Ленин

В моей спальне висит карта мира. Не потому, что мама- географ. Я собираю марки. Моя сестра Аня например тоже собирает марки, она собирает живопись- она будет художником, она здорово рисует.  Аня говорит что не рисует, а пишет. Я не умею рисовать вообще. Можно только понять, что я пытался изобразить человека, и то с трудом. Это я так рисую. Ну а пишу...- там вообще говорить не о чем. Никто не может понять, что я написал.  Мама красиво пишет, такие пятерки в тетрадках выводит. Иринка хорошо пишет. Папа вообще каллиграфически, витиевато, с завитками и так в наклон, удлиннено. Никто не знает, в кого я, такой кривой на руки, уродился. Гвозди забиваю хорошо- еще в пять лет научился. Ну да ладно. Еще я хорошо умею обводить линии. На карте мира обвожу страны. Я собираю марки по странам. У меня уже пятьдесят пять стран обведено. У меня два больших кляссера с марками- там живопись, животные, и все другие темы, я люблю эти марки. Мое главное сокровище- маленький кляссер, там, где пара сотен марок из разных стран. Я их каждый вечер перед сном просматриваю. Каждая марка как будто уносит меня в ту далекую страну. Я ее нахожу на карте, и представляю, как будто бы я, путешественник, покупаю в этой стране именно эту марку в киоске, чтобы послать письмо маме. У меня пара десятков обычных почтовых марок Англии, несколько американских. Больше всего я люблю марки самых маленьких стран- например Сан-Марино, или таких экзотических, как Бермуды.
Далекий мир архипелагов Тихого Океана манит своей загадочностью. Новая Каледония, Фиджи, Таити, Остров Пасхи, Новая Зеландия- сказочный, недостижимый мир. Ни у кого в городе нет марок оттуда, ни у кого. Я был в клубах филателистов и на Машгородке, и на Автозаводе- все говорят, что это большая редкость. Я с трудом разыскал одну марку Австралии- пришлось отдать три набора живописи Эрмитажа- дорого по деньгам, но марка Австралии теперь есть только у меня. Еще есть одна марка из Индонезии. Пацан, у которого была марка, не знал, где находится такая страна, и мне повезло- он мне ее отдал за набор космоса. Иногда ко мне приходит Колян, и просит продать какую-нибудь марку. Колян дает хорошие деньги. Я знаю, что в 25-й школе есть парень на четыре года старше меня, который тоже собирает по странам, и на Автозаводе есть в клубе филателистов мужик, который тоже собирает по странам. Вот Колян и приходит. Эти два знают про мою Бермуду и Сингапур, и хотят купить. За Бермуду Колян предлагал десять рублей. У Коляна есть деньги, у него всегда в кармане двадцать-тридцать рублей. Он всего на два года меня старше, и мне трудно представить, что такое иметь просто так двадцать рублей в кармане. Колян купил себе спортивный велик- просто пошел в Юбилейный, и купил. Я уже два года прошу родителей купить спортивный велик- говорят денег нет. Как то раз Колян сказал, что если мне надо велик, то он просто купит мне велик, только естественно не просто так, а за тот маленький кляссер.
Нет, придется поездить на подростковом Салюте рыжего цвета, из которого я почти  вырос. Весь двор смеется над моим рыжим Салютом. Я уже привык, и не обращаю внимания, а сам думаю- ну и угораздило же папу купить мне велик такого цвета- не черный или синий как у всех ребят, а имено рыжий. Такой велик, как и Бермуда, есть только у меня. У меня появилась надежда- скоро Ленину исполняется 100 лет. К столетию Ленина выпускается юбилейная медаль, которой собираются наградить передовиков производства. Вместе с медалью дают небольшую денежную премию. Папу представили к награждению, он пришел, и сказал, что идет на праздничный вечер, где будут вручать эти медали. Мы все обрадовались за папу. Я обрадовался вдвойне- с премии мне могли купить новый велик- родители об этом говорили. Велик великом, хочется конечно, но ерунда, главное, я себе представлял, как назовут папино имя, и он поднимется на сцену в Прометее, и получит свою медаль. Наступил долгожданный вечер. Мы отправили папу в Прометей, красивого, в новом костюме, и пахнущего шипром. Весь вечер я не находил себе места, ждал, когда придет папа. Мне хотелось посмотреть медаль с изображением Ленина. Часа в два ночи я заснул, так его и не дождавшись. Утром проснулся как ошпаренный, побежал быстрее к папе. Папа спал на диване в большой комнате. Похоже он пришел поздно и пьяненький. Я просидел на кухне, пока он не проснулся. Услышал, как возится, и влетел в комнату.
