатор, переводя удивленный взгляд на биокиборга. Катерина, вдруг осознав все, вздрогнула и отбросила устройство в сторону.
Биокиборг вырвал пистолет у крайнего к нему новосца, выстрелил ему в голову, перехватил вывалившуюся из рук мертвеца пушку и стал активно помогать Ольге.  Он выбил из строя, по меньшей мере, половину новосцев, как вдруг один из пришельцев прекратил стрельбу и приказал  остановиться другим. Александр непонимающе убрал палец с курка и кивнул Ольге. Девушка кивнула в ответ и приняла это молчаливое перемирие. Новосец, остановивший бойню, снял шлем и заговорил на понятном Александру языке.
- Я – оракул. Он, - указал новосец на Фроста, - был нашим богом. Мы думали, мы в мире богов, но наши боги оказались пустой выдумкой. Его божественность тоже наша выдумка. В тебе есть наша кровь, и ты наш брат. Мы больше не хотим твоей смерти, мы хотим домой. Веди нас.
Новосцы опустили свое оружие. Александр только хотел ответить оракулу, но ему на шею бросилась Катерина.
- Саша, Саша, ты пришел за мной, - девушка вдруг нахмурилась и отстранилась от него, - ты же пришел за мной?
Александр грустно улыбнулся:
- Пришел.
- Саша, прости меня, - она  прижалась к его щеке и заплакала, - мне надо было тебе раньше все рассказать, но ты казался таким непробиваемым. А мне столько нужно тебе еще сказать...
Подошла Ольга. Она заметно смущалась, не зная, как подступиться к сестре. Александр решительно поблагодарил её:
- Ты и, правда, стреляешь неплохо, - произнес он, путаясь в волосах Катерины.
Ольга кивнула, как раз в тот момент, когда к ней повернулась сестра. Она испуганно посмотрела на Катерину, но та вдруг отпустила Александра и бросилась к ней на шею:
- Оленька. Я же видела, что происходило, но не могла ничего сделать. Оленька, сестричка.
- Прости, Катюш.
Девушки зарыдали в объятьях друг друга. Новосцы невозмутимо смотрели на развязку семейной драмы. Дикари с далекой планеты больше не интересовались происходящими вокруг событиями. Их апатия была вполне объяснимой – все они хотели вернуться домой.
Александр подошел к Фросту,  пнул его ногой, опрокидывая на спину.
- Это ничего не изменит, все предрешено. Человечество сгинет, - поморщившись, тем не менее, оскалился Фрост.
Он сорвал перчатку. Обезображенная рука была вся в крови.
- Поднимайся, Фрост, - безжалостно произнес биокиборг.
Профессор покорно стал на одно колено. Он попытался встать, но вдруг выхватил неизвестно откуда взявшуюся гранату, бросил её в биокиборга и отпрыгнул в сторону. Раздался небольшой взрыв, и Александра отбросило на спину.
 Фрост слишком  решительно для раненого человека подхватил оружие биокиборга и открыл беспорядочный огонь. Новосцы ответили, но профессору удалось отступить к лестнице с подъемником. Он продолжал отстреливаться и, используя лишь одну руку, умудрился забраться в комнату для наблюдений. Бронированная дверь за ним захлопнулась.
Александр посмотрел на повреждения бронекостюма. Зацепило прилично, но не критично. Будь он простым человеком, то точно бы не досчитался целыми нескольких ребер, а так, пустяки – пару ушибов. За секунду оценив свое состояние, Александр быстро закрутил головой по сторонам.
Новосцы осматривали тела собратьев, убитых обезумившим Фростом. В живых их осталось только трое, среди них оракул. Он направил пушку на стекло бронированной комнаты и выстрелил. Там у пульта показался профессор и издевательски помахал своим врагам. Оружие достать его не могло.
Александр быстро нашел глазами Катерину. Екнуло сердце. Она сидела на коленях рядом   с лежавшей на полу сестрой и  звала его:
- Саша, быстрее, помоги.
Биокиборг подскочил как ужаленный и бросился к ним. Он бегло осмотрел Катерину – она была в порядке, но вот лежавшая у её ног Ольга истекала кровью. Фрост ранил ее в шею. Александру хватило одного взгляда, чтобы понять: дела плохи. Мощная биоплазматическая пушка новосцев пробила слабенький бронекостюм и перебила девушке артерию.
- Саша, надо что-то сделать, - в глазах Катерины появились слезы.
Александр присел рядом, убрал её руки с шеи сестры и поморщился. Ольга на глазах истекала кровью. Он передавил артерию, чтобы замедлить её уход. Девушка находилась в сознании и, заглянув в хмурое лицо биокиборга, все поняла без слов. Она повернулась к Катерине и своей окровавленной рукой коснулась щеки сестры:
- Катенька…
Катерина приложила к ее руке свою ладонь.
- Жаль, жизнь порой не дает второго шанса. Я люблю тебя, сестричка.
- И я тебя люблю, - прошептала Катерина.
Тигриные глаза Ольги тускнели. Силы быстро покидали ее.
- Поцелуй родителей, но не говори ничего про меня.
Ольга закрыла глаза, и ее рука бессильно повалилась вниз. Катерина подхватила её и зажмурилась.
- Вот так дела, - раздался голос Фроста из громкоговорителя, - Минус один? Так этой твари и надо. Она меня чуть не убила.
Катерина затряслась как лист на ветру, вдруг превратилась в разъяренную кошку, зачем-то подхватила с пола нейропарализатор и воинственно закричала:
- Я убью тебя Фрост.
- Сначала догони. Я перекрыл все двери вплоть до верхнего уровня, оставив себе небольшую лазейку. Прощайте.
На мгновение он скрылся, но тут же появился вновь:
- Да, забыл сказать – там почти пятьсот саркофагов с зараженными солдатами. Я повысил температуру и открыл крышки. Судя по камерам, эти твари уже вылезли наружу. С минуты на минуты закончатся все их превращения. Пока они корчатся на полу. Но вот-вот толпа голодных мутантов возжелает полакомиться вами. Арриведерчи.
Фрост улыбнулся и скрылся, уже навсегда. Из коридора донесся нарастающий гул. Мутанты собирались в голодную толпу и двигались в сторону зала. Создаваемый ими шум отдавал зловещим хрипением, будто сама Преисподняя разинула свою пасть и спешила поглотить всё живое на своем пути.
Александр с Катериной переглянулись. Девушка, обладая железным характером, быстро собралась с мыслями. Близость смерти всегда выбивала из колеи, но близость собственной смерти всегда отрезвляла. Так и получилось.
Катерина попыталась поднять тело своей сестры.
- К лестнице, - скомандовал Александр.
- Я не пойду без Ольги, - уперлась девушка.
- Нам не вынести ее отсюда. Пошли, - заорал биокиборг, слыша быстрые шаги первой группы мутантов, - они вот-вот ворвутся.
- Они же её съедят.
Он потащил девушку в сторону лестницы, ведущий на второй уровень. Катерина вроде и не сопротивлялась, но взгляд с сестры так и не отводила. Она ловила каждое мгновение, стараясь запомнить Ольгу такой, какой она была. На её красивых заблестевших от горя и отчаяния, изумрудных глазах снова появились и быстро сорвались вниз две слезинки, оставляя обжигающую дорожку на щеках.
 Александр выудил из вещмешка баллончик с С-100, прорисовал им небольшой прямоугольник на двери и вставил детонатор.
- Отошли.
Грянул хлопок. Александр с ноги проломил проход к лестнице и силой затолкал внутрь Катерину, которая все еще не сводила взгляд с тела убитой сестры. Следом за ней биокиборг пропустил оракула и еще одного новосца.
Гул шагов и хрипение усиливались. Он посмотрел в сторону коридора. Из дверей в зал выскочили первые мутанты. Биокиборг на секунду замер, чтобы лучше рассмотреть тех,   с кем предстояло иметь дело. Глаза солдат оказались залиты кровью, лица были побуревшими, раздутыми и обезображенными. Их неестественно крупное тело местами даже разрывало армейский камуфляж. Их руки напоминали когти самых уродливых и свирепых горгулий. Кто-то из них бежал по-звериному, кто-то на двух ногах, но двигались они уж очень быстро.
Первый же мутант набросился на лежавший труп новосца и с легкостью разорвал неуязвимый для простого оружия бронекостюм. Послышался хруст костей и жуткое чавканье. Александра передернуло.
- Давай ты, - кивнул он третьему новосцу.
Тот замотал головой и показал наверх. Александр, соглашаясь, махнул рукой и поспешил к лестнице. Лестница оказалась строго вертикальной. Аварийный неудобный подъем отнимал драгоценные секунды, которых у беглецов почти не было.
 Биокиборг проворно вскарабкался наверх, оказался на узкой площадке второго уровня и стал готовить дверь к подрыву.
- Быстрей, - закричала Катерина, посмотрев вниз.
Новосцы начали отстреливаться, отбивая от проникавших внутрь лестничной клетки мутантов своего собрата. Он минул почти половину ступеней, когда самый неугомонный мутант умудрился подпрыгнуть и содрать с него вместе с куском брони еще и кожу. Новосец поморщился, даже остановился, но товарищи подхватили его под руки и помогли ему забраться на площадку. Катерина не растерялась, вырвала с поясного крепления у оракула несколько гранат и бросила вниз. Громыхнуло. Мутанты взвыли и отступили.
Александр взорвал дверь и освободил проход на второй уровень. Он осмотрел на ногу новосца и закачал головой.
- Ему с нами нельзя. Через несколько минут он станет таким же, как и они.
