Лучший друг мой - ты первый мой враг

Спустя девять месяцев, родилась девочка, молодые родители назвали её Алиной, тесть окончательно оттаял, наблюдая, как Павел до самозабвения занимается дочерью, помогает жене и словно светится изнутри от счастья и гордости. Единственный, кто только изображал радость и сохранял хорошую мину при плохой игре, был Слава. Но Павел не замечал или не хотел замечать зависти в его глазах — он ушёл с головой в перемены в своей жизни, радовался сам, и искренне считал, что друг разделяет его радость.
После свадьбы и рождения дочери друга, Слава как-то незаметно отдалился. Ничего странного Павел в этом не заподозрил, да и задуматься об этом времени не было; дружба - дружбой, но у него теперь семья и ребёнок, так как раньше уже не будет. Они продолжали работать вместе, общались, встречались, Павел позвал Славу крестить Алинку...
Время шло, крохе исполнился годик, а восторг молодого папы не уменьшился, вопреки ожиданию и прогнозам отца Ларисы – дескать, наиграется, а нянчиться всё равно матери. К тому времени ребята открыли автосалон, и теперь Павел летел каждый вечер домой с работы, как на крыльях, возился с дочерью с такой самоотдачей, что тесть сдал свои враждебные позиции. Всё, что раньше занимало свободного парня, теперь не трогало мужа и отца – посиделки со Славой и Светланой случались всё реже, выходные и любую свободную минуту Павел уделял семье без остатка. И воспитанием малышки тоже занимался он; собирать свои вещи и игрушки, вовремя укладываться спать, соблюдать гигиену. Из Павла получился хороший, добросовестный муж и отец. 
Алина незаметно стала общим ребёнком двух семей, Слава со Светланой не спешили  с продолжением рода, но с одинаковым удовольствием возились с дочерью друзей. Павел не раз спрашивал о причине отсутствия детей у друга – тот только отмахивался и отделывался общими фразами. Так продолжалось, пока Алинке не исполнилось три года…
День рождения дочери Павел решил отметить на природе – снял на выходные дачу, пригласил друга с женой, вместе накрыли стол, смастерили шашлыки. А на утро после выходных друг совершенно неожиданно заехал за ним перед работой. Павел как раз гладил рубашку. Слава носился из угла в угол, словно тигр в клетке, и всё время подгонял друга, Лариса пыталась от него добиться, почему он вчера не ночевал дома, и почему сказал своей жене, что остался у Павла, но Слава её не слушал, отговаривался ничего не значащими фразами. Павел урезонил его, когда он в очередной раз попросил его пошевелиться:
- Сядь! И не мельтеши! Объясни русским могучим — что произошло?
- Светка сказала, что подаёт на развод! - на одном дыхании выпалил Слава. Павел так и замер с утюгом в руке:
- Что произошло? – притихшим голосом повторил он.
- Света звонила мне сегодня ночью, - объяснила вместо Славы Лариса. – Слава не ночевал дома, он куда-то уехал, когда мы все вернулись с дачи, и не вернулся. Но почему-то сказал своей жене, что поехал к другу, и остался там, - скрестив руки на груди, жена друга в упор посмотрела на Славы: - Ничего не хочешь объяснить?
- Хочу, - на грани срыва кивнул Слава. – Извини, что так вышло… Можно, я поговорю с Пашкой с глазу на глаз?
- Не раньше, чем объяснишь, что происходит! – выдвинула ультиматум Лариса.
- Лара, пожалуйста! – взмолился Слава. Павел отставил утюг и выключил его.
- Заяц, сделай нам кофейку? – обнимая жену, улыбнулся он и тронул губами висок жены. Лариса дёрнула плечом, нахмурилась, но вышла из комнаты, ни слова не говоря. – Рассказывай, давай, - кивнул другу Павел, сунув руки в карманы домашних шорт, - где шлялся, с кем и сколько раз?
- Откуда ты знаешь? – отшатнулся Слава, широко раскрывая глаза.
- Птичка на хвосте принесла, - поморщился Павел. – Вчерашний, что ли? Дураку понятно, где ты был, если не ночевал дома. Светка тебя расколола?
- Нет… Она устроила мне допрос по телефону, как только я появился на связи…  Паш, что делать? – беспомощно посмотрел на друга Слава. – Я не хочу разводиться!
Павел внимательно посмотрел на него, и спокойно спросил:
- Ты дурак? – встретив удивлённый взгляд, он продолжил мысль: - Тебе жены мало, гарем решил завести? Лучше ребёнка – это я тебе как друг советую.
- Не можем мы завести ребёнка… - с неохотой признался друг.
- Как так?
- Вот так, - Слава вздохнул, и устало опустился в кресло. Павел  озадачено смотрел на него, переваривая информацию.
- А что врачи говорят? Вы обследовались? И, вообще, почему я-то впервые об этом слышу? Меня ты решил посвятить во всё это последним, так, что ли? И то – когда тебе хвост прищемило по глупости! – не получив ответа ни на один из вопросов, он снова спросил: - Давно ты решил разрываться на два фронта? Я так понимаю, прошлая ночь не первая, когда ты не обретаешься дома?
- Мы оба абсолютно здоровы… и я не решил разрываться на два фронта… - потирая висок и взлохмачивая волосы, отозвался Слава, не глядя на друга.
- Правильно, - одобрил Павел, - одновременно в двух местах не будешь, у тебя это чисто физически не получится. А геморрой себе заработаешь.
- Я приехал к тебе за помощью… - жалобно посмотрел на него Слава. – Что мне сделать, чтобы Светка сменила гнев на милость? Я не хочу с ней разводиться… она нужна мне…
Павел тяжело вздохнул, устремив отстранённый взгляд в окно, куда-то за линию горизонта, подёргал ногой, снова повернулся лицом к другу:
- Чем ты думал, когда заводил отношения на стороне? Когда успел только? – словно сам себя негромко спросил он. – Кто эта женщина, у которой ты остался на ночь, я её знаю?
- Нет…
- Давно ты с ней?
- Пару месяцев…
Павел тихо присвистнул:
- Здорово. И чем я должен тебе помочь?
Слава заметно оживился после этих слов, выпрямился в кресле, в глазах появилось осмысленное выражение:
- Ты слышал, что сказала Лара?
- Слышал, ты прикрылся мной, - нахмурился Павел. – Предупредить меня прежде, чем что-то сделать, не судьба была?
- Прости, не подумал… всё как-то само собой случилось…
- Ну? Не тяни кота за хвост. От меня ты теперь чего хочешь – чтобы я сказал Светке, что ты здесь ночевал? На каком основании? Как я должен объяснить твоей жене этот поступок?
- Скажи, что я приехал к тебе излить душу…
- На предмет чего? – раздражённо швырялся вопросами Павел.
- Светлана в пятницу была у врача, ей подтвердили, что она абсолютно здорова…
- А ты?
- Я не проходил обследование… - смущённо признался Слава. – Она настаивала, я отказался…
- Вы поскандалили? – предположил друг.
Славик ответил не сразу:
- Хуже… - он залился краской до корней волос, и отвёл взгляд, Павел без слов догадался, в чём дело.
- Ты идиот… - сокрушённо покачал он головой.
- Пашка, помоги, будь другом? Скажи, что я прикатил к тебе со своими проблемами, мы устроили заседание, и упились до отключки… поэтому я заночевал у тебя…
- Ничего оригинальнее тебе в голову не пришло? Света такая дурочка, не знает, что я не пью фактически! Слав, что ты несёшь, ты себя слышишь?
- Ну, что тебе стоит?
Качая головой и рассматривая друга, словно впервые увидел, Павел ухмыльнулся:
- Ровным счётом ничего. Просто Светке в глаза смотреть сложнее станет, а так всё ровно. Мы же друзья? А друзья должны помогать друг другу.
- Не язви, - отчуждённо покосился на него Слава.
- Что ты, как можно… - Павла перебил рингтон мобильного друга. Он вытащил его из кармана, и широко раскрыл глаза, затем сунул трубку Павлу:
- Возьми, пожалуйста! Скажи ей, что мы собираемся на работу! - Павел досадно отмахнулся, Слава взмолился: - Паша, не губи! Она тебе поверит! Выручи! Ответь ей... скажи, что я в душе... что угодно!.. Паша!