     - Папа, папа, как прошло награждение, покажи медаль!
     - Жень, а у меня нет медали.
     - Как нет?! Тебе не дали? Ты же говорил, что дадут!
     - Жень, тут такое дело. Медаль то мне дали, и книжку к ней дали- вон на столе лежит. Да вот потерял я ее. Мне ее прицепили на пиджак, а потом, когда в гардеробе одевались- мужики говорят- а медаль-то твоя где? Кинулись искать, и нет ее нигде. Народу-то не осталось уже в Прометее- легко медаль бы заметили. Видно подобрал кто мою медаль.
   - Вы бы еще больше выпили с мужиками- глядишь не только медаль бы потерял.- Усталая мама появилась в комнате.
   - Да не только я потерял, еще и Володя потерял, и еще кто-то...Медаль то прицепляли- только накалывали на лацкан. Нужно было застегнуть, ну а я на радостях и забыл- оправдывался папа.
   - Да, а потом пошли в ресторан горе заливать? Нужно было еще и премию потерять- не унималась мама.
В этот момент раздался звонок. Звонил дядя Володя. Говорил, что уборщица вымела вчера две медали во время уборки после торжественного. Нужно быстрее пойти их и забрать. Ну слава богу, подумал я- все в порядке. Папа собрался и пошел в Прометей. Вернулся часа через три, и опять пьяненький. Сказал, что Володя забрал свою медаль, а вторую медаль забрал тот другой мужик, который тоже вчера потерял. Папе медали не досталось. Я знал, что он не просто так выпил. Он был очень расстроен. Меня уже не радовала его книжка, где говорилось, что ему вручена медаль, не радовало то, что хорошего было про него сказано на большой сцене Прометея. Взрослые смеялись, что эту юбилейную медаль не давали только ленивому, что нечего тут расстраиваться,  не орден это, подумаешь. А я думал, вот мама совсем не ленивая, ее все любят в школе, а ведь ей такую медаль не дали. Во дворе у нескольких ребят родители получили такие медали. Они все отмечали и радовались.
Прошел наверное год, или около того. Постепенно забылся этот торжественный день, посвященный столетию Ленина. Весь этот год, на каждый праздник, все, у кого была эта медаль, нацепляли ее. Папе нацеплять было нечего. Однажды я забрел к Коляну, посмотреть на новые марки, которые ему привез папа из Москвы. На все марки уже были цены. Все ходили к Коляну, если хотелось купить что-то необычное. Колян по деловому показывал марки, доставал кляссеры, гремел коробками у себя в шкафу. Одна коробка упала и содержимое рассыпалось. Там была куча значков, каких-то армейских и простых. Была и медаль за труд в Великой Отечественной войне.
Я удивился
 - Колян, это что, медаль твоей бабушки?
 - Да нет, пацан один не мог рассчитаться за марки, медаль притащил.
Меня как-то покоробило- взять у кого-то из близких медаль, чтобы купить у Коляна марки?
- Колян, а что ты собираешься делать с этой медалью?
- Продам, или сменяю на что-нибудь, что с ней еще делать. Не сам же буду носить.
Меня опять передернуло. Кто-то получил эту медаль за труд в военное время, а Колян так смеется.
- Да у меня и ордена есть, и еще медали. Хочешь покажу?
Колян достал еще одну коробку. Там было несколько орденов и медалей. Орден Красной Звезды- у дяди Паши такой за Курскую Дугу. Я знал, что это боевой орден. Не зря мама говорила, что Колян нехороший. Мне казалось, что нет ничего стыдного покупать марки дешевле и потом продавать  дороже- пусть делает деньги, если умеет. Меня же никто не заставляет у него покупать, если не хочу. Но вот торговать орденами и медалями- это нельзя. Хороший, нехороший, стоп!!! Юбилейная медаль к столетию Ленина! Неважно больше, какой Колян.
- Коль, чё ты хочешь вот за эту, с Лениным?
 - А тебе надо, что ли? Зачем? Эти же медали вот, год назад давали. Это дорогая медаль, Чуня, очень дорогая.