Оракул внимательно посмотрел на своего соплеменника. Мгновение они не сводили взгляда друг с друга. Трогательный момент закончился очевидной развязкой. Новосец кивнул,  выхватил две гранаты и посмотрел вниз. Мутанты вновь подбирались к лестнице. Громила прыгнул, не проронив ни слова. Раздался новый взрыв, подаривший беглецам еще пару драгоценных минут.
- Быстрей, - Александр бесцеремонно затолкал Катерину в спасительный проем.
Они выскочили в коридор. Раздирая в клочья внешние двери лифта, на второй уровень через шахту уже готовы были прорваться мутанты. Одна из когтистых лап даже вырвалась наружу, и биокиборг незамедлительно выстрелил. Мутант с воем спрятал свою культю внутрь.
- К вентиляции.
Пройти проторенной дорогой не получилось. Лишь только они добежали до подорванной ранее биокиборгом двери, как один из мутантов показался и тут. Непостижимым образом сквозь отверстие в полу он вылезал на второй уровень. Беглецы заскользили по полу, пытаясь остановиться. Скоординированный лучше других Александр прихватил за талию Катерину и помог ей удержаться на ногах. Она с ужасом перевела взгляд с мутанта на биокиборга. Александр прислушался. С трех сторон к ним спешили сотни тварей. Вот-вот их силилась поглотить волна смертельного безумия.
 Биокиборг остановил взгляд на проворном мутанте. Особь, слово «человек» тут явно было лишним, выбралась на второй уровень и по животному оскалилась. Открытый гипертрофированный рот обнажил страшные клыки. Мутант стоял на четвереньках и, шатаясь, брызгал слюной.  Как только в проеме появилась вторая звероподобная голова, он сорвался с места, быстро сокращая дистанцию до своих жертв.
Идти здесь напролом было поздно. Александр открыл ближайшую комнату персонала и затолкал туда своих спутников. Только он закрыл дверь, как в нее ударило с такой силой, что биокиборгу пришлось напрячься, чтобы устоять. Рядом с его головой  в дверном полотне тут же образовалась серьезная вмятина.
Дверь заходила ходуном. К мутанту, видимо, присоединились остальные твари. Новосцы пришли на помощь биокиборгу. Втроем сдерживать напор стало легче. Александр прислушался. Его исключительный слух уловил работающий вентилятор. Шахта проходила рядом с комнатой. Шанс на спасение оставался.
- Стреляйте в стену. Выйдем в шахту здесь. Правда, там поток очень мощный, но оставаться здесь – смерти подобно.
Новосцы и Катерина открыли огонь по стене, пока под Александром продолжала проминаться дверь, которая теперь все больше напоминала крышку консервной банки. И находящиеся внутри люди были для мутантов как раз свежими консервами.
Стена быстро поддалась. Сначала осыпалась облицовка, затем показался металлический каркас. Когда в нем образовался достаточный лаз, гул вентилятора стал слышен и для спутников биокиборга. Александр, стиснув от напряжения зубы, что есть силы, прохрипел:
- Оракул, надо лесть. Вентилятор там сильный. Нужно заблокировать лопасть пушкой. Вы – народ сильный, так что должно все получиться.
- Пойдет он, - сказал оракул на своего соплеменника.
Новосец кивнул и без разговоров нырнул в проем.
Их покорность впечатляла. Обученные идти на смерть лишних вопросов не задавали. Их так воспитали.
- Ты знаешь путь? - спросил оракул.
- Нет, но я его хорошо слышу, - ответил Александр.
Дверь держалась уже исключительно на нем. Один из ударов прошил полотно насквозь, и в комнате совсем рядом с ухом биокиборга показался коготь. Александр посмотрел на него и нервно сглотнул. Коготь исчез, но на дверь посыпался такой шквал ударов, что от чрезмерного напряжения в глазах биокиборга стало темнеть. Мутанты верещали, предвкушая скорую добычу, и атаковали дверь с удвоенной энергией.
Новосец забрался в шахту, и его тут же потащило к лопастям. Он упал на пол, сгруппировался и сумел подобраться к вентилятору. Громила подсунул свою пушку под лопасти. Первый раз оружие выбило так, что он еле удержал его в руках. Вторая попытка далась ему лучше. Пушка отпрыгнула, но и вентилятор притормозил. На десятый раз лопасти все же удалось заклинить. Новосец аккуратно перебрался на другую сторону и оказался в небольшом расширении шахты. Здесь она раздваивалась. Одна ее ветвь устремлялась прямиком наверх, другая продолжала идти по этажу.
Гул в комнате прекратился, и Александр крикнул:
- У него получилось, Катя, твоя очередь.
Катерина, не медля, исчезла в шахте.
- Оракул.
Оракул посмотрел на Александра – биокиборг едва удерживал дверь. Напряженные скулы биокиборга ходили ходуном, щеки налились багрянцем, как после бутылочки хорошего вина, пылали. Оракул цокнул и закачал головой.
- Ты не успеешь…
- Успею, беги, - сквозь зубы процедил Александр.
- Позволь остаться мне.
- Нет!
- Этот мир твой, тебе его защищать. Ты можешь это еще сделать. Я всего лишь оракул племени. Наша цивилизации – колыбель в сравнении с вашей. Мы вряд ли добьемся того, что добились вы. Нас поработят, мы уже почти порабощены. Мы пошли за богами, которых не существует. Я слишком рано узнал этот мир. Каждому ведь дано свое время. А я заглянул за него. Моя жизнь лишена смысла. В моем мире мне будет тесно, а здесь я чужой. Позволь, мне уже не страшно.
В словах новосца не было ни упрека, ни обиды. В них оставалась лишь горечь разочарования. Александр не стал доводить спор до абсурда. Было чертовски жаль его, но перечить ему, он больше не смел.
Биокиборг кивнул и, дождавшись паузы, которую предоставили мутанты, быстро  поменялся с оракулом местами. Они крепко пожали друг другу руки и заглянули в глаза, задержались лишь на секунду, но, сколько этим взглядом было сказано.
- Помни, в твоих жилах есть и наша кровь, не делай моему народу ничего плохого.
- Твой народ – мой народ.
В дверь вновь сильно ударили. Александр полез в проем. Оракул улыбнулся ему вслед, и в тот же момент дверь слетела с петель, сбивая мужчину с ног.  Мутанты набросились на новосца, растерзали его в секунду и устремились в вентиляционную шахту.
Александр добрался до вентилятора, когда услышал смрадное дыхание разъяренных тварей за спиной. Он увидел, как задрожали руки новосца, громила держался из последних сил. Биокиборг разбежался, прыгнул рыбкой вперед и, оказавшись на безопасной стороне, быстро схватил Катерину за руку. Он  потащил девушку вглубь шахты, и новосец с облегчением, дернув пушку на себя, присоединился к беглецам.  Вентилятор завыл и стал набирать обороты. Несколько мутантов совершили фатальную ошибку и прыгнули за биокиборгом. Лопасти вентилятора не оставили им шансов. Стены шахты украсили багряные разводы крови.
На какое-то время беглецы оказались в безопасности. Они пробежали совсем немного, когда за ближайшим поворотом шахты наткнулись на полуразложившийся труп мужчины. Он сидел, опершись спиной на стену, и сжимал в руках планшет. Под ним было бурое пятно давно высохшей крови. Александр с трудом вырвал планшет, включил его и прочитал:
«17 июня… Нас подставили, нам не дали уйти. Они все убиты. Фрост убил Генри и ребят. И… Милен…Её больше нет… Я больше не хочу жить. Будь проклят Фрост. Он оказался животным. Нет, он не безумец. Он животное. Он нарочно здесь все устроил. Ему нужно было провалить это задание. Сегодня с ним были его приспешники, странные худощавые люди. Фрост вывел несколько мутантов из саркофагов и поставил напротив  всех сотрудников базы… и Милен. Меня он посадил в комнате для наблюдения. Я видел, как эти твари растерзали их. Мои крики были тщетны. Я разбил кулаки в кровь, пытаясь пробить стекло. А Фрост стоял и хохотал. Он считал меня зачинщиком бунта и именно так хотел отомстить мне. Он наслаждался моими страданиями. Я никогда не забуду Милен. Она единственная, кто не паниковала. Она все и так поняла. Она просто улыбнулась мне и послала воздушный поцелуй, а потом на нее набросились. Я нащупал в кармане пульт и взорвал один из зарядов Генри. Это напугало Фроста, и я сбежал, правда, получил ранение в спину. Теперь я истекаю кровью и вскоре отправлюсь к своей любимой. Скорее бы…умри и ты, Фрост…»
Александр пролистал содержимое планшета и наткнулся на схему закладки зарядов. На ней один мощный заряд был заложен у главного реактора, еще один – у блока главного гравитационного контура. Заминированными оказались так же несколько узких проходов и выход в надземную башню. Но самое главное друг Франсуа сумел заминировать и хранилища с вирусами. Это была настоящая удача. Александр запомнил расположение зарядов, обыскал карманы мертвеца и вытащил крохотный пульт. Его кнопки как раз соответствовали обозначенным на схеме зарядам. Биокиборг удовлетворенно сжал его в ладони и продолжил путь. Измученная бегством Катерина не произнесла ни слова и просто последовала за ним. Новосец, убедившись в отсутствии погони, замкнул их сильно поредевший строй.
Спустя пять минут они оказались как раз над наблюдательной комнатой. Теперь можно было пройти путем Фроста – ведь на его пути двери оставались открытыми. Александр выбил окно вентиляции и спрыгнул вниз. В комнате никого не оказалось, и тогда он помог спуститься Катерине и новосцу.
Биокиборг подошел к окну и ужаснулся. В зале, не поделив остатки своей трапезы, дрались три мутанта.
- Где Ольга? - подбежала Катерина и заплакала.
