Эстафетная палочка...

Вениамин стоял у обочины дороги возле своего так не вовремя почившего авто и голосовал. Мимо пролетали ослепительные новенькие иномарки, в которых сидели успешные люди. Как назло, у всех проезжавших был шейный радикулит — а как иначе можно объяснить, что никто из них не соизволил даже повернуть голову в сторону старенького «Фольксвагена», страдальчески припавшего на одну из передних шин? Очередная яма незамысловато нарисовала пушного зверька этому старожилу немецкого автопрома, нашедшему свой бесславный конец на бескрайних просторах России. И то сказать, двести с гаком тысяч — вполне почтенный возраст для принятия заслуженной смерти. Из двух главных бед «Фольксваген» выбрал дороги, а что — это гораздо романтичнее, чем пасть от рук какого-то дурака из автосервиса!
Солнце припекало голову, змейки автомобилей проплывали мимо, а помощь так и не приходила. Связь с внешним миром разрывалась постепенно. Сначала сдох аккумулятор, радовавший Вениамина оптимистичным голосом радио-диджея вперемешку с песнями восьмидесятых. Потом подло и малодушно отключился сотовый, порадовав на прощанье эффектной цветной заставкой. Как назло, взятый для зарядки шнур оказался не тот, и возможностей реинкарнации не предусматривалось, а Вениамин так и не смог дозвониться до знакомого, работавшего на эвакуаторе. Да и отключение было внезапным, как голубиный помёт на голову, да и с аналогичными последствиями для душевного устройства — весь в говне и обидно до слёз. Ну и вот теперь всеобщее игнорирование, а надо-то всего телефон, чтобы дозвониться, либо довести его самого до ближайшего автоцентра. Вениамин чувствовал себя Ильичом, указывающим всем этим проезжающим дебилам дорогу в светлое завтра. Рука затекла, обгоревший нос болел и напоминал перезревший помидор, а застывшее выражение скорби и печали на лице превратилось в посмертную маску.
Внезапно уже проехавшая машина вдруг резко затормозила и начала сдавать назад к Вениамину... Бывают в жизни вещи, которые озадачивают уже тем, что они происходят. Вот взяли у тебя в долг, ждал, терпеливо ждал, а в ответ тишина, вроде как ничего и не было. Сначала тактично напоминаешь, потом не очень тактично, потом, как в бреду, периодически то вспоминаешь, то забываешь — и вот устал, забыл окончательно. Душа успокоилась, мир и покой... И вдруг этот гад приносит тебе деньги. И ты лихорадочно начинаешь вспоминать, а давал ли ты вообще и ему ли. В общем, оказываешься совсем не готов к всему этому...
Или вот приходят к тебе и безо всякого наркоза, без всякой подготовки и консультации у психотерапевта сообщают, что ты будешь отцом. Ну да, участвовал ты в этих праздничных мероприятиях, почти генеральный спонсор, и всё равно — словно ушат ледяной воды вылили. Сколько всего теперь надо: и привыкнуть к этому вескому слову «папа», и к немедленному кастрированию другого важного слова «бюджет», и к бессонным ночам в штудировании справочников мужских и женских имён...
А бывает, спрятал заначку и всё… Начинается мазохистское дежавю. Вроде сюда клал, или нет, вот сюда, или туда, а и там, и там, и даже там нет. Нет заначки. И вот ходишь неприкаянный, обзываешь себя всеми правильными и уместными словами, а она всё равно не находится. А потом бац, через пару лет после очередного дефолта приносит дитя раскрытую книжечку и спрашивает, что за разноцветные фантики в ней лежат, и по глазам жены понимаешь, что ты экстрасенс и точно знаешь, что она о тебе думает...
В общем, Вениамин не был пионером и совсем не был готов к произошедшему. Он стоял и ошалело смотрел на приближающийся к нему автомобиль. Запоздало сообразив, что руку можно опустить, он трусцой устремился навстречу спасителю. Спаситель оказался мужчиною сорока пяти — пятидесяти лет, в светлых парусиновых брюках, белой майке с неизвестным логотипом и солнцезащитных очках на макушке, которые весёлыми крылышками подрагивали при каждом его шаге.
— Спасибо! У меня тут совсем беда! — заголосил Вениамин. — Вот и колесо на боку, и телефон сел...
— В общем, жопа! — радостно перебил его спаситель. — Вижу, вижу...
Он с заинтересованным видом нагнулся к колёсной арке и что-то пробубнил себе под нос...
— Так, ну, мы здесь с тобою голыми руками ничего не сделаем. Надо эвакуатор и в сервис...
— Да, я знаю, — чуть не плача от умиления, заверещал Вениамин, — так ведь и телефон сел...
Мужик отправился в свою машину и через пару минут вернулся с телефоном и какой-то серой книжицей.
— Так, сейчас позвоним!
— Только у меня с собою всего три тысячи, — сконфуженно протянул Вениамин, — может, я лучше сам попробую приятелю дозвониться...
Мужик нетерпеливо махнул рукой и, отвернувшись, начал звонить куда-то сам. Через пять минут он снова подошёл к Вениамину.
— В общем, слушай! В течение часа приедет эвакуатор, оттащат тебя в сервис, тут где-то километров двадцать, и попробуют сделать что-нибудь с подвеской. Ну а нет — машину у них оставишь... И вот, на, возьми ещё...
Мужик протянул Вениамину деньги...
— Тут двадцать тысяч, должно хватить...
Вениамин очумело посмотрел на него...
— Но у меня и паспорта нет в залог, только права... Да и как я Вам...
— Ничего не надо... Ты знаешь, я вот также, как и ты, попал. Только было это в Сибири, зимой, и легко мог замёрзнуть и остаться там навсегда. И вот какой-то незнакомый мужик остановился и помог, и денег дал... И ещё он сказал, что в другой раз остановись и помоги, как я тебе помог, а больше, мол, ничего не надо. Так что считай, это долг за то, что остался живой. Я вот и к тебе обращаюсь: в следующий раз помоги другому. В общем, передаю тебе эстафетную палочку...
Он хлопнул опешившего Вениамина по плечу и быстрым шагом пошёл к своей машине... А через несколько мгновений «Туарег» уже исчез за ближайшим изгибом дороги… А в голове у Вениамина всё крутилось и крутилось: «Эстафетная палочка, передай другому...»

Москва, 2015 г.