Помощник аховый

       Приближалась осень. Болела у Геннадия Дмитриевича душа, сено надо ему перевезти с поля домой. Самому ему это уже не под силу. Где помощника найти? Тут как раз - он сам объявился:
     - Давай, Гена, помогу. Я всё  как надо сделаю, не волнуйся.  Сам знаешь, к работе я с детства приучен, не подведу. Ну, бутылочку  поставишь, и хватит, - сказал Колабухов, Колобок, как его в народе звали, сосед  по дому  с противоположной стороны улицы.
     Геннадий Дмитриевич всё-таки засомневался:
     - С  детства может и приучен, но в детстве ты бутылочками не увлекался, а сейчас - частенько  дно  бутылочки видишь.
     - Да нет,  что ты, Ген, люди от зависти болтают, а ты веришь. Завтра буду  у тебя утром, всё сделаем, будешь доволен.
     - Ну, ладно, приходи, жду утром. – Ответил Геннадий Дмитриевич, подумав, что может и правда – люди оговорили, народ ведь всякий есть.
      Рано утром Колобок, как обещал, был на месте. Он мастерски запряг лошадь.   В помощники взяли старшую дочь Геннадия Дмитриевича, и отправились в путь.
      Путь предстоял не близкий, и дорога - не легкой: грунтовая, разъезженная, в некоторых местах пересечена ручьями. В одном месте ручей был глубоким и широким, но для местного  населения это  не представляло  большой сложности. Ездили и переходили люди эти места спокойно.
      Одним словом, до поля добрались  нормально, подъехали они к стогу. Колобок залез на воз, - решил сам укладывать  сено на повозку. Дело не простое: – уложить  сено ровно по всей телеге, стянуть бастрыком*, чтобы оно не развалилось по дороге, и сено забрать надо все, не оставлять же такую ценность в поле.  Зимой каждая травинка пригодится. Вот он и старался.  Наконец,  воз был готов. Поехали.
      Колобок на возу, управлял  лошадью. Геннадий Дмитриевич с дочкой Ириной, шли пешим ходом, чуть отстав от воза. Смотрит Геннадий Дмитриевич на воз и говорит:
     - Говорил я ему, что бастрык плохо затянут, и сено все больше на одну сторону переваливается. Все же, остановить надо и подтянуть потуже  веревки.
Но, Колобок слушать не захотел. Он уже подъехал к самому большому ручью и, хлестнув лошадь кнутом, чтобы она не «затормозила» посреди  канавы, обернулся,  махнуть Геннадию Дмитриевичу рукой: - "все в порядке, не волнуйся".  И, в это время, лошадь получив удар, рванула, переднее колесо  телеги - наскочило на  булыжник, которых было много со стороны пешеходной тропы, - воз, как говорят: «на глазах у всех», стал переворачиваться на бок. Колобок даже не успел сообразить, что случилось, как слетел с воза в большую "лужу", подняв при этом фонтан брызг и грязи со дна, а сверху его накрыл воз сена. Телега опрокинулась на бок, потянув за собой лошадь, которая стала барахтаться, пытаясь устоять, но воз был очень большой и тяжелый. Лошадь страшно хрипела, ржала, Колобок под возом кричал, просил помочь ему. От всего увиденного, у Геннадия Дмитриевича прихватило сердце. Куда бежать, кому вперед помогать? Да и чтобы помочь, надо было канаву перейти, а она вся завалена сеном – с одной стороны, и телега колесами почти до самого забора – с другой стороны канавы. (Забор был сделан, чтобы ручей легче было переходить по доскам, лежащим на булыжниках).
    - Папа, не волнуйся, я сейчас по воде перейду  ручей, и постараюсь  что–нибудь   сделать, – сказала Ира и побежала, на ходу соображая, что сделать вперед. Добравшись  до середины канавы, она увидела  барахтающегося,  старающегося  выбраться из-под большой кучи сена, Колобка. Не раздумывая, она бросилась помогать ему. С большим трудом  удалось помочь Колобку вылезти  и подняться на ноги. Мокрый, грязный  с торчащим со всех сторон сеном, страшней чёрта – нарочно не придумаешь,  вылез наш «Сусанин», еле держась на ногах.      
      Лошадь, между тем все сопротивлялась силе, перевернутой телеги. Колобок, увидев это и услышав уже хрипящие звуки бедной лошади, бросился на помощь ей и стал скорее ее распрягать, чтобы освободить от телеги. Наконец, измученная и уставшая, она, стряхивая головой, смогла свободно вздохнуть. Телега стала на много легче, так как верёвки, стягивающие сено, лопнули и всё сено спокойно  засыпало канаву. Каким–то образом Колобку удалось опустить телегу прямо на пешеходную дорожку и, подогнав лошадь к телеге, он смог заново запрячь  её. 
      Геннадий Дмитриевич чувствовал себя плохо, молча сосал свои таблетки от сердца, которые у него всегда были с собой.
      Колобок, признав свою вину, пытался успокоить  его, обещая, что накосит ему сена.
      А Геннадий Дмитриевич, понимая, что предчувствие его не обмануло и,  сожалея о том, что он не прислушался к нему, был страшно расстроен. Он понимал, что ничего от него - не получит. А значит, ему надо решить сложную задачу : - где ему найти сено  или, если не сможет купить, чем он будет кормить  скотину зимой.         Подъезжая к городу, Колобок все-таки решил "загладить" свою вину, подойти к Геннадию Дмитриевичу, успокоить его и попрощаться, так как  решил домой пойти напрямик, а то люди озираются на него, его ведь все в городе знают. Он передал вожжи Ирине, а сам, спрыгнув с телеги, подошел к Геннадию Дмитриевичу, который сидел на телеге сзади.
      Геннадий Дмитриевич сидел грустный и тут к нему подходит Колобок, на которого он до сих пор даже не смотрел. Увидев его, от неожиданности он резко отпрянул, испугавшись стоящего перед ним: на голове - волосы дыбом с засохшей в них комками - грязью, да еще и сено прилипшее торчит, одежда подсохла - вся колом стоит, всеми цветами грязи переливается, одни глаза блестят - ну просто черт из коробки выскочил.
      Господи! - невольно вырвалось у Геннадия Дмитриевича.- Иди уж! Чудо в перьях! - махнув рукой в его сторону, произнес он. Колобок и пошел, а люди увидев его, спрашивали: - Кто это? Колобок? Ты что-ли?
      - Я, - со злостью отвечал он.
      - Господи. Да, кто же тебя так извалял всего? Он молча шел домой. Жена увидела его и заголосила:
      - Господи! Совсем люди озверели! Убить, поди, хотели?
      - Не реви, никто меня не хочет убивать. Сам в канаву свалился, хотел подзаработать - не получилось.
      - Ой, заголосила она еще громче. Опять пьяный? Ах, ты черт такой, измазанный, опять эта водка проклятая, когда же ты напьёшься её? - Голосила жена.
      - Да, не пил я. - доказывал Колобок, но жене было сложно понять, как трезвому можно свалиться с воза.
      - Ты, что эту канаву - ползком всю изучал? - не могла успокоиться жена... 
      -Долго ещё продолжались у них разборки. Только Колобок больше не появлялся у дома Геннадия Дмитриевича.
 
   *Бастрык - это высушенная жердь, с укрепленным приспособлением из петли или крюка со стороны комля, нужен он для стягивания сена, чтобы оно не развалилось во время перевозки.