На месте, где умерла её сестра, были видны только следы крови и разорванный бронекостюм. Неожиданно на нее прыгнул мутант, но ударившись о бронированное стекло, сполз обратно вниз. Катерина вздрогнула,  и Александр обнял её.
- Тише-тише, он не достанет.
- Оля…
- Мы не могли ничего сделать. Она уже умерла, мы еще нет. Мы должны жить, ты понимаешь?
Катерина закивала головой, сбивая нахлынувшие эмоции, прикрыла нос и рот ладошкой, зажмурилась.
- Пошли, у нас есть шансы. А добрую память о ней мы сохраним. Обещаю.
Табло над бронированной дверью вдруг сменило красную индикацию на зеленую. Это было совсем некстати. Загудел привод. Дверь затряслась, стала открываться. Александр закрутил головой по сторонам и сразу увидел камеру. Им не оставляли шансов спастись. Лишь бегство могло дать им еще немного времени, времени побыть живыми.
Александр не дал не то, что испугаться, а даже опомниться Катерине, коршуном вцепился в её руку и побежал прочь по единственному  оставшемуся пути. Новосец засеменил следом, то и дело, оборачиваясь на открывавшуюся дверь.
Беглецы поднялись по лестнице, попали в темный узкий коридор и выскочили в зал технического обеспечения всей базы. Помещение строго по периметру окружалось решетчатым помостом, по лестницам которого имелась возможность спуститься вниз к расположенной в центре зала термоядерной установке. Помимо нее в зале высились огромные генераторы, тепловые и кислородные станции, гравитационный модуль и  грузовой лифт с открытой платформой. Этот зал был сердцем базы. Лифт сразу привлек внимание биокиборга. Это был единственный быстрый и безопасный путь наверх.
Вновь появился гул. Топот сродный тому, что на бескрайних просторах степей издавал бы табун лошадей, слышался теперь со всех сторон.  Беглецов окружали. Они добежали до середины помоста, когда ловушка захлопнулась. Мутанты ворвались в помещение, прибывая из всевозможных лазеек. В зале оказались открыты все двери. Фрост или нет, но там, наверху, намеревались решить свои проблемы с помощью острых когтей и клыков монстров.
Александр выстрелил и убил несколько тварей. Стрелял он больше для порядка, куда супротив такой стаи идти, хотел остудить пыл мутантов, пусть знают, так быстро не сдадутся. Монстры будто поняли настроение своей жертвы, сбавили темп, стали приближаться медленней, не спуская глаз с оружия биокиборга.
Над головой беглецов мелькнула тень. Александр выстрелил почти наугад, не прогадал. Совершивший невероятный прыжок мутант, завывая, рухнул вниз. Биокиборг посмотрел ему вслед. Для прыжка было высоковато. Зато прямо под ними располагался еще один помост, не заполненный тварями. Александр подхватил Катерину и  крикнул новосцу:
- За мной.
Он перелез через периллы и резво спустился вниз. Сноровка биокиборга позволила ему сделать все максимально быстро. Немного неуклюже это получилось у Новосца, но и он, в конце концов, совершил свой маленький подвиг. На то место, где они только что стояли, как раз прыгнули еще три твари.
На нижнем уровне помост располагался не только по периметру зала, но и шел в центр, где находился центральный  операторский пульт. От него было рукой подать уже и до грузового лифта.
- Туда, - указал Александр на путь к спасению.
Мутанты спустились вниз и вновь вплотную подобрались к своим жертвам. Биокиборг первым добежал до пульта и увидел, как на дисплее лифт вдруг пришел в движение. Александр подбежал к краю помоста, грузовая платформа только-только взмыла вверх.
- Да они издеваются, - в сердцах выпалил биокиборг.
Сзади напирали мутанты, а допрыгнуть до движущейся платформы мог разве только биокиборг. Мешала пресловутая гравитация. Убрать гравитацию, эта мысль так плотно засела в голове Александра, что решение проблемы  нашлось как само собой разумеющееся. Биочип из всех анализируемых действий поддержал один единственный верный вариант к спасению. Александр  выхватил пульт-брелок Франсуа и активировал тот заряд, что был установлен на гравитационном контуре базы.
- Пригнуться!
Он повалил Катерину на пол и закрыл собой. Раздался чудовищный взрыв, сотрясший своды зала. Из многотонного устройства вырвались клубы пламени, обломки корпуса, салютуя, взмыли в воздух. Мутантов, находившихся поблизости от эпицентра, разметало взрывной волной. Остальные монстры в испуге отступили.
Новосец резко встал и едва не оторвался от решетчатого пола. Сила притяжения на базе теперь была отдана на откуп исключительно Тритону. К сожалению, догадались об этом и мутанты, в несколько прыжков оказавшиеся рядом с беглецами.
- Катя сейчас мы будем прыгать на лифт, - поднимая девушку с пола, озвучил свой план Александр.
Девушка посмотрела на платформу, находящуюся на порядочном расстоянии и уже даже выше их, и недоуменно перевела взгляд на биокиборга, о чем он вообще думает!
- Доверься мне, - шепнул Александр ей.
Застрочила пушка новосца. Он отбил атаку особо нетерпеливых мутантов. Александр подхватил Катерину на руки, как мог, разбежался, прыгнул на периллу и оттолкнулся. Он взмыл в воздух с такой легкостью, с какой сам не ожидал. Кто-то из мутантов попытался повторить его трюк, но промахнулся, пролетев в считанных сантиметрах ниже. Биокиборг долетел до края поднимающейся платформы и намертво вцепился в металл рукой. Рука напряглась, но разве это нагрузка для нее, выдержала. Александр быстро подкинул невесомую для него Катерину вверх, помог ей и  забрался на платформу следом.
 В зале началась вакханалия. Мутанты стали прыгать в направлении лифта, но промахивались, падали вниз, тут же поднимались и бежали к перилам, чтобы попробовать свои силы вновь. Монстры напоминали настырных обезьян, которые сновали по лианам вверх-вниз, но никак не могли дотянуться до заветной пищи.
Новосец внизу расстрелял обойму, отбросил пушку и тоже прыгнул. Лифт поднялся заметно выше.
- Держи мои ноги, - крикнул Александр Катерине и вовремя перевалился через край платформы.
Катерина прижала ноги биокиборга, не давая Александру соскользнуть, и зажмурилась, удержи еще попробуй. Новосец пролетел чуть ниже платформы, и если бы не Александр, читать ему молитву за упокой. Биокиборг вытянул руку и схватил громилу за запястье. Конструкция из человеческих тел по инерции пришла в движение, но новосца он не отпустил. Их положение стабилизировалось, Александр собрался, было, уже улыбнуться спасенному пришельцу, как вдруг вместо улыбки его лицо исказилось от ужаса. В очередной попытке дотянуться до невозможного мутантам сопутствовал успех. Одна из тварей вцепилась новосцу в ногу и на весу стала раздирать бронекостюм. Новосец суетливо полез за пистолетом во встроенной кобуре и, вскрикнув, стал трясти ногой. Мутант сорвал ботинок и жадно вцепился громиле в ногу. Под клыками засочилась кровь. Новосец пересилил боль, выдернул пистолет и выстрелил монстру в лицо. Монстр с раскроенным черепом полетел вниз. Александр раздосадовано прикусил губу, как же так, столько усилий, где справедливость? Громила осмотрел рану, сорвал шлем и посмотрел на Александра. Он был совсем юн. Его голова затрясла пшеничного цвета волосами в попытках сказать своему спасителю столь горькое «нет». В необычайно ясных, как лазурное небо, глазах читалась фатальная покорность. Новосец, даже перед ликом смерти, оставался воином и принимал свою судьбу с гордо поднятой головой.
Александр понимающе кивнул, но руку не разжал. Они смотрели друг на друга еще какое-то мгновение.
- Бирх, - проговорил, наконец, новосец и свободной рукой помог себе освободиться из крепкой хватки биокиборга.
Александр от безысходности расслабил руку.
- Саша, - крикнула сверху Катя, уже не в силах удерживать двоих.
Новосец полетел вниз. Он неотрывно смотрел на Александра и улыбался смерти в лицо.
- Прощай, - прошептал биокиборг.
Мутанты настигли его еще в полете. Они вцепились в него с двух сторон. Он сделал несколько выстрелов, уничтожив эту пару особо нетерпеливых тварей. Это не отпугнуло монстров, и  очередная волна их атаки накрыла новосца с головой. Но он и тут не сдался. Лишь только его тело коснулось поверхности, рванули гранаты.
Александр забрался обратно на платформу. Мутанты не могли их достать. Девушка бросилась в объятия биокиборга и задрожала так, как будто в промозглую осеннюю погоду промокла под дождем. Порой страх нагоняет лишь тогда, когда начинаешь осознавать, как близко к пропасти ты находился.
- Ты знаешь, я многое видела, но так страшно как сегодня, мне еще не было, так горько мне еще не было…
- Я знаю, - ласково пригладил он её волосы.
На душе было противно. Слишком многое открылось, и слишком многое оказалось потеряно безвозвратно. Жизнь совершала удивительные зигзаги. Как устоять на этих крутых поворотах? Сколько еще сил надо потратить, чтобы выйти на прямую?
Платформа вошла в нишу в потолке и остановилась. Катерина и Александр оказались в небольшом помещении. Однако передохнуть им не дали. В открывшуюся дверь ворвались трое хорошо вооруженных бойцов в костюмах, напоминающих оранжевую броню новосцев, но гораздо меньших размером. И цвет у их брони был настолько черный, что казалось, костюм поглощал сам свет, как черная дыра, оставляя вокруг себя затемненную ауру.
