Поколение

Идя по разбитой улице, я оглядывался. Здесь можно открыто и пошло, зато правдиво. Девочки целовались и их черные крашеные  ресницы цеплялись друг за друга. Мальчики стояли за спинами друг друга и показно передавали дозу из рук в руки так, что бы никто "не видел". Тратуары были усеяны опьяненными и бессонными подростками, словно мох. Или они накачивались чем-то дешевым и цепким в углу, за безпричинно растущим деревом, цветом лица постепенно сливаясь с плесенью на ободранных кирпичных стенах. Хоть небо и было светлым, но оно будто пылилось и прикрывалось невидимой серой тканью, натянутой домами-расчестками, и звуки мира за ними не проникали сквозь плотный шатер. Все яркие и яростные, словно божественные цветы, смеющие расти в грязи и уподобаться ей, зная, что пока они созревают, то выйдут из гнили чистыми. Как плевок в Бога, разящий пойлом и сигаретами. Девочки ковыряют облезлыми ногтями в дырках, распарывая колкотки, а мальчики облизывают чужие ожоги и сколы на локтевых изгибах и, словно шлюхи, похабно слизывают кровь с губ. Подростки красуются гематомами и шрамами, будто это самая драгоценная вещь, сотканная из бриллиантов. Я иду и вижу, как они развязно оглядывают меня, а в глазах животное безвкусие к жизни. Они не выкидывают нас из подворотней только потому, что давно знают, - никто не придёт. Новое поколение, новое бессмертие.