Футляр из сейфа

        Дрожащей рукою он вытащил ключ из левого кармана. Голова разрывалась изнутри от невыносимо громких звуков аварийной сирены, доносившихся из здания позади. К тому же Майклу не давал покоя вопрос: «как такое могло произойти?». Ведь были соблюдены все меры безопасности, давались стопроцентные гарантии. Сам босс его уверил, что держит ситуацию под строгим контролем. А ведь Майкл был, наверное, самым приближенным к начальнику человеком в компании. Босс с ним советовался, вернее нет… босс ни с кем не советовался, но он обязательно посвящал Майкла в любые планы относительно секретных проектов, разрабатываемых в компании. А может босс рассказывал ему далеко не всё. Но в любом случае, они оба по уши погрязли во всём этом дерьме и только теперь Майкл осознавал, что разгребать всё это придётся именно ему. Хотя для начала неплохо было бы выжить.
На парковке никого не было. Похоже аварийная система сработала отлично и теперь все выходы из здания перекрыты. Возможность открыть аварийную дверь была только у Майкла (ведь по факту он был гендиректором компании), у самого босса, а также у начальника охраны. Майкл чертыхнулся. Он совсем забыл про грёбаного Теллера. Этот волчара может узнать, что гендиректор покинул здание. Погонится ли Теллер за ним? Сейчас у начальника охраны явно хватает проблем, но как только он разберется с аварией, то сразу же вспомнит про гендиректора, который в разгар инцидента сбежал из здания. Эта перспектива совершенно не радовала Майкла, и потому тот ускорился. Зажимая в кулаке ключи от автомобиля, он придерживал левую руку, боль в которой адски пульсировала, словно кто-то пожирал его мышцы изнутри. И снова в голове возник этот вопрос.
КАК ТАКОЕ МОГЛО ПРОИЗОЙТИ?
А не всё ли равно, как это произошло. В любой момент Майкл мог умереть, если не от потери крови, то от кое-чего похуже. Пожалуй, нужно для начала добраться домой и достать то, что лежит в сейфе. Нет гарантии, что это поможет, но выбирать не приходится. Минивэн стоял на привычном месте, которое Майкл занимал на парковке уже последние четыре года. Поверить только, что они успели натворить в этой лаборатории за четыре года. И к каким последствиям это привело.
Двери минивэна открылись ещё до того, как Майкл подбежал к машине. Спасибо дистанционным ключам, спасибо тебе, двадцать первый век с твоими грёбаными технологиями. Когда Майкл только начинал работать на босса, у него ещё был старенький бьюик который открывался обычными ключами. Хорошо, что сейчас у него другая машина, ибо Майкл очень сомневался в том, что он смог бы открыть бьюик с больной рукой. Уже через год работы на компанию он купил себе новый комфортный автомобиль. С дистанционным открыванием дверей конечно же, всё как полагается. Он мог себе позволить купить машину раз в пять дороже, ибо деньги, проходившие через их компанию, были немереными. Звуки сирены не умолкали, и казалось, что она гудит не в здании, а прямо в голове Майкла. К тому же добавилось какое-то странное ощущение… Голова кружилась. Майкл на секунду решил, что теряет сознание и в страхе ударил себя здоровой рукой по лицу. На мгновение полегчало. На секунду в голове промелькнула мысль: «как же я буду вести машину, когда моя левая рука потихоньку отказывает?». Превозмогая боль и отвращение Майкл подвернул рукав на левой руке чтобы осмотреть рану. Чёрт, какая же она глубокая. Вырвали прямо с мясом. И кровь как на зло даже не думала останавливаться. Когда это случилось он даже не подумал её перевязать, ведь всё произошло так неожиданно и так... страшно. Плохо дело, ведь даже если Майкл доберется до дома и воспользуется тем, что лежит в его сейфе, он может навсегда лишиться левой руки. Правой рукой Майкл открыл бардачок и стал рыться в поисках аптечки. Да откуда же там столько хлама? Ничего не найдёшь, когда что-то понадобится. Он даже не мог подумать, что ему когда-нибудь понадобится аптечка из машины. А вот и она. Аспирин, упаковка влажных салфеток и пузырёк с перекисью. Да уж, если бы Майкл попал в аварию, ему бы не сильно помог такой набор. Содержимое пузырька он вылил себе