Александр молниеносно спрятал Катерину за свою спину и выстрелил. Все три попадания пришлись в шлемы, и нападавшие, потеряв равновесие, оступились. Биокиборг подбежал к ним, не давая опомниться, стал расстреливать их  в упор. Они попадали на пол, но продолжали пытаться ответить. Что за броня? Биоплазматическая пушка новосцев лишь скребла по ней, как кошка когтями по деревяшке – следы есть, толка никакого.
Вовремя спохватилась Катерина. Она выхватила оружие нападавшего – черную винтовку неизвестного образца. Девушка со звериным оскалом, вкладывая в свои действия все пережитые эмоции, нажала на курок. Замелькали лазеры, и противник замер.
- Драконцы, - проговорил Александр, поднимая еще одну винтовку с пола, - мощные у них лазеры.
На шум забежал четвертый боец, но, увидев направленные на него стволы оружия, отбросил свою винтовку и поднял руки вверх. Александр посмотрел на Катерину и сравнил её идеальную фигуру с бронекостюмом драконца.
- Снимай! - приказал Александр, но сообразив, что его все равно не понимали, подошел к драконцу, сорвал с него шлем и попытался аккуратно ударить его по голове. На деле вышло не так изящно – забил пришельца до полусмерти. С обмякшего тела биокиборг быстро снял броню и приказал девушке:
- Одевайся.
Катерина  быстренько напялила на себя черную броню. Бронекостюм подошел ей, будто  делался специально для нее. В нем было удобно и безопасно.
- Какие у них мужчины, хлюпики, - заявила она.
- Не говори, я тут одному в лоб ударил, так череп проломил. С этим вот решил аккуратней, но чувствую, может и не выкарабкаться. Надевай шлем.
Александр посмотрел на Катерину и довольно ухмыльнулся, в костюме она выглядела вылитым драконцем. Теперь они могли выйти в зал и осмотреться.
- Поведешь меня как пленника, возьми две винтовки.
Александр вернулся к лифту и установил в платформе заряд С-100.
- Саша, зачем?
- Драконцев, я подозреваю, будет очень много, а мутанты теперь нам помогут. Я почти уверен, эти бестии уже под лифтом, сидят и ждут. Жрать-то охота.
В подтверждении его слов снизу кто-то стал бить и царапать платформу. Девушка покосилась на деловито прошедшего мимо биокиборга, но спорить не стала – он сильный, умный, он знает, что делает. Она пошла следом, изображая из себя взаправдашнего конвоира.
Идти было неудобно, от каждого шага, по инерции они неуклюже подлетали к верху. Приходилось учиться и такой забавной походкой шагать по верхнему уровню подземной части «Олимпика».
Очередное помещение встретило их огромными емкостями. Это было место, где хранились растворы с уже готовыми вирусами для атаки Земли, Луны, Венеры и Марса. Здесь шли какие-то работы. Драконцев не меньше тридцати, но все они были не бронекостюмах, а спецодежде.  Пришельцы лазили около емкостей и проверяли какие-то соединения.
Драконцы не планировали нападать на измотанную внутренними конфликтами армию противника, они хотели добить земную цивилизацию уже после того, как по планетам бы прокатился вирус, способный уничтожить миллиарды людей без особых затрат. Хикки в своей войне хотели обойтись малой кровью.
Спешка никогда не являлась хорошим помощником, но без нее теперь было никуда. Александру с Катериной именно сейчас следовало поторапливаться – от их действий зависело слишком многое. Девушка демонстративно наставила на биокиборга винтовку и повела его прямо через зал. Подвоха никто не заметил.
Драконцы, зная всю шумиху внизу, приветливо помахали Катерине.
- Сейчас, мы им помашем, - проговорил сквозь зубы Александр.
- Саша, ты же сам получается на четверть драконец, так?
- Как там сказал Фрост? Я отбросил сомнения и обрел свободу. Так и я. Я обрел свободу. У меня нет никаких обязательств перед теми, кто хочет уничтожить мой дом и мою жизнь. Я свободен от них, - зло проговорил он.
Александр нажал на кнопку детонатора. Рванула платформа, освобождая путь мутантам.
- Пусть отведают то, чем хотят наградить нас.
Они вышли из хранилища, и Александр выхватил у Катерины одну из винтовок, расстрелял терминал изнутри и закрыл за собой помещение с драконцами. Двери заблокировались. Катерина посмотрела сквозь  мощное стекло и вздрогнула. Орда подоспевших мутантов напала на драконцев.
- Саш, не слишком жестоко?
- Не думаю, я так понял, раз велись работы, значит, закачка вирусов еще идет. Надо сорвать им все планы и оставить кого-то охранять этот узел. Пусть это будут мутанты.
Александр обработал дверь остатками баллончика С-100 и расставил детонаторы.
- Это на случай непредвиденных действий.
Дальше по коридору показалась площадка перед лифтом,  который биокиборг взорвал еще внизу. Перед дверьми лифта находился целый отряд драконцев. Пришельцы отстреливались от малочисленных мутантов, стремившихся таким неказистым путем попасть к ним на этаж.
Александр столкнулся с одним из драконцев, поспешившего на шум выстрелов, но вовремя схватил его и затащил за угол. Катерина приставила к его голове винтовку, а биокиборг приложил палец к губам. Драконец кивнул, и Александр благородно оглушил его по уже отработанной схеме. Сейчас вышло много гуманней – сильно пришелец не пострадал. Катерина сняла свой шлем, чтобы отдышаться.
- Жуткие фильтры внутри, я не привыкла к такой смеси, - проговорила она, жадно глотая воздух, - идем?
В ней было столько решительности, что Александр невольно улыбнулся, любуясь её красивым, но грозным видом.
- Что? - смутилась Катерина.
- Одень шлем. И пошли.
- Как думаешь, они знают, что мы тут?
- Не думаю, пока на этаже, я не встретил ни одной камеры.
- Не может не радовать.
Они незаметно проскочили мимо драконцев, которые уже устроили соревнования на меткость. Мутанты почти не атаковали, а если, кто-то и появлялся, то стрелял только один. Все это сопровождалось дружным хохотом.
На Александра и Катерину никто не обращали внимания, но биокиборг понимал, что, попади они в объектив камер слежения вновь, проблемы вернутся. Все вроде бы шло, как нельзя лучше, но удача  отвернулась от них в тот момент, когда навстречу им вышел серьезный мужчина без шлема в сопровождении не менее десяти драконцев. Мужчина сходу начал аплодировать. Вероятно, он был в курсе охоты за беглецами.
- Бардем! - обратился он к Катерине, - Бардем!
Спектакль хорош к месту и ко времени, так что фальшивить Александр не стал. Он выхватил пульт от детонатора и нажал на кнопку. Раздался хлопок. Драконцы нацелились на биокиборга, но Александр жестом призвал их посмотреть себе за спину.
Прошли какие-то секунды, как сначала послышались крики, затем в коридоре показалась сметающая все на своем пути орда мутантов. Александр взял у Катерины вторую винтовку и потащил девушку вперед мимо застывших в недоумении драконцев.
Бездействовали они недолго. Смерть постучалась на порог, её же силуэт вернул их к реальности. Они открыли огонь и начали немедленное отступление.
- И что теперь? - спросила удивленная Катерина, услышав приближающуюся сзади возню.
- Надо успеть до бронированных ворот контура безопасности в конце коридора.
Они бежали быстро, используя слабую гравитацию Тритона, но дистанция между ними и резвыми мутантами все равно  стремительно сокращалась. Отставшие хикки оказались первыми на пути некогда инфицированных добровольцев. Драконцев подминали по одному. Последним из уцелевших инопланетян, что не удивительно, оказался немолодой мужчина без шлема, которого рядовые солдаты прикрывали, отстреливаясь до последнего.
Вожделенные ворота находились уже на расстоянии вытянутой руки, когда Александр почти над ухом услышал жадную отдышку мутанта. Он остановился, пропуская Катерину вперед, и расстрелял монстра в упор. Перед Александром тут же оказалось еще с десяток тварей. Биокиборг шагнул назад и надавил на курок. Лишь только он переступил порог ворот, Катерина несколько раз нервно ударила ладонью по терминалу. Ворота опустились, и мутанты врезались в неожиданно появившуюся преграду. Шлеп, шлеп, ворота контура безопасности немного выгнулись дугой, но сдюжили. Звериная мощь воистину не знала своих пределов. Монстры и не думали сдаваться. Они продолжали напирать, раз за разом сотрясая ворота с внутренней стороны.
- Взрывать зал?
- Ворота не повредит?
Биокиборг на секунду задумался, вспоминая расстановку зарядов. Оценив возможные последствия взрыва, Александр согласился:
- Повредит, но они выдержат. А так мы лишим Фроста вирусного раствора. 
Катерина пожала плечами.
- Тогда взрывай, - развела она руки в стороны.
Лишь только Александр коснулся брелка, базу затрясло так, что пол ушел у них из-под ног. Они потеряли равновесие, упали. Взрывная волна достигла ворот контура безопасности и выгнула их еще сильнее. У пола появился небольшой просвет. Притихшие сразу после взрыва монстры воодушевились. Ничто так не вдохновляет, как внезапно появившаяся надежда. Ворота под их натиском заходили ходуном.
- Нам нужно предупредить Мильке, - вдруг спохватилась девушка, - я даже представить боюсь, что будет с нашими планетами, если это зараза попадет туда.
- Наверху должна быть радиорубка.
Они проскочили ангар с огромными колбами. Колбы пустовали. Видимо, что-то уже закачали. Время работало теперь не только против них, но и против всего человечества. Александр боялся опоздать. Фрост мог струсить и улететь так.
