Ты и я на фоне дождя. Гл. 1

От автора.
С героями этого рассказа читатель, знакомый с докучной сказкой «А ты по жизни по моей прошел курсивом», уже встречался. Как отмечают литературоведы, в докучных сказках отсутствует развитие. Сюжетные звенья скрепляются механически при помощи какой-то специальной фразы или вопроса, например: «не начать ли сказочку сначала». После этого фрагмент повторяется вновь и вновь до «дурной бесконечности»,  по выражению А. Синявского. Однако законы жанра все равно требуют продолжения.
Итак,
не начать ли сказочку сначала?


                1

                «На фоне Пушкина! И птичка вылетает».(Б. Окуджава)
               

Еду в метро к памятнику Пушкину на Тверском бульваре на встречу с тобой. Волнуюсь, как  девчонка перед первым в жизни свиданием.

Полчаса назад вертелась перед зеркалом. Внешность, конечно, не фонтан. Лицо далеко не юное, но глаза живые, выразительные. Фигура слегка полноватая, однако  не безобразная.   В общем, для возраста начинающей пенсионерки выгляжу вполне прилично.

Волнуюсь! Интересно: волнуешься ли ты? Четверть века  не виделись!

Пушкинская площадь. Почти полтора столетия тысячи людей назначали встречу здесь, у памятника поэту.  Сколько вздохов и радостных восклицаний слышала эта площадь! Сколько объятий, поцелуев, слез видел памятник Пушкину! Сколько фотовспышек его ослепляло и сколько птичек вылетало! Сколько букетов было здесь вручено!   Сколько судеб складывалось, сколько разбивалось! На фоне Пушкина!

Сейчас он стоит, умытый недавно прошедшим дождем,  и, заложив правую руку  за борт сюртука, с интересом  взирает с высоты пьедестала на нас грешных: «Ну,  как вы там, потомки? Все так же радуетесь, страдаете, любите?»

В зеркале лужиц плывут серые облака. Площадь безлюдна. Лишь две одинокие мужские фигуры маячат невдалеке.  В невысоком, скромно одетом немолодом мужчине, стоящем у фонарного столба на противоположной стороне площади, узнаю тебя. Серенькая ветровка  спортивного покроя, блеклые джинсы, темно-коричневая простенькая трикотажная футболка…  Мог бы и поприличней на свидание-то одеться! И ни цветочка! Ах, Сережка, неромантичный ты человечек, не джентльмен! Прощаю!  А эта красотка нарядилась, накрасилась, надушилась…

- О чём Вы, сударыня? Людей-то  не смешите! Ну, какие такие романтические  свидания в пятьдесят с  большим хвостиком? Просто встреча со старым знакомым, - иронизирует внутренний голос. Вечно он со своим скептицизмом встревает в неподходящий момент. Вот и сейчас ехидно посмеивается надо мной:
 - Разуйте глазки! Для этого человека встреча с Вами  - такое же будничное,  рядовое событие, как  забежать в ближайший к дому магазин за пачкой сигарет или булкой хлеба. И отчего это Вы его всегда оправдать и простить готовы?
- А оттого, что не обязан он воспринимать нашу встречу  как праздник, не обязан соответствовать  моим  наивным ожиданиям и глупым фантазиям.
- Мудро!
-Да, уж… Мудрости у нас через край!

Машу тебе рукой: это я, смотри, не перепутай.

Идем навстречу друг другу.  Пытаюсь замедлить шаг, приструнить выпрыгивающее из груди сердце. Обнимемся ли? Первая не кинусь! Гордая! Но контроль над собой уже утрачен: действия безотчетны, спонтанны. Взаимно-нежные объятья, твой поцелуй в щечку. Значит,   я могу ответить!? Тыкаюсь губами  в твою щеку. Руки на плечах. Глаза в глаза. Вижу: ты рад и слегка взволнован.

Возбужденно тараторю:
- Двадцать шесть   лет хотела тебя увидеть вот так, не виртуально - живьём. А вчера мне приснилась наша встреча. Будто смотрю на тебя: волосы отливают шоколадом на солнце,  и ни сединки.
- А я оказался лысый, пузатый и седой, - добродушно улыбаешься ты.