Павел с большой неохотой взял трубку, посмотрел на экран, и включил связь:
- Алло, привет, Светик... - он так натурально зевнул, что сам Слава ему поверил. Из трубки донёсся крик Светланы “Где он? И не ври мне, что не знаешь!” - Славка в душе, мы встали недавно, - натуральным сонным голосом невозмутимо ответил ей Павел. - Не кричи ты так... всё нормально... Блин, голова болит... Этот изверг вчера накачал меня до соплей... чертей ему в дышло!.. Ещё и Лара  с утра люлей выписала... Твой супруг одна сплошная ходячая подстава...
- Выгораживаешь друга? - язвительно, но уже спокойней, спросила Светлана.
- Свет, ты чего? - принялся убеждать её Павел, показывая другу большой кулак, обещающим жестом дав понять, что тот получит. – Да чтоб мне провалиться!
- Ты не пьёшь, Паша. Научись врать.
- Свет, подожди! Славка вышел из ванной, я ему трубку дам, не сбрасывайся! - Паша протянул телефон другу, и сквозь стиснутые зубы процедил: - Ещё раз ты меня так подставишь — я тебе зубы выбью, ноги переломаю, и скажу Светке, что так и было, ты меня понял... герой-любовничек хренов, мать твою!
- Светик... - взял трубку Славик, - ну, что такое?.. Я же сказал тебе вчера... Подожди... ну, не кричи... послушай... Хорошо... прости... прости, я не должен был так делать... я не успел... Не был занят, хорошо... я дурак... - он изменился в лице, и долго слушал, что говорила жена, потом совсем другим тоном попросил: - Не надо. Я сейчас приеду... Я приеду, и мы поговорим... С чего ты это взяла? Я остался ночевать у Паши, он тебе подтвердил... Он не умеет врать! Он не врёт никогда!.. Я у него был, клянусь тебе! - после этих слов Павел покачал головой, и вышел из комнаты, прикрыв дверь. Слава вышел оттуда через несколько минут. - Света поехала в автосалон, сказала, что если ты приедешь один — мы ей оба соврали...
Павел уже успел надеть брюки, рубашка ещё была расстёгнута, он сунул руки в карманы, и долго внимательно смотрел на друга. Потом пожал плечами, напустив на себя равнодушный вид:
- Всё равно вместе ехать, ты-то уже здесь.
- Спасибо... - вздохнул Слава.
- Учти, это первый и последний раз, когда я тебе помогал! Не подвязывай меня больше в свои развалы! Я тебя предупредил. Ещё раз — и я сам всё Светке вывалю.
- Я понял, - с готовностью кивнул друг. Павел посмотрел на него.
- Как зовут хоть? Кто, откуда? И вообще – игра стоит свеч? У тебя своя семья.
- Анжела, 29 лет, замужем… - выдал более, чем краткое досье пассии Слава.
- И тянет же тебя на женщин постарше, - с иронией кивнул друг, - ещё и замужем. Доиграешься. Оставь её, пока ничего не завертелось.
Слава покосился на приоткрытую дверь в кухню, и тихо попросил:
- Ты Ларе ничего не говори, хорошо?
- Лариса сама не глупая, уже всё и без меня поняла, - снисходительно улыбнулся Паша. – Если ты боишься, что она тебя Светке заложит, то ты её плохо знаешь. Не в её правилах вмешиваться в чужие отношения.
- Я не об этом… Она и без того не очень рада нашему с тобой общению, а теперь я сам дал повод…
- Это тебя не должно волновать. Ты – мой друг, а я сам вправе выбирать себе друзей.
По дороге в офис Павел посоветовал другу купить жене цветы, Слава выбрал роскошные огромные красные розы, солидный букет. Светлана действительно ждала их у центрального входа в здание на машине мужа. Он вышел к ней с цветами, Павел закрывал машину, пока они разговаривали. Светлана долго слушала Славу, он к ней отчаянно подлизывался, Павел невольно слышал обрывки фраз из их разговора. Светлана взяла цветы, посмотрела на них, и негромко спросила:
- Ты думаешь, приехал с цветами, и я тебя прощу?
- Светик... - начал Слава, она размахнулась, и наотмашь ударила его букетом. Павел на мгновенье замер, потрясённо открыв рот и наблюдая, как всегда спокойная Светлана ломает цветы о мужа. Опомнившись, он решил вмешаться, подбежал к ним и закрыл собой друга:
- Света... Светик... Прекрати... - раскрыв руки и останавливая девушку, просил он. Она опустила руки, и Павел продолжил: - Я тебе отвечаю за свои слова — он у меня ночевал, Лара не стала бы тебе врать! Ты не права, это скандал на ровном месте, так нельзя...
- А это тебе — за укрывательство! - Светлана огрела тем, что осталось от букета, и Павла, за компанию, он едва успел пригнуться и закрыть лицо. Слава сообразил, что пора действовать оперативно, схватил жену, поднял на плечо и понёс в машину, бросив друг:
- Иди в офис, я скоро подойду!
Отряхиваясь от лепестков и листьев, вытаскивая их из волос, Павел сплюнул, глядя вслед другу, уносящему брыкающуюся жену, тяжело перевёл дух, и выругался.
Славе всё же удалось помириться с женой, несмотря на скандал во дворе автосалона, и то, что она устроила ему дома. Павел очень сильно удивился, когда неделю спустя друг сказал, что уже не встречается с Анжелой — неужели тот задумался и, наконец, сделал выводы? Его надеждам на покой не суждено было сбыться; месяца не прошло, Слава снова закрутил с любовницей, и Павел понял, что ситуация вышла из-под какого либо контроля.  Однажды оказав помощь другу, прикрыв его перед женой, он подписал себе приговор. Слава обращался к нему снова и снова, то просил посидеть где-нибудь в баре, пока он был у Анжелы, чтобы ни одна из двух жён ничего не заподозрили, то звал его с собой, если выезжал куда-то с ней, то просил сказать, что ночевал у друга. Павел каждый раз отказывался до последнего, но Славе удавалось его упросить, убедить, склонить на свою сторону. Только сейчас Павел начал замечать, что друг его просто использует, беззастенчиво и не считаясь ни с его интересами, ни с его семьёй. Они стали ссориться — часто и по-крупному, не общались по месяцу и больше, но так или иначе Слава добивался своего, возобновлял отношения, и продолжал то же самое.
Терпение Павла лопнуло весной, когда Слава сообщил, что Анжела всё же ушла от мужа, и остановилась в гостинице.
- Всё! Я умываю руки! Дальше сам, без меня! На мне уже и так грехов достаточно, я не могу Светке в глаза смотреть, благодаря тебе, я живу какой-то двойной жизнью, вру Ларе! Надоело, Слава, хватит, оставь меня в покое!
- Хорошо, не кипи, - отмахнулся Слава. - Я всё улажу.
И действительно, какое-то время Павел жил спокойно, общался с ним только на работе, уже никуда не срывался, и друг ему не звонил с очередной просьбой о помощи. Он вздохнул свободно, расслабился, и уделял всё внимание семье и дочери. Из него получился хороший муж, добросовестный семьянин и любящий отец; Алинка любила его и не могла обойтись без него ни минуты, постоянно вовлекала в свои детские игры, он многому её научил, и она была его любимицей, как когда-то он сам — любимчиком своих родителей. По большому счёту свою семью он строил почти по модели семьи своих родителей, он брал пример из их отношений, Ларисе не приходилось жаловаться, за исключением моментов, когда вмешивался Слава. Совсем недавно общими усилиями и капиталовложениями они купили дачу, и как раз сейчас там шёл ремонт — Лариса уже мечтала о том, что этим летом они будут отдыхать на природе, на чистом воздухе, и ребёнку будет полезна смена обстановки.
Встретившись с другом в понедельник, Павел выпил с ним кофе, поделился планами в ремонте дачи, они обсудили свои дела. В самый разгар беседы без стука открылась дверь, и в кабинет вошли двое парней – водители автосалона, занимающиеся транспортировкой автомобилей. Слава резко побледнел, заметив их разбитые лица и содранные руки.
- Что с-случилось?.. – чужим голосом едва слышно произнёс он.
Ребята мялись у порога, что-то мямлили, потом один из них решился, и виновато признался:
- На нас напали и отбили фуру…
- Как… отбили?.. – теперь лицо Славы приняло серо-зелёный оттенок.