на рану и лишь только первая капля коснулась плоти, Майкл взвыл волком. На руке выступила белая пена. Она смешалась с кровью, и мерзкая алая жидкость из раны рекой полилась Майклу на рубашку. Нужен жгут, иначе вся кровь вытечет, и Майкл уже никогда не сможет отвесить своему брату коронный левый в спарринге. Галстук, можно использовать галстук. Эта хрень никогда и никому не пригодилась бы больше, чем в данный момент Майклу. Правой рукой и зубами ему удалось затянуть галстук на предплечье, чуть выше ужасной раны. К горлу подошёл комок, но Майкл сдержал его, чтобы не начать блевать. Медлить нельзя. Неизвестно сколько ещё он протянет, до того, как сдохнет или до того, как…
       Майкл вставил ключ зажигания и повернул его. Минивэн тихо загудел. А вот сирена гудела нестерпимо громко и, пожалуй, не собиралась останавливаться. Надо валить, причём как можно скорее. Босс как-то заикнулся о том, что в случае совсем уж безвыходной ситуации здание можно буде взорвать. А если эта «совсем уж безвыходная ситуация» происходит сейчас (что очень похоже на правду), то Майкл хотел находиться как можно более дальше от фабрики. Поспешно выехав с парковки, Майкл, который старался и рулить, и успевать переключать скорости одной только правой рукой, направился в сторону города. Обнадёживал тот факт, что до города ехать всего ничего, миль пять. Фабрика располагалась в лесу в некотором отдалении от города, потому что того требовали какие-то там стандарты градостроения. Видите ли, нельзя оборудовать промышленные предприятия в черте города. А ведь здание, которое босс оборудовал одновременно и под штаб-квартиру компании и под фабрику, стоит на этом месте уже очень давно. С девятнадцатого века это было поместье какой-то крутой семьи, Майкл не помнил какой именно. Одни из основателей города, вроде бы. В семидесятые годы прошлого века последний отпрыск этого клана откинул коньки, а так как земля принадлежала городу, то и перешла под владение мэрии. Долгое время поместье использовали просто как склад, ибо жить тут не хотелось никому, да и денег для выкупа этой земли требовалось немерено. Один из мэров, в конце девяностых как-то пытался жить тут, но с ним случился какой-то несчастный случай, и с тех пор особняк стоял пустым. Пока не нарисовался босс. Майкл не знал, какие тёрки у того были с новым мэром, но земля вместе с поместьем была полностью продана (а возможно и отдана безвозмездно) для компании босса. Лет пять или шесть прошло с тех пор.
     Майклу казалось, что он всё ещё слышит сирену, хотя от фабрики он отъехал уже на мили две и лес вокруг уже понемногу начинал редеть. Да, его голову разрывала не сирена, а какой-то шум внутри, который становился всё больше и больше. На секунду Майкл взглянул на безжизненно болтавшуюся, левую руку. Резкий рвотный позыв и Майклу пришлось быстро немедленно тормозить. Выблевав, казалось весь желудок на дорогу, он закрыл дверь и медленно завёл минивэн снова. Стало трудно фокусироваться на дороге. Всё вокруг выглядело расплывчато и нечётко. Ничего, Майкл уже почти приехал в город, а до дома ползти нужно было ещё буквально одну милю. Он жил с женой на самой окраине города, на берегу озера. Кстати и здание, где работал Майкл находилось у этого озера, так что при желании Майкл мог бы купить лодку и плавать на работу на ней. Но подобного желания у него не возникало абсолютно. Район, в котором жил Майкл, считался пристанищем местных богачей. Тут расположились и мэр в своём трёхэтажном доме-монстре, обнесённым огромным забором, и начальник полиции, и местный стоматолог, который, наверное, был богаче некоторых городских чиновников, и множество других светских лиц. Район и правда был хорошим, а виды озера привлекали своей умиротворённостью. Вот только месяц назад началось то, что «прославило» этот захудалый городок на всю страну, а то и на весь мир. Эти чёртовы убийства. Трупы начали находить постоянно и большинство из них обнаруживали именно на берегу озера. И провалиться бы Майклу на этом самом месте, если бы он сказал, что не имеет ни малейшего понятия о том, кто причастен к этим смертям.