Смотрю на тебя во все глаза. Глажу по щекам, по шелковистому каракулю волос, мелкокудрявых, выцветших за годы и годы …
- Неправда! Никакой ты  не лысый и почти не седой. Лишь виски да усы чуточку побелели.
Твой высокий лоб  изрезан  глубокими  морщинами. Зеленые глаза  с грустинкой. Света не излучают -  только тепло.  Ты не смущаешься, не отстраняешься, не сопротивляешься натиску  моей  с цепи сорвавшейся нежности. Тебе приятно быть в моих руках, а мне в твоих. Так и стоим.

Маятник вселенских часов вдруг  в растерянности замирает , забыв отщелкивать секунды. Растворяются пешеходы, исчезает площадь с памятником Пушкину. Исчезает всё! Нет ни времени, ни пространства. Только ты и я! Две души, две Вечности в абсолютно пустой Вселенной.

Сколько длится безвременье? Какой глупый вопрос! Разве безвременье может длиться?

- Каким временем ты располагаешь? –  деликатно интересуюсь я. Вселенский маятник, опомнившись от забытья,  приходит в движение, и мы  возвращаемся  в сегодняшний день.

- Часа четыре у меня есть. Можем погулять.

Целых четыре часа! Какая роскошь! Была ли у нас когда-нибудь в прошлом такая уйма времени, чтобы побыть вдвоем?

Едем в метро на Воробьевы горы.  Накануне плавала с экскурсией по Москве-реке на теплоходе, влюбилась в набережную парка Горького  и предложила отправиться туда. Ты послушно исполняешь мое желание. В вагоне бережно поддерживаешь за локоть,  машинально берешь за руку. В качке  я  липну к тебе.  Чужой муж… Чужая жена… Но барьеров нет, дистанцию не держим. 26 лет назад я  не отличалась такой смелостью, и  оба мы не были так раскованны в жестах. А сейчас себя отпустили на свободу: никаких запретов.

Совершая променад по набережной,  говорим-говорим. Обо всём. О работе, о войне в Украине, откуда ты родом,  о моих сыновьях,  о твоих родителях и детях, о моем путешествии, о твоей даче … Мне интересна любая мелочь, имеющая к тебе отношение. Слово за слово   плетется замысловатое  кружево беседы. Чувствую, что четырех часов мало, потому что остаются  темы и  события, которых едва коснулись в разговоре, но  тут же перескочили на другое.  Не забыть бы потом вернуться  да подробнее тебя расспросить! Ах, не получается! Стихия беседы неуправляема. Видимо, сказывается легкое волнение.Двадцать  лет небытия  друг для друга, три  года  виртуального общения, а потом девятьсот  дней  вынужденного молчания    никак не помещаются в прокрустово ложе отведенного нам времени.   

То,  что давно  собиралась   тебе сказать, что много раз проговаривала внутри себя,  репетируя нашу встречу, в реальность которой почти не верила,  никак не произносится, забывается, оказывается неуместным, лишним. И правильно! Никаких обвинений и обид! Никакого выяснения отношений! Пусть ничто не омрачает  безоглядную радость  нашего общения, радость обнаружения сходства мыслей, сходства взглядов и оценок! Пусть ничто не  поколеблет нашего  взаимного доверия!

Договариваясь со мной о встрече,  ты обещал рассказать о своей нынешней семейной ситуации. Но сейчас молчишь.  Ждешь подходящего момента, моего интереса?  Задаю наводящий вопрос:
- Ты сказал, что очень изменился с тех пор, как мы перестали общаться. Что ты имел  в виду?
- Я развожусь с женой.
- Оп!
Резко торможу на ходу. Удивленно таращусь  на тебя.
-  Как разводишься? Ты это  серьезно?
- Серьезнее не бывает! Мы живем в одной квартире, но в разных комнатах.
- Можешь мне не верить, но во вчерашнем сне  я увидела, как мы с тобой  встретились,  и ты сообщил мне, что разведен.
- Уже разведен?
- Да… Уже…
Безмолвно:
- Спрашиваешь, значит, еще ничего не решил… Неужели ты всерьез веришь в провидческие свойства  моих снов и  готов сверять с ними  свои действия? Забавно!Но каков сон!
Вслух:
- Сережа, как же так? Ты ведь сделал всё, чтобы сохранить семью, ты готов был от себя самого отказаться ради благополучия сына.
- Я понял, что ломаю себя, перестаю быть собой. Она заставила  меня прекратить общение с тобой.  Не смог  ей тебя простить.