- О чём речь? – не понял Павел, глядя то на водителей, то на друга. Пропустив его вопрос мимо ушей, Слава повторил вопрос:
- Вы что оба несёте?..
- Шеф, ты не кипи, выслушай, - присоединился к разговору второй водитель. – Нам перекрыли дорогу две иномарки, уже здесь в области... – принялся он объяснять, Слава вскочил, отталкивая кресло с такой силой, что оно опрокинулось:
- Уроды!! – заорал он, и поперхнулся собственным криком.
- Уймись… объясни спокойно… - встал Павел, взяв друга за плечо, толком не понимая, кого он имеет в виду. Тот сбросил его руку, и прохрипел, не глядя на него:
- Нечего объяснять… - он кашлянул, прочищая горло, достал пачку сигарет, поднял кресло, и обессилено рухнул в него, судорожно затягиваясь. Павел заметил, как дрожат руки приятеля, пока тот подкуривал сигарету, и понял, что всё серьёзно:
- Ты объяснишь – что случилось?
- Да… - затушив недокуренную сигарету в подставке для ручек вместо пепельницы, Слава встал из-за стола, открыл имитацию бара в виде глобуса, и достал оттуда бутыль коньяка и бокалы. Павел настороженно наблюдал за ним – таким он раньше Славу не видел. Разлив напиток, друг поставил один бокал перед Павлом, другой на глазах у изумлённого друга осушил одним махом, и занюхал рукавом. Потом снова сел за стол, закурил, и обрушил на Павла такие новости, что тому стало дурно.
Примерно месяц назад к Славе обратился крупный московский коллекционер  с просьбой перевезти из Германии купленные редкие автомобили для своей коллекции. Просчитав собственную выгоду от подобного мероприятия, Слава согласился заключить договор о грузоперевозке, и направил в Берлин свою автоколонну. Оттуда  груз был отправлен в Москву с соблюдением всех условий заключённого договора. Но со слов водителей только что выяснилось, что до Москвы груз не доехал – в нескольких километрах от московской области две неизвестные иномарки совершили нападение и увели автоколонну с  товаром.
- Как увели? - опешил Павел, выслушав друга.
- Откуда я знаю – как, что ты меня спрашиваешь? – нервно взмахнул двумя руками Слава. – Ты, вон, у них спрашивай… - повернулся он к двери, и замолчал на полуслове. Водители улизнули из кабинета от греха подальше, пока владельцы автосалона беседовали между собой. Слава обречённо вздохнул, запустил пальцы в волосы, и прикрыл глаза: - Завтра приезжает заказчик… что я ему скажу?.. Что делать?..
- А груз вообще застрахован? – вскинулся Павел.
- Фуры застрахованы… - медленно поднял на него глаза Слава.
- Это я и без тебя знаю, не с тобой, что ли, транспорт страховали? Я тебя про груз спрашиваю – ты страховал эти машины?
Друг ничего не ответил, принялся лихорадочно рыться в столе, переворачивать кучу бумаг. Павел обозлился:
- Тебе, что, совсем мозг отключило, ты не помнишь – страховал груз или нет?
- Не ори на меня! – взвизгнул Слава, подпрыгивая в кресле. – Я ищу договор! – он, наконец, вытащил из ящика стола пластиковую папку, принялся перечитывать условия договора, не нашёл сведений о страховании груза, но зато увидел стоимость каждого автомобиля и общую сумму.  Он врезал кулаком по столу, матерясь сквозь зубы, и одним махом снёс на пол всё, что там стояло. Павел на всякий случай встал со стула, и отошёл в сторону на пару шагов.
- Ты ещё головой об стол приложись… - негромко предложил он.
Слава поднял на него безумный взгляд, в глазах блеснула предательская влага:
- В колонне были три коллекционные модели общей стоимостью 10 000 000 000 $! Врубаешься?! Наш с тобой бизнес столько не стоит! – снова сорвался он на крик.
- Звони заказчику, - совершенно спокойно отреагировал Павел на его истерику.
- Зачем? – растерянно спросил Слава.
- Узнай у него, был застрахован груз или нет, если он спросит, зачем тебе это – скажи, что не доверяешь нашим дорогам. Если товар приходит повреждённым - мало ли, вдруг машины не были закреплены в кузове – царапины, вмятины… Дай сюда договор! – сам себя перебил Павел, забирая у него папку. Пробежавшись взглядом по условиям, он наткнулся на строчки о том, что ответственность за сохранность груза несёт грузоперевозчик, о страховой компании не было ни слова. Подняв глаза на друга, он тихо и ошарашено спросил: - Скажи честно… ты совсем с мозгами поссорился?
- Что?.. – не понял Слава.
- Как ты мог подписать такой договор?! – потрясая папкой в воздухе, в возмущении выкрикнул Павел. – Тебе денег мало?!
- Паша, очнись! На дворе не лихие 90-е, я даже мысли не допускал, что такое ещё возможно в наше время!
- Он мысли не допускал! – передразнил его Павел. – А должен был! Обязан! Ты в бизнесе восемь лет! Эти долбанные тачки по стоимости ровно вполовину превышают стоимость нашего официального бизнеса!
- Знаю! – огрызнулся Слава.
- Хорошо, что знаешь! Значит, ты уже знаешь выход из этой ситуации!
- Нет…
- Что нет? Обращайся к Анатольевичу, дяде своему, объявляйте вместе в федеративный розыск наши фуры! Они заметные, машины – не иголки, есть надежда, что найдут!
- Чёрт бы побрал эти машины… - с невыразимым отчаянием произнёс Слава. – Кто мог меня так подставить? Какая тварь это сделала?
- Не о том ты сейчас думаешь, - покачал головой Павел. – Бизнес горит, одиннадцать с половиной миллионов! Чем ты думал, когда эту хрень подписывал?
- Откуда я мог знать, что такое произойдёт?
- Ты обязан был просчитать все нюансы, возможные форс-мажоры! Чем ты думал?
- Чем я думал, чем я думал… - огрызнулся Слава. – Задницей! В ней теперь и по уши – чем думал, туда и вляпался!
- Ладно, - бросил папку на стол небрежным жестом Павел. - От того, что мы сейчас погрызёмся, проблема сама по себе не рассосётся. Звони Анатольевичу, объявляйте в розыск машины с грузом. И потом вызывай сюда заказчика.
- Это ещё зачем? – дрогнул Слава.
- Тебе всё равно завтра придётся объяснять ему ситуацию, сообщи ему сейчас. В конце концов, он тоже заинтересованная сторона, и по горячим следам легче найти.
Слава связался с родственником, объяснил ситуацию, попросил помощи. Брат отца передал в розыскной отдел все данные, полученные от племянника. После этого, собравшись с духом, Слава позвонил заказчику, и попросил его приехать.
- Что я ему скажу, когда он приедет? – меряя нервными шагами кабинет, метался Слава. Павел сидел в его рабочем кресле, вертел в руках нож для бумаги, и спокойным ровным голосом отвечал на каждый вопрос:
- Правду.
- Я так или иначе попал на бабки, он стребует с меня стоимость груза и перевозки…
- … только в том случае, если милиция ничего не найдёт.
- А то ты не знаешь – как наша милиция находит угнанные машины! – в полном отчаянии выпалил Слава. Павел внимательно посмотрел на него:
- Если это рядовой случай – да, в курсе. В твоём случае вероятность того, что тебе вернут похищенное девяносто пять процентов.
Слава остановился перед столом, склонился над другом, опираясь руками на столешницу, и попросил:
- Останься здесь, пока он не приедет… я не смогу разговаривать с ним один… Не бросай меня…
Павел красноречиво развёл руками, дав ему понять, что он мог бы его не просить о том, что он и так уже делает. Дверь в кабинет открылась без стука, на пороге возник солидный мужчина в чёрной рубашке и таких же брюках, на вид лет 45-50-ти. Тёмные волосы, тронутые на висках сединой, тщательно зачёсанные назад, визуально увеличили небольшой лоб, и без того узкое лицо от этого только заострилось, глаза скрыли тёмные очки. Сняв их, гость по очереди посмотрел на застывшего посреди кабинета Славу, затем на Павла, сидящего на месте главного. Последний невольно поёжился от сверлящего взгляда маленьких, но въедливых глаз-буравчиков – пришедший чем-то напомнил ему Владимира Казанцева или Казанову из нашумевшего сериала ”Улицы разбитых фонарей”, но актёр, сыгравший мента-лавеласа, в сравнении с этим типом казался сейчас куда приятней. Позади него для полноты впечатления маячили два шкафообразных силуэта, вполне очевидно вооружённые до макушек. Мужчина приветствовал ребят коротким, отрывистым кивком головы, и впился своим цепким взглядом в Славу.
