Поздний звонок

- Ало, Серёженька, это ты?
- Да, мама! Как ты добралась? Я за тебя очень переживал!
- Хорошо, Серёженька! Тут просто замечательно! Постоянно светит солнце. И сосны! Прямо выходишь из домика, и сосны! Знаешь, какой тут воздух?! И до моря - шагов сто всего, не больше.  А главное, сынок, люди тут такие все обходительные, добрые. И когда утром просыпаешься, и выходишь на прогулку, то все…
- Мама, как перелёт? Как ты перенесла перелёт?
- Ничего, Серёжа, с Божьей помощью, ничего.  Знаешь, а тут такая радость! Прямо рядом со мной угадай, кто, оказывается, поселился? – Тётя Марина. Ты не помнишь тётю Марину?
- Нет. Представляешь, совсем не помню!
- Ну как же? Ты забыл тётю Марину? А ведь когда-то так радовался, когда она приходила! Хотя ты, и правда, был ещё маленький тогда… Мы с ней часто гуляем тут. И на море ходим вместе. Хотя, слушай, отсюда долго нельзя подолгу звонить. Пора заканчивать разговор. Просто я тебе хотела передать, что добралась нормально, и мне тут очень хорошо. Вот и всё, пожалуй. Целуй от меня своих девочек. Я люблю тебя.
Мама, отдыхай. Забудь про все дела, и отдыхай. И не бери ничего в голову: у нас тут всё просто прекрасно. Я тоже тебя очень люблю…
***
Перед ним, на застеленной клеёнкой тумбочке, стоял телефон. Красный пузатый пластмассовый телефон с тяжелой трубкой: он появился в семье, когда Сережа был еще в пятом классе. Теперь из его круглых дырочек доносились до уха протяжные гудки. Но постепенно в его ум ворвалось осознание того, что гудков нет. И красного телефона тоже нет. И что он – уже не Серёжа. И что весь этот разговор был не наяву, а за окном еле-еле начинает брезжить ранний летний рассвет. Но на душе вдруг стало светло и радостно. Так радостно ему не было уже очень давно.
Сергей Михайлович работал в областной больнице, заведующим кардиологическим отделением. Три дня назад у его мамы случился обширный инфаркт. Он в это время был на утреннем обходе. Сам узнал от ребят из Скорой помощи… Не успел. Когда он примчался, было уже слишком поздно.
И все эти три дня он корил себя, и мучился от того, что всё вышло вот так. Он не успел, не смог ничем помочь самому своему близкому человеку. Он даже не успел попрощаться, сказать главных слов, и всё окончилось вот так, по бытовому, каким-то очередным, пустым разговором о делах.
И вот теперь – этот сон: совершенно реальный, правдивый и живой, отпечатавшийся в памяти покрепче любой реальности.


Рецензии