Я терпеть не могу, когда меня называют Чуней. Да, я беленький, розовенький, смешной. Ладно, сейчас не до Чуни. Колян понял, что без медали я не уйду. И без стыда выдал цену:
- Значит так- ты мне отдаешь Бермуду, Сингапур, Индонезию и Австралию. Плюс к этому два листа животных Бурунди из сорока восьми марок. И медаль твоя.
Фактически Колян забирал у меня все, что было. Остальные марки не значили ничего. Я готов был отдать все,что он просил. Я только не мог отдать Бермуду- это был подарок Иринки, и его я отдать просто не мог.
- Ну тогда вместо Бермуды ты отдаешь маски Либерии, и еще тот кляссер с коллекцией кубинских марок- я их потихоньку буду продавать, на карманные расходы.
Пришлось сбегать домой, принести все, что требовалось. Я бежал назад домой, в голове стучало. Я представлял себе, как папа обрадуется медали. Запыхавшись, влетел домой. Родители смотрели “Следствие ведут знатоки”. Я забежал и открыл перед папой ладошку.
- Папа, бери, вот твоя медаль.
Ленин переливался золотом. На медали не было и царапинки. Папа как то странно рассматривал медаль. Потом спросил:
- Жень, а откуда у тебя это?
- Папа, это твоя медаль, та, которую ты потерял в Прометее. Она нашлась.
У меня и мысли не возникло, пока бежал, как я отвечу на этот вопрос. Да и неважно это было. Главное- медаль.
- А как она оказалась у тебя?- Уже с улыбкой спросил папа. Я был на седьмом небе от счастья. – Мамуля, теперь и у меня есть медаль- уже радостно сказал папа.
Мама спокойно ответила:
- Там на медали номер есть с обратной стороны. Нужно сверить с номером в книжке, которую тебе дали.
- Да зачем? Ведь и так все ясно. Вот как раз та, которая потерялась.
Я уловил странные нотки в папином голосе. Но мама настаивала, и папа принес книжку. Номер не совпадал. Мама также спокойно спросила:
- Женя, ты где взял эту медаль?
Пришлось рассказать, как у меня оказалась эта медаль.
- Женя, ты что, не понимаешь, что Коля- нехороший? Ты что, не понимаешь, что эту медаль у кого-то украли? И этот человек также переживает, как наш папа? Ты что, не понимаешь, что покупая у Коли, ты покупаешь краденое и поддерживаешь тех, кто ворует?
Я ничего не понимал. Я понимал только одно, что теперь папа не сможет взять у меня эту медаль, не сможет носить, что все останется так как было, а может быть еще хуже. Наверное только это для меня сейчас имело значение. Я ушел к себе в комнату. Не плакал, было просто печально, очень печально. Я сидел и смотрел в окно. Мне не было жаль марок, которые я отдал за медаль. Мама не настаивала, чтобы я вернул Коляну медаль, она понимала, что медаль все равно не вернется к ее владельцу. Я сидел и расматривал золотой профиль Ленина. У меня вдруг пропало то чувство сказки, связанное с торжественным вручением наград в Прометее, все стало как набор фактов. Иринка рассказала про эту историю кому-то во дворе. Скоро все про это знали. Наступила весна и мой день рождения. Как всегда после празднования мы все пошли во двор. Подошел Колян, и обычным, нарочито взрослым, грубоватым голосом сказал:
- Жень, с Днем Рождения тебя! Держи!
И отдал мне Индонезию, Австралию и Сингапур. Извинился, что кубинские марки пришлось продать- было туго с деньгами. Я сказал, что пойду принесу медаль. Колян отказался, сказал, что она ему не нужна.
Золотой профиль Ленина так и остался со мной, пока я не вырос. Единственная медаль в моей коллекции марок.

8 Ноября 2011
"Детство в Машдеревне"
P.S. Я люблю писать детские истории. Большинство из них идут в цикле- “Детство в Машдеревне”. Мой папа окрестил наш Машгородок  Машдеревней. Когда-то городок и правда был всего в два-три квартала, и даже пятилетние дети знали его границы. Эта история на самом деле имела место. Детальное описание и временная линия не совсем соответствуют реально происходившим событиям, но очень близко к действительности. Некоторые имена были изменены. (Е.Р. Июль 2015)