- Вы пьёте коньяк?.. – словно только что очнулся, предложил он, и нервно сглотнул.
- Вы хотите сообщить мне какую-то новость? – настороженно нахмурился тот.
- Да… то есть, нет… - Слава ощутил подступивший к самому горлу рвотный спазм, и шумно выдохнул. Павел понял, что пора вмешаться в ход событий.
- Ваш груз вполне вероятно мог бы  уже стоять в нашем гараже сегодня утром, - начал он издалека.
- Есть проблемы? – хмуро посмотрел в его сторону заказчик.
- Да, и большие, - охотно отозвался Павел. – Груз был похищен при въезде в московскую область неизвестными людьми. Оба наших водителя пострадали, но остались живы, автоколонну, которая везла ваш груз, час назад объявили в федеративный розыск.  Как только вам станет известно хотя бы что-нибудь, мы вам тут же сообщим, не беспокойтесь!   
Скрестив руки на груди, заказчик ещё сильнее нахмурился, и несколько минут молчал, размышляя о чём-то и не глядя на хозяина кабинета и его партнёра.
- Я даю вам семь дней на решение этой проблемы, - прозвучало в полной тишине.
Заказчик ушёл, не прощаясь, в кабинете повисла тишина. Слава сидел в кресле, согнувшись едва ли не пополам, обхватив голову руками, и уставившись в пол безумным взглядом широко раскрытых глаз. Павел хмуро смотрел на него.
- Вот это мы попали… - тихо, но с чувством, произнёс он. 
Два последующих дня прошли в невыносимом напряжении; Слава с трудом удерживал хорошую мину при плохой игре, стараясь не дать понять жене, что у них крупные неприятности, но, видимо, его психика оказалась слабее, чем у Павла. Павел в свою очередь также не говорил Ларисе о своих переживаниях. Под конец рабочего дня позвонила Светлана, сказала, что хочет встретиться с мужем, чтобы обсудить что-то очень важное, а следом за ней Анжела  напомнила  Славе, что он ещё в обед обещал привезти ей продукты, и у него сдали нервы. Павел присутствовал при их телефонном разговоре, как только приятель отложил мобильный, он сразу сообщил о своём решении:
- Даже не смотри в мою сторону – я никуда не поеду!
- Ну, что вы все мне выносите мозг?! – психанул Слава.
- Я тебе не один раз говорил, вяжи с Анжелой, угомонись уже, и мне дай жить спокойно!
- Паша…
- Нет!
- Ну, послушай…
- Не проси, это бесполезно, я никуда не поеду. Хватит, надоело – и ты надоел, и вся эта твоя дешёвая мышиная возня!
- Я тебе обещаю, этот раз действительно последний! – не унимался Слава.
- Последний раз был месяц назад, ты сказал, что больше не будешь меня дёргать! – резко повернулся к нему Павел, задевая плечом подставку и снося её на пол.
- Паш, ну, очень надо, правда!
- Твою мать, Слава! Ты хотя бы раз спросил – что мне надо? – окончательно вышел из себя друг. – А я тебе говорил о своих желаниях и потребностях, и они так же банальны на деле, как и на словах! Оставь меня в покое, дай мне дышать свободно, не оглядываться, не дёргаться, как паралитик, от страха проболтаться! Я покоя хочу, абсолютного, безоговорочного покоя, уделять свободное время семье, пить пиво по выходным и отдыхать на даче, с шашлыками и твоей полноценной семьёй! Со Светкой! Это много?
- Ну, прости. Я не хотел тебя напрягать… вообще, почему не хотел, в прошедшем времени… - с досадой поморщился Слава, - и сейчас не хочу! Но ты сам прекрасно знаешь – что произошло, сколько всего на меня… на нас свалилось за эту неделю… Нам надо расслабиться…
- Сеня, - вспомнив студенческую кличку друга, зачем-то пощёлкал у него перед лицом пальцами Павел, - раму собери? У меня нет любовницы, я расслабляюсь дома, со своей женой и дочерью! Почему у меня в последнее время выработалось стойкое ощущение, что это я, а не ты, изменяю своей жене, не подкинешь умную мысль?
- Пашка… - призвал на помощь всё своё актёрское мастерство Слава, изобразив полное отчаяние и напустив на себя до крайности жалобный вид. – Ну, Пашка… ты же друг мне…
- Ты вынудил меня уже десять раз пожалеть об этом, - обречённо посмотрел на него Павел. – Остановись. Сделай хотя бы один раз то, о чём я тебя прошу. Ради того, что я тебе ни разу ни в чём не отказал. Докажи, что ты мне тоже друг? Не на словах.
Слава как-то странно посмотрел на него, заметно растерялся, и промямлил:
- Это шантаж…
- Что?! Шантаж?! – Павел разозлился, и врезал кулаком по столу так, что Слава подскочил на месте. – Рабочий день давно закончился, - не повышая голоса, с металлом в интонации, ответил он. – До завтра, - встал и направился к двери.
- Эй? Ты куда? – выкрикнул потрясённый друг, никак не ожидавший такого поворота.
- Домой, - коротко бросил Павел, открыв дверь, вышел и закрыл её за собой.
Слава догнал его на парковке, Павел садился в свою машину, когда он выскочил следом за ним на крыльцо автосалона. Закрыв дверцу и повернув ключ зажигания, он поднял глаза на друга. Спустя несколько секунд, произошло то, что и должно было произойти. Павел увидел запредельное отчаяние в глаза Славы, он выглядел таким жалким и потерянным, одиноко стоящим  на крыльце.
- Чёрт бы тебя побрал, Жженов… - обречённо пробормотал он, отчётливо понимая, что не найдёт в себе окаянства отказать другу, и в ярости врезал кулаками по обшивке руля. Автомобиль коротко гуднул, Слава повернулся в ту сторону. – Чтоб мне издохнуть… - откинувшись на спинку сидения, Павел в сердцах плюнул, выключил зажигание, и вышел из машины, хлопнув от души дверцей. – Хрен с тобой! – рявкнул он другу, обозлившись на самого себя. – Где эта чёртова гостиница, мать её? Я поеду! – пнув колесо, не в силах справиться с эмоциями, он выругался. – Клянусь тебе, это последний раз!
- Спасибо, Пашка!..
- К чёрту твои спасибо! Где гостиница? Что от меня требуется?
- Скажи Ларе, что нам надо встретиться.
- Дальше?
- Купи чего-нибудь пожевать по дороге, и дождись меня там.
- Зачем?
- Я приеду, и на месте поговорим…
- Я зачем нужен? Ты увидел во мне курьера общепита? Для этого есть означенные сферы услуг, тебе это ничего не будет стоить…
- Паш, ты же знаешь, что мне, кроме тебя, больше не к кому обратиться, ты единственный, кто всё понимает, и ты уже столько раз меня выручал…
- Я тебя понимаю? - Павел сухо рассмеялся. - Ты перегибаешь.
- Последний раз, Паш? Ради меня? Я в долгу не останусь.
Павел тяжело вздохнул, и с большим нежеланием спросил:
- В какую гостиницу ехать? Далеко это?
Слава дал ему адрес гостиницы, Павла буквально физически покоробило собственная безотказность:
- Почему я никому не позволяю вить из себя верёвки, тебе – пожалуйста? – возмущённо воскликнул он.
- Не только мне, - негромко отозвался Слава, - есть ещё Лариса…
- Знаешь, что! Лару сюда не впутывай, она, в отличие от тебя, мудрая женщина!
- Ещё бы, - усмехнулся Слава, - я-то мудрой женщиной никак быть не могу по половой принадлежности.
- Очень остроумно, - поморщился Павел, словно глотнул уксуса. – Давно такой умный стал?
- Ну, что ты кипишь?
- Да потому что… - начал Павел, и безнадёжно махнул рукой, отчаявшись достучаться до друга. – Тридцатник на горизонте, а ты всё не угомонишься никак. О семье подумай? Самое время. Погулял, и будет, займись всерьёз Светкиной проблемой, она спит и видит, как тебе ребёнка родить, а ты оттягиваешься у неё за спиной, и меня своим посредником делаешь.