       Какой-то шум сзади, заставил Майкла резко повернуть голову. Нет, никто за ним не гонится, никто за ним не гонится, никто за ним… Он чуть не въехал в придорожную табличку, означающую начало городской границы, но вовремя успел повернуть на мост. За мостом сразу его дом, уже почти. Жена сейчас на работе и появится никак раньше шести четырёх часов. А сейчас всего одиннадцать. У него почти получилось, осталось лишь войти в дом и открыть чёртов сейф. Майкл завернул на подъездную дорожку, задев мусорное ведро, стоявшее перед домом. В гараж заезжать не стал – не было времени. Он вышел, а точнее вывалился из машины прямо на газон перед домом. Боль в руке резко дала о себе знать и Майкл снова проблевался, теперь уже на свой газон. Он поднял голову и вскрикнул от ужаса. Его обступили кругом все соседи, наперебой выкрикивая что-то неразборчивое. У всех в руках было что-то то, чем они замахивались на него. Шприцы. А сзади к нему на бешеной скорости мчалась машина Теллера, начальника охраны предприятия. «Вот ****ь» - пробормотал Майкл, поднимаясь на ноги. Он снова проблевался, после чего огляделся. Вокруг никого не было, и никто за ним не ехал. Если бы кто-то сейчас и наблюдал бы за ним, то увидел бы только сорокалетнего белого мужчину в облёванных брюках и окровавленной рубашке, стоявшего около наспех припаркованного минивэна перед домом.
       Необходимо как можно скорее добраться до сейфа. Майкл подбежал к двери и снова выругался. Ключи, снова грёбаные ключи. Они лежали в машине и нужно было возвращаться, а в этой ситуации пройти лишних пару метров назад для Майкла было испытанием. И почему никто не придумал дистанционно открывающихся входных дверей. Вернувшись к минивэну Майкл нащупал на переднем пассажирском сидении ключи от дома и схватил их. Вот дверь, вот ключ, вот трясущаяся рука. Нужно сделать так, чтобы эти факторы заработали вместе и дверь была открыта. Это определенно стало испытанием для Майкла, но в конце концов он попал в дом. Да, он почти сделал это, почти. Теперь нужно бежать в кабинет. В случае Майкла слово «бежать» было не совсем корректным, так как хотя с его ногами было всё в порядке, он стал передвигаться крайне заторможено. Но вот и кабинет, вот и сейф в углу около стола. Рванувшись к нему, Майкл задел левой рукой край стола и взвыл от боли. Он упал на пол кабинета и отключился. Возможно на минуту, а возможно всего на несколько секунд, но он потерял сознание.
     Открыв глаза, Майкл огляделся, пытаясь понять где он находится. Он лежал в своём кабинете, на белом шерстяном ковре, по которому уже растеклось бордовое пятно, будто жена случайно разлила кофе, а может томатный сок. Но это было не кофе, и не сок. Майкл понял, что это его собственная кровь и разом вспомнил, что он здесь делает. Сейф, скорее к сейфу, вот он рядом, нужно лишь доползти. Шестнадцать влево, двадцать три в право и сорок влево. Есть! Деньги, документы, револьвер, фальшивый паспорт – всё к чёрту.