-Не меня - себя, насилие над собой не смог простить. А до меня дела нет да и не было никогда, - угрюмо и недоверчиво комментирует твое признание мой внутренний голос-цензор. Но вопреки змеиному шепоту этого вражеского голоса,  в душе  поднимается  теплая волна нежности, сочувствия, тихого ликования. Значит,  всё-таки я у тебя была!

Ты подробно рассказываешь о семейных ссорах, о разнузданной  ревности жены, демонстративно рвущей  фотографии дорогих тебе людей, об её ультиматумах, непомерных материальных запросах. Я немного смущена  некоторыми подробностями  твоей исповеди, но понимаю, что тебе хочется душу излить, что слишком долго ты боль, обиды, унижения в  себе держал. «У этой женщины нет души» – твое заключение.
- Ты же опытный мужчина, Сережа! Где же твои глаза-то  были? 
            
Вопрос, конечно,  риторический.  Когда мужчине  сорок пять, а девчонка на двадцать лет моложе, то хорошо известно, где его глаза… Вот и пожинай плоды собственной неразборчивости и всеядности! Горько, что твоя очередная жертва оказалась напрасной. 

- Два с половиной   года назад мне «посчастливилось» пообщаться с твоей женой в Сети, и я получила о ней  исчерпывающее представление. Мне никто и никогда так не хамил… - начала было я  да осеклась, заметив, что тебе не хочется обсуждать эту тему. Действительно,  ни к чему рассказывать тебе о том незабвенном диалоге и делиться своими переживаниями и выводами.  Мне-то всё давно ясно: не любит она тебя – себя любит и  бесится, чувствуя, что не соответствует твоим ожиданиям, что ты её с другими сравниваешь. Не следовало девчонке замуж выходить за мужчину с прошлым. Чтобы его принять,  нужно иметь слишком много души и любви. Ничего этого не оказалось. Но у вас ребенок, и ты еще десять раз можешь изменить  свое, как ты говоришь,  окончательное   решение о разводе,  придумаешь новые убедительные и благородные мотивы, оправдывающие твое терпение, смирение, снова и снова через себя перешагнешь. 

Мы идем по набережной. Ах, как празднично и ослепительно солнечно было здесь вчера, в воскресенье, когда я плыла мимо на прогулочном теплоходе! Сотни людей  загорали на берегу,  устроившись  в шезлонгах   под зонтами или растянувшись  прямо на изумрудной травке. Летние кафешки ломились от посетителей. А сейчас не то: безлюдно, дождливо, буднично, серо. Небо то и дело  разбрызгивает пригоршни влаги, но все настойчивее  из-за тучек подмигивает  солнышко, обещая  назавтра ясную погоду. Что же сегодня-то, в такой важный для меня день,  небесная канцелярия подкачала? Скамейки в парке, стулья в летних кафе мокрые от дождя:  не остановиться, не присесть, не  вытянуть гудящие от долгой ходьбы ноги, не полюбоваться веселой игрой солнечных бликов в Москве-реке. Однако    все  эти мелкие пакости погоды ничуть  не мешают мне пребывать в состоянии тихой  радости оттого, что иду под руку с тобой,  и мы говорим, говорим, говорим… Так же просто, искренне и тепло, как когда-то.

Вечереет. А тебе еще в  подмосковное Щелково добираться.  Прощаемся  в метро: нам в разные стороны. Думая, что больше не увидимся, дарю тебе миленький пустячок. Вспоминай меня иногда! Но, оказывается,  ты намерен  еще раз со мной встретиться и  даже проводить в аэропорт. Все-таки ты джентльмен!

(Продолжение http://www.proza.ru/2015/08/02/643)


Рецензии
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.