- Я уже сказал, в гостинице все втроём встретимся и поговорим. Я услышал тебя, и понял, - проникновенно посмотрел ему в глаза Слава.
- Не задерживайся, - садясь в машину, попросил его Павел.
Анжела не удивилась, открыв дверь и увидев на пороге Павла:
- Проходи. Славик опять тебя напрягает? – понимающе улыбнулась она. – Где он сам?
- Сказал, что приедет, как только освободится, остался в офисе, - Павел поставил на столик пакет с продуктами, Анжела поблагодарила его и принялась разгружать  пакет: - Выбирал на свой вкус, если вдруг что-то не понравится…
- Будешь вино? – приглашающим жестом указала на столик девушка, словно не услышала его оправданий. Нарезка фруктов, и початая бутылка хорошего дорогого вина.
- Я за рулём, спасибо, - открестился от предложения Павел, окидывая номер беглым взглядом. В глаза сразу бросалась необжитость помещения, предназначенного для временного пребывания, однако изобретательный женский ум подсказал очередной обитательнице апартаментов, как сделать гнёздышко уютным и любовным. На окна вместо стандартных для гостиничного номера жалюзи Анжела повесила весёлые занавески, большую кровать застелила красивым пледом, а на пол бросила явно выполненный на заказ прикроватный коврик из натурального ворса. Элегантный косметический столик тоже был здесь не постоянным жителем, и у Павла даже не возникло сомнений относительно личности спонсора всех этих бытовых мелочей.
- Так хочется чего-нибудь этакого... – мечтательно прищурила глаза девушка. -  Позвони в “Какаду” и закажи для нас три фруктовых салата? Вот визитка “Какаду” – это ресторан. Там делают экзотические салаты на заказ и с доставкой, -  объяснила любовница друга, протягивая ему яркий и красочный картонный прямоугольник.
Заказ доставили в течение получаса. За это время позвонил Слава, и сообщил, что скоро будет закрывать офис. Заметно расслабившись после его звонка, Павел лакомился салатом, болтая обо всём и ни о чём с любовницей друга. Спустя ещё тридцать минут, Анжела сладко зевнула и потянулась, Павел удивлённо заметил, что и его клонит в сон.
- Вы жуткие трудоголики, - сонно улыбнулась хозяйка номера, - Славик тоже после ужина или в обед практически всегда дремлет… - она снова зевнула, Павел незамедлительно зевнул следом, и мотнул головой, стряхивая сонливость.
Взглянув на часы, Анжела выбралась из кресла, махнула рукой, и растянулась на кровати:
- Славик никогда не приезжает вовремя… разбудишь, когда он появится… - потягиваясь, словно большая грациозная кошка, она свернулась калачиком на пледе, и тут же уснула. Павел с большим усилием пытался бороться со сном, глаза закрывались против его воли; он встал из кресла, и стал ходить по номеру из угла в угол. Снова устроившись в кресле, спустя несколько минут, вздрогнул и проснулся. Ещё через какое-то время он спал глубоким сном, наполовину соскользнув с кресла, и  уронив голову на подлокотник…
Проснулся Павел от ощущения какого-то дискомфорта, приоткрыл глаза, ещё толком не вынырнув из сна, и в полумраке комнаты обнаружил себя в постели. Рядом с ним лежал ещё кто-то, спросонья ему показалось, что он дома, с Ларисой. Он попытался привычно обнять жену, но рука наткнулась на что-то твёрдое. Изучив предмет на ощупь, он открыл глаза, не разобрав, что это, и оторвал голову от подушки. В левой руке он  сжимал рукоятку ножа, воткнутого глубоко в шею женщины, лежащей рядом с ним. Тёмные пятна на пальцах и на постели заставили волосы у него на голове зашевелиться, в нос ударил характерный запах. Охваченный паникой, он отдёрнул руку, и отшатнулся так резко, что свалился на пол с кровати, и не поднимаясь на ноги, спиной вперёд пополз, пока не наткнулся на журнальный столик. Лихорадочно окинув беглым взглядом непривычную обстановку, Павел моментально вспомнил, где он. Они с Анжелой ждали Славу в номере гостиницы. Тот позвонил, сказал, что уже в пути, но, по всей видимости, его здесь и не было. Запустив пальцы в волосы, Павел в отчаяние снова отдёрнул руку, понимая, что испачкал кровью лицо. Поднявшись на ноги, он включил свет, нашёл какое-то полотенце, и словно в агонии стал оттирать руки и пытаться стереть кровь с рубашки. Понял, что практически сходит с ума, и замер. Затем заметался по номеру, не зная, что предпринять. На глаза то и дело попадалась кровать, испачканное кровью бельё и жуткий предсмертный оскал девушки. Почему они уснули вместе на одной кровати? Кто убил Анжелу? И где Слава? Павел перестал метаться, выхватил из кармана брюк телефон, и дрожащими пальцами нажал вызов на последний исходящий номер. Запоздало мелькнула мысль – почему его не ищет Лариса, ведь за окном уже темень?..
- Алло… – раздался в трубке после щелчка голос друга.
- Я не спрашиваю тебя, где ты, меня это не волнует! Ты должен сейчас же приехать в гостиницу! Ты не представляешь, во что ты меня втравил… – судорожно выдохнул Павел, трясясь, словно в лихорадке. В трубке послышался какой-то неясный шум, голос Славы вынырнул из пустоты:
- Извини, я не смогу приехать…
- Анжела мертва!  Её прирезали!  Я проснулся в одной постели с трупом, практически в обнимку, весь в её крови! Нож был в моей руке! - на грани истерики, задыхаясь, дрожащим голосом выкрикнул Павел. - Нужно что-то делать! Срочно! Ты должен приехать, прямо сейчас…
Слава напряжённо молчал. Павлу это очень не понравилось.
- Я не приеду.
- Помоги мне, меня же посадят! У меня дочь!! Я здесь торчу по твоей милости!!
Помолчав, Слава негромко и коротко бросил в трубку:
- Прости, - и отключился.
Всё ещё прижимая телефон к уху, с бешено колотящимся сердцем и застывшими слезами в глазах, Павел замер изваянием в центре комнаты, уставившись немигающим взглядом себе под ноги. Если бы сейчас земля разверзлась у него под ногами, он бы не так удивился. Его только что бросил в беде единственный друг.
 Уронив руку с телефоном, он закрыл глаза, с ужасом осознавая дальнейшее развитие событий. Непроизвольно повернул голову, и снова посмотрел на кровать, словно это могло что-то изменить.
  Выйти отсюда незамеченным ему не удастся – любой, попавшийся ему на пути человек по пятнам на рубашке поймёт, что что-то здесь нечисто. Да и бежать бессмысленно – его всё равно найдут по отпечаткам, по записи в журнале. Его видели, узнают. Обессилено опустившись на подлокотник кресла, стоявшего рядом, он тяжело вздохнул. А ведь Лариса словно чувствовала беду; она так и не смогла внятно объяснить ему своё предвзятое отношение к Славе, но всякий раз давала понять, что лучше им не общаться. Не были от него в восторге ни её отец, ни их общий друг Абсула. Последний верил Павлу, как себе, фактически стал для него и вторым отцом, другом и наставником. Но при этом недобро косился в сторону Славы. Что же они все видели, чего не увидел Павел? Почему он так жестоко ошибся? И что теперь делать ему, оставшись один на один со своей бедой?