      В дальнем углу сейфа лежал небольшой футляр, напоминающий футляр для очков. Только футляр этот был какого-то салатового или светло-зелёного цвета. В бессилье Майкл привалился спиной к сейфу и дрожащей правой рукой достал этот футляр. «Я спасён, сейчас всё закончится…»
     Дверь кабинета распахнулась. В дверном проёме появился высокий коротко постриженный мужчина. Начальник охраны компании. Теллер.
     Майкл застонал, пытаясь спрятать футляр за спину.
- Да, ты всё верно понял, я пришёл за этим – прорычал Теллер, медленно приближаясь к Майклу. Тот заметил, что Теллер был весь в крови, а на груди сквозь рубашку была видна рваная рана. Его тоже достали…
- Послушай, нужно связаться с боссом – застонал Майкл, безуспешно пытаясь отползти подальше от Теллера. – У него есть ещё экземпляр. Он поможет тебе. А это моё. Мой. Я тоже жить хочу, Чарльз.
- Ты сам знаешь, где сейчас босс, - рявкнул Чарльз Теллер, - а когда он вернётся я уже сдохну! Так что, просто дай мне чёртов футляр!
- А как же я, Чарльз? Как же я? – Майкл начал рыдать
- Это всё произошло по вашей вине. Вы вместе с боссом устроили это. Ты заслужил такой смерти, я думаю ты сам это прекрасно знаешь.
Теллер начал отнимать у Майкла футляр, который тот пытался спрятать за спиной. Он пытался сопротивляться, но как ни крути, охранник был сильнее. Майкл издал протяжный стон, когда Чарльз всё-таки забрал футляр. Теллер толкнул Майкла ногой в живот, отчего тот проблевался себе на ноги. Охранник отошёл к самому выходу из кабинета. Повертев футляр в руках, будто что-то диковинное, Чарльз резко открыл его. Пусто.
       Футляр был пустой. С рёвом Теллер повернулся к лежащему около сейфа Майклу. В одной руке у него был шприц, который тот успел вытащить из футляра, пока прятал его за спиной. В другой руке у Майкла был револьвер, направленный прямо на Теллера.
- Сукин сын – только и успел пробормотать Теллер, прежде чем раздался выстрел.
Майкл сидел на полу. Револьвер он положил обратно в сейф и теперь рассматривал синеватую жидкость внутри шприца. Нужно только вколоть рядом с местом укуса и надеяться, то уже не слишком поздно. Майкл думал, что скорее всего уже спасён. Презрительным взглядом он посмотрел на труп Теллера, чувствуя своё превосходство. «Сукин сын хотел меня убить и отнять шприц». Майкл засмеялся, но смех превратился в кашель. Он отхаркнул кровь прямо на тело Теллера. И вдруг он вспомнил, что сегодня совершенно ничего не ел. Ах, как же он голоден. Все чувства резко отошли на второй план, уступая место неистовому, непреодолимому голоду. Теллер лежит тут перед дверью. Его глаза открыты. Он смотрит на Майкла? Его рот приоткрыт. Он что-то пытается сказать? Ах да, антидот. Правой рукой Майкл небрежно воткнул шприц куда-то в плечо, даже не пытаясь попасть ближе к ране.
Он отключился. А через какое-то время открыл глаза. Он, а вернее оно уже ничего не помнило. Оно ощущало лишь одно чувство. Голод. Хотелось есть. Нет. Жрать! А рядом как раз валялся огромный аппетитный кусок мяса, ещё недавно бывший начальником охраны в фармацевтической компании. Оно медленно подползло к телу Теллера. Запах трупа был великолепен. Он благоухал, как французские духи или иерусалимский ладан. Оно, не в силах больше терпеть, с жадностью вгрызлось в плоть Чарльза Теллера. Шприц, торчащий из плеча существа, всё ещё был полон.