Последний отсек лабораторий был преодолен ими на оном дыхании. Они остановились только около лифта. Александр нажал на кнопку вызова. Двери открылись. На пороге замер улыбающийся Фрост, махая перед ним перебинтованной рукой. За его спиной находилась, по меньшей мере, дюжина  бойцов в броне, как у драконцев. Правда, на самих драконцев они никак не походили. Воины были как минимум не меньше Александра.
- Ой, а это снова я, - улыбнувшись, проговорил профессор и тут же сделал каменное лицо, - оружие выбрось, вещмешок сними.
Александр повиновался.
- И ты, Кэт.
Девушка разочарованно вздохнула и бросила оружие на пол.
- Алекс, знакомься. У меня за спиной твои родичи – новосцы.
Громилы в черной броне вышли из лифта и окружили пленников. Александр смотрел за их движениями исподлобья, пытаясь определить, исходившую от них опасность. Один вид их уже впечатлял. Фрост хитро посмотрел на биокиборга и быстро добавил:
- Всё их отличие от обычных новсцев заключается в том, что их мозг теперь больше напоминает машину. Нет, в них нет суперидеи твоего папаши. Драконцы не стали поступать так. Не дождались они пока еще этой технологии от меня. Они просто убрали все лишнее. Теперь новосцы способны выполнять приказы, не задавая лишних вопросов. Они не чувствуют боли, не знают милосердия. До последней капли крови они будут выполнять свое предназначение. Предназначение – убивать. Они – твои удачные аналоги. А ты – брак. Такое бывает в производстве. Кстати, физиологически они крепки так же, как и ты. Глуповаты немного, но лучше так, чем, как с тобой.  И это, как раз, заслуга уже моя. Да что я тебе рассказываю. Что может один биочип против дюжины смертоносных солдат?
- Ты смешон Фрост. Отца тебе никогда не перегнать. Ты можешь только разрушать.
-О, уже отец. Жалко, наверно? Жил вот так рядом и не знал, что он твой папашка. Не правда ли забавно?
Фрост пытался вывести Александра из себя, он игрался, не мог просто так накинуться, искал повода спустить собак, но биокиборг оставался спокоен.
- Ты – просто чокнутый неудачник.
- Ошибаешься, - зашипел Фрост, - у меня скоро будет  большое поле для экспериментов. Я так понял, там заминка с резервуарами прошла. Ты взорвал зал, но это такие пустяки. Нам хватит того, что мы уже погрузили прямо из колб приготовления, просто операция теперь займет немного больше времени. Танкер скоро отсоединится от базы и в сопровождении первых истребителей флота драконцев отправится к Марсу, там мы перельем часть раствора на другие танкеры и вуаля, - профессор вскинул руку с вытянутым пальцем, - кстати, до открытия воронки остались считанные минуты. Я тебя поздравляю с новой эрой существования нашей цивилизации, - Фрост расхохотался, - но ты герой, столько бился. Пытался спасти людей, которые тебя постоянно предавали. Людей, которым на тебя наплевать. Людей, для которых ты всего лишь универсальное оружие.
- Я человек, Фрост, в отличие от тебя. Я не оружие. Отец не сделал из меня машину. Все, что у меня есть, все благодаря ему: жизнь, семья, друзья.
- Ты…
Фрост расхохотался.
- Фрост, Ты не можешь наговориться? - не выдержала Катерина, - что ты сейчас тянешь? Тебе нравится упиваться своим положением?
Профессор посерьезнел.
- О, ты права.
Он аккуратно снял с Катерины шлем и наставил на нее пистолет.
- Я вот, что вспомнил. До меня вот-вот тут дошла некоторая информация, которая сократит мне немного времени. Ведь я так не люблю ждать, - профессор говорил спокойно и тут зарычал, - пароль от носителя.
Александр потупил взгляд.
- Я его не знаю.
 Фрост взвел пистолет в боевое положение:
- Ты недооцениваешь мои возможности.
Александр супился, но молчал, понимая к чему все шло. Произнеси пароль, и у безумца развяжутся руки, повторял он сам себе. Его молчание перебил дикий вопль:
- Пароль!!!
- Имя моей матери, - тяжело выдохнул биокиборг.
В потемневших от безумия глазах профессора забегали недобрые огоньки.
- О, Вероника, как все просто. Сейчас и проверим.
Фрост вытащил накопитель, нажал на кнопку. Всплыло кнопочное меню. Он быстро набрал пароль. Свечение стало ярче. Теперь на ладони Фроста можно было различить силуэт Ермолова, затем появилось его лицо. Александр догадался, отец стоял на фоне стен своего кабинета.  Грустное выражение его лица и не менее безрадостная улыбка говорила о его внутренних переживаниях.
- Милый, Саша. Это обращение адресовано только тебе. Надеюсь, когда-нибудь запись окажется у тебя. Я много думал после нашего с тобой последнего разговора. Сердце мое неспокойно. Мне много нужно тебе поведать, и не знаю, простишь ли ты меня после этого. Ведь ты и сейчас, перед тем, как идти на тестирование был зол на меня. Поверь, все, что я ни делал, все шло от отцовского сердца. Да, мальчик мой, я – твой отец. Ты не должен был стать частью этого эксперимента, но злой случай сыграл свою шутку. Твоя мама погибла, и ты должен был разбиться вместе с ней, но чудеса случаются. Судьба дала мне второй шанс. И я поклялся любой ценой поставить тебя на ноги. Цена вопроса меня не интересовал ровно до тех пор, пока я не понял, что государство отбирает тебя у меня…
- Что за ерунда, - возмутился Фрост.
Он прокрутил запись в самый конец. Ермолов продолжал свой длинный диалог:
- Когда ты ворвался ко мне накануне, я понял, что больше не могу создавать тебе подобных гибридов. Несмотря ни на что, я уверен: ты остаешься человеком, не машиной для выполнения приказов. Но лишать тебя, тебе подобных парней нормальной жизни, я больше не в силах. Знаю, я вывел проект на новый уровень. Теперь чипы, аналогичные твоему, могут выращиваться не за несколько лет, а за несколько недель. Но, не поверишь, я уничтожил все технологию. Пока никто не знает, но это так. Чувствую, что меня ждет трибунал. Даже на этот накопитель, где должна быть копии всего проекта, я решил оставить послание именно тебе.  Прости меня, мой мальчик. Я люблю тебя.
Запись запрыгала и погасла.
- Что? - заорал покрасневший, как спелый томат, Фрост, - будь ты проклят, выродок, - профессор запустил накопитель в пол и повернулся к новосцам, - разберитесь с ним, нам пора.
Он схватил Катерину за волосы, затрещало, девушка аж вскрикнула, и затащил её в кабину лифта. Сказать, что профессор был разъярен, было ничего не сказать. Сейчас он напоминал не человека, а одного из тех монстров, которые продолжали попытку прорваться через немного поддавшиеся им ворота.
- Да и спасибо за корабль. На «Беркуте» мы спокойно сможет приблизиться к планетам. А, Мильке, услышав голос Кэт, так вообще расплывется от счастья, - сказал он напоследок, больше подбадривая себя, перед закрывающимися дверьми, его все еще коробило – накопитель был пустышкой, так долго шел к цели, дотянулся уже, но попал впросак.
Александр, казалось, не слышал его и не сводил глаз с послания своего отца. Шутка ли сказать, но самые отъявленные негодяи, такие как Фрост и Стеаринов, все это время гонялись за исповедью отца сыну.

***

Корабль-танкер, приземлившийся сразу после прилета Александра, теперь был почти заполнен. Содержимое цистерн закачивалось через внешний трубопровод. Рядом с ним находились три подготовленных к полету корабля аналогичного класса. Они были выкуплены у транспортной компании Марса, но трудились на нем уже исключительно драконцы. Представители воинственной расы суетились около кранов снаружи, внутри. Они обслуживали датчики, следили за показателями на операторских экранах. Их охранял отряд соплеменников – на раствор с ретро-вирусами хикки возлагали большие надежды.
Больше на «Олимпике» никого не было. Все остальные сложили головы внизу. В центре надземной башни исследовательской базы красовался малый корабль, матового черного цвета, который  и впрямь по форме напоминал летучую мышь. На нем часть драконцев и прилетела на «Олимпик». Это была первая ласточка грядущего Апокалипсиса.
Фрост вытащил Катерину из лифта и силой толкнул к охранникам:
- Не спускать глаз.
Драконцы-воины, хоть и относились к Фросту с пренебрежением, вынуждены были ему подчиняться. Таково было распоряжение сверху. Их коробило выполнять приказы какого-то дикаря, но дисциплина стояла превыше всего. В любом войске она – ключ к финальному успеху.
Фрост подошел к драконцу у операторского пульта и спросил:
- Долго еще?
- Пару минут. Скоро все будет закончено. Я уже скомандовал, будем грузиться. Вылетим в срок. Свой корабль оставим здесь, - кивнул драконец на «летучую мышь». Мы полетим на танкерах, ты – на том корабле, что любезно предоставил нам выродок.
- Да, полечу на «Беркуте». С ним будет проще приблизиться к планетам. Грузовым кораблям, особенно танкерам, без особого разрешения к планетам и подлетать-то нельзя. Всё пекутся об экологии. Наплодились, половину ресурсов Солнечной системы сожрали в пустую, а все прячутся за законами Коммонера. Цари природы, лицемеры.
- Цивилизация в таких масштабах всегда лицемерна по отношению к собственной среде обитания, - резонно заметил драконец, - все выживают, как могут.
