Белыми

Горько, разбавлять этот тягучий желтоватый нектар собой. Всю жизнь разбавлять.. выплескивая себя тоннами на скалы, о которые кто-то разобьется, погасив мой рассвет. На передовой все те же люди, с теми же надеждами, кулаками за спинами, хмурыми лицами, этими чертовыми глазами, которые пытаются углядеть во мне признаки безвременной кончины. Отыграть панихиду, по очередному «сшедшему с ума» чтобы вновь раз за разом искать и прятаться в чьей-то жизни, греться в чьей-то душе. Она без меры и дна – тонка, там шелкопрядом я, перебирая нити занимаюсь любовью, рисую что-то в японском стиле: журавлей, охапку  цветов вишни, глаз любимых улыбку. Кроплю мелкими летними каплями дождя по высохшим полянам и радуюсь первым побегам - бегу дальше, вдаль, собирая по обе руки таких же сумасшедших, безумцев, творящих в мире своем пригоршни непонятых никем волшебных моментов, нотами, что не нуждаются в подходящем ключе, в скважину лишь светом,  сердцем в душу  – без слов. Сопричастностью главного, что останется после нас.