Сидя в темноте и абсолютной тишине, изредка прерываемой гулом машин за окном, он постепенно привёл мысли в порядок, насколько это было возможно в сложившейся ситуации, и насколько он был на это способен. Выводы получились далеко неутешительными; запись в журнале посещения подтверждает его присутствие в номере на момент убийства. Отпечатки  его пальцев на всём, чего он касался – на журнальном столике, на посуде и столовых приборах, которыми они с Анжелой ели. Но он не псих и не маньяк! У него не было абсолютно ни одного мотива убивать любовницу друга, тем более – таким варварским способом! Это сущая глупость! Однако все улики против него, а слушать никто даже не станет! В отчаянии опустившись на корточки, Павел схватился за голову, и задрожал от беззвучных рыданий. Умом он понимал, что попал в западню, выхода у него нет, и убийство повесят на него – признает он свою вину или нет. Отец Ларисы ничем ему не поможет – он в отъезде с Абсулой, но даже если бы он и был рядом, ничего бы не смог. Сердце разрывалось от ужаса и безысходности, отказываясь верить! Лариса будет в панике, Алинку он больше не увидит, во всяком случае, очень не скоро…
В дверь негромко постучали, в номер, не дожидаясь приглашения, вошла горничная, замерла на пороге, мигом оценила ситуацию, бросила инвентарь, и с воплем ужаса метнулась вон. Не прошло и часа, номер заполнили люди – участковый, следственно-оперативная группа, администратор. Последняя, подняв крик, ударилась в истерику и стала заламывать руки, оплакивая репутацию гостиницы. Но она же и оказала содействие в поиске понятых. Павел наблюдал за всей этой суетой, не в силах отделаться от ощущения, что всё это происходит не с ним, а он сам словно посторонний наблюдатель. Как только все необходимые меры были соблюдены, его вывели из гостиницы в наручниках, и увезли в следственный изолятор…
Отец Ларисы уехал вместе с Абсулой на две недели погостить к нему в Таулу. Там его встретил тёплый приём, национальная кухня, радушные родственники друга, и чистый воздух, природа, красивые местности. О событиях, происходивших в это время в Москве, он даже не подозревал, как, впрочем, и о том, что у зятя могут быть какие-то проблемы. Они пили кофе на веранде с хозяином дома, неторопливо и расслабленно беседовали, когда мобильный зама разлился нежданной трелью.
- Кому я понадобился в такую рань? – искренне удивился он. – Если не ошибаюсь, в Москве сейчас около восьми утра… - зам принял вызов: - Слушаю тебя, Вадим Андреевич. Что это ты, с жаворонками уже покоя не знаешь?.. – его лицо нахмурилось, всё веселье испарилось. – Ты что несёшь?
Абсула краем уха услышал довольно громкий ответ прокурора области, непосредственного начальства друга, правда, до него долетели лишь обрывки слов:
- Следователь обязан уведомить меня об этом в течение 12-ти часов! Тебе ещё нужны объяснения, почему я тебе звоню в первую очередь? Или ты думаешь, что все должны шлангами прикинуться, зная, чей зять этот Соколов?
- За что его взяли? – сбавил обороты зам. Абсула, услышав эти слова, резко выпрямился в плетёном кресле с выражением удивления и настороженности на лице. Помолчав, прокурор неохотно и негромко ответил:
- По подозрению в убийстве.
- Какое, на хрен, убийство? – не помня себя, заорал отец Ларисы. – Пашка мухи не мог обидеть!! Что у вас там творится… ч-чёрт возьми, а?!!
- Ты не ори, а дослушай, что я скажу… Прости за печальные новости. Я думаю, тебе нужно приехать.
Зам молчал долгих две минуты, прокурор не торопил его с ответом.
- Твою мать… - наконец, произнёс он тихо и с чувством.
- И не говори, - согласился с ним прокурор.
- В какое РОВД он поступил, где мне его искать?
- По сводке в ОВД района Чертаново Южное.
- Спасибо за сигнал. Ждите, буду…
Абсула не дал ему уйти с веранды, понимая, в каком он сейчас состоянии, усадил в кресло и твёрдо приказал:
- Аз, спокойный будь, да? Что случился? Говори сейчас – надо думать! Паника плохо, не помощник! – он смотрел другу в глаза, сильно хмурясь.
- Трагедия у меня, Абсула… семейная… - сдался ему на милость зам. – Звонил прокурор области, на Пашу открыто дело об убийстве…
- Кого он убивал?
- Ничего не знаю, лечу в Москву выяснять!
Абсула долго сидел молча, опустив глаза в пол. Затем снова посмотрел на друга:
- Ты веришь, он мог убивать? – серьёзно спросил он.
- Как в такое можно поверить? Всё на твоих глазах было; свадьба, семья! Ты сам всё видел, ты же его знаешь – он за тобой, как привязанный, ходил! Мог Пашка кого-то убить?
- Не мог! – отрезал Абсула. – Он как сын мне, я люди вижу, знаю!
Зам посмотрел на друга со странным выражением лица. Они оба долго молчали.
- Я с тобой! Вместе поедем! – решительно встал друг. – Друг, если беда, помогает. Зачем друг, который идёт своя сторона? Это не друг!
- Спасибо, брат… - растрогался зам.
- Спасибо мне твой не надо, - нахмурился кавказец, - все народ – братья. Ты – мой брат. Брат за брата держать надо, один закон!
В комнате свиданий Абсула вместе с замом ждал, когда приведут Павла. Как только парень переступил порог помещения, мужчинам сразу стало всё ясно при одном взгляде на него. Волосы спутались от засохшей крови, на лице остались потемневшие разводы, на белой рубашке с левой стороны тоже темнели пятна, они были заметны и на рукаве, и на руках. Взгляд у него был потухший, глаза воспалённые, под глазами залегли тени. Павел сел за стол напротив отца Ларисы, в глаза ему он старался не смотреть. Зам тяжело вдохнул.
- Рассказывай, - кивнул он парню. – Всё рассказывай. С самого начала и в деталях.
Павел слово в слово повторил ему всё, что говорил до этого следователю на допросе. Отец Ларисы тяжело вздохнул, помолчал, и спросил:
- Как долго длились у тебя  отношения с… покойной?
- Почти два года…
Зам крякнул.
- И чем же тебе моя дочь не угодила?
Павел ответил не сразу, долго молчал, собираясь с силами.
- Так ведь хороший левак укрепляет брак.
Абсула открыл глаза от удивления, они с замом переглянулись в недоумении. То, что происходило, никак не было похоже на Павла.
- Или я чего-то не понимаю, или ты просто хам, - отмер отец Ларисы.
- Почему хам? – попытался усмехнуться парень.
- Вот тебе и сирота, - не переставал удивляться зам. – Ты же семью хотел. Дочке радовался.
- Надоело, значит. Всё со временем приедается. Лара большую часть времени занята Линкой, а я не железный, мне тоже внимания хочется. Наскучила мне эта рутина – дом-работа, работа-дом – я не создан для такого образа жизни.
- И решил завести любовницу? – уточнил отец Ларисы.
- А почему бы и нет? – пожал плечами Павел, пытаясь развести руки, но мешали наручники.
- Аз, что говоришь? – не выдержал Абсула, вмешиваясь в разговор. – Кто тебя менял?
- Я сам себя поменял, - не моргнув глазом, ответил ему Павел. – У тебя может быть гарем – чем я хуже?
- Гарем? Какая гарем, я тебе султан? Аз, ты не Паша! Где моя брат, воровали его!
- Какой я тебе брат, Абсула? – поморщился Павел. – Хватит… Чего вы от меня хотите? – устало посмотрел он на тестя и его друга. – Не можете поверить, что я мог завести любовницу? Не мог убить человека? Ошиблись, значит. И такое случается.
- Паша! Подумай хорошо – так ли уж тебе хочется, чтобы я думал, что ты обманывал мою дочь почти два года? Ты действительно хочешь убедить меня, что мог убить?
- Нравится вам это или нет – я изменял Ларе, и я убил эту женщину. Она требовала, чтобы я развёлся, ушёл из семьи. Меня всё устраивало, я не хотел ничего менять. Дошло до скандала – я потерял контроль над ситуацией.
Зам оглянулся на стоявшего по другую сторону стола друга:
- Абсула, что думаешь?
- Аз, человек, - опираясь на стол двумя руками, склонился к Павлу кавказец, - зачем голова потерял? Абсул приехал тебя помочь. Правда говори? Зачем говоришь на белый чёрный?
- Я всё сказал! - набычился Павел. – Вина моя – мне и отвечать!
Повисла напряжённая тишина. Зам удручённо покачал головой.
- Воля твоя… - он подался вперёд, и пригвоздил его к месту тяжёлым взглядом. – Да только я тебе не верю, парень! Хоть бы ты сейчас и землю грыз у меня на глазах – кровь не на твоих руках, за тебя это сделали. А ты покрываешь гниду! – сорвался на крик отец Ларисы. Павел вздрогнул и невольно сжался, втянув голову в плечи, словно ожидая удара. – Себя не жалко – о жене подумай, о дочери! Их ты за что? – Абсула тронул его за плечо, зам грубо отмахнулся. – Думаешь, я дурак? Да ты хоть понимаешь, кому лапшу на уши вешаешь, сопляк? Ты знаешь, сколько я таких, как ты повидал, сколько их через мои руки прошло? Думаешь, я это проглочу?