Фрост был согласен с драконцем, но усмехнулся, чтобы не показывать свою солидарность. Для него давно не было чем-то особенным общение с пришельцами. Но он старался держать себя с ними на уровне. В детстве его всегда пугали инопланетными монстрами, но сейчас монстром он считал себя. Монстром, потому что многого из рассказов драконцев он не понимал, а потому жадно самосовершенствовался, мечтая достичь их уровня знания, познания и сознания. Драконцы с легкостью изъяснялись на языке землян, на своем старались не разговаривать, считая свой язык неприкасаемым. Это было единственное табу. По их мнению, никто, кроме них, не смеет пользоваться им. Всех, кто вопреки запрету обучает или учится языку хикки, должен быть наказан смертельной карой.
Профессор лениво посмотрел на монитор камер слежения. Александр разобрался почти со всеми новосцами, но свою лепту внесли мутанты, проломившие ворота защитного контура.
- Чертовски живучая машина получилась у Ермолова, жаль только не сговорчивая.
- Ты с ним возишься слишком долго. Не мог сам пристрелить?
- Отнюдь. Меня эта история просто забавляет.
- Зачем эти кошки мышки?
- Люблю поиграть напоследок со своей жертвой.
- Не боишься, что жертва сама проглотит тебя?
Фрост промолчал и недовольно нахмурился. Он всегда вынашивал идею перепрошивки биочипа. Вся проблема заключалась в том, что после побега, биокиборга требовалось еще поймать.  И это только полбеды. Перепрошить чип мог только Ермолов, но он бы никогда не пошел против своего сына. В конце концов, Фрост решил избавиться от обоих, но Александру до сих пор удавалось избежать встречи со своей смертью. И даже сейчас внизу, он не торопится с ней на рандеву.
Профессор вновь посмотрел на монитор. Уже потрепанный Александр бежал к лифту. Он бросил несколько гранат, споткнулся, но снова не сдался, снова поднялся и побежал. Мутанты своей смешной походкой то и дело наступали ему на пятки. Биокиборг на экране прыгнул и скрылся за пределами объектива, следом за ним последовала вся орда монстров. В поле зрения камеры, Александр больше не вернулся, напротив, профессор увидел лишь нескольких убежавших в сторону лабораторий мутантов. Фрост медленно провел несколько раз ладонью о ладонь, будто стряхивая пыль, и посмотрел в сторону Катерины:
- Вот и все. Покойся с миром, Алекс.
Девушка молчала, по её щекам бежали дорожки слез. Она смотрела на Фроста ненавидящим взглядом, а её сердце разрывалось от переполнявшего её горя. Она потеряла сестру, теперь – любимого человека. Катерина, как дикий зверь, была готова растерзать охотника, загнавшего ее в угол. Она находилось в том состоянии, когда порой совершаются безрассудные, но героические поступки.
- Мы закончили, - сказал драконец у пульта.
- Приступаем?
- Без промедления.
Драконцы надели скафандры и направились к шлюзу.
- Мы взлетаем и ждем тебя. У тебя пять минут.
- Вы знаете, что, скорее всего, умрете?
- Мы готовы на все. Нам нужна эта победа.  К тому же смерть – это не конец.
- Несмотря на то, что создание и распыление вируса – моя идея, могу сказать, что вы – параноики...
- Мы предусмотрительные. На таком этапе развития цивилизаций разница между нами может быстро нивелироваться. Ресурсов у вас больше, у вас больше численность. Зачем ненужные жертвы, когда нам можно обойтись малой кровью.
- Но сюда летит Ваш флот, у вас есть базы по выращиванию пушечного мяса.
- Да вы – игрушки в руках своих правителей, - перебила их диалог Катерина.
Ловким движением руки она выхватила из кобуры охранявшего его пришельца пистолет, расстреляла свою охрану и в несколько прыжков добралась до ближайшего укрытия. Это был подъемный кран. Над её головой тут засвистели лазеры.
- Убейте ее, - крикнул драконец, общавшийся с Фростом.
- Нет, взять живой. Она нужна. Танкеры не пройдут просто так. Она будет нашим прикрытием. Залогом наших «благих» намерений.
- Хорошо, даю пять минут. Если не поймаете, разделайтесь с ней все равно.
Драконец махнул рукой своим людям, и те отправились ловить девушку. Фрост, вооружившись биоплазматическим пистолетом, хитро улыбнулся и направился совершенно в другую сторону. Он не хотел, чтобы его планы изменил какой-то зазнавшийся драконец. К тому же, предводитель мятежных сил, кое-что понимал в человеческой психологии и мог предугадать действия своего противника.
Катерина грамотно дождалась появления первого хикки, подбила ногой его винтовку, перехватила оружие рукой и, схватив  противника за шею, развернула его как живой щит. Подоспевшие драконцы ненароком изрешетили своего собрата. Девушка оттолкнула убитого и скрылась за погрузчиком. Переждав заискрившую на металле лазерную очередь, она выглянула из укрытия, сделала несколько выстрелов и снова ретировалась с поля боя. Хикки перед ней оставалось двое, но девушка уже слышала топот бегущего к ним подкрепления. Нужно было что-то придумать. В верхней части башни  располагалась небольшая рубка с лазерной установкой для борьбы с метеоритами и мощный радиопередатчик. Катерина сразу решила для себя, что, если ей и суждено было погибнуть сегодня, то только после того, как на Земле узнают об истинной опасности, идущей из глубин космоса.
Девушка ловко разобралась с двумя драконцами и побежала к ступеням, поднимавшимся к вершине башни. Наперерез ей выскочили трое. Небольшая заминка, стрельба, и путь перед ней вновь расчищен.
Катерина оказалась рядом с очередной грузовой платформой. На ней располагалась лебедка, удерживающая с помощью балки огромный ящик совсем рядом с рубкой.
- Фрост мы ее убьем, - услышала она голос занервничавшего драконца.
Девушка схватилась за металлический канат и сбила фиксатор лебедки. Груз сорвался с платформы, и Катерину рвануло наверх. Она запрыгнула на помост, на радостях подбежала к рубке, открыла дверь и наткнулась на выставленный Фростом пистолет.
- Аяяяй, - запричитал профессор и рукояткой оглушил девушку.
Он перебросил её через плечо и спустился вниз. Драконцы стояли у ворот шлюза в своих смешных скафандрах с круглыми и прозрачными, будто аквариумами, шлемами на голове.
- Фрост, мы закончили и теперь теряем время...
- Так летите. Я сейчас последую за вами.
Драконцы шагнули к шлюзу, но один из них остановился и спросил:
- Давно хотел спросить, Фрост. Зачем тебе это? Неужели жажда знаний для тебя выше, чем существование вашей?
- Странно, что вы рассуждаете как дилетанты. Я считал и считаю, что победить должен разум, а не грубая физическая сила. За чистым разумом будущее. Моя раса – дикари в сравнении с вами.
- У нас не такая уж и большая разница в развитии.
- К черту разницу. Первое место только одно.
 - Что ж, - усмехнулся драконец, - раз уж наши пути пересеклись, лучше уж уничтожить вашу цивилизацию сейчас, чем ждать, что когда вы прейдете к нам.
- Чем меньше создание, тем он злее? - оскалился Фрост.
- Нет, простая стратегия выживания. Вы сильнее нас физически, так уж заложено природой, мы развитее вас. Вот и все. Кому-то нужно потесниться.
- Оставляю тебе еще двух бойцов, а то вдруг твоя бестия озвереет вновь. Но не задерживайтесь. Ждем вас на орбите.
- Да, сейчас. Вот наденем скафандры  и отправимся за вами.
- Договорились.
Загорелась красная лампочка над воротами шлюза. Драконцы ушли. Помещение опустело.
Катерина начала приходить в себя. Фрост бросил ее на решетчатый пол и присел перед нею.
- У нас есть еще пять минут. Мы успеем, - он погладил её по щеке.
Катерина дернулась и с отвращением отвернулась. Фрост влепил ей пощечину:
- Смотреть на меня!!! - заорал он и, повернувшись к двум драконцам, добавил, - пошли вон отсюда.
Бойцы пожали плечами и отправились восвояси, мало ли, что этот чокнутый надумал. Они остались  вдвоем. Катерина на мгновение выкрутилась, вытащила нейропарализатор и попыталась атаковать Фроста, но профессор изловчился и перехватил её руку.
- О-па, а я про него и забыл. Так будет даже проще.
Он включил прибор, выставил мощность и ударил им в шею Катерины. Девушка дернулась, закатила глаза и обмякла.

***

Двери лифта закрылись. Эта секунда для Александра стала длинней, чем у некоторых людей вся жизнь. Он прыгнул на пол, жадно схватил накопитель и побежал. На открытой площадке шансов у него было слишком мало. Биокиборг слышал выстрелы и каждый раз, благодаря своим способностям, спасал себя. Прыжок, сальто с кувырком, перекат. Он вставал и снова бежал. Стоило признаться самому себе, с такими бойцами сражаться ему еще не приходилось.
Александр добрался до укрытия, когда один из лазерных лучей прошил его плечо, другой икру. Против оружия драконцев его бронекостюм был бессилен. Он кубарем вкатился в уходящий сторону коридор, подскочил и продолжил свое бегство, хотя раны отдавали болью и кровоточили.
 Александр открывал одну за другой двери лабораторий, пытаясь сбить преследователей с толку, и в последний момент спрятался в помещении с многочисленными колбами, кристаллизаторами, пробирками, мензурками и прочей химической посудой.
Осмотревшись, он вскрыл шкаф с реагентами. Александр выгреб все, кроме карбарановой кислоты, которая хранилась в огромной колбе и большой канистры со спиртом. Он подхватил емкости и отнес поближе к входу. На глаза попались еще несколько необходимых ему химических компонентов. Боевая подготовка в «Биокиберии» отточила все его действия до автоматизма. В ход пошло все, что могло стать в его руках оружием. За неимением другим выбирать не приходилось.