- Валера, будь умный, спокойно будь…
- Абсула, не вмешивайся! Хочешь помочь – убеди его правду сказать, не можешь, не мешай!
- Я сказал правду… - едва слышно отозвался Павел, - чего вы от меня ещё хотите?..
- В глаза мне смотри! – негромко, но с нажимом отчеканил зам. – Смотри мне в глаза! – не сразу, но Павел поднял голову. Отец Ларисы долго сверлил его пристальным взглядом. – Я помочь тебе приехал, - смягчился зам. – Помоги и ты мне. Если знаешь, кто это сделал, лучше скажи.
- Убийца перед вами.
Абсула отвернулся, качая головой и что-то бормоча на своём языке.
- Одумайся, - с отчаянием покачал головой зам, - что ты делаешь? Дело открыто, тебя закроют, дурака! Думаешь, там – мёд? Ты понятия не имеешь, куда суёшься!..
- Валерий Адамович, - устало вздохнул Павел, с досадой прикрывая глаза, - за всё нужно отвечать. Моё дело – сказать правду, а не заставлять верить в неё.
- У тебя семья… - попытался достучаться до него отец Ларисы. Павел покачал головой, опуская глаза и упрямо сдвигая брови:
- Нет у меня больше семьи… И хватит об этом.
Зам с минуту ошарашено смотрел на него, затем бессильно уронил руки.
- Идиот…
- Аз, Паша, думай, да? – не выдержал Абсула, резко оглядываясь. – Что делаешь, шайтан? Тебя надо ребёнку хаживать, дочка семья надо! За каждым ребёнку семья надо! Девочка пример мужчина покажи! За кого она выберет, какая муж захочет, если одна мать? Ты этот девка чужой не убивал – своя семья сейчас убить хочешь!  Будь умный, Абсул тебе просит! Абсул гордый, никого никогда не просит – тебе просит! Делаешь  вина за своя – нет Абсул, ходи за ветром!
- Твой друг имеет к этому какое-то отношение? - неожиданно спросил зам. – Он знал о твоей связи с любовницей?
- Нет. Никто не знал.
- А не его ли это любовница была? – с нажимом спросил  зам.
- Моя! – двинул желваками Павел, не поднимая глаз. – Сколько раз надо повторить?
- Хорошо, - сквозь зубы процедил отец Ларисы. – Абсула, поехали! – встал он из-за стола.
- Аз, куда ты хочешь?
- Ко мне домой. Дочь с ума сходит со вчерашнего вечера, с ног сбилась, пока этот дурак здесь благородство мочит! Ребёнок нервничает! Поехали, я должен поставить семью в известность о последних событиях!
Просьба Павла, прозвучавшая севшим, полным отчаяния голосом, догнала мужчин у двери:
- Валерий Адамович… - зам оглянулся, Павел стоял у стола, опустив руки в наручниках. – Попросите Лару, пусть не приходит, - судорожно сглотнув, он нахмурился, стараясь держаться независимо. – Я не хочу её видеть…
Отец Ларисы оценивающе кивнул, и ответил с долей злорадства:
- Этого я тебе обещать не могу. Ты знаешь свою жену не хуже меня. Счастливо оставаться! Проведите молодого человека в камеру, - обратился он к младшему инспектору по проведению свиданий. Тот вывел Павла из комнаты. Глядя вслед зятю, на его опущенные плечи и ссутулившуюся спину, зам покачал головой. – Всё равно так этого не оставлю. Парень не виноват. Ему здесь не место.  Идём, я ознакомлюсь с материалами дела, а заодно проверю приложенные вещественные доказательства. Интуиция мне подсказывает, что всё здесь не просто так.
Изучив досконально материалы дела, зам прокурора решил дотошно перепроверить всё до мелочей, и отправил упаковки из-под салата на повторную экспертизу своему знакомому. Анализ ничего не показал. Встретившись с Абсулой через несколько дней, он впал в отчаяние.
- Или я перестал разбираться в людях, и Паша действительно убил эту женщину, или это идеальное убийство и работал профессионал. Другого объяснения ситуации я не вижу – все концы ведут к парню, всё завязано на нём, всё – все улики против него. И ни одной зацепки! У Жженова стопроцентное алиби – в связи с убитой не замечен, знаком не был, в гостинице нет его следов пребывания, он никак с этим не связан! Чёрт!
- Не кипи, - ответил как всегда спокойный и сдержанный кавказец. – Ты что-то упустил.
- Может быть… - зам тяжело вздохнул. – Что я дочери скажу?
- Лара ещё не знает?
Отец Ларисы помолчал, и качнул головой:
- Не всё так просто. Лара беременна, срок очень маленький. Она и так в трансе, не представляю, что с ней будет, если она всё узнает.
- Что ты ей сказал?
- Что ищу Пашу. Но пока безрезультатно.
- Надо сказать, - нахмурился Абсула.
- Как?
- Не знаю…

Отправив Павла в гостиницу, Слава завозился с бумагами и мелкими делами. Светлана своим звонком напомнила ему о времени – выслушав кучу недовольства и упрёков за долгое ожидание, он начал на ходу натягивать пиджак, придерживая мобильный плечом, и уговаривать жену не злиться, обещая скоро быть. Из кабинета он выйти не успел, дверь открылась сама по себе прямо перед носом, вернее, её открыл с той стороны парень внушительного вида в строгом костюме. Он оттеснил Славу с порога, вошёл в кабинет, и следом за ним вошёл сам заказчик. Остолбенев, Жженов замер с телефоном в руке – гости были настроены далеко не любезно, и их визит не был визитом вежливости. Он пробормотал что-то невразумительное, на его лепет никто не обратил внимание – парень в костюме молчаливым жестом указал ему на кресло за столом, и зачем-то забрал мобильный. Заказчик всё это время молчал, и смотрел куда-то сквозь Славу, пока тот устраивался за столом. Снова заиграл его телефон. Перед лицом Славы мелькнула пола пиджака парня-охранника, и в висок упёрлось дуло пистолета.
- Бери трубку, - одновременно протянул он ему мобильный. Слава взял телефон и включил связь.
- Алло…
Взволнованный голос Павла не слишком отчётливо доносился из динамика, охранник забрал у Славы мобильный и, включив громкую связь, ткнул пистолетом в висок:
- Скажи ему, что ты не приедешь, - чуть слышно произнёс он, оставляя телефон на столе.
Он сделал всё, что ему сказали, заказчик вышел из кабинета, охранник спрятал пистолет, взял его мобильный и с силой швырнул на пол, тот разлетелся.
- О каком трупе говорил Пашка? – с гулко колотящимся сердцем спросил Слава. Ему ничего не ответили, охранник неторопливо покинул помещение. Забыв о том, что его ждёт Светлана, не закрыв кабинет, Слава выскочил из здания практически следом за недавно ушедшими гостями, и бросился к своей машине. На парковке возле самого входа лежал оглушённый охранник, дверца машины была открыта, ключей в замке зажигания не было. Ударив двумя руками по корпусу автомобиля, Слава взвыл от досады, слишком отчётливо понимая, насколько серьёзно он влип.
Светлана ждала его в прихожей, злая, как фурия. Не дав мужу и рта раскрыть, она засыпала его вопросами:
- Где твоя машина? Почему ты явился на такси и так поздно? Почему твой телефон вне зоны доступа?..
- Дай позвонить! – нервно перебил её Слава. В одной руке он держал скомканный пиджак, другую сунул в карман брюк, туфли покрыл толстый слой пыли. Светлана настороженно присмотрелась к нему:
- Что происходит?
- Быстро! Дай мне телефон! - раздражённо повысил он голос.
Ничего не понимая, она принесла ему свой мобильный, он набрал по памяти номер отца Ларисы, тот сбросил вызов. Переждав несколько минут, Слава снова позвонил.
- Слушаю, - отрывисто отозвался на том конце чужим голосом зам.
- Валерий Адамович, вечер добрый, Слава беспокоит…
- Павел в СИЗО по подозрению в убийстве! – резко обрубил тесть Павла.
- В каком СИЗО?.. – охрипшим голосом спросил Слава, ощущая, как подкашиваются ноги.