Шаги раздались совсем рядом. Александр прислушался и закупорил наскоро приготовленную смесь. Она встала в один ряд с кислотой и спиртом. Биокиборг притаился.
За матовым стеклом к кабинету крались четверо. Один из них аккуратно приоткрыл дверь и шагнул внутрь, следом вошел второй. Александр бросил в них приготовленную смесь и следом запустил емкость со спиртом. Раздался взрыв, новосцев разбросало в стороны. Взрывная волна пошла по столам, сметая всю посуду и осыпая осколками спрятавшегося Александра. Тут же вспыхнул спирт. Лаборатория в одно мгновение зашлась огнем.
Внутрь вбежал третий новосец, и биокиборг запустил в него открытую емкость с кислотой. Кислота, проникая сквозь негерметичную броню, добралась до кожи новосца. Он взвыл, запрыгал, сорвал с себя шлем и выскочил в коридор. Александр подбежал к оглушенному суперсолдату и подобрал его винтовку. Он не тронул лежавших на полу новосцев, но выстрелил в противника, притаившегося за дверью.
Стон за дверью подтвердил меткое попадание биокиборга. Александр услышал топот ног, в прыжке вылетел в коридор и открыл огонь. Противник не досчитался еще нескольких бойцов. Биокиборг подскочил на ноги, но ответный  выстрел попал в совсем потрепанный бронекостюм. Александра оттолкнуло и потащило в конец коридора. В груди больно жгло. Брони на нем, считай, больше не нет.
Он продолжал катиться и отстреливался. Как только появилась возможность спрятаться, Александр перекатился в проход, с трудом поднялся и побежал. Биокиборг  вновь выскочил в зал с воротами контура безопасности и ужаснулся. Мутанты силились проломить ворота в любую секунду. Их терпению, подкрепленному испепеляющим чувством голода, можно было только позавидовать. Чтобы совершить, казалось, невозможное, воющим и чавкающим от нетерпения  монстрам оставалось совсем чуть-чуть.
Появились новосцы, уже вшестером. Видимо, в коридоре Александр был крайне удачлив. Их ураганный огонь заставил его опять отступить. За ближайшим укрытием в виде огромной тумбы, он ответил. Получилось как нельзя лучше. Новосцев осталось пятеро. В Александра полетели гранаты. Спасла реакция. Он успел отпрыгнуть.
От оранжевой брони остались воспоминания. Теперь костюм могло пробить даже простое стрелковое оружие. Александр с большим трудом ушел из-под обстрела и спрятался за выступающей совсем рядом колонной. Укромное место дало возможность ему перевести дух, однако, к сожалению, загнало его в угол. Теперь любая его попытка прорваться легко приравнивалась к самоубийству. Пришлось терпеть. Выстрелы не прекращались, колону перемалывало, но подходить в упор новосцы не рисковали, боялись, и это радовало.
Дождавшись некоторого затишья, Александр выглянул из укрытия и расстрелял еще троих суперсолдат. Шансы его значительно подросли, но ненадолго. Стучавшая жуткими челюстями голова мутанта показалась сквозь щель под воротами. Кроваво-красные голодные глаза жадно впились в биокиборга, и Александр невольно отвернулся – противно, когда на тебя смотрят, как на обед. Голова исчезла, но тут же вынырнули уродливые лапы, заскрежетавшие когтями по полу. Ворота прогнулись еще сильнее. Их безумный скрежет прошелся ужасом по перепонкам и сотряс спину внешне невозмутимого биокиборга. Это был звук неминуемо приближающейся смерти.
Таиться дальше не имело смысла. Погибать от рук новосцев или от лап мутантов для Александра было не принципиально. Но вот выжить, как подсказывал биочип, в условиях внезапной атаки шансы оставались.  Без раздумий он схватил винтовку и побежал на новосцев. Вдвоем, они стали плечом к плечу и приготовились расстрелять своего противника. Биочип Александра оказался, как никогда сконцентрирован на своей цели. Биокиборгу удалось продержаться первые выстрелы. С присущей ему легкостью, он ушел от попаданий и сумел встречным огнем сразить одного суперсолдата. В следующее мгновение не  повезло уже ему. Выстрелы попали ему по ноге и многострадальному плечу. Александр споткнулся, полетел кубарем к ногам лишенного эмоций новосца. В этот момент вой за его спиной стал предвестником новых испытаний: мутанты добились своего. Ворота прогнулись окончательно, и в помещение хлынула волна безумия.
 Новосец отвлекся на монстров, и биокиборгу ловко вскочил на ноги. Преимущество в реакции позволило Александру выпустить остаток обоймы пришельцу по ногам, схватить его винтовку, выдернуть из-за его пояса несколько гранат и, что есть сил, пуститься прочь.
Легкая добыча только разогрела аппетит мутантов. Большинство из них, не стали пировать пришельцем, в охотничьем азарте бросилось именно за Александром. Он почувствовал их близость в коридоре перед лифтом и бросил за спину несколько гранат. Взрывы едва не сбили его с ног, но ужасный вой за спиной заставил только ускориться. Сил уже не хватало. Ранения давали о себе знать. Темнело в глазах. 
Цель была перед глазами – вот-вот и он дотянется до дверей лифта. Александр прыгнул, пролетел несколько метров и просунул руки между створок. С трудом удалось их раздвинуть и протиснуться внутрь. Двери сомкнулись, гулко, будто очередью, забарабанило по ним. На их поверхности остались вмятины от лап  и голов.
Александр посмотрел наверх. Лифт завис в башне «Олимпика». Оставался единственный путь наверх – подниматься по редким металлическим выступам каркаса шахты.  Двери заходили ходуном. Биокиборг наметил себе цель и подпрыгнул. Он ухватился за выступ, оттолкнулся и зацепился за следующий. Освоив столь нехитрый способ передвижения, Александр стал быстро взбираться наверх. Гравитация Тритона помогла раненному организму безболезненно осуществлять задуманное.
Он едва проделал половину пути, когда первый мутант смял двери и просунулся внутрь. Александр исхитрился расстрелять тварь и подарил себе несколько драгоценных секунд. Мутанты притихли, не зная, как поступить, лаз вроде бы и оставался перед ними, но труп их собрата останавливал от безрассудной атаки.
Биокиборг вплотную приблизился к кабине лифта и посмотрел вниз. Картина стала совсем жуткой. Мутанты, подгоняемые голодом, все же ринулись в шахту.
Александру повезло. Если до этого в зале обеспечения приходилось подниматься на открытой платформе, которая в верхнем положении наглухо заходила в свой паз, то здесь была кабина, вполне преодолимая вдоль стены. Он с трудом протиснулся между нею и шахтой, медленно-медленно полез, рискуя застрять в любой момент.
Пронесло. Биокиборг взобрался на крышу кабины, сорвал люк, и остановился. Мутанты рано или поздно поднимутся наверх, и сейчас держа в руках пульт Франсуа, он мог разом отсечь их от внешней части базы. Но Александр раздумывал недолго, спрятал пульт, расстрелял несколько самых настырных тварей и спрыгнул в внутрь кабины, еще не все закончилось, пусть пока ползут.
Он раскрыл внутренние двери, наружные и вошел в помещение. Башня пустовала, только два драконца скучали совсем рядом с лифтом. Александр даже не позволил им понять, что произошло. Смерть подкралась к ним внезапно, они только и успели, что заглянуть в её глаза.
Александр расстрелял обойму и выбросил бесполезную теперь винтовку. Он хотел уже сменить оружие, но тут увидел Фроста, который от неожиданности подпрыгнул, побелел, будто увидел приведение. Профессор держал в руках часть бронекостюма Катерины и в коем-то веке казался напуганным. И глаза у его страха были велики. Зрачки расширились настолько, будто Фрост принял знатную дозу транквилизаторов. Его парализовало. Он не мог сдвинуться с места. Профессор с ужасом наблюдал, как истерзанный, но несломленный в передрягах Александр приближался к нему. Тяжелые шаги биокиборга отдавали болезненной дробью в висках Фроста.
Некогда грозный предводитель мятежников теперь выглядел жалко. Он с трудом пересилил себя и бросил дрожавшими руками в биокиборга часть брони Катерины. Вещь даже не долетела до Александра, и он, перешагнув через нее, продолжил идти вперед, не сводя глаз с Фроста.
Подойдя вплотную, биокиборг взглянул на Катерину, лежит без чувств, рядом нейропарализатор,  и уже зло посмотрел на профессора. Фрост задрожал и упал на колени.
- Алекс, - зашептал профессор, вытирая потекший  с него градом пот, - Алекс.
Разум все понимал и не молил о пощаде, но в глубине души, где правил страх, мелькал луч крохотной надежды. Фрост жадно смотрел на Александра, хлюпал руками, постоянно утирая пот. Биокиборг нащупал у девушки слабый пульс и произнес без всяких чувств и эмоции:
- Ты умрешь, - до ушей Фроста долетело холодящее душу равнодушие, будто бы с ним говорила сама Смерть.
Лицо профессора исказилось от ужаса, и он затряс головой.
- Нет, Алекс, нет.
Александр схватил Фроста за шиворот. Он не хотел избиений, не хотел истязаний, он только и желал, что покончить с этим человеком раз и навсегда. Увидев Катерину, беззащитную, на грани жизни и смерти, внутри биокиборга что-то надломилось.
Он затащил профессора в лифт, нажал кнопку вниз и, глядя в прослезившиеся глаза профессора, произнес:
- Тебе пора почувствовать результаты своих экспериментов на себе.
Фрост дрожал и молчал. Страшный человек, безумец, предатель теперь выглядел размякшим трусом.
Лифт медленно пополз вниз, счищая со стен шахты карабкавшихся наверх мутантов. Когда кабина замерла, Александр услышал предсмертный крик и жадные чавканья. Он достал пульт и взорвал шахту.