- Ты знал, что у него была любовница на протяжении двух лет? – вопросом на вопрос ответил зам. Слава ошарашено молчал, понимая, что друг взял всё на себя. – Знал или нет, не молчи! И не вздумай врать!
- Нет… - судорожно сглатывая комок, подкативший к горлу, ответил Слава. – А Лара знает?..
- Пока нет, и я тебе не советую сообщать ей – она в положении, волноваться ей противопоказано.
- Я могу его увидеть? Куда я должен приехать? Я хочу его увидеть, мне надо с ним поговорить…
- Никуда тебе не надо ехать, - тяжело вздохнул отец Ларисы, - тебя никто не пустит к нему без разрешения следователя.
- Я знаю, вы можете посодействовать… устройте нам свидание…
- Ты что-то знаешь?
- Не мог Паша убить! – сорвался Слава. – Он не виноват!
- Если ты что-то знаешь – скажи! Ты можешь ему помочь!
Зажмурившись, Слава несколько минут боролся с собой, зам молчал и ждал, догадываясь о многих вещах в силу возраста и жизненного опыта.
- Я ничего не знаю… - выдохнул друг Павла, и резко захлопнул крышку мобильного жены, сползая спиной по стене. Светлана медленно присела перед ним на корточки:
- Что случилось? Славик… Паша арестован? Что произошло?
- Не знаю… - застонал он, мотнув головой, и запустил пальцы в волосы, - я ничего не знаю!.. – справившись с эмоциями, Слава отчуждённо произнёс: - Валерий Адамович сказал, что Пашку забрали по подозрению в убийстве…
- Пашу? – охнула Света. – Какой ужас! Я надеюсь, это ошибка? Он не мог никого убить…
- Я ничего не знаю! – отстранил её муж, поднимаясь на ноги. Светлана шагнула в сторону, Слава прошёл мимо неё в спальню, и там рухнул в одежде на постель.
На следующий день, не выспавшись, не позавтракав, он отправился в ОВД Южного Чертаново. Там спросил у дежурного на пропускнике, кто ведёт дело подозреваемого Соколова  Павла Александровича, представившись его партнёром по бизнесу. Дежурный связался со следователем, и доложил, что к нему на приём пришёл бизнес-партнёр подозреваемого. Следователь дал разрешение на выдачу пропуска, Славу провели по коридорам в кабинет.
- Здравствуйте, присаживайтесь, - бросив беспристрастный взгляд на посетителя, произнёс следователь. – Я вас слушаю.
- Я хотел бы узнать, в чём обвиняют моего друга и партнёра по бизнесу.
- Подозреваемый был задержан на месте преступления по 105-ой статье Уголовного Кодекса Российской Федерации, убийство одного и более лиц, - словно робот, отчеканил следователь.
- Эта статья предусматривает внесение залога? – нервно теребя шнуровку на футболке, спросил Слава.
- Согласно этой статье, существует мера пресечения в виде залога 2 000 000 рублей, деньги должны быть перечислены на этот депозитный номер, - следователь протянул ему листочек блокнота с цифрами.
- Когда нужно внести данную сумму? – Слава выпрямился на стуле.
- Когда вам удобно. До внесения залога нахождение под стражей продлено на 2 месяца. После внесения залога подозреваемый будет выпущен из-под стражи и переведён под домашний арест под подписку о невыезде за пределы Москвы.   
Спустившись во двор ОВД, Слава вздохнул полной грудью, словно в кабинете у следователя было нечем дышать. Футболка взмокла и прилипла к спине, лоб и верхняя губа покрылись испариной от напряжения. Он дошёл до машины, сел за руль, захлопнул дверцу, и открыл бардачок, чтобы вложить в блокнот депозитный номер, выданный следователем. Чувствуя себя последней сволочью, Слава  радовался и этой малейшей возможности принять участие в судьбе друга.
- Не двигайся, - раздался за спиной чужой, незнакомый голос, в затылок упёрся уже знакомый предмет. – Медленно сядь прямо… - Слава выпрямился. – Брось депозитный номер назад, - дождавшись результата, нежданный пассажир продолжил раздавать указания. – Ты никуда не поедешь, и залог не внесёшь. Забудь сюда дорогу. И друга своего забудь. Понял – кивни.
Слава кивнул, дуло пистолета перестало давить в затылок за правым ухом, и хлопнула дверца машины. Он тут же выскочил следом, пытаясь увидеть того, кто ему угрожал, но сзади никого не было, только на крыльце здания курили сотрудники ОВД.
Домой Слава вернулся снова под вечер, уставший, издёрганный, голодный и злой. Ещё один день прошёл бесполезно; фуры словно испарились, никаких результатов за эти два дня розыск не дал, чувство вины перед Павлом сжимало горло, нервы звенели, словно перетянутые струны. В квартире витали такие запахи, что желудок просто взбесился, но, стоило присесть за стол, шальная мысль расколола мозг как орех – Павлу на ужин вместо жаркого в лучшем случае принесли слипшиеся трёхдневные макароны. Слава ощутил спазм в области солнечного сплетения, и отложил вилку, аппетитное блюдо показалось отравой.
- Я устал, не хочу есть… - пробормотал он, уходя в спальню. – Сил нет, спать охота…
До конца недели он метался в бесплодных попытках найти злосчастные машины, и изобретал новые и новые способы, чтобы заглушить тупую ноющую боль в душе. Павлу не выбраться, помочь другу Славе не дадут. Ему остаётся лишь бессловесно наблюдать за развитием событий. Каждый вечер он с трудом заставлял себя заснуть, и мечтал не проснуться утром.
Не лучше обстояли дела и у отца Ларисы; его операцию по спасению зятя прикрыли так же, как и попытку Славы выкупить друга до суда под залог. Ему в ящик рабочего стола подбросили анонимку со следующим текстом ”Не пытайся вытащить парня – так надо. В противном случае лишишься работы”
Под конец недели Славе позвонил его дядя и сообщил, что дело о розыске машин закрыто, фуры с грузом не найдены, и искать дальше смысла нет.
Слава сломался – сдали нервы, он поехал домой.
- Собирайся! – бросил он жене, пронёсся по коридору в комнату, там снял со шкафа дорожную сумку, и открыл дверцы.
- Что случилось? – остановилась на пороге Светлана. – Куда ты собрался?
- Мы уезжаем, - коротко ответил Слава, забрасывая вещи в сумку.
- Куда? Почему так внезапно? Объясни мне, что происходит? Твой друг на волоске от тюрьмы, ты ничего не говоришь мне, ещё и собираешься трусливо сбежать?
Переступив через сумку, Слава шагнул к жене, взял за плечи и заглянул в глаза. Светлана впечатлилась его паникой.
- Собирай необходимые на первое время вещи, - негромко, но с угрозой в подрагивающем голосе повторил он. Ответить она ему не успела – зазвучала мелодия её мобильного. Светлана включила связь, и они оба услышали мужской голос:
- Твой муж рядом?
Слава выхватил у неё трубку:
- Что вы хотите?
- У подъезда тебя ждут мои люди.
- Что вам от меня нужно? Ваши машины в розыск, я обещал сообщить, как только  что-то станет известно…
- Срок вышел. Ты сейчас спустишься к машине, мои люди отвезут тебя к нотариусу, и ты перепишешь весь свой бизнес на того человека, имя которого тебе назовут в конторе.
- Подождите! Дайте мне время – я сам найду свои машины и ваш груз!.. - заметался Слава.
- Время вышло. Хочешь побороться за своё детище? Попробуй. Но помни о том, что у тебя очаровательная жена. Кстати, она беременна на втором месяце, мои поздравления.
Слава посмотрел на Светлану полными слёз глазами.
- Даю тебе пять минут. Уверен, ты сделаешь правильный выбор.
- Я согласен! – сквозь шум в собственных ушах крикнул в трубку Слава.
- Вот видишь, как всё просто. Спускайся, отправляйся в нотариальную контору, и подпиши все необходимые документы.
- Что происходит?.. – испуганно спросила Светлана, когда Славик закрыл крышку её мобильного. – У тебя проблемы? Что-то не так с бизнесом? Кто эти люди?
Слава привлёк её к себе, и обнял:
- Я тебя очень люблю… Мы с тобой отсюда уедем… Всё будет хорошо, только не волнуйся… Я никому не дам тебя в обиду, ничего не бойся, я с тобой!