Тряхнуло хорошо, Александра даже отбросило на пол, а из шахты лифта вырвался сноп пламени. С Фростом было покончено, с мутантами, вероятно, тоже. Биокиборг поднялся и подбежал к Катерине. Он погладил её волосы. От прикосновения девушка открыла глаза:
- Танкеры, не дай им... рубка.
Она вновь потеряла сознание. Александр понял все, что успела сказать Катерина, и ринулся наверх. Он включил лазерную батарею. Появились целеуказатели. Из люков, рядом с базой, выдвинулись четыре автоматических пушки.
Совсем рядом, по космическим меркам, маячили сорвавшиеся в свой смертоносный поход танкеры. Автоматическая система наведения засекла мишени, и Александр, не раздумывая, нажал на большую красную кнопку. Он не знал, в каком танкере находился вирус, потому решил уничтожить их всех. Четыре раза вспыхнуло, и груды обломков стали медленно падать на поверхность тритона, оставляя смертоносный вирус в ледяном плену безжизненного Тритона.
Александр включил радиопередатчик и схватил рацию.
- «Олимпик» вызывает Конфедерацию, повторяю, «Олимпик» вызывает Конфедерацию.
Эфир шумел, но никто не отзывался. Александр не сдавался и упорно прокручивал частоты радиосвязи, повторяя как молитву одну и ту же фразу. Судьба человечества завесила от того, как быстро он мог рассказать людям о готовящемся Апокалипсисе.
Наконец, ему ответили. Еле слышно проговорил мужской голос:
- Говорит капитан разведывательного корабля. Мы находимся в районе Урана. База «Олимпик» давно законсервирована, прием. Кто вы? Назовите себя!
- Уходите оттуда, и готовьтесь к вторжению инопланетной расы. Их флот на подходе.
- Кто вы, представьтесь. О чем вы говорите?
- Мне нужен генерал Мильке, прием.
- Назовите себя, - повторил твердолобый военный.
Надо было отдать должное Мильке, службы которого мониторили все возможные частоты.
- Заткнись, болван, - Александр услышал знакомый властный голос, - Алекс, это Мильке, что у тебя там?
- Генерал, большая беда. Как же я был прав, враг у нас действительно все это время был за спиной, совсем рядом. Смотрел за тем, как мы копошимся в его поисках, и довольно потирал руки.
- Ты нашел его?
- Да, предводителем мятежников был Фрост. Фрост был жив все это время.
- Я правильно понял «был»?
- Да, он мертв.
- Тогда, какая беда, Алекс? Это же победа!
- Нет, генерал. Он мертв, но его дело живет. Его цель не мятеж, не развал Конфедерации, а помощь в уничтожении нашей цивилизации пришельцами. Это более развитая цивилизация, и я так понимаю, они вот-вот перебросят основные ударные силы к нам, в Солнечную систему.
- Мальчик мой, ты отдаешь себе отчет в том, что говоришь? - сделав, многозначительную паузу, спросил Мильке.
- Это не шутки...
Александр посмотрел на потолочные окна модуля и увидел сотни кораблей, пролетающих над Тритоном. Он опоздал.
- Генерал. Готовь все, что можно, они уже тут.
- Алекс...
- Генерал, на границе гелиосферы открыта кротовая нора. Флот пришельцев прибывает через нее. Я их уже вижу. Но у вас будет шанс. Но только, если в этот сектор запустят несколько термоядерных, ядерных, прочих ракет, которые могут сделать хороший фон.  Кротовая нора открывается искусственно. Для нее важны параметры нашей звездной системы. Это её координаты. Дюжина хороших взрывов закроет нору, на время, но закроет. Это шанс генерал. Нужны самые быстрые ракеты. Вычислите нору, это несложно, я думаю совсем недалеко от Нептуна. Действуйте. Уже прибывший флот надо будет тоже встретить. Иначе, это начало конца.
- Алекс, Сенат, министр обороны, совет безопасности, это все не делается так.
- Давай, черт возьми, решай, - закричал Александр, - в твоих руках жизнь миллиардов. Не ты ли меня призывал защищать жизни ни в чем неповинных людей?
Две «летучие мыши» отделились от космической флотилии и стали спускаться к базе. То, что на «Олимпике» было не все гладко, драконцы догадались сразу –  Александр уничтожил танкеры прямо у них на глазах.
Едва сблизившись с башней, корабли открыли огонь. Базу затрясло, снопом посыпались искры. «Олимпик» стал разваливаться.
- Нас атакуют генерал, прощайте. У вас есть шанс...
- Алекс...
После очередного попадания пропала радиосвязь. Биочип отметил изменение давления и уменьшение количества воздуха. Башня утратила герметичность. Биокиборг посмотрел на «летучую мышь» внизу и тут же отбросил шальную мысль – вывести незнакомый корабль через шлюз, элементарно не хватит времени. Оставался единственный путь к спасению – «Беркут».
Александр не сбежал, слетел вниз. Он нашел спрятанный скафандр и устремился к Катерине. Она лежала на помосте, беспомощная и беззащитная. В ней еще теплилась жизнь, и Александр не мог позволить ей безвременно уйти. Только сейчас он стал понимать, кем она являлась для него. Она была для него всем. Катерина закончила его окончательное превращение в человека. Она научила его чувствовать. Она научила его любить.
У него даже не возникло другой мысли кроме, как надеть свой скафандр на нее. Он должен был выдержать, хотя и его силы были не безграничны. Ему всего лишь надо было дойти до «Беркута». В лаборатории он делал фокусы и сложнее.
Снова затрясло. Драконцы резвились, будто играли в игру на самое точное попадание. Александр подхватил Катерину на руки, сделал ей экономичную подачу воздуха и побежал к шлюзу. Он задержал дыхание, когда внешние ворота стали открываться, и ступил на холодную поверхность Тритона. За спиной обрушился свод башни «Олимпика».
Перед глазами маячил только «Беркут». Александр бежал, чувствуя, как заканчиваются силы, и даже его  нечеловеческие способности в силу ранений очень быстро перестали справляться с адским холодом. Он был ослаблен, но вопреки всему продолжал двигаться вперед.
Александр так и не понял, начал ли он ловить галлюцинации или нет, но чуть в стороне он увидел седого старика, стоявшего и внимательно смотревшего на него, будто все это происходило не на Тритоне, а в какой-нибудь глубинке на Земле. И старик этот был тот самый, из его снов. Или не снов. Сейчас это было совсем не важно.
Его отвлекли корабли драконцев. Их, крошечных с высоты беглецов, засекли. Укрыться, спрятаться до смешного было негде. Александр вновь посмотрел в сторону своего видения, но старик исчез. А «Летучие мыши» уже заходили в пике. До «Беркута» оставались какие-то метры, но Александр смиренно понял: корабль недосягаем. Драконцы, промелькнув над его головой, выпустили по «Беркуту» с десяток ракет. Били много и наверняка, не давая ни малейшей возможности спастись.
 «Беркут» вспыхнул мощно, разбрасываясь во все стороны своими обломками. Секундная вспышка осветила обреченное лицо биокиборга, забегала печальным огоньком в его глазах. Кислород выгорел мгновенно, обнажил быстро остывающий остов некогда спасительной шлюпки. 
Прощай, «Беркут». Тебе никогда не стать легендарным тысячелетним кораблем, промелькнула совсем грустная шутка в его голове.
Драконцы зашли на новый круг, но стрелять не стали, лишь показательно прошли на минимальной от поверхности высоте. Это и так был конец. Корабли в издевательском прощании качнули крыльями и оставили Александра и Катерину между двух пепелищ.
Александр смиренно посмотрел им вслед, скользнул взглядом вниз и остановился на открывшейся взору пугающей безысходностью панораме. Смертоносная ледяная пустыня беспощадно простиралась вокруг на тысячи километров. Темный лед, сверкающий сурово и таинственно на фоне величественной синевы Нептуна, отдавал замогильным холодом, который ослабленный биокибернетический организм уже начинал чувствовать.
Над головой пролетал уже мало волновавший Александра флот пришельцев. Они спешили творить историю. Цикличная ли она была, проходил ли кто-то уже нечто подобное, биокиборгу, в общем-то, было все равно. Его история творится здесь и сейчас. И здесь же она стремительно приближается к своему концу. В запасе у него оставалось не больше пяти минут.
Биочип жалобно подавал информацию о переохлаждении, клетки биокибернетического организма едва справлялись с нагрузкой. Обстоятельства рассудили так, что Александру было суждено стать частью мрачного Тритона, его безжизненной ледяной скульптурой.
Впрочем, он думал сейчас совсем не об этом. На его впервые слабых от чувств руках лежала Катерина. У нее было немногим больше времени, воздуха в скафандре хватит как минимум еще на час. Но что это меняло? Сердце разрывалось, он не мог спасти её.
Биокиборг присел и положил голову девушки себе на колени. Сквозь полупрозрачное стекло скафандра легко угадывались ее прекрасные черты. Внутри теплилась надежда, что она откроет глаза, пока он был еще здесь. Но Катерина оставалась без сознания.
Александр жадно всматривался в ее лицо. Он вдруг захотел, чтобы оно стало последним, что запечатлела бы его память. За его недолгую жизнь, которая постоянно испытывала биокиборга на прочность, именно судьбоносная встреча с Катериной подарила ему столь драгоценные мгновения счастья. Их было удручающе мало, но именно  из-за  них все остальное вдруг начинало приобретать смысл.
 Он устроился, как ему показалось удобней, и стал отсчитывать секунды, продолжая смотреть на ее лицо. Где-то вдалеке за его спиной промелькнула едва уловимая тень...

11 